ВЕЛИКАЯ ОТЕЧЕСТВЕННАЯ ВОЙНА

 

БОЕВОЙ ПУТЬ

ПЕРВОЙ ТАНКОВОЙ АРМИИ

И ЕЕ ГЕРОИ

 

ТОМ ПЕРВЫЙ

 

Битва на Курской дуге

 

Под общей редакцией:

гвардии генерал-лейтенанта т/в.

Н. К. ПОПЕЛЯ

гвардии генерал-лейтенанта

М. А. ШАЛИНА

гвардии генерал-майора

А. Г. ЖУРАВЛЕВА

гвардии майора

П. Я. ПАВЛОВЦЕВА

1943

 

---

 

КОПИЯ

 

ВОЕННОМУ СОВЕТУ 1-й ГВАРДЕЙСКОЙ МЕХАНИЗИРОВАННОЙ АРМИИ

 

ДОКЛАДНАЯ ЗАПИСКА

Об окончании работ по истории «Боевой путь армии и ее герои»

 

Вступление

 

Мысль о том, чтобы запечатлеть на страницах истории героический путь нашей Первой танковой армии родилась еще в дни ожесточенной битвы на «Курской дуге» – под Белгородом.

Бессмертной славой покрыли себя в эти дни чудо-богатыри танкисты, артиллеристы, пехотинцы. Во имя отчизны они совершали беспримерные подвиги и отдавали за счастье и независимость советского народа самое дорогое – свою жизнь.

В эти жаркие дни боев с немецкими захватчиками и начался сбор материалов по истории нашей армии.

Приступая к организации сбора материалов, мы руководствовались указами Военного Совета, что в период войны и особенно после ее окончания пропаганду боевых традиций следует вести так, чтобы каждый вновь прибывший в нашу армию, будь это офицер или солдат, знал бы не только номер своего полка, бригады, корпуса, армии, но и всю его боевую историю, всех его героев и боевые награды, чтобы гордился он своей частью и повсюду отстаивал ее честь.

 

Организационно-политическая работа

 

Военный Совет армии и начальник Политотдела с первых дней работы по организации сбора материалов, всем своим авторитетом не только горячо поддержали нашу инициативу, но во всех наших мероприятиях и в преодолении трудностей оказывали непосредственную практическую помощь. Сейчас, после 4-летней нашей работы, можно без преувеличения сказать, что если бы не было со стороны Командующего армией, члена Военного Совета и начальника Политотдела постоянной помощи и особо моральной поддержки против той недооценки в первое время, и отдельных «уколов», нам, хотя и большим патриотам, это большое и нужное дело не окончить бы.

В результате четырех лет работы на местах и в армии была проделана большая организационно-политическая работа, а именно.

1. В каждом корпусе, бригаде, полку и отдельных армейских частях через политорганы были выделены организаторы, которые, работая по совместительству, по нашему указанию собирали нужные материалы о боевых подвигах. Всего таких организаторов работало 36 человек.

2. Перед каждой боевой операцией, а иногда и в период боев, мы рассылали по 300-400 персональных писем знатным танкистам, артиллеристам, пехотинцам, саперам, связистам с просьбой прислать нам свои воспоминания о прошедшем бое.

3. В период между боями по указанию Военного Совета и политотдела армии во всех частях и подразделениях неоднократно проводились специальные политинформации с целью наибольшего привлечения личного состава и особенно нового пополнения к участию в проводимой работе по написанию истории армии.

4. На проводимых заседаниях Военного Совета с участием командиров корпусов и бригад, а также и совещаниях работников Политотделов, неоднократно обсуждался вопрос о сборе материалов для истории.

5. Перед наступательными операциями и особенно после их мы специально объезжали по несколько раз части и подразделения, где при участии командиров и политработников выявляли наиболее отличившихся бойцов и офицеров и путем бесед с ними собирали нужный нам материал, там же производили их фотографирование.

Одновременно отдельные эпизоды об участии в боях той или иной части или отдельного героя мы читали участникам боев, которые нередко и вносили коллективно свои поправки.

5. В корпусных и армейской газетах неоднократно помещали обращения и отдельные статьи от редакции, в которых популяризировали героические подвиги отдельных бойцов и офицеров, материалы о которых нами уже использованы в истории, и призывали участников боев принять более активное участие в собирании материалов.

6. На протяжении всего периода своей работы редакция вела огромную переписку с бойцами и офицерами, которые находились в госпиталях, с родными погибших героев, с инвалидами Отечественной войны. С двумя тысячами адресатов мы имели постоянную переписку.

7. В мае 1944 года встал вопрос, что весь накопившийся материал уже необходимо систематизировать, разбить на периоды. Появились тематические планы по отдельным операциям, а 11 ноября 1944 года под руководством члена Военного Совета гвардии генерал-лейтенанта т/в тов. Попель была создана редколлегия в составе: гвардии генерал-лейтенанта Шалина М.А., гвардии генерал-майора Журавлева А.Г. и гвардии майора Павловцева П.Л. – он же ответственный секретарь редакции.

 

Итоги 4-летней работы

 

В результате 4-летней работы многочисленного актива бойцов, сержантов, офицеров и генералов нам удалось собрать огромный фактический материал по истории нашей армии, который в соответствии с тематическими планами и размещен нами в ВОСЬМИ томах следующим образом:

 

 

История писалась в непосредственно боевой обстановке и те, кто ее писал, собирал и обрабатывал, сами являлись боевым активом – непосредственными участниками боев, немало из которых пали смертью храбрых (полковник ГОРЕЛОВ, ТЕМНИК, ПОДГОРБУНСКИЙ, начальник Политотдела подполковник РУЖИН, командир бригады подполковник БУРДА и др.)

О том, кто писал историю, характерно свидетельствуют следующие данные:

 

 

По своему содержанию материалы истории распределяются по томам следующим образом:

 

 

Во всех материалах, обобщенных нами в восьми томах, проходит более 15 тысяч героических подвигов бойцов, сержантов, старшин и офицеров, сражавшихся в нашей армии.

Из всего многочисленного актива участников писания и творения истории хотелось бы отметить следующих.

Литературная обработка поступающих материалов в основном лежала на гв. майоре В. СМИРНОВЕ (первые 6 томов), гв. мл. лейтенанте СКВЕРНИКОВЕ (все 8 томов), гв. старшине ЖЕЛТОВЕ (первые 6 томов), гв. лейтенанте КАЧАЛОВОЙ (с 6 по 8 том включительно).

Художественное оформление книг принадлежит гв. капитану ВЯЗНИКОВУ (главным образом первые два тома), гв. сержанту ГУМАРОВУ (первые 6 томов), гв. лейтенанту ЧИЧКАНОВУ (с 6 по 7 том и отдельные зарисовки в других).

Фотографии и фотомонтажи в книгах принадлежат гв. ст. лейтенанту ИСПАЛАТОВСКОМУ (первые три тома), гв. старшине КОСТЫШИНУ (все тома), гв. ст. сержанту ШУМИЛОВУ и гв. старшине ХОДОВУ (отдельные снимки по всем томам).

Огромную и кропотливую работу проделал по написанию I-го экземпляра первых шести томов гв. старшина Х. ЗАКИРОВ.

Из выделенных организаторов по сбору материалов следует особо отметить: гв. старшего сержанта ДУШКЕВИЧ (погиб), гв. ст. лейтенанта КАЙФМАН, гв. капитана ДЕНИСЕНКО (45 ТБр), гв. лейтенанта ЛЫНДИНА (44 ТБр), гв. старшины СВИДЕТЕЛЕВА (1 Гв. ТБр), гв. старшего сержанта ДОЦЕНКО (19 ГМБр.), гв. ст. лейтенанта ДРУЖИНИНА (27 гв. МБр.), гв. старшины ОЗЕРОВА (64 Гв. ТБр.), гвардии старшего сержанта ГРИГОРЬЯНА (197 ОЛАБр.), гв. сержанта ГАВРИШ (19 самох. артбригада), гв. капитана КОВАЛЕНКО (21 Гв. МБр.) гв. капитана КАЧУР (6 ОМЧКП) и других.

Из командиров и политработников как штаба армии, так и частей, а равно корпусных и армейских газет особо активно участвовали в создании истории такие работники, как: гв. подполковник КОЛТУНОВ, гв. подполковник СИМОНОВ Ф.В., гв. лейтенант ЖАРНОВ, гв. подполковник ИГНАТОВ Д.С., гв. подполковник СЛАЩЕВ А.Т., гв. подполковник СОБОЛЕВ А.М., гвардии майор В. СМИРНОВ, гв. ст. лейтенант КРАСЮК, гв. капитан КОСТЫЛЕВ (ныне погибший), гв. майор ЧЕРНЕВИЧ, гв. лейтенант В.Л. СИЛАЕВ, гв. майоры КОРОБОЧКА, ЗОТИН, УМЫВАКИН, гв. ст. сержант РАМАЗАНОВ, гв. ст. сержант ЛОПАЕВ.

Большую помощь в качестве советов и консультаций оказали: писатель Михаил Брагин, военный корреспондент «Правды»; специальный корреспондент «Комсомольской правды» Юрий Жуков и писатель-поэт Алексей Сурков.

 

ВЫВОДЫ:

 

Докладывая о вышеизложенном, передаю на распоряжение и усмотрение Военного Совета:

1. Семь томов (на 2.451 странице), написанных от руки, вместе с фотоиллюстрациями.

2. Восемь томов (на 4.023 страницах), напечатанных на пишущей машинке и подготовленных к печати.

3. Восемь томов (на 2.637 страницах) подлинные документы, с которых писалась история и частично материалы, которые не были использованы.

4. Фотоснимки и фотонегативы (фотоснимков – 3.469 экз., и фотонегативов – 1.092 экз.).

5. Фотокарточки Героев Советского Союза в количестве 57 экземпляров.

6. Тематические планы восьми томов.

7. Книга переписки и руководящих указаний за период 4-х летней работы по составлению истории армии (представляющая некоторый интерес).

 

Ответственный секретарь редакции

и член Редколлегии

гвардии майор – П. ПАВЛОВЦЕВ

 

15 июня 1946 года

 

Материалы, указанные в докладной записке кроме фотографий, получил секр. В/С 1 гв. МА гв. к-н (подпись)

 

16.7.46 г.

 

Расписка

Дана гв. майору т. Павловцеву в том, что 8 томов «Боевой путь» с подлинником, негативы, пленки и фотоснимки получены на хранение мною капитаном Каминским Я.М.

28 ноября 1946 года

Получил: Каминский

 

Печать круглая

Войсковая часть

Полевая 8608 почта

 

Верно: /подпись/

 

---

 

С КОПИИ КОПИЯ

ПРИКАЗ

ВОЙСКАМ 1 ГВАРДЕЙСКОЙ МЕХАНИЗИРОВАННОЙ АРМИИ

7 августа 1946 г.            № 0321            г. Радебейль

 

СОДЕРЖАНИЕ: Об окончании работы по составлению сборников «Боевой путь 1 Гвардейской танковой армии»

 

Соединения и части Красной Армии прошли славный боевой путь за время Великой Отечественной войны. Замечательные боевые дела советских воинов, запечатленные на страницах истории, будут служить нашим потомкам примером для подражания, образцом в военном деле, памятником бессмертной славы.

Героический путь, который прошла за время войны 1-я Гвардейская танковая армия, сражения, в которых она участвовала, ее боевой опыт, героизм ее личного состава, являются одной из славных страниц истории борьбы и побед Красной Армии и служат ценнейшим материалом в деле обучения и воспитания личного состава в мирных условиях.

Собирая материалы и работая над историей Армии, редакция «БОЕВОГО ПУТИ 1 ГВАРДЕЙСКОЙ ТАНКОВОЙ АРМИИ», совместно с активом, проделала большую работу. Она обобщила огромный фактический материал, размещенный в восьми томах. Значение этой работы, помимо ее исторической ценности, заключается также и в том, что она писалась в непосредственной боевой обстановке и авторы материалов сами являлись участниками боев.

Помимо обобщения опыта боев и сражений, проведенных 1-й Гвардейской танковой армией с момента ее организации, во всех этих материалах описано более 15 тысяч героических подвигов бойцов, сержантов, офицеров и генералов, сражавшихся в рядах армии.

Из числа многочисленного актива участников работы над историей «БОЕВОГО ПУТИ 1 ГВАРДЕЙСКОЙ ТАНКОВОЙ АРМИИ» особо отмечаю работу Ответственного секретаря и члена Редколлегии – гвардии майора тов. ПАВЛОВЦЕВА.

ПРИКАЗЫВАЮ:

1. За плодотворную и активную работу по организации сбора материалов, созданию и оформлению «ИСТОРИИ БОЕВОГО ПУТИ 1 ГВАРДЕЙСКОЙ ТАНКОВОЙ АРМИИ»:

ОБЪЯВЛЯЮ БЛАГОДАРНОСТЬ И НАГРАЖДАЮ ЦЕННЫМИ ПОДАРКАМИ –

гвардии майора т. ПАВЛОВЦЕВА

гвардии капитана ВЯЗНИКОВА

гвардии лейтенанта ЧИЧКАНОВА

гвардии старшину ЖЕЛТОВА

гвардии рядового СЕРКУТАН

вольнонаемную машинистку АЙРОПЕТОВУ.

2. За активное участие в написании истории ОБЪЯВЛЯЮ БЛАГОДАРНОСТЬ:

Гвардии майору СМИРНОВУ, гвардии ст. лейтенанту ИСПОЛАТОВСКОМУ, гвардии мл. лейтенанту СКВЕРНИКОВУ, гвардии лейтенанту КАЧАЛОВОЙ, гвардии старшине КОСТЫШИНУ, гвардии старшине ХОДОВУ, гвардии подполковнику КОЛТУНОВУ, гвардии подполковнику СИМОНОВУ, гвардии лейтенанту ЖАРНОВУ, гвардии подполковнику ИГНАТОВУ, гвардии подполковнику СЛАЩЕВУ, гвардии полковнику СОБОЛЕВУ, гвардии ст. лейтенанту КРАСЮК, гвардии майору ЧЕРНЕВИЧ, гвардии лейтенанту СИЛАЕВУ, гвардии майору КОРОБОЧКА, гвардии майору ЗОТИНУ, гвардии майору УМЫВАКИНУ, гвардии ст. сержанту РАМАЗАНОВУ, гвардии ст. сержанту ЛОПАЕВУ, гвардии ст. лейтенанту КАЙФМАН, гвардии капитану ДЕНИСЕНКО, гвардии лейтенанту ДОЦЕНКО, гвардии ст. лейтенанту ДРУЖИНИНУ, гвардии старшине ОЗЕРОВУ, гвардии ст. сержанту ГРИГОРЬЯН, гвардии сержанту ГАВРИШ, гвардии капитану КОВАЛЕНКО, гвардии капитану КАЧУР, гвардии старшине ЗАКИРОВУ, гвардии сержанту ГУМАРОВУ.

3. Отмечаю большую помощь, которую оказали в качестве советов и консультаций писатель Михаил БРАГИН, поэт Алексей СУРКОВ и специальный корреспондент «Комсомольской Правды» – Юрий ЖУКОВ.

 

п.п.:

 

КОМАНДУЮЩИЙ ВОЙСКАМИ 1 ГМА

гвардии генерал-полковник Т/В (КАТУКОВ)

 

ЗА ЧЛЕНА ВОЕННОГО СОВЕТА 1 ГМА

гвардии генерал-майор (ЖУРАВЛЕВ)

 

НАЧАЛЬНИК ШТАБА 1 ГВ. МЕХАРМИИ

гвардии генерал-лейтенант Т/В (НАГАЙБАКОВ)

 

Верно: Начальник канцелярии штаба 1 ГМА

капитан инт. службы (КАМИНСКИЙ)

 

Копия с копией верна: /подпись/

 

---

 

ПРЕДИСЛОВИЕ

 

«Наш народ по праву стяжал

себе славу героического народа»

/И.СТАЛИН/

 

Великая Отечественная война советского народа против немецко-фашистских захватчиков войдет в сокровищницу истории нашей Родины, как одна из самых замечательных и славных ее страниц.

На наших глазах лучшие сыны народа в битвах за свободу, честь и независимость своей социалистической отчизны совершали массово бессмертные подвиги, не жалея крови и отдавая за Советскую Родину самое дорогое – свою жизнь.

Долг чести наших политорганов, офицеров, бойцов – по возможности наиболее полно и всесторонне запечатлеть и сохранить для истории героические подвиги советских чудо-богатырей-танкистов, артиллеристов, пехотинцев, чтобы слава их осталась жить в сердцах наших потомков, как символ беззаветной преданности своему народу, партии, правительству, Великому Сталину. Пусть героизм отважных послужит примером для нашей молодежи и поможет многим поколениям понять и осознать все величие священного слова – Родина.

Само название сборников «Боевой путь армии и ее герои» показывает, чего хотели достичь его составители. Сборники составлялись в боевой обстановке непосредственно по следам боев. Герои сражений, как правило, сами рассказывали о себе, своих боевых друзьях, о бессмертных ратных делах.

История – наука точная и тем, кто впоследствии будет работать над материалами Отечественной войны, записанные и собранные в этих сборниках документы дадут многое и, в первую очередь, послужат хорошим первоисточником, ибо в простых и бесхитростных рассказах отражены дела, мысли и чувства самых достоверных свидетелей – непосредственных участников боев.

Высок и благороден по своей природе советский патриотизм. В его основе заложена горячая любовь, преданность и верность Армии и народа своей Родине, братское содружество трудящихся всех наций нашей страны. Мы били и окончательно разбили врага не только беззаветной храбростью наших воинов, их стойкостью в бою, напряженной и самоотверженной работой всего советского народа, но и превосходством нашей марксистско-ленинской идеологии.

В этих сборниках показано, как Сталинское полководческое искусство, овладевшее сознанием масс, превратилось в грозу для гитлеровских вояк, в единственную в мире силу, сломившую хребет фашистскому зверю.

Историк и писатель найдут здесь немало примеров в подтверждение того, как советские люди в годины тяжелых испытаний, презрев смерть, защищали себя и свое социалистическое государство, побеждали врага умением, упорством, сноровкой, сметкой, железной волей к победе.

Во имя великой освободительной цели советский человек, творя чудеса на поле боя и в тылу, показал современникам и завещал потомкам, как нужно любить и оберегать Родину, ведя ее к счастью и славе.

Передовое место в этой великой эпопее принадлежит людям Сталинской гвардии. Это о них говорится: «Там, где гвардия обороняется – враг не пройдет, там, где гвардия наступает – враг не устоит». Слава нашей гвардии никогда не померкнет и будет жить в веках.

В этих книгах – наши люди, наша кровь!

Большая признательность бойцам, офицерам и генералам, вложившим свою дань в это важное и нужное дело.

 

Н.К. Попель

 

---

 

ГЕНЕРАЛ-ПОЛКОВНИК ТАНКОВЫХ ВОЙСК

МИХАИЛ ЕФИМОВИЧ КАТУКОВ

 

Михаил Ефимович КАТУКОВ родился в 1900 году в селе Большое Уварово, Московской области. Еще мальчиком он узнал нужду и горе. На третьем году обучения отец сказал ему: «Ну, паренек, хватит тебе наук, пора и за работу». И Михаил стал помогать родителям по хозяйству, а потом его снарядили на заработки в Питер. Пять лет пробыл он в учениках в молочном магазине с большой вывеской «Поставщик двора Его величества СУМАКОВ и К°». Мыл посуду на хозяйской кухне, колол дрова, бегал за водкой для приказчиков.

Те дни открыли глаза Михаилу на жизнь. Не все еще понимал он, но сердцем чувствовал, где правда и тянулся к ней, слушал рассказы солдат и мастеровых, населявших темные и сырые подвалы Питера.

Началась февральская революция. Молодой КАТУКОВ один из первых приколол красный бант на свое поношенное пальто и с винтовкой в руках пошел на юнкеров, которые засели в гостинице «Севастополь» на Лиговке.

В марте месяце 1919 года КАТУКОВ был зачислен в 54 стрелковую дивизию группы войск особого назначения. С нею он громил банды МИРОНОВА, бился с белополяками. В походах, боях и ночевках познавал душу русского солдата. Теперь он уже видел за кем правда и завоевывал ее с оружием в руках.

После гражданской войны Михаил Катуков поступает на курсы красных командиров и за десять лет /с 1922 по 1932/ проходит все должностные ступени от командира взвода до начальника штаба полка. Семь лет он командует в стрелковом полку полковой школой.

В 1932 году, период организации танковых частей Михаил Ефимович становится танкистом. Впоследствии он оканчивает курсы при военной академии моторизации и механизации им. СТАЛИНА и командует отдельным учебным танковым батальоном. Более тысячи командиров-танкистов подготовил он за это время.

Началась отечественная война. М.Е. Катуков с первых дней на фронте. Под ЛУЦКОМ он водил в атаку спешившихся танкистов 20 ТД и участвовал в рукопашной схватке.

В сентябре 1941 года КАТУКОВ назначается командиром 4-й танковой бригады, которая приняла свое боевое крещение на подступах к столице. Полчища ГУДЕРИАНА прорвали тогда оборону наших войск на ОРЛОВСКОМ направлении и устремились к МОСКВЕ.

На пути их стала 4-я танковая бригада.

У Гудериана было до 450 танков и более 25 тыс. штыков, не считая других средств усиления, у КАТУКОВА – 61 танк и немногочисленные приданные части. Искусно маневрируя на широком фронте, полковник КАТУКОВ создал у немцев впечатление, будто бы на этом участке обороны сосредоточены большие танковые силы. Шаблонной «магистральной» тактике Гудериана он противопоставил гибкий маневр, тактику танковых засад, неожиданных контратак, четкого взаимодействия с пехотой и артиллерией, отличную организацию непрерывной разведки.

Восемь дней и ночей оборонялись Катуковцы. 133 танка, 40 орудий, 8 самолетов и много другой техники и живой силы врага уничтожили они в этих неравных боях.

Из-под Мценская бригада, по приказу тов. СТАЛИНА, перешла на ВОЛОКОЛАМСКОЕ направление. Начались новые кровопролитные бои с немцами, перешедшими в наступление под МОСКВОЙ. Плечом к плечу с прославленными войсками генералов ДОВАТОРА и ПАНФИЛОВА дрались гвардейцы-танкисты КАТУКОВА. За спиной их была МОСКВА – сердце Родины. И они, оберегая это сердце, стояли насмерть.

Наступление фашистских орд захлебнулось. По Приказу Верховного Главнокомандующего тов. СТАЛИНА, Красная Армия перешла в наступление. Начался легендарный разгром немцев под МОСКВОЙ. В этом разгроме, положившим начало новому этапу в Великой Отечественной войне, не маловажную роль сыграла 1-я гвардейская танковая бригада, руководимая М.Е. КАТУКОВЫМ. Под его командованием оперативная группа войск, в состав которой входила бригада танкистов-гвардейцев, успешно провела ИСТРИНСКУЮ операцию, отрезав пути отхода ИСТРИНСКОЙ группировке немцев и уничтожив ее, выбила немцев из ВОЛОКОЛАМСКА, сбила с ЛАМСКОГО рубежа и, в условиях суровой, снежной зимы, погнала гитлеровцев до СМОЛЕНСКА, пройдя с боями до 200 километров.

4-я танковая бригада была преобразована в 1-ю гвардейскую, ее командир возведен в чин генерал-майора и награжден орденом Ленина.

В специальном приказе Наркома Обороны тов. СТАЛИНА было сказано:

«Отличные действия бригады и ее успехи объясняются тем, что бригадой:

1. Велась непрерывная боевая разведка,

2. Осуществлялось полное взаимодействие танков с мотопехотой и артиллерией,

3. Правильно были применены и использованы танки, сочетая засады с действиями ударной группы,

4. Личный состав действовал храбро и слаженно».

В 1942 году М.Е. КАТУКОВ был вызван в МОСКВУ. СТАЛИН поручил ему формирование 1-го танкового корпуса, которым он командовал с … 1942 г. В сентябре 1942 г. поручению тов. СТАЛИНА КАТУКОВ сформировал 3-й механизированный корпус.

Под его командованием корпус дрался на Калининском фронте. В 1943 г. М.Е. КАТУКОВ сформировал и возглавил 1-ю танковую армию.

Много сражений выиграл за это время генерал КАТУКОВ, много славных страниц вписал он в дело победы.

Неписанное правило 1 Гв. ТБр. «За одну смерть советского танкиста – двадцать смертей противника; за один подбитый советский танк – 20 уничтоженных танков врага» – стало девизом всей 1-й танковой армии.

Высоко оценила Родина боевые заслуги генерала и последовательно наградила его орденами: Ленина, Кутузова II и I степеней, Богдана Хмельницкого I степени, Суворова I степени, Красного Знамени. Президиум Верховного Совета СССР присвоил ему звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда».

Английский король наградил тов. КАТУКОВА орденом «За боевые заслуги Британской империи»; правительство Монгольской народной республики – орденом Боевого Красного Знамени. За выслугу лет в Красной Армии тов. Катуков награжден орденом Красного Знамени и орденом Ленина.

 

Подготовил к печати: /В. ЖЕЛТОВ/

В ПЕЧАТЬ:

 

---

 

ГВАРДИИ ГЕНЕРАЛ-ЛЕЙТЕНАНТ ТАНКОВЫХ ВОЙСК

НИКОЛАЙ КИРИЛЛОВИЧ ПОПЕЛЬ

 

Николай Кириллович Попель родился в 1901 году в посаде БОГОЯВЛЕНСК, Николаевской области. С раннего детства он вместе с отцом плотничал, мостил дороги, ходил на заработки в НИКОЛАЕВ.

В 1917 году умер отец. Через год на Украину вторглись немцы, они принесли с собой смерть и разрушения. Двух двоюродных братьев Николая немцы расстреляли, мать не перенесла побоев и умерла.

Темной ночью Николай покинул дом, переплыл залив, пробрался в ХЕРСОН и скоро на нем зашуршала серая шинель с красногвардейскими петлицами.

В БОГОЯВЛЕНСК он вернулся после ликвидации Врангелевского фронта. Сквозь разруху пробивалась новая жизнь. В ногу с ней он пошел на курсы Красных командиров, вскоре он стал командиром Красной Армии, за тем окончил Одесское артиллерийское училище. В 1926 году вступил в партию, впоследствии учился на курсах им. Энгельса и в политической академии им. Ленина. Став политработником, он с 1933 по 1935 г.г. работал комиссаром отдельного Петергофского дивизиона, с 1935 по 1937 год – комиссаром кавалерийского полка, затем начальником политотдела танковой бригады и комиссаром танкового корпуса.

Война застала Н.К. ПОПЕЛЯ в ДРОГОБЫЧЕ, где он был комиссаром 8-го механизированного корпуса. Одна из дивизий этого корпуса в июле месяце 1941 года была окружена немцами на ИКВИНСКИХ болотах. ПОПЕЛЬ сам повел людей в атаку, и дивизия, опрокинув заслоны противника, ушла в лес. Почти месяц действовала она в тылу врага. По штабам германских частей, располагавшихся неподалеку от ИКВИНСКОГО леса, был разослан приказ, в котором предлагалось любыми средствами уничтожить «свирепствующую» группу ПОПЕЛЯ или по крайней мере выловить самого комиссара, за голову которого было обещано большое вознаграждение.

Но дивизия продолжала оставаться неуловимой. В ИКВИНСКИЕ леса стекались все, кого постигла участь окружения. Нападая на колонны противника, дивизия ПОПЕЛЯ оснащалась оружием и боеприпасами, нарушала коммуникации врага, громила его штабы и упорно пробивалась к линии фронта. По пять суток люди не имели пищи, с пулеметами на плечах переплывали реки, перетаскивали на руках пушки, но никакие трудности не сломили их воли. Перед ними был бесстрашный, никогда не унывавший комиссар.

В августе 1941 года ПОПЕЛЬ вывел свою дивизию из окружения. В приказе НКО № 270 тов. СТАЛИН поставил его в пример, как мужественного коммуниста и умелого командира, не дрогнувшего перед лицом опасностей и трудностей войны.

По выходе из окружения ПОПЕЛЬ работал членом Военного Совета 38, затем 21 и 28 армий.

Осенью 1942 года был сформирован 3-й механизированный корпус. ПОПЕЛЬ назначается комиссаром его.

В феврале 1943 года на базе корпуса была создана 1-я танковая армия; ПОПЕЛЬ получает назначение членом Военного Совета армии.

Огромный боевой путь прошла – 6159 км от Севро-Западного фронта до Берлина, рожденная в огне войны армия. Тысячи беспримерных подвигов были совершены ее бойцами, сержантами, офицерами. И в каждом из них заключена не малая толика самоотверженного труда Николая Кирилловича ПОПЕЛЯ, как политического воспитателя широких красноармейских масс и как генерала.

Заслуги Николая Кирилловича отмечены двумя орденами Ленина, 3-мя орденами Красного Знамени, двумя орденами Отечественной войны 1 степени, Кутузова I степени, Богдана Хмельницкого II степени, Суворова II степени, орденом Красной Звезды и орденом Красного Знамени Монгольской народной республики.

 

Подготовил к печати /В. ЖЕЛТОВ/

В ПЕЧАТЬ:

 

---

 

ЧАСТИ И СОЕДИНЕНИЯ АРМИИ

КРАТКИЙ ОБЗОР ВОЗНИКНОВЕНИЯ, ОРГАНИЗАЦИИ
И БОЕВЫХ ДЕЙСТВИЙ

/до момента вхождения в состав войск Армейского подчинения/

 

---

 

Гвардии генерал-майор ДРЕМОВ

 

3-й МЕХАНИЗИРОВАННЫЙ КОРПУС.

 

3-й механизированный корпус сформирован 23 сентября 1942 года в городе КАЛИНИН. В состав его вошли: 1-я Гвардейская и 49 танковые бригады /ранее входившие в состав 1 Танкового корпуса, действовавшего на Брянском фронте/, 1-я и 3-я Московские и 10-я Уральская мотострелковые бригады, преобразованные в мехбригады.

Командовал корпусом гвардии генерал-майор танковых войск М.Е. КАТУКОВ, комиссар – бригадный комиссар Н.К. ПОПЕЛЬ, начальник штаба-гвардии подполковник М.Т. НИКИТИН, начальник Оперативного отдела-подполковник РЫБАКОВ и начальник Политотдела – старший батальонный комиссар ЛЯСКОВСКИЙ.

Бригадами командовали: 1-й Гвардейской танковой – гвардии подполковник ГОРЕЛОВ, 49 танковой – полковник ЧЕРНИЕНКО, 1-й механизированной – полковник МЕЛЬНИКОВ, 3-й механизированной – гвардии подполковник БАБАДЖАНЯН и 10 Механизированной полковник БЕЗЗУБОВ.

В ту осень страна переживала самые тяжелые дни войны. Враг рвался к Волге. Сталинград был охвачен огнем. Там решалась судьба Родины. Истекающий кровью враг снимал свои части с других участков фронта и бросал их на Сталинград.

Ставка Верховного Командования, своевременно разгадав замысел врага, решила сковать его силы, готовившиеся сняться с Калининского фронта для усиления ударных немецких частей, действовавших под Сталинградом.

Штабу 22 Армии было приказано продемонстрировать ложное массированное наступление и своими действиями помешать передислокации противника. В составе этой Армии в те дни и действовал 3-й Механизированный корпус. Впереди его позиций оборонялась 86 германская пехотная дивизия, создавшая на своих рубежах целую систему инженерных оборонительных сооружений, усиленных проволочными заграждениями и густо минированными полями.

Каждое село и хутор, разбросанные в тактической глубине обороны, немцы превратили в мощные опорные пункты сопротивления. ДОТы имели от 3-х и 6-ти накатов бревен диаметром 30 см.

В каждом ДЗОТе имелось 3-4 амбразуры для ручных и станковых пулеметов или для противотанковых орудий и от 6-10 бойниц для автоматчиков. Ходы сообщений между ДЗОТами были оборудованы глубиной в 1-2 метра и защищались фланговым и косоприцельным огнем. Перед ДЗОТами находились минные поля, простреливаемые пулеметным огнем.

Потребовалось нечеловеческое усилие каждого воина, от командира корпуса до бойца, чтобы взломать столь мощную оборону врага и решить поставленную задачу.

27 ноября после сильной артподготовки части корпуса перешли в решительное наступление. Генерал КАТУКОВ предпринял замечательный обходный маневр, заслуживший специального изучения и описания. В результате этого маневра, передовым частям корпуса удалось разгромить 216 пехотный полк 86 германской пехотной дивизии и овладеть МИХЕЕВО и ШОПОТОВО. Противник откатился на запасной оборонительный рубеж КАРСКАЯ – СТАРУХИ.

Германское командование, почувствовав большую угрозу для своей группы войск, бросило из резерва 1 Гренадерский полк дивизии «Великая Германия». Но корпус продолжал наступать. На его пути встретилась водная преграда – река ЛУЧЕСА, которую противник использовал для прикрытия своей второй оборонительной линии. Подходы к реке были минированы, берега эскарпированы, укреплены барьерами и обледенены.

Командир корпуса приказал сделать мощный артиллерийский налет и подавить огневые точки противника. В это время пехота и саперы, под покровом ночи навели настильные переправы через реку и танки перешли на другой берег. К 5 декабря части корпуса, разбив наголову 216 пехотный полк 86 пехотной дивизии, 1 пехотный полк дивизии «Великая Германия», 252 пехотный полк 110 пехотной дивизии и отдельные части 95 и 6 пехотных дивизий, выполнили полностью свои задачи, углубились в оборонительную полосу противника на 15-18 км.

После этих боев генерал-майор КАТУКОВ на одном из отчетных докладов в Ставке Верховного Командования, предложил на рассмотрение новую, подсказанную ему самой практикой, структуру ударных сил, действующих в прорыве.

Он предлагал иметь в прорыве за корпусом в затылок такой же корпус, и для обеспечения их флангов – 2-3 стрелковых дивизий с задачей – не давать противнику возможности закрыть горловину прорыва.

Действие 3 механизированного корпуса на Калининском фронте не ограничились наступательным характером; с 6 по 25 декабря его части были использованы для оборонительных целей. За эту операцию КАТУКОВУ было присвоено звание генерал-лейтенанта танковых войск, а бригадный комиссар ПОПЕЛЬ возведен в ранг генерал-майора.

В описываемых боях корпус уничтожил 13400 солдат и офицеров противника, 78 танков, 30 самоходных орудий, 164 орудия разных калибров, 14 самолетов, 137 пулеметов и захватил 11 самоходных орудий, 63 орудия разных калибров, 96 пулеметов, 55 автомашин и много другого военного имущества.

С 7 января 1943 года началась смена частей корпуса стрелковыми дивизиями. Корпус выходил на формирование.

База корпуса послужила основой для создания танковой армии, получившей наименование «Первой». Генерал-лейтенант КАТУКОВ был назначен Командующим армией, генерал-майор ПОПЕЛЬ – Членом Военного Совета. Корпус принял генерал-майор КРИВОШЕИН. Его заместителем по политчасти стал полковник ШЕЛЕГ, начальником штаба подполковник НИКИТИН.

В Корпус вошли кроме названных выше частей – 35 ИПТБ, 405 ОГМД, 58 ОМБ и 34 ОРБ.

В феврале 1943 года корпус в составе армии совершил марш на Северо-Западный фронт, затем в начале марта передислоцировался на Воронежский фронт – на южный и западный участки Курской дуги.

Здесь его ожидали новые задачи, которые он также, как и на Калининском фронте выполнил с честью. Одержанные корпусом победы – лучшие показатели боевой зрелости его генералов, офицеров, рядового и сержантского состава. В каждом сражении воины этого корпуса проявляли воинскую доблесть, героизм, бесстрашие и тактическое мастерство, покрыв свои знамена неувядаемой славой.

 

---

 

Генерал-лейтенант т/в А.Л. ГЕТМАН

 

6-й ТАНКОВЫЙ КОРПУС.

 

Начало формирования корпуса относится к апрелю месяцу 1942 года. Он создан на основании Директивы Командующего войсками Западного фронта Генерала Армии ЖУКОВА.

В состав корпуса вошли: 100-я и 200-я танковые бригады – из резерва Главного Командования, 22-я танковая бригада из фронтового резерва и 6-я мотострелковая бригада, формировавшаяся Начальником Управления формирования и укомплектования войск Красной Армии в г. ВОЛЬСКЕ. Формирование происходило на территории Московской области с центром Управления в г. ПОДОЛЬСКЕ.

Начальник штаба корпуса подполковник КОМАРОВ в первые дни формирования временно исполнял обязанности командира.

26 апреля 1942 года я прибыл в ПОДОЛЬСК и принял корпус, комиссаром был назначен бригадный комиссар ГРИШИН.

Бригадами командовали: 22-й – полковник ЕРМАКОВ, 100-й – полковник ИВАНОВ, 200-й – полковник МОСКВИН, 6-й – полковник КОМОЛОВ.

С 10 мая по 12 июля 1942 года части корпуса проходили учебу и сколачивание в районе МАЛОЯРОСЛАВЦА. В этот период корпус посетили Народный Комиссар Танковой промышленности тов. МАЛЫШЕВ, конструктор танка «КВ» – Герой Социалистического Труда Генерал-майор КОТИН, секретарь МК и ВЛКСМ ФЕДОРОВА и КРАСАВЧЕНКО. Они имели ряд бесед с танкистами. Тов. КОТИН, в частности, интересовался, какие по мнению танкистов, нужно внести изменения в конструкции наших танков.

Комсомольские работники вручили переходящее Красное Знамя комсомола Москвы и Московской области 22-й танковой бригаде, раздали ценные подарки бойцам и офицерам. С этого времени …

В августе 1942 года корпус участвует в боях на правом крыле Западного фронта в районе ПОГОРЕЛОЕ-ГОРОДИЩЕ. Он входил в состав подвижной группы, которая имела задачу войти в прорыв на стыке 31 и 20 армии, разгромить резервы противника в районе ВОЙМИРОВО – КОЗЛОВО – КАРМАНОВО, передовыми отрядами захватить переправу на р. ВАЗУЗА, форсировать ее и овладеть СЫЧЕВКОЙ, имея в виду нанести в дальнейшем удар в направлении ВЯЗЬМЫ.

Действуя согласно разработанному плану, корпус вошел в прорыв и форсировал р. ВАЗУЗА. В этом бою особенно отличился 3-й батальон мотострелковой бригады /командир майор СКОБЕЛЬЦИН/, захватив плацдарм на западном берегу реки, батальон занял прочную оборону. Его позиции атаковали 28 тяжелых танков. В батальоне были лишь противотанковые ружья. Из них храбрые воины подбили 12 танков, а остальные обратили в бегство.

Тем временем противнику удалось подтянуть резервы из района ГЖАТСК в район КАРМАНОВО и ударить с юга во фланг 20-й армии. Для парирования удара, в район КАРМАНОВО был переброшен 6-й танковой корпус. Части этой Армии втянулись в бой за город ЗУБЦОВ. Таким образом, между 31 и 20 армиями создался разрыв примерно в 20 км. Противник воспользовался этим и подвел сюда из района СЫЧЕВКА 5 танковую дивизию.

Корпусу было приказано занять совместно с 251 СД оборону на стыке 31 и 20 армии. Условия не благоприятствовали успешному ведения боя /полное бездорожье, отсутствие понтонных средств, отрыв тылов/, однако активными действиями на г. СЫЧЕВКА и ст. ОСУГА, корпус обеспечил главным силам 20 Армии свободу маневра и разгром КАРМАНОВСКОЙ группировки противника в составе двух танковых дивизий и армейского корпуса.

В дальнейшем, перейдя в оперативное подчинение 20 армии, корпус участвовал в прорыве обороны западнее КАРМАНОВО, в направлении ГЖАТСКА … вражеской авиации, в которых имел большие потери.

В первых числах сентября 1942 года корпус был передан в оперативное подчинение 31 армии и действовал юго-восточнее РЖЕВА. В этом районе на долю корпуса выпало решить ряд сложных и весьма тяжелых задач. Не имея достаточной поддержки со стороны пехоты 31 Армии, танкистам вместо того, чтобы войти и развивать прорыв в районе БЕЛОГУРОВО – ЧЕРКАСОВО, пришлось самим прорывать оборону, а затем отбивать яростные контратаки противника.

За 10 дней боев, на так называемом МИХЕЕВСКОМ плацдарме, силами корпуса разбиты лучшие дивизии противника, в том числе танковая дивизия СС «Великая Германия».

С конца ноября и всю первую половину декабря 1942 г. корпус вел упорные бои за железнодорожную линию РЖЕВ – СЫЧЕВКА в составе 20 Армии. В операции 28 и 29 ноября были разгромлены три штаба, уничтожены склады и тыловые учреждения противника. Корпус вышел за линию железной дороги в район сев. НИКИШКИНО, ЛОНСКИЙ, АЗАРОВО, ФИЛИППОВО.

Успех не был, однако, продолжительным. Потери, которые понесли наши части в тяжелых схватках с врагом, были чувствительными, и мы вынуждены отводиться на доукомплектование. Последний наступательный бой по прорыве обороны на участке БОЛ. и МАЛ. КРОПОТОВО, начатый 11 декабря 1942 года также, не дал должных результатов. Сперва танки, нанеся большие потери противнику, овладели МАЛ. КРОПОТОВО и вели бой западнее его, не допуская подхода вражеских резервов, но пехота 30 Гв. СД не поддержала действий танков. Кроме того, танкам приходилось маневрировать на узком участке, изрытом траншеями, окопами, воронками, что снижало подвижность на поле боя и делало уязвимыми. Вследствие этого потери в танках были большие.

Действия корпуса на западном участке фронта, несмотря на большие потери, привлекли на себя оперативные резервы противника /танковые и пехотные дивизии/, которые предназначались для боев под Сталинградом. Этим самым корпус облегчил положение наших частей в районе Сталинграда и способствовал разгрому Сталинградской группировки.

В феврале 1943 года корпус, выведенный к тому времени во фронтовой резерв, в район ШАХОВСКАЯ, перебрасывается в Осташков, где входит в состав 1-й Танковой Армии.

С тех пор корпус провел много новых битв, стал гвардейским, его личный состав и офицерские кадры показали себя сколоченным организмом, вполне подготовленным для ведения современного боя.

 

Подготовил к печати – /подпись/

В ПЕЧАТЬ:

 

ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР

Гв. Генерал-Лейтенант т/в /Н. ПОПЕЛЬ/

 

ЗАМ. ГЛАВНОГО РЕДАКТОРА

Гв. Генерал-лейтенант /М. ШАЛИН/

 

Члены редколлегии:

«    »_____________ 1944 г.

 

---

 

ПРИКАЗ

Ставки Верховного Главнокомандования

о создании Первой танковой армии

 

Распоряжением Ставки Верховного Главнокомандования от 30 января 1943 года № 46021 Полевое Управление 29 армии переформировывается в Полевое Управление Первой Танковой армии.

Командующим Первой танковой армией назначен гвардии генерал-лейтенант танковых войск товарищ КАТУКОВ.

Членом Военного Совета армии – генерал-майор товарищ ПОПЕЛЬ.

Начальником штаба армии назначен генерал-майор товарищ ШАЛИН.

Заместителем Командующего армией назначен генерал-майор товарищ БАРАНОВИЧ.

В состав армии вошли:

А. Боевые части:

6-й танковый корпус, 3-й механизированный корпус, 7, 62, 63 и 64 отдельные танковые полки, 14, 15, 20, 25 лыжные бригады, 265 и 276 минометные полки, 289 гаубично-артиллерийский полк, 316 и 79 гвардейские минометные полки, 263 зенитный артиллерийский полк, 6 и 9 воздушно-десантные дивизии;

Б. Части обеспечения:

346 и 351 отдельные батальоны связи, 83 полк связи, 6480 линейный батальон связи, 85, 28, 80 кабельно-шестовые роты, 858 телефонно-строительная рота.

В. Склады:

1467 артиллерийский, 2467 продовольственный, 1243 инженерный, военно-технический 1815, 1071 – горюче-смазочных материалов; трофейный 2373, санитарный 1606, ветеринарный 2321, АБТ – 1736;

санучреждения: полевой эвако-пункт 76, головное отделение полевого эвако-пункта 46, полевой подвижной госпиталь 250, 501, 583, 653, 470, 1158, армейский полевой госпиталь легко раненых 2734, инфекционно-терапевтический госпиталь 4249, санитарно-эпидемический отряд 25, 51 отдельная дезинфекционная рота, паталого-анатомическая лаборатория 91, прачечный отряд 74, военно-санитарная рота 52, конно-санитарная рота; военные учреждения: полевое отделение армейской мастерской 42, армейская мастерская 29 и 139.

 

---

 

Гвардии генерал-лейтенант т/в Н.К. ПОПЕЛЬ

 

ЗАРОЖДЕНИЕ АРМИИ

 

Отгремело величайшее в истории войн сражение у стен СТАЛИНГРАДА, закончившееся небывалым окружением и ликвидацией отборной немецкой армии. Доблестная Красная Армия, руководимая гениальным полководцем, Маршалом Советского Союза товарищем СТАЛИНЫМ, начала массовое изгнание немецких захватчиков из Советского Союза и истребление их. Великая Отечественная война советского народа с разбойничьей гитлеровской Германией вступила в решающий период.

В стремительном зимнем наступлении Красной Армии 1942-43 г.г. на всех фронтах огромную роль стали играть возросшие танковые и механизированные войска. Они явились мощным средством для развития тактического прорыва в оперативный, для осуществления маневра и окружения вражеских группировок, для действий в оперативной глубине. Не фронтальный удар, как это было прежде, осуществляемый пехотно-артиллерийскими массами, с применением ограниченных танковых сил, не линейное наступление, приводившее часто лишь к «выдавливанию» противника, – а глубокий охват и обход группировок немцев, смелый маневр на окружение и истребление живой силы и техники стали характерными чертами операций Красной Армии.

Былое превосходство немцев в танках кончилось. Исполнились вещие слова товарища СТАЛИНА. Героический советский тыл дал своей доблестной Красной Армии первоклассное танковое вооружение в необходимом количестве. Выражением этого нового могущества Красной Армии и было создание 1-й танковой армии.

Распоряжением Ставки Верховного Главнокомандования от 30 января 1943 года № 46021 было создано полевое управление 1-й танковой армии. В состав армии вошли боевые соединения и части: 3-й механизированный и 6-й танковый корпуса, 7, 62, 63 и 64 отдельные танковые полки, 14, 15, 20 и 25 лыжные бригады, 265 и 276 минометные полки, 289 гаубичный артиллерийский полк, 316 и 79 гвардейские минометные полки, 263 зенитный артиллерийский полк, 346, 351 отдельные батальоны связи и 6 и 9 воздушно-десантные дивизии.

Зарождалась армия в исключительно трудных условиях. Стояла суровая, снежная зима. Морозы сменялись февральскими метелями, заносами, оттепелями и снова – пургой и морозами. Дороги были совершенно непроходимы не только для колесного транспорта, но даже и для танков. В таких условиях предстояло не только сформировать армию, как новое, боевое, крепкое соединение, но и одновременно сосредоточить ее для боя.

Первая танковая армия входила в состав особой группы войск Северо-Западного фронта с задачей – после прорыва 1 ударной армией обороны немцев возле ДЕМЯНСКА /ДЕМЯНСКИЙ аппендицит/ на участке фронта РИТИНО – КОРЧКОВО – ХОЛМЫ – войти в прорыв и, развивая успех, одной группе войск армии овладеть СТРУГИ КРАСНЫЕ, ЛУГА, другой группе – захватить ПСКОВ и, наконец, правофланговыми частями действовать совместно с 52 армией по овладению г. НОВГОРОД.

Части, из которых формировалась 1 танковая армия, были разбросаны и находились в движении, сосредоточиваясь в район ОСТАШКОВ, СОБЛАГО, ОХВАТ – из МОСКВЫ и участков Калининского фронта. Предстоял переход в 250 км. Между тем, отсутствовало продовольствие, горючее. Базы снабжения находились за 150 км.

Формирование и сосредоточение, по приказу Ставки Верховного Главнокомандования, должно быть закончено в 15 дней. Надо было не только собрать воедино части армии, выдвинуть их на исходное положение, но и довести снабжение их до положенной нормы обеспечения /12 сутодач продовольствия, 3 боекомплекта и 3 заправки горючего/. В условиях, в которых находилась армия, решение последней задачи, ровно, как и сам ледяной поход, равнялись выигрышу крупного сражения.

Военный Совет армии призвал командный, офицерский, сержантский и рядовой состав с честью выдержать испытание, преодолеть трудности, выполнить приказ Ставки.

Начался героический ледяной поход. В нем познавались люди, закалялись, мужали. Это был подлинный экзамен на железную стойкость, русское упорство, сообразительность и выносливость.

Никогда еще советским танкам не приходилось совершать такого длительного марша по снежным сугробам, льду, болотам. Каждый метр пути приходилось буквально брать с боя, пробиваясь сквозь пургу и бездорожье вперед. Не хватало лопат, чтобы расчистить снег, топоров, чтобы рубить лес и гатить болота для прохода танков. Колесные машины, пушки, прицепы часто люди выносили на руках. Движение не прекращалось и ночью. Люди терпели голод, холод, лишения, отказывались от сна, но не отступали перед трудностями.

В этой борьбе со стихией, как всегда и везде, впереди были коммунисты. Командиры частей т.т. ГОРЕЛОВ, ЧЕРНИЕНКО, ВЕДЕНИЧЕВ, БУРДА, ЛЕОНОВ и другие сумели с первых же дней сплотить офицеров и рядовой состав на выполнение стоявших перед ними задач. Заместители командиров по политчасти т.т. СЕРЕНКО, ПОПОВ, ВОБЯН, БОЯРСКИЙ, ДЬЯЧЕНКО и другие провели большую политическую работу с личным составом, подняли на ноги партийные и комсомольские организации, и большевики – офицеры и солдаты возглавили этот небывалый ледяной поход. Они показывали примеры выносливости, упорства, воодушевляли весь личный состав подразделений на преодоление трудностей, учили как надо беречь технику, бороться со стихией и побеждать ее.

Необходимо отметить, что значительная часть танковых экипажей были молодые, несколоченные. В ходе движения командирам приходилось учить экипажи, как надо вести танки, овладевать боевой техникой. Дорога была каждая минута, и командиры, по указанию Военного Совета, развернули на марше боевую учебу, в основу ее были положены приказы № 345 и № 95 Верховного Главнокомандующего товарища СТАЛИНА. Политработники армии, корпусов и бригад каждое слово Сталинских приказов донесли до бойцов и офицеров. Глубоко в душу каждого воина запали четкие и ясные требования любимого вождя и полководца, указывающие путь к победе над ненавистным врагом: «Всемерно укреплять железную дисциплину, строжайший порядок и единоначалие в нашей армии, совершенствовать боевую выучку войск и готовить, упорно и настойчиво готовить сокрушительный удар по врагу». И далее: – «Усилить удары по вражеским войскам, неустанно и упорно преследовать врага, не давать ему закрепляться на оборонительных рубежах, не давать ему отдыха ни днем, ни ночью, резать коммуникации врага, окружать вражеские войска и уничтожать их, если они отказываются сложить оружие».

Предстоящие боевые задачи воодушевляли людей, а трудности похода сплачивали в одну дружную семью. Железная дисциплина и твердый воинский порядок в подразделениях еще более возросли. Боевая выучка пехотинцев, артиллеристов, минометчиков, совершенствование танкистского мастерства, несмотря на марш, продолжались изо дня в день, на привалах, в короткие минуты отдыха, в пути, когда приходилось особенно тяжело, политработники рассказывали молодым воинам о славных боевых традициях частей, вошедших в состав армии и давно уже ставших грозой для немцев.

Героические подвиги 1 гвардейской танковой бригады, отбившей под ОРЛОМ и МЦЕНСКОМ атаки Гудериановской танковой группы, превосходившей бригаду по силам в десять раз и затем участвовавшей в легендарном разгроме немцев под МОСКВОЙ – передавались из уст в уста.

Рассказывали о славных делах 112 Краснознаменной танковой бригаде, о героях-танкистах, автоматчиках, артиллеристах 3 мехкорпуса и 6 танкового корпуса, вписавших в историю Отечественной войны советского народа с немецко-фашистскими захватчиками незабываемые страницы. На боевых традициях частей, в преодолении трудностей ледяного похода воспитывался и закалялся личный состав армии – солдаты, сержанты и офицеры.

Чем ближе пробивалась армия сквозь снега, леса и болота к исходным позициям, тем больше возникало перед ней новых трудностей в пути. Бездорожье вывело из строя автотранспорт. Значительный процент танкового парка потребовал немедленного ремонта. Остро ощущалась нехватка горючего, полностью отсутствовали «антифриз», автол и т.п. Военный Совет армии мобилизовал политаппарат, техников, ремонтников и самих танкистов на восстановление боевых машин и автотранспорта, шоферов – на быстрейшую доставку грузов.

В условиях морозов, при полном почти отсутствии запасных частей эта новая задача – ремонт танков и автомашин – казалась совершенно невыполнимой. Но русское упорство, сообразительность, правильная расстановка людей, широко развернутая политико-воспитательная работа сделали свое дело. И эти трудности армией были преодолены.

Бригады ремонтников, технический состав армии творили чудеса. Высокие организаторские способности, сметку и большевистское упорство в борьбе за восстановление танков и колесных машин показали в эти дни наши помпотехи, такие товарищи, как ЖУКОВ /1 гвардейская танковая бригада/, КРЫЖЕВСКИЙ /14 танковый полк/, АБРАМОВ /17 танковый полк/, ШАБОХИН /6 танковый корпус/, СИНИЦИН /112 танковая бригада/, СЕРЕБРЯКОВ /200 танковая бригада/ и многие другие. На высоте решения задач оказались и т.т. ДЫНЕР /зам. командующего армией по техчасти/ и МЕРЗЛЕНКО /старший помощник по эвакуации/.

Все меньше и меньше оставалось по дорогам мертвых, занесенных снегом, машин. Шоферы, героически преодолевая бездорожье, день и ночь подвозили частям боеприпасы, горючее, продовольствие. Приказ Ставки Верховного Главнокомандования был выполнен.

Сформированная на походе, пробившись через снега, леса и болота, в пургу, оттепели и морозы, спаянная воедино, танковая армия вышла на исходные позиции. Это была грозная, всесокрушающая сила, умеющая побеждать даже стихию. Героический ледяной поход частей 1 танковой армии, успешное преодоление всех трудностей означали подлинный выигрыш крупного сражения.

И враг понял это. Самый факт появления на Северо-Западном фронте, во время бездорожья, танков /а это, конечно, не оставалось незамеченным для немцев/ привел противника в смятение. Он не принял боя и стал поспешно отходить из района ДЕМЯНСКА, бросив свой плацдарм, с которого хотел наступать.

К этому времени на юге немцы предприняли отчаянную попытку ликвидировать КУРСКИЙ выступ, образовавшийся в результате успешного наступления войск Брянского и Воронежского фронтов в январе и в феврале. Глубоко вклинившийся в расположение противника, КУРСКИЙ плацдарм создавал Красной Армии благоприятные условия, как для мощных ударов по флангам и тылу основных немецких группировок, сосредоточенных в районе ОРЛА и в районе БЕЛГОРОД – ХАРЬКОВ, так и для последующего развития наступления в западном направлении.

Немецкое командование отдавало себе отчет в том, что КУРСКИЙ выступ может явиться выгодным исходным рубежом для нашего наступления по освобождению Украины и поэтому решило во что бы то ни стало ликвидировать КУРСКИЙ стратегический плацдарм, сократив фронт на 250 км. и освободив до 20 своих дивизий, в которых они так нуждались для новых операций.

Для срыва наступления врага, Ставка Верховного Главнокомандования провела ряд мероприятий, одним из которых явилась переброска 1 танковой армии с Северо-Западного фронта на Воронежский, в район ОБОЯНИ, в качестве мощного подвижного ударного резерва.

Приказ Ставки требовал произвести переброску армии в новый район сосредоточения ускоренными темпами. Военный Совет призвал весь личный состав с честью выполнить эту новую задачу.

Начался второй длинный и тяжелый марш 1 танковой армии. Надо было вновь пройти 200-250 км. своим ходом до станции погрузки и затем эшелонами по железной дороге покрыть расстояние в 1200 км.

Стояла оттепель. Машины буксовали. Опять их вытаскивали на руках, расчищали дороги, строили настилы через затопленные водой участки. Переброска армии производилась только по двум дорогам, так как остальные были отведены для войск фронта, начавших активные действия. Трудности еще заключались в том, что части армии были обеспечены колесным транспортом всего лишь на 50% и не могли сразу поднять все грузы.

Героическими усилиями личного состава, четкостью и организованностью командования, самоотверженным трудом саперов, шоферов, танкистов – все это было преодолено. Части армии в положенный срок прибыли на железнодорожные станции ОСТАШКОВ, ЧЕРНЫЙ ДОР, СОБЛАГО и погрузились в эшелоны. Маршрут движения лежал через БОЛОГОЕ – КАЛИНИН – МОСКВА – ЕЛЕЦ – КУРСК. Военный Совет следовал с первым эшелоном.

Усиленное движение железнодорожных составов было замечено авиаразведкой противника. Вражеские самолеты стали преследовать поезда и бомбить узловые железнодорожные станции. Первый налет они совершили на ст. ЕЛЕЦ, где в это время находился состав Военного Совета и штаба 1 танковой армии. По самолетам открыли огонь из всех имевшихся в эшелоне средств ПВО, ружей ПТР, винтовок и автоматов. Несмотря на зону сплошного огня, стервятники пикировали, сбрасывая бомбы. Одна из них разорвалась в составе эшелона; оказались убитые и раненые. Был причинен ущерб вражеской авиацией и последующим эшелонам 1 танковой армии.

В конце пути опять возникли препятствия: железная дорога перед КУРСКОМ, только что освобожденная Красной Армией, еще не была перешита, взорванные немцами мосты – не восстановлены.

Между тем противник под БЕЛГОРОДОМ продолжал яростно наступать и требовалось немедленное прибытие 1 танковой армии к месту назначения.

По приказу Военного Совета политработники, находившиеся в эшелоне, мобилизовали население окрестных деревень и железнодорожников на перешивку пути и постройку мостов.

Член Военного Совета выехал на машине в Курск к находившемуся там заместителю начальника Генерального Штаба РККА генерал-лейтенанту АНТОНОВУ, от которого получил указание о форсировании движения эшелонов и быстрейшем сосредоточении 1 танковой армии под ОБОЯНЬЮ. Рядом энергичных мер пришлось навести порядок на станции КУРСК, подготовить ее к прибытию частей армии. Следует отметить, что еще в пути мы провели в эшелонах большую работу по организации разгрузки.

Тем временем перешивка пути и постройка мостов производились днем и ночью. В течение трех суток последний участок пути перед КУРСКОМ был восстановлен и эшелоны армии стали прибывать в город.

Член Военного Совета встречал прибывающие эшелоны, руководил быстрой разгрузкой их и тотчас направлял части армии на отведенные им участки размещения. Все это производилось организованно и с такой быстротой, что авиация противника не смогла застать на станциях одного эшелона.

В течение марта 1 танковая армия сосредоточилась под ОБОЯНЬЮ, заняла боевое положение во втором эшелоне общевойсковой армии и приступила к оборудованию оборонительных рубежей по северному берегу реки ПСЕЛ и на линии ИВНЯ, САФОНОВО /10 км. южнее ОБОЯНИ/.

К этому времени наступление немцев было приостановлено войсками Воронежского фронта. КУРСКИЙ выступ по-прежнему оставался в руках Красной Армии, создавая постоянную угрозу противнику. Немцы стали подготовлять второй удар на решаем участке фронта. В сокрушительном отражении нового немецкого наступления должна была принять участие и 1 танковая армия.

Началась напряженная боевая подготовка, сколачивание штабов подразделений и частей, индивидуальная отшлифовка каждого бойца и офицера. Приводилась в порядок после совершенных маршей боевая техника и автотранспорт. Командованием армии были разработаны варианты нанесения контрударов на случай прорыва противника с западного, юго-западного и южного направлений. В целях маскировки вся материальная часть была тщательно скрыта от воздушного наблюдения и в большинстве окопана. Всякая работа по радио была прекращена, ограничено движение транспорта и т.д. Немцы не знали о существовании 1 танковой армии и появление ее в ходе боев под ОБОЯНЬЮ оказалось для врага неожиданным.

Усиленная подготовка немцев к летнему наступлению хорошо была известна нашему Верховному Главнокомандованию. Первомайский приказ № 195 товарища СТАЛИНА прямо указывал Красной Армии – «быть готовой к решающим сражениям с немецко-фашистскими захватчиками». Этот исторический приказ любимого вождя и полководца стал программой боевой подготовки солдат и офицеров 1 танковой армии. Предстояли гигантские, по своему размаху, сражения, которые должны были определить исход войны. И наши воины понимали это, ясно отдавали себе отчет в том, что от их железной, богатырской стойкости в обороне, стремительности и маневренности в наступлении, от их военного мастерства, дисциплины и организованности, беззаветной отваги и мужества зависит судьба отечества.

Сталинские требования – без устали совершенствовать свое боевое мастерство, умело организовать взаимодействие всех родов войск, изучать противника, повысить культуру работы войсковых штабов – легли краеугольным камнем во всю нашу разностороннюю боевую подготовку. Сколачивались танковые экипажи, тщательно отрабатывалось взаимодействие с артиллерией, пехотой и авиацией, система связи и управления боем, обороны и наступления. Готовились десантники – автоматчики, бронебойщики, гранатометчики. Командование армии, политаппарат, коммунисты и комсомольцы отдали все свои знания и силы, чтобы поднять боевое мастерство каждого бойца и сержанта на ступень выше: – бойца – на уровень сержанта; сержанта и старшину – на уровень среднего командира.

Особое место в учебе заняло изучение тяжелых немецких танков и приемов борьбы с ними. Провал «молниеносной» войны и возросшая мощь наших танковых и механизированных войск и противотанковой артиллерии заставили немцев поспешно, на ходу перевооружаться. Лавины легких и средних танков, с тонкой броней и маломощным вооружением, рассчитанные на психологический эффект на «блиц-войну» и оправдавшие себя в «прогулке по Европе», оказались неподходящим оружием в борьбе против Красной Армии. Появились тяжелые танки «Т-V» /«Пантера»/, «Т-VI» – /«Тигр»/ и тяжелые штурмовые самоходные орудия /«Фердинанд»/. Вот с ними то и предстояло сразиться 1 танковой армии.

Военный Совет издал специальный приказ № 0042, в котором были разработаны и указаны методы борьбы с тяжелыми немецкими танками, созданы группы истребителей «Тигров». Этот приказ, с указанием наград за уничтожение «Тигра», был доведен до всего личного состава армии и послужил отправной точкой в боевой учебе, в преодолении «тигробоязни». Большую работу по пропаганде методов борьбы с тяжелыми вражескими танками проделали также армейские и корпусные газеты. Редакции печатали на страницах своих газет схемы «Т-V», «Т-VI» и «Фердинанда», показывали слабые, уязвимые места их, с какой дистанции и какими средствами можно наверняка уничтожать бронированных хищников.

Политический аппарат армии, корпусов и бригад, партийные и комсомольские организации – все было подчинено решению задачи – ликвидировать «тигробоязнь», вооружить воинов точными знаниями и непоколебимой верой в победную мощь испытанного, первоклассного советского оружия. «Не так страшен «Тигр», как о нем кричат немцы», «смелому и умелому воину «Тигр» не опасен»; умей поражать «Тигра» наверняка» – эти лозунги и подобные им стали самыми популярными в армии.

Военный Совет армии ежедневно выезжал в части и подразделения и на месте, на практике руководил боевой и политической подготовкой войск. Воспитание личного состава армии в стойкости, неустрашимости и в военном мастерстве строилось на передовом опыте лучших частей Красной Армии, показавших массовый героизм и отличную боевую выучку в ходе Отечественной войны. В нашей семье находилась 1 гвардейская танковая бригада, первая в Красной Армии Краснознаменная 112 танковая бригада, части прославленного в боях 3 мехкорпуса и другие передовые подразделения. Боевой опыт и традиции их стали достоянием всей армии.

Мы учили офицеров и солдат познавать новое и не забывать старого, драться мужественно, презирая смерть, но свою жизнь ценить не меньше, чем в 20 жизней противника, как это делали наши гвардейцы-танкисты в незабываемых боях под Москвой. Наш воин, наша одна советская пушка стоили 20 жизней немцев и 20 их пушек, наш советский танк стоил 20 танков противника.

Встречи старых гвардейских танковых экипажей с молодыми, живые, содержательные рассказы кавалеров боевых орденов, доклады и беседы политработников с молодыми воинами о присяге, о священных традициях первых гвардейцев – танкистов, передача боевого опыта и рассказы о совершенных воинами подвигах в армейской и корпусной печати и в «боевых листках» и многие другие, различные и интересные формы пропаганды военного опыта и боевых традиций обогатили солдат и офицеров армии, спаяли их еще крепче и дали им непреклонную уверенность и непреодолимую великую силу побеждать врага. Сила эта заключалась в беспредельной сыновней любви и преданности к Отечеству и народу, в лютой, святой и праведной ненависти к немецко-фашистским захватчикам, сила ее заключалась в железной неустрашимой стойкости, передовом военном мастерстве, русской храбрости и дерзости, смекалке и взаимной выручке в бою.

Во всей этой огромной и многообразной боевой и политико-воспитательной работе Военный Совет, как всегда, опирался на политаппарат, на коммунистов и комсомольцев армии. К тому времени во всех частях и подразделениях были оформлены партийные и комсомольские организации. Из лучших коммунистов и комсомольцев подобраны парторги и комсорги. Проведены собрания и партийные, и комсомольские активы в армии, корпусах и бригадах с повестками дня: о задачах коммунистов и комсомольцев в боевой и политической подготовке, о росте партии и комсомола, о борьбе за продление жизни танков и другие вопросы, стоявшие перед армией. Широко развернулась политическая работа среди самих коммунистов и комсомольцев. Лучшие беспартийные воины, показавшие образцы героизма в прошлых боях и в борьбе со стихией на Северо-Западном фронте, подавали заявления о приеме их в партию и в комсомол.

В эти дни коммунисты и комсомольцы явились не только организаторами боевой и политической учебы, но и примерными, передовыми воинами в овладении техникой и военным мастерством, в повышении своих политических знаний. Они стали застрельщиками встреч молодых бойцов с бывалыми солдатами, танкистами-гвардейцами, явились неустанными агитаторами и пропагандистами, показывая образцы дисциплины и выполнения воинского долга.

Неустанно, изо дня в день, несли они живое, горячее большевистское слово в массы, воспитывая в них стойкость в бою, уверенность в своих силах, железное, гвардейское правило – драться до последней капли крови, стоять насмерть. Они пропагандировали приказы товарища Сталина, особенно приказ № 227, проводили беседы на темы: «О военной присяге», «Ни шагу назад – таков приказ Родины», «О новом немецком танке «Т-VI» и его уязвимых местах», «Как советский закон карает изменников Родины», «Железная воинская дисциплина – залог Победы» и многие другие.

Коммунисты и комсомольцы разжигали боевой порыв воинов, воспитывая в них пламенную любовь к отечеству и неугасимую ненависть к немецко-фашистским захватчикам. Каждый воин – большевик готовился к тому, чтобы личным примером в предстоящих боях увлечь за собой красноармейские массы на подвиги во славу Родины. Все они крепко помнили золотые слова М.И. КАЛИНИНА – «Бесстрашие в борьбе за дело народа, дело ЛЕНИНА – СТАЛИНА – это первейшее качество коммуниста». И они готовили себя к тому, чтобы находиться в бою на самом решающем месте, бороться самоотверженно, мужественно, не щадя своей жизни во имя победы. Лозунг «стоять насмерть», выдвинутый Военным Советом, являлся основным для каждого воина 1 танковой армии, и прежде всего для коммунистов и комсомольцев.

В организации военного и политического воспитания личного состава армии, в укреплении ее боевого духа, стойкости, материальной обеспеченности огромную помощь Военному Совету оказал Н.С. ХРУЩЕВ. Он неоднократно посещал КП армии, корпуса и бригады, беседовал с офицерами и бойцами, коммунистами и комсомольцами, входил во все детали боевой подготовки частей, и своими ясными и чуткими большевистскими указаниями поднимал военную учебу и организованность армии на еще более высокую ступень. Выезжая в части, вызывая к себе члена Военного Совета, повседневной заботой об армии Н.С. ХРУЩЕВ, верный соратник великого СТАЛИНА, ковал непобедимую мощь советских танкистов.

В конце мая из четырех отдельных танковых полков и 100 танковой бригады, по приказу Ставки был сформирован 31 танковый корпус. Работы прибавилось. Данные разведки говорили, что передышка заканчивается, что скоро немцы перейдут в наступление. Поэтому боевое сколачивание нового танкового корпуса пришлось вести самыми усиленными темпами.

Наряду с напряженной боевой и политической подготовкой, в этот период в армии шла не менее напряженная работа по приведению в порядок боевой техники и колесного транспорта.

Военный Совет провел две технические конференции, на которых поставил на разрешение вопросы о продлении жизни танков и обеспечении их запасными частями к предстоящей операции. Был проведен затем слет рационализаторов армии. Эти мероприятия позволили командованию армии приковать внимание всех танкистов, техников, ремонтников и шоферов к насущным задачам, разбудили творческую, инициативную мысль.

Дело в том, что части армии были недостаточно обеспечены централизованным путем танковыми деталями и агрегатами. Сказывался большой отрыв /до 600 км./ от снабжающих баз. Чтобы обеспечить быстрый ремонт танков надо было своими силами создать оборотный фонд деталей и агрегатов.

На конференции рационализаторов Военный Совет дал заказ освоить своими силами ремонт и восстановление дисков главного и бортовых фрикционов, правку валов КПП, ремонт опорных катков, реставрацию кулис, изготовление соединительных муфт водопомпы, улучшение конструкции воздухоочистителя и многое другое.

Рационализаторы горячо откликнулись на призыв и с энтузиазмом взялись за дело. В итоге упорной работы, поисков, смекалки, рационализаторам армии удалось освоить ремонт и производство самых сложных и ответственных деталей и агрегатов.

Достаточно сказать, что без какой-либо помощи извне, собственными силами, добывая иные детали на поле боя, другие производя на месте, наши рационализаторы и ремонтники восстановили КПП танковых – 70, дисков главного и бортовых фрикционов – 12.000, манометров масляных – 310, кулис – 100, лент тормозных – 82, электростартеров – 55, аккумуляторов танковых – 300 и много других деталей, инструментов и приспособлений на общую сумму свыше миллиона рублей. Это был вклад 1 танковой армии в государственную экономию. Изготовление деталей на месте позволило нам привести в порядок всю нашу боевую технику и автотранспорт, и потом, в боях, быстро, буквально на ходу, ремонтировать и вводить в строй подбитые врагом танки.

Мало того, разведав «ничейную» землю перед обороной пехотных частей, танкисты 49 и 1 гвардейской танковой бригады обнаружили подбитые еще зимой советские танки. Рискуя жизнью, под минометным и пулеметным огнем противника отважные танкисты занялись эвакуацией танков. Десять таких подбитых и брошенных тридцатьчетверок были вытащены буквально из-под носа немцев, отремонтированы и включены в состав армии.

Большую работу пришлось провести Военному Совету в связи с серьезными дефектами, обнаруженными в танковых катках. Катки были с внутренней амортизацией. Заводская гарантия их определялась в 800 часов работы. Между тем, катки не выдержали марша от станции разгрузки, до 800 их вышло из строя. Выяснив причину, Военный Совет немедленно обратился с письмом к тов. МОЛОТОВУ о недоброкачественности этой существенной детали в танках и внес предложение – иметь на «Т-34» катки только с наружной амортизацией.

По указанию тов. МОЛОТОВА из Москвы выехала в 1 танковую армию специальная комиссия из представителей Танкопрома и резиновой промышленности, обследовала положение с катками на месте и сделала заключение, что претензии наши правильны. Предложение Военного Совета – выпускать катки для «Т-34» только с наружной амортизацией – было принято. Катки с внутренней амортизацией были заменены и больше промышленностью не выпускались.

Боевая подготовка тем временем не прекращалась в армии ни на минуту. С офицерским составом на военных играх были отработаны все варианты обороны. В последних числах июня Военный Совет и штаб армии провели в корпусах контрольные командно-штабные учения штабов корпусов с привлечением штабов бригад и частично штабов батальонов.

Вся сумма партийно-политической работы, боевой и технической учебы и подготовки дала возможность сплотить армию в стальной организм, выковать кадры офицеров – танкистов, механиков-водителей, башенных стрелков, радистов, мастерски владеющих грозным оружием, которое им вручила Родина. На высоте боевых задач оказались и артиллеристы, автоматчики, саперы, минометчики, связисты, шоферы. Сталинские требования к командирам – стать мастерами вождения войск, умело организовать взаимодействие и управление войсками в бою, сделать штабы частей и соединений образцовыми органами управления – в значительной степени были выполнены, как показало грандиозное июльское сражение на КУРСКОЙ дуге, в котором 1 танковая армия приняла боевое крещение.

Неувядаемой героической славой покрыла себя 1 танковая армия в этой легендарной битве под БЕЛГОРОДОМ. На ОБОЯНСКОМ направлении, которое обороняла армия, немцы сосредоточили и бросили в бой все части 48 танкового корпуса, 52 армейского корпуса, танкового корпуса «СС», в который входили дивизии «Великая Германия», «Адольф Гитлер», «Мертвая голова» и «Рейх». В первый же день наступления враг двинул более 700 танков, в том числе много тяжелых и самоходных орудий, поддержанных с воздуха всей авиацией, сосредоточенной на этом направлении. Главная группировка противника наступала из района ПУШКАРНОЕ, ТОМАРОВКА, КАЗАЦКОЕ на север, вдоль шоссе БЕЛГОРОД – ОБОЯНЬ. Это направление оборонялось с начала сражения гвардейскими пехотными соединениями генерала ЧИСТЯКОВА, а со второго дня и до конца битвы – 1-й танковой армии.

Сражение на БЕЛГОРОДСКО-КУРСКОМ направлении в общем развернулось на фронте в 90 км. и в глубину на 35 км. В нем приняли участие с обеих сторон свыше 4.000 танков, до 7.000 орудий и минометов и около 2.000 самолетов.

Сосредоточив на узком участке огромные силы, враг делал все, чтобы прорвать оборону и выйти к КУРСКУ. Как известно, по планам германского верховного командования, немцы должны были занять этот город на второй день наступления и в сочетании с ударом из-под ОРЛА – ликвидировать КУРСКИЙ выступ, окружить и уничтожить части Красной Армии и попытаться вновь захватить в свои руки стратегическую инициативу, которую Красная Армия вырвала у них в результате победы под СТАЛИНГРАДОМ. Недаром Гитлер писал в своем приказе по войскам накануне июльской битвы: «Вы начинаете большое наступление, исход которого может иметь решающее значение для войны. Колоссальный удар, который сегодня утром поразит советские армии, должен потрясти их до основания… От успеха этого сражения может зависеть все».

Грохот от разрывов снарядов и авиабомб, море огня, черная стена дыма стояли над полем боя. Лавины немецких танков и пехоты, поддерживаемые мощным огнем артиллерии и непрерывной бомбежкой авиации, ринулись на наши оборонительные рубежи. Атаки, во много раз превосходящих сил врага, следовали одна за другой. В течение дня немцам удалось потеснить части 6 гвардейской армии. Тогда удары озверелого врага приняла на себя 1 танковая армия.

Танкисты стояли насмерть. На «тигровую» бронь врага нашлась сталь потверже – бесстрашное танкистское сердце, великая русская стойкость, славное советское оружие. На всю страну прогремела в эти дни слава об истребителях «Тигров», воспитанных нашей армией, богатырях-танкистах – БЕССАРАБОВЕ, ШАЛАНДИНЕ, СОКОЛОВЕ, БОЧКОВСКОМ, МАСЛОВЕ, СТОРОЖЕНКО, бронебойщике ПОСПЕЛОВСКОМ, пулеметчике ЗИНЧЕНКО и о многих других. Массовый героизм, презрение к смерти, сочетались с подлинным боевым, зрелым мастерством.

В задачу моей статьи не входит обрисовка полной, исчерпывающей картины хода июльской битвы под КУРСКОМ. Этому посвящаются специальные обзоры и весь первый том истории нашей армии. Но отдельные, характерные штрихи, по которым можно судить, как сплачивалось боевое рождение 1 танковой армии, ее возмужание на поле сражения, мне хочется привести.

В первый же день боя в районе дер. ЧАПАЕВКА танкисты СИЛАЧЕВ и ДМИТРИЕВ, отбивая яростные атаки врага, подбили и уничтожили более 20-ти немецких танков. Командование по радио, а потом письмом поздравило с успехом эти два отважные экипажи, командир корпуса тут же на поле сражения наградил героев орденами Отечественной войны 1 степени. В тот же день танковая рота гвардии ст. лейтенанта БОЧКОВСКОГО отбила атаку 30-ти вражеских танков, а взвод лейтенанта ОНИЩЕНКО отразил ряд ожесточенных танковых атак, в которых участвовало до 40 немецких машин. В другом бою, в районе дер. ВЛАДИМИРОВКА, лейтенант ОНИЩЕНКО со своими экипажами двое суток бессменно и упорно оборонял вверенный ему рубеж и не пропустил врага. Экипаж командира роты КОБЗАРЯ подбил и сжег за один день 17 танков, из них 4 «Тигра». Командир роты Василий СТОРОЖЕНКО семь часов вел бой с немецкими «Тиграми». Его танковая рота подбила и сожгла 29 вражеских бронированных машин, из них 7 «Тигров». Сам СТОРОЖЕНКО в этом бою уничтожил 9 фашистских танков.

Можно было бы привести десятки и сотни примеров богатырской стойкости танкистов, их отваги, доблести и военного мастерства, презрения к смерти. Несокрушимой стеной встали они на пути немцев. Огнем и маневром, засадами и стремительными контратаками изматывала и обескровливала 1 танковая армия врага, истребляя его технику и живую силу. Каждый метр земли доставался немцам ценой величайших потерь. То, что произошло осенью 1941 года с ГУДЕРИАНОМ под ОРЛОМ и МЦЕНСКОМ, теперь повторилось для немцев под ОБОЯНЬЮ, только еще в большем масштабе. В груды горелого железа превращались пресловутые «Тигры», «Пантеры» и «Фердинанды». Каждая лощина и балка под ОБОЯНЬЮ превратились в кладбища для немецко-фашистских захватчиков.

Отбивая яростные атаки немцев, танкист БРАЖНИКОВ /49 танковая бригада/ подбил пять вражеских танков и 3 самоходных орудия. Экипаж ЗОТОВА /200 бригада/ за один день уничтожил пять немецких танков, в том числе «Тигр». Лейтенант ГОПЕЛУХИН /21 бригада/ на горящей тридцатьчетверке врезался в немецкую танковую колонну, подбил и сжег несколько танков, сам погиб, но не пропустил врага. В целом 21 бригада за шесть дней сражения отбила 42 атаки противника, уничтожила 133 танка, в том числе 29 «Тигров», 6 самоходных орудий, 5 батарей, 47 автомашин и 4 бронетранспортера. Другая наша бригада, 22-я, подбила и сожгла 25 «Тигров», 85 средних танков, орудий разных – 22, автомашин 94. Приняв на себя один из главных ударов немцев, 49-я танковая бригада уничтожила 182 фашистских танка, из них 41 «Тигр», 16 штурмовых орудий, 46 полевых орудий, 6 минометных батарей, 69 автомашин и многие сотни гитлеровцев.

Когда в районе важной высоты 246,7 немцы почти прорвались, командир этой бригады гвардии подполковник А. БУРДА появился сам в боевых порядках батальонов. На своем командирском танке он с хода вступил в бой и подбил два вражеских танка. Личный пример гвардейского мужества и бесстрашия комбрига воодушевил танкистов. «БУРДА с нами!» – пронеслась весть от одного экипажа к другому. Люди воспрянули, кинулись в контратаку и удержали высоту за собой.

Не считаясь с колоссальными потерями, враг рвался к КУРСКУ. Сражение не затихало и по ночам. Пользуясь своим количественным превосходством на направлении главного удара, немецкое командование не отступало от своих целей, а когда сил не хватало – вводил в бой все новые и новые резервы. Противнику удалось за пять первых дней сражения вклиниться в глубину нашей обороны на 30-35 км и выйти на рубеж БУБНЫ – ЗАВИДОВКА – СЫРЦЕВО – КОЧЕТОВКА – ЖИЛОМОСТНОЕ – ШЕЙНА – МАСЛОВА ПРИСТАНЬ. Однако, ни на одном участке немцам не удалось добиться свободы маневра и достигнуть хотя бы незначительного успеха. Немецкие войска втягивались в «мешок», вершина которого с каждым днем становилась все уже. Из-за громадных потерь противник вынужден был вскоре сокращать фронт активных действий и невольно переходить на ряде участков к обороне. Первая танковая армия, успешно выполняя задачу, поставленную Ставкой и Командованием фронта, перемалывала главную группировку врага, тем самым подготавливая почву для перехода частей Красной Армии в решительное наступление.

В этой ожесточенной июльской битве, исключительно ярко проявилась ведущая, авангардная роль танкистов-коммунистов, партийных и комсомольских организаций. С первых же часов сражения лозунг «стоять насмерть» явился для них святым и нерушимым законом. «Умрем, но не пропустим врага» – поклялись коммунисты и комсомольцы и примерами личной храбрости, бесстрашия, самопожертвования показывали беспартийным бойцам, как надо сражаться и побеждать.

Коммунист гвардии лейтенант Георгий БЕССАРАБОВ одним из первых подбил три «Тигра». На страницах газет «Правда» и «Комсомольская правда» отважный танкист поделился опытом, как надо истреблять бронированных немецких хищников. Боевой опыт Георгия БЕССАРАБОВА стал достоянием всей Красной Армии.

Бессмертный подвиг совершил гвардии лейтенант Вальдемар ШАЛАНДИН. «Тигры» зашли во фланг его роте. Надо было принять удар врага. И это сделал ШАЛАНДИН. Один он сражался с «Тиграми», поджег несколько из них. Потом танк ШАЛАНДИНА загорелся. Но и из горящей машины герой – коммунист продолжал разить врага. Когда после боя, танкисты – друзья отыскали и подошли к сгоревшей тридцатьчетверке ШАЛАНДИНА, они увидели обуглившийся труп командира – большевика. Гвардеец ШАЛАНДИН сидел за пушкой, будто и мертвый слал снаряд за снарядом по немцам.

В районе ВЕРХОПЕНЬЕ, после трехдневных тяжелых боев, оказалась в окружении рота лейтенанта члена партии БИТКОВСКОГО. Вражеское кольцо вокруг роты с каждым часом сужалось. Боеприпасы были израсходованы. Тогда БИТКОВСКИЙ радировал командиру своей бригады: «Иду на таран!» Могучий танк его сокрушил на своем пути два немецких танка и пробил дорогу роте.

Экипаж парторга роты лейтенанта КНЯЗЕВА /16 танковый полк / уничтожил в бою 4 «Тигра» и один средний танк. КНЯЗЕВА ранило, танк его загорелся. Но парторг продолжал драться. И вся рота действовала по примеру своего партийного вожака и за один бой сожгла и подбила 13 «Тигров» и 19 средних немецких танков.

Но не одним личным примером в бою действовали коммунисты и комсомольцы. Их всепобеждающая сила заключалась в том, что они ни на минуту не прекращали политической воспитательной работы. В условиях сложной боевой обстановки политаппарат армии, корпусов и бригад, партийные и комсомольские организации подразделений находили формы и методы политического воздействия на бойцов. Живое большевистское слово, индивидуальная беседа, лозунг на поле боя, читка газет, популяризация подвигов героев и их боевого опыта, письма на Родину героев – все нашло свое место в дни КУРСКОЙ битвы.

Исключительную помощь в этом деле оказала политработникам армейская газета. Она издавала листовки о героях, вчера только прославившихся в боях, оперативно освещала ход сражения, передавала боевой порыв у воинов. Партийные и комсомольские организации помогали командованию в налаживании большевистского порядка в тылу, в эвакуации и быстрейшем ремонте танков, в бесперебойной подвозке боеприпасов и горючего, в работе медсанбатов и госпиталей.

Высокий патриотический подъем и боевой порыв воинов 1 танковой армии, благородное желание каждого связать судьбу свою с партией ЛЕНИНА – СТАЛИНА, организатором и вдохновителем наших побед, страстное стремление драться в бою большевиками нашло в эти дни свое яркое выражение в вступлении воинов в ряды партии и комсомола. Беспартийные воины перед боем и в бою искали парторгов и вручали им заявления с просьбой принять в партию. «Хочу идти в бой большевиком … Если погибну – считайте меня коммунистом» – эти и подобные им слова были пламенным выражением чувств, зовом души и сердца каждого. За дни июльской битвы в партийные организации 1 танковой армии поступило 2.600 заявлений от бойцов, сержантов и офицеров с просьбой принять их в ряды партии ЛЕНИНА – СТАЛИНА. И все эти товарищи кровью своей, беспримерной стойкостью и отвагой оправдали в боях свое великое и благородное желание – быть коммунистами и комсомольцами.

Вместе с богатырями-танкистами героически отбивали озверелые атаки врага наши артиллеристы, минометчики, пехотинцы. Командир батареи истребительного противотанкового полка старший лейтенант ГАКАЕВ одним из первых принял на себя удар немцев. Когда орудия батареи были подбиты, он пустил в ход ПТР. Ему раздробило нижнюю челюсть, он не мог говорить. Обливаясь кровью, комсомолец – командир знаками продолжал подавать команду артиллеристам, ставшим бронебойщиками.

Дивизион капитана члена партии МИРОНЕНКО принял бой с 30-ю немецкими танками. Враг расстреливался прямой наводкой. МИРОНЕНКО сам стал к орудию и лично подбил шесть «Тигров».

Точно так же стойко держались наши пехотинцы. Они отсекали вражеских автоматчиков от танков и уничтожали их, подбивали немецкие танки из ПТР, гранатами, жгли бутылками с зажигательной смесью. Рота, которой командовал коммунист лейтенант КАЛИНИЧЕНКО, отбила атаку 17 танков с двумя батальонами пехоты. Бронебойщик ШИРЯЕВ из своего противотанкового ружья подбил 4 танка.

Бронебойщик Павел ПОСПЕЛОВСКИЙ в одном бою подбил пять танков. Автоматчик комсомолец Алексей БЕКУСОВ бутылкой с горючей смесью поджег… На веки обессмертил свое имя комсомолец гвардеец Иван ЗИНЧЕНКО. В критическую минуту боя, со связкой гранат он кинулся под «Тигр», погиб, но не пропустил врага через свой рубеж.

Массовый героизм, проявленный воинами 1 танковой армии в оборонительной битве под КУРСКОМ, войдет в историю Отечественной войны золотыми незабываемыми страницами. Молодая армия стяжала себе в эти дни славу железной богатырской стойкостью, бесстрашием, воинским мастерством, чудесами храбрости и отваги. Командир ее корпусов т.т. ГЕТМАН и КРИВОШЕИН, командиры бригад т.т. БАБАДЖАНЯН, ГОРЕЛОВ, БУРДА, ЛЕОНОВ, ВЕДЕНИЧЕВ и другие показали себя искусными военачальниками, умеющими управлять людьми и техникой в условиях гигантской битвы и побеждать врага наверняка.

За десять дней кровопролитнейшего, ожесточенного сражения немцы понесли неисчислимые потери в живой силе и технике. Львиная доля этих потерь нанесена врагу 1 танковой армией.

Попытка врага предпринять свой последний поход на МОСКВУ и одновременно «взять реванш за СТАЛИНГРАД» на КУРСКОЙ дуге, как известно позорно провалилась. «Если битва под СТАЛИНГРАДОМ предвещала закат немецко-фашистской армии, то битва под КУРСКОМ поставила ее перед катастрофой» /СТАЛИН/.

Верховный Главнокомандующий, наш вождь и учитель товарищ СТАЛИН высоко оценил боевые заслуги 1 танковой армии в КУРСКОЙ битве. В приказе от 24 июля, подводящем итоги ликвидации немецкого наступления на КУРСКОЙ дуге отмечена наша армия. Вместе с другими соединениями, участвовавшими в срыве немецкого наступления, 1 танковая армия заслужила благодарность от товарища СТАЛИНА. В передовой статье центрального органа партии – «Правда» дана высокая оценка боевых, героических дел наших бойцов, офицеров и генералов. Родина наградила своих верных сынов – воинов 1 танковой армии званиями Героев Советского Союза, орденами и медалями, а затем – присвоила частям армии гвардейское звание.

 

+

+        +

 

Так родилась, росла, закалялась и мужала 1-я танковая армия.

В легендарной битве под КУРСКОМ, она выдержала свой первый экзамен на воинскую зрелость, гвардейскую стойкость и танкистское мастерство.

 

/Н. ПОПЕЛЬ/

«12» апреля 1945 г.

 

---

 

БЕЛГОРОДСКО-КУРСКАЯ

ОБОРОНИТЕЛЬНАЯ ОПЕРАЦИЯ

«КУРСКАЯ ДУГА»

с 6 по 31 июля 1943 г.

 

---

 

гвардии полковник А. СОБОЛЕВ

 

Битва на Курской дуге

 

В июле 1943 года на огромном поле восточнее БЕЛГОРОДА, между ПРОХОРОВКА, ОБОЯНЬ и ИВНЯ, вспыхнуло по инициативе немцев и заглохло по инициативе войск Красной Армии, одно из величайших сражений Великой Отечественной войны 1941-1943 года.

Значение КУРСКОГО сражения в ходе всей Отечественной войны огромно. «Если битва под СТАЛИНГРАДОМ предвещала закат немецко-фашистской армии, то битва под КУРСКОМ поставила ее перед катастрофой» /СТАЛИН/.

 

Х        Х

Х

 

Уже несколько дней, как приказ Гитлера по плану «Цитадель» о наступлении был разослан во все корпуса, нацеленные на КУРСК, с севера и с юга. Он лежал в крепких сейфах немецких штабов, и командиры корпусов ждали особой команды для объявления его войскам. Команда задерживалась: еще не вполне готова была южная танковая группа.

3 июля командир 3 танкового корпуса немцев, как и все корпусные командиры, еще раз сам прочитав приказ Фюрера, сделал в конце приписку: «Приказ довести до каждого подразделения. После ознакомления уничтожить.»

Сигнал о начале наступления был получен. Командующий 4 ТА Генерал-полковник ХОТТ, еще раз просматривая оперативную карту с кружками, линиями и стрелами, самодовольно усмехнулся: все пространство между БЕЛГОРОД, ТОМАРОВКА и ХАРЬКОВ было наполнено немецкими войсками.

В первой линии от ВОЛЧАНСК до БЕЛГОРОД – 11 АК в составе 320, 106 и 168 ПД; от КАЗАЦКАЯ до КРАСНОПОЛЬЕ – 52 АК в составе 167, 332, 255 и 57 ПД. Между БЕЛГОРОД и КАЗАЦКАЯ в первую линию втиснулась ТД СС «МЕРТВАЯ ГОЛОВА», за которой стоит в готовности к глубокому удару весь Танковый корпус «СС» – цвет немецкой армии, надежда фюрера /отъявленные бандиты – по отзывам советских людей/, в составе ТД СС «Адольф Гитлер» /ВЕСЕЛАЯ ЛОПАНЬ/, «Райх» /БОРИСОВКА/, «Великая Германия» /ХАРЬКОВ/. Еще западнее – части 48 ТК: 17 ТД – ГРАЙВОРОН, 11 ТД – в КОЛОМАК и сюда же идет 3 ТД. Дивизии 3 ТК так же расположены по направлению: 19 ТД – юго-зап. БЕЛГОРОД, 6 ТД – МИКОЯНОВКА и 7 ТД – ХАРЬКОВ.

Генерал предвкушая успех операции «Цитадель» по разгрому основных сил Красной Армии и в конечном итоге выход к МОСКВЕ со стороны ОРЛА – КУРСКА, чем больше углублялся в подсчет возможностей, тем становился увереннее. На русские войска с юга нацеливалось около 1700 танков и штурмовых орудий. До 100 танков типа «Тигр» и 50 штурм. орудий «Фердинанд» должны были ломать все перед собою и ошеломлять противника.

На участках прорыва, на 1 км. фронта было сосредоточено по одному полку и по 40-45 танков и штурм. орудий, 950 самолетами с воздуха – должны поддержать и сопровождать 4 танковую армию.

«Возьмем реванш за СТАЛИНГРАД. Смягчил африканский скандал. Удар будет сокрушительным.» – закончил свои рассуждения генерал ХОТТЕ.

4 июля во всех подразделениях немцев зачитывали приказ Гитлера: «Солдаты! С сегодняшнего дня вы начинаете большое наступление, исход которого может иметь решающее значение для войны. Ваша победа во всем мире должна еще больше, чем раньше укрепить уверенность в том, что оказывать какое бы то ни было сопротивление немецкой армии в конечном итоге бесполезно.

… До сих пор русским достигнуть того или иного успеха помогали их танки.

Мои солдаты! Наконец, вы имеете теперь лучшие танки, чем они!.. их превосходит наша пехота, так же как и всегда наша артиллерия, наши истребители танков, наши танкисты, наши снайперы и прежде всего наша авиация!

Колоссальный удар, который сегодня утром поразит советские армии, должен их потрясти до основания. Вы должны знать, что от успеха этого сражения может зависеть все...»

По-разному восприняли солдаты этот приказ. Те, которые выказывая особую прыть в бегах, успели избежать зимних «котлов» и клещей на юге и севере, тупо смотрели в землю или безнадежно, ни на что не глядя, вдаль. Они вспоминали бег с Северного Кавказа, побоище у СТАЛИНГРАДА, бегство на юге за ХАРЬКОВ, огневой коридор зап. ДЕМЯНСК, бег для «сокращения» линии фронта от РЖЕВА, ГЖАТСКА и ВЯЗЬМЫ. Не веселили им душу ни «Тигры», ни «Фердинанды». Писклявые голоса юнцов и дряблые – стариков, не говорили об особом и боевом подъеме «тотального» пополнения. Но они так же, как и безнадежные «автомат» – пыжились, выпячивали вперед свои впалые груди, и были уверены в своих силах.

В танковом корпусе СС было своеобразное торжество. Бандиты готовились к новым погромам. «Хайль Гитлер!» – вылетало из десятков тысяч глоток. Они были самоуверенны и 7 июля собирались быть в КУРСКЕ.

В 17.00 4.7 на направлении прорыва противник начал действия против боевого охранения 6 Гвардейской Армии и к 20.00 на отдельных участках вышел к переднему краю обороны.

Плотная пыль повисла над полями, балками и садами севернее ХАРЬКОВА. Девять танковых дивизий немцев выходили на исходные позиции для атаки с утра 5.7

 

Х        Х

Х

 

Севернее ОБОЯНЬ, в небольшой КУРСКОЙ деревушке УСПЕНОВКА, расположился штаб 1 Танковой Армии, в марте закончившей переброску из района зап. ОСТАШКОВ.

Она вошла в состав войск Воронежского фронта и находилась в резерве, сосредоточившись 3 мехкорпусом – южнее гор. ОБОЯНЬ, 6 ТК – по р. ПСЕЛ в районе ОБОЯНЬ, 31 ТК – в районе БЕЛАЯ, ОКТЯБРЬСКИЙ, БОБРОВА к юго-востоку от СУДЖА.

Корпуса подготовили в своих районах оборону, надежно замаскировали ее и движение по районам машин по приказу командования, ввели в такой режим, который противнику не позволял вскрыть действительное расположение Армии.

Армия получила задачи на контрудары в трех направлениях. Если противник перейдет в наступление из района ТОМАРОВКА, БЕЛГОРОД на ОБОЯНЬ, 1 ТА наносит удар из района ОБОЯНЬ в общем направлении на ВОЗНЕСЕНОВКА, БЕЛГОРОД. При ударе немцев из района БЕЛГОРОД на КОРОЧА, Армия из района ОБОЯНЬ должна уничтожать противника ударом на КОРОЧА. Третье направление для контрудара было на СУДЖА по противнику, который бы попытался из района СУМЫ через СУДЖА выйти в район КУРСКА.

Штабом Армии был тщательно разработан оперативный план, увязаны с полевыми армиями и авиацией. Направления ударов подверглись основательной рекогносцировке, особенно маршруты и возможные рубежи развертывания. Рядом штабных и офицерских занятий возможные варианты контрударов были проиграны до командиров рот включительно. Особое внимание было уделено БЕЛГОРОДСКОМУ направлению. Эти занятия были крайне необходимы, так как Армия сформированная в феврале, в боях еще не участвовала, а некоторые командиры имели опыт неудачных для нас боев лета и осени 1942 года на Западном фронте.

Постоянная связь со Штабами полевых Армий /38, 40, 6 Гв. и 7 Гв. А/ и со штабом Воронежского фронта позволила Штабу 1 ТА самому быть и держать в курсе обстановки весь командный состав, и внимательно изучать противника.

Особо напряженно проходила боевая подготовка. Влилось много новичков, еще не воевавших, получали новые танки с экипажами, так же не участвовавшими в боях. Поступала новая матчасть. Да и у противника появились новинки: «Тигры» и «Фердинанды», поражению которых нужно было внимательно учиться. Учились обороняться и наступать, совершать марши и преследовать врага, драться днем и ночью, вести разведку, форсировать реки и т.д.

4 июля к 17.00 Командующий Армией Гв. Генерал-лейтенант танковых войск КАТУКОВ, член Военного Совета Гв. генерал-майор ПОПЕЛЬ и начальник Штаба Генерал-майор ШАЛИН вернулись из очередных и обычных поездок по соединениям, они ездили для контроля, оказания практической помощи молодым командирам в обучении войск и штабов и для обучения своих ближайших помощников: командиров корпусов и их штабов.

Особую заботу вызывал 31 ТК, только что сформированный в июне месяце из отдельных танковых полков и 100 ТБр. Он был еще по существу полностью не сформирован. Штаб корпуса был слаб, не сколочен и не слажен. Командир корпуса генерал-майор ЧЕРНИЕНКО, так же был только что выдвинут на корпус и нуждался в помощи. Вот почему Военный Совет и уделял этому корпусу особое внимание.

Предупреждение тов. СТАЛИНА от 2 июля: «по имеющимся данным немцы могут перейти в наступление на нашем фронте в период 3-6 июля 1943 года» было известно не только Военному Совету и Штабу Армии, но и всем войскам Армии.

До командного состава немедленно доводились все изменения в группировке противника и об усиленных передвижениях у него, начиная с 27.6.

О подготовке наступления показывали и доставляемые «языки».

Не было сомнений, что немцы к наступлению готовы и что оно начнется в ближайшие 1-2 дня.

Наши войска решительного наступления немцев ожидали с особым спокойствием. Это спокойствие было основано на серьезной подготовке к бою. КУРСКИЙ выступ был оборудован многими оборонительными рубежами, частично уже занятыми нашими войсками. Все, кто ездил тогда до ВОРОНЕЖА, рассказал бы, что от БЕЛГОРОДА до ВОРОНЕЖА подготовлено восемь оборонительных рубежей: главная полоса обороны, вторая полоса, тыловая армейская полоса, первый, второй и третий фронтовые рубежи, оборонительный рубеж Степного Военного Округа и Государственный рубеж обороны.

 

“        “

“

 

С утра 5 июля немцы начали свое мощное наступление. Сотни орудий и минометов с рубежа ГЕРДОВКА, ДРАГУНСКОЕ выбрасывали десятки тонн металла на боевые порядки 6 Гв. Армии генерала ЧИСТЯКОВА. Воздух был наполнен немецкой авиацией. Две пехотных и пять танковых дивизий двумя клиньями пытались прорвать оборону 6 Гв. Армии на всю глубину, несмотря на потери, которые они при этом несли.

Только лишь к исходу дня 48 ТК противника удалось овладеть КОРОВИНО, подойти к КРАСНЫЙ ПОЧИНОК, захватить ЧЕРКАССКОЕ, ТРИРЕЧНОЕ, направляя острие клина на северо-запад. Танковый корпус СС наносил удар через ЯХОНТОВ, ГРЕМУЧИЙ, БЫКОВКА в северном направлении. К вечеру, упершись клином в ЯКОВЛЕВКА, а сторонами в реку ВОРСКЛА и шоссе БЕЛГОРОД – ОБОЯНЬ, был вынужден прекратить бой.

5 июля, ввязывая общее восхищение, геройски дрались два противотанковых артиллерийских полка 1 танковой армии: 538 – командир – майор КОТЕЙКО, 1008 – командир – майор БАРКОВСКИЙ, усиливавшую противотанковую оборону 6 Гв. Армии в районе КАМЕННЫЙ ЛОГ, БЕРЕЗОВКА, КОЗЬМА-ДЕМЬЯНОВКА. Неоднократные атаки танков, встреченные огнем этих полков, захлебывались и успеха не имели. Только тогда, когда в полку оставалось по 2-3 орудия и то при неполных расчетах, противник несколько продвинулся. К вечеру полки были отведены в тыл, т.к. понесли большие потери в личном составе и пушках.

«Полки дрались великолепно, по-богатырски» – такую оценку им дал Командующий фронтом, генерал Армии ВАТУТИН.

Обстановка была ясна, а намерения противника очевидны. Хотя немцы еще и не дошли до второй оборонительной полосы, но первая двумя клиньями была уже прорвана.

В 15.40 5.7.43 г. генерал КАТУКОВ от Военного Совета фронта получил приказ:

«К 24.00 5.7.43 два своих корпуса выдвинуть на второй оборонительный рубеж 6 Гв. Армии и прочно занять оборону: 6 Гв. ТК на рубеже МЕЛОВОЕ, РАКОВО, ШЕПЕЛЕВКА; 3 Мех. корп. на рубеже АЛЕКСЕЕВКА, ЯКОВЛЕВО; 31 ТК расположить в обороне на месте 3 МК на рубеже СТУДЕНОК, свх. СТАЛИНСКИЙ, ВЛАДИМИРОВКА, ОРЛОВКА.

Штаб Армии ЗОРИНСКИЕ ДВОРЫ.

Задача:

1/. Ни при каких обстоятельствах не допустить прорыва противника в направлении ОБОЯНЬ. Быть в готовности с рассветом 6.7 перейти в контрнаступление в общем направлении на ТОМАРОВКА.

2/. Танки в обороне закопать и тщательно замаскировать.

3/. Потребовать от войск максимального напряжения для выполнения поставленной боевой задачи …

ВАТУТИН, ХРУЩЕВ».

3 Мехкорпус танками и артиллерией в новый район вступил немедленно и к наступлению темноты был на месте. Пехота же, из-за недостатка транспорта, выдвигалась пешком и вышла в новый район только к рассвету 6.7.

6 ТК нужно было пройти 35-40 км. и обязательно в темноте время, чтобы не выдать себя и не подвергнуться авианалету противника на местах переправы через р. ПСЕЛ. Он сумел сосредоточиться только к 3 часам 6.7.

31 ТК в новый район сосредоточился к 24.00 5.7., а переданная в состав 1 ТА 180 ОТБр, заняла оборону непосредственно южнее ОБОЯНЬ к 3.00 6.7.

Времени не ждало. Хотя бой к вечеру 5.7 и стих, но не было сомнений, что он 6.7 разгорится с новой силой и будет более ожесточенным.

Генерал КАТУКОВ приказал корпусам широко применить танковые засады на путях вероятного движения танков противника, окопать танки и тщательно замаскировать их.

 

хх       хх

хх

 

Генерал-полковник ХОТТ, командующий 4 ТА немцев, исходом боя за 5.7 был крайне недоволен.

Его особенно лестную оценку он получил и от своего начальства. 6 июля им было обещано положение исправить и вводом в бой резервов 48 ТК и ТК «СС», не только прорвать вторую оборонительную полосу русских, но захватить и переправы через р. ПСЕЛ в районе ОБОЯНЬ и сев. КОЧЕТОВКА.

Ясное, тихое утро 6 июля только в 10 часов было разбужено артиллерийским грохотом, гулом моторов на земле и в воздухе и тяжелыми разрывами авиабомб. До этого времени было тихо и на боевом рубеже лишь только изредка кое-где щелкнет одиночный выстрел или торопливо протарахтит очередь из автомата или пулемета.

До 10.00 стороны готовились к продолжению сражения.

Командир 48 ТК немцев торопил с выходом 3 танковую дивизию в первую линию из резерва в район зап. ЧЕРКАССКОЕ и нацеливал ее на ЗАВИДОВКА. Здесь 3 ТД должна была с хода форсировать р. ПЕНА, овладеть РАКОВО и прорвать второй оборонительный рубеж.

Восточнее, танк. дивизия «СС» «Великая Германия» из района ЧЕРКАССКОЕ получила задачу овладеть ЛУХАНИНО и так-же прорвать вторую полосу обороны и развивать наступление между рекой ПЕНА и БЕЛГОРОДСКИМ шоссе.

11 ТД, к 10.00 заканчивала сосредоточение в балках юго-зап. НОВО-ЧЕРКАССКОЕ, в готовности прорвать вторую полосу обороны в районе СЫРЦЕВО и далее развивать действия на ОБОЯНЬ совместно с ТД «Великая Германия».

ТК «СС» также занимал исходные позиции. ТД «СС» «Адольф Гитлер» и ТД «СС» «Райх» из района КОЗЬМО-ДЕМЬЯНОВКА нацеливались на ЯКОВЛЕВО, КОЧЕТОВКА и далее на север, а ТД СС «Мертвая Голова» из района ГОНКИ в восточном и северо-восточном направлении, была готова обеспечить левый фланг корпуса.

Севернее рубежа соприкосновения с противником, остатки 67, 52 и 51 гвардейских дивизий генерала ЧИСТЯКОВА, окопались и подготовились к отражению, ожидали новые атаки немцев.

На втором оборонительном рубеже, корпуса 1 ТА полностью закончили подготовку к бою. 3 МК своим левым флангом в районе ЯКОВЛЕВО, примкнул к 5 Гв. ТК, занявшему оборону от ЯКОВЛЕВО до ТЕТЕРЕВИНО.

Полтора часа длилась артиллерийско-авиационная подготовка противника и только в 11.30, густая пыль и выбрасывая полосы и клубы копоти и дыма, стали показываться танковые колонны противника. Они двигались сегодня не-торопясь, с оглядкой, т.к. из-за каждого бугорка, куста и даже на чистом месте появились наши истребители танков.

В 14.30 6.7 танковые колонны немцев вышли к переднему краю второй оборонительной полосы, занимаемой 1 Танковой Армией.

6 танковый корпус успешно отбил атаку колонн 3 ТД противника и попытку форсировать р. ПЕНА схода. Развернув колонны в боевые порядки, вызывая авиацию для бомбежки 6 ТК и трижды повторяя атаки танков, командир 3 ТД немцев все же успеха не имел.

3 мехкорпусу пришлось весь день вести тяжелые бои. На его правый фланг наносил главный удар 48 ТК двумя танковыми дивизиями и на левый фланг и стык с 5 Гв. ТК, наносился главный удар ТК «СС». В этот же район боев были брошены и основные силы авиации.

10 и 1 мехбригады, оборонявшиеся на участке от ШЕПЕЛЕВКА до СЫРЦЕВ, понесли серьезные потери, но не допустили противника через передний край своей обороны. Они заставили две танковые дивизии немцев отказаться от дальнейших атак и повернуть восточнее, ближе к танковым дивизиям «Адольф Гитлер» и «Райх». И только совместными усилиями четырех танковых дивизий добиваться успеха.

Во второй половине дня вся тяжесть боя легла на 3 мех. бр. и 1 Гв. ТБр. 3 мехбригада – полковника БАБАДЖАНЯН, особое счастье не изменяло в течение всего дня. 8 раз свыше сотни танков одновременно атаковало ее. Трижды отдельным танкам удавалось просочиться через губительный заслон противотанкового огня перед передним краем и углубиться во внутрь обороны. Стойко дралась мотопехота полковника БАБАДЖАНЯНА. Она смело пропускала через себя танки противника, но ни разу не пропустила пехоту, отсекая огнем стрелкового оружия. Зарвавшиеся танки противника частью повертывали и успевали удирать, а большинство оставалось на месте извергая пламя пожара и густой масляный дым. Вот когда и где пригодилась «обкатка» нашей пехоты, за чем так ревниво следил генералы КАТУКОВ и ПОПЕЛЬ в ходе всей боевой подготовки.

1 Гвардейская танковая бригада – гв. полковника ГОРЕЛОВА, отдельными танковыми засадами в районе ЯКОВЛЕВО, встала на пути двух танковых дивизий СС и заставила их скользнуть еще восточнее, на ЛУЧКИ /южные/. Танки ТД СС «Ад. Гитлер» несколько раз врывались в ЯКОВЛЕВО. Иногда они достигали района церкви, но контратаками подвижных групп 1 и 49 бригад снова выбрасывались.

Авиация противника из воздуха не уходила, постоянно висела над ЯКОВЛЕВО. И если бы только подсчитать, то на каждого активного защитника этого участка, пришлось бы по одному самолетовылету немцев.

Еще к 13.00 одной танковой колонне корпуса СС удалось занять стык между 1 ТА и 5 Гв. ТК в районе вост. ЯКОВЛЕВО и, вклинившись, потеснить правый фланг 5 Гв. ТК.

К вечеру же, когда на всем участке обороны 3 МК – командир генерал-майор КРИВОШЕЙН, атаки были отбиты, главные силы ТК СС, изменив направление, стали нажимать северо-восточнее и к 18.00 овладели ЛУЧКИ /южнее/ оттеснив части 5 Гв. ТК и стали обтекать фланг 1 ТА.

Левому флангу 1 Танковой Армии создавалась угроза и если бы Военный Совет армии своевременно сюда не выбросил резервы, то противник смог бы достичь значительного успеха, разъединив 1 ТА с 5 Гв. ТК, выйти на тылы 1 ТА…

Генерал КАТУКОВ, не ослабно наблюдая за пульсом боя, предугадывая намерения противника, в 17.00 приказал 100 ТБр /31 ТК/ – полковник ЛЕОНОВА, выдвинуться в район юго-вост. БОЛ. МАЯЧКИ и установить локтевую связь с 5 Гв. ТК. Одновременно с этим и остальные части 31 ТК выдвигались в район сев. зап. ПОКРОВКА, но в пути задача им была изменена.

Под вечер стало известно, что ТК СС, сняв правый фланг 5 Гв. ТК, овладел КАЛИНИН и ОЗЕРОВСКИЙ и продвигается далее на север. Это ставило Армию в невыгодное положение, т.к. левый фланг оказывался обнаженным, а разрыв между 1 ТА и 5 Гв. ТК достигал 15 км.

Командир 31 ТК получил задачу, полностью вытекавшую из обстановки: как можно скорее через КОЧЕТОВКА выйти в район ГРЕЗНОЕ, ЛУЧКИ /сев./ и овладеть ОЗЕРОВСКИЙ, установить связь с 5 Гв. ТК и не допустить прорыва противника на север.

Для прикрытия прорыва на стыке с 5 Гв. ТК, в состав 1 ТА была передана из резерва фронта 29 истребительная противотанковая бригада.

Под вечер, когда в районе боев косые лучи солнца не в состоянии были пробить плотную завесу пыли, копоти и дыма, бой стал затихать. А когда же темно-синее безлунное небо совсем почернело, бой совсем стих и суровое поле боя замерло.

Бойцы, весь день бывшие в бою и оглушенные им, сейчас не менее были оглушены мертвой тишиной. Недоверчиво поднимаясь из своих окопов-щелей, вылезая из танков, пристально оглядывались и внимательно всматривались в сторону, откуда час назад ежесекундно угрожала смерть.

Прошло несколько минут и охрипшим голосом боевые друзья осведомлялись о здоровье, потом посылали кого-либо разыскать соседей и узнать новости.

Вскоре слушок прошел, что в балке кухня не то с обедом, не то с ужином и, что старшина недоволен «тягучкой», в получении пищи. Слегка загремели котелки, фляжки и из балки потянуло вкусным обедом.

Можно было слышать приглушенные стоны – это раненые воины выползают с бывшего поля боя, а некоторые и из расположения врага. Их с радостью встречали, засыпали десятками вопросов, потом угощали солдатским обедом и скорее отправляли на медпункт.

Широкое, просторное поле, днем казавшееся мертвым, безжизненным, безлюдным, под пеленой ночи ожило. В разные стороны побежали связные от командиров взводов с приказаниями командирам танков, отделений и донесением к командиру роты. Четыре бойца ищут свое отделение: они еще утром отбились от своих в дер. ЛУХАНИНО и дрались в составе отделения даже не своего батальона. Тарахтит повозка с патронами ПТР. Повозочный уезжал утром из ЧЕРКАССКОЕ, а куда потом отошла его рота он не знает, он теперь ищет любую роту, нуждающуюся в патронах.

Танкисты не успели закончить незатейливую солдатскую трапезу, как им подъехали боеприпасы и горючее. И боевые экипажи приступают к дозаправке танков. Равномерные взмахи рук и от одного к другому переходит увесистый снаряд с длинной гильзой, пока не будет положен в свое место внутри танка. Сами командиры танков укладывает снаряды. Они хотят взять снарядов как можно больше, но, чтобы и у орудия не тесно было.

Бой показал, что большой спрос на подкалиберные снаряды, на «болванки». Толстую броню лба «Тигра и особенно «Фердинанда», осколочный снаряд не брал и огненным плевком разлетался в стороны. Все командиры машин Т-34 с особенной мольбой просили «болванки», но на каждый танк было дано по 5 подкалиберных снарядов.

В стороне тарахтит тягач, оттаскивая поврежденный танк для ремонта.

Впереди, в 300-400 мт., плотно прижавшись к земле, лежат слухачи-разведчики. Они должны еще ближе подползти к боевым порядкам немцев, но крутую дугу описала ракета и на несколько секунд приковала их к земле.

Другая партия разведчиков, пробираясь по балкам и от куста к кусту, подкрадывается к подбитому танку противника. Еще когда было светло, к этому танку внимательно изучали подходы разведчики капитана ИВАНОВА. Им нужен «язык» или документы.

 

хх        хх

хх

 

Пробороздив несколькими тысячами танков черноземные КУРСКИЕ поля и вспахав их в сотнях тысяч мест снарядами, минами и бомбами, закончился день 6 июля.

Этот день совершенно расстроил все ожидания ставки Гитлера. Операция «Цитадель» теперь не только не обещала реванш за разгром под Сталинградом, но явно сама превращалась в начале своем в огромнейший скандал.

Были брошены лучшие части. Они получили лучшую технику в большем количестве, чем куда-либо на другие участки фронта. Авиация была стянута со всего юга и группы армий «Миттель» /центра/. Два дня упорнейших боев с огромнейшими потерями, дали неутешительный результат. Клин на 16-17 км. в глубину и в середине своей – 10 км ширины.

Русские не только не убегали при появлении «Тигров», «Фердинандов» и сотни пикировщиков, но сами искали встречи с противником и в боевом азарте, каждый солдат состязался в отваге со своими товарищами.

Немцы рассчитывали на втором оборонительном рубеже встретить только отходящие подразделения, а встретили свежую, хорошо подготовленную к обороне бронированную стену из танков 1 Танковой Армии.

Гитлеровские части пытались бросаться в восточном направлении, но и там их отразили 5 и 2 Гв. ТК.

Немецкий генерал-полковник ХОТТ с резкостью обрывал расплывчатые объяснения своих подчиненных в невыполнении задачи. Он требовал 7 июля исправить положение и быть на северном берегу р. ПСЕЛ, одновременно расширить клин. Щедро обещались кресты солдатам, награды и чины офицерам.

Войскам 48 ТК и ТК СС на 7.7 подтверждалась прежняя задача, но в иной группировке и с новым вариантом первого этапа дневного боя. Командир корпуса во-исполнение воли ХОТТА, еще под вечер 6.7 начал танками скользить в «клин».

Там, где весь день против 6 ТК – командир генерал-майор ГЕТМАН, безуспешно наступала 3 ПД, был оставлен один МП дивизии, а танки сосредоточены в район ЛУХАНИНО и восточнее. ТД «Великая Германия» и 11 ТД подтянулись в район ДУБРОВА и ЯКОВЛЕВО. Теперь этот корпус должен был бить вдоль шоссе на ОБОЯНЬ.

ТК СС, прикрывшись на востоке от 5 и 2 Гв. ТК 167 пех. дивизией, мотополком ТД СС «Мертвая Голова», с отдельными группами танков, двумя танковыми дивизиями и одним ТП ТД СС «Мертвая Голова», сосредоточился в районе ОЗЕРОВСКИЙ, КАЛИНИН, с задачей частью сил бить в направлении ПРОХОРОВКА, а главный удар наносить в сев. зап. направлении, с тем чтобы совместно с 48 ТК сломить сопротивление 3 МК и снять его.

 

хх        хх

хх

 

В восемнадцати километрах юго-зап. ОБОЯНЬ, около села ВОЗНЕСЕНОВКА, в лесу развернул свою кропотливую работу Штаб 1 Танковой Армии.

Землянки, шалаши, палатки и несколько временных домиков, наскоро построенных, были плотно прикрыты от воздушного наблюдения противника раскидистыми дубами и березами.

Десятки телефонных проводов, около десятка радиостанций, постоянно связывали штаб Армии с корпусами, дивизиями и армейскими частями. Начальник Штаба Армии Генерал-майор ШАЛИН не ограничивался только докладами по телефону или донесениями с того или иного участка боя. Он был почти излишне недоверчив к докладам штабов и обосновывал это психологическими моментами.

Когда на соседнем участке бомбит сотня самолетов и этот ад продолжается около 30-40 минут, то любой из смертных, наблюдая со стороны, будет докладывать без особого волнения. Но стоило появиться 3-5 самолетам над головою докладывающего, как его глаза впиваются в самолет, а голос становится беспокойным. Когда же он еще услышит свист бомб, то уже отрывисто бросает в трубку: «меня бомбят, нельзя головы поднять».

Из докладов и донесений получалось, что везде бомбят сотни самолетов, везде – танковые колонны, везде противник в одинаковой степени ищет решение задачи прорыва.

Генералы КАТУКОВ, ПОПЕЛЬ и ШАЛИН на все участки боя посылали офицеров штаба Армии с целью наблюдения за ходом боя и характером действий противника. «Со стороны виднее» – говорит народная пословица. И доклады офицеров Штаба с участков боя дополняли донесения Штабов корпусов, а иногда являлись основными для принятия решения.

Сегодня генерал КАТУКОВ вместе с членом Военного Совета генерал-майором ПОПЕЛЬ во второй половине дня были в 3 МК. Они лично наблюдали ход боя и твердо пришли к выводу, что на 7.7 немцы именно здесь и будут искать успеха. Только для этого одна танковая группировка противника – до 300 танков, сосредоточена в районе ОЗЕРОВСКИЙ и КАЛИНИН, а вторая – до 200-250 танков – ЛУХАНИНО, ЯКОВЛЕВО. Эти группировки могут быть усилены за счет оставления некоторых участков пассивными.

К 23.00 стали поступать донесения, что противник из района ЗАВИДОВКА отводит танки на восток. Сомнений в намерениях немцев на следующий день не было.

Как лучше дать бой противнику 7.7? – вот над чем стали работать все командные инстанции от Военного Совета до командира взвода и Штабы всех степеней.

Военный Совет 1 ТА решил за счет ослабления правого фланга Армии /6 ТК/ усилить центр /3 МК/, а 31 ТК полностью развернуть на рубеже БОЛ. МАЯЧКИ, ГРЕЗНОЕ.

Всю ночь в полосе 1 ТА происходили передвижения.

180 ОТБр из района южнее ОБОЯНЬ выходила в ур. СТАНОВАЯ /южнее ПОКРОВСКИЙ/.

31 ТК генерала ЧЕРНЕНКО, всеми бригадами выдвигался на рубеж БОЛ. МАЯЧКИ, МАЛ. МАЯЧКИ и ГРЕЗНОЕ. У двух его бригад /242 и 237 ТБр/ в КОЧЕТОВКА, произошла заминка с переправой через речку СМОРОДИНКА, которая оказалась разрушенной отходящей пехотой 6 гв. А, что привело к запозданию с выходом для атаки на ОЗЕРОВСКИЙ /задача, поставленная 6.7/.

Из состава 40 А, которая активных боев не вела, распоряжением Командующего фронтом, 1 ТА передавались 86 ТБр, 66 гв. минполк, 1244 ИПТАП, 89 ИПТАП и 309 САП. Эти соединения и части сдавали полосы и участки обороны, готовились к маршу в состав 1 ТА и только некоторые из них в ночь на 7.7 были в движении.

На высоте с двумя курганами, 2 км. юго-восточнее ГРЕМУЧИЙ, окапывались 138 и 139 истребит.-противотанковые б-ны противотанковых ружей, прибывшие в 1 ТА из резерва фронта.

 

ххх        ххх

ххх

 

Неспокоен и короток был солдатский сон на 7 июля, а большинство офицеров даже и глаз не сомкнули. Как коротка июльская ночь…

Гул, треск, шум и лязг – чуть свет разбудил воинов 3 мехбригады. Пропеллеры 80 бомбардировщиков противника рвали свежий утренний воздух, сбрасывая бомбы на боевые порядки в районе СЫРЦЕВ.

Не успела осесть, подняться взрывами бомб пыль и копоть, как из ур. БОЛЬШОЙ ЛОГ и из-за выс. 245,2 выползло около сотни немецких танков и неумолимым, неуклюжим металлическим валом, пошли на 3 мехбригаду. Завязалась жестокая танковая дуэль с участием артиллерии.

Не прошло и десяти минут, как бой перебросился на другие участки, к 6.00 он бушевал от ЛУХАНИНО до ЯБЛОЧКИ на двадцатикилометровом рубеже. Густая черная пыль плотно повисла над полем боя и угарным смрадом потянуло на север.

Уже час, как немцы силятся пробить наш центр и получить выход на шоссе. Они наращивают удар восточнее СЫРЦЕВ и группой до 40 танков прорвались в расположение 3 мехбригады и скрылись в лощине сев.-вост. СЫРЦЕВ. Заговорила артиллерия левого фланга 1 мех. бригады – полковника ЛИПАТЕНКОВА, безжалостно уничтожая немецкие танки фланговым огнем с восточных скатов высоты с пятью курганами. Заговорила вся система глубокоэшелонированной артиллерийской противотанковой обороны этого района.

По проводам и по эфиру полетели тревожные сигналы от командира 3 МК… А из ур. БОЛЬШОЙ ЛОГ и из-за выс. 245,2 появился второй эшелон немецких танков, подготавливался третий… Но мощный артиллерийско-минометный заградительный огонь и удар наших «Илов» отсекли зарвавшиеся от следующих эшелонов. В воздухе завязались жестокие бои; сотни самолетов взмывая ввысь или бешено несясь вниз, поливали друг друга огненными струнами.

Еще до 60 немецких танков второго эшелона прорвались в расположение бригады БАБАДЖАНЯНА.

То там, то тут, покрылись пламенем, останавливаются подбитые танки противника, но грубая сила с тупым упорством, давит правый фланг 3 мехбригады.

Танки немцев повернули на северо-запад, в тыл бригады ЛИПАТЕНКОВА, на высоту с пятью курганами, туда, откуда вел губительный огонь 461 артдивизион /1 мехбр./ капитана МИРОНЕНКО. Около тридцати танков противника с места открыли огонь по району дивизиона. Неравная дуэль. Еще восемь вражеских машин окутались дымом, но и орудия дивизиона замолчали. Они были разбиты или не оставалось рук, которые бы могли зарядить орудие. Увидевши, что весь расчет выведен из строя, сам командир дивизиона капитан МИРОНЕНКО встал к орудию. Еще замерло два немецких танка, но и МИРОНЕНКО получил тяжелое ранение. После нашли его тело на орудии.

Враг металлом утюжил высоту с пятью курганами. Около двадцати танков с десантами повернули на юго-западные скаты, туда, где командный пункт полковника ЛИПАТЕНКОВА.

Но, что же случилось с противником? Почему так неуклюже слезают автоматчики с танков и отстают от них? Неизвестный русский солдат-пулеметчик, низкорослый, но плотный, внимательно наблюдая за десантом автоматчиков немцев, поджидая выгодных условий для открытия огня. Он несколько раз спокойно уточнял прицел, наводку, а когда танки подошли к нему на 200-150 метров, он выпустил из «Максима» струю свинца и повел ею по спинам танков. Танки подходили вплотную, а один из них шел прямо на пулеметчика. Неизвестный герой встал, снял пулемет с площадки на дно окопа. Гул нарастал, потом… лязг и гром над головою пулеметчика и сверху посыпалась земля… Не более двадцати метров отошел танк противника от окопа, как каска пулеметчика вновь появилась из него. А когда автоматчики немцев поднялись чтоб догнать свои танки, вновь заговорил «Максим», разя фашистов.

Так повторялось несколько раз, пока недалеко от пулемета не разорвалась мина. Боец был ранен. «Максим» замолчал, но не более как на 30-40 секунд, а потом вновь, разъярясь, выбрасывал смерть немцам. Только, когда пулеметчик вторично был ранен, а пулемет был поврежден, неизвестный русский герой поднялся и шатаясь пошел в укрытие. Как бы удивляясь смелости солдата, не одна пуля не смела задеть его больше.

Бой кипел. Немцы бросали новые и новые эшелоны, стремясь распространиться шире и глубже. Танки его наглели. Ярость защитников увеличивалась. Танки с крестом подходили к взводу сержанта ЗИНЧЕНКО /3 б-н 1 мех. бр/. Из окопов полетели связки гранат, бутылки с горючей смесью. Один танк замер перед самим окопом героя ЗИНЧЕНКО, который был уже тяжело ранен. Еще один танк немцев подходит к окопу: это т. ЗИНЧЕНКО видит, но бросить связку и под этот танк, нет сил. С трудом забрав пять гранат, тов. ЗИНЧЕНКО бросился под танк. Последнее биение сердца воина слилось с оглушительным взрывом и остановило вражеский танк.

Не менее ожесточенные бои протекали в районе ЯКОВЛЕВО, ПОКРОВКА. 11 танковая дивизия немцев настойчиво стремилась овладеть этим районом. Одна атака сменялась другой и до второй половины дня все безуспешно. Иногда немецким танкам удавалось прорваться в южную часть ПОКРОВКА, но контратаками 1 Гв. ТБр и 49 ТБр – полковника БУРДА, этот успех немедленно ликвидировался.

О жестокости танковых боев в районе ПОКРОВКА можно судить по десяткам горящих танков. Славно поработали наши танкисты. Только один комвзвода 1 Гв. ТБр гв. лейтенант Георгий БЕССАРАБОВ уничтожил семь немецких танков.

В шести километрах северо-восточнее, в районе БОЛ. МАЯЧКИ и ЯБЛОЧКИ 100-я танковая бригада – полковника ЛЕОНОВА в 6.00 начала отбивать атаку 26 танков противника из леса восточнее ЯБЛОЧКИ. К полудню немцы уже атаковали силою до сотни танков одновременно из ЛУЧКИ /южн/ и лесов юго-вост. ЯБЛОЧКИ. Но все атаки противника отбивались с большим уроном для него.

Под вечер, когда остатки 1 Гв. и 49 ТБр были вынуждены оставить большую часть ПОКРОВКА и кое-как держались за домики на северной ее окраине, танковая бригада – полковника ЛЕОНОВА, подверглась одновременной атаке от ПОКРОВКА, ЛЕСОВ юго-вост. БОЛ. МАЯЧКИ, ЛУЧКИ /южн/ и была вынуждена отойти. Большие понесла она потери, но они окупались сторицею.

Вечером, для приведения себя в порядок 100 ТБр отводилась в лес северо-вост. ВЕСЕЛЫЙ.

Танковый корпус СС /«Мертвая Голова» и «Адольф Гитлер»/ из района КАЛИНИН, ОЗЕРОВСКИЙ, повел утром наступление и к вечеру вел ожесточенные бои за овладение вост. частью ГРЕЗНОЕ и МАЛ. МАЯЧКИ.

Днем, когда Военный Совет увидел, что 3 МК своими силами не справится, 112 ТБр – гв. полковника ГУСАКОВСКОГО, приказали из Ур. ТОЛСТОЕ выйти в район северо-вост. СЫРЦЕВО и подкрепить 3 МК на рубеже /иск/ СЫРЦЕВО, ГРЕМУЧИЙ. Пока бригада выдвигалась, правый фланг 3 МК отошел и 1 МБр заняла оборону на юго-восточной окраине СЫРЦЕВО, а 3 мех. бригада отошла по шоссе на север и встала в районе выс. 251,2. Образовавшийся между ними разрыв и заполнила 112 танк. бригада.

Более спокойно проходил день на крайнем правом фланге армии, в полосе 6 ТК. Здесь противник вел бои лишь с целью сковать силы корпуса. Когда Командарм взял из корпуса 112 ТБр, командир 6 ТК смог вывести в свой резерв из первой линии 200 ТБр

Поздно вечером закончились упорные бои. За суточный бой противник смог кое-где продвинуться на 4-5 км. и к 18.00 оттеснить наши боевые порядки на рубеж: ЗАРЫТОЕ /южн/, АЛЕКСЕЕВКА, ЛУХАНИНО, СЫРЦЕВ, ГРЕМУЧИЙ, КРАСНАЯ ДУБРАВА, центр ПОКРОВКА, БОЛ. МАЯЧКИ, восточная окраина МАЛ. МАЯЧКИ, ГРЕЗНОЕ, а отдельные танки прорвались в ПРОХОРОВКА, севернее ГРЕЗНОЕ.

Немцы ожидали, что 7 июля русские будут отходить. Несколько самолетов специально следили, когда, где и куда будут отходить русские. Но все донесения воздушных наблюдателей были однотипны: «отхода русских не вижу», «Русские не отходят» и т.д.

Да, они правы: русские не отходили. Русские не бежали. Воины 1 Танковой Армии стояли на смерть, не щадя своих сил и самой жизни. Не один славный сын Родины сержант ЗИНЧЕНКО совершил героический подвиг, подорвавшись вместе с немецким танком. Таких героев были десятки, сотни.

Еще одни сутки полного разочарования у противника. Задача дня явно не выполнена. Огромные потери совершенно не оправдались 4-5 километрами продвижения. Только в одном месте, сев. ГРЕЗНОЕ, немцам удалось подойти к третьей оборонительной полосе, но весьма узким, рискованным клином.

Геббельс и его обер-врали дитмары и другие, упорно молчали до вечера 7 июля, чтобы сегодня разразиться еще одной очередной «уткой». О том, что немцы начали наступать на КУРСК, Геббельс скрыл от своего послушного «стада», а когда стало очевидно, что наступление проваливается, было объявлено из «Главной квартиры фюрера» 7.7, что «В районе БЕЛГОРОД и южнее ОРЕЛ вчера потерпели неудачу сильные атаки большевиков, предпринятые ими с ранее приготовленными для этой цели крупными соединениями. В результате наша армия перешла в наступление … глубоко вклинилась в оборону русских.» А под впечатлением этой брехни немецкие солдаты стали создавать всякие небылицы и уже ходили слухи в 4 танковой армии, что немецкие войска, наступающие с севера, ворвались в КУРСК, а в 48 танковом корпусе говорили, что танковый корпус СС еще утром 7 июля овладел КУРСКОМ…

 

ХХ        ХХ

ХХ

 

Немецкий план боя на 8.7 преследовал прежнюю цель: ворваться в район ОБОЯНЬ. В группировке корпусов значительных изменений не было и по-прежнему 48 танковый корпус должен был рвать вдоль шоссе, а танковый корпус СС из района восточнее МАЛ. МАЯЧКИ, ГРЕЗНОЕ, скользя фланг по р. ПСЕЛ, так же должен бить на ОБОЯНЬ. 4 танковая армия этим самым стремилась снять левый фланг нашей армии, отрезать от района ОБОЯНЬ и отбросить на запад.

Генерал ХОТТ расходовал последние боевые и технические резервы, восполняя потери в корпусах. Он бесился от негодования, требовал 8.7 наверстать потерянное, грозил наказанием всем, не выполнившим задачи. ХОТТ понимал, что каждый потерянный день приносит не победу, а поражение. Гитлеровская ставка от него требовала решительности, т.к. серьезная угроза нависала на ОРЛОВСКИЙ выступ с севера и с востока, где Красная Армия начала переходить в наступление.

Все новые и новые наши резервы подходили к району боя. 7 июля начала выдвижение из района РОССОШЬ, БЕРЕЗОВАЯ, ОСТРОГОЖСК – 5 гвардейская танковая армия, а из района СТАРЫЙ ОСКОЛ – 10 танковый корпус.

1 танковая армия для выполнения ответственной задачи, так же 7 июля была подкреплена несколькими артиллерийскими истребительно-противотанковыми полками и 9 зенитной дивизией.

Командование фронтом, оценив, что противник за счет ослабления флангов, наращивает силу удара к нам на ОБОЯНЬ, решило ослабить его ударную группировку. Для этого на 8.7 намечалась атака его флангов с запада – левым флангом 40 армии, а с востока – 10, 2 ТК и 5 Гв. ТК.

1 танковой армии было приказано прочно удерживать занимаемый рубеж и ни в коем случае не допустить прорыва противника на ОБОЯНЬ.

Утро 8 июля застало 1 танковую армию в полной готовности к отражению вражеских атак.

Генерал-майор ГЕТМАН, выполняя приказ Командарма, 6 мотострелковой бригадой занял оборону по р. ПЕНА на участке ЧАПАЕВ, РАКОВО, ШЕПЕЛЕВКА. Переданные в его оперативное подчинение, 1 и 10 мех. бригады 3 МК, во взаимодействии с 112 танковой бригадой, удерживали СЫРЦЕВО, ГРЕМУЧИЙ. Юго-восточнее ВЕРХОПЕНЬЕ была развернута в обороне 200 танковая бригада. 22 танковая бригада – подполковника ВЕДЕНИЧЕВА была в резерве в Ур. ТОЛСТОЕ.

3 мех. корпус остатками 49 танковой и 3 мех. бригадами седлал ОБОЯНСКОЕ шоссе в районе высоты 251,2. 1 Гвардейская танковая бригада, в неравных схватках с вдвое-трое численно превосходящим врагом, понеся большие потери, была выведена из боя и к утру 8.7 сосредоточилась в двух километрах южнее НОВОСЕЛОВКА.

В состав 31 танкового корпуса оперативно была введена 192 танковая бригада, развернувшаяся на рубеже КРАСНАЯ ПОЛЯНА, выс. 252,5 в трех километрах юго-западнее МАЛ. МАЯЧКИ. 242 и 237 танковые бригады занимали прежнее положение, удерживая МАЛ. МАЯЧКИ и ГРЕЗНОЕ. Остатки 100 танковой бригады сосредоточились в роще около ВЕСЕЛЫЙ.

Бои 8 июля начались ударами вражеской авиации по нашим боевым порядкам, особенно в районе СЫРЦЕВО. Здесь 3 ТД и ТД «Великая Германия» рвались на ВЕРХОПЕНЬЕ. Неся большие потери от авиации остатки 1 и 10 мех. бригад и 112 танковой бригады до 13 часов отражали атаки немцев, но потом были вынуждены отойти на западный берег р. ПЕНА на участке СПИЦИН, южная часть ВЕРХОПЕНЬЕ.

Противник пытался на плечах отходящих ворваться на западный берег р. ПЕНА, но был отбит. Продолжая попытки переправиться через р. ПЕНА у СЫРЦЕВО, 3 ТД и ТД «Великая Германия» основной удар стали наносить на ВЕРХОПЕНЬЕ, где оборонялась 200 танковая бригада.

Опасаясь за исход боя в районе ВЕРХОПЕНЬЕ, генерал ГЕТМАН подкрепил 200 ТБр. и 1 МБр своим резервом и ввел 22 ТБр. Двенадцать отбитых атак противника говорят о напряженности боев, которые выдержала 200 танковая бригада и один батальон 22 бригады. Имея большие потери и в связи с общей обстановкой, создавшейся к вечеру, 200 ТБр к 24.00 отошла за реку ПЕНА в северной части ВЕРХОПЕНЬЕ.

11 танковая дивизия немцев, наступая вдоль шоссе, теснила перед собою остатки 3 МБр, 49 и 180 ТБр. За весь дневной бой 11 ТД смогла продвинуться на 5-6 километров, но вновь окопавшиеся остатки 3 МК и 180 ТБр дальше не допустили.

31 ТК генерал-майора ЧЕРНИЕНКО с утра начал жестокие бои по отражению вражеских атак. Танковый корпус СС двумя дивизиями при поддержке с воздуха, стремился охватить и смять 31 ТК. К 15.00 237 ТБр не выдержала и начала отход на КОЧЕТОВКА. Создалась серьезная обстановка. Командарм решает подкрепить 31 ТК. Кроме 192 танковой бригады ему передается 86 ТБр, 59 танковый полк и противник был задержан перед КОЧЕТОВКА.

Как не старался противник переправиться через реку ПСЕЛ на участке ПРОХОРОВКА, МИХАЙЛОВКА, ему это не удалось. Сюда выходили части 10 танкового корпуса, которые уничтожали отдельные танки, перебравшиеся через р. ПСЕЛ.

Бой за 8 июля для немцев закончился также провалом. Это был последний день, когда противнику удалось на отдельных участках продвинуться на 8 километров. Но это продвижение ему стоило 129 уничтоженных танков.

1 танковая армия полностью свою задачу выполнила и не допустила прорыва противника на ОБОЯНЬ.

 

хх        хх

хх

 

Несмотря на явный провал операции «ЦИТАДЕЛЬ», немецкое командование не отказалось от ее продолжения.

На 9 июля главные силы 4 ТА немцев нацеливались вдоль шоссе, с целью прорваться на ОБОЯНЬ. На участке фронта от ВЕРХОПЕНЬЕ до СУХ. СОЛОТИНО /8-10 км/ было сосредоточено пять танковых дивизий. Для поддержки этих дивизий было запланировано 1500 самолетовылетов.

Решительные меры принимались и с нашей стороны для прикрытия ОБОЯНСКОГО направления.

Костяком обороны по-прежнему оставалась 1 ТА, хотя она и имела большие потери. Для усиления ее переходил в оперативное подчинение генерала КАТУКОВА 10 танк. корпус, выдвигалась и занимала оборону на рубеже Ур. МАЛИНОВОЕ, Ур. МЕЛОВОЕ – 309 СД, шли из состава 40 и 38 армий два танковых, три истребительных и один гвардейский минометный полки.

Противник бои 9.7 начал сильным авианалетом по боевым порядкам 3 МК и 31 ТК. В 10.00 до трехсот танков при одновременном вылете до 200 самолетов, начали наступать вдоль шоссе на ОБОЯНЬ. Бой был явно не равным. 3 МК был вынужден с боями к исходу дня отойти за боевые порядки 309 СД на рубеже Ур. МАЛИНОВОЕ, Ур. МЕЛОВОЕ. Дальнейшее продвижение на север танков противника было задержано сильными заслонами противотанковой артиллерии, предусмотрительно стянутой Командармом в полосу шоссе.

Когда же свыше сотни танков повернули на КАЛИНОВКА, то они там встретили танковые засады 10 ТК, во второй половине дня развернувшегося на рубеже КРУГЛИК, КАЛИНОВКА.

Напрасно до 50 танков противника пытались переправиться через р. ПЕНА в ВЕРХОПЕНЬЕ. Все попытки были отбиты левым флангом 6 танкового корпуса.

До ста танков противника несколькими группами пытались выбить бригады 31 ТК из КОЧЕТОВКА. Это им не удалось. Когда же немецкие танки, прорвавшись через СУХ. СОЛОТИНО, вышли в район Ур. СИТНОЕ, тылам 31 корпуса создалась угроза и ему было приказано отойти за боевые порядки 309 СД.

В этот день противник понес наибольшие потери. 295 танков было подбито или уничтожено. Итог боя показал немецкому командованию о силе противотанковой обороны ОБОЯНСКОГО направления и заставил отказаться от дальнейших попыток наносить главный удар на ОБОЯНЬ.

После 9.7 основные бои противником были перенесены на ПРОХОРОВСКОЕ направление, а на ОБОЯНСКОМ сводились лишь к сковыванию сил 1 ТА и к расширению клина в западном направлении. Тяжесть боев перекладывалась на 6 танковый корпус.

 

ХХ        ХХ

ХХ

 

Ночь на 10 июля была особо неспокойна. Противник выводил часть танков из первой линии для перекидки ее на ПРОХОРОВСКОЕ направление и вытаскивал свои подбитые танки.

Весь этот шум он маскировал ночными полетами самолетов на малых высотах над районом южнее ОБОЯНЬ. Одновременно самолеты вели наблюдение за нашими ночными передвижениями, тревожили наши войска и мелкими бомбами наносили незначительный урон в живой силе. Несколько десятков осветительных бомб постоянно висели над районом Армии.

Еще к вечеру 9.7 между левым флангом 6 ТК и правым – 3 МК образовался разрыв, незанятый нашими войсками. Этим и воспользовались немцы и 10.7 в 4.00 около ста танков 48 ТК из района севернее ВЕРХОПЕНЬЕ атаковали в западном и юго-западном направлениях.

Командир 6 ТК принял решительное, но запоздавшее решение – двумя бригадами перейти в контратаку. Контратака 200 и 112 танковых бригад лишь на несколько часов задержала противника, а бригады понесли большие потери, ведя бой не в выгодных условиях. Вторичной атакой противник смял и рассеял их на мелкие, разрозненные группы, которые обособленно продолжали бой до темноты, а потом стали собираться в районе БЕРЕЗОВКИ.

6 танковый корпус в боях за 10.7 понес большие потери. К вечеру в его составе оставалось в строю только 35 танков и около 10 орудий. Однако, он, совместно с 90 Гв. СД, противника сдержал.

Попытки другой танковой группы немцев прорваться на КРУГЛИК и ВЛАДИМИРОВКА в упорных боях были отбиты частями 10 ТК и 3 МК.

В состав Армии поступали новые соединения: прибыл 5-й Гв. Сталинградский Танковый корпус и 204 СД, которые заняли оборону на направлении ИВНЯ и ОБОЯНЬ.

Немцы бросали в бой последние резервы. Расходуя остатки технического резерва, довели свои танковые дивизии до 100 танков и стали искать в боях на ОБОЯНСКОМ направлении уже только частных успехов.

Нелегко приходилось и нам. Около двух третей средних танков было безвозвратно потеряно, а из оставшихся – пятьдесят танков находилось в ремонте.

В ночь с 10 на 11 июля бои на участке 6 ТК продолжались с прежним напряжением. То, что немцы не могли сделать днем, рассчитывали выполнить ночью. 6 ТК не смог произвести перегруппировку и утро 11 июля застало его не вполне подготовившимся к бою. Части в порядок были не приведены и не успели окопаться.

В 4.00 после сильного артналета и авиаобработки, части ТД «Великая Германия» и 332 ПД атаковали остатки 6 ТК одновременно с юга, востока и севера в общем направлении на КРАСНЫЙ УЗЛИВ. Несмотря на исключительный героизм танкистов, создалась весьма тяжелая обстановка. Боевые порядки корпуса простреливались сквозным огнем, неся большие потери. Был дан приказ на отход корпуса, т.к. дальнейшее удержание обойденных позиций не вызывалось необходимостью. К вечеру 6 ТК вышел в район зап. НОВЕНЬКОЕ за боевые порядки 90 СД.

На других участках немцы также проводили частные атаки, но они были слабы, вялы и везде были отбиты.

11 июля являлось последним днем оборонительных боев 1 ТА. Противник окончательно отказался от прорыва на ОБОЯНЬ.

В упорных ожесточенных боях, где немцы прилагали все силы наземных войск и авиации, они за 8 суток смогли продвинуться только до 35 километров, т.е. средний темп наступления 4,5 км. в сутки.

1 Танковая Армия не допустила прорыва немцев, заставила его как в мышеловке метаться во вмятине южнее ОБОЯНЬ. Она выполнила свою задачу и не только сдержала натиск врага, но нанесла ему значительные потери, создала условия для более успешного контрудара Красной Армии, а потом и перехода в наступление Воронежского и Степного фронтов на ХАРЬКОВСКОМ направлении.

Огромнейшее влияние на исход Курских боев оказали наши наступательные действия северо-восточнее БРЯНСК, восточнее ОРЕЛ и на р. МИУС. Эти операции, проводимые по планам Ставки Главнокомандующего товарища СТАЛИНА, совершенно сорвали планы гитлеровцев, сводили на нет для немцев операцию «Цитадель».

Фашистская ставка от своих войск требовала как можно скорее выполнить операцию «Цитадель» – захватить КУРСК. Они этим рассчитывали заставить нас создать новый фронт восточнее КУРСКОГО выступа протяжением 200-300 км. и этим приковать стратегические и оперативные резервы и отказаться от Брянско-Орловской операции.

Начиная с 15 июля Гитлеровская ставка окончательно отказалась от наступательных действий и стала бросать танковые дивизии для штопки прорывов сев. вост. БРЯНСК, восточнее ОРЕЛ и на р. МИУС. Из района БЕЛГОРОД были сняты ТК СС и брошен на МИУССКИЙ участок фронта, ТД «Великая Германия» была брошена в район КАРАЧЕВ /вост. БРЯНСК/, 3 ТД также брошена на юг.

В районе сев. ХАРЬКОВ остались 6, 11 и 19 танковые дивизии, которые ударами наших войск отбрасывались на первоначальный рубеж обороны.

На общем фоне всех развернувшихся летом 1943 года боев, оборонительная операция 1 ТА выглядит как одна из ярчайших крупных деталей, легших в основу катастрофы фашистской армии.

Гитлеровцы рассчитывали применением своих новинок «Тигров», «Пантер» и «Фердинандов» поколебать дух героев КУРСКОЙ обороны, но силу любви к Родине у русского солдата нельзя ничем сломить. Да и «новинки» для бойцов Красной Армии были уже известны.

Немцы не до оценили наших сил, а свои переоценили. Крепко подвела хваленая фашистская разведка своих главарей. Фашисты, успокаивая свои тылы, говорили, что под МОСКВОЙ и СТАЛИНГРАДОМ немцев не русские солдаты били, а русская зима. В это поверили они и сами и на лето смотрели как на своего союзника. Оказалось, русский воин стал немца бить и летом, а лето отказалось служить гитлеровцам.

Советское оперативное искусство оказалось гораздо выше немецкого. Немцы рассчитывали в 5-6 дней протаранить сильным клином КУРСКИЙ выступ, но встретили глубокую и прочную оборону, не допустившую маневра подвижными войсками.

Немцы рассчитывали вести бой только с пехотой, а встретили танковые соединения и вместо маневра на оперативных просторах завязалось жестокое танковое сражение. Тактическому приему немцев наступать танковыми колоннами по 20-30 танков или плотными боевыми порядками, был противопоставлен прием мелких танковых засад на большую глубину.

Гитлеровская авантюра на КУРСКОЙ дуге провалилась. Еще во время сражения весь мир с напряжением следил за его ходом. Наши друзья с восхищением отмечали, как русский молодой витязь в Уральской стальной броне тридцатьчетверок, разил фашистское чудовище, выползшее из средневековья и заковавшееся в 188 мм. броню в современной Германии.

Наши враги приходили в ужас, в трепет, а потом их стала трясти лихорадка неуверенности и «упадка духа», несмотря на кликушеские заклинания Геббельса.

Затрещала гитлеровская таратайка, не выдержала КУРСКОГО провала «ось» и «дуче» Муссолини полетел на мусорную свалку, а Италия вышла из войны, как союзница Германии.

Немецкая армия окончательно потеряла инициативу и способна стала лишь к «эластичной» обороне и к сокращению линии фронта».

 

Х        Х

Х

 

24 июля 1943 года Маршал Советского Союза товарищ СТАЛИН своим приказом отметил высокое воинское мастерство доблестных соединений Красной Армии. Среди них и 1 Танковая Армия генерала КАТУКОВА.

С чувством гордости за своих танкистов весь Советский народ встретил эту благодарность своего вождя. С огромнейшей радостью это встретили и танкисты как должное за свою ратную доблесть, видя в благодарности тов. СТАЛИНА благодарность всего народа, благодарность Матери-Родины.

Высоко оценила Родина солдатские дела танкистов.

Бессмертные подвиги старшего сержанта ЗИНЧЕНКО и лейтенанта ШАЛАНДИНА отмечены высочайшей наградой: им присвоено звание Героев Советского Союза.

66 воинов удостоены наградой орденами «Красного Знамени». Орденом Александра Невского награждено 11 офицеров. 498 человек получили ордена «Отечественная война I и II степени и 1189 человек – ордена – Красной Звезды». Медалями за «Отвагу» и «За боевые заслуги» награждены 2976 бойцов и офицеров.

Только наша партия большевиков, партия ЛЕНИНА – СТАЛИНА могла воспитать и вдохновить на высочайший патриотизм воинов Армии Советского народа. Связывая свою судьбу с судьбой партии и Родины патриоты, отражая бешенные атаки врага, подавали заявления в партийные и комсомольские организации с просьбой о приеме. На заявлениях нередки были приписки, что «если погибну, прошу считать меня коммунистом». Всего за время Белгородско-Курского сражения было принято в партию 748 человек и в комсомол – 827 человек.

Все звенья Армии в боях показали свою слаженность и способность решать трудные и благородные задачи по разгрому фашистских захватчиков. Боевое содружество танкистов, артиллеристов, мотострелков, истребителей танков и других незаменимых специальностей на поле боя было основой успеха. Не имея отдыха и страха, связисты поддерживали бесперебойную связь. Приходилось восхищаться и работой ремонтников, когда они из-под носа врага эвакуировали поврежденные танки, чтобы на следующий день ввести их вновь в боевой строй.

Пройдут годы. Отгрохочут последние выстрелы Великой Отечественной войны. Вновь зацветут пустынные поля недавних боев и тракторы сравняют траншеи и щели южнее ОБОЯНЬ, неоднократно спасавшие нас. Если кто будет из вас на полях, где жестоко мы дрались за жизнь, за свободу, за Родину, воздайте должные почести павшим Героям. Они своею кровью и жизнью добыли победу в БЕЛГОРОДСКОМ сражении. Чудо-богатыри танкисты, Родина увековечит память о Вас.

Стонут наши братья по ту сторону ДНЕПРА в немецкой неволе. Хмурится седовласый ДНЕПР. Ждут своего освобождения братья-славяне: поляки и чехи. Много еще впереди боевых дел, но мы и их выполним с честью.

 

Гвардии Полковник /СОБОЛЕВ/.

 

---

 

Начальник штаба бригады

майор Н.И. ЛЕБЕДЕВ

 

ДВА ДНЯ

/Оборонительные бои 49-й танковой бригады в районе ЯКОВЛЕВО – ПОКРОВКА 6-7 июля 1943 г./

 

С утра 6-го июля противник возобновил наступление на главном направлении, развернув свыше 500 танков. До 200 танков пошло из района КОЗЬМА-ДЕМЬЯНОВКА вдоль шоссе на ЯКОВЛЕВО и в обход ЯКОВЛЕВО с востока.

С 8.00-10.00 продолжались ожесточенные танковые бои. Узел ЯКОВЛЕВО – ПОКРОВКА обороняла 1-я Гвардейская танковая бригада. Она отбивала одну сильнее другой атаки противника, в которых участвовало от 40 до 120 танков, поддержанных авиацией. Отдельным немецким танкам удавалось прорваться на южную окраину ЯКОВЛЕВО, в район церкви. Здесь гвардейцы преграждали им дальнейший путь своими контратаками, уничтожали вражеские машины.

Для усиления 1-й гвардейской танковой бригады в распоряжение командира был передан 253-й танковый батальон 49-й танковой бригады. Задача батальона заключалась в том, чтобы не допустить прорыва танков противника через ЯКОВЛЕВО вдоль БЕЛГОРОДСКОГО шоссе на север.

Командир батальона капитан ФЕДОРЕНКО решил захватить на южной окраине ЯКОВЛЕВО господствующую высоту в районе мельницы, откуда немцы вели огонь по переправе через р. ВОРСКЛА. Под сильным обстрелом и бомбардировкой ФЕДОРЕНКО выбросил за переправу два взвода танков.

Вот как об этом рассказывает командир взвода лейтенант Н. КУБУТО.

«Укрываясь за домами и сараями, группа наших танков подошла к переправе. Командиру танка лейтенанту ЗАИКИНУ было приказано отвлечь на себя внимание немцев и вызвать их огонь. Воспользовавшись этим, я на большой скорости проскочил переправу. Вслед за мной провели свои танки старший лейтенант АКИМИН и другие командиры машин.

Имея задачу разведать огневые точки противника, я поднялся на высоту и тотчас же заметил немецкую пехоту. Долго не думая, открыл по ней огонь. Часть немцев разбежалась, а наиболее смелые начали расставлять на пути танка длинными шестами мины. Тогда я дал полный угол снижения пушки и послал несколько снарядов. Это сразу охладило воинственный пыл фрицев.

Но странно, неприятельские танки не обнаруживали своего присутствия. Тогда я решил въехать на шоссе, чтобы противник мог заметить мою машину. Так и сделал. И вот моему взору представилась такая картина: группа немецких танков, выстроившись в линию, вела огонь в направлении действий основных сил батальона. Я открыл стрельбу по танкам. Один танк загорелся. В это время вражеский снаряд угодил в башню моей машины и сбил люк. Я инстинктивно начал поворачивать «ППК» влево и обнаружил в лощине новую группу тяжелых танков. Их отделяло расстояние не больше 300 метров. Скомандовав водителю «задний ход», – сам нацелился в «Тигра», сделал четыре выстрела и поджег его…

 

“        “

“

 

Бой на южной окраине ЯКОВЛЕВО длился 24 часа. Батальон сковывал действия противника и обескровливал его силу. В этом неравном бою танкисты не теряли самообладания и мужества, не проявили ни тени слабости и малодушия. Они выстояли и не пропустили немцев.

Вот боевой счет батальона, открытый им в этой великой битве: сожжено 11 танков типа «Тигр» и 7 танков типа «Пантера», истреблено 120 фрицев.

 

+ + +

 

Не добившись успеха в продвижении на север по шоссе в районе ЯКОВЛЕВО, немцы решили с рассветом 7 июля прорвать стык 3 механизированного и 31 танкового корпусов и ударить в их фланги. Центром этих стыков являлось село ПОКРОВКА.

ПОКРОВКУ обороняли вторая стрелковая рота 3 механизированной бригады и 1 танковый взвод 100 танковой бригады. Противник силами 26 танков и ротой пехоты вытеснил их из ПОКРОВКИ и начал продвигаться на север, создавая угрозу удара во фланг корпусов.

Командир бригады гвардии подполковник А. БУРДА приказал своим танковым батальонам выбить противника из ПОКРОВКИ и закрепиться на южной ее окраине.

49 танковой батальон под командой майора МИРОШНИЧЕНКО получил приказ атаковать противника с западной, а 253-й с северной окраины. Атака началась с дистанции 1000 метров. Танковая рота старшего лейтенанта ПЕТРУШКОВА шла в атаку развернутым фронтом. Рота капитана БЕЛОВА поддерживала ее огнем с коротких остановок.

ПЕТРУШКОВ и на его танке заместитель командира батальона капитан ХВОСТОВ первыми ворвались в ПОКРОВКУ. В это время с северной окраины перешел в атаку 253-й танковый батальон. Под стремительным натиском наших танков немцы начали отходить на южную окраину села, оставив в самом селе для прикрытия шесть танков типа «Тигр». Танк ПЕТРУШКОВА оказался в непосредственной близости от одного из «Тигров». Петрушков использовал подходящий момент и с двух выстрелов поджег его. Тем временем подоспели танки роты и залповым огнем подожгли еще три вражеские машины. Бежавшую в панике пехоту танкисты расстреливали из пулеметов.

Используя выгодный рубеж, батальон закрепился в центре ПОКРОВКИ.

Роте капитана Белова было приказано не допускать противника из юго-западной и южной окраин села, а роте ст. лейтенанта ПЕТРУШКОВА в составе двух взводов танков – держать под обстрелом южную и юго-восточную окраины. Один танковый взвод из роты ПЕТРУШКОВА был в резерве командира батальона и имел задачу в случае выхода противника с восточной окраины задержать его продвижение. В это время 253 танковый батальон занял оборону на северо-восточной окраине.

Стремясь осуществить свое первоначальное намерение, противник подтянул до 20 танков, часть самоходных пушек и до двух рот пехоты и перешел в контратаку.

В течение двух часов в ПОКРОВКЕ шел ожесточенный бой. Около 30 немецких самолетов беспрерывно бомбардировали наши боевые порядки. Тем не менее противник не имел никакого успеха. Наоборот, за это время он потерял 12 танков, 3 самоходные пушки и до 200 ранеными и убитыми. 49-й танковый батальон потерял лишь 2 танка подбитыми, 9 человек ранеными и убитыми

Не считаясь с потерями, немцы снова подбросили до 30 танков, часть пехоты и пустили их в атаку. С 10 до 13 часов было отбито четыре ожесточенных атаки. Наши танкисты, маскируясь постройками, появлялись то с одной стороны, то с другой, делая не более трех выстрелов с одного места.

Потерпев неудачу и на этот раз, противник нащупал слабое место в обороне 100-й танковой бригады в районе БОЛ. МАЯЧКИ, сдерживавшей атаки южнее и севернее ЛУЧКИ. Потеснив 100-ю танковую бригаду, немцы пошли в атаку на левый фланг 49-й танковой бригады. В то же время 1-я гвардейская танковая бригада, оборонявшаяся на правом фланге, отошла на север. Появилась опасность обхода 49 бригады противником с правого фланга. Во избежание окружения комбриг приказал батальонам отойти на высоту 246,7. Первым начал отход 253-й танковый батальон. Его прикрывал огнем из своих танков 49-й батальон. Когда 253-й батальон, сравнительно без больших потерь, достиг указанного пункта, противник силами до 100 танков вышел в район перекрестия дорог /район высоты 254,5/. На пути вражеских танков занимал оборону мотострелковый батальон 49-й бригады.

Никто из защитников этого рубежа не предполагал, что им придется отражать одну за другой ожесточенные атаки мощных колонн «Тигров» и «Пантер», что немецкие самолеты будут беспрерывно бомбить этот участок. Но столкнувшись лицом к лицу с врагом, мотопехота отразила удар за ударом с великолепным умением и упорством.

Участник и герой этого боя комсомолец старшина Алексей БЕЛОУСОВ, награжденный орденом «Отечественной войны I степени», рассказывает:

«Я командовал отделением автоматчиков в составе взвода младшего лейтенанта НОВОКШЕНОВА. Немецкие танки шли прямо на наш участок обороны. Мы тотчас же заняли свои места в окопах, приготовили гранаты и бутылки с горючей смесью. Танки были уже близко. Люк одного танка приподнялся, и я увидел голову немца. Словчился, дал очередь из автомата, но как на зло промахнулся. Люк захлопнулся и тотчас же на меня один за другим полетели три снаряда. Два разорвались сзади, третий – впереди. Мой бруствер, как ветром сдуло. Сижу на корточках в окопе и чувствую, как на меня рушится огромная тяжесть. Быстро лег. Танк медленно разворачивается на окопе. Сухая горячая пыль и падает на меня. Я вижу над собой замасленное черное брюхо танка, чувствую удушливые отработанные газы из мотора. Жду пока танк переползет через окоп…

Вот огромная машина, тяжело хряпая, сползла с окопа. Я вскочил, схватил гранату и бросил ее в стальную махину. Однако не рассчитал и промахнулся. Уйдет! – мелькнула мысль, ту же секунду хватаю бутылку с горючей смесью и посылаю ее вдогонку «Тигру». Бросок был настолько метким, что бутылка угодила прямо в жалюзи. «Тигр» запылал. Осмотрелся, вижу горит еще один вражеский танк. Его, оказывается, поджег товарищ из соседнего окопа. Третий, прорвавшийся через нашу оборону, танк был так же уничтожен. Остальные танки изменили путь и пошли в другом направлении…»

 

+ + +

 

До 60 танков из этой группы развернулись в линию, атаковали Ур. СУХАЯ и заняли ее. В это время до 80 танков вышли на северную и северо-западную окраины БОЛ. МАЯЧКИ, сомкнув, таким образом, свой фланг. 49-й танковый батальон оказался в окружении в селе ПОКРОВКА. Противник стремился лобовыми атаками сломить сопротивление батальона и уничтожить его. При этом немцы использовали самые различные способы построения своих боевых порядков. То впереди шли тяжелые танки типа «Тигр», поддерживаемые сильным артиллерийским и минометным огнем, и вслед за ними двигалась пехота, то впереди появлялась пьяная орда гитлеровцев, прикрываемая авиацией и ураганным огнем всех видов оружия; то стремясь создать ложное направление главного удара, немцы выдвигали самоходные пушки и танки с одной стороны, а с другой бросали в атаку новые силы танков и пехоты. А когда и это не помогало вперед выходило множество танков самых различных конструкций, каждый из которых поддерживался самоходной пушкой.

Казалось, все свои силы немцы сосредоточили на этом участке. Но 49-й танковый батальон и не думал складывать оружия. Его сопротивление возрастало. Танкисты отбивали одну атаку за другой и заставляли противника откатываться. Лейтенант ВЫСОКОВ, замещавший после ранения командира роты, не только лично уничтожал фашистские танки /он сжег 10 танков/, но и умело маневрировал своим взводом, быстро разгадывал замысел противника и направлял свои удары туда, откуда появлялся враг. Несмотря на то, что танкам приходилось маневрировать среди пылавших домов и огромных воронок под непрерывной бомбардировкой, ВЫСОКОВ веселой шуткой поднимал боевой дух танкистов и даже указывал цели отдельным танкам.

Храбро дрался командир танка лейтенант ТЫРИН. Своим экипажем он уничтожил 8 немецких машин и до сотни гитлеровцев. Был случай, когда вражеская пехота просочилась по лощине в район командного пункта батальона. ТЫРИН на своем танке бросился в контратаку и огнем и гусеницами расстреливал и давил фашистов. Ценой жизни всего экипажа был сорван замысел врага уничтожить командный пункт.

Отлично применял оружие и маневрировал взводом лейтенант БРАЖНИКОВ. Свои боевые порядки он строил следующим образом: два танка выдвигал из-за углов зданий и указывал им сектор для обстрела. С третьего танка, стоявшего в укрытии сзади, лично вел наблюдение, корректировал трассирующими пулями огонь, а также расстреливал немецкие танки. На его боевом счету числится 5 уничтоженных танков и 3 самоходные пушки.

Нужно отметить умение руководить боем, хладнокровие и выдержку командира взвода лейтенанта ЧЕРНЕЦ. Его подразделение перебрасывалось на самые тяжелые участки, и там, где оно появлялось противник терял охоту ко всяким атакам.

Несмотря на сложность обстановки, в которой приходилось действовать 49-й батальону, а также на отсутствие штаба, заместитель командира батальона капитан ХВОСТОВ /командир батальона майор МИРОШНИЧЕНКО был ранен и эвакуирован с поля боя/ своевременно разгадывал замыслы врага и не давал ему возможности продвинуться там, где он нащупывал слабое место. Четыре танка под командой помощника командира батальона по технической части капитана ЗАХАРЕНКО бросались комбатом на трудные участки, особенно на фланги, так как батальон по своим силам не мог занять круговую оборону.

 

+ + +

 

Во второй половине дня для 49-й бригады сложилось весьма тяжелое положение. Противник, заняв Ур. СУХАЯ и, ведя бой по уничтожению 49-го танкового батальона в ПОКРОВКЕ, повел наступление на остальные силы бригады /253-й танковый и мотострелковый батальон/, которые закрепились на высоте 246.7 и восточной окраине хутора КРАСНАЯ ДУБРАВА.

Командир бригады гвардии подполковник А. БУРДА, учитывая тяжелое положение 49-го танкового батальона, а также не весьма благоприятную обстановку для остальных своих сил, приказал 253 танковому батальону удерживать высоту 246,7 и шоссе, мотострелковому батальону КРАСНУЮ ДУБРАВУ и шоссе и не давать возможности немцам не только продвигаться вперед на север, а своим огнем и контратаками облегчить положение 49-го танкового батальона и вырвать его из окружения.

Битва, которая здесь впоследствии разразилась, была особенно ожесточенной. Из-за высот и рощ, с юга и с запада, в общем направлении на север, выползали армады немецких танков и самоходных орудий, во весь рост двигалась пьяная пехота. Самолеты эшелон за эшелоном, группами по 50 машин беспрерывно обрушивали свои грузы буквально на каждый метр земли. Повсюду пылали огромные пожары. Взрывы бомб и снарядов смешивались с лязгом металла, беспрерывный гул моторов – с криками и стонами раненых.

Казалось, никакая сила не в состоянии остановить такую лавину техники и обезумевшую фашистскую ораву. Но командир бригады, сохраняя спокойствие и хладнокровие, своевременно разгадывал замысел врага и направлял свои удары по уязвимым местам противника. Своими героическими подвигами подполковник БУРДА воодушевлял танкистов. Он появлялся там, где создавалось наиболее трудное положение и своим личным участием в бою зажигал сердце воинов.

Был момент, когда казалось, что прорыв противника в районе высоты 246.7 неизбежен, но в самую критическую минуту в боевых порядках появился БУРДА. Прямо с хода он включился в бой и уничтожил два вражеских танка. Танки загорелись.

– БУРДА подбил! – несется весть от одного экипажа к другому. – С нами БУРДА! – радостно восклицают танкисты, услышав его голос в наушниках. Этот голос придает им бодрость, вселяет новые силы. Каждый знает, что где БУРДА – там победа.

И враг оттягивается, оставляя на поле боя пылающие машины…

 

+ + +

 

В то время, когда 253 танковый и мотострелковый батальоны героически дрались на своих рубежах, 49-й танковый батальон выдержал не менее ожесточенный натиск немцев. На ПОКРОВКУ наступало со всех сторон отдельными группами до 50 танков. Находясь в полном окружении, батальон два с половиной часа вел ожесточенный бой. С южной и юго-восточной части ПОКРОВКИ противник крупными силами сковывал батальон, не давал ему возможности оторваться от него, чтобы начать выход из окружения. Положение осложнялось еще и тем, что пути отхода были заминированы. Силы же батальона с каждым часом уменьшались. Из 21 танка 4 вышли из строя, в части машин выбыли члены экипажей, иссякали боеприпасы.

Командир батальона считал – если начать выход из окружения, авиация и наземные силы противника разобьют остатки батальона и тогда немцы обрушатся на левый фланг корпуса. Поэтому он решил вести бой до наступления сумерок, а затем под прикрытием темноты разведать силы противника на пути отхода и с боем прорваться к своим частям.

Каждому танку были указаны районы обороны. Одновременно удалось разгадать опознавательные сигналы немецких наземных войск и этим избежать бомбовых ударов. При налете больших групп бомбардировщиков, снижавшихся до 50 метров, танкисты зажигали дымовые шашки и с разных сторон, и в разных направлениях бросали белые ракеты. Самолеты, сделав по несколько кругов улетали, не сбросив ни одной бомбы.

 

+ + +

 

Имея в десять раз превосходящие силы, противник все уже и уже сжимал кольцо вокруг 49-го батальона. В батальоне осталось 5 танков и небольшое количество снарядов. В 19.30 был отдан приказ забрать раненых и пробивать дорогу к своим.

Используя складки местности, танки с боем начали продвигаться в направлении Ур. СУХАЯ. Дойдя до балки КЛЕНОВАЯ, наши танки встретились с засадой противника. Завязался бой, в результате которого два танка батальона были разбиты, а третий застрял в ручье и только двум танкам удалось прорваться. Весь личный состав, за исключением 9 убитых и одного тяжело раненого, был выведен.

В результате дневного боя 49-й танковый батальон уничтожил 43 танка, 7 самоходных пушек, 4 бронетранспортера и до батальона пехоты, потеряв 14 танков, 9 человек убитыми и 18 ранеными.

 

+ + +

 

Возвращаясь к действиям остальных сил бригады, нужно сказать следующее: до 20 часов они вели ожесточенные оборонительные бои в районе высоты 246.7 и КРАСНАЯ ДУБРАВА. Не добившись здесь успеха, немцы начали наступление на три кургана восточнее д. ВЕРХОПЕНЬЕ. Соседние части не выдержали натиска и с боями начали отходить к населенным пунктам ИЛЬИНСКИЙ и ПОКРОВСКИЙ.

49-я танковая бригада по приказу также оставила свой рубеж и отошла в район высоты 260.8 для приведения себя в порядок.

В итоге боя 7 июля бригадой уничтожено: 71 немецкий танк, 35 автомашин, 10 самоходных пушек и истреблено до 865 солдат и офицеров. Потери бригады составляют 16 танков Т-34 и 2 Т-70, 22 человека убитыми и 20 ранеными.

В течение этого дня штаб бригады находился неотлучно в боевых порядках.

Работа штаба протекала под перекрестным обстрелом артиллерии, минометов и бомбардировкой. Тем не менее его действия были четкими и оперативными.

 

+ + +

 

Описанные бои двух дней имели решающее значение во всей Белгородской операции. Они оказались мрачными для немецкого командования и тяжелыми, но радостными для Красной Армии.

Советские воины выстояли и победили!

 

Подготовил к печати: – /П. Сквернюков/

В ПЕЧАТЬ:

ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР

Гв. Генерал-Лейтенант т/в /Н. ПОПЕЛЬ/

 

ЗАМ. ГЛАВНОГО РЕДАКТОРА

Гв. Генерал-Лейтенант /М. ШАЛИН/

 

Члены редколлегии: /подпись/

«    » декабря 1944 г.

 

---

 

Старший лейтенант Б. ТОМУС.

Старшина П. СКВЕРНЮКОВ.

 

ПОД ВЕРХОПЕНЬЕМ

(Оборонительные бои 6-й мотострелковой бригады)

 

К 5-му июля 1943 года, моменту начала битвы на КУРСКОЙ дуге, бригада занимала оборону под деревней ВЕРХОПЕНЬЕ в районе населенных пунктов РАКОВО, ОЛЬХОВКА, ЧЕРКАССКОЕ, БУТОВО.

Оборона представляла собой систему укреплений, которые делали ее трудно уязвимой. В местах, наиболее опасных для проникновения вражеских танков, были построены отсечные позиции. Населенные пункты были превращены в сильные узлы сопротивления и имели круговой обстрел.

Стыки в обороне между батальонами были надежно обеспечены огневыми средствами, в частности, на закрытых позициях стояла артиллерия, которая с появлением неприятельских танков должна была поставить заградительный огонь перед передним краем. Имевшиеся открытые позиции позволяли противотанковой артиллерии бить по целям прямой наводкой со всех сторон.

Подготовив, таким образом, надежную оборону, бригада уверенно встретила противника.

6 июля в 8.00 немцы на этом участке начали наступление силами 170 танков при поддержке 8 батальонов пехоты. Передний край подвергался одновременно усиленной обработке авиацией.

Первый удар был нанесен по правому флангу. Но попытка прорыва окончилась безуспешно. Вражеская пехота была отрезана от своих танков огнем нашей артиллерии и залегла у переднего края. Прорвавшиеся танки натолкнулись на сильные противотанковые средства и быстро откатились назад. На поле боя остались разбитые и сожженные немецкие машины.

Однако это не остановило дальнейшего наступления. Против обороняющихся частей противник бросил множество авиации и дал мощную артиллерийскую подготовку. Налет и обстрел были настолько сокрушительными, что казалось, никакая сила не устоит здесь. В воздухе без умолку ревели моторы, на земле грохотала артиллерия, не стихал лязг гусениц и треск автоматов. Знойное июльское небо заволоклось густым черным дымом, клубы которого непрерывно поднимались вверх вместе с пылью.

Под прикрытием этой своеобразной завесы немцы в 10.00 вторично пошли в атаку. Отдельным танкам удалось прорваться к рубежу, который защищала рота бронебойщиков старшего лейтенанта Д. ЗАВАЛИШИНА.

Бронебойщики встретили их дружным залпом противотанковых ружей и подожгли два танка. Третий танк пришелся на долю бронебойщика В. СЕЛЕЗНЕВА. СЕЛЕЗНЕВ непрерывно менял позиции. Он знал, что невозможно поразить «Тигра» в лоб из ружья, но это легко можно сделать, если выстрелить в борт. И он ловил этот момент. Вскоре один танк резко повернул в сторону, и СЛЕПНЕВ ударил в задний край борта. С третьего выстрела – машина загорелась.

Видя бесполезность своих атак, немцы быстро перенесли направление удара на соседний участок, в надежде там найти слабые места в обороне бригады.

Восемь вражеских танков напали на стрелковую роту капитана ТОКАРЕВА. В неравном поединке победили советские воины. Они отразили натиск с великолепным упорством и мастерством.

Танки были еще далеко от окопов, когда навстречу им побежал со связкой гранат молодой солдат ПЕУНОВ. Он сблизился с направляющим танком почти вплотную и, привстав на колено, метнул гранату. В это время пуля впилась в грудь героя, и он потерял равновесие. Но танк продолжал двигаться, граната не повредила его. Тогда ПЕУНОВ собрал остаток своих сил, поднялся и бросился с гранатами под гусеницы танка. Стальное чудовище вздрогнуло и остановилось. Тотчас же из-за брони вырвались языки пламени и повалил черный дым. Танк горел…

Второму танку удалось вклиниться в оборону подразделения. Но это ни на секунду не поколебало стойкости ее защитников. Сержант ПЕХТЕРЕВ пропустил вперед огромную машину, затем словчился и сзади бросил на танк гранату. Волна взрыва отбросила его в сторону. Позже, когда ПЕХТЕРЕВ пришел в сознание, он увидел неподалеку, охваченный пламенем танк. Это была его работа…

Бой на правом фланге 6 МСБ продолжался с прежним ожесточением. Ценой больших потерь немецкой пехоте удалось добраться до траншеи, в которых сидели бойцы майора КУЛЯВИНА. Дальше они не смогли продвинуться. И только на небольшом отрезке ЧАПАЕВО – РАКОВО вражеские танки вдавили передний край и достигли главной полосы обороны. Но и здесь немцы не смогли развить свой успех и вырваться на оперативный простор.

Солдаты третьего батальона майора ФЕДЮШИНА и майора БРЕКИНА, как только к их позициям подошла вражеская пехота, отсекли ее от броневого заслона. Тем временем командир бригады генерал-полковник ЕЛИН бросил на перерез вклинившейся группе танков артиллерийский дивизион майора ЛЕЩИНА. Встретив танки у деревни ЧАПАЕВО, дивизион прямой наводкой уничтожил больше десяти «Тигров» и самоходных пушек.

Дальнейшая атаки на правый фланг прекратилась.

Бой вдруг вспыхнул на левом фланге. Сюда, в сторону деревни ВЕРХОПЕНЬЕ, немцы перенесли свое дальнейшее наступление, как только определилось направление этого удара, командование бригады усилило третий батальон майора ФЕДЮШИНА и умелым маневром выдвинуло артиллерийский дивизион.

Как и под дер. РАКОВО бойцы ФЕДЮЩИНА отрезали вражескую пехоту от танков. Танки же, лишившись необходимой поддержки, попали под сильный огонь артиллеристов и не смогли выполнить своей задачи.

Майор ЛЕЩИНА организовал в подразделении тесное огневое взаимодействие батарей, перекрывающимися секторами обстрела. Батарея старшего лейтенанта ДАВЫДОВА расположилась во ржи на скате. Правее от нее, перед мостом, разместил свои пушки старший лейтенант ЗАЛОЕВ. Уступом сзади замаскировалась батарея лейтенанта БУКАТ. Таким образом, был создан огневой мешок.

Когда немецкие танки, а их было больше 50, приблизились на дистанцию действенного огня, раздался мощный орудийный залп. Дым рассеялся, и артиллеристы имели возможность убедиться, что среди надвигающейся бронебойной лавины нет прежнего порядка: некоторые машины осели на бок, другие стояли, объятые пламенем. Но опасность еще не была устранена. Наоборот, танки обнаружили артиллерийские позиции и, стреляя с коротких остановок, частью пошли во фланг батареи ЗАЛОЕВА, частью продолжали лобовую атаку.

Во время разворота некоторые танки подставили борты орудиям БУКАТА и ДАВЫДОВА. Батарейцы не преминули использовать этот момент. Наводчики РЯДНО и ЛУКОВНИКОВ без промаха били по целям. Вот от выстрелов ЛУКОВНИКОВА загорелся один, второй, третий танк. В огромные костры превратил два «Тигра» наводчик РЯДНО. Слева и справа от них грохотали пушки ИЛЬИНА, НИКОНОРОВА, ШАБАЛИНА.

Земля вокруг орудий была испещрена свежими воронками. Скошенные осколками, падали у пушек наводчики и заряжающие, подносчики и командиры орудий, оставляя на лафетах, на снарядных ящиках, на траве пятна крови. Выбывали из строя не только люди, становилось меньше и пушек…

– Держись, хлопцы – не пропустим гадов, – ободрял артиллеристов майор ПЛОТНИКОВ. Он был заместителем командира дивизиона по политчасти и неотступно находился на поле боя, руководя всей операцией в дивизионе. Его страстно любили бойцы. Для них ПЛОТНИКОВ был человеком большой души и простого сердца. Он умел с необычайной простотой расположить к себе каждого солдата и воплотить свою волю в его действия.

Своим присутствием в столь тяжелую минуту опасности на огневых позициях, ПЛОТНИКОВ воодушевил их на подвиги. Вот почему ни у одного артиллериста не было мысли об отступлении перед грозной силой врага. Не сговариваясь, все решили стоять насмерть, умереть, но обескровить и задержать немцев.

В дивизионе оставалось лишь четыре пушки. Остальные орудия и вся прислуга вышли из строя. Связи с бригадой не было. А враг наседал со всех сторон. Вот осколком тяжело ранен ПЛОТНИКОВ. Его подхватили, уложили в машину.

– Оставьте меня, – решительно требовал он. – Я никуда не уеду. Я здесь с вами.

На батарею с грохотом ворвались немецкие танки. Они не стреляли, они давили гусеницами все, что попадалось на их пути.

Немногие батарейцы остались в живых после этого боя. Своими костями они устлали Родную землю, обагрили ее своей кровью. Вместе с другими погиб и ПЛОТНИКОВ. Немецкий танк всей своей тяжестью навалился на машину, где он лежал в числе раненых, смял ее, втоптал в землю изуродованные тела бойцов. То были люди, которые отстаивали свою Родину и которые умерли на боевом посту, ни на шаг не отступив с занимаемых рубежей. Они дорого отдали свою жизнь. Немцы не досчитались на этом участке 28 танков, потеряли множество другой боевой техники и живой силы.

А бойцам, командирам и политработникам бригады была наградой за их величайшую стойкость и грозную боевую силу Благодарность Верховного Главнокомандующего и подтверждение с успешным завершением ликвидации летнего немецкого наступления.

 

Подготовил к печати /подпись/

В ПЕЧАТЬ:

ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР

гвардии генерал-лейтенант т/в /Н. ПОПЕЛЬ/

 

ЗАМ. ГЛАВНОГО РЕДАКТОРА

гв. генерал-лейтенант /М. ШАЛИН/

 

ЧЛЕНЫ РЕДКОЛЛЕГИИ: /подпись/

 

«    » ноября 1944 г.

 

---

 

Старший сержант В. ЖЕЛТОВ

 

ОНИ ВЫСТОЯЛИ

(ОБОРОНИТЕЛЬНЫЕ БОИ 112-Й ОРДЕНА КРАСНОГО ЗНАМЕНИ ТАНКОВОЙ БРИГАДЫ)

 

Поднятая по тревоге 112-й Ордена Красного Знамени танковая бригада, 6 июля 1943 г. выдвинулась в район СЫРЦОВО – ВЕРХОПЕНЬЕ. Под огнем противника танковые батальоны майоров ОРЕХОВА и БОРИДЬКО развернулись, приняли боевой порядок и вступили в неравную борьбу с наседающими на них «Тиграми». Встретив серьезное сопротивление, враг бросился в обход и обрушился на стоящую в засаде роту старшего лейтенанта МАСЛОВА.

– Слева пять «Тигров»! – доложил МАСЛОВ радист.

– Далеко не продвинуться! – ответил ему командир.

Один против пяти, но в экипаже три богатырских воина – комсомольца. МАСЛОВ быстро окинул их взглядом. Вот осетинец БЕКУРОВ, в черных, как угли глазах искриться гнев и задор пыльного горца. Этот решиться на все. Механик-водитель НАУМОВ – тунгус, у него зоркий охотничий взгляд и упорство таежного следопыта. Башенный БОНДАРЬ – широкоплечий русский парень, крепыш.

– Нет, не пройдут! – решительно подумал МАСЛОВ. Выпрыгнув из люка башни, он ползком, под градом осколков, добрался до края лощины и поднялся наверх. Пять «Тигров», медленно ползли по полю. МАСЛОВ принял окончательное решение, сломал небольшую ветку ракиты и воткнул ее в землю так, чтобы она была видна снизу.

– НАУМОВ, ветку видишь? – крикнул он, вернувшись в машину.

– Вижу, – ответил НАУМОВ.

– Держи прямо на нее. После первых же выстрелов сразу задний. Понял?

Вместо ответа МАСЛОВ услышал рев рванувшегося вперед танка, а через пару минут башня машины показалась на том месте, где одиноко торчала воткнутая МАСЛОВЫМ ветка … До. «Тигров» оставалось не более 300 метров.

МАСЛОВ был теперь у них сбоку. Девять снарядов выпустил он по первым трем танкам противника, и те замертво остановились. Следовавшие за ними машины успели развернуться и направить жерла своих пушек на танк МАСЛОВА.

– Назад, НАУМОВ! Назад! – крикнул Маслов, – Заходи метров двадцать правее!

Послушный танк снова исчез в лощине с тем, чтобы через несколько минут появиться на новом месте и вновь атаковать противника с фланга. Маслов трижды повторил этот маневр, и противник предпочел избегать столкновения с талантливым и хитрым советским танкистом. «Тигры» повернули вспять.

Несколько немецких танков подошло к роте старшего лейтенанта РЫБАЛКО.

Отцепив буксируемые орудия, они направились в обход.

Пушки врага открыли огонь по высоте, занимаемой нашими танкистами. Обнаруживать роту было рискованно. Командир решил уничтожить пушки одним своим танком. Выдвинувшись вперед по лощине, РЫБАЛКО четырьмя выстрелами подавил огонь вражеской батареи, радист принял радиограмму: «подходят еще пять тягачей с пушками, а к лощине направились 8 танков». РЫБАЛКО решил: самый лучший вид обороны – нападение. Для удара он выбрал один взвод, во главе которого пошел сам.

Но, выдвинувшись к оврагу он увидел, что его обходят не восемь немецких танков, а значительно больше.

– Тут их штук шестнадцать доложил ему механик-водитель НАЗАРЕНКО, – вдвое больше, чем было передано!

– Это неважно – ответил РЫБАЛКО, – У нас двойная сталь: броня и дух танкиста.

– Передайте всем экипажам: приготовиться к отражению атаки! – отдал он распоряжение своему радисту и первым открыл огонь по вражеским машинам. Передние танки противника сбавили ход, а задние круто развернувшись, направились к деревне. Это было на руку РЫБАЛКО. Он решил пропустить их, затем ударить им в тыл. Рота стремительно понеслась на правый фланг двигающейся колонны противника.

В пути РЫБАЛКО заметил пытающегося укрыться в саду «Тигра». Тут же поймав его в перекрестье оптического прибора и сделав соответствующее опережение он сжег его первым же снарядом и тем самым обезопасил продвижение своей роты. Один из фашистских танков развернул уже было свою башню, но опытный танкист Иван РЫБАЛКО опередил врага. Двумя снарядами он пронзил борт и этой немецкой машины.

Подразделение на больших скоростях преодолело открытый участок местности, заняло выгодную огневую позицию и обрушилось на врага с фланга. Три четверти часа продолжалась эта неравная схватка. И каждая минута ее была испытанием не только силы оружия, но и способностей людей, их военной выучки, мастерства и выдержки. Советские танкисты вышли из этого поединка победителями – они не только остановили врага, они одержали над ним блестящую победу. Сам РЫБАЛКО уничтожил 6 вражеских танков, 2 орудия и одну бронемашину.

Бессмертно прославил себя в этих боях отважный бронебойщик комсорг КОРОБЕЙНИКОВ. Вместе с ним в окопе были АЛЕКСАНДРОВ и ТИТОВ. К ним двигалось несколько фашистских «Тигров». Все уже не более ста метров отделяло их от окопа бронебойщиков. Но КОРОБЕЙНИКОВ ждал. Он решил бить только наверняка. И когда головной танк подошел уже на дистанцию не более 60 метров КОРОБЕЙНИКОВ всадил ему пулю в ведущее колесо. Танк, развернув свою башню открыл огонь.

Один из снарядов разорвался почти на самом бруствере окопа. У сержанта КОРОБЕЙНИКОВА осколком вырвало щеку. Липкая кровь ручьем хлестнула из раны. В этот момент из-за танков вывернулась немецкая пехота. Раненый сержант, превозмогая боль, взял автомат.

Вражеской пулей ему пробило правую руку. Тогда он схватил автомат левой рукой и полоснул по гитлеровцам тремя короткими очередями. Еще три вражеских пули вонзилось в тело русского богатыря. Одна из них обожгла голову.

Теряя последние силы, КОРОБЕЙНИКОВ все же продолжал отбиваться. Но вот он понял, что наступает последняя минута жизни, что он умирает, шатаясь, он поднялся на бруствер и крикнул: – Бейте фашистских гадов, слышите, бейте!

Это был клич, поднявший бойцов на лютое мщение.

Пулеметчик АНТОНОВСКИЙ, выкатил свой пулемет вперед и стал расстреливать наседавших фашистов прямо в упор. Его примеру последовали другие и тело павшего героя оградилось неприступной стеной, мстящих за него товарищей.

В ночь на 8-е июля группа разведчиков под командой капитана ДЮРЯГИНА с целью разведки продемонстрировала наступление на поселок ГРЕМУЧИЙ. Внезапной атакой смельчаки посеяли в стане врага панику, ворвались в село и установили, что противник вытягивает в район поселка ЩЕНЯЧИЙ большую танковую группу, пытаясь обойти наш участок обороны.

С рассветом на рубеж обороны 112 танковой бригады обрушилось более 70 немецких танков. В это же время в обход двинулось более 200 танков противника. В 13.00 был получен приказ перейти на новые позиции и занять оборону по реке ПЕНА.

Во исполнение приказа бригада перешла на новый рубеж обороны, где и закрепилась, и вступила в бой с наступающим противником.

Вряд ли можно было предполагать, что человеческие нервы способны выдержать такие испытания. Превосходящий численно враг двое суток непрерывно осаждал передний край нашей обороны. Самолеты висели в воздухе днем и ночью. Но ничто не могло сломить воли наших воинов.

Неподалеку друг от друга стояли танки славных сынов Украины лейтенанта ШУЛЕЖКО и младшего лейтенанта ЦЫБРУК. Беспощадно мстили они врагу за поруганную честь своей Родины.

– Бивали мы их под СТАЛИНГРАДОМ, попотчуем и здесь – сказал тогда ШУЛЕЖКО, своему башенному стрелку РУДЕНКО.

И выждав удобный момент открыл огонь.

– Есть один! – вскричал, наблюдающий за полем боя механик-водитель.

– Заряжай, РУДЕНКО, заряжай! – торопил своего башнера ШУЛЕЖКО.

В течение нескольких минут ШУЛЕЖКО подбил трех «Тигров».

В это же время ЦЫБРУК подбил танк противника пытавшийся обойти справа. Но это было лишь началом того счета беспощадной мести, который предъявил в этих боях ЦЫБРУК врагу за выжженные села его родной Сумской области, за разбитую жизнь, за горе его семьи. Юный танкист получил задачу произвести разведку боем. На максимальной скорости ворвался он в село, занятое противником, расстрелял в упор, замеченного им около хаты «Тигра» и перенеся огонь своего танка по движущейся неподалеку от села колонне противника, уничтожил десять вражеских автомашин с пехотой и боеприпасами.

Продолжая курсировать по окраинам села, он вызывал на себя максимальный огонь противника, засек места расположений его основных узлов сопротивления. С подробными и досконально точными данными своей разведки он вернулся в подразделение. И скоро грянувшие залпы нашей артиллерии мощно обрушились на противника.

На соседнем участке два взвода ПТР получают приказ выдвинуться вперед. Враг открывает ураганный огонь. Тогда бронебойщики КОЛПАКОВ и МАРТЫНОВ, успевшие уже достигнуть назначенных рубежей, вступают в поединок с тремя пулеметами и минометной батареей противника. Тем временем наступающие подразделения успешно выдвигаются и с хода атакуют укрепленные позиции врага.

Утром 10 июля глубоким обходом через ЛОГ КУБАСОВСКИЙ, противнику удается выйти к перекрестку дорог у леса Урочище ТОЛСТОЕ. Отдельные танки врага прорываются в тыл нашим частям. Подразделения бригады занимают круговую оборону.

На роту лейтенанта КОЛПИНИЧЕНКО движется большая группа немецких танков с десантом автоматчиков. Не доходя на 300-400 метров пехота покидает танки и обходит роту слева.

Тигры движутся вправо. Наши автоматчики оказываются в полукольце противника. Пользуясь наступившими сумерками КОЛИНИЧЕНКО предпринимает хитрый и умный маневр. Пропустив танки, он непосредственно за ними выводит свою роту. Немцы принимают наших бойцов за своих солдат. Но вот свои, выбрав удобное место, обгоняют танки и встречают их градом противотанковых гранат.

Большое количество вражеской пехоты ринулось в психическую атаку на батальон ОРЕХОВА.

К вечеру гитлеровцам удалось ворваться в расположение нашей обороны. На танк лейтенанта ПОМОЧЕНКО вскарабкалось более десятка фашистов, отчаянно стуча прикладами они вопят: – Русь сдавайся!, огнем выкурим!

– Русские не сдаются! – ответил им ПОМОЧЕНКО и резким разворотом башни сбросил их со своей машины, а затем открыв люк, расстрелял из автомата.

17 стрелков под командой старшего сержанта ТРОФИМОВА в течение целого дня отбивали атаки целого батальона немецкой пехоты. Отдельным группам фашистов не раз врывались в наши траншеи, но бесстрашные воины не покидали своих мест, врывавшихся в окоп гитлеровцев они истребили в рукопашных схватках били их прикладами, душили руками.

На самом ответственном участке обороны стоял танк старшего лейтенанта ВОЕВОДИНА.

За плечами этого воина была жизнь, полная беспримерных подвигов. Это он таранил броней своего танка крестоносные машины фашистов в облитых пламенем селах ПОДМОСКОВЬЯ, это он, одевая крестьянский тулуп, частенько отправлялся в глубокий тыл неприятеля и всякий раз возвращался с захваченным там «языком» – немецким солдатом или офицером, он в первый же день июльских боев уничтожил двух «Тигров» и одну пушку противника. Сейчас он отчетливо видит в панораме лощину, по ней пробираются немецкие танки. Сколько их определить трудно, да и считать некогда. ВОЕВОДИН атакует их с фланга и с первых же выстрелов поджигает трех «Тигров».

Рядом с машиной ВОЕВОДИНА просвистело сразу несколько болванок. Далее оставаться на этом месте нельзя, нужно немедленно менять позицию. Но в машина испортился насос. Что будем делать? – спрашивает ВОЕВОДИНА башенный младший сержант ТАЛУЕВ. – Биться до последнего! – отвечает офицер.

Кольцо противника сжимается.

– Эх! Леша, зайти бы им сбоку – с досадой говорит ВОЕВОДИН – в лоб-то ведь их не возьмешь, но все равно… до последнего снаряда! Заряжай! Слышу выстрел, за ним другой, третий…

– За Родину Леша! – с каким-то восторгом кричал ВОЕВОДИН. Едва успевал заряжать пушку. В прорези башни он мельком видел, как вспыхивали искры то от одного, то от другого вражеского танка. Но вот что-то сильно сотрясло машину, танк наполнился едким дымом. По броне забегали багровые языки пламени, но пушка ВОЕВОДИНА не умолкала. Даже огонь не в силах был долгое время сломить богатырской воли танкистов.

В ночь на 11 июля бригада, согласно поступившего приказания перегруппировалась и заняла оборону для удержания дороги, идущей с КРУГЛИКА на РАКОВО. Противник ценой огромных потерь незначительно потеснил наши части, вышел на перекресток дорог у леса Ур. ТОЛСТОЕ и развивая наступление двигался уже на юг, введя в бой свыше 50 танков и большое количество авиации. Начавшийся ливень мешал вести прицельный огонь. Благодаря этому танкам противника удалось достигнуть рубежей, 112 Краснознаменного мотострелкового батальона.

Но пехотинцы не дрогнули. Пропустив танки, они своим огнем отрезали от них немецких автоматчиков и вынудили их залечь. Схватка длилась до самого вечера. Подбросить бойцам мотострелкового батальона достаточное количество боеприпасов не представлялось возможным. Вышедшие им в тыл немецкие танки блокировали все подходы к осажденному батальону.

Целый день бойцы сдерживали натиск врага, а когда кончились боеприпасы, командир батальона капитан ДЮРЯГИН поднял их и с возгласом:

– Кому дорога Родина за мной! – повел в рукопашную схватку. К ночи они вырвались из кольца противника.

Немцы со всех сторон обтекли прорвавшуюся батарею бригады. Но три 76 мм пушки в руках отважных артиллеристов превратились в неприступную крепость. У замка одного из орудий сам командир батареи старший лейтенант САВЕЛЬЕВ, как всегда молчаливый и спокойный, вращая свое орудие почти на 180°, смертоносным металлом поливал разогнавшихся в атаку немцев. Десятки, распластавшихся перед батареей фашистских трупов действовали на врага весьма вразумительно. Тщетно подгоняли своих солдат немецкие офицеры. Гансы и фрицы воочию видели работу русской артиллерии.

13 июля 1943 года согласно поступившего приказания 112 танковая бригада совместно с частями 71 гвардейской стрелковой дивизии прекратила наступление в районе КРАСНЫЙ ПОЧИНОК – КОРОВИНО.

В 11.00 рота легких танков с разведротой 219 стрелкового полка двинулась на КРАСНЫЙ ПОЧИНОК. Вопреки данным разведки там оказался сильный гарнизон немцев. И когда танк старшего лейтенанта МИРЕНКОВА внезапно ворвался в село среди гитлеровцев поднялась паника. На восточной окраине села МИРЕНКОВ заметил метавшуюся взад и вперед большую группу вражеских автоматчиков. Нагнав их, он передавил гусеницами своей машины не менее 200 фашистов. Уцелевшие в живых бросились в село КОРОВИНО. МИРЕННКОВ отправился в погоню. На пути он уничтожил три противотанковых орудия, и минометную батарею противника. Из соседнего села враг открыл артиллерийский огонь. Один из снарядов угодил в командирскую машину. Танк загорелся. Выскочив из машины, МИРЕНКОВ собрал всех ворвавшихся уже в село пехотинцев нашей бригады и повел их в атаку.

– Не уйдут гады! кричал он бегущему рядом с ним механику.

– Пешком догоню!

К вечеру КРАСНЫЙ ПОЧИНОК был взят, но за ночь враг подтянул свои резервы и на рассвете 14 июля бросился в ожесточенную контратаку.

Это были последние судороги надорвавшегося уже зверя. Через несколько дней июльское наступление немцев было окончательно сорвано.

Чудо-богатыри 112 Ордена Красного Знамени танковой бригады Первой Танковой армии выстояли насмерть, показав в этих боях небывалое упорство, высокое воинское мастерство и бесстрашие.

Соединению было присвоено гвардейское звание.

 

гв. ст. сержант В. ЖЕЛТОВ

В ПЕЧАТЬ:

ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР

гвардии генерал-лейтенант т/в /Н. ПОПЕЛЬ/

 

ЗАМ. ГЛАВНОГО РЕДАКТОРА

гвардии генерал-лейтенант /М. ШАЛИН/

 

ЧЛЕНЫ РЕДКОЛЛЕГИИ: – /подписи/

 

«   » ноября 1944 г.

 

---

 

ГЕНЕРАЛ-МАЙОР АРТИЛЛЕРИИ

ИВАН ФЕДОРОВИЧ ФРОЛОВ

 

Иван Федорович ФРОЛОВ родился в 1902 году в деревне Владимировка, Рогнединского района Брянской области.

По окончании земской школы, он поступает учеником слесаря на Брянский инструментальный завод, но как только узнает о наборе в военное училище – уходит в город, на курсы краскомов. Однако в 1921 году его посылают в совпартшколу и ФРОЛОВ становится партийным работником. Целиком он отдается порученному делу, но тяга к армейской деятельности в нем не прекращается. Наконец, в сентябре 1923 года по партийной мобилизации он попадает в ряды РККА и получает должность политрука сводного эскадрона 4 стрелковой дивизии. В 1927 году экстерном сдает экзамен за нормальное артиллерийское училище, в 1929 году оканчивает одногодичные курсы «АКУНС» и назначается помощником командира батареи 8 артполка 5 стрелкового корпуса, затем командиром учебной батареи 5-го корпусного артиллерийского полка, потом командиром дивизиона и летом 1937 года вновь возвращается в 5 корпусной артполк – командиром полка.

В дни Отечественной войны И.Ф. ФРОЛОВ назначается командующим артиллерии 3-го механизированного корпуса, где встречается с Михаилом Ефимовичем КАТУКОВЫМ и вместе с ним начинает свою боевую деятельность.

Перед историческим сражением на КУРСКОЙ дуге ФРОЛОВ назначается командующим артиллерии 1-й танковой армии.

Боевое испытание новорожденная армия выдерживает с честью и огромную роль в этих боях играет истребительная артиллерия частей и соединений, возглавляемая полковником ФРОЛОВЫМ. Правительство награждает его орденом Красного Знамени.

В августе 1943 года начинается поход за освобождение Украины. Армия переходит в наступление. Артиллерия обеспечивает танковые операции по взятию городов: БОГОДУХОВ, КАЗАТИН, БЕРДИЧЕВ. В сентябре месяце 1943 года И.Ф. ФРОЛОВУ присваивается звание генерал-майора артиллерии.

Весной 1944 года И.Ф. ФРОЛОВ участвует в прорыве вражеской обороны в районе ЯМПОЛЬ – БЕЛГОРОДКО, ИЗЯСЛАВЛЬ, затем – в районе ТЕРНОПОЛЯ.

Высокое мастерство показали артиллеристы под руководством тов. ФРОЛОВА и в летних боях, которые вела 1-я танковая армия. Генерал-майора И.Ф. ФРОЛОВА награждают за ВИСЛИНСКУЮ операцию вторым орденом Красного Знамени. Третьим орденом Красного Знамени И.Ф. ФРОЛОВ награжден за выслугу лет в рядах Рабоче-Крестьянской Красной Армии. Кроме этого, грудь генерала украшают: орден Отечественной войны 1 степени, полученный им за прорыв немецкой обороны в декабре 1943 года и китайский орден «Облако и знамя»,

 

Подготовил к печати – /подпись/

В ПЕЧАТЬ

 

---

 

ГВАРДИИ ГЕНЕРАЛ-ЛЕЙТЕНАНТ

МИХАИЛ АЛЕКСЕЕВИЧ ШАЛИН

 

Михаил Алексеевич ШАЛИН родился в 1897 году в поселке Кумасский, Оренбургской губернии. Окончив городское училище и Учинльскую семинарию, он поступает на службу в армию. Сначала его определяют в учебную команду, а затем в Виленское военное училище, из которого он выходит в чине прапорщика.

С первых дней Октября ШАЛИН переходит на сторону революционно настроенных солдатских масс, вступает в ряды Красной Гвардии и принимает участие в борьбе с интервентами. При подавлении контрреволюционного мятежа в КРОНШТАДТЕ Михаил Алексеевич был тяжело ранен и некоторое время находился на излечении.

После гражданской войны М.А. ШАЛИН работал окружным военным комиссаром в БАШКИРИИ и одновременно командовал отдельным Башкирским полком. В 1931 году он переходит на штабную работу и с тех пор ее не покидает.

Неизменным правилом всей его жизни и деятельности является постоянное самоусовершенствование. Работая, он сумел окончить вечерние курсы «Выстрел» и академию имени ФРУНЗЕ.

Каждая минута свободного времени всегда использовалась им на повышение своих знаний. Развитие его – всесторонне. Будучи членом партии с 1918 года, он наряду с военными науками, изучает Марксистско-Ленинско-Сталинское учение, интересуется техникой, увлекается литературой. Все это и делает его генералом высокой культуры – полководцем Сталинской школы.

В годы Отечественной войны тов. ШАЛИН был начальником штабов 16-й, затем 22-й и, наконец, 1-й танковой армии.

Оборонительные бои 1943 года явились суровым экзаменом для всех воинов нашей армии. В эти дни сказались глубокое знание дела и большевистская выдержка генерала ШАЛИНА. Обстановка складывалась подчас крайне тяжело, танки противника выходили в тыл нашим соединениям. Но штаб армии ни на минуту не прекращал своей работы.

После июльской битвы началось наше наступление. Пять сложнейших операций провела 1-я танковая армия за период с августа 1943 по февраль 1945 гг. Пять сокрушительных ударов нанесла она противнику. В разработке этих операций, в их осуществлении – не малая доля беззаветного труда Михаила Алексеевича ШАЛИНА. Руководя штабами, он нередко выезжал на передний край и командовал линейными подразделениями. Так было, например, в январе 1944 года, когда немцы контратакой в районе ОЧЕРЕТНЯ пытались отрезать прорвавшиеся вперед корпуса нашей армии. Три дня руководил тогда боем Михаил Алексеевич и восстановил положение, заставив отступить во много раз превосходящего противника.

Оперативность, глубокое знание дела и высокая культура в работе – вот что характеризует деятельность генерала ШАЛИНА. Его заслуги перед Родиной отмечены тремя орденами Красного Знамени, орденом «Знак Почета», тремя орденами Кутузова, орденом Богдана Хмельницкого и орденом Британской империи.

 

Подготовил к печати: – /В.ЖЕЛТОВ/

В ПЕЧАТЬ:

 

---

 

ПАРТИЙНО-ПОЛИТИЧЕСКАЯ РАБОТА

в оборонительных боях

 

---

 

ПОЛИТ-ПАРТ РАБОТА В ПЕРИОД ИЮЛЬСКИХ БОЕВ

 

«… Формы организации и методы работы всецело определяются особенностями данной конкретной исторической обстановки и теми задачами, которые из этой обстановки непосредственно вытекают» – так учит нас Устав партии большевиков – закон нашей партийной жизни.

Поэтому, рассматривать методы полит-парт работы на том или ином отрезке времени следует только в тесной взаимосвязи с обстановкой. Обстановка же весны 1943 года была крайне напряженной. После поражений под СТАЛИНГРАДОМ и КАСТОРНОЙ, потери КУРСКОГО плацдарма, немецкое командование интенсивно взялось за подготовку к летним боям, в которых оно еще рассчитывало взять реванш, вернуть потерянную инициативу. Объявив «тотальную мобилизацию», немецкие заправилы стремились как можно скорее восполнить потери в людях и технике, а трамплином для своего нового наступления на МОСКВУ они избрали ОРЛОВСКИЙ и БЕЛГОРОДСКО-ХАРЬКОВСКИЙ плацдармы.

Планы противника ставка Верховного Главнокомандования Красной Армии разгадала, и поэтому, в исторических приказах № 95 /23 февраля 1943 года/ и № 195 /1 мая 1943 года/ товарищ СТАЛИН нацеливал войска нашей Родины быть в любую минуту готовыми к отражению атак противника и в то же время готовиться к решающим наступательным операциям. Он сказал, что: «Борьба с немецкими захватчиками еще не кончена – она только развертывается и разгорается. Глупо было бы полагать, что немцы покинут без боя хотя бы километр нашей земли. Красной Армии предстоит суровая борьба против коварного, жестокого и пока еще сильного врага.»

Он призывал воинов: «В обороне проявлять упорство и стойкость, а в наступлении – решительность, правильное взаимодействие войск, смелый маневр на поле боя, завершаемый окружением и уничтожением противника». Требовал – стать мастерами ратного дела, освоить технику, взять от нее максимум того, что она может дать и тщательно изучать противника.

В разрезе этих требований и проводилась вся подготовка к летним боям. На достижение этих целей была направлена и вся парт-полит работа, как одно из первостепенных звеньев воспитания масс, призванное помочь командованию в осуществлении стоящих перед армией задач.

1 ТА в этот период времени была еще в стадии сколачивания и представляла из себя совсем молодой организм с неслаженным управлением и с неоднородными по боевому опыту частями /многие из них были сформированы заново/. Большой процент личного состава представляли люди, как принято говорить «еще не обстрелянные», или не служившие в танковых соединениях.

Поэтому, перед командованием армии со всей остротой встали вопросы боевого сколачивания и боевого совершенствования всех звеньев, начиная со штаба армии и кончая отделением бойцов линейных подразделений и подразделений обслуживания.

«Мобилизовать весь личный состав на напряженную боевую учебу и проводить ее так, чтобы не было потеряно даром ни одна минуты времени. «Сделать боевой опыт 1-й гвардейской и 112 Краснознаменной танковых бригад – достоянием всех частей и подразделений – вот какие задачи были поставлены Военным Советом перед политорганами и партийно-комсомольскими организациями.

Программой работы в боевой подготовке личного состава стали приказы товарища Сталина.

Призыв Наркома – «стать мастерами своего дела» был доведен до каждого воина и получил единодушный отклик. Учеба в подразделениях стала проводиться под лозунгом «поднять свою квалификацию на одну ступень выше». Красноармейцу до уровня командира отделения, командиру отделения – до уровня комвзвода и т.д. Лозунг этот в основном был воплощен в дело, и в этом большую роль сыграли коммунисты, как авангард, сумевший повести за собой всю красноармейскую массу.

Большое внимание уделялось сколачиванию экипажей и расчетов, вопросам взаимозаменяемости и взаимодействия различных родов войск, освоению боевой техники. Был поднят вопрос о «продлении жизни танков», сбережения оружия. Этому посвящен был цикл технических конференций, ставших трибуной лучшего опыта по уходу за техникой и оружием.

Наряду с овладением отечественным оружием изучались тактико-технические данные танков врага, в том числе такие новинки, как пресловутый «Тигр», «Фердинанд», о дутой непобедимости которых так хвастливо кричали тогда немцы. Задолго еще до боев в частях армии проводились специальные занятия по изучению уязвимых мест и методов борьбы с этими видами германских танков и самоходных орудий.

Сугубое внимание обращалось на воспитание личного состава на лучших боевых традициях. Прославленные в сражениях танкисты 1-й гвардейской, 48 и 112 танковых бригад неоднократно выезжали в части, не принимавшие еще участия в сражениях, и делились с молодыми воинами своим боевым опытом. Такие же беседы проводили в подразделениях и Командующий армией, и член Военного Совета, и многие другие ветераны войны из офицерского и сержантского состава. Неписанное ратное правило 1 гвардейской бригады: «за смерть товарища – двадцать смертей врагу; за одну подбитую машину – двадцать уничтоженных немецких танков» – стало девизом всей армии, девизом каждого Катуковца. «Удостоиться высокого звания гвардейцев» – под этим лозунгом шло воспитание красноармейских масс, внедрялись славные традиции, прививался патриотизм к своей части.

Целым рядом специальных бесед, лекций, политзанятий в людях воспитывалось чувство чести быть освободителем Советской Украины. Печать знакомила бойцов с героическим прошлым украинского народа, в подразделениях разучивали национальные украинские песни, зачитывали художественные произведения о «житнице нашей Великой Родины – Украине». Изо дня в день агитаторы воспитывали в воинах ненависть к врагу, рассказывали бойцам о зверствах, чинимых немцами на временно оккупированной территории. Нередко для этого использовались письма, присылаемые из только что освобожденных областей Советского Союза. Строки родных и знакомых являли перед воинами жуткие картины кровавых дел немецких захватчиков и разжигали в них неутолимую жажду мщения.

Кропотливо выращивались в людях лучшие качества советских воинов: стойкость, беззаветная преданность Родине, бесстрашие, отвага, непоколебимая вера в победу. Всемерно повышался авторитет командиров, насаждалась железная воинская дисциплина.

Вот тот далеко неполный перечень вопросов, которыми занимались политработники.

Формы же политработы были весьма разнообразными. Наряду с массовыми мероприятиями /красноармейскими и офицерскими собраниями; партийными и комсомольскими активами; техническими конференциями и др./ одной из действенных форм, оказалось, например, личная беседа. В перерывах между учебой, в часы досуга, в клубах, в землянках, на полигонах – всюду политработники находили возможность провести беседу с тем или иным товарищем, помочь ему в затруднениях, натолкнуть на правильное решение задач, разжечь в нем огонь энтузиазма и через несколько дней проверить его работу, вновь оказать надлежащую помощь и поручить уже ему в свою очередь проведение таких же бесед со своими подчиненными.

К этому методу прибегали все: Командующий, член Военного Совета, работники политотделов, командиры частей, их заместители по политчасти, коммунисты рот, батарей, взводов, расчетов, экипажей. Действенность этой формы показательна на таких примерах:

На одном из занятий по стрельбам присутствовал Командующий армией генерал-лейтенант КАТУКОВ. В перерыве между учебными часами он провел беседу с бойцами 1-й батареи 1-го дивизиона 265 минометного полка. Лучшему расчету этой батареи за отличную стрельбу объявил Благодарность, наводчику подарил личный портсигар. С этого дня батарея стала лучшей в полку и в боях показала образцы мужества и героизма.

Командир батальона 112 танковой бригады заметил, что один из командиров машин – младший лейтенант ЦИБРУК удручен каким-то горем и это мешает работе всего экипажа. Из коротких бесед с ЦИБРУКОМ коммунист БОРИДЬКО выяснил, что причиной огорчения молодого танкиста является то обстоятельство, что семья его находится на оккупированной немцами территории. В таком же положении была семья и самого комбата. Сначала он поделился своим горем с ЦИБРУКОМ, расположил его к себе и постепенно разжег в нем непримиримую жажду отомстить врагам за участь своей семьи. Это и стимулировало работу танкиста. Экипаж ЦИБРУКА стал лучшим в батальоне и в боях действовал героически. В одном только сражении ЦИБРУК подбил трех «Тигров» и десять автомашин.

Одним из условий успеха воспитательной работы являлось то обстоятельство, что политорганы сумели создать широкую сеть агитаторов. Агитаторами были люди, находившиеся непосредственно в массах – офицеры, сержанты, бойцы, отличники учебы, передовые воины подразделений. Они не только агитировали словом, они являли собой примеры воинской дисциплинированности, рвения в учебе. Уже к маю месяцу каждый танковый экипаж, каждый расчет, стрелковый взвод имели в своем составе таких агитаторов. Политотделы частей регулярно проводили с ними инструктажи, оказывали им помощь, снабжали красноармейскими библиотечками, следили за их политическим ростом, на слетах предоставляли возможность обмениваться опытом. Максимальное внимание было обращено на низовые партийные организации. Причем работа их строилась на сугубо индивидуальном подходе к людям, с учетом отличительных качеств каждого и специфики его военной специальности. Через эту сеть пропагандистов, агитаторов, передовых коммунистов, парторгов и комсоргов Военный Совет армии и воспитал в людях высокий боевой порыв, который впоследствии обеспечил успешное выполнение стоявших перед армией задач.

Мужественно дрались Катуковцы в незабываемом июльском сражении. Всем памятны эти дни, когда героической стойкостью и мужеством всей массы советских воинов сорваны были авантюрные планы врага. И среди общей героики яркой звездой зажглись славные дела БЕССАРАБОВА, ШАЛАНДИНА, ЗАМУЛИ, ЗИНЧЕНКО, БУРДЫ и многих других бесстрашных воинов 1 ТА. В эти грозные дни полит-парт работа получила еще большее развитие.

Какую роль сыграли коммунисты в боях можно показать на примере работы рядовой первичной организации. У нас сохранился документ, в котором последовательно изложены все мероприятия, проведенные во 2-ом батальоне 22 танковой бригады, парторгом ЛЕВИНЫМ. С получением боевого приказа товарищ ЛЕВИН поставил себе задачу мобилизовать энтузиазм людей на отличное проведение марша на исходные позиции. По его указанию в ротах были проведены собрания-летучки, на которых выяснено было состояние каждой машины, сделаны конкретные указания, в экипажах выделены ответственные из числа лучших партийцев, на которых возложено было проследить подготовку машин к бою и обеспечить сохранность их на марше. В 5.00 батальон занял огневые позиции. ЛЕВИН опять обошел всех коммунистов, напомнил им о задачах, дал указания провести короткие митинги, на которых призвать воинов к стойкости: «Ни шагу назад» – этот лозунг был выдвинут большевиками и подхвачен всем личным составом батальона. В 6.00 одну из рот батальона атаковали 70 танков противника. Создалось крайне тяжелое положение. ЛЕВИН немедленно отправился в эту роту и личным примером вдохновил весь личный состав роты. Натиск врага был сдержан. В течение дня танкисты этой роты отбили десять атак неприятеля, уничтожив при этом 35 немецких танков /из них 10 «Тигров»/, и потеряв всего лишь две машины. В самый разгар схватки смертью храбрых пал заместитель комбата по политчасти – майор МОРКОВИН. ЛЕВИН заменил его. Вечером собрал коммунистов батальона, призвал их отомстить за смерть командира и быть в боях достойным его славы. Коммунисты довели призыв парторга до всей массы воинов, и второй день закончился для немцев еще бесславнее, чем первый.

Находясь на передовой линии, вдохновляя бойцов в бой, ЛЕВИН не забывал и о том, чтобы воины были вовремя накормлены. Когда хозяйственники запоздали с завтраком, парторг немедленно принял меры, и танкисты были обеспечены горячей пищей.

В перерывах между боями парторг ЛЕВИН через коммунистов популяризировал отличившихся героев, призывал воинов последовать их примеру, доводил до личного состава сводки Совинформбюро, разъяснял положение на фронтах, руководил выпуском бюллетеней, активно работал по вовлечению отличившихся в боях товарищей в ряды ВКП/б/, тут же, на КП организовал заседания бюро, на которых рассматривались только что поданные в партию заявления. Так же поступали и другие коммунисты. Их большевистское слово в сочетании с личным примером отваги, героизма и мужества вдохновляло воинов, служило им призывом, поднимало их в атаку.

Полит-органы в дни боев выпускали листовки-молнии, широко популяризировали героику масс. Зачастую эти листовки рассказывали о подвиге, совершенном всего лишь 2-3 часа тому назад – с такой оперативностью политработники проделывали эту сложную работу.

Оперативно работала корпусная и армейская печать, на страницах которой, кроме популяризации героев широко пропагандировался опыт боев. Любопытно, что уже на второй день операции появилась заметка, в которой рассказывалось, что «Тигры» встречаются двух видов те, что с длинной пушкой, имеют тонкую броню и пробиваются даже с лобовой стороны. Как впоследствии выяснилось, речь шла о «Пантерах», но не в названии дело, а в том, что опыт тут же подхватывался печатью и становился достоянием всей красноармейской массы.

Лучшими показателями массовости политработы в этих сражениях является тот факт, что за 12 дней боев в партию подано было 2.600 заявлений. И заявления эти подавались лучшими людьми армии. Уже одно это показывает, насколько высок был авторитет партийных организаций. Армия с честью выполнила стоявшие перед ней задачи. Воины – Катуковцы удостоились благодарности товарища СТАЛИНА. Груди многих из них украсили ордена нашей родины. И в этом большая заслуга коммунистов: их самоотверженный труд не пропал даром.

 

НАЧАЛЬНИК ПОЛИТОТДЕЛА

1 ГВ. ТАНК. АРМИИ

Гв. Генерал-майор: – /ЖУРАВЛЕВ/

 

---

 

Майор А. СЛАЩЕВ

 

КОММУНИСТЫ В ОБОРОНЕ СТОЯЛИ НАСМЕРТЬ

 

Командованию было известно, что немцы готовятся к летнему наступлению. Его ожидали в мае, затем в июне. Было известно также о том, что немцы намерены ввести в бой свои новинки в вооружении: тяжелые танки, которые фрицы для устрашения назвали «Тиграми» и «Пантерами», самоходные орудия, названные «Фердинандами». Немцы подтянули крупные силы и на участке 1-й танковой армии выставили несколько танковых дивизий, с большим количеством танков. Вместе с тем, немцы стянули на этот участок огромное количество авиации.

Ожидались не только тяжелые, грандиозные по своему размаху и участвующим в них людским и техническим ресурсам, бои, но и такие решающие сражения, которые должны были определить собой исход войны. К этим боям немцы готовились заблаговременно и упорно.

Перед личным составом 1-й танковой армии, стоявшей на одном из важнейших направлений на КУРСКОЙ дуге, была поставлена исключительно ответственная и важная задача: совместно с другими частями Красной Армии, расположенными в этом районе боевых действий, – остановить врага, обескровить его и, таким образом, подготовить все условия для нанесения врагу мощного контрудара. Вот почему лозунг «стоять насмерть» являлся основным для каждого бойца и офицера 1-й танковой армии и прежде всего для коммунистов.

Подготовка к оборонительным боям на КУРСКОЙ дуге началась в нашей армии сразу же, после выгрузки частей в г. КУРСКЕ.

Быстро пройдя в район сосредоточения, части армии заняли предназначенные для них рубежи и приступили к усиленной боевой и политической подготовке.

Вся партийно-политическая работа в этот период строилась так, чтобы полностью и всесторонне обеспечить выполнение боевых задач по обороне. Политические занятия и беседы, собрания партийного актива, партийные и комсомольские собрания, тематика бесед и политзанятий, совещания руководящего состава, красноармейские собрания – все подчинялось этой единой и всеобъемлющей цели.

Весь партийно-политический аппарат армии занялся вопросами боевой подготовки. Надо было наилучшей постановкой всей партийно-политической работы оказать непосредственную помощь командованию в обучении личного состава, в воспитании в нем стойкости в бою, уверенности в своих силах и желании бороться до конца, стоять насмерть.

Во всех бригадах проводилась глубокая и напряженная военная и политическая учеба. Обучались не только танкисты, обучались артиллеристы и минометчики, зенитчики и автоматчики, стрелки и бронебойщики. Днем и ночью, в поле, в лесу, в землянках, при любой погоде, в обстановке очень близкой к боевой, личный состав 1-й танковой армии овладевал сложной тактикой современного боя, приучался к ведению стремительного наступления и стойкой обороны, производил усиленную тренировку по взаимодействию танков, артиллерии и пехоты, по форсированию водных преград, по захвату и обороне населенных пунктов. Изучение материальной части танка, орудия и вообще овладение боевой техникой, прежде всего личным оружием, стали первоначальной задачей каждого офицера и бойца.

Следует отметить, что коммунисты шли во главе всей массы войск армии и не только являлись организаторами боевой учебы, но и личным примером показывали бойцам, как нужно овладевать техникой и военным мастерством, чтобы в предстоящих боях выйти победителями. Вместе с тем, коммунисты вели широкую разъяснительную работу с бойцами и офицерами. Целью ее было – убедить бойцов и офицеров, что та новая техника, которую немцы намерены применить в своем наступлении, не так уж страшна, как ее рекламирует враг и что задачей каждого воина является – научиться вести борьбу с новой немецкой техникой и, прежде всего, быть стойкими, храбрыми, не знающими страха в борьбе, способными умереть, но не отступить ни на шаг.

Пропагандировались приказы тов. СТАЛИНА, особенно приказ № 227, проводились беседы на темы: «О военной присяге», «Ни шагу назад – таков приказ Родины», «О новом фашистском танке Т-VI и его уязвимых местах», «Как советский закон карает изменников Родины», «Железная воинская дисциплина – залог победы» и многие другие.

Обширная и серьезная работа проводилась с самими коммунистами. Были оформлены партийные и комсомольские организации, из лучших коммунистов и комсомольцев подобраны парторги и комсорги, созывались партийные и комсомольские собрания, с коммунистами проводились занятия на политические темы, шла глубокая систематическая работа по разъяснению основных требований партии, заключенных в докладах и приказах тов. СТАЛИНА.

Коммунисты готовились к тому, чтобы личным примером в предстоящих боях увлечь красноармейские массы на подвиги, и не только научить, но и показать им, как нужно сражаться за Родину.

Все коммунисты помнили слова М.И. Калинина: «Бесстрашие в борьбе за дело народа, дело ЛЕНИНА – СТАЛИНА – это первейшее качество коммуниста. Если он вошел в партию, если является ее членом, он должен знать, что ему придется быть в самых решающих местах смертельной схватки, бороться без устали, упорно, самоотверженно, не щадя своей жизни во имя победы».

5-го июля, с рассветом, начались гигантские по своему размаху исторические бои. С восходом солнца немцы начали бомбардировку нашего переднего края мощными соединениями авиации. Вслед за этим враг ввел в бой крупные танковые силы. В течение дня немцы потеснили части 6 гвардейской армии. На следующий день удары врага приняла на себя 1-я танковая армия.

Сплошной гул от разрывов снарядов и бомб, море огня, черная стена из дыма и поднимаемой на воздух земли стояли над полем боя. Десятки атак, во много раз превосходящих сил танков и пехоты противника, поддержанных огнем самоходной артиллерии и бомбежкой с воздуха, приходилось отбивать нашей пехоте, танкистам и артиллеристам.

Танкисты расстреливали наступающую немецкую пехоту из пулеметов и пушек, давили ее гусеницами танков, жгли и уничтожали немецкие «Тигры» и «Фердинанды». Пехотинцы и бронебойщики, зарывшись в землю пропускали через себя танки противника, отсекали его пехоту, и затем уничтожали танки гранатами, бутылками с горючей смесью и огнем противотанковых ружей. Артиллеристы и минометчики, невзирая на бомбежку с воздуха, бесстрашно встречали наступающие немецкие танки и пехоту и уничтожали их огнем своих орудий. Бойцы и командиры самоотверженно гибли в боях, но не уступали врагу ни одного метра родной земли.

Во всех этих боях коммунисты показали себя верными сынами великой партии ЛЕНИНА – СТАЛИНА. Они шли туда, где было наиболее опасно, где решался успех боя, где нужны были бесстрашие и дерзость, железная стойкость и твердость духа. Своим личным мужеством и презрением к смерти, храбростью и умением, своим большевистским словом и личным примером они вдохновляли бойцов на героические подвиги. Коммунисты стояли в обороне насмерть.

Рота танков, под командованием молодого офицера-танкиста, в последствии Героя Советского Союза, гвардии капитана БОЧКОВСКОГО, в первый же день отбила атаку 30-ти немецких танков. Коммунисты Георгий БЕССАРАБОВ, СОКОЛОВ, МАЛОРОСИЯНОВ и другие встретились в бою с тяжелыми немецкими танками. «Тигры» заходили во фланг роте. БЕССАРАБОВ первым выстрелил в головной танк немцев. Снаряд угодил в лобовую броню «Тигра» и не причинил ему никакого вреда. Тогда БЕССАРАБОВ, сменив огневую позицию, послал второй снаряд, но уже в борт «Тигру». Танк загорелся. Вслед за этим, БЕССАРАБОВ поджег еще один средний танк. Один тяжелый и средний танк поджег Юрий СОКОЛОВ. Экипаж СОКОЛОВА погиб в этом бою. В сохранившемся дневнике Юрия СОКОЛОВА друзья-танкисты обнаружили следующую запись слов Зои КОСМОДЕМЬЯНСКОЙ: «Мне не страшно умирать, товарищи. Это счастье – умереть за свой народ».

Коммунист лейтенант ОНИЩЕНКО командовал взводом танков. В районе дер. ДУБРОВО, он вместе со своими товарищами отразил ряд ожесточенных танковых атак противника. В первой атаке участвовало до 40 немецких танков. Каждому нашему танкисту противостояло по 5-6 вражеских машин. ОНИЩЕНКО, прицелившись в головной «Тигр», один из первых открыл огонь. После двух-трех выстрелов «Тигр» загорелся. Перенеся огонь дальше, ОНИЩЕНКО зажег еще один тяжелый немецкий танк.

Встретив решительный отпор, немцы бросили на позиции танкистов большую группу пикирующих бомбардировщиков. Последовательными волнами авиация трижды пробомбила район обороны. Немецкая танковая колонна вновь попыталась прорваться к БЕЛОГОРОДСКОМУ шоссе. Но из этого ничего не вышло. Лейтенант ОНИЩЕНКО и его товарищи, несмотря на беспрерывную бомбежку и обстрел тяжелой артиллерии и танков, не отступили ни на шаг, отразив все попытки немцев прорвать нашу оборону.

В другом бою, в районе дер. ВЛАДИМИРОВКА, лейтенант ОНИЩЕНКО в течение двух суток упорно оборонял подступы к населенному пункту. Как только показались немецкие танки, тридцатьчетверки ОНИЩЕНКО из засад открывали огонь. В бою под ВЛАДИМИРОВКОЙ ОНИЩЕНКО уничтожил еще два средних немецких танка, подорвал две артиллерийских и одну минометную батареи и истребил несколько десятков фашистских солдат и офицеров.

Образцы бесстрашия и мужества в бою показали коммунисты 16 танкового полка. На позиции 2-й роты этого полка немцы предприняли атаку 40 танками. Коммунисты роты мастерски выполнили задачу, поставленную командованием: допустить вражеские танки в мешок и уничтожить их.

Экипаж парторга роты лейтенанта КНЯЗЕВА, показывал пример большевистской стойкости, уничтожил 4 «Тигра» и один средний танк. КНЯЗЕВА ранило в грудь и руку, танк его загорелся, но парторг продолжал вести бой. По его примеру действовали и другие. Эта рота уничтожила за один бой 13 «Тигров», 19 средних танков, 14 бронемашин, 8 пушек и более 150 солдат и офицеров.

Ожесточеннейшие атаки врага отбили танкисты роты 17-го танкового полка, коммуниста лейтенанта ПРИМЕРОВА. На поле боя пылало 14 немецких танков и девять автобусов с пехотой. Немцы шесть раз бросались в атаку, но ничего не могли поделать с коммунистами-танкистами, стоявшими на своем рубеже насмерть. Последнюю атаку танкисты ПРИМЕРОВА отбивали тремя оставшимися у них танками. Сам ПРИМЕРОВ вел огонь по врагу из горящей машины. Он уничтожил пять «Тигров».

Каждый день июльской битвы приносил все новые и новые подвиги танкистов-большевиков. Бессмертную славу завоевали лейтенант член партии СИЛАЧЕВ и кандидат партии ДМИТРИЕВ, героически погибшие в бою. Лейтенант ГОЛОДУХИН на горящем танке врезался в немецкую танковую колонну, погиб, нанеся захватчикам большие потери. Парторг роты Василий СТОРОЖЕНКО семь часов вел бой с немецкими «Тиграми». Его танковая рота подбила 29 вражеских панцырников, из них 7 «Тигров». Сам СТОРОЖЕНКО в этом бою уничтожил 9 фашистских танков.

Героически сражались танкисты лейтенанта-коммуниста БИТКОВСКОГО. Когда эта рота, после тяжелых трехдневных боев в районе ВЕРХОПЕНЬЯ, оказалась в окружении, герои-танкисты не уступили своей позиции врагу и продолжали мужественно сражаться. Кольцо окружения сузилось. БИТКОВСКИЙ радировал командиру бригады: «Иду на таран!» Могучая тридцатьчетверка его сокрушила один тяжелый и один средний танк немцев. Экипаж пал смертью храбрых в этом неравном богатырском поединке.

В эти дни отличился командир 49 танковой бригады, гвардии подполковник Александр БУРДА. В критическую минуту, когда казался неизбежным прорыв противника в районе высоты 246,7, в боевых порядках бригады появился БУРДА. Он с хода вступил в бой, сразу же подбил две вражеских машины, посеял замешательство среди немцев. Появление танка БУРДЫ придало бодрости танкистам. Они перешли в контратаку и принудили врага обратиться в бегство, оставив у высоты много пылающих танков.

Наряду с тов. БУРДА, в бригаде прославили себя подвигами коммунисты – БРАЖНИКОВ, ТУРГИН, ФЕДОРЕНКО, СОПЕЛЬНИЧЕНКО и многие другие воины – большевики.

Вместе с танкистами приняли удар на себя наши артиллеристы. И здесь авангардная роль коммунистов проявилась во всей своей организующей силе.

На дивизион, которым командовал член ВКП/б/ капитан Виктор МИРОНЕНКО, двигались 30 немецких танков. Дивизион не дрогнул, принял неравный бой. Вражеские танки расстреливались прямой наводкой. Когда был выведен из строя расчет одного орудия, МИРОНЕНКО встал сам к орудию и лично подбил шесть «Тигров». Немецкие танки не прошли. После боя артиллеристы нашли своего командира мертвым на лафете орудия.

Несгибаемую волю к победе показал в бою артиллерист-коммунист старший сержант АРТЮШИН. Находясь у орудия, под непрерывной бомбежкой и минометным огнем, он ободрял товарищей. «Мы – гвардейцы, – говорил он, – нас ничто не страшит. Мы должны выстоять, – и выстоим».

На батарее вышли из строя все средние командиры. Тогда АРТЮХИН обратился к личному составу:

– Товарищи! Смертью героя погиб наш командир взвода – гвардии лейтенант тов. ЛАТЫШЕНКО. Тяжело ранен наш командир батареи – гвардии старший лейтенант тов. ПЕТУХОВ… Командовать батареей буду я. Отомстим жестоко немцам за смерть наших командиров!

Под командованием рядового коммуниста АРТЮХИНА артиллеристы уничтожили четыре немецких бронетранспортера, разбили две зенитных орудия и истребили свыше роты немецких солдат.

Герои-артиллеристы умирали, но не отступали перед врагом. Так, коммунист РЕДКО, подбив три танка, не покинул своего орудия в тяжелый момент, когда немецкие танки ворвались на огневые позиции. Он был сражен насмерть осколком вражеского снаряда. Коммунист ЕМУРАНОВ остался один возле орудия. Он подбил из своей противотанковой пушки два «Тигра» и два средних танка. До последней минуты он расстреливал немцев, воодушевляя своей стойкостью, презрением к смерти бойцов – артиллеристов.

Точно так же держали себя коммунисты-пехотинцы, показывая в бою беспримерную железную стойкость, воодушевляя воинов личной своей храбростью, мужеством и геройской отвагой. Коммунисты учили стрелков как надо бороться с танками, как отсекать от них вражескую пехоту и уничтожать ее.

При атаке на участке первой роты 451 мотострелкового батальона немцы бросили девять танков с пехотой. Бойцы пропустили танки через свои траншеи и окопы. Коммунисты ДАНЧЕНКО и ГОРОДНИЦКИЙ подожгли бутылками с горючей смесью два танка. Немецкая пехота оказалась отрезано и принуждена была отойти. Воодушевленные примером коммунистов, начали смело действовать и остальные бойцы роты. Все прорвавшиеся танки были уничтожены. Помимо того, рота истребила более 300 гитлеровцев.

На позицию роты, которой командовал коммунист лейтенант КАЛИНЧЕНКО, наступали два батальона немцев при поддержке 17 танков. Ружейно-пулеметным огнем роты немецкая пехота была отсечена от танков и на половину уничтожена. Ни один боец роты не покинул своей ячейки даже тогда, когда немецкие танки прорвались в глубину обороны и стали давить гусеницами людей. Кандидат партии бронебойщик ШИРЯЕВ из своего противотанкового ружья подбил четыре танка. Он расстреливал их прямо в упор, на расстоянии 30-50 метров. В этом бою особенно отличился взвод члена партии ГЕРАСИМОВА, он истребил до 150 гитлеровцев. Сам тов. ГЕРАСИМОВ героически погиб на огневом рубеже.

Подражая коммунистам, отважно вели себя в июльских оборонительных боях комсомольцы.

В 1-й танковой бригаде особенно отличились танковая рота гвардии старшего лейтенанта БОЧКОВСКОГО. Эта рота состояла почти полностью из комсомольцев. Они дрались беззаветно, погибали, но не отступали ни на шаг. Бессмертный подвиг совершил комсомольский экипаж Вольдемара ШАЛАНДИНА. Танк ШАЛАНДИНА встретился один с 8 немецкими танками. Командир и два его друга – ЗЕЛЕНИН и ЛУХОМЦЕВ смело вступили в бой. Они уничтожили два «Тигра» и один средний танк. Когда машина ШАЛАНДИНА запылала от вражеского снаряда, героический экипаж повел горящую машину вперед, сея кругом смерть. Комсомольцы сгорели вместе со своей машиной.

После боя друзья-танкисты отыскали сгоревший танк, ШАЛАНДИН сидел за пушкой, готовый произвести выстрел по врагу. Вольдемару ШАЛАНДИНУ посмертно было присвоено звание Героя Советского Союза.

Отважно дрался комсомольский экипаж лейтенанта КАЛЮЖНОГО. В бою под дер. ЯКОВЛЕВО, КАЛЮЖНЫЙ, несмотря на исключительно сильную бомбежку и многократное превосходство противника в танках, ни на шаг не отступил назад, уничтожил один тяжелый и один средний танк, противотанковое орудие и до 60-ти немцев. Машина комсомольца лейтенанта КАТАЕВ четыре раза загоралась от попадания вражеских снарядов. Героический экипаж тушил пожары и продолжал бой с немцами.

 

"        "

"

 

Мы привели здесь лишь ряд примеров массового героизма, который проявили коммунисты 1-й танковой армии в легендарных боях под БЕЛГОРОДОМ. Разумеется, всем этим не исчерпываются факты мужества и стойкости коммунистов в оборонительных боях. Таких фактов можно было бы привести значительно больше. Однако, и из изложенного видно, как выполняли большевики частей и подразделений армии приказы командиров, как они боролись за Родину, отстаивая ее независимость, честь и свободу.

Много лет спустя, когда Родина залечит свои раны, восстанут из пепла разрушенные и сожженные немецкими варварами наши города и села, зацветут снова сады и нивы, – в памяти народов встанет кровавая битва на КУРСКОЙ дуге и имена героев-большевиков еще ярче засияют в ореоле бессмертной славы. Память о них останется священной, а подвиги их переживут века.

 

Подготовил к печати /В. СМИРНОВ/

В ПЕЧАТЬ:

ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР

Гв. Генерал-Лейтенант т/в /Н. ПОПЕЛЬ/

 

ЗАМ. ГЛАВНОГО РЕДАКТОРА

Гв. Генерал-Лейтенант /М. ШАЛИН/

 

Члены редколлегии: /подписи/

«   » декабря 1944 г.

 

---

 

Майор Е. ЧЕРНЕВИЧ

 

ВОЖАКИ

 

Битвой под КУРСКОМ фактически начинается боевая история 1 Танковой армии. Танкисты, артиллеристы, минометчики, пехотинцы наших мотомеханизированных частей впервые тогда в составе армии держали экзамен на зрелость, на стойкость, на мужество и умение. И они выдержали этот экзамен блестяще.

Всем известно значение июльских оборонительных боев на выступе КУРСКОЙ дуги. Это было сражение, равное исторической битве за СТАЛИНГРАД.

«ЕСЛИ БИТВА ПОД СТАЛИНГРАДОМ ПРЕДВЕЩАЛА ЗАКАТ НЕМЕЦКО-ФАШИСТСКОЙ АРМИИ, ТО БИТВА ПОД КУРСКОМ ПОСТАВИЛА ЕЕ ПЕРЕД КАТАСТРОФОЙ» /СТАЛИН/.

Есть много причин, обеспечивших нашу победу над врагом в памятных летних боях под БЕЛГОРОДОМ. Но мы о них здесь говорить не будем. Расскажем только об одной из причин – о передовой, цементирующей роли коммунистов в этих боях, о роли наших партийных организаций.

Пожалуй, никогда так ярко не выражалась передовая, ведущая роль коммунистов, как в этой битве.

Известно, что на БЕЛГОРОДСКО-КУРСКОМ направлении немецкое командование ввело в бой, на узком участке фронта, огромные силы, в большинстве танковые.

Впервые немцы применили новинку своей техники – скованные в мощную броню тяжелые танки «Тигры». Действия наземных войск поддерживались огромным числом самолетов.

– Выстоять! Измотать и обескровить врага, – приказала Родина.

– Выстоим! – первыми ответили коммунисты. – Умрем, но врага не пропустим!

– Выстоим, победим! – поклялись все наши воины.

Коммунисты личным примером показали, как нужно сражаться и побеждать. Немцы возлагали большие надежды на свои «Тигры», считая этот танк неуязвимым.

– Не так страшен «Тигр», как о нем кричат немцы – сказали коммунисты бойцам и первые показали, что смелому и умелому воину «Тигр» не страшен.

Коммунист гвардии лейтенант Георгий БЕССАРАБОВ в первых же боях подбил три «Тигра». Коммунист гвардии лейтенант Василий СТОРОЖЕНКО со своим экипажем в одном бою подбил девять немецких танков. Коммунист Павел МАСЛОВ подбил три «Тигра». Рота коммуниста т. КОБЗАРЬ в первом же бою подбила 20 танков, из них 9 «Тигров».

В разгар жаркого боя, когда бойцы отбивали танковую атаку врага, парторг роты автоматчиков гвардии младший лейтенант Михаил САЛОВ получил ранение. Но мужественный воин не подал об этом и виду. Он продолжал управлять своим взводом.

– В госпиталь Вас надо, товарищ командир.

САЛОВ отрицательно качнул головой. Однако его отправили в медсанвзвод. Здесь парторгу сделали перевязку. Врачи признали большую потерю крови и велели оставаться на излечении. Но САЛОВ настоятельно просил отпустить его в роту.

– Я должен быть там, где бойцы моего взвода, где коммунисты моей организации.

В тот же день САЛОВ вернулся в строй, пришел прямо в окопы к бойцам, беседовал с ними о прошедшем бое, рассказывал обстановку, давал поручения коммунистам. Вскоре пришлось снова отбивать атаки немцев. Бойцы видели в своих рядах мужественного парторга и дрались, как львы, не отступив ни шагу назад. Взвод, которым командовал САЛОВ, показал пример богатырской стойкости.

На орудие, где наводчиком был сержант ПАРХУНОВ, надвигалось больше 10 немецких танков, в том числе несколько «Тигров». Советские воины не попятились назад. На исходе были снаряды. Артиллеристы пустили в ход гранаты. Орудийный номер коммунист АЙДАРОВ, смертельно раненый, успел крикнуть своим боевым друзьям:

– Мы – коммунисты!

И этих слов оказалось достаточно, чтобы воодушевить людей на новые подвиги. В расчете коммунистом был только АЙДАРОВ, но все бойцы повторили его призыв:

– Мы – коммунисты, мы – Сталинские гвардейцы!

Четыре вражеских танка зажгли бойцы этого орудия, в том числе три «Тигра». Артиллеристы боролись до последнего снаряда, до последнего вздоха.

Но не только личным примером действовали коммунисты. Сила коммунистов, сила партийных организаций кроется главным образом в том, что они неутомимо воспитывают высокие боевые качества у бойцов, сплачивают их вокруг большевистской партии и увлекают за собой на героические дела. В любых условиях боевой обстановки коммунисты находили формы и методы политического воздействия на бойцов. Воодушевляющий лозунг на поле боя, индивидуальная беседа, живое большевистское слово, собрание накоротке, популяризация героев, отличившихся в боях, читки газет, повседневная информация о положении на фронтах Отечественной войны и у себя на участке – все эти и другие формы партполитработы применяли наши парторганизации в период июльских боев.

Вот пример из практики работы партийной организации батальона 1 гвардейской бригады, где начальником политотдела гв. подполковник РУЖИН.

Батальон получил боевую задачу. Парторг тов. ЗАВАЛИЩИН, проинструктированный командиром батальона и его заместителем по политической части, созвал членов партбюро. Каждый получил задание на период боя.

Были проведены партийные собрания в ротах с повесткой дня: «Вступление батальона в бой и задачи коммунистов». Доклады делали командиры рот. В своих выступлениях коммунисты внесли ряд конкретных предложений и пожеланий. Тов. КРЕМЕНКО напомнил о незыблемом законе в бою – взаимной выручке. Он также говорил о поведении экипажей подбитых танков.

– Если танк подбит, экипаж не должен покидать его, а стремиться эвакуировать машину. Это сохранит жизнь и экипажу, и танку. Был у нас зимой такой случай. Экипаж одного подбитого танка поспешил выбраться из машины. В танке остался только радист СЕМЕНОВ. И что же? Те, кто из танка ушли, погибли от вражеских автоматчиков, а СЕМЕНОВ связался по радио с батальоном. Ему оказали помощь и танк был спасен.

Коммунист тов. ГОРОДИЛИН посвятил свое выступление дружбе в бою танкового экипажа с десантом автоматчиков.

– В этих боях, – рассказывает тов. ГОРОДИЛИН, – я находился на танке в качестве автоматчика-десантника. Я крепко сдружился с танкистами. Они делились со мной всем. У нас было хорошо налажено взаимодействие. Я указывал танкистам цели, а они их уничтожали. Такая дружная, согласованная работа экипажа с десантниками приносит замечательные результаты.

Два взвода находились в отрыве от батальона. Они стояли впереди в засадах. Парторг учел, что эти взводы должны принять первый удар и отправился к ним. Там он собрал коммунистов и рассказал о боевой задаче, информировал о партийном собрании.

Батальон вступил в бой. Коммунисты показали исключительное мужество и стойкость. В первые же дни отличились коммунисты: БЕССАРАБОВ, ЕЛЕСИН, БОЧКОВСКИЙ, комсомольцы ШАЛАНДИН, СОКОЛОВ и другие. Во время боя парторг находился на заправочном пункте. Сюда прибывали экипажи на заправку, для производства мелкого ремонта. Здесь удобнее всего было побеседовать с танкистами, оформлять дела о приеме в партию. Здесь парторг узнавал, как действовали экипажи, кто отличился в бою. Вечером приехал тов. БЕССАРАБОВ. Он уничтожил три «Тигра». Когда БЕССАРАБОВ отдохнул, парторг попросил его рассказать собравшимся экипажам об опыте борьбы с немецкими «Тиграми». Прибыли газеты, парторг позаботился, чтобы они немедленно были доставлены экипажам.

Был случай, когда из-за халатности старшины завтрак танкистам привезли с опозданием на несколько часов. Партбюро занялось этим вопросом. На заседании бюро вызвали старшин – коммунистов и обсудили, как улучшить питание в боевой обстановке.

Встал вопрос о необходимости быстрейшей эвакуации и ремонте танков. Партбюро оказало помощь командиру и в этом вопросе. Парторг собрал совещание технических работников – коммунистов. Было обращено внимание на то, что помпотехи должны лично руководить эвакуацией подбитых танков, а не перепоручали бы это столь ответственное дело регулировщикам. Парторг побывал на батальонной летучке, где находились машины, требующие ремонта. Он разъяснил танкистам, что враг усилил натиск и нужно быстрей возвратить в строй боевые машины.

В ходе боев в батальон прибыло пополнение. ЗАВАЛИШИН выявил коммунистов, взял их на учет, принял членские взносы. Он рассказал молодым воинам о традициях части, о славных подвигах БЕССАРАБОВА, ПОТЕМКИНА, ОНИЩЕНКО и других героев – коммунистов.

За время боев было принято в партию 20 человек. Заседания бюро по приему в партию проводились на командном пункте, на СПАМе. Парторг и члены партбюро держали тесную связь с парторгами рот, оказывали им практическую помощь в работе.

Так работали и многие другие партийные организации. Парторги и коммунисты помогли командирам следить, чтобы не было никаких перебоев в пище, воде, чтобы экипажи были вовремя и хорошо накормлены. Коммунисты везде были надежной опорой командиров. В ходе боя в одном подразделении обнаружилось, что на исходе боеприпасы. Коммунисты – старший техник-лейтенант ХЛЕБНИКОВ, техники-лейтенанты КОПСУЛОВ, КИСЕЛЬНИКОВ возглавили доставку снарядов на передовую. КИСЕЛЬНИКОВ был ранен, но и раненый он развозил снаряды по подразделениям.

Исключительную силу имеет на поле боя живое слово коммуниста. Вот несколько примеров:

До вступления в бой батальон, где заместителем командира по политчасти был старший лейтенант МАКАРОВ, совершал марш. Перед маршем с людьми была проведена большая работа. Бойцы шли уверенно, бодро. В 4 часа утра пришли в район назначенной обороны и быстро заняли позицию.

– Вот здесь мы должны завоевать звание гвардейцев, – громко сказал старший сержант коммунист АЛЕКСАНДРОВ. – Если не сейчас, то когда же? Правду говорю, ребята?

– Завоюем! – резво ответило несколько голосов.

Днем в районе обороны батальона появились немецкие «Тигры». Их было около 60. Начался ожесточенный бой. В ход были пущены все противотанковые средства. Образец храбрости, бесстрашия и боевого мастерства показывали коммунисты. Их боевой активностью, отвагой заражались другие бойцы. Когда запылали первые фашистские «Тигры», парторг роты тов. ВАРЛАМЦЕВ крикнул:

– Смотрите, как горят хваленые гитлеровские «Тигры»! Подбавим жару, ребята!

И этот короткий, вовремя брошенный парторгом призыв имел огромную силу. Он подбодрил бойцов, и они стали действовать еще смелее и ожесточеннее.

Героически вел себя на поле боя командир противотанкового орудия коммунист ОРЛОВ. Его орудие открыло огонь по вражеским танкам с дистанции 800 метров. Вот завертелся на месте и остановился сраженный немецкий танк, вот загорелся другой. В это время у орудия разорвался вражеский снаряд. Расчет был тяжело ранен.

– Коммунисты живы, нас легко не возьмешь, – крикнул ОРЛОВ, – и дал выстрел. Загорелся третий танк.

Так дрались коммунисты. Личным примером и пламенным словом они сплачивали бойцов, вселяя в них мужество, храбрость, уверенность в победе. Не случайно поэтому передовые воины на поле боя подавали заявления с просьбой принять их в ряды большевистской партии.

– Буду драться с немцами так, как подобает коммунисту – воину, – писали они в своих заявлениях.

За время июльских оборонительных боев наши партийные организации приняли в свои ряды немало передовых бойцов, сержантов и офицеров.

Не менее храбро дрались с врагом наши комсомольцы. Они, как верные помощники партии и опора командира, вместе с коммунистами шли туда, где требовалась особая выдержка и смелость.

Бессмертный подвиг совершил комсомолец гвардеец Иван ЗИНЧЕНКО. На окоп, в котором находился ЗИНЧЕНКО, ползли две вражеские машины. Впереди средний танк, сзади угловатый приземистый «Тигр». ЗИНЧЕНКО приподнялся и метнул противотанковую гранату в головную машину, повредив гусеница. Но вот из-за подбитого танка появился «Тигр». Подбитый средний немецкий танк строчил с места из пулемета. Вражеская пуля пронзила тело гвардейца ЗИНЧЕНКО. Но он еще мог держаться на ногах. ЗИНЧЕНКО ощупал висевшие за поясом противотанковые гранаты. Их было пять. Потом он взял на дне окопа еще по одной в каждую руку. Лютая ненависть к врагу кипела в сердце гвардейца.

– Прощайте, друзья, мстите врагу за мою родную Украину, – воскликнул ЗИНЧЕНКО и бросился с гранатами под гусеницы немецкого «Тигра». Раздался оглушительный взрыв, фашистский панцирник застыл на месте. Смертью героя погиб комсомолец ЗИНЧЕНКО, но не пропустил врага. Ивану Трофимовичу ЗИНЧЕНКО посмертно присвоено звание Героя Советского Союза.

Мужественное поведение коммунистов в бою, как вожаков, их железная стойкость, напористость, горячее призывное слово – это такая сила, которая не имеет себе равных. Коммунисты – воины оправдали в июльской битве свое высокое звание большевиков.

 

Подготовил к печати: /В. СМИРНОВ/

В ПЕЧАТЬ:

ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР

Гв. Генерал-Лейтенант т/в /Н. ПОПЕЛЬ/

 

ЗАМ. ГЛАВНОГО РЕДАКТОРА

Гв. Генерал-Лейтенант /М. ШАЛИН/

 

---

 

ст. лейтенант А. ШАРОВ

 

БРАТЬЯ ПО ПАРТИИ

 

Ночь перед боем. Небо полыхает от дальних пожаров. Рота ВАГАНОВА стоит в засаде. Завтра ей предстоит выдержать главный удар. Немец может наступать с тыла. Надо выстоять. Парторг КНЯЗЕВ обходит экипажи. Молодые хлопцы, милые уральцы. Для многих из них это первый бой. И все-таки можно ли сомневаться хоть в одном человеке? Лица от луны кажутся очень похожими, точно это действительно, семья, братья готовятся встретиться с врагом.

…Утро. Немцы идут спокойно. Клин, с первым стальным режущим слове «Тигров», заползает в мешок. А впереди волна за волной надвигается авиация. Она проносится над головой, взмывает в небо, обрушивает бомбовый груз. Дымом и гарью заволакивает все кругом. Засады молчат. Злоба и нетерпение сжимают сердце. Выстрелить бы! Ударить! Нельзя, пусть враг заползет в мешок.

Роты стоят в засаде. И вот – сигнал. Теперь целься метче! КНЯЗЕВ ведет бой на правом фланге. 10 «Тигров» и около 30 других танков идут на него. Он выжидает. Вот уже до передового танка – 150-200 метров. Первый снаряд попадает в цель. Вспыхивает и взрывается «Тигр».

Огромный мешок. Весело посмотреть, что делается в нем. Немцы попали между молотом и наковальней. Но они бросают в атаку все новые силы. Уже трех «Тигров» сжег КНЯЗЕВ. Рядом сражается ТИШАЕВ. Кто не знает веселого, молодого русского богатыря. Правофланговый! Завидишь издали богатырскую фигуру, услышишь смех – значит идет ТИШАЕВ. Накануне КНЯЗЕВ писал ему рекомендацию в партию.

– Ну, – сказал он, пожимая руку, – теперь мы до смерти товарищи – братья по партии.

Плохо танку ТИШАЕВА. Машина подбита. Горящая, она посылает снаряд за снарядом. Потом экипаж выскакивает, но и с наружи ведет бой. Немецкий танк мчится на ТИШАЕВА. На помощь! Машина КНЯЗЕВА открывает огонь, сжигает немецкий танк, прикрывая ТИШАЕВА.

Бой становится все более напряженным. Уже десятки вмятин на броне Князевского танка, но машина держится.

Осколком парторгу раздробило левую руку. Ручьем хлынула кровь. Командир башни АНИКИН перевязал рану.

– Рана тяжелая! – говорит он, – надо на перевязочный.

КНЯЗЕВ не отвечает. Он ведет огонь. Еще два танка уничтожены парторгом. Теперь немцы охотятся за танком КНЯЗЕВА. Они берут его в клещи, сжимают в кольцо. От прямого попадания танк КНЯЗЕВА вспыхивает.

– Товарищ командир! – окликает АНИКИН.

– Бронебойный! – вместо ответа приказывает КНЯЗЕВ.

Еще одну немецкую машину подбивает горящий советский танк.

– Бронебойный! – снова командует КНЯЗЕВ и теряет сознание.

Через победное поле боя, мимо горящих танков врага, несет командир башни своего раненого командира-героя. Рота выстояла. Много танков потеряли немцы в этом бою.

 

Подготовил к печати – /подпись/

В ПЕЧАТЬ:

ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР

Гв. Генерал-Лейтенант т/в – /Н. ПОПЕЛЬ/

 

ЗАМ. ГЛАВНОГО РЕДАКТОРА

Гв. Генерал-Лейтенант –/М. ШАЛИН/

 

Члены редколлегии: /подписи/

 

---

 

Старший лейтенант К. ГОСКИН

Парторг батальона.

 

МАТЕРИ ГЕРОЯ

Тамбовская область, Ржаксинский район, дер. Дуровщина, – КОНОВАЛОВОЙ М.И.

 

Уважаемая Марфа Ивановна!

Не пугайтесь незнакомому письму с фронта. Не горе, а радость несет в дом эта весточка.

Я нахожусь в одной части с вашим сыном лейтенантом Алексеем Павловичем КОНОВАЛОВЫМ и хочу описать, как храбро дерется он с проклятыми немцами. Алексей командует у нас ротой танков. В недавних жестоких боях рота его с честью и славой отразила удар немцев. Сам Алексей в единоборстве с восьмью тяжелыми фашистскими танками вышел победителем.

А дело было так. На своем командирском танке Алексей выдвинулся вперед, по оврагу, чтобы прощупать силы наступающего врага. Незаметно приблизился Алексей к немцам и обнаружил в засаде восемь «Тигров» /так хвастливо прозвали фрицы свои тяжелые, окованные очень толстой броней, танки/.

Один против восьми! Это не смутило отважного вашего сына. Он смело вступил в бой, и первым же метким бронебойным снарядом разбил одному «Тигру» ведущее колесо, пригвоздив фашистского хищника к земле.

– Пусть стоит, подкуем теперь другого зверя, – сказал Алексей своему экипажу.

Ударил по второму «Тигру» в бок и поджег немцев. Не спасла гадов бронь. Живьем сгорели шесть хваленых «Тигров» запятились раком науки. А первый подбитый танк попробовал огрызнуться. Но снаряды Алексея живо подожгли его.

Разъяренные неудачей, немцы кинули на роту Алексея авиацию. Но лейтенант наш хитростью обманул стервятников. Он знал условные фашистские сигналы и пустил в воздух белые ракеты. Одураченные немецкие летчики подумали, что это их танки – и улетели, не сбросив бомбы.

Вскоре враг перешел в контратаку, бросив против роты Алексея до сотни танков. Под прикрытием их двигалась пехота на автомашинах, самоходные пушки. Рота встретила фрицев смертоносным огнем. Больше десяти раз бешено кидались немцы на танки Алексея КОНОВАЛОВА и откатывались ни с чем. Алексей со своей доблестной танковой ротой уничтожил тогда 13 автомашин, 4 бронетранспортера, 2 самоходные пушки и 7 танков. Немало полегло и фашистских солдат и офицеров.

В этом бою Алексей был немного ранен, он не покинул битву, пока не отбил все удары врага. Сейчас Алексей поправился, снова командует ротой. Мы приняли его в партию. Командование представило его к высокой правительственной награде.

Гордитесь своим сыном героем, Марфа Ивановна. Слава ему, трижды слава! Слава вам – матери, воспитавшей бесстрашного воина!

С горячим приветом! –

 

Ст. лейтенант – К. Госкин

Парторг батальона

 

---

 

Анна ПАЗЮРА

 

ГОРЖУСЬ СВОИМ МУЖЕМ

Полевая Почта 92908 – ВОЛОШЕНЮК И.М.

 

В подразделении капитана ВОЛОШЕНЮК в ожесточенных июльских боях с немцами отличился механик-водитель Трофим Моисеевич ПОЗОРА.

Капитан тов. ВОЛОШЕНЮК послал письмо жене героя – Анне Григорьевне ПОЗЮРА, описал подвиги ее мужа. На днях тов. ВОЛОШЕНЮК получил ответ, который мы публикуем ниже.

 

Иван Илларионович!

Примите пламенный привет и наилучшие пожелания здоровья, бодрости и смелости в вашей священной борьбе с проклятыми немцами.

Неожиданное письмо от вас я получила. Очень, очень благодарю за внимание. Я плакала, читая письмо, – от радости и гордости за своего мужа. Я, конечно, знала, что мой Трофим скорее погибнет, чем уступит врагу хоть пять Родной земли. Трофим сделал больше – не только выстоял перед фашистским напором, но и нанес им вместе со своими боевыми товарищами тяжелый урон, уничтожив, как вы пишите, семь танков и раздавив сто фрицев, а свою машину сохранил и сам остался жив. Как же не радоваться и не гордиться за близкого мне человека!

Дорогой товарищ капитан! Пять с половиной месяцев находились мы, жители города БОГУЧАРА, под пятой немцев, испытали такие издевательства, что тяжело даже вспоминать. День нашего освобождения Красной Армией я никогда не забуду. Это был праздник для всех Богучарцев. За время оккупации фашисты разорили, разграбили хозяйства мирных жителей, сожгли дома ни в чем неповинных людей. Но немцы не могли и никогда не смогут снять у советского народа любовь к Родине, к ее вождю, отцу нашему товарищу СТАЛИНУ.

Мы снова в родной советской семье. Каждый на своем участке своим трудом помогает Красной Армии в ее героической борьбе с ненавистным врагом.

Родные, любимые наши! Мы всегда с вами. Передайте, товарищ ВОЛОШЕНЮК, вашим танкистам и лично мужу моему Трофиму – пусть не жалеют они сил, даже жизни за святое и правое наше дело. Советская Украина ждет вас, товарищи. Она еще томится под гнетом немецких поработителей. Смерть им, мерзавцам, смерть!

Смело идите в бой, орлы наши. Мы, жены и матери, благословляем вас на ратные подвиги, на победу!

 

---

 

Младший лейтенант МЕЛИКОВ

комсорг.

 

СВОЯ ЧАСТЬ – СВОЙ ДОМ

 

Гвардейцы: лейтенант ЧЕРНОВ и лейтенант ЛИТВИНОВ были в госпитале на излечении. Когда раны зажили, командирам предложили месячный отпуск.

– Поезжайте в свои родные места и там отдохнете, наберетесь новых сил, – ласково говорил врач.

Но гвардейцы отказались от отпуска. Нашим родным домом является наша часть и мы поедем только в свою часть, – в один голос заявили офицеры. ЧЕРНОВ и ЛИТВИНОВ стремились в боевую семью гвардейцев, туда, где они возмужали, стали умелыми и бесстрашными командирами.

Их влекли боевая слава и традиции части, спаянный коллектив, не знающий преград на пути к победе. Трудный был путь. Командиры не знали где находится их часть. Но они искали, расспрашивали и снова вернулись в родную семью. Друзья дружно и тепло встретили патриотов, окружили их заботой и вниманием.

 

Подготовил к печати: /П. СКВЕРНЮКОВ/

В ПЕЧАТЬ:

 

---

 

ПЕРЕПИСКА, СКРЕПЛЕННАЯ КРОВЬЮ

 

В ПОЛК

 

Здравствуйте товарищ гвардии майор ИОФИС! Шлет вам горячий привет механик-водитель КУДИН. Я лежу в госпитале, ранен. Но машину вывел с поля боя. Ранение несерьезное. Скоро вернусь в часть и буду действовать, как все наши танкисты.

Дорогой гвардии майор! Передайте пожалуйста привет моему старому экипажу и особенно командиру – лейтенанту КУЗНЕЦОВУ. Благодаря ему наш танк уничтожил три немецких танка.

Привет всем боевым друзьям.

КУДИН.

 

ИЗ 68 ТАНКОВОГО ПОЛКА

 

Здравствуйте Григорий Романович! После того, как вы раненый вывели танк из боя, он заправился, получил новый боекомплект и снова пошел бить фрицев. Теперь на счету танка КУЗНЕЦОВА две «Тигра» и два средних немецких танка. Весь экипаж за эти бои награжден.

Поздравляю вас с правительственной наградой – медалью «За отвагу». Поправляйтесь и возвращайтесь к нам в часть.

Все танкисты шлют вам привет.

Гвардии майор ИОФИС.

 

Подготовил к печати: /П. СКВЕРНЮКОВ/

В ПЕЧАТЬ:

 

---

 

ОТЦУ, МАТЕРИ И ЖЕНЕ НАШЕГО КОМАНДИРА

Ростовская область, ст. Каяла, с. Самарское, Пимену Васильевичу и Татьяне Ивановне АЛАФИРЕНКО,
Нине Трофимовне ОБУШЕНКО.

 

Дорогие товарищи!

Вам – отцу, матери и жене нашего боевого командира лейтенанта тов. АЛАФИРЕНКО задумали мы экипажем танка написать это письмо. Хотим поделиться с вами нашей гордостью о Матвее Пименовиче.

В недавних жестоких боях с проклятой немчурой, пытавшейся наступать, лейтенант наш тов. АЛАФИРЕНКО показал, как надо бить ненавистного врага. Мы прежде любили и уважали Матвея Пименовича, как опытного командира и чуткого отзывчивого старшего товарища. Теперь же полюбили еще крепче, и прямо говорим – пойдем за ним в огонь и в воду.

Великим и тяжелым испытанием были для каждого эти последние бои. Враг бросил против нас огромные силы – танки, авиацию, артиллерию и отъявленных головорезов – автоматчиков. Мы получили приказ – отразить удар, не пропустить немца. Поклялись драться по-сталинградски: стоять насмерть.

Наш танк занял оборону на окраине одной деревни. Впереди, по оврагу, шла дорога. Вот ее то и надо было нам запереть на крепкий замок.

Не прошло и четверти часа, как из оврага вылетела на дорогу штабная легковая машина. В надежде на свою разведку, четыре немецких офицера развалились в автомобиле, точно на прогулке.

– Покажем фрицу прогулку по советскому переулку, – яростно сказал Матвей Пименович и припал к своей верной пушке. Снаряд аккуратно угодил во внутрь машины. Все полетело в воздух – колеса, фрицы, кузов.

Только мы управились с офицерами, как видим катит грузовик с автоматчиками. Товарищ АЛАФИРЕНКО прямым попаданием поджег машину.

– Все это, ребята, цветочки, – говорит нам Матвей Пименович, – ягодки будут впереди.

Сказал – точно в руку положил. Выползли на дорогу два тяжелых, окованных толстой броней, танка. Немцы хвастливо прозвали их «Тиграми». Вид у них действительно был странный. В лоб такого зверя не убьешь. Длинные стволы орудий медленно ворочались, выискивая нас. Первый раз встречались мы с «Тиграми», откровенно признаться – робковато стало.

Но отважный командир наш и бровью не повел.

Хладнокровно подпустил тов. АЛАФИРЕНКО бронированного врага поближе – и выстрелил. Снаряд лег впереди головного «тигра». Зато второй – пригвоздил его к земле.

В это время стал стрелять из своего танка командир взвода. Уцелевший еще второй «Тигр» нащупал и повредил ему пушку.

– Спасем командира взвода огнем, – сказал нам Матвей Пименович. Маневрируя, мы зашли «Тигру» во фланг. Выстрел в бок – и «Тигр» загорелся. Экипаж выскочил, но только одному из пяти фашистов удалось спастись. Четырех уложил на месте очередной меткий снаряд нашего командира. Потом он добил и первого бронированного зверя, для верности превратив его в черный костер.

После еще не раз бешенными атаками «Тигров», артиллерийскими налетами и авиацией пытался враг заставить нас отступить. Мы выстояли, не отошли ни на шаг, сдержали свою клятву.

В этой неравной, жестокой борьбе с немцами мужество и отвага лейтенанта тов. АЛАФИРЕНКО вдохновляли нас. С гордостью узнали мы, что командование представило нашего славного командира к высокой правительственной награде, а парторганизация приняла его в свои ряды. Подлинный большевик, он командует теперь взводом танков.

Заверяем вас, дорогие Пимен Васильевич, Татьяна Ивановна и Нина Трофимовна, что взвод лейтенанта тов. АЛАФИРЕНКО будет достоин своего героя-командира. С ним наш взвод всегда победит.

С танкистским приветом! –

 

Старшина – П. КОСТИН

Сержант – М. САПОЖНИКОВ

Сержант – И. БУСИК

 

---

 

С НИМ МЫ ВСЕГДА ПОБЕДИМ

Сталинградская область, село Сестренки В.С. и А.М. КИРЕЕВЫМ.

 

Дорогие товарищи!

На днях командир нашего танка, лейтенант Александр Осипович КИРЕЕВ, получил орден Отечественной войны 2 степени. Мы решили экипажем написать об этом вам, Вера Семеновна, как жене героя, и вам, Анна Ильинична – матери его, чтобы вы порадовались вместе с нами.

Хотим рассказать, за что получил наш командир высокую правительственную награду. Это было в памятные июльские дни, когда немцы предприняли свое отчаянное летнее наступление. Они бросили тогда против нас так называемые «Тигры» – тяжелые танки.

И вот, наш средний танк, защищая родную землю, встретился, однажды, с восемью бронированными хищниками. Признаться, вначале нам было не по себе: один танк против восьми, да еще тяжелых, окованных сильной броней.

– Ничего, – успокоил нас командир, – пробьем «Тигровую» шкуру, ребята. Не пропустим немецкую сволочь.

И мы поклялись умереть, но не пропустить врага.

Танк наш стоял замаскированный в засаде. Отважный командир наш, Александр Осипович, припал к приборам пушки. И как только головной «Тигр» высунулся на дорогу и подставил нам свой пятнистый бок – грянул выстрел.

Черное облако дыма окутало немецкую машину.

– Горит! – радостно закричали мы, подавая новый бронебойный снаряд.

– Бей, товарищ командир, по второму!

Несколькими выстрелами был подожжен и второй «Тигр».

Немцы стали отвечать нам и разбили у нас гусеницу.

Но когда наш лейтенант вывел из строя третий немецкий танк, враг струсил и отступил.

Надо было починить гусеницу. В это время налетела немецкая авиация и стала сыпать на нас бомбы. Смелый командир наш, невзирая на смертельную опасность, первым вылез из танка и принялся за работу. Мы подсобляли ему.

Вскоре наш верный танк вновь был готов драться с врагом огнем и маневром.

Вот за этот подвиг и награжден Александр Осипович орденом. Мы гордимся неустрашимым своим офицером, крепко любим его, и знаем: с таким командиром не пропадешь, с ним всегда победишь.

Шлем горячий фронтовой привет вам – матери и жене нашего славного командира.

С приветом к Вам!

 

Старшина – ЛЫСЕВ

Сержант – ПОЛОВНИКОВ

Сержант – ШИРОКОВ

 

---

 

АРХАНГЕЛЬСКАЯ ОБЛАСТЬ, дер. ДЕРЕВЕНЬКА МЕДПУНКТ, ПОСПЕЛОВСКОМУ М.И.

 

Дорогой Матвей Иванович!

Пусть не удивляет и не пугает вас это письмо незнакомых фронтовиков. О радости и гордости будет говорить оно.

Мы – боевые друзья вашего сына Павла. Он жив, здоров, только что хорошо пообедал, прилег под кустом отдохнуть.

Знайте же, Матвей Иванович, ваш сын младший сержант бронебойщик Павел ПОСПЕЛОВСКИЙ – герой. Гордитесь им, порадуйтесь за него. Он совершил подвиг, который Родина никогда не забудет.

Вот как было это славное дело.

Немцы сосредоточили на нашем участке фронта сотни тяжелых, окованных сверхброней, танков, хвастливо прозванных «Тиграми». Этим бронированным кулаком враг рассчитывал пробить брешь в нашей обороне и двинуться на восток. «От вашего наступления зависит победный исход всей войны» – говорилось в приказе ГИТЛЕРА своим солдатам.

Четвертые сутки шел неравный, ожесточеннейший бой. Немало «Тигров», пушек, самолетов потеряли немцы, однако продолжали бешено лезть вперед. Осатанелому врагу пришлось прорваться к траншеям нашей роты. Создалось критическое положение.

Ваш сын Павел со своим помощником Иваном ТКАЧЕНКО находились в окопе, на левом фланге, с противотанковым ружьем. И когда бронированные чудовища грозили смять нас гусеницами, Павел поднял ружье и прицелился. Передний «Тигр» находился от него в трехстах метрах.

Казалось, что могла сделать пуля этой стальной черепахе. Раздался выстрел, и окопы наши огласились громовым «ура». Непобедимый «Тигр» загорелся, прополз немного вперед и замер. Но вторая стальная махина уже надвигалась на Павла. Он ударил по ней и должно быть, не туда, куда нужно. Громыхая, «Тигр» приближался.

– Ничего, – сказал Павел, усмехаясь, – ближе враг – для него же хуже.

И выстрел второй раз. Черный дым и пламя были ему ответом.

А танки немецкие все лезли и лезли. Мы били по ним из противотанковых пушек, кидали гранаты, зажигательные бутылки. Павел не отрывался от своего ружья. Авиабомба засыпала его землей. От частых выстрелов ствол ружья раскалился и обжигал ему руки. Затвором он до крови набил себе ладонь, но один приказ повторял Павел своему помощнику:

– Патрончик, Ваня… да помаслянистей!

И ТКАЧЕНКО подавал ему тяжелый, промасленный патрон.

Еще три средних танка поджег Павел. Отступили немцы.

Выстоял, сдержал клятву герой – бронебойщик Павел ПОСПЕЛОВСКИЙ, ваш сын.

Слава ему, подбившему пять танков. Слава вам, отец, воспитавшему такого бесстрашного воина. Его приняли в партию тут же на поле боя. Командование представило его и Ивана ТКАЧЕНКО к высокой правительственной награде.

С горячим фронтовым приветом!

 

Старшина Ф. НОВАКОВСКИЙ

Сержант П. ВАСИЛЬЕВ

Полевая почта 33552.

 

Подготовил к печати: /подпись/

В ПЕЧАТЬ:

ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР

Гв. генерал-лейтенант т/в /Н. ПОПЕЛЬ/

 

ЗАМ. ГЛАВНОГО РЕДАКТОРА

Гв. генерал-лейтенант /М. ШАЛИН/

 

Члены редколлегии: /подпись/

«   » января 1945 г.

 

---

 

ДВА ПИСЬМА

 

I. МАТЕРИНСКИЙ НАКАЗ

 

Здравствуйте уважаемые мои дети! Сегодня я получила от вас письмо, в котором вы сообщили для меня очень тяжелую весть – нет больше в живых моего самого младшего сына Володи. Это известие еще более подорвало мои силы.

Милые мои дети! Мне 73 года. Я воспитала пять сыновей, из которых один погиб на боевом посту в 1937 г. С тремя сыновьями с первых дней Отечественной войны потеряла всякую связь, поскольку я была эвакуирована из Полтавской области.

Один был сын Володя, с которым я вела переписку, но и его не стало. Как мне ни тяжело, но я беру себя в руки и живу надеждой, что мои три родных сына и все назвавшиеся моими сыновьями, дорого отомстят проклятым варварам за смерть моего Володи.

Если бы я хотя немного была моложе, я бы встала на место своего сына и без никакой пощады громила врага. Я вместе с другими старухами буду все делать, чтобы всем обеспечить вас для скорейшего разгрома врага. Сейчас, дети мои, явился ко мне сын Николай, он двадцать месяцев громил врага в его тылу. Я все сделаю, чтобы скорей восстановить ему здоровье, ибо нужно ему для расплаты над ненавистным врагом, над теми, кто лишил много детей, отцов и матерей, кто отнял у меня Володю.

Дорогие дети! Напишите мне, как сражался Володя.

До свидания, милые дети. Громите беспощадно врага, дорого отомстите за моего Володю.

Любящая вас всех мать Василиса Федоровна ЗАВГОРОДНЯЯ.

 

г. Бутурлиновка, Воронежской обл. Ул. Красная, 24.

 

II. МАТЕРИ ПОГИБШЕГО ГЕРОЯ

 

Мы отомстим за смерть Володи, дорогая Василиса Федоровна! Все мы, танкисты – офицеры и сержанты, глубоко переживаем ваше материнское горе – гибель сына, а нашего лучшего комсомольца, боевого товарища и командира гвардии лейтенанта ЗАВГОРОДНЕГО Владимира Павловича.

Вы просите нас описать, как произошла эта тяжелая утрата? Выполняем эту просьбу.

Немцы двинули против нас большие танковые силы. Взвод лейтенанта ЗАВГОРОДНЕГО оборонял важную высоту.

«Трудно нам будет, но надо выстоять» – говорил своим танкистам Володя.

С утра до полудня немцы бомбили наши боевые порядки. Большое число самолетов обрушивало свой бомбовый груз на танки Владимира ЗАВГОРОДНЕГО. Вскоре двинулись немецкие «Тигры». Наши танкисты мужественно защищали свою землю, беспрерывно вели огонь. В танке стало душно, газы ели глаза, начинала кружиться голова. Но отважные герои напрягали все силы и бились, как львы.

Советские воины выстояли. Враг не сломил стойкости танкистов – гвардейцев. Озлобленные неудачей, гитлеровцы снова бросили против нас свыше ста стальных чудовищ. Требовалась помочь соседнему подразделению, которое вело неравный бой с врагом. Эту сложную и ответственную задачу было приказано выполнить взводу лейтенанта ЗАВГОРОДНЕГО. Вихрем понесся на врага танк Володи, за ним двинулись и остальные машины. Вот уже горят несколько вражеских танков. Но вдруг загорелся наш передний танк. Это был танк вашего сына; из него никто не вышел. Дорого заплатил враг за гибель нашего лучшего друга. В этот день мы уничтожили 35 немецких танков и истребили свыше 300 солдат и офицеров противника.

В нашей семье Володя провел около года. Он всегда был скромен, веселый, часто пел боевые песни. Будучи комсоргом, он служил примером для всех. В бою он был суров и беспощаден. За это мы все горячо его любили. Таким был Володя, таким он остался в нашей памяти.

Мы, ваши сыновья, вместе с вами переживаем большое горе. Заверяем вас, что и впредь будем мстить врагу за гибель вашего сына. Ни один из нас не пожалеет ни своей крови, ни жизни для полного разгрома ненавистного врага. Близок час полной победы.

Желаем вам, дорогая Василиса Федоровна долгих лет жизни и счастья.

 

Гвардии капитан ГАВРИШКО, гвардии капитан ОСТАПЕНКО, гвардии старшина ГУРЬЕВ и еще 13 человек.

 

Подготовил к печати: /П. СКВЕРНЮКОВ/

В ПЕЧАТЬ:

 

---

 

ДУША ЖЕЛЕЗНОЙ РОТЫ

 

Бой еще не начинался. СТОРОЖЕНКО стоял, прислонившись к танку.

– Значит, все в порядке, Василий Яковлевич? – спросил ЛОБИНСКИЙ.

– Все в порядке, капитан!

Танки врага сгрудились во ржи почти не маскируясь.

«Тигры» выделялись своей величиной и белесоватой окраской.

Даже в бинокль трудно было сосчитать их. Сейчас особенно приятно было вспомнить, что у СТОРОЖЕНКО 23 лично им уничтоженных танка и два ордена Красного Знамени – за ОРЕЛ и МОСКВУ. Разве под МОСКВОЙ не стояла такая же холодная страшная лавина!

ЛОБИНСКИЙ с КРОТИКОМ пошли вдоль нашего расположения.

С запада тянуло гарью, поднимались прямые дымки горящих танков, не ко времени, тревожно гудя, пролетела пчела. Не справилась с соблазном – села на цветок клевера. Потом воздушной волной ЛОБИНСКОГО отбросило в сторону. Разорвалась бомба. Почти рядом чернела глубокая воронка. Ни клевера, ни пчелы, только на краю потемневший расколовшийся молодой клен, с единственным чудом уцелевшим, зеленым листом.

Самолеты повернули для нового захода. Капитан пошел быстрее – надо было успеть. Он стучался в броню, окликал. Люк открывался, и он передавал захваченные с командного пункта газеты, письма, быстро пересказывал новости.

– Наши соседи крепко бьют врага! На нас вся страна надеется. – ЛОБИНСКИЙ уже отошел, когда из-за брони окликнул ВАСИЛЬЧЕНКО.

– Спасибо за письмо, товарищ капитан.

– От родных?

– Вроде. От девушки одной.

Письмо было от госпитальной знакомой. В те спокойные дни девушка говорила: «Хоть бы раз в бой. Думаешь испугаюсь – ни чуточки». В полумраке танка на секунду показалось будто и впрямь в самую важную минуту она прошла через неразбериху взрывов, горящие села, по разбомбленным дорогам и притаилась рядом, надежная и верная подруга.

– От девушки? – переспросил капитан. Это к счастью – боевому счастью.

Он торопился. У одной машины почувствовал, что следует задержаться, рассказал неожиданно пришедшую в голову смешную историю про смелого зайца и слона. Это совсем не входило в план. Кто знает, каким чудом сказка распространилась мгновенно по всему строю и на обоих флангах из-за брони раздавался грохочущий смех. Казалось, за минуту перед боем сами танки смеются.

Самолеты сделали заход, затем второй. Когда разрывы замерли, ЛОБИНСКИЙ оглянулся. Деревцо колыхало, как знаменем, единственным зеленным листком. Снова на несколько минут воцарилась тишина. Капитан разжал в ладони чуть помятые, согретые листки заявлений. Торопливыми, неровными строками люди писали об одном: «В бой хочу идти коммунистом». ЛОБИНСКИЙ рассматривал заявления и писал рекомендации.

По ржи шли бронебойщики, вдвоем неся свое тяжелое оружие. Колебались отливающие золотом хлеба. ЛОБИНСКОМУ вспомнилось, как шли через полу сожженное, опустевшее село. На пороге хаты работал дед. Он спросил:

– Чего строгаешь? Убьют ведь! – Дед ответил медленно:

– К жнивью сынок – грабли. Жниве скоро.

Пахло гарью и созревающим хлебом. Точно мир и война, жизнь и смерть боролись в воздухе. Рота СТОРОЖЕНКО стала между жизнью и смертью.

Бюро в сборе. Это было самое короткое заседание. ЛАБИНСКИЙ побежал передавать решение: – «принят в партию, смотри дерись как коммунист», – говорил он.

Раньше ЛАБИНСКИЙ боялся одного: найдет ли свое место в боевых порядках. Нужен ли агитатор, когда говорят орудия. Теперь он почувствовал, как необходимо в бой простое, теплое слово. Когда-то люди шли в атаку, чувствуя локоть соседа. Строй изменился – надо было сохранить это чувство локтя, сберечь от огня невидимые нити, соединяющие танки.

Танки во ржи пришли в движение. Хлынул первый эшелон. Клин разделился на два охватывающих языка, как жало змеи. Стремительно нарастал бой. Это было соревнование массы и скорости – немецкой мертвой лавины, которая хочет все растоптать и подвижных стремительных гребней нашей обороны, разбивающих лавину на бессильные ручейки. СТОРОЖЕНКО подпустил врага до пристреленного рубежа и почти без интервалов, снаряд за снарядом посылал в цель. Это первое его правило – стрелять быстрее. Открыл огонь, не задумывайся, подбив, добивай. Четыре секунды на выстрел. «Тигр» загорелся. Отстрелявшись, СТОРОЖЕНКО мгновенно переменил позицию. Вовремя. Десятки снарядов тупо разрыли землю. А СТОРОЖЕНКО притаился в сторонке за обратным склоном. Только чуть виднелась башня, да круглый глазок орудия колебался в поисках цели.

Атака отхлынула. ЗАЯРНЫЙ, улыбнувшись, тихо сказал ЛАБИНСКОМУ: – Знаете, когда СТОРОЖЕНКО первый выстрел давал, он сказал: «Это за Анку, а значит за Родину».

Вспомнилась Анка, стройная, веселая девушка. Говорят, при немцах она скрывала коммунистов, партизанила. Смелый и хороший человек. Есть люди, которые думают: на войне надо торопиться, нет времени на настоящее большое чувство. А СТОРОЖЕНКО, не торопясь, ни разу не изменив железному своему спокойствию, сумел уничтожить четверть сотни танков и полюбить по-настоящему так, как это достойно большого человека.

– Значит за Анку? Хороший выстрел. Анка может гордиться, – сказал ЛАБИНСКИЙ.

Дни теперь переплелись с ночами. По ночам небо полыхало от пожаров и казалось, что сейчас из этой воспаленной красной полосы поднимается солнце. Оно выглядывало совсем с другой стороны. ЛАБИНСКИЙ проводил на командном пункте два-три часа и шел обратно. По дороге засыпал на полчаса, вскакивал и бежал, чтобы наверстать упущенное время. Потом агитатор шел от экипажа к экипажу, передавая самое важное. ЛАЗЕЙКИНУ, сжегшему трех «Тигров», он крикнул: – Все твои к награде представлены. Держись – будешь героем! – ЛАЗЕЙКИН сделал движение, точно хотел расцеловаться. Потом, устыдившись порыва, нырнул в люк и закрылся.

– Ничего, расцелуемся, когда победим. –

ЛАБИНСКИЙ в рост шел от машины к машине, протягивая невидимые нити, скрепляющие роту.

Стороженко строго сказал:

– На тебе нет брони, капитан. Мы, ни себе, ни тебе не простим, если погибнешь.

От этих слов кольнуло в сердце, но он не обернулся, не ответил, боясь, что дрогнет голос, что слишком расчувствуется. Ему казалось, пока рота жива – он не погибнет.

ЛАБИНСКИЙ шел в рост. Иногда он ложился на траву и, вытащив квадратный блокнот, записывал. Это было тоже его дело. Агитатор ФАЮСТОВ начал историю части. Потом ФАЮСТОВА ранило. ЛАБИНСКИЙ стал агитатором и ему передали книгу рукописной истории. История части! Он записывал каждое имя, каждый эпизод. Ему казалось, что вот кончится война, соберутся вместе те, что уцелеют, а за погибших придут братья или сыновья, невесты или матери. И надо будет прочесть всю эту простую и честную книгу. Тогда забыть хоть об одном – будет значить зачеркнуть в памяти товарищей весь боевой путь – это хуже, чем убийство. ЛАБИНСКИЙ писал тщательно, круглым, ровным почерком. Он старался не забыть ни одной атаки, ни одного выстрела, ни одного звена истории того, как обливаясь кровью, платя за одну свою подбитую машину пятью сожженными немецкими, держалась рота.

Его ранило в тот день, когда немецкое наступление выдохлось и остановилось.

В небе наши самолеты гнали немцев. Он сразу почувствовал, что умирает, постарался улыбнуться, не смог и торопливо сказал.

– Ну, плохо, Ванька, прощай. Возьми партийный билет и записную книжку. Скажи, что умер честно. –

Сражение замирало… Начиналась новая страничка боев у ворот Украины. Рота СТОРОЖЕНКО готовилась к этим боям.

 

Подготовил к печати: – /подпись/

В ПЕЧАТЬ:

ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР

Гв. Генерал-Лейтенант т/в – /Н. ПОПЕЛЬ/

 

ЗАМ. ГЛАВНОГО РЕДАКТОРА

Гв. Генерал-Лейтенант – /М. ШАЛИН/

 

Члены редколлегии: /подписи/

«   » декабря 1944 г.

 

---

 

ПАМЯТЬ О НЕМ НИКОГДА НЕ УМРЕТ

Родным и знакомым Вольдемара Сергеевича ШАЛАНДИНА.

 

Мы, товарищи и боевые друзья вашего Вольдемара, вместе с вами глубоко переживаем глубокую утрату – гибель славного патриота нашей великой Родины, отважного танкиста – гвардейца ШАЛАНДИНА.

На протяжении восьми часов, в условиях беспрерывной бомбежки и артиллерийского огня Вольдемар со своим экипажем героически сражался с несколькими немецкими танками. Два тяжелых и один средний танк уничтожил он. От прямого попадания немецкого снаряда загорелась боевая машина Вольдемара. Он не покинул ее и продолжал разить врага без промаха, наверняка. И так до последнего дыхания, до тех пор, пока билось сердце, Вольдемар сражался за нашу великую Россию, за Советский Союз, за наш народ, за счастье.

Командование части представило Вольдемара к званию Героя Советского Союза.

Он погиб, но память о нем никогда не умрет, она вечна. Здесь же на поле брани, мы поклялись жестоко отомстить немецким извергам за смерть верного патриота Родины, нашего боевого друга.

В нашей боевой гвардейской славе, как символ доблести и геройства будет вечно сиять имя лейтенанта Вольдемара ШАЛАНДИНА.

Живите, работайте на благо нашей социалистической Родины, искренне желаем вам успеха.

Боевые товарищи Вольдемара.

 

Подготовил к печати: – /П. СКВЕРНЮКОВ/

В ПЕЧАТЬ:

 

---

 

ПИСЬМО МАТЕРИ Ю. СОКОЛОВА.

 

Дорогие друзья и товарищи моего сына Юры СОКОЛОВА!

Получила ваше соболезнование. Потеряла я сына, мою гордость. Все 19 лет его жизни приносили мне только радость и утешение. За десятилетнюю учебу в школе я имела только благодарности за хорошие успехи его и пять похвальных грамот от директора школы, где учился Юра. И теперь я была уверена, что и на ратном поле сын мой будет передовым офицером.

Юрий писал мне, что счастлив и гордится он тем, что служит в прославленной гвардейской части.

Немецкая погань вырвала у меня моего Юрия. Нет в ваших рядах смелого и отважного офицера. Отомстите, товарищи-гвардейцы, за смерть Юрия, мстите извергам за наших павших героев – гвардейцев.

Опишите, как погиб друг и товарищ Юрия Вова ШАЛАНДИН, с которым они вместе закончили училище. Он дорог мне, как и мой Юра, как и все Вы, наши советские воины.

Желаю вам успеха. С приветом мать Юры СОКОЛОВА –

 

О.Г. СОКОЛОВА.

 

Подготовил к печати: – /П. СКВЕРНЮКОВ/

В ПЕЧАТЬ:

 

---

 

ОТОМСТИМ ЗА СМЕРТЬ ДОРОГОГО ТОВАРИЩА

 

Родные и знакомые Юрия Михайловича СОКОЛОВА!

Мы, друзья и боевые товарищи Юрия СОКОЛОВА, вместе с вами глубоко переживаем тяжелую утрату. В жестоких боях погиб замечательный патриот нашей Родины, отважный комсомолец, верный друг и товарищ.

Вы можете гордиться Юрием. Он пал смертью героя и заслужил вечную любовь нашего народа. В тяжелом бою с полчищами немецких бронированных машин Юрий СОКОЛОВ вел себя достойно и храбро и не уронил чести русского офицера и гвардейца. Его экипаж в открытом бою с численно превосходящим противником уничтожил широко рекламированный немцами тяжелый танк «Т-6» – «Тигр» и один средний танк.

Юрий один из тех, кто грудью своей преградил путь врагу, сорвал его коварные планы.

В своей записной книжке Юрий записал: «Мне не страшно умереть, товарищи. Это счастье умереть за свой народ». Слова Зои Космодемьянской и дальше: «Любить народ, Родину, служить им сердцем и душой» – слова великого русского поэта Некрасова!

Юрий ненавидел всей своей душой, всем телом молодости заклятого врага. Он рассчитался с ним сполна. Мы, его товарищи-гвардейцы, обещаем за смерть нашего любимого комсорга отплатить врагу потоками его черной крови. Мы это сделаем.

Крепко жмем ваши руки. Боевые товарищи Юрия.

 

Подготовил к печати: – /П. СКВЕРНЮКОВ/

В ПЕЧАТЬ:

 

---

 

КОМСОМОЛЬЦЫ ПРИНЯТЫ В ПАРТИЮ

 

Перед боем комсомольцы экипажа ШКИЛЯ – механик-водитель ЕГОРОВ, командир башни ЧАСОВСКИХ и стрелок-радист тов. КАЗАНЦЕВ подали заявление о вступлении в партию.

Экипаж пошел в бой. Сражаться пришлось в тяжелой обстановке. Но каждый, подавший заявление, помнил каким должен быть коммунист в бою и вел себя мужественно и храбро.

За короткое время экипаж уничтожил два средних танка, три машины с пехотой и боеприпасами противника. Враг бросал против наших частей новые силы. Немцы подбили и подожгли танк ШКИЛЯ. Радист КАЗАНЦЕВ был убит. До боли в сердце экипаж переживал потерю своего друга и машины, но не пал духом. Он принял новую клятву – отомстить врагу за смерть радиста.

Партийная организация приняла в свои ряды отважных членов комсомольского экипажа ЕГОРОВА и ЧАСОВСКИХ. Погибшего КАЗАНЦЕВА она считает коммунистом.

 

Подготовил к печати: – /П. СКВЕРНЮКОВ/

В ПЕЧАТЬ:

 

---

 

Младший лейтенант КОМАРОВ

 

В БОЙ ИДУ КОММУНИСТОМ

 

Сегодня для меня великий день. Я вступаю в бой. Перед вступлением я подал заявление о принятии меня в члены коммунистической партии. Восемь моих товарищей так же хотят драться против врага коммунистами с партийным билетом на сердце.

Я иду в бой. Я мщу фашистам за их кровавые злодеяния. Клянусь! Умру, но не дам врагу продвинуться ни на шаг.

 

Подготовил к печати: /П. СКВЕРНЮКОВ/

В ПЕЧАТЬ:

 

---

 

Лейтенант В. КОСТРИЦИН.

 

ПАРТОРГ АКИШИН ВЕДЕТ ТАНКИСТОВ В БОЙ

 

Враг занял позиции около переправы. Парторгу лейтенанту АКИШИНУ с группой других танкистов было приказано ворваться в расположение немцев и своим огнем дезорганизовать перегруппировку противника.

АКИШИН – испытанный и отважный воин, понимал, что эта операция может быть успешной лишь в том случае, если действовать дерзко и умело.

Рассказав об этом танкистам, он подал команду: «вперед». Танк быстро прошел переправу и ворвался в логово врага. Механик-водитель искусно маневрировал, а АКИШИН вел огонь из пушки и пулемета. Дерзость и умение экипажа АКИШИНА вдохновили остальные экипажи группы.

Парторг АКИШИН в этом бою подбил два немецких танка, уничтожил миномет и десятка два фрицев.

 

Подготовил к печати: – /П. СКВЕРНЮКОВ/

В ПЕЧАТЬ:

 

---

 

Гв. ст. лейтенант ДАНИЛЮК

 

ЗА СМЕРТЬ ТОВАРИЩА

 

С болью в сердце принял комсомольский экипаж КАЛЮЖНОГО весть о гибели радиста и комсорга подразделения ПЕТРЯКОВА. В экипаже его любили за отличное знание своего дела, за внимательное отношение к друзьям, за веселый характер.

Он пользовался авторитетом в подразделении, слыл хорошим организатором комсомольской работы.

На похоронах отважного радиста комсомольский экипаж КАЛЮЖНОГО дал клятву: «Мы отомстим врагу за смерть нашего товарища. Будем беспощадны, смелы и решительны».

На второй день танк КАЛЮЖНОГО встретился с немецкими танками. КАЛЮЖНЫЙ открыл огонь. Два «Тигра» загорелись. Позднее в групповом бою КАЛЮЖНЫЙ уничтожил еще две средних немецких машины.

 

Подготовил к печати: – /П. СКВЕРНЮКОВ/

В ПЕЧАТЬ:

 

---

 

Старший сержант Г. РАМАЗАНОВ

 

НАВОДЧИК ПАВЕЛ ГОЛОВНИН.

 

Старший сержант Павел ГОЛОВНИН, рослый, худощавый парень, был наводчиком орудия. В дивизионе капитана СОКОЛОВА он бессменно служил свыше двух лет и все уже знали, что он 1923 года рождения, что его Родина в БАШКИРИИ, что еще с детства он остался без родителей, что до войны работал слесарем-водопроводчиком в УФЕ и что и в УФЕ у него есть любимая девушка Лена.

Комсомольцем пришел ГОЛОВНИН на фронт. Не сразу стал он знатным артиллеристом. Только упорной учебой, своей отвагой и смелостью в боях завоевал он славу отличного наводчика.

В июльских боях под БЕЛГОРОДОМ ГОЛОВНИН семь дней подряд, под градом бомб и снарядов, выполнял свою тяжелую и почетную работу у орудия. Прямой наводкой он поджег три немецких танка.

Славный путь прошел со своим орудием бесстрашный артиллерист Павел ГОЛОВНИН. Он стал гвардейцем – коммунистом. В боях на Правобережной Украине, отбивая контратаки танков и пехоты противника, он подбил 2 немецких танка и сжег 4 автомашины с вражеской пехотой.

Грудь отважного сына солнечной БАШКИРИИ украсил орден «Красной Звезды».

 

Подготовил к печати: /П. Сквернюков/

В ПЕЧАТЬ:

ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР

Гв. Генерал-Лейтенант т/в /Н. ПОПЕЛЬ/

 

ЗАМ. ГЛАВНОГО РЕДАКТОРА

Гв. Генерал-Лейтенант /М. ШАЛИН/

 

Члены редколлегии: /подпись/

 

---

 

Старшина И. КОКАРЕВ

 

ОДИН ПРОТИВ ВОСЬМИ

 

Лейтенант КОНЫЧЕВ был в резерве. Но когда его товарищи пошли в бой, он не отстал от них, сел в танк и поехал на поле битвы.

Вскоре началась схватка с врагом. Один наш танк по каким-то причинам остановился и прекратил стрельбу. Комсомолец КОНЫЧЕВ вышел из танка командира и поспешил туда. Оказалось, что экипаж погиб, но машина могла двигаться. Лейтенант завел мотор и вывел машину в укрытие. Там сняли погибший экипаж и ремонтники приступили к работе.

Через два часа танк был готов к бою. КОНЫЧЕВ сформировал экипаж, приказал каждому занять свое место, и машина двинулась вперед.

Во время движения экипаж заметил, как из оврага выползает восемь немецких танков. Гитлеровцы открыли огонь по одинокому танку. Комсомолец решил вступить в бой с ним. Он приказал водителю маневрировать, а сам открыл огонь. Первыми выстрелами он поджег два танка и этим охладил пыл немецких танкистов. Противник начал топтаться на месте. КОНЫЧЕВ воспользовался этим замешательством, смело пошел на врага. Он поджег еще два танка.

Немцы были ошеломлены, подавлены неудачей, но не сдавали своих позиций, надеясь, что подходивший к ним на подмогу «Тигр» уничтожит советский танк. Но «Тигр» не успел выйти из оврага, как КОНЧЕВ подбил его и он остановился, не сделав выстрела.

Эта новая удача еще более воодушевила комсомольца, и он двинулся к оврагу, на ходу расстреливая немецкие танки. Фрицы струсили и отошли. Тогда КОНЫЧЕВ поджег подбитого «Тигра» и этим закончил свой бой с восьмеркой средних и одним тяжелым танком.

 

Подготовил к печати: П. СКВЕРНЮКОВ

В ПЕЧАТЬ:

ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР

Гв. Генерал-Лейтенант т/в – /Н. ПОПЕЛЬ/

 

ЗАМ. ГЛАВНОГО РЕДАКТОРА

Гв. Генерал-Лейтенант – /М. ШАЛИН/

 

Члены редколлегии: /подпись/

«   » декабря 1944 г.

 

---

 

ст. лейтенант А. ШАРОВ

 

НАСТОЯЩАЯ ЖИЗНЬ

 

Маленькая записная книжка в потрепанном черном клеенчатом переплете и портрет – вот все, что сохранилось в бригаде после гибели Юрия СОКОЛОВА, московского комсомольца. Это, да еще глубокая, негаснущая память товарищей.

На фотографии он снят с матерью. У нее грустное лицо. А сын стоит рядом, чуть наклонившись вперед. Вглядывается блестящими глазами, точно спрашивает: какая она будет – настоящая жизнь; точно говорит: я знаю, как идти, что делать в этой настоящей жизни.

… Записи в дневнике начинаются формулами аэродинамики. Сила сопротивления, тяга винта, угол атаки. Может быть, потому привлекла его авиация, что брат девушки, которая ему дорога, был летчиком.

«27 февраля 1941 года. Разбился Гриша /брат Нади/», – записано в дневнике.

Значит, это трудная, опасная дорога. И, значит надо пойти по ней. Не для него простые торные пути.

Наденька ГУБЕРЕВА… Тень большой благородной юношеской любви проходит по страничкам записей, чистой и неосуществленной, боящейся громких, нечестных слов; блеснет, все озарит и снова скроется образ девушки.

В дневнике записано:

«29 января 1941 года. Начал дружить с Надей.

Счастье мое я нашел в

нашей дружбе с тобой.

Все для тебя – и любовь и

мечты».

… И через несколько месяцев:

«9 февраля 1942 года. Получил первое письмо от Наденьки»

С товарищами он мало говорил о любви. Только когда кто-нибудь затевал разговор «о бабах», СОКОЛОВ поднимался и уходил.

А один раз резко сказал:

– Прекратите! Вы о женщинах ничего не знаете. Ни-че-го!

Говорившие замолчали.

И еще товарищи слышали, как он сказал Георгию ШАЛАНДИНУ, другу и однолетку, перед боем, в самый последний день жизни:

– Если что-нибудь, напиши. Запомнишь – Москва, Сокольники, дом 21. Впрочем… – он сразу улыбнулся и закончил: – Да ничего не случится!

А поднимаясь на танк, еще раз сказал:

– Москва, Сокольники, 21.

Он записывал в дневник самое важное, что произошло. Очень простая, ясная, прямая, как стрела, судьба: школа, комсомол, большое горе – смерть отца, большая любовь.

«1 сентября 1935 года. Поступил в школу в Москве».

«5 мая 1939 года. Принят в ряды ВЛКСМ школьным комсомольским собранием.»

«7 июня 1939 года. Получил комсомольский билет № 7044363»

«1 июля 1941 года. Мобилизован комсомолом на трудовой фронт в район Смоленск – Вязьма».

Записи о прочитанных книгах – Чернышевский, Герцен, Добролюбов, Белинский…

Адреса школьных товарищей и снова короткий календарь:

«9 марта 1942 года. Исполнилось 18 лет».

«17 марта 1942 года. В летчики не берут, буду танкистом. Сегодня поступил в Харьковское бронетанковое училище имени СТАЛИНА».

«9 ноября 1942 года. Присвоено звание лейтенанта».

«19 февраля 1943 года. Выехал на фронт».

«23 февраля 1943 года. Попал в первую гвардейскую танковую бригаду».

Ему было девятнадцать лет, когда он попал в бригаду.

Шел хмурый, холодный февраль. Ветер наметал огромные сугробы вокруг танка, выдувал тепло из землянок. А ему вспоминался теплый дом. Стоял перед глазами. Было хорошо и грустно: неужели опоздал, не войти в эту семью?

Одно за другим он узнавал «семейные предания» бригады.

Вот показали ему на высокого молчаливого танкиста – ШУСТОВА. И рассказали: в трудном бою танк, на котором ШУСТОВ шел в бой заряжающим, немцы подбили и зажгли; командиру танка Павлу КУЗЬМИНУ оторвало ногу; ШУСТОВ сел за рычаги и вывел из-под обстрела горящий, вот-вот готовый взорваться танк, подложив истекающего кровью друга на броню. Едва ШУСТОВ выскочил из танка, и санитары сняли КУЗЬМИНА, – танк взлетел на воздух.

Вот ГОРОДИЛИН. У него ранена рука. Врачи послали его в госпиталь. А он пешком добрался до своих и теперь каждый день, таясь от товарищей, уходит в лес; несмотря на адскую боль, делает гимнастику, поднимает тяжести и говорит: «Я заставлю руку работать. Я буду воевать».

СОКОЛОВ познакомился с ГОРЕЛОВЫМ, командиром бригады. Появится этот высокий, крепкий человек, чуть прихрамывая, опираясь на палочку, обойдет танки – и сразу станет покойно на душе.

Теперь СОКОЛОВУ часто казалось, будто он прошел с бригадой весь ее путь. Воевал под МОСКВОЙ, был рядом с Александром БУРДА, когда он совершал свои подвиги, рядом с ЛЮБУШКИНЫМ, уничтожившим пятью снарядами пять танков. Был в строю, преградившем путь ГУДЕРИАНУ, остановившем ОРЕЛ, в строю, который никогда не отступал.

… Это было весной. Танкисты жили в зеленых, поросших леском соловьиных оврагах. Ночью проснешься – тишина, как будто кончилось боевое время. Георгий ШАЛАНДИН тоже не спит.

– Как ты думаешь, где мы будем будущей весной? – спросил он.

СОКОЛОВ не отвечает, думает. Землянка большая, ночью холодновато. Горят, лениво потрескивая, дрова в большой бензиновой бочке, превращенной в печь. СОКОЛОВ думает о том, что надвигается большое. Настоящая жизнь. То, к чему он готовился.

В эти дни СОКОЛОВ записал в своей книжке несколько очень дорогих ему строк:

«… Важно только одно: любить народ, Родину, служить им сердцем, душой. Работайте, учитесь и учите других».

И внизу, рядом с аккуратным чертежом и формулами стрельбы из танка с хода по неподвижным целям, торопливо карандашом приписал:

«Мне не страшно умирать, товарищи. Это счастье – умереть за свой народ. /Зоя КОСМОДЕМЬЯНСКАЯ/»

… Уже подали команду. Заводили моторы. СОКОЛОВ поднялся на машину. Она рванулась с места, набирая скорость. Зеленые овраги, мирные соловьиные рощи промелькнули мимо, точно прощаясь. Бой надвинулся неожиданно и грозно. Все горело кругом, дым поднимался над опаленной землей. Горящие самолеты, обломки танков, трупы.

Немецкие танки шли из-за пригорка, стараясь зайти в тыл. Надо было остановить их, 80 вражеских танков! Немецкие самолеты волна за волной поддерживали атаку. СОКОЛОВ дрался рядом с ШАЛАНДИНЫМ, и от того, что товарищ был так близко, было веселее. Враг обходил строй с фланга. Надо было следить за воздухом и землей. Все горело кругом от разрывов. Танк маневрировал между бомбовыми воронками, продолжая бой. Горели шестнадцать немецких машин, но из-за сплошной завесы дыма и огня прорывались новые немецкие танки.

СОКОЛОВ подбил еще два танка, увидел, что немцы, не выдержав, откатились, хотел отойти вправо, но попал в беду: танк очутился в яме и не мог выбраться.

Машина превратилась в мишень. Немцы снова пошли в атаку.

Лейтенант ШАЛАНДИН бросился выручать друга. Под смертельным огнем командир башни Петя ЕЛЕФИН выскочил из танка и тросом зацепил машину СОКОЛОВА. Рванули. Трос сорвался. Танки врага приближались с каждой секундой.

Тогда на перерез двинулась машина БОЧКОВСКОГО – командира роты. ШАЛАНДИН один сдерживал атаку, а два танка под командованием БОЧКОВСКОГО старались вытащить машину СОКОЛОВА. Немцы били в упор. Танк БОЧКОВСКОГО загорелся. Была потеряна последняя надежда на спасение. Неподвижная, окруженная врагами машина СОКОЛОВА продолжала бой. В последний раз ударило орудие СОКОЛОВА, точно повторив слова, утром записанные в дневнике: «Это счастье – умереть за свой народ».

Экипаж погибал, но уже прошел самый страшный час боя. Атака врага задыхалась. Скоро за танками по опаленному, черному полю боя пошла в наступление наша пехота. Армия шла через ворота, пробитые Юрием СОКОЛОВЫМ, Владимиром ШАЛАНДИНЫМ и их товарищами.

… Больше тысячи километров прошла бригада от святых мест, где сражался и погиб Юрий СОКОЛОВ. Он погиб, но жива бригада, и от человека к человеку, от сердца к сердцу перейдет память о комсомольце, отдавшем Родине все, что он имел, всю силу своей души, всю волю молодого сталинского поколения к свету, к разумной и чистой жизни.

«Комсомольская правда» от 9 августа 1944 г.

 

Подготовил к печати – /В. СМИРНОВ/

В ПЕЧАТЬ:

 

---

 

АРТИЛЛЕРИСТ ПЕТР ЕМУРАНОВ

 

6 июля в 7 часов утра немцы дошли до высоты 285,0, здесь занимал оборону 451 мотострелковый батальон 3-й механизированной бригады. Истребительная противотанковая батарея ЕМУРАНОВА стояла на огневой позиции между стыками стрелковых рот, где наседал противник танками и авиацией с воздуха.

Батареей командовал испытанный в бою лейтенант ЕМУРАНОВ. Когда танки противника подошли на прямой выстрел, ЕМУРАНОВ скомандовал открыть огонь. Вскоре один вражеский танк был подожжен. Но и немцам удалось уничтожить прислугу одного орудия. Видя такое дело, ЕМУРАНОВ стал сам за орудие и с дистанции 400 метров лично сжег три немецких танка. Танки подходили все ближе и ближе. Командир батареи, не меняя огневой позиции, вел огонь до последнего снаряда и уничтожил еще два танка. После этого танки остановились, но тотчас же по батарее противник открыл ураганный огонь из минометов. Лейтенант ЕМУРАНОВ героически погиб у орудия.

 

Начальник штаба

Гвардии старший лейтенант КЛЕНИН.

 

Подготовил к печати: – /П. СКВЕРНЮКОВ/

 

В ПЕЧАТЬ: /подпись/

 

---

 

ГЕРОИЧЕСКИЙ ПОСТУПОК

 

5 июля 1943 года батальон занял оборону западнее деревни ПОКРОВКА. Противник продвигался вперед. 7 июля при сильной поддержке авиации немцы подошли к нашему участку. Завязался крепкий бой. Батальон нес большие потери. К исходу дня линия обороны была прорвана и неприятельские танки вышли в район КП.

Огнем нашей артиллерии один танк противника был подбит.

Экипаж танка выпрыгнул из машины и пошел в направлении КП. Увидев вражеских танкистов, гвардии красноармеец ПЕХТЕЛЕВ вылез из окопа и пополз навстречу экипажу. Немцы открыли автоматный огонь. ПЕХТЕЛЕВ быстрым броском вперед подбежал на 15-20 метров к немцам и одну за другой бросил две гранаты. 3 немца были убиты, два остальных пытались бежать. Но меткая очередь из автомата ПЕХТЕЛЕВА скосила их насмерть.

За героический поступок ПЕХТЕЛЕВ был награжден медалью «За отвагу».

 

Командир батальона

Гв. капитан – Р. ОСИПОВ.

 

Подготовил к печати: /П. СКВЕРНЮКОВ/

 

В ПЕЧАТЬ: /подпись/

 

---

 

ЗА БАТЬКУ

 

Приход почтальона, как и всегда, был встречен восторженно и шумно:

– Ну, Антоша, кому сегодня в своей сумке счастье принес?

– Выкладывай, Антоша, выкладывай!

– Говори сразу: мне пять или десять?

– А розовый конвертик не забыл принести? – наперебой спрашивали офицеры военного экспедитора. Тот по обыкновению поднял руку, чтобы водворить тишину, но не по обыкновению сказал:

– Сегодня только одному, гвардии лейтенанту ПУТЯТОВУ! Последовало девять вздохов огорчения. Все уселись на нары. ПУТЯТОВ распечатал письмо.

– Ну, что ж читай! – уныло промолвил один из офицеров.

– Да это ж от батьки! – как бы в свое оправдание сказал ПУТЯТОВ.

– А не всели равно от кого – фронтовой закон знаешь: все письма – вслух!

– Да, да вы уж пожалуйста не нарушайте воинской дисциплины товарищ гвардии лейтенант!

– Посчастливило, так уж и жадничаешь! – со всех сторон посыпались шутливые реплики. ПУТЯТОВ принялся читать:

«Дорогой сын!

Во первых строках своего письма от души хочу тебя поблагодарить. Спасибо, тебе сын мой, прямо скажу, спасибо, отомстил ты гадам немцам на славу и за себя, и за меня старого, и за всех.

Приезжал до нас офицер один ваш. Он то мне и поведал о делах твоих славных…»

– Виноват, одну минуточку, – перебил ПУТЯТОВА лейтенант с красивым юным лицом.

– Требуется разъяснение – о каких делах идет речь?

– Да это все о боях на КУРСКОЙ дуге. Вас тогда в нашей части еще не было – пояснил ПУТЯТОВ.

– Вот, вот именно поэтому и требуется разъяснения! – с нарочитой серьезностью настаивал юный лейтенант.

– Ну, поскольку от вас не отвяжешься – с улыбкой сказал ПУТЯТОВ, – тогда слушайте:

– В марте месяце прошлого года, отступая, немцы угнали моего отца на каторгу в Германию. В июне я получил от матери письмо, в котором она сообщила мне о своем домашнем горе и попросила /так, как это умеют делать матери/, попросила отомстить немцам. Ну, отца своего, надо вам сказать, я очень люблю. Славный он у меня старик, мудрый. На селе его так и звали всегда: «Нил Мудрый». Немцы хотели его старостой поставить, поскольку вся деревня его уважала, а он ни в какую: «не хочу, говорит, служить тем, кто мою Родину пришел грабить!» – так прямо и отвечал немцам. Уж как они его не били, не пытали – не согласился. Тогда они его угнали в Германию. Вот об этом-то и написала мне мать. Как прочитал я письмо, так и поклялся перед ним, мстить за своего отца до последнего дыхания. Как раз тут июльские бои начались, а я был в резерве. Но был у меня друг – лейтенант ЧЕРКАСЕНКО. Вот я на его танке все время и ездил потихоньку от начальства, пятым человеком. А потом случилось так, что ЧЕРКАСЕНКО люком руку прижало. Отправили его в госпиталь, а взвод мне передали. Вот и стал я командовать. Выдвинулись мы, помню к деревне ВЕРХОПЕНЬЕ. Там ожидался основной удар немцев. Окопались как следует, запасные позиции подготовили, установили наблюдение, распределили сектора обстрелов и стоим. Моя машина была самой крайней на правом фланге. В 14.00 8-го июля немцы начали действия на нашем участке. Смотрю это я, правее меня движутся пять немецких танков: четыре средних и один «Тигр». А за ним до трехсот человек пехоты. Пропустил я немецкие танки-то, так чтобы оказаться у них на фланге и открыл огонь. Головной танк поджег с первого выстрела, потом второй поджег. Остальные развернулись было, да назад. Тут я в хвост еще по одному ударил – поджег и этот. Хотел было еще один подбить, да вижу пехота мою машину окружает. Заряжаю шрапнельным; бью по пехоте. Тремя снарядами сразу человек пятьдесят уложил. Остальные подбежали к машине уже метров на сорок. Я за пулемет – очередями человек сто насмерть скосил, остальных залечь заставил. Тем временем передвинулся на запасную позицию и вновь ударил из пушки несколько раз по пехоте. Немцы подхватились, да назад. Таким образом первую атаку отбил. Через полтора часа немцы предприняли новое наступление. Правее меня пошли два «Тигра», с фронта ринулись прямо на меня две самоходки типа «Фердинанд», а из лощины опять стала подбираться пехота. Я приказал радисту снять лобовой пулемет и заняться с пехотой, а сам слежу за «Тиграми». Пропустил их опять так, что они оказались ко мне бортами и тремя выстрелами поджег их обоих. Теперь слежу за самоходками. От напряжения голова того и гляди пополам рассыплется, ноги уже подкашиваются, руки не слушаются. Но нет, думаю, дал клятву отомстить за отца, так уж мсти, из последних сил выбивайся, но мсти! Долго я вел перестрелку с самоходками. Вдруг один из снарядов угодил в мою машину и вызвал пожар. Я не растерялся – схватил огнетушитель и сбил пламя. Посмотрел в триплекс, а самоходки назад разворачиваются – видно, как заметили дым на моем танке – так решили, что со мной, мол дело кончено и хотели уже перекочевать на правый фланг. Я зарядил пушку бронебойным и ударил в корму заднему «Фердинанду». Смотрю остановился и «Фердинанд». Я второй раз ударил – поджег его. Тем временем мой радист отбил все атаки пехоты. Так немцы на нашем участке и не прорвались.

Потом, когда меня расспрашивали об этом случае, я всегда говорил, что это я за отца мстил.

А отец-то мой в один из налетов английской авиации, когда часовые разбежались, удрал с каторги. Одел немецкую форму и вернулся на Родину, к партизанам ушел. Ну, а теперь в родном колхозе опять работает.

– Вот, собственно, вся и история.

 

Записал В. ЖЕЛТОВ

 

Подготовил к печати /П. СКВЕРНЮКОВ/

В ПЕЧАТЬ:

ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР

Гв. Генерал-Лейтенант т/в /Н. ПОПЕЛЬ/

 

ЗАМ. ГЛАВНОГО РЕДАКТОРА

Гв. Генерал-Лейтенант /М. ШАЛИН/

 

Члены редколлегии: /подпись/

«   » декабря 1944 года.

 

---

 

Старший лейтенант Н. КРАСЮК

 

КОМСОРГ АВАК АНТЫНЯН

 

Сержант Авак АНТЫНЯН – один из тех, которых с гордостью называют – бывалый воин. Разноцветная нашивка на груди – знак трех ранений – свидетельствует об участии сержанта во многих боях. Он сражался с немецкими оккупантами под ЛЕНИНГРАДОМ, в степях УКРАИНЫ, в КАЛИНИНСКИХ лесах.

Когда АНТЫНЯН прибыл в истребительную батарею лейтенанта ПОГРЕБНЯКА, бойцы его полюбили как-то особенно, прислушивались к каждому слову и совету. АНТЫНЯНА назначили комсоргом. Бойцы-комсомольцы обращались к своему вожаку, как первому советчику, опытному наставнику и другу.

Начались жаркие бои. АНТЫНЯН из опыта знал, что в горячке боя не всегда можно встречаться с комсомольцами, побеседовать с ними. Почти перед самой атакой врага он собрал членов президиума комсомольской организации.

В окоп к командиру пришли младший сержант БОВЫКИН, красноармейцы ЩЕРБАКОВ, КОЛОМЕЕЦ и БЕЛКИН. Здесь АНТЫНЯН проинструктировал их как вести работу в своих расчетах, дал полезные советы, расспросил о комсомольцах. После этого они разошлись по местам и там готовили комсомольцев к предстоящему бою.

АНТЫНЯН обошел все расчеты. Комсомольцы БЕЛЯКОВ и МУРАШОВ впервые в бою – они испытывали затаенное чувство робости.

– Как самочувствие, ребята! – спросил у них комсорг.

В этот момент поблизости разорвался снаряд. Красноармейцы шарахнулись в укрытие.

– Укрываться нужно, но теряться нельзя, каждому снаряду покоряться не стоит, – говорил АНТОНЯН.

Бойцы посмотрели на спокойное выражение лица комсорга и тоже приободрились. БЕЛКОВ покраснел за свою слабость, за то неприятное чувство, которое нарушило равновесие души.

– Ничего, обстреляетесь, будете осторожными, но смелыми, а смелого пуля боится и штык не берет.

Комсорг вернулся в свой расчет. Первый эшелон немецких бомбардировщиков развернулся над районом огневых позиций батареи и сбросил груз. Бомбы, падая, дико выли, земля вздрагивала от разрывов, едкий дым полз в окопы и дышать в них становилось тяжело.

Когда бомбардировщики улетели, комсорг опять пошел по траншеям.

Он снова подошел к молодым бойцам, поговорил с ними.

После авиационной обработки в атаку пошли немецкие танки. Артиллеристы замерли, танки с каждой минутой приближались к рубежу, но здесь было тихо и безлюдно. Бойцы сидели у орудий и держались за лафеты, чтобы в нужную минуту выкатить их на открытую позицию.

Танки уже были на расстоянии полукилометра, расчет АНТЫНЯНА выдвинул пушку на огневую площадку, наводчик ЩЕРБАКОВ слился с панорамой, прицелился. Раздался первый выстрел. Танк только вильнул в сторону, но продолжал двигаться. ЩЕРБАКОВ снова навел орудие, выстрел повторился, «Тигр» запылал.

Со всех сторон гремели выстрелы, комсомольцы били точно. Противник напоролся на огневую стену. Уже горит несколько вражеских машин. Комсомолец – наводчик ПАРХУНОВ поджег четыре танка противника.

АНТЫНЯН узнал о подвиге ПАРХУНОВА от командира батареи и передал об этом в соседний расчет. Известие облетело все орудия. Артиллеристы с еще большим азартом громили стальную лавину оккупантов.

Вражеский снаряд угодил в орудие старшего сержанта ПЕКАРЯ, вывел из строя весь состав расчета. Комсомольцы ДМИТРИЕНКО и БЕКМУХАМЕДОВ погибли смертью героев. Теперь стало еще тяжелее.

– Комсомольцы! Бей врага, огонь по гадам! – крикнул комсорг.

Охваченные пламенем священной ненависти к врагу, артиллеристы беспощадно уничтожали его. Один танк прорвался к линии обороны и пошел на орудие, где наводчиком был комсомолец БАЛКИН. Отважный артиллерист не дрогнул – он в упор ударил по танку и остановил его. Орудие немецкого танка изрыгнуло огонь и БАЛКИНА осколком смертельно ранило.

Бой становился все тяжелее. Разъяренные гитлеровцы бросались на горстку советских храбрецов. Но артиллеристы ЩЕРБАКОВ, БИТКОВ, СУЛТАНОВ и другие, как вкопанные стояли на месте, презирая смерть, отбивали натиск врага.

Обливаясь потом, комсорг умело бил по вражеским танкам, личным примером зажигал остальных бойцов, звал их биться до конца.

Немцы отступали. Все поле чернело от дыма. Над вражескими танками полыхало пламя. АНТЫНЯН вытер рукавом запыленной гимнастерки потное лицо и сказал:

– Выдержали, будьте готовы отразить новые атаки!

Но он уже был уверен, что его комсомольцы сумеют постоять, не пропустят врага.

 

Подготовил к печати – /подпись/

В ПЕЧАТЬ:

ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР

Гв. Генерал-Лейтенант т/в /Н. ПОПЕЛЬ/

 

ЗАМ. ГЛАВНОГО РЕДАКТОРА

Гв. Генерал-Лейтенант /М. ШАЛИН/

 

Члены редколлегии: /подпись/

«   » декабря 1944 г.

 

---

 

Старший сержант Г. РАМАЗАНОВ

 

ВОИНЫ ВЕЛИКОГО СОВЕТСКОГО БРАТСТВА

 

С ненавистью к врагу и любовью к своей Родине сражаются с немецко-фашистскими оккупантами бойцы всех братских национальностей Советской страны. Русский и казах, украинец и татарин, чуваш и белорус – все войны живут одними мыслями и думами – не дать врагу ни одного вершка Русской земли, отстоять честь и независимость своей отчизны.

На узкий участок обороны подразделения старшего лейтенанта ЖИДКОВА враг бросил больше 50 танков. Подход их к нашим позициям прикрывала другая группа танков. Оккупанты подошли совсем близко. Длинный немец поднялся из-за танка и на ломаном языке крикнул:

– Рус, иди к нам, а то раздавим.

– Не пройдешь, гад, – крикнул в ответ сержант МЕЗЕНЦЕВ. Ручной пулеметчик узбек ИШМУРАТОВ, горя ненавистью к немецкому бандиту, дал по нему длинную очередь из пулемета. Гитлеровец опустился в башню и больше не показывался.

Начался жаркий бой. Все бойцы плечом к плечу сражались мужественно с лавиной вражеских машин, поддержанных пехотой. Красноармеец ИШМУРАТОВ подпустил немецких автоматчиков на сто метров и начал косить их из пулемета. Он быстро менял место своего расположения, заходил с той стороны, откуда было удобнее, и уничтожал фашистских разбойников.

С другого фланга подходили немецкие танки. Артиллерист АФАНАСЬЕВ, танкист татарин МУХУТДИНОВ, башнер ФАЙЗУЛИН метко и умело били по врагу. Они в упор расстреливали немецкие «Тигры». Лейтенант Хассан МУХУТДИНОВ поджег в этой схватке один «Т-VI», один средний танк и разбил две автомашины с пехотой противника.

Комсомолец АБДУЛИН, исправив повреждение телефонной линии, возвращался на КП. В это время немцы предприняли новую атаку. АБДУЛИН присоединился к бойцам, защищавшим рубеж. Он лежал на бруствере окопа и метко, спокойно уничтожал бандитов. Девять головорезов уничтожил АБДУЛИН, а когда атака была отбита, он снова пошел осматривать телефонную линию.

В самый напряженный момент боя один командир взвода вышел из строя. Неопытные бойцы растерялись, огонь их ослаб. Пользуясь этим, немцы пошли в атаку.

– Взвод; слушай мою команду! – раздался твердый голос младшего сержанта АХМАТОВА.

Все бойцы выполняли волю нового командира. Затрещали ручные пулеметы, каждый воин подготовил гранаты и готов был драться до последнего вздоха, умереть, но не пропустить врага. Атака немцев была сорвана.

Так храбро и мужественно, плечом к плечу сражаются за свою Родину воины всех национальностей великой многонациональной семьи Советской страны. Эту дружбу народов ничем не разобьешь, не разрушишь. Об нее, как о несокрушимую стену, разбиваются все атаки немцев.

 

Подготовил к печати – /подпись/

В ПЕЧАТЬ:

ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР

Гв. Генерал-Лейтенант т/в /Н. ПОПЕЛЬ/

 

ЗАМ. ГЛАВНОГО РЕДАКТОРА

Гв. Генерал-Лейтенант /М. ШАЛИН/

 

Члены редколлегии: /подпись/

 

---

 

Майор – А. СЛАЩЕВ

 

ЛИСТОВКИ «ПЕРЕДАЙ ПО ЦЕПИ»

 

Листовки «Передай по цепи» выпускались в бою работниками политотделов, заместителями командиров батальонов полков по политчасти, парторгами и комсоргами, членами партбюро и агитаторами.

Листовки писались от руки, или печатались на машинке, а впоследствии заготовлялись на специальных бланках, которые красиво оформлялись и печатались в типографиях, а после рассылались по частям. В этот листок достаточно было вписать фамилию отличившегося в бою и коротко описать его подвиг и после этого можно было в бою распространять по подразделениям.

Какового было содержание такого листка?

Для примера приведем одну из таких листовок, выпущенных в бою политотделом 64 танковой бригады.

«Героический подвиг совершил сегодня, 26 марта 1944 г. гвардии лейтенант НИКИТИН, вместе со своим экипажем – механиком-водителем ВОЛКОВЫМ, стрелком радистом ЗУЛИНЫМ и командиром башни ГОЛЕНКО. Метким попаданием он разбил паровоз прибывшего на станцию эшелона с танками. Когда танки, разгрузившись, направлялись колонной по шоссе, тов. НИКИТИН открыл по ним огонь. От первого снаряда загорелся танк «Пантер». Следовавший за ним второй фашистский «Тигр» пытался обогнать головную машину, но сполз под откос. Еще один снаряд и «Тигр» запылал. Образовалась пробка. Этим воспользовался НИКИТИН. Один за другим посылал он снаряды во вражеские машины.

В течение нескольких минут, он поджег семь танков.

Тов. НИКИТИН пал геройской смертью в этой неравной схватке. Вечная память Герою!

– Танкист! Отомсти за своего боевого товарища!

Крепче бей немца! Действуй так, как действовал Никитин!

ПОЛИТОТДЕЛ»

«Боевые листки» писались также и заместителями командиров по политчасти.

Три дня в боях на КУРСКОЙ дуге, удерживала 4-я рота 2-го мотострелкового батальона, 21 мех. бригады, под командованием старшего лейтенанта КАРПУХИНА, переправу через реку Пена. Бойцы дрались, не зная отдыха ни днем, ни ночью. Удивительна была стойкость этих людей.

Заместитель командира батальона по политической части, старший лейтенант тов. РЕПНОЙ написал об этом листок «Передай по цепи». 7 июля в самый разгар боя бойцы читали небольшой листок, аккуратно написанный химическим карандашом с надписью: «прочти и передай товарищу».

Приводим полностью его содержание:

«УПОРСТВО ПЛЮС СТОЙКОСТЬ – ПОБЕДА!

Фашисты не прошли!

Слава роте старшего лейтенанта КАРПУХИНА. Днем и ночью третий день сдерживает натиск фашистов и их бронированных армад рота старшего лейтенанта КАРПУХИНА. Девять атак отбила рота за два дня и ночи и не отступила ни на шаг. Около ста трупов оставили немцы на поле боя. Подбито три, сожжен один танк врага. Бойцы МЕЗЕНЦЕВ, БУРДЫЙ, ШУРБИН и КОРОЛЬКОВ, каждый убил по 5-12 немцев.

Чудо-богатыри! Родина гордится вашей стойкостью! Слава вам – Русские герои!

Деритесь так, как бойцы старшего лейтенанта КАРПУХИНА!»

Листки эти писали парторги и комсорги.

В бою за деревню КЛЕНОВОЕ особо отличился комсомолец сержант МЕЗЕНЦЕВ. Он один из первых ворвался в село и увлек за собой многих бойцов. В этом бою он уничтожил из автомата 12 немцев.

Командир взвода младший лейтенант ВИЛЕНЧИК, будучи в обороне у дер. ПАВЛОВО, руководя своим взводом, отбил четыре крупных атаки немцев и уничтожил до 50 немецких солдат.

Об этих двух событиях, парторг написал листки «передай по цепи», которые быстро обошли все подразделения.

25 декабря 1943 года в хуторе МАШАРИНО комсомолец НЕМЦЕВ, первым ворвался в оборону противника и гранатами уничтожил семь немцев, а двух солдат и одного офицера взял в плен. Комсорг батальона – гвардии лейтенант РУДЕНКО написал об этом листок и передал по цепи.

В одном из боев комсорг роты 19 механизированной бригады ТРОИЦКИЙ убил немецкого пулеметчика и, захватив пулемет, открыл из него огонь по немцам. Комсорг ЛЮБОВИЦКИЙ описал его подвиг в быстро сделанном листке «передай по цепи» и направил его в подразделения. Листок переходил из рук в руки и, таким образом, очень скоро обошел весь батальон.

Бывали случаи, когда листки выпускались агитаторами подразделений.

В 20-й мех. бригаде первый листок «Передай по цепи» был выпущен агитатором 451 мотострелкового батальона ПОЛОНСКИМ. В этом листке ПОЛОНСКИЙ описывал подвиг санинструктора МИРОНЧУКА, который вынес с поля боя и эвакуировал в госпиталь 40 человек раненых. Однажды пробираясь с раненым, МИРОНЧУК встретился с группой немцев в 9 человек. Он вступил с ними в бой, четырех убил, а трое убежали. В листовке ПОЛОНСКИЙ призывал бойцов подражать героическому поступку МИРОНЧУКА.

Другой агитатор старший сержант БЛАГОВЕСТКОВ член ВКП/б/ выпустил листок о подвиге старшины ГРЯЗНОВА. В бою за дер. МАКАРОВКА, ГРЯЗНОВ забрался на крышу дома, в котором находились немцы, бросил в дом гранату, ГРЯЗНОВ убил шесть немецких солдат, а пятерых взял в плен. БЛАГОВЕСТКОВ в листке указывал, что ГРЯЗНОВ за проявленную отвагу представлен к Правительственной награде и призывал личный состав следовать примеру ГРЯЗНОВА.

 

---

 

ГВАРДИИ ГЕНЕРАЛ-МАЙОР АЛЕКСЕЙ
ГЕОРГИЕВИЧ ЖУРАВЛЕВ

 

Алексей Георгиевич ЖУРАВЛЕВ родился в 1905 году в городе ТУЛА в семье оружейника. Мало радостей видел он в детстве. На третьем году обучения нужда заставила его бросить школу. Мальчик пошел на заработки. Сначала был разносчиком газет, чернорабочим, учеником-токарем, а потом ему удалось устроиться в библиотеку. Усердно работал Алеша. Днем он перебирал книги, смахивал с них пыль, тщательно устанавливал их на полках, а ночью пристраивался где-нибудь и читал. Читал жадно, забывая о сне, целиком погружаясь в тот необъемлемый мир, который раскрывали перед ним книги. Так он восполнил свои знания, затем окончил вечернюю школу и поступил в университет Советского права.

В 1929 году А.Г. ЖУРАВЛЕВ был принят в партию и через два года мобилизован на политработу в Красную Армию, где последовательно вырос от политрука роты до начальника политотдела армии.

В начале Отечественной войны Алексей Георгиевич был назначен начальником политотдела 50 армии, которой пришлось принять первые удары, хлынувших через границу полчищ врага. Стойко обороняли свои рубежи советские воины, но превосходящий противник обошел части 50 армии с флангов и взял их в кольцо. ЖУРАВЛЕВ организовал отряд, который пробиваясь к МИНСКУ, внезапными налетами громил передвигавшиеся по дорогам колонны гитлеровцев, нанося им большой ущерб в технике и в людях.

Исключительную храбрость, выносливость и умение руководить людьми проявил в эти грозные дни полковой комиссар ЖУРАВЛЕВ. Он вдохновлял людей своим большевистским словом, водил их в атаку, с ними вместе лежал в окопах. И, когда был ранен, не позволил бойцам нести его на носилках, опираясь на палку, шел пешком и продолжал командовать. За вывод отряда из окружения Алексей Георгиевич был награжден орденом Красного Знамени.

В январе 1942 года ЖУРАВЛЕВА назначили начальником политотдела 29-й армии, которая, освободив КАЛИНИН, устремилась в обход города РЖЕВ, но в результате предпринятой немцами контратаки оказалась в тактически-невыгодном положении. Некоторые части ее были взяты противником в кольцо. В штабах нарушилось управление. ЖУРАВЛЕВ с небольшой группой политработников пробивается к отрезанным подразделениям и вновь руководит их выходом из окружения.

В феврале 1943 года на базе полевого управления 29-й армии и 3-го механизированного корпуса была сформирована 1-я танковая армия. Велик и славен ее путь, велик ее вклад в дело победы. И в этом – не малая заслуга Алексея Георгиевича ЖУРАВЛЕВА, как партийного руководителя, неустанно занимающегося воспитанием воинов. Во время боев он, как правило, находится на передовой, в горячие дни учебы – на полигонах, в землянках, всегда среди солдатских масс. Он знает солдатскую душу. Имея богатый опыт политработы, А.Г. ЖУРАВЛЕВ находит правильный подход к людям и воспитывает в них лучшие качества советских воинов: мужество, отвагу и беззаветную преданность Родине.

Высоко оценила страна заслуги Алексея Георгиевича. За годы Отечественной войны он награжден тремя орденами Красного Знамени и орденом Кутузова II степени. В августе 1944 года ему было присвоено звание генерал-майора.

 

Подготовил к печати – /В. ЖЕЛТОВ/

В ПЕЧАТЬ:

 

---

 

ГЕРОИ БОЕВ НА КУРСКОЙ ДУГЕ

 

---

 

В. СМИРНОВ

 

ГЕРОИ ИЮЛЬСКОЙ БИТВЫ

 

Июльские бои сорок третьего года войдут в историю Великой Отечественной войны нашего народа с немецким фашизмом, как легендарный памятник железной стойкости, беспримерной отваги и зрелого военного мастерства солдат, офицеров и генералов Красной армии. Бронированным кулаком своих отборных дивизий, в большинстве танковых, авиацией, стянутой чуть ли не со всей Европы, пресловутыми «Тиграми» пытался немец пробить себе путь на восток. Враг рассчитывал в два дня быть в КУРСКЕ, окружив и уничтожив наши части.

Не вышло! Точно в былине поднялись и загородили немцам дорогу советские чудо-богатыри. Родина выковала им непроницаемые щиты-танки, вооружила первоклассными пушками, могучими крыльями наградила своих соколов. Нерушимую веру в себя, в свои силы вдохнула она в орлиные души каждого воина, неугасимым пламенем жгучей, испепеляющей ненависти к врагу зажгла благородные сердца.

И выстояли богатыри перед немецким «чудищем». Десять дней продолжалась ожесточеннейшая битва под БЕЛГОРОДОМ, беспримерная в истории войн. В этой битве немеркнущую славу завоевали танкисты, артиллеристы, автоматчики Первой Танковой Армии, сочетавшие невиданную отвагу и мужество с подлинным искусством побеждать врага наверняка.

Мы хотим рассказать о некоторых из них, орлах наших, не пожалевших ни крови своей, ни жизни за родную землю, за народ, за его счастье.

 

АРТИЛЛЕРИСТ ГАГКАЕВ

 

Пятого июля, в три часа утра, командир батареи истребительного противотанкового полка старший лейтенант ГАГКАЕВ очнулся от грохота, который потряс блиндаж. Сыпалась земля из-под бревен, накат дрожал и ходил над головой. Грохот чередовался с противным, знакомым воем пикирующих самолетов и падающих авиабомб.

ГАГКАЕВ выскочил из блиндажа.

В высоком сиреневом утреннем небе кружили, как воронье, немецкие самолеты. На весь участок обороны, занимаемый пехотой, которую поддерживал истребительный противотанковый полк, сыпались как из решета бомбы и земляные смерчи вздымались со всех сторон.

– Приготовиться! – крикнул ГАГКАЕВ, подбегая к своей батарее, расположенной на скатах высоты.

– Все готово, товарищ старший лейтенант, – отозвались, стараясь перекричать грохот, командиры взводов, не отнимая от глаз биноклей. Расчеты застыли возле пушек. Авиабомбы падали рядом, были уже первые раненые. Белели повязки, пятна крови казались на них черными.

ГАГКАЕВ поднял бинокль. Вспышки артиллерийских залпов полыхали по всей линии немцев. К грохоту авиабомб присоединялись разрывы снарядов и мин. Трассирующие пули чертили воздух огненными нитями.

То, чего ждал ГАГКАЕВ все последние дни, началось. Сосредоточив огромные силы, немцы перешли в наступление. Артиллерийский налет и массированные удары авиации были лишь прелюдией. Следовало ожидать танки.

Они появились в балке, перед высотой. В бинокль хорошо были видны рыжие, длинные танки с белыми крестами, окаймленными, как смертью, черным. Они ползли первыми и тяжело ворочались хоботы их орудий.

«Вот они, так называемые «Тигры»» – сразу же догадался ГАГКАЕВ. За ними шли средние и легкие танки. Подавив волнение, ГАГКАЕВ медленно и аккуратно сосчитал. На участок батареи двигалось тридцать пять танков.

А справа и слева, где находились соседние батареи РАТУШНЯКА и ЧУМАКА, показались новые лавины бронированных вражеских машин.

ГАГКАЕВ не мог знать всего, что делалось на участке фронта под БЕЛГОРОДОМ, куда немцы бросили основные свои силы, да ему и некогда было об этом думать, но он догадывался, что главный удар где-то здесь, направленный на ОБОЯНЬ, на КУРСК, на МОСКВУ. И этот удар должны были принять он и его товарищи, умереть, но не пропустить врага. ГАГКАЕВ был комсомолец и презирал смерть.

«Умереть – легко, выстоять – труднее» – подумал он, оглядываясь на горсточку товарищей, командиров и бойцов, засыпанных землей от взрывов.

Они не видели его вопросительного взгляда и ни чем не ответили ему, но по той твердости и уверенности, с которой они, славные ребята, не обращая внимания на авиабомбы, снаряды и мины, располагались возле своих пушек, готовые по первому его знаку открыть огонь, ГАГКАЕВ просто сказал себе: «Ничего. Выстоим.» Это же он повторил и командиру полка подполковнику КОТЕНКО, когда тот по радио запросил, как идут дела.

Взошло солнце. Черный дым стлался вместе с туманом по росистым полям, зеленым балкам, по золотому приволью спеющей пшеницы и ржи. Горели села, подожженные вражеской авиацией. И глядя на все это, родное, уничтожаемое врагом, темнели от ненависти и гнева глаза бойцов, руки сами тянулись к пушкам. Но приказа стрелять не поступало, командир батареи не отрывался от бинокля, надо ждать и это было мучительно тяжело.

Второй час немецкая авиация и артиллерия «обрабатывали» участок обороны ГАГКАЕВА. Казалось, не было метра земли, куда бы не упал свистящий осколок снаряда или бомбы. Немцы не хотели верить, что здесь осталось что-либо живое. Поэтому лавина танков, с открытыми люками, предводительствуемая «Тиграми», катилась ровно, соблюдая интервалы между машинами, как на параде. Молчали пушки. Враг не хотел тратить по-пустому, мертвому пространству ни одного снаряда.

Развороченная, черная земля лежала перед немцами. Фашистские танки ступили на нее, как хозяева.

И вдруг, с фланга, на них обрушился ливень огня. Первыми ожили пехотинцы – бронебойщики. Длинные противотанковые ружья высунулись из щелей и воронок. После грома тяжелых немецких снарядов и авиабомб, эти выстрелы прозвучали, как хлопки. Но уже загорелось несколько танков. Тогда часто и страшно заговорила батарея ГАГКАЕВА. И ее смертельную скороговорку дружно подхватили пушки РАТУШНЯКА и ЧУМАКА…

Шесть дымных костров полыхало перед батареей ГАГКАЕВА. Такие же костры смрадно горели по краям высоты. Но из балки ползли новые танки, теперь уже вразнобой, с наглухо закрытыми люками, стреляя находу из пушек и пулеметов. За танками, пригнувшись, бежала пехота. Не считаясь с потерями, немцы озверело рвались вперед. Снова появилась авиация и точно «повисла» в воздухе. Гром побоища возрастал. Визжали невидимые болванки, отрывисто рвались мины, тяжко ухали снаряды и бомбы. Вихри земли и горячего воздуха проносились над высотой, глушили людей. Стало трудно командовать, в трех шагах ничего не было слышно.

Сколько прошло времени – никто не знал. Сквозь дым слабо светило солнце. Уже молчали две пушки ГАГКАЕВА. Расчеты их выполнили свой солдатский долг до конца. Смерть настигла ребят внезапно, и они лежали у исковерканных орудий, на зарядных ящиках, на железе сгоревших машин, точно и мертвые продолжая свой воинский подвиг.

У наводчика ФУРМАНОВА разбило панораму. Он смутился на миг, беспомощно оглянулся на командира батареи.

– Через ствол… прямой наводкой! – крикнул ГАГКАЕВ. Он хотел подбежать и показать, как это делается. Но большие, сильные руки ФУРМАНОВА уверенно легли на замок, открывая его. Наводчик прижался к отверстию ствола, поймал в сверкающий кружок, словно в панораму, ближний танк и выстрелил. И новый костер запылал возле батареи.

Дважды немцы окружали батарею ГАГКАЕВА и дважды откатывались в стороны, расстреливаемые в упор. Усач старшина КОЛЕСНИКОВ, ветеран гражданской войны, израсходовав все боеприпасы, обвязал себя противотанковыми гранатами и бросился под гусеницы «Тигра».

Наконец, в третий раз остатки героической батареи были окружены врагом. ГАГКАЕВА вызвали к рации. Он доложил командиру полка:

– Осталось два орудия. Машины сгорели. Кругом, на расстоянии 150-200 метров, фрицы…

Через несколько минут ГАГКАЕВ передал:

– Все орудия выведены из строя… Кольцо сжимается… Перехожу работать на ПТР.

– Иду на помощь, – радировал подполковник КОТЕНКО. – Иду на помощь… Держитесь, братья, до последнего вздоха.

– Есть, держаться, – ответил ГАГКАЕВ.

Он вернулся на батарею, черный от копоти и дыма. Тут, осколком ему раздробило нижнюю челюсть, он не мог говорить. Но он был комсомолец и не хотел признать себя побежденным. Обливаясь кровью, ГАГКАЕВ стал знаками подавать команды артиллеристам, ставшим бронебойщиками…

Помощь пришла. Битва продолжалась…

 

ГЕОРГИЙ БЕССАРАБОВ

 

На перекрестке двух дорог, ранним утром, произошел этот бой.

Еще накануне немцы рвались сюда. Хороши дороги на восток. Только загорожены бронью гвардейских танков. Не замок крепко-накрепко заперт. А ключ – у танкиста в сердце. Не отдаст, пока бьется оно, молодое, горячее.

Полыхали всю ночь вспышки авиабомб, потрясали взрывы тишину. Изуродовали воронки перекресток, живого места не оставили.

Вот и сунулись немцы вперед. Сотня танков, двумя колоннами, как на смотру. Устрашить хотели оставшихся в живых смельчаков «психической» атакой. Должно отшибло память у колбасников, забыли, что знакома она советскому человеку со времен ЧАПАЕВА.

Четыре гвардейские машины лейтенанта Георгия БЕССАРАБОВА с фланга ринулись врагу наперерез. Где-то, невидимые глазу, готовились к отпору соседи гвардейцы. Зорким взглядом окинул командир поле. Белесые, низкопосаженные на гусеницы, медленно ползли угловатые немецкие танки, вытянув, как хоботы, длинные стволы орудий.

– Черепахи! – сказал БЕССАРАБОВ.

– Похоже, – откликнулся башнер ЕЛЕСИН. Усмехнулись водитель ЕРЕМЕНКО и радист МАКСИМОВ. Удачно окрестил командир немецкий танк «Т-VI».

Однако, драться с ним приходилось впервые. Что-то скажет бронебойный советский снаряд?

В первый день боев Бессарабов не подбил ни одного «Тигра». Он сжег два «Т-VI» прямыми попаданиями в лобовую броню. Лобовая же часть брони «Тигров» выдерживала удары бронебойных снарядов. Значит, надо ударять не в лоб, а в бок черепахе, туда, где спрятаны баки с горючим. Можно еще в ходовую часть, в пушку, в командирскую башню. Но в бок, в белесое брюхо – вернее.

Немецкие танки шли, подставляя борта. Как раз то, что надо было. С шестисот метров взял на прицел БЕССАРАБОВ черепаху в бронированный пятнистый бок. Выстрелил. Пламя и дым окутали немца. Еще снаряд, и уже кричит сквозь грохот башнер ЕЛЕСИН:

– Горит!

Она и должна гореть, фашистская черепаха. Ведь делали снаряды гвардейцам – их отцы, жены, матери. Им ли ошибаться, сыновей, мужей своих подводить?!

Припал БЕССАРАБОВ к приборам. Совсем рядышком выполз еще бронированный гад. Развернул командир машину – и второй, радостный глазу и сердцу, костер запылал в поле.

А справа и слева гремели выстрелы боевых товарищей, соседей, друзей БЕССАРАБОВА.

Не вышло с «психической» атакой у немцев. Поворотили они вспять, вразброд. Авиацию кинули, снова полезли…

На этот раз «Тигр» почему-то оказался сзади. Он вылез из-за бугра в каких-нибудь 50 метрах. БЕССАРАБОВ торопливо повернул пушку, выстрелил почти в упор.

– Мимо! – кричит ЕЛЕСИН.

БЕССАРАБОВ и сам видел, что промазал, надо было сменить прицел, а он заторопился. И эта забывчивость и спешка дорого обошлась танкистам. Видели они, как пламя вылетело из длинного орудия «Тигра», и соседняя машина МАЛОРОССИЯНОВА задымила.

– Ах, гад! Ну, постой же!..

Бессарабов стремительно сменил прицел. И сжег тогда третью черепаху. Десятки немецких танков сожгли, подбили товарищи и соседи. Стал перекресток могилой врагу.

Нет дороги немцу на восток, есть только на запад. Укажут эту дорогу богатыри, сотни и тысячи БЕССАРАБОВЫХ. Будет она устлана грудами горелых черепах, пушек, трупами немцев. Хорошая дорога!

 

ВОЛЬДЕМАР ШАЛАНДИН

 

Они искали перед боем парторгов и передавали им написанные заявления. И хотя время стояло горячее, все торопились, но эти беленькие листочки бумаги, аккуратно вырванные из походных тетрадей, были заполнены любовно.

И каждый, вручая свое заявление парторгу, сдерживая волнение, коротко и страстно говорил:

– Хочу быть в партии… Большевиком сегодня пойду в бой!

Что можно было ответить на этот пламенный зов души и сердца? Слова казались лишними. Принимая заявления, парторги молча, крепко пожимали мужественные руки бесстрашных бойцов и командиров, бережно прятали в походные сумки эти знаки святой преданности коммунистической партии и советскому народу, лютой, праведной ненависти к врагу.

За утро в танковой роте гвардии капитана БОЧКОВСКОГО было подано не один десяток заявлений о приеме в ВКП/б/ и ВЛКСМ. Это было как бы первым ответом на штурм вражеской авиации, на злобный огонь немецких батарей, на черные тени неприятельских танков, замелькавших во ржи, по лощинам и балкам.

– Идут !.. – сдержанно доложил гвардии сержант ЗЕЛЕНИН.

– Средние и тяжелые, – добавил ЛЕКОМЦЕВ.

– Вижу, – спокойно ответил командир танка гвардии лейтенант Вольдемар ШАЛАНДИН, вглядываясь в свой молодой комсомольский экипаж. Первый раз ребятам встречаться с немцами, первый раз пробивать метким снарядом черную броню с белым крестом. Но он уверен в них, в комсомольцев, как в себя.

Пахло донником. Бескрайне широко лежали поля, отягощенные зеленью. Спели густая рожь и пшеница. Зацветали золотистыми дисками подсолнухи. Вся эта земля родимая, ее свободные русские люди, их труд и счастье виделись ШАЛАНДИНУ в тот час, когда показались немецкие танки.

Враг собрал все свои силы для прыжка. Массированным артиллерийским огнем, авиацией он штурмовал оборонительный рубеж. В перехваченном приказе гитлеровского командования хвастливо говорилось: «через два дня быть в КУРСКЕ. Что ж, пусть попробуют.

Справа и слева от ШАЛАНДИНА находятся друзья – старые гвардейские экипажи. Каждый из них поклялся драться не на жизнь, а насмерть. Не даром перед боем поданы заявления в партию. Большевиками хотят громить врага гвардейцы-танкисты.

– Выстоим? – спрашивает ШАЛАНДИН, щурясь.

– Выстоим! – отвечает ему экипаж.

– Ну так, за дело, ребятки!

Немецкие танки с хода открыли огонь. Хваленые «Тигры» первыми кинулись на гвардейцев. И два из них вскоре же навсегда остановились, пораженные меткими снарядами. Не выдержала «Тигровая» шкура. Лопнула. Достали молодые гвардейцы ШАЛАНДИНА огнем своим до немцев и разнесли их в клочья. Такая же участь постигла еще один немецкий танк. Остальные поспешно поворотили обратно. Перегруппировались, и снова кинулись, и опять откатились.

В этот июльский, тяжелый и длинный день не мало гвардейцев увенчало себя новой боевой славой. Комсорг роты гвардии лейтенант СОКОЛОВ перед боем записал в свой дневник пламенные слова Зои КОСМОДЕМЬЯНСКОЙ:

«Мне не страшно умереть, товарищи. Это счастье – умереть за свой народ». С именем легендарной советской девушки – патриотки пошел СОКОЛОВ в бой. И два немецких танка сгорели от его справедливой руки.

На долю комсомольского экипажа ШАЛАНДИНА выпало – героической смертью своей защитить и спасти товарищей. Немецкие танки зашли во фланг роте гвардии капитана БОЧКОВСКОГО. Надо было принять удар врага. И это сделал Вольдемар ШАЛАНДИН.

Снаряд попал в машину, танк загорелся. Но и из горящего танка ШАЛАНДИН продолжал разить врага. Экипаж пал смертью храбрых, но удержал рубеж.

Когда после боя, танкисты отыскали и подошли к сгоревшей тридцатьчетверке, они увидели обуглившийся труп героя. Склонившись, гвардеец ШАЛАНДИН сидел за пушкой, будто и мертвый слал снаряд за снарядом по немцам…

 

ВАСИЛИЙ СТОРОЖЕНКО

 

Родной черноземный простор. Золотой, тяжелый налив пшеницы, ячменя, ржи. Жаркое июльское солнце. Ослепительная белизна родимых хат. Темная зелень садов… Нет краше, дороже на свете родимого края!

Василий СТОРОЖЕНКО шел к своему командирскому танку по ржи, бережно раздвигая ее руками, ступая осторожно, по привычке хозяина-колхозника, стараясь не смять ни одного колоска. А впереди, в знойном мареве летнего дня, такие же дорогие сердцу нивы уже топтала сапогами немецкая солдатня, горели хаты, черные фонтаны били к небу, точно кровь из земляных ран. И где-то невидимые еще глазу, ползли, раздирая гусеницами чернозем, фашистские танки.

СТОРОЖЕНКО стиснул зубы. Неуемная ненависть кипела в нем. Кончилось временное затишье на фронте. Зверь, раненный зимой, кое-как зализав раны, опять осатанело полез вперед. Страх гибели гнал его. Призрак СТАЛИНГРАДА неумолимо вставал, как страшное, справедливое возмездие за безвинную кровь, насилия, грабежи.

С минуты на минуту предстояла гвардии лейтенанту Василию СТОРОЖЕНКО, командиру танковой роты, встреча с этим зверем. Надо было остановить его и добить. Что ж, не впервой. Пусть сунется. Гостинцы припасены.

И невольно вспомнился СТОРОЖЕНКО его первый бой с немцами. Тогда он был еще башнером, неопытным танкистом. Сорок немецких бронированных черепах атаковали их роту. Новенькие советские танки творили чудеса. Но враг был во много раз сильней и, казалось, что он сомнет и раздавит роту. Командир, любимый БУРДА, спокойно изменил курс. На больших скоростях машина прошла во фланг врагу и скрытно, за горящим стогом, развернулась. СТОРОЖЕНКО понял план командира. Немецкие танки были, как на ладони.

– По головному… без промаха… бей, Вася! – скомандовал БУРДА, уступая ему место у пушки.

И СТОРОЖЕНКО ударил. Вражеская машина вспыхнула, как спичка. За ней – вторая, третья… Одиннадцать танков истребил тогда башнер СТОРОЖЕНКО. Заслуженно пламенеют теперь на его груди два ордена Красного Знамени и значок гвардейца.

И сейчас, спустя год после первого боя, СТОРОЖЕНКО решил применить тот же маневр. Он поставил задачу роте – скрытно, из засады громить врага. Насмерть стоять на рубеже. Не пропустить немецкие танки, сколько бы их не было.

Все-таки он нахмурился, когда после адской бомбежки, десятки фашистских машин атаковали его участок. Нужно было иметь стальные нервы, чтобы выдержать, подавить нетерпение, подпустить немцев поближе и расстрелять в упор.

Выдержал СТОРОЖЕНКО, выдержали его боевые товарищи. Мертвым казалось бескрайнее поле. Мчались фашистские танки, не встречая сопротивления.

И когда они были совсем рядом, СТОРОЖЕНКО послал снаряд по головному. Выстрел его был сигналом. Невидимые для врага, отважные танкисты обрушили шквальный огонь. СТОРОЖЕНКО придерживался своего правила – стрелять быстро. Подбил – добивай, поджег – переноси немедля огонь на следующего бронированного врага. Казалось – сама земля родимая огненно встала на пути немцам. Куда бы ни сунулись они, грохоча бронью, везде их встречали выстрелы в упор.

И, оставляя подбитые и сожженные машины, враг поспешно поворотил вспять.

Перегруппировавшись, немцы возобновили атаку. Артиллерия и авиация поддерживала их. Бой длился семь часов.

Пяди земли не отдали захватчикам танкисты СТОРОЖЕНКО. Немцы отошли, оставив на поле боя 29 подбитых и сожженных танков, из них 7 «Тигров». Славный командир лично истребил в этом бою девять вражеских танков.

 

ИВАН ЗИНЧЕНКО

 

Он любил свою Родину горячо и безраздельно, этот Иван ЗИНЧЕНКО, комсомолец. Все было дорого и мило его молодому сердцу. В городе своем БЕЛАЯ ЦЕРКОВЬ он слыл веселым, задушевным парнем, на заводе – лучшим токарем, в комсомоле – стойким ленинцем, чутким товарищем. Он хотел учиться, мечтал стать инженером, имел любимую. Он оставил все – невесту, мечты, завод, когда разбойничьи банды ГИТЛЕРА вероломно напали на его мирный, цветущий край. Комсомолец Иван ЗИНЧЕНКО взял ружье, чтобы защищать самое дорогое на свете – Родину.

Великую горечь и боль испытал он. Черными от огня стали родные хаты. Дымом и гарью затянуло высокое небо. Немецкий топор рубил на дрова вишневые сады. Поганые лапы пьяной солдатни хватали девушек. Царство кнута, виселицы и насилия установили немцы на Украине.

Святая ненависть переполнила комсомольское сердце. Иван ЗИНЧЕНКО дал клятву – мстить лютому врагу, мстить беспощадно, сторицей. Жизнь отдать свою светлую, молодую за Мать-Украину. Драться до последнего дыхания, до последней капли крови с ненавистным врагом.

Он стал командиром пулеметного взвода, старшим сержантом, гвардейцем. Немало немцев истребил он в боях, в разведке, в засадах. И не утолил своей ненависти. Стонала в руках палача-немца Украина. Она звала Ивана ЗИНЧЕНКО на новые подвиги, на священную месть.

И настал час, когда он до конца сдержал свою комсомольскую клятву перед матерью – Родиной.

7-го июля, утром, в разгар немецкого наступления, на пулеметный взвод гвардии старшего сержанта Ивана ЗИНЧЕНКО враг бросил свыше 50-ти танков. Не дрогнул взвод гвардейцев. Смело принял он бронированный удар немцев.

Бронебойщики и артиллеристы с флангов, шквалом меткого огня подожгли и подбили немало фашистских бронированных машин, отсекли пехоту. Тогда заговорили пулеметы ЗИНЧЕНКО. Косой срезали они автоматчиков.

Но в отчаянном бешенстве немецкие танки все же ползли вперед. Часть их прорвалась к окопам пулеметчиков.

– Гранаты к бою! – бесстрашно скомандовал комсомолец ЗИНЧЕНКО.

И первый метнул гранату в средний танк, появившийся возле его окопа. Лопнула гусеница. Злобным лаем пулемета огрызнулся подбитый танк.

Тяжело ранило гвардейца Ивана ЗИНЧЕНКО. Он почувствовал, что умирает. Дорого решил он отдать свою жизнь. Еще билось его богатырское сердце. Заметили его потемневшие от ярости глаза, как грозно влезал на гребень окопа «Тигр».

– Врешь, не пройдешь, гад! Жив я! – воскликнул гвардеец. Пять гранат висело у него на поясе. Он наклонился и подхватил со дна окопа еще по одной в каждую руку.

Видел взвод, как поднялся во весь рост командир. Слышал взвод его громовый возглас:

– За Украину родную мою… За товарища СТАЛИНА!

Кинулся Иван ЗИНЧЕНКО под гусеницы «Тигра». В тот же миг взрыв потряс землю. Немецкий танк вышел из строя.

С той минуты навсегда запомнили гвардейцы-пулеметчики своего командира. Дал парень меткую очередь из пулемета, – говорят:

– Иван так стрелял.

Прославится в бою другой, – промолвят:

– Дерешься ты, парень, как ЗИНЧЕНКО.

И не было на свете выше этой похвалы.

В час решающей схватки с ненавистным врагом, когда гвардейцам было тяжело, они видели Ивана ЗИНЧЕНКО рядом с собой. Его громовый голос вел их в атаку. Его семь гвардейских гранат прокладывали им дорогу вперед. Его пулемет затыкал горячим свинцом немецкую глотку. Его, Ивана ЗИНЧЕНКО, святая ненависть испепеляла врага.

… Так пришло бессмертие.

 

ПАВЕЛ ПОСПЕЛОВСКИЙ

 

Четвертые сутки шел неравный, ожесточенный бой. Немало «Тигров», пушек, самолетов, солдат и офицеров потеряли немцы, однако, не считаясь с потерями, продолжали наступать.

С помощью авиации осатанелому врагу удалось в тот день прорваться танками к рубежу роты, в которой бронебойщиком был младший сержант Павел ПОСПЕЛОВСКИЙ.

Он находился в окопе, на левом фланге, со своим неразлучным противотанковым ружьем. Первый раз встречался он с танками, да еще с тяжелыми. Но не дрогнул смельчак, зорко следил за приближающимися бронированными чудовищами. Святой ненавистью горело сердце бесстрашного воина.

И когда танк грозил смять роту гусеницами, младший сержант Павел ПОСПЕЛОВСКИЙ прижался к ружью и прицелился. Передний «Тигр» находился от него в трехстах метрах. Он двигался наискось, подставив бронебойщику самое уязвимое свое место – белесый бок.

Раздался выстрел, и окоп огласился громовым «ура». Не выдержала «Тигровая» шкура бронебойной пули, треснула. Непобедимый «Тигр» загорелся, прополз немного вперед и замер.

Но вторая стальная махина двигалась на бронебойщика. ПОСПЕЛОВСКИЙ, не дрогнув, ударил по ней, но, должно быть, не туда, куда нужно. Громыхая гусеницами, «Тигр» приближался.

– Бей скорее, поджигай, гада! – закричали бойцы.

– Ничего, – ответил Павел, усмехаясь, – ближе враг, для него же хуже. – И, тщательно прицелившись, выстрелил еще раз. Черный дым и пламя были ему ответом.

А танки немецкие все лезли и лезли. По ним били из противотанковых пушек, кидали гранаты, зажигательные бутылки. Павел не отрывался от своего ружья. Авиабомба засыпала его землей. От частых выстрелов ствол ружья раскалился и обжигал ему руки. Затвором он до крови набил себе ладонь. Но один приказ повторял Павел своему помощнику ТКАЧЕНКО:

– Патрончик, Ваня… да помаслянистей!

И ТКАЧЕНКО подавал ему тяжелый, промасленный патрон.

Откатились немцы. Перегруппировались и снова кинулись в атаку, и опять, с огромными потерями, отступили. Еще три средних танка поджег тогда герой-бронебойщик Павел ПОСПЕЛОВСКИЙ.

Нет такой брони и не будет у фрицев, которую бы не пробивала насквозь меткая бронебойная пуля русского противотанкового ружья!

 

ИВАН РЫБАЛКО

 

– Все было сделано. Танки рассредоточены в засаде, старательно замаскированы. Боевой приказ отдан. По карте и на местности командиры экипажей изучили вероятные направления атак немцев, покурили, пошутили, помолчали и разошлись, наглухо закрывая люки машин.

Иван РЫБАЛКО, командир роты, проводил каждого долгим любовным взглядом. Бывалые парни, они не тратили лишних слов, движений. Молча, спокойно и как-то просто готовились они к тому, что принято называть подвигом.

И не знал он, что танкисты подражают ему, любимому командиру. Это его спокойствие сделало их хладнокровными. Это его дерзкая смелость воспитала их храбрецами. Ненависть его сердца зажгла в каждом неугасимый огонь злобы к проклятым захватчикам.

Он ничего не знал, да и знать не хотел, Иван РЫБАЛКО, старший лейтенант, коммунист. Он просто любил своих чудесных парней, а они ему сторицей платили тем же.

В сорока пяти танковых атаках участвовал Иван РЫБАЛКО. Недаром орден ЛЕНИНА золотом сияет на его груди. Немало побито вражеских танков, орудий, истреблено немцев. Сейчас предстояло встретиться с новым тяжелым немецким танком.

Надо было показать ребятам, что не так страшен «Тигр», как о нем кричат немцы. Нет и не будет такой бронированной шкуры у врага, которую бы не пробил верный советский снаряд. Родина приказала Ивану РЫБАЛКО стоять так, как они стояли под МОСКВОЙ.

Пусть «Юнкерсы» воют над головой. Пусть осколки бомб звенят и царапают броню. Пусть сунется зверь. Он получит по морде и не встанет. Они уж постараются, бывалые парни РЫБАЛКО. Надо только показать им, как это делается.

И он показал, Иван РЫБАЛКО.

Десятка два «Тигров», прикрывая самоходные пушки, легкие танки и автоматчиков, показались из лощины. Они ползли медленно. Броня то тигрового у них вовсе не было. «Грузны… хороша цель для артиллеристов» – подумал РЫБАЛКО. И точно в ответ ему по танкам ударила артиллерия. Хваленые «Тигры» за пятились, не решаясь повернуться, чтобы не подставить уязвимые места под огонь.

– Ага! – торжествующе закричал РЫБАЛКО, хотя в машине стоял звон, и никто его не слышал. – Вперед пробираешься тигром, а назад пятишься раком?.. Так на же тебе, гадюка!

И снаряд Ивана РЫБАЛКО подбил сверхбронированного врага. Бывалые парни и здесь не изменили славной своей привычке подражать командиру. Они подбили вслед за РЫБАЛКО несколько «Тигров».

Не за кого стало прятаться самоходным пушкам и средним танкам. РЫБАЛКО один истребил в этом бою пять машин и пушку. Экипажи умножили его боевой счет.

 

ПАВЕЛ МАСЛОВ

 

Его командирский танк шел первым. Невдалеке ухали разрывы снарядов и авиабомб. Но здесь, в лощине, было тихо. Роса лежала на густой, высокой траве. Косить бы ее в этот ранний час, а не мять гусеницами танка. Влажный, дымящийся след тянулся за машиной. И невольно оглядываясь на него, Павел МАСЛОВ скрипел зубами.

С первого дня Великой Отечественной войны дерется он танкистом. Не утолил и никогда не утолит он ненависти своей к врагу.

Обманчива была тишина в лощине. Так бывает, когда зверь притаился к прыжку. Надо выследить зверя и убить.

Павел открыл люк и вылез из танка. Механику-водителю НАУМОВУ он сказал, усмехаясь:

– Жди меня, и я вернусь, всем смертям назло.

Он любил шутку, стихи, острое слово, этот Павел МАСЛОВ, белокурый парень, русский человек из ИВАНОВА. В самую тяжелую минуту находилось у него слово ободрить, посмешить, развеселить товарища.

И сейчас, молчаливые, настороженные танкисты улыбнулись. Весел командир – и им весело, на душе светлее. С веселым командиром не пропадешь. От веселого командира одному немцу будет невесело.

МАСЛОВ ползком поднялся на бугор. Осторожно, пристально вгляделся. Он не ошибся. За бугром, наискось, в каких-нибудь четырехстах метрах, стояли в засаде замаскированные «Тигры».

Один против пяти. Что ж, поединок состоится. У них – сверхброня, у него – подвижность маневра, внезапность, помноженные на отвагу и ненависть.

– Жди меня… только очень жди, – бормотал Павел, задыхаясь от ярости. Решение у него созрело.

Он вернулся к экипажу, отдал приказание.

И танк его, стремительно взлетев на бугор, трижды ударил бронебойными снарядами в бок ближайшему «Тигру». Тот вспыхнул, объятый пламенем. Медленно поворачиваются четыре башни врага. Но бугор уже пуст. И вдруг снова на нем, но уже в другом месте, на мгновение появляется танк Павла МАСЛОВА. Опять гремят скороговоркой выстрелы. И второй «Тигр» пылает. Бьет по пустому месту враг. Тяжело ворочаются хоботы длинноствольных орудий. Ищут неуловимый танк МАСЛОВА, а он уже с новой позиции, все с того же бугра– зажигает третьего «Тигра».

… Тринадцать выстрелов – три костра в лощине. Два уцелевших «Тигра» раком пятятся в кусты. Шлет им вдогонку снаряды Павел МАСЛОВ, победитель в неравном поединке, парень из ИВАНОВА, русский человек.

 

ОТ СЫНОВЕЙ – МАМЕ

Гор. Горький, пер. Могилевича, 6 кв. 1 – ДЕНИСОВОЙ А.Я.

 

Александра Яковлевна, родная наша!

Мужайтесь, горе стучит в ваш дом, тяжелое материнское горе. Нет, между нами, вашего сына Бориса. Защищая Родину, вас, любимую мать свою, он совершил бессмертный подвиг и пал смертью героя.

Это было в начале июля, когда немцы повели свое отчаянное, бешеное наступление. Тяжелыми танками, так называемыми «Тиграми», хотел проклятый враг продолжить дорогу на восток, к МОСКВЕ. Родина приказала нам не пропустить немцев, не дать им ни вершка священной русской земли.

Мы так и сделали. Танкисты-богатыри наши грудью загородили немцам дорогу. На бронированные шкуры «Тигров» нашлись меткие советские снаряды, бронебойные пули, гранаты.

Борис, командуя танком, был в первых рядах сражающихся. Из своей пушки он сжег четыре «Тигра», восемь автомашин, уничтожил два самоходных орудия и истребил до 150 немцев. Он показал бесстрашие, офицерское мастерство, стальную волю большевика. Его назначили командиром танковой роты. Тут же, на поле боя, парторганизация приняла его в свои ряды.

– Клянусь вам, товарищи, – взволнованно сказал тогда Борис, – я не посрамлю высокого звания большевика-сталинца.

И он свято, до конца сдержал свою клятву, орел наш, ваш сын Борис Павлович.

Под вечер, в ржаном бескрайнем поле восемь «Тигров» пытались прорвать нашу оборону в новом направлении. На этом участке Борис был один со своей машиной. Не дрогнуло его сердце. Смело принял он неравный бой. Немцам удалось поджечь его танк. Он мог покинуть машину. Но тогда враг прорвался бы. Дороже жизни была для Бориса Родина и вы, родная наша Александра Яковлевна, олицетворяющая всех советских матерей. Вас видел он в эту минуту, вас защищал он, совершая бессмертный подвиг. Из горящего танка продолжал он разить врага, сжег два «Тигра» и одного подбил. Погиб, но не пропустил немцев.

Вечная слава богатырю – герою Борису Павловичу! Командование представило его посмертно к самой высокой правительственной награде. Золотом на мраморе будет бессмертно сиять его имя. «Тигр» № 824, подбитый им, отправлен в Москву, как свидетельство могущества русского оружия, как немеркнущая слава офицера Бориса Павловича.

Верьте, Александра Яковлевна, мы сполна отомстили немцам за смерть Бориса. За его светлую жизнь они поплатились тысячей своих поганых жизней. Наше танковое подразделение уничтожило тогда 93 вражеских танка, 60 автомашин, 22 пушки, 11 самоходных орудий.

Пусть вызовет в вас это наше письмо не слезы, а неугасимую материнскую ненависть к немцам, лютым врагам нашего народа и всего передового человечества.

У вас не стало сына. Мы будем вашими сыновьями. Благословите же нас, мама, на новые подвиги во славу, честь и свободу нашей любимой Родины.

С горячим сыновьим приветом!

 

Капитан Г. ФЕДОРЕНКО, дважды орденоносец,

кавалер ордена Александра Невского.

 

Капитан И. ВОЛОШЕНЮК, трижды орденоносец.

 

“        “

“

 

Полевая почта 92908. Капитанам ФЕДОРЕНКО и ВОЛОШЕНЮК

 

Здравствуйте, сыны мои, дорогие! Спасибо вам, родные, за горячее письмо о моем погибшем герое сыне Боре.

Нет слов описать мое горе. Но я мужественно переношу его, успокаивая себя тем, что мой дорогой сыночек недешево отдал свою молодую жизнь. Он погиб смертью героя, защищая свободу и независимость нашей горячо любимой Родины, нас, живущих здесь, в тылу и вас, борющихся на фронте Отечественной войне.

В письмах, которые я писала моему сыну, я говорила: «Родной мой мальчик, лучше погибни во имя Родины, но не будь трусом». И он свято выполнил мой материнский наказ. Так будьте же и вы, дети мои, смелыми и храбрыми, мужественно, с достоинством и честью защищайте любимую Родину.

Благословляю вас, дети мои, на новые подвиги. Желаю вам успеха на фронте Отечественной войны и скорейшей победы над заклятым врагом-фашизмом. Передайте мой привет и материнское благословление всем товарищам-танкистам, друзьям моего любимого Бори.

Вперед, дети мои, вперед!

Смерть немецким захватчикам!

 

Ваша мать – ДЕНИСОВА А.Я.

г. Горький, пер. Могилевича,6, кв. 1.

 

НИКОЛАЙ КУБУТО

 

Посмотри на это ржаное поле, Николай КУБУТО. Оно знакомо тебе. Неделю назад, на утре, когда лавина немецких танков, принимая участие, спелые колосья, надвигалось на село, ты вон из той лощины, из засады сделал свой первый выстрел. Вот он, пятнистый, рыжий «Тигр», подбитый тобой. Он так и остался во ржи, точно бескрылая, исполинская саранча. Горелыми грудами железа темнеют в поле легкие танки и самоходные пушки, взорванные тобой и твоими боевыми друзьями.

По обочинам проселочной дороги, в ямах валяются исковерканные медные гильзы с чужими, ненавистными знаками, разнесенные в щепы деревянные ящики, ржавые от огня части автомашин, вонючие трупы в проклятых травянистых мундирах. Здесь сильно поработала наша авиация. Помнишь, как штурмовики, словно молнии, падали с неба? А потом низкой стаей прошли краснозвездные бомбардировщики. И земля треснула под ногами врага.

Но он не считался с потерями и остервенело лез вперед. Загорелся твой танк от термитного снаряда. Раненый, с опаленными волосами, в дымящем тлеющем комбинезоне, переходил ты с друзьями на новый рубеж. Авиабомбы глушили тебя, пулеметы срезали колосья над головой, снаряды засыпали сухой, горькой землей. Ты плясал от ярости. Как солнце горел твой танк, и враг входил в село ВЕРХОВЕНЬЕ – в этот светлый мир, который был твоим. Ты хотел умереть за него, за этот светлый мир, но смерть боялась тебя.

И правильно делала. Ты остался жив, Николай КУБУТО. Тебе дали новый танк и, наскоро перевязав рану, ты снова кинулся в бой. Ты выстоял, не пропустил дальше врага. Ты погнал его назад.

И вот, снова перед тобой село ВЕРХОВЕНЬЕ. Войди в него. Что ты стал на околице, точно вкопанный?

Оно ли это, ВЕРХОВЕНЬЕ, в дыму и гари пожарища? Где красная каменная церковь? Куда девались школа, больница, мост через реку? Откуда взялся этот обгорелый «Тигр» со снесенной напрочь башней, нумерованной цифрой «711»? И главное– где белые ручьи хат, весело сбегавшие сквозь зелень в лощину пятью посадами?

– Сколько дней они были здесь? – хрипло спросил ты.

– Шесть, – ответили тебе.

Ты помолчал. У тебя хорошая память, Николай КУБУТО.

Шесть дней – и не стало села. Из пятисот хат не сохранилось и ста. Черные печи с обвалившимися трубами. Груды черепков. Горький дым пепелища. Женщины с темными лицами копаются в углях, пытаясь найти хоть что-нибудь. Плачут дети, сидя на корточках перед матерями. И самый маленький залезает ручонкой в чугун и жадно, не по-детски старательно, горстями таскает в рот разбухшие в воде ржаные зерна. Ему бы молока, этому светлоглазому птенцу. Но корову забрали немцы. Напрасно Екатерина Борисовна ПАШИТНАЯ умоляла, показывая на четырех своих малых ребят, державшихся за ее юбку. Немцы хохотали, потом пригрозили автоматом.

Они зарезали корову на огороде, тут же возле двора, и в насмешку, как собаке, кинули Екатерине теплые, окровавленные внутренности.

– Карашо, матка… карашо!

Шесть дней – и не стало в селе ни одной коровы, овцы, кур, ни одного гуся. Разорены пасеки, выкопана молодая картошка, украдены вещи, спрятанные по огородам, в ямах.

– Детские рубашонки и те взяли, – скорбно сказала тебе Мария Евдокимовна БРУСЕНСКАЯ.

Ты молчал. У тебя хорошая память, Николай КУБУТО.

Больно тебе было видеть заплаканных девушек. Совсем недавно они подхватывали твою песню чистыми, приятными голосами. И смех звенел у плетня, под золотыми шапками подсолнухов. Чьи же синие пальцы посмели давить белую девичью шею, до кровоподтеков щипать кожу, вывертывать руки? Ты не спросил, ничего не сказал. У тебя хорошая память, Николай КУБУТО.

– Десятерых нас, стариков со старухами, повели за собой, как отступали, – тяжко промолвил Федор Лукьянович ПОДЗОЛКОВ, – Счастье наше – убежали дорогой. А то бы не миновать немецчины…

– Первым вполз в село танк, «Тигр» этот самый, а вторым – комендант, – добавил Сафрон Васильевич ВОРОНКОВ.– На собрание согнал, кто не успел эвакуироваться или спрятаться. Заставлял хлеб жать, немедленно молотить. Автомашины приготовил под урожай. Да слава богу, наши нагрянули… «Тигр», – вот он, на площади остался, а комендант улетел, на самолете. Спасся, шкура поганая. А перед этим – церковь взорвал, школу и больницу поджег, хаты…

… Ты угостил стариков табаком, отдал ребятишкам сахар, поклонился женщинам, неловко пожал изможденные, в синяках и царапинах, девичьи руки, долгим взглядом окинул пожарище и прыгнул в танк, наглухо закрыв стальной люк. Бронированная, грозная машина твоя рванулась вперед, на запад. Ты молчал. У тебя хорошая память, Николай КУБУТО.

 

“        “

“

 

Мы рассказали о десяти наших героях июльской битвы. Могли рассказать о ста, о тысяче. Все они такие же, как эти десять, богатыри наши.

Дымят на дорогах, на полях, по лощинам и балкам подбитые «Тигры», валяются обломки «Юнкерсов», дальнобойных пушек, шестиствольных минометов. Щедро устлана земля трупами немцев. Это – твоя работа, товарищ. Отличная работа. Родина говорит тебе: «Спасибо!».

_______

 

Подготовил к печати: – В. СМИРНОВ

В ПЕЧАТЬ:

ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР

гвардии генерал-лейтенант т/в /Н. ПОПЕЛЬ/

 

ЗАМ. ГЛАВНОГО РЕДАКТОРА

гвардии генерал-лейтенант /М.ШАЛИН/

 

ЧЛЕНЫ РЕДКОЛЛЕГИИ: /подпись/

«3» ноября 1944 г.

 

---

 

Гв. лейтенант Г. БЕССАРАБОВ

 

ПЕРВЫЙ БОЙ С «ТИГРАМИ»

 

Восемь наших машин стояли на склонах высотки, когда гвардейцы-мотострелки сообщили о появлении немецких танков.

Мы выслали разведку. Весть оказалась верной: большая группа танков противника под покровом ночи подошла к переднему краю и ждала утра, чтобы начать наступление.

На горизонте занимался слабый рассвет…

Минуты перед боем. Сотни мыслей проносятся в голове.

Как машина? Танк – в исправности, он не подведет. А что еще нужно танкисту?

Мотострелки так спокойно залегли впереди, точно предстоит не самый трудный бой, а маневр. Рядом – экипажи боевых товарищей ШАЛАНДИНА и СОКОЛОВА. Оба сыновья полковников, потомственные советские офицеры, честные и чистые люди. С такими не страшно воевать. Да и день наступал веселый, погожий – он не может кончиться плохо…

 

“        “

“

 

Немецкие танки пришли в движение. Впереди набирают скорость машины особой беловатой окраски. Это Т-VI – «Тигры». До сих пор мы видели их на чертежах, изучали уязвимые места. Но одно дело картинка, другое оживший «Тигр». Почему-то вспомнилась фотография разбитого Т-VI в какой-то газете. Стало веселее. Захотелось одного – пусть скорее кончатся томительные минуты выжидания – скорее бой, скорее снарядом, своими руками прощупать врага.

– Слева обходят немецкие танки! – доложили пехотинцы.

Появилась авиация противника. Она прокладывала дорогу своим танкам. Моя машина вздрагивала от бомбовых разрывов, следовавших один за другим. Приходилось маневрировать, зорко наблюдать. Еще секунда и впереди, на полной скорости, спускаясь под гору, показался головной немецкий танк. «Этот не уйдет! Этот наш» – подумал, вероятно, каждый член экипажа.

Открыли огонь. Снаряды попадают в цель, но «Тигр» продолжает двигаться. Видно, шкура у немецкой зверюги крепкая, но бесстрашия у гитлеровцев не слишком много, не слишком уверены в себя: переменили позицию. В таком бою необходимо это делать часто, а то засекут, – погибнешь без пользы и славы. Немцы двигались сплошной лавиной, цель выбирать легко. Ударили вначале по одному, потом по второму среднему танку. Оба они загорелись, – счет открыт!

 

“        “

“

 

СОКОЛОВ попал в беду. Много чудесных товарищей в нашей среде, но этот молодой комсомолец, еще не видавший по-настоящему жизни, один из лучших. Перед боем в свою записную книжку он написал слова Зои КОСМОДЕМЬЯНСКОЙ о том, что каково счастье погибнуть за Родину. И написано это было не для красного словца, а в такую минуту, когда нельзя кривить душой. Верное, геройское сердце билось в этом комсомольце.

Танк СОКОЛОВА подбил одного «Тигра» и одну среднюю машину, но и сам попал в беду: маневрируя, очутился в яме и не мог выбраться. Машина становилась мишенью для врага. Нам не надо было договариваться между собой. В такие секунды танкист без слов понимает своего товарища. Лейтенант ШАЛАНДИН прикрывал нас огнем. Командир башни Петр ЕЛЕСИН выскочил из-за стальной брони и быстро зацепил машину СОКОЛОВА. Рванули. Трос сорвался. …стояние, сильнее становился огонь. И в эту тяжелую минуту подъехал нам командир, природный гвардеец и природный танкист – БОЧКОВСКИЙ. Меньше полукилометра отделяло его от немцев, а экипаж БОЧКОВСКОГО работал ничем не показывая своего волнения.

Рванули вдвоем, и на этот раз не повезло. От прямого попадания загорелась машина БОЧКОВСКОГО. Больше ничего сделать нельзя – надо спасти людей. Посадили их в танк и на полной скорости в укрытие.

Так кончился первый день боя. Трудный, но утвердивший уверенность, что немца мы сдержим. Может быть дорогой ценой, а сдержим! Только вот «Тигр»! – погладили его снарядами, а придумать не удалось. А надо придумать, надо победить «Тигра», на которого так надеется немец, – думал каждый наш танкист.

 

“        “

“

 

С утра пошли в разведку к большому урочищу. Пробирались лощиной: две машины по скату – слева и две машины, в том числе и моя, – справа. Места знакомые. Здесь долгие июньские дни мы стояли в засаде, ждали. И иногда казалось – бесконечным это ожидание может быть так и лето пройдет. Здесь сдружились на жизнь и смерть. Говорили о том, что будет после войны, о девушках, о родных. Соловьиные овраги, заросшие леском, зеленые поля – милая родная земля.

Теперь урочище темнело от немецких танков. Я доложил по радио, выбрал место для засады и остановился. У Т-VI мощная пушка. Говорят, он за два километра лупит прямой наводкой. Значит, чтоб поразить его, надо добиться преимущества неожиданности удара. Местность хорошо скрывала нас, давая при этом хороший обзор. Справа между высотами, как в окне виднелся спуск дороги. Тут может пройти немец. Определил дистанцию – 600-700 метров. И вовремя.

Танки колонной мчались по дороге, подставляя борта. Вспомнилось – при попадании по бортовому листу, прикрывающему бензобак, танк загорится. Ударил бронебойным. Сразу вырвался язык пламени – яркий и острый.

– Есть один, горит! – крикнул я, едва веря виденному.

– Горит! – закричали и ЕЛЕСИН.

Значит, вот оно уязвимое место «Тигра». Значит, бей с фланга, хорошенько укрывшись целься в бензобак – сердце и желудок – тигра.

Почти сразу же мы подбили другого «Тигра». Товарищи тоже открыли огонь. Они уничтожили еще шесть танков.

 

“        “

“

 

– Нет снарядов, – передал по радио нам радист МАКСИМОВ. Боекомплект израсходован не даром. Поехали за новым боекомплектом две машины: моя и МАЛОРОССИЯНОВА. Заправились и пошли в бой. Заняли свое место на левом фланге. Теперь смотри в оба. Смотри кругом. Заметишь врага на секунду раньше, чем он, тогда в твоих руках победа. Прозеваешь – дело плохо.

«Тигр» показался совсем не там, где его ожидали. Сзади, всего в пятидесяти метрах от нас, вдруг, вынырнуло злобное чудище. Повернули башню и выстрелили почти в упор.

– Мимо! – кричит ЕЛЕСИН.

– Мимо! – да я и сам знал, что мимо. Надо было сменить прицел, а я поторопился. Изменило на мгновение спокойствие и очень дорого обошлось это мгновение. Я увидел мощную пушку «Тигра», раздался выстрел, и задымился танк МАЛОРОССИЯНОВА.

Отомстить! Теперь прицел сменен, все в порядке. Выстрел, и третий «Тигр», – пятый танк, можно записать на наш счет.

Но радоваться нет времени. Надо спасать товарищей. ЕЛЕСИН, который всегда последним думает о себе, выскочил из машины, помог забраться под защиту брони СТАФЕЕВУ и окровавленному ШАЛИМОВУ. Где же остальные? С секунды на секунду танк МАЛОРОССИЯНОВА взорвется. Очень опасно находится близко. Но уйти нельзя. Пока есть надежда спасти еще хоть одного. Радиста БУБНОВА нашли у самого горящего танка. Он лежал около машины, не видя ничего кругом, пытаясь спасти погибавших, обреченный танк. Было очень трудно оттащить его от машины.

Наконец, и его усадили. И, выполняя приказ, вышли из боя. Кончились вторые сутки боя. Тремя «Тиграми» и двумя средними танками начался наш боевой счет.

 

Подготовил к печати – /подпись/

В ПЕЧАТЬ:

ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР

Гв. Генерал-Лейтенант т/в – /Н. ПОПЕЛЬ/

 

ЗАМ. ГЛАВНОГО РЕДАКТОРА

Гв. Генерал-Лейтенант / М. ШАЛИН/

 

Члены редколлегии: /подписи/

«    » _______ 1944 года.

 

---

 

Майор Ф. ГАРИН

 

НА ХОЛМЕ У БОЛЬШОЙ ДОРОГИ.

 

В академию имени СТАЛИНА явился молодой лейтенант и попросил разрешения у дежурного свидеться с подполковником ШАЛАНДИНЫМ, преподавателем тактики.

Спустя несколько минут они стояли друг против друга. Подполковник говорил чуть взволнованным голосом.

– Сбылась моя мечта. Ты стал офицером. На твою долю выпала великая честь – защищать Родину. Тебя воспитала школа, семья, комсомол. Будь смелым в бою, будь таким, чтобы я и твоя мать гордились тобой.

Потом отец и сын крепко расцеловались и расстались. Подполковник Сергей ШАЛАНДИН остался в академии, а лейтенант Владимир ШАЛАНДИН уехал на фронт.

Молодому офицеру повезло: он попал в Первую гвардейскую танковую бригаду, прославившуюся еще с первых месяцев Отечественной войны. С ним был товарищ по школе и друг по комсомолу Юрий СОКОЛОВ.

ШАЛАНДИН, несмотря на свою юность, был молчалив и сосредоточен. Невысокий, с едва пробивающимся пушком над верхней губой, он внимательно прислушивался к советам бывалых танкистов. Ему рассказали, как ЛЮБУШКИН, САМОХИН, ЛАВРИНЕНКО и другие дрались против пятнадцати вражеских танков каждый и побеждали.

– А мы можем быть такими? – спрашивал СОКОЛОВ.

– Должны быть, – отвечал ШАЛАНДИН.

Командир роты БОЧКОВСКИЙ застал однажды ШАЛАНДИНА за необычайным занятием. Молодой лейтенант сидел на корточках под старой сосной и, расставив на большом разрисованном листе бумаги шашки, передвигал их, потом переползал на другую сторону листа и сос… БОЧКОВСКИЙ понял, что ШАЛАНДИН учится и ушел, не потревожив его.

На занятиях гвардии лейтенант отвечал не только без единой запинки, но обычно высказывал новую мысль, заставляя других командиров машин призадуматься над тем, что им казалось немудреным. В нем клокотала жажда к знаниям, к безошибочным решениям сложнейших тактических задач. Своей серьезностью, начитанностью и безупречным поведением он завоевал, несмотря на юношеские годы, сердце у всех комсомольцев – членов экипажей всей роты.

 

“        “

“

 

На рассвете 6 июля 1943 года Владимир ШАЛАНДИН в числе других был поднят по тревоге. Перед ротой выступил гвардии старший лейтенант БОЧКОВСКИЙ. Со стороны можно было заметить, что командир часто обращал свое внимание то на ШАЛАНДИНА, то на СОКОЛОВА. Он верил им безгранично, надеялся, что они способны на такие подвиги, какие совершил ЛЮБУШКИН и САМОХИН.

– Враг начал наступление, – сказал БОЧКОВСКИЙ. – Пока подойдут наши основные силы, мы, несколько человек, должны сдержать натиск. Это трудно, неимоверно трудно, но возможно.

Через несколько минут танки мчались к высоте 245, позади которой живописно раскинулась деревня. БОЧКОВСКИЙ заранее изучил местность и уже на боевом марше приказал по рации четырем машинам занять оборону по одну сторону шоссе у болотистого оврага и четырем – по другую. Судя по рельефу местности, немцы могли направить главный удар на левый фланг. Вот почему командир поставил танк ШАЛАНДИНА крайним слева, а на расстоянии 75 метров друг от друга – БЕССАРАБОВА, СОКОЛОВА и свой танк. Высота 245 одним своим скатом сползала на юг и снова поднималась, образуя на расстоянии двух километров смежную высоту. На ней-то и стояли в боевом порядке колонны немецких «Тигров» и «Фердинандов». Свои же машины БОЧКОВСКИЙ не выдвинул на гребень высоты, а поставил так, чтобы в прицел был виден только горизонт местности.

Сначала налетело сорок немецких самолетов. Они прошли мимо, в нашу глубину, не придав значения нескольким советским танкам, но зато второй эшелон самолетов уже сбросил смертельный груз. А затем пошли танки. Как и следовало ожидать, на наш левый фланг двигалась черная армада машин. Одних только «Тигров» было 70, а всего не меньше 100 танков. Размеры вражеского тарана были грандиозны, и борьба восьми советских танкистов была подобна борьбе Давида с Голиафом.

Десять немецких танков, прикрывая батальон автоматчиков, отделились от колонны и, спустившись в ложбину, стали подниматься на высоту 245.

ШАЛАНДИН и СОКОЛОВ, выдвинув свои машины, меткими выстрелами зажгли два танка. Немцы, не ожидая отпора, откатились к подножью холма. Прошел час и враг снова начал наступление. На этот раз первыми открыли огонь четыре танка, поставленные БОЧКОВСКИМ на правую сторону шоссе. Немцы решили подавить огонь советских танков и повернули сразу семь машин на наш правый фланг. Этим воспользовалась левофланговая группа, перед которой открылись борты вражеских танков. И вот тогда ШАЛАНДИН проявил на своей машине изумительную маневренность. Он то и дело вскакивал на бугор, давал три выстрела и откатывался назад. К такому способу он прибег, предварительно произведя детальный расчет. ШАЛАНДИН учел, что у «Тигра» башня поворачивается чрезвычайно медленно, стало быть, пока он соберется выстрелить, можно скрыться. Но немец непременно засечет танк и при вторичном броске подобьет его. Надо так откатиться, чтобы спасти машину и экипаж.

– Зажми правый фрикцион! – командует ШАЛАНДИН механику-водителю. Танк, отходя назад, одновременно развернулся боком влево, скользя на одной гусенице.

Раздался выстрел и вражеский снаряд разорвался там, где должна была находиться машина первоначально. А тем временем ШАЛАНДИН уже снова выдвинул танк на бугор и выпустил три снаряда.

БОЧКОВСКИЙ приоткрыл люк, забыл об опасности и наблюдал, как его ученик, замечательно маневрируя, наносит врагу серьезный урон.

В ложбине горели фашистские танки. Четвертый час длился этот неравный бой, а немцы все копошились между двумя высотками, не в силах победить четырех советских танкистов. Уже несколько раз они перегруппировывали свои силы, пытаясь приступом взять высоту, но бесполезно. ШАЛАНДИН, БЕССАРАБОВ, СОКОЛОВ и БОЧКОВСКИЙ накрепко закрыли перед врагом путь к высоте и ни один «Тигр» не мог прорваться.

Рассвирепевшие немцы вызвали свою авиацию, приказав ей бомбить определенный квадрат на высотке. Одновременно из глубины вражеских колонн выдвинулись новые танки. Теперь четверке отважных пришлось отбиваться одновременно от наземных и воздушных ударов врага. Танк БОЧКОВСКОГО загорелся, но командир вывел свой экипаж и усадил его на танк БЕССАРАБОВА, танк СОКОЛОВА во время маневра попал в воронку и БЕССАРАБОВУ с ШАЛАНДИНЫМ пришлось помочь товарищу. Едва они вытащили машину, как в нее попал вражеский снаряд. Танк БЕССАРАБОВА получил повреждение, к тому же боеприпасы иссякли. Действовал один ШАЛАНДИН. Он носился по гребню холма, увертываясь от бомб и воронок, и в то же время поджигал вражеские машины.

БОЧКОВСКИЙ приказал БЕССАРАБОВУ отойти в тыл. На танке собралось четырнадцать человек! И все они были вывезены гвардейцем БЕССАРАБОВЫМ.

На поле боя остался ШАЛАНДИН. Ему тоже приказали отойти, но он не успел принять последней радиограммы. ШАЛАНДИН продолжал бить по вражеским танкам и самоходным пушкам. И в эту минуту, когда к высотке подошли на подмогу наши грозные танки, в машину ШАЛАНДИНА попала бомба. Тем не менее он выскочил на бугор и выстрелил три раза. Это был последний маневр, не только бесстрашного, но и изумительного искусного танкиста среди моря огня.

На другой день, когда бой утих, друзья нашли его сидящим в сгоревшей машине. Он был обуглен. Судя по положению рук, он готовился выпустить последний снаряд, но пламя сожгло его в своих объятиях.

Его похоронили на этом же холме у большой дороги.

 

Подготовил к печати – /подпись/

В ПЕЧАТЬ:

ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР

Гв. Генерал-Лейтенант т/в – /Н. ПОПЕЛЬ/

 

ЗАМ. ГЛАВНОГО РЕДАКТОРА

Гв. Генерал-Лейтенант – /М. ШАЛИН/

 

Члены редколлегии: /подписи/

«    » _________ 1944 года.

 

---

 

Лейтенант Н. КУБУТО

 

КАК Я УНИЧТОЖИЛ 5 ТАНКОВ ВРАГА

 

Противник отчаянно рвался к населенному пункту. Танкисты подразделения капитана ФЕДОРЕНКО отбивали яростные атаки вражеских танков и прочно удерживали подступы к деревне.

Враг, потеряв в бесплодных атаках много машин, отошел назад и начал усиленно обстреливать наши боевые порядки. Часть вражеских танков мы засекли и на их огонь отвечали контрогнем. Но несколько мощных орудий нам не удалось обнаружить, а они нам больше всего мешали.

Я получил задачу – прорваться на противоположную окраину села и установить, откуда бьет противник. Прикрываясь огнем своих танков, я направился в деревню. Шел не по большаку, а обошел село, с другой стороны, оврагом.

Механик-водитель ВОЛКОВ, скрываясь от взоров противника за постройками, достиг реки. На большой скорости он проскочил переправу и вышел к церкви. Тут я заметил, примерно в 150-200 метрах немцев в траншеях. Некоторые фрицы ползали около траншей и расстанавливали противотанковые мины.

Радист-стрелок дал несколько пулеметных очередей, и фрицы разбежались по укрытиям. Тогда я придал пушке полный угол снижения и ударил осколочными снарядами по целям. Многих гитлеровцев перебил, ящики с минами разлетелись в щепки. Но с этого пункта не обнаружил стрелявших орудий. Решил показаться на большаке, чтобы вызвать огонь противника и засечь месторасположение их пушек.

Выдвинувшись на дорогу, я стал усиленно наблюдать. Вскоре мой танк вздрогнул – вражеский снаряд угодил в башню. Я хотел ответить выстрелом, но вторым попаданием снаряда сорвало люк башни, он провалился во внутрь и стал мешать вести огонь.

Приподнявшись, я отбросил люк и успел сделать два выстрела бронебойными снарядами. На этот раз один «Тигр» запылал. Остальные открыли по нашей машине бешеный огонь. Танк загорелся и потушить его не было никакой возможности. Вместе с экипажем я вернулся в свое подразделение.

На второй день мой взвод пошел в атаку на противника. Стреляя с хода, мы ворвались в деревню, занятую немцами. У переправы увидели шесть танков противника. До них было около 700 метров. Командир машины лейтенант ЗИМИН первым развернул башню и четырьмя выстрелами подбил три немецких танка. Остальные начали отходить и скрылись за изгибом оврага.

Меня брала досада, на этот раз я позавидовал своему собрату по оружию ЗИМИНУ и ругал себя за неповоротливость. Но быстро отвлекся от этой мысли, стал наблюдать в приборы и заметил, что танки, которые недавно отступили, начали обходить с левого фланга.

Не долго думая, я перенес огонь своей пушки по вражеским танкам. Дистанция была великовата – за тысячу метров. Тогда я пристрелял ближайший рубеж и стал поджидать пока немецкие машины подойдут к нему. Но чтобы не подать виду о своем замысле, я изредка стрелял по танкам.

Когда фашистские машины подошли на пристрелянный рубеж, я открыл огонь. Механик-водитель ВОЛКОВ умело маневрировал, он продвигал машину то в одну, то в другую сторону и вражеские болванки пролетали мимо нас. А я бил точно, три танка остановились, затем появилась автомашина с солдатами. Я ударил и от нее полетели щепки. Только некоторые гитлеровцы выпрыгнули, а остальные были уничтожены.

На большаке появилось шесть «Тигров», а тут снаряды кончились. Я подъехал к командиру роты старшему лейтенанту НЕЧИТАЙЛО, взял у него 12 снарядов и вернулся на прежнюю позицию. Фашистские «Тигры» в это время уже вели сильный огонь по нашим танкам:

Я выбрал один танк и ударил по нему четвертым снарядом накрыл цель. Враг почувствовал удар, начал разворачиваться и подставил мне корму. Я дал несколько выстрелов и «Тигр» запылал. Это был пятый танк, уничтоженный мною за короткий бой.

 

Подготовил к печати – /подпись/

В ПЕЧАТЬ:

ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР

Гв. Генерал-Лейтенант т/в /Н. ПОПЕЛЬ/

 

ЗАМ. ГЛАВНОГО РЕДАКТОРА

Гв. Генерал-Лейтенант /М. ШАЛИН/

 

Члены редколлегии: /подписи/

«   » декабря 1944 г.

 

---

 

Старший лейтенант Н. КРАСЮК

 

УДАР ОТВАЖНОГО ТАНКИСТА

 

Танковая рота лейтенанта УЧКИНА охраняла выход на шоссе. Танкисты расположились в засадах. Машины они зарыли в землю и замаскировали их.

Противник долго не решался на контратаку в этом направлении. Однако к исходу дня было замечено несколько вражеских танков. Гул моторов и лязг гусениц постепенно нарастал.

Вскоре три «Пантеры» поднялись на возвышенность и медленно перевалили через гребень высотки. Из-засад последовал прицельный выстрел.

Танки изменили направление и пошли под углом по отношению к танку НАУМКИНА. Воспользовавшись этим, лейтенант выстрелил бронебойным и поджег одну неприятельскую машину. Затем он открыл огонь по другому танку. Тот остановился, начал бешено отстреливаться. Еще несколько снарядов послал НАУМКИН, и второй танк разделил судьбу первого. Третий танк повернул в сторону и начал спускаться в овраг, намереваясь ускользнуть от меткого огня советских танкистов. Но и ему спастись не удалось.

Из одной горящей машины начал спасаться экипаж. Радист-стрелок КУБОНИН был наготове. Пулеметными очередями он истреблял гитлеровцев.

Потеряв три машины, немцы не отказались от атаки, а бросили новые силы танков. Впереди шли «Тигры», а за ними двигались танки и броневики.

Лейтенант НАУМКИН один продолжал бой. По его приказу механик-водитель ГУСЕВ отвел машину на дно лощины и продвинулся в сторону. В результате этого маневра танк НАУМКИНА оказался в не поражаемом пространстве, тогда как вражеские машины были на возвышенности.

Отсюда НАУМКИН бил в упор и наверняка. Он заставил неприятельские танки отойти за обратные скаты высотки.

 

Подготовил к печати: /П. СКВЕРНЮКОВ/

В ПЕЧАТЬ:

ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР

Гв. Генерал-Лейтенант т/в /Н. ПОПЕЛЬ/

 

ЗАМ. ГЛАВНОГО РЕДАКТОРА

Гв. Генерал-Лейтенант /М. ШАЛИН/

 

Члены редколлегии: /подписи/

«   » декабря 1944 г.

 

---

 

Майор П. ПАВЛОВЦЕВ

 

ВЗВОД ЮРПАЛОВА

 

Рассвет 6 июля 1943 года застал взвод ЮРПАЛОВА уже на позиции. С высоты 254,5, на которой были установлены пушки, видно было очень далеко. С биноклем у глаз ЮРПАЛОВ внимательно изучал впередилежащую местность. Позицию он выбрал сам, тщательно взвесив все ее преимущества.

Высота находилась в 100 метрах от шоссе БЕЛГОРОД – ОБОЯНЬ – главной оси движения немцев. Впереди виднелась развилка дорог, которые, как гигантские усы, разбегались в стороны: влево на БЕЛГРАД, вправо на ТАМАРОВКУ; в 2,5 километрах темнел лес, еще дальше белели мазанки села СЫРЦЕВО-ПЕНКА.

Впрочем, дальние подступы не интересовали ЮРПАЛОВА. Он знал, что «тигров» нужно бить только с ближней дистанции. «Если танки подойдут к развилке, – обдумывал он, стоя на высотке, – то они непременно развернутся ко мне боком и тогда я смогу открыть по ним огонь. Вздумают атаковать меня с фронта – наскачут на минное поле, пойдут в обход – опять-таки подставят нам свои борта… Таким образом, выбор позиции был действительно удачным.

ЮРПАЛОВ спрятал бинокль в кожаный футляр и направился уже было к расчетам для того, чтобы побеседовать с ними перед боем, как вдруг раздалась команда «Воздух». Глянув на небо, он увидел большую группу «Юнкерсов», направлявшихся прямо к бугру. Вот они развернулись и с воем пошли в пике. Засвистели бомбы, затрещали пулеметы. Долго продолжалась эта какофония грохота. Наконец, стервятники ушли восвояси. ЮРПАЛОВ бросился к орудиям «Все ли целы?» Осмотрел – все в порядке. Только у одной пушки пулеметной очередью срезало четверть щита. Не зря значит полковник ФРОЛОВ так часто указывал на необходимость закапывать орудия. Трудно было в учебе, зато сейчас ЮРПАЛОВ мог быть спокоен. Взвод его сколочен, люди расставлены правильно, в расчетах достигнута полная взаимозаменяемость, движения отработаны до автоматичности – орудия изготовляются к стрельбе за 7-8 секунд. В учении взвод считался одним из лучших. Каким-то он будет в бою?

Шли часы томительного ожидания. По гулу артиллерийской канонады чувствовалось, что бой приближается, но пока он еще был так далеко, что наблюдатели видели на горизонте только полосу дыма. Прошла тревожная ночь и только ранним утром 7 июля взвод был разбужен громким криком разведчика: «идут». Это, конечно, было не по уставу. Нужно было доложить кто идет, сколько машин, откуда. Но все поняли и без пояснений, что настал час битвы.

ЮРПАЛОВ поднял бинокль, но он оказался не нужным. Танки противника были видны уже простым глазом. Стал считать – насчитал 72 танка. По спине пробежала дрожь 72 машины против двух маленьких пушек и 16 человек артиллеристов. Соотношение сил чудовищно неравное. ЮРПАЛОВ обернулся к расчетам. Все смотрели на него и как бы спрашивали: «Ну, что, примем бой?»

– Примем! – решительно сказал ЮРПАЛОВ, – и поклянемся не пропустить! – добавил он, невольно опустившись на одно колено. Бойцы сделали то же самое и молча подошли к орудиям.

Танки противника вошли в лощину. Где-то справа заговорила «Катюша». Лица людей озарились радостью. ЮРПАЛОВ снова принялся считать танки. Теперь уже их осталось 63. Головной подошел к минному полю, но как видно заметил, остановился, к нему подтянулись остальные. Посовещавшись и решив, как видно обойти заминированный участок, немцы направили свои машины в сторону. 16 танков пошло вправо с большим заходом на противоположную сторону шоссе, а 47 «Тигров» стали огибать поле слева. ЮРПАЛОВУ хорошо были видны их профили. Он уже почувствовал нетерпеливое желание открыть огонь, но дистанция была более 500 метров и, взяв себя в руки, ЮРПАЛОВ решил подпустить противника еще ближе.

От левой группы откололось еще 10 машин, теперь по шоссе двигалось 37 «Тигров». «Это уже наши» – подумал ЮРПАЛОВ, заметив, что танки берут круто вправо. Теперь до них оставалось не более 300 метров.

«Что же, командир? – с тревогой вырвалось у кого-то из артиллеристов, – почему он не дает команды?

– Даю! ответил ЮРПАЛОВ, – даю команду: по фашистским гадам огонь! – выкрикнул он вдруг несколько неестественным от волнения голосом. Грянули первые выстрелы. Мысли заработали с непостижимой быстротой. Движения людей казались виртуозными. Не заметив того и сам, ЮРПАЛОВ вдруг начал быстро ходить, не отрывая, однако глаз от приближавшихся к высоте танков противника. Вот уже слышен шум их моторов.

– АНТЫНЯНУ по головному, ПЕКАРЮ по второму, по три снаряда подкалиберными – командует ЮРПАЛОВ – Огонь! – Два выстрела почти сливаются в один. Танки врага останавливаются и, не заметив точно откуда были произведены выстрелы, бьют из своих пушек наугад, прощупывая всю высотку. Но артиллеристы успели уже откатить свои пушки на запасные позиции за гребень холма.

Не нащупав цели, танки движутся дальше. В реве их моторов и грохоте орудийной стрельбы голоса уже не слышно. ЮРПАЛОВ поднимает пистолет – это означает «к бою». Расчеты тотчас выкатывают свои пушки на прежние позиции и дают еще по одному выстрелу. Два танка окутываются черным дымом.

Несколько раз повторяют этот маневр артиллеристы. В стане врага пылает уже пять танков, шестой подбит. Заметив, наконец, взвод ЮРПАЛОВА немцы открывают по нему ураганный огонь. В результате обстрела был выведен из строя расчет ПЕКАРЯ. У АНТЫНЯНА появились раненные. ЮРПАЛОВА сильно контузила. Огромным усилием воли он заставил себя приподняться и осмотреться. Площадка их имела неузнаваемый вид. Трава была скошена осколками, земля изрыта воронками, пушки разбиты, люди ранены.

Прекратив обстрел танков, немцы выслали на сопку десант автоматчиков. Неистово засвистели автоматные очереди. Промедление грозило гибелью всего взвода. ЮРПАЛОВ поднялся на ноги.

– Вынести убитых и раненых – скомандовал он, – троим остаться со мной!

Некоторое время он еще стоял, пошатываясь на обессилевших ногах, но потом у него закружилась голова и он вынужден был снова опуститься на землю. Где-то, совсем рядом, послышались выстрелы. Напрягши свое сознание, ЮРПАЛОВ понял, что это стреляли его люди, отбиваясь от наседавших на них автоматчиков противника. Нащупав пистолет, он перезарядил обойму, открыл глаза и вдруг увидел бегущего по сопке немца. Прицелился, но ослабевшая рука дрожала, мушка описывала круги, фигура немца двоилась. Попытался было придержать кисть левой рукой, но и левая дрожала так же, как и правая. Решил ждать пока немец подбежит ближе. Вот он уже совсем рядом. ЮРПАЛОВ вновь поднимает пистолет и расстреливает гитлеровца в упор. Где-то справа послышался голос шофера:

– Товарищ младший лейтенант раненные все вынесены, разрешите я помогу вам дойти до машины.

– Подожди! – слабым голосом ответил ему ЮРПАЛОВ и перевернувшись на живот пополз к убитому немцу, снял с него оружие, полевую сумку, отполз несколько метров назад и вдруг обессилев окончательно, потерял сознание…

Очнулся он уже в госпитале, где и рассказал мне обо всем происшедшем.

 

Подготовил к печати: /В. ЖЕЛТОВ/

В ПЕЧАТЬ:

 

---

 

Гв. Старшина А. ЕРЕМЕНКО

механик-водитель

 

УМЕНИЕ, ОТВАГА

 

Гвардейцы, – люди, как говорят, видавшие виды. Но прошедшие бои по своему ожесточению не имеют себе равных в истории части. Достаточно сказать, что наша танковая рота в первый день сражения приняла удар более семидесяти немецких танков, поддержанных таким же числом самолетов. Фашистские мерзавцы надеялись огнем и металлом сломить нашу стойкость, но не вышло. Гвардейцы выстояли, измолотили врага и отбросили его назад.

Скажу про свой экипаж, которым командует гвардии лейтенант Георгий БЕССАРАБОВ. На второй день боя после того, как мы подожгли два тяжелых вражеских танка «Т-VI», экипаж в составе взвода занял рубеж близ скрещения двух важных дорог. Командир наш БЕССАРАБОВ поставил боевую задачу взводу.

– Смерти не пострашимся, а долг свой выполним с честью, – ответили танкисты своему командиру.

В 7 часов утра гитлеровцы бросили на наши позиции лавину танков с двух направлений. Впереди двигались «Тигры». Танки шли в походном построении, рассчитывая устрашить советских бойцов. Старый прием. Немцы не учли, что они имеют дело с гвардейцами.

– Вперед, на высоту, – слышу в наушники голос командира.

Я повел машину навстречу врагу, заходя ему с левого фланга. Фашистские танки уже были невдалеке. Их было много. Командир иронически сказал:

– Подсчитаем, когда побьем.

Чтобы немцы нас не заметили, мы поставили машину за гребень высот. Я понял расчет командира. Фашистские танки пойдут мимо, и мы начнем их бить в борта. Уже слышен рев «Тигров». Я взглянул на стрелка-радиста Владимира МАКСИМОВА. Он сосредоточенно смотрел на рацию. Мысли в голове неслись быстро. Сердце болело от ярости. Руки крепко сжимали рычаги. Но одна думка не покидала меня и моих товарищей – как бы угробить насмерть немецкую гадину.

До вражеских танков каких-нибудь 600 метров. Сильный звонкий выстрел нашей пушки, потом второй, третий…

Над головным «Тигром» поднялся сноп пламени и густой черный дым.

– Горит, товарищ гвардии лейтенант, – обрадованно крикнул я в микрофон.

Тем же способом лейтенант всадил в борт бронебойно-зажигательный снаряд второму «Тигру» и зажег его. Бой разгорелся все жарче. Я заметил на шоссе до роты немецкой пехоты. Командир выпустил туда четыре осколочных снаряда и разогнал пехоту. Под вечер мы зажгли прямым выстрелом с дистанции 60 метров третьего «Тигра», а всего за время этих боев наш экипаж поджег 7, в том числе 4 «Тигра».

Наша же машина имела незначительное повреждение, которое быстро исправлено.

В проведенных боях весьма проявились качества советского воина – храбрость и умение. Командир наш ни на минуту не терял управления взводом и экипажем, давал четкие команды, а мы их быстро выполняли. Башенный стрелок гвардии сержант Петр ЕЛЕСИН, награжденный орденом Отечественной войны 1 степени, метко заряжая пушку и пулемет, непрерывно наблюдал за полем боя.

Стрелок-радист гвардии старший сержант Владимир МАКСИМОВ, награжденный орденом Красной Звезды, в самой трудной обстановке поддерживал по рации непрерывную связь с командным пунктом. Успехи, достигнутые нами в боях, не вскружат нам головы. Мы знаем, что решающие схватки с гитлеровцами еще впереди. И мы сейчас старательно готовим к этим схваткам себя и свой грозный танк.

 

---

 

Капитан И. КОСТЫЛЕВ

 

БАТАРЕЙЦЫ

 

Солнце еще не всходило, когда противотанковая батарея ИВАНОВА свернула в сторону и остановилась перед балкой, лежащей параллельно с большаком. Приземистые юркие машины и легкие небольшие орудия сразу затерялись в нескошенной траве, досыта напоенной утренней росой.

– Косить бы, да косить эту траву, – тяжело вздохнув, произнес старший лейтенант ИВАНОВ. Он вспомнил родной широкий луг за ЯЗВИЩАМИ, под СТАРОЙ РУССОЙ, на котором знакомы ему кочки, все бороздки. Казак АЙДАРОВ понял мысли командира, сочувственно посмотрел на него и сказал:

– Сегодня убьем!

Иванов не стал спрашивать АЙДАРОВА, кого тот хочет убить.

Он понимал, что АЙДАРОВ говорит о немцах, что это значит – одержать победу и тогда можно вернуться в родные места и снова трудиться спокойно, жить вольно, как до войны.

– МАЗИН, занимай позицию здесь. Простреливай балку и дорогу.

– ГРИГОРЬЕВ, ставь орудие левее МАЗИНА и веди огонь по большаку. А ты ДЖУДРУКОВ – левее ГРИГОРЬЕВА и стреляй вправо. – МИХАЙЛИН, подайся назад на триста метров и прикрывай батарею со стороны деревни…

Батарейцы проворно взялись за дело и, спустя минут пять, орудия были уже на местах, а притянувшие их отошли на некоторое удаление. От каждого расчета выставили по наблюдателю. И, когда все устроилось – пушки и машины замаскировали, приготовили снаряды, командиры орудий доложили о готовности к стрельбе.

Наступили минуты томительного ожидания. Кто не испытывал этого чувства! Секунды в ожидании врага кажутся часами. Что-то будет? Эти крепкие здоровые ребята выглядят бодрыми, шутят, но у каждого на уме – бить врага, а самому остаться живым и с победой вернуться в родной кров. Многим представляется картина будущего боя: огонь, дым, кровь. А потом все стихнет, перевяжут раны, придет командир и скажет: «Награждаю тебя…»

Командир углубился в свои мысли. «Танки Т-VI все знают. Не мало было затрачено труда на учебу. Проводили ее приближенно к боевой действительности. Стреляли по движущимся макетам, отрабатывали действия расчетов до автоматизма. Нет, эти не подведут. Они умрут, но не осквернят священную традицию артиллеристов.

Стоять, уничтожать врага пока бьется сердце!»

С подъемом солнца послышался гул самолетов. Немецкие. Они каруселью кружили над передним краем и, взаимодействуя с танками, наступали на наши наземные войска. Их гул приближался к батарее.

– Подобьете танк, – наставлял бойцов командир, – немедленно поджигайте его. Зверя мало ранить, его надо убить. Танк убитым будет только тогда, когда он сгорит.

Один из наблюдателей доложил о появившихся на большаке танках противника.

Сорок восемь машин насчитал комбат. С каждой минутой расстояние между ними и батареей уменьшалось. Наводчики впились в прицелы, заряжающие держат орудия наготове, подносчики крепко держат очередные снаряды. Остается дистанция в двести метров. В это время звучит команда:

– По вражеским танкам, огонь!

Три маленькие орудия заговорили полным голосом. С первыми выстрелами загорелся четыре танка. Четыре столба густого черного дыма поднимаются вверх. Неповоротливые «Тигры» начали разбредаться по полю. МАЗИН, ГРИГОРЬЕВ и ДЖУДРУКОВ подают новые команды стрелять в бока машин. Наводчик ПАРХУНОВ быстро работает механизмами и как только наводит на цель – гремит выстрел.

В воздухе самолеты врага. Они обрушиваются на батарею. Но некогда смотреть вверх. Артиллеристы вошли в азарт боя.

– Вторая колонна танков! – докладывают командиру.

Эта колонна быстро проскакивает по шляху и, прикрываясь высотой, на большой скорости направляется в обход деревни. ИВАНОВ оценил обстановку, сообразил, что немец хочет взять его в огневой мешок. И странно, в этот момент он произносит единственное слово:

– Помни!

Только потом стало известно, что это слово связано с клятвой ИВАНОВА, его двоюродного брата и друзей-односельчан, ставших партизанами. Клятва эта произнесена в Калининских лесах. Она не многословна: «Бить оккупантов насмерть. Своей крови и жизни не жалеть. Без победы домой не возвращаться». ИВАНОВ вспомнил эту клятву в момент, когда нужно было проявить непоколебимую стойкость. Он подал МИХЕЙКИНУ сигнал, чтобы тот был наготове.

На позициях батареи земля вздрагивает от бомб и снарядов, воздушные волны сшибают людей с ног. Двумя прямыми попаданиями разбило орудия МАЗИНА и ГРИГОРЬЕВА. ПАРХУНОВ и АЙДАРОВ замертво падают головами вперед. В расчете ДЖУДРУКОВА вышли из строя наводчик, его заместитель. ДЖУДРУКОВ становится наводчиком, а командир взвода КАЗАДАЕВ – заряжающим.

Танки подошли к балке. Три десятка десантников спускаются в нее, намереваясь уничтожить батарею. ИВАНОВ отдает приказ сержанту АЛЕКСАНДРОВУ взять ручной пулемет и преградить путь десантникам.

И вот один русский воин становится против тридцати немцев. Он метко посылает свинцовые струи в балку, устилая ее дно трупами гитлеровцев. Пулемет умолк только тогда, когда в балке не осталось ни одного фрица.

Из деревни выползла голова новой колонны немецких танков. Теперь на батареи ИВАНОВА ведут огонь с трех сторон. По второй колонне танков стреляет орудие МИХЕЙКИНА. ДЖУДРУКОВ по-прежнему расстреливает танки у большака. Десять машин уже пылает. Но их еще 38 между балкой и большаком и более того в деревне.

Враг взял батарею в огневой мешок и, казалось, из него выйти невозможно. Две батарейных машины сгорели, третья и ее водитель погибли от прямого попадания бомбы. Еще несколько минут и шквал огня уничтожил бы оставшуюся горстку храбрецов, но ИВАНОВ вовремя принимает смелое решение – вырваться из огневого кольца.

По его приказанию МИХЕЙКИН ведет огонь по колонне, надвигавшейся из деревни, а ДЖУДРУКОВ, с помощью бойцов, подкатил орудие к машине, и прицепил его. МИХЕЙКИН поджигает еще один танк, а второй подбивает. И когда отзвучал последний выстрел, его орудие подцепляется, водитель дает газ и машина, быстро набирая скорость, проходит узкую горловину огневого мешка.

Высоко поднимающийся от горящих одиннадцати танков черный дым образует собой густое облако, скрывает полуденное солнце фронтового дня.

 

Подготовил к печати – /подпись/

В ПЕЧАТЬ:

ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР

Гв. Генерал-Лейтенант т/в /Н. ПОПЕЛЬ/

 

ЗАМ. ГЛАВНОГО РЕДАКТОРА

Гв. Генерал-Лейтенант /М. ШАЛИН/

 

Члены редколлегии: /подписи/

«   » декабря 1944 года.

 

---

 

Лейтенант Н. ЗАМУЛА

 

КАК МЫ ВОЕВАЛИ

 

Ночью я получил приказ «оседлать» шоссейную дорогу, проходившую на БЕЛГОРОД. Моему взводу указали месторасположение и поставили задачу.

На рассвете появились неприятельские самолеты. Они шли волнами и сбрасывали сотни бомб на наши боевые порядки. Было ясно, что после налета немцы двинут на нас танки.

Слева от меня на дороге занимал рубеж один взвод, справа другой, а еще правее подразделение старшего лейтенанта КОБЗАРЯ. В 9 часов утра вдоль лощины к деревне потянулась длинная колонна немецких танков. В голове колонны шло несколько «Тигров», а позади, в промежутках между ними, средние танки и самоходные пушки. Немцы, впервые применив на нашем участке танки «Т-VI», действовали осторожно. Их танки шли не напролом, не как в первые месяцы войны, а медленно, от укрытия к укрытию, причем на остановках «Тигры» выдвигались вперед, а средние танки и орудия прятались за ними.

При атаке «Тигры» останавливались на большой дистанции от нас, выбирая возвышенность, с которой можно было бы подавлять наши огневые точки и не давать нам возможности обходить немцев с флангов. «Тигры» с хода не ведут огня, а действуют лишь с места и, опасаясь подставлять свои борта, уязвимое место, становятся к нам лбом.

Наблюдая за поведением вражеской колонны, я быстро оценил ее тактику и маневр. Собрал командиров своего взвода, дал указание, как действовать, и приказал не открывать огня без моего сигнала. Сам же я ожидал сигнала старшего лейтенанта БАЙБАКОВА.

Когда колонна приблизилась к нам на 600 метров, мне был подан сигнал. Сделав шесть выстрелов, я скомандовал механику-водителю дать задний ход и сменить позицию. Новая позиция была удобной и сулила успех. Один из «Тигров» повернулся ко мне бортом, я выстрелил бронебойным снарядом. Вспыхнуло пламя. Но в эту минуту в башню моего танка попал снаряд. Башня выдержала, а меня сильно оглушило. Признаться, я даже не почувствовал этого в первые минуты; мои мысли были заняты тем, чтобы механик-водитель непрерывно менял позицию.

Старшего лейтенанта БАЙБАКОВА ранило, и он приказал передать мне, чтобы я принял на себя командование ротой.

Огонь по врагу не прекращался ни на минуту. Немцы оттянули свои машины в лощину и стали выжидать. Я непрерывно наблюдал за всеми своими экипажами и был немало удивлен, что старший лейтенант КОБЗАРЬ, находившийся на правом фланге, не ведет огня. Что случилось? Ведь немцы сосредоточили свой огонь против моего взвода. Решил проверить. Вылез из машины, посмотрел в сторону КОБЗАРЯ и понял, что ему из-за ржи не видать вражеских целей.

Дай-ка, думаю, взберусь на горку и посмотрю на неприятельский стан. Только стал подниматься, вижу – немцы прекратили огонь и стали маневрировать. Присмотревшись, оказывается эшелон расчленился на три группы, одна из них пошла в обход моей роты со стороны леса, другая по лощине нам в лоб, а третья направилась по дороге в деревню.

И когда передо мной раскрылась картина маневра неприятеля, я принял следующее решение: командиру одного взвода приказал выехать и встретить немецкую колонну, идущую нам в обход, а машины другого взвода расставил в лощине. Сам же я выдвинул свой танк к горящей машине БАЙБАКОВА и укрылся за ней.

Как только немецкие танки приблизились, был подан сигнал, и сразу взвода открыли огонь. Особенно удобно было бить врага мне. Немцы не подозревали, что я укрылся за горящим танком. Прицелившись, я ударил по «Тигру» и зажег его. В это время на холм выползло несколько средних танков. Осколочными снарядами я зажег два из них.

Свыше восьми часов длился бой. Немцы, превосходя нас во много раз силами, все рвались к деревне, а я, памятуя приказ командования: «Не отходить от рубежа», знал, что для меня есть только одно решение – безоговорочно выполнить приказ. Важно было, однако, выяснить положение на поле боя, и я снова вылез из танка. Обход немцам не удался, а к моему взводу ни один танк не приближался. Зато горящих факелов было много.

Рассвирепевшие немцы выкатили противотанковые орудия, но мы успели разбить их еще до того, как они открыли огонь. Потери были и у нас.

Вскоре немцы обнаружили меня и открыли убийственный огонь, но снаряды их попадали в горящий танк БАЙБАКОВА. Оставаться под его защитой было рискованно, и я задним ходом стал менять позицию. И вдруг заметил несколько «Тигров». Они шли почти рядом по левую сторону от меня. Прицелившись, я ударил по одному из них – мгновенно вспыхнуло пламя, другие быстро отошли.

В этом бою отличились многие экипажи. Младший лейтенант А. ЮРУСОВ уничтожил два «Тигра» и три «Т-III», младший лейтенант И. КУКСОВ уничтожил один «Тигр», два «Т-IV» и две пушки. Я же лично зажег четыре «Тигра», пять «Т-III» и «Т-IV», три самоходных пушки и один транспортер.

 

---

 

Старший лейтенант Н. КРАСЮК

 

КАПИТАН ВИКТОР АРСЕНТЬЕВИЧ МИРОНЕНКО

 

Виктору МИРОНЕНКО едва исполнилось двадцать четыре года, когда он был назначен командиром артиллерийского дивизиона. Молодой офицер смело и уверенно взялся за управление подразделением. Война вырастила его, сделала настоящим командиром. Знания, которые МИРОНЕНКО вынес из артиллерийского училища, дополнились полуторагодовым боевым опытом.

Капитан помнит бои на Северо-Западном фронте, в Калининских лесах. Из приобретенного в них опыта он отбирал все ценное и нужное и на этом учил своих подчиненных.

Временное затишье на фронте МИРОНЕНКО использовал для совершенствования боевого мастерства своих офицеров, сержантов и рядовых. Он учил их воевать, брать от своего оружия все, что оно может дать. Он строго соблюдал одно правило – постоянно находился в расчетах и показывал сержантам и бойцам, как нужно действовать у орудия, работать слаженно, в такт друг другу. На миниатюрном полигоне, представлявшем копию характерного участка местности, на которой предстояло вести бой, МИРОНЕНКО учил офицеров готовить исходные данные для стрельбы по закрытым целям с помощью приборов и карты, объяснял им как нужно добиваться точной стрельбы по цели.

Когда наступила ночь и личный состав уже отдыхал, командир дивизиона уединялся в своем блиндаже, брал учебник по артиллерийскому делу и просиживал до рассвета за сложными аналитическими вычислениями, осваивал тактику применения артиллерии. Он никогда не останавливался на том, что для него было известно, а шел дальше, совершенствуя свои знания, искал новые приемы использования своего оружия в бою.

В одну из июльских ночей капитан проснулся от грохота артиллерийской канонады, доносившейся с передовых позиций. Опытный воин, он сразу понял, что учебе и передышке пришел конец.

Батареи МИРОНЕНКО заняли боевой порядок. Они расположились на подходе к глубокому и узкому оврагу, проходившему вдоль нашей линии обороны.

Впереди уже кипел бой. Немецкая авиация атаковала боевые порядки советской пехоты. Била артиллерия, минометы и вслед за огневым валом ползли танки. МИРОНЕНКО обходил орудийные расчеты, беседовал со своими питомцами, словом и примером личного хладнокровия вселял в них уверенность в победе над врагом.

Бой приближался. Командир ушел на наблюдательный пункт, выброшенный далеко впереди батарей. Отсюда он начал огнем своих орудий прокладывать путь на родную украинскую землю, на ПОЛТАВУ, где он родился, провел счастливое детство и юность. Отсюда, с позиции своего дивизиона он стремился к живописным берегам любимой ВОРСКЛЫ, к своим седовласым матери и отцу, старость и честь которых оскверняет проклятый немец.

В груди советского офицера горел огонь священной ненависти к врагу и сознание радости того, что он воюет за свой родной город, за родных мать и отца. На этом небольшом косогоре он поклялся быть на Украине, жестоко мстить врагу за все его злодейские преступления.

– Слышите ли вы меня, мои родные? Чувствуете ли мое дыхание? – говорил про себя МИРОНЕНКО, обращаясь мысленно к своим старикам, к своему любимому городу. – Приду к вам, освобожу вас…

Бой нарастал. Враг, собрав большие силы на узком участке, лез на наши рубежи. Несколько танков почти вплотную подошли к боевым порядкам нашей пехоты. Артиллерийский командир видел, где идут танки, куда они направляют свой удар. Он взял телефонную трубку и сообщил установки и ориентиры на батарею.

Артиллеристы обрушивались на врага мощным огнем. Снаряды рвались, точно на том месте, куда подходили немецкие танки.

– Хорошо! – продолжайте бить так, – передавал огневикам МИРОНЕНКО.

Батареи давали залп за залпом. Немецкие танки метались в шквале огня. Над ними кругом взлетали в воздух столбы дыма и земли, все было в пламени. Когда рассеялся дым первого налета артиллеристов, черный, смрадный дым. Колонна вражеских танков была расстроена и раздроблена.

Но враг бросил в дело новые подкрепления. Из-за бугра показались танки. Теперь они уже угрожали наблюдательному пункту командира дивизиона. МИРОНЕНКО знал, что значит лишиться НП. И он предпринял надежные контрмеры. Он вызвал к себе взвод пушек. Лейтенант ДМИТРИЕНКО с двумя орудиями расположился около НП и отбивал атаки прорвавшихся танков. А командир, пользуясь прикрытием, без помех вызывал огонь, направлял его туда, где больше всего он был нужен.

Был момент, когда гитлеровским танкам удалось проникнуть в район НП. Тогда капитан дал для обстрела квадрат вблизи себя. Старший на батарее недоуменно переспросил у командира не произошло ли какой-нибудь ошибки.

– Бейте, не теряйте времени, – строго сказал МИРОНЕНКО.

Батарейцы накрыли указанную командиром площадь плотным огнем. Фашистские «Тигры» отползли назад.

Появилась большая опасность в другом месте. Группа «Тигров» прорвалась на фланге и устремилась на шоссе в глубь нашей обороны. Нужно было быстро сманеврировать и пересечь путь врагу.

– Двум батареям сменить огневые позиции, выйти за урочище! – приказал МИРОНЕНКО своему заместителю капитану ВЛАСЕНКО.

С одной батареей командир дивизиона остался на прежних позициях, чтобы прикрыть перемещение орудий. Немецкие танки лавиной катились в этот район.

Казалось, уже невозможно их остановить. Но вот на батарее появился сам МИРОНЕНКО. Он стал у одного орудия за наводчика. Сержант ЧЕРКАСОВ заряжал, а МИРОНЕНКО стрелял. Глядя на своего командира, остальные расчеты с такой же яростью и стойкостью вели огонь, в упор расстреливали немецкие машины.

Враг предпринимал три контратаки и все их отбил МИРОНЕНКО из своих орудий. Этим временем батареи вышли на новые позиции и преградили путь врагу. МИРОНЕНКО решил, что настал момент вырвать из опасности и остальные пушки. По его приказу два взвода уже стали переходить на другой рубеж. Сам же он остался для прикрытия отхода. Танки врага ползли вперед, извергая смертоносный металл. Вот снаряд ударил в пушку МИРОНЕНКО. Пламя и дым окутал орудие на лафете неподвижно лежал убитый отважный командир. Он погиб, как герой, стойкий и бесстрашный борец за честь и свободу своей Родины, за любимую Украину. Он отдал свою жизнь, так и не увидев родного города, свою семью. Но он не пропустил оккупантов, помог батареям занять новые позиции и разбить гитлеровцев, отбросить их назад туда, откуда они начали свое наступление, а затем и позорное бегство.

 

Подготовил к печати – /подпись/

В ПЕЧАТЬ:

ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР

Гв. Генерал-Лейтенант т/в – /Н. ПОПЕЛЬ/

 

ЗАМ. ГЛАВНОГО РЕДАКТОРА

Гв. Генерал-Лейтенант /М. ШАЛИН/

 

Члены редколлегии: /подписи/

«   » _________ 1944 г.

 

---

 

Старший сержант Н. МАЗИН

Командир орудия.

 

НАТИСК СДЕРЖАН

 

Кроме нашего орудия в обороне стояло еще три пушки. Впереди были две высотки с неглубоким логом, между ними справа простирался овраг и стояла деревушка. В поле пахло травами и цветами. Я никогда не забуду этого ясного дня.

До двух часов было спокойно. Потом, вдруг, показались три немецких танка. Они остановились на высоте километрах в двух. «Разведчики!» – решили мы.

Орудия не выдавали себя. Вскоре за первыми танками показалось еще 15, а потом еще и еще. Около 50 машин двигались на нас. Я отдал команду – приготовиться. Впрочем, все и так стояли на местах. У нас было 20 бронебойных и 20 подкалиберных снарядов. Бронебойными думали бить на 400-600 метров, подкалиберными – на 100-200.

Запас снарядов находился метрах в 100-200. По мирному времени близко. А тут все это пространство буквально наполнено огнем. Опасно, но ящичные – комсомолец ДЖЕНУШАКУНОВ и КРАСИЛОВ, не задумываясь, пошли за снарядами.

Между тем, танки спустились в лог и уже начали выходить из-за закрывающей его высотки. Цель была далековато, но зато танки находились к нам боковой броней.

Решил открыть огонь. Наводчик-комсорг ПАРХУНОВ поджег два танка. Но остальные продолжали двигаться. Запас снарядов подходил к концу, а ящичные не возвращались.

Потом выяснилось, что оба они убиты. Еще двоих – заряжающего комсомольца ЛИТВИНОВА и замкового АЙДАРОВА пришлось отправить за боеприпасами.

– На вас вся надежда! – коротко сказал ПАРХУНОВ. Товарищи ушли. Теперь я и наводчик остались у орудия. Была горячая работа.

Вскоре ЛИТВИНОВ на веревке притащил ящик снарядов. АЙДАРОВ погиб.

Танки были совсем близко. Мы ждали подходящего момента. Вдруг направляющий танк свернул, чтобы обойти воронки. Этого оказалось достаточно для выстрела. Ударили двумя подкалиберными и Т-VI запылал.

Так проходил этот бой. Четыре орудия сдержали почти 50 танков. Наше орудие уничтожило 4 немецких танка. Погиб герой ПАРХУНОВ. Он навечно зачислен в списки нашей батареи.

 

Подготовил к печати – /подпись/

В ПЕЧАТЬ:

ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР

Гв. Генерал-Лейтенант т/в /Н. ПОПЕЛЬ/

 

ЗАМ. ГЛАВНОГО РЕДАКТОРА

Гв. Генерал-Лейтенант /М. ШАЛИН/

 

Члены редколлегии: /подписи/

«    » декабря 1944 года.

 

---

 

Гвардии старшина В. МАНУКОВСКИЙ

Командир танка

 

ТАНКИСТЫ – ГВАРДЕЙЦЫ

 

Боевую задачу экипажам ставил командир роты гвардии лейтенант Георгий БУТОВ. Командир говорил коротко, доходчиво. В каждом его слове чувствовалась непоколебимая уверенность в свои силы, в силу своих подчиненных, с которыми он вместе прошел суровую школу войны. Но лейтенант давал себе отчет, что предстоящий бой будет трудным, и он напомнил экипажам о славных традициях части.

– Гвардейцы мы, – сказал БУТОВ, – и сражаться должны по-гвардейски.

Я посмотрел на друзей. Их лица были суровыми, сосредоточенными. Я понял, что и у них, как и у меня, лютой ненавистью горят сердца, и каждый из нас думает только об одном – как больше уничтожить фашистских подлецов, как новыми подвигами прославить свое гвардейское знамя.

Это было рано утром. На горизонте пылали пожары. Гитлеровцы жгли наши села. Черный дым застилал золотистые нивы. Земля содрогалась от разрывов тяжелых авиабомб и снарядов. В небе, словно воронье, стаями кружились вражеские самолеты.

Отдается последняя команда:

– По машинам!

Слышен стук люков и рокот моторов. Мы на полном ходу несемся к деревне, на которую сейчас наступали немцы крупными силами. Над нашими танками 12 немецких пикировщиков. Командую водителю:

– Вправо, вдоль улицы!

Бомба попадает в дом. На танк валятся бревна. Я не отрываюсь от оптического прицела. Вижу немецкую колонну танков. Башнер гвардии старший сержант Николай КОВАЛЕВ заряжает пушку. На ходу бью по головной машине. «Тигр» медленно разворачивает башню в нашу сторону. Дистанция 60-80 метров.

«Не успеешь, гад» – думаю, и в ту же секунду всадил ему в борт снаряд. Панцырник моментально загорелся.

Механик-водитель на мгновение останавливает машину.

Бью по второму желтобрюхому чудовищу… Запылал и этот. Спускаемся в балку. Справа вижу вражескую пушку. Разворачиваю башню и несколькими осколочными снарядами затыкаю ей горло.

Но силы были не равны со всех сторон ползли немецкие танки. Им удалось засечь нашу машину. Пламя лижет броню, обжигает лица экипажа. Рядом гитлеровские автоматчики.

– Русс, сдавайся! – вопят фашисты.

Мы им ответили свинцом, а сами выбрались за деревню и по оврагу вышли к своим.

На второй день я заменил выбывшего из строя командира другой машины и снова громил с экипажем гитлеровских подлецов. Будучи в засаде, наш экипаж зажег прямым попаданием несколько немецких автомашин с боеприпасами и пехотой и полностью прервал сообщение немцев между двумя населенными пунктами по шоссейной дороге.

Славные танкисты дрались, как львы. Гвардейцы лейтенанты ФОМИЧЕВ, ЖАРИКОВ, гвардии младший лейтенант КАЛИНИЧУК со своими экипажами превратили в груды металла десятки немецких танков, в том числе несколько «Тигров». Они удостоены сейчас высоких правительственных наград. Умение, мужество и храбрость показали в сражениях механики-водители МИЩЕНКО, ПОПОВИЧ, ЕГОРОВ; башенные стрелки ЛОМАКИН, Павел СЕВАСТЬЯНОВ, ЕГОРОВ; стрелки-радисты ПОПОВ, КАПТИЛОВ и многие другие. Самоотверженно действовал в боях командир нашей роты гвардии лейтенант БУТОВ.

В боях за отечество смертью героя погиб гвардии лейтенант Николай СОКОЛОВ, который поджег со своего танка четыре немецких «Тигра». Слава тебе, бесстрашный танкист! Никогда не смолкнет твоя боевая слава.

Всем сердцем принимаем мы, гвардейцы, благодарность нашего любимого вождя и полководца товарища СТАЛИНА. И в предстоящих боях клянемся тебе, товарищ СТАЛИН, будем бить фашистских мерзавцев еще сильнее, наверняка. За свою Советскую Родину, за свою землю, за свой народ не пощадим жизни своей.

Тяжелые были эти бои. Но гвардейцы выстояли!

 

---

 

Старший лейтенант Н. КРАСЮК

 

ДВА ДРУГА, ДВА ГЕРОЯ

 

Впереди траншей стлался зеленый луг, за ним переливалась волной желтоватая рожь, а дальше по горизонту непрерывно плыли облака дыма, вверх взлетали столбы земли и стоял неумолкаемый гул.

Огневой вал бомбовых и снарядных разрывов постепенно приближался к рубежу, обороняемому ротой бронебойщиков лейтенанта ПОНОМАРЕВА. И как-то неестественным казалось, что в эту грозную пору, сидя на кромке окопа, сержант ШАРЛЕЕВ выводит трогательные напевы туркменской песни. Восточная мелодия то нарастала, то, вдруг, спадала и совсем обрывалась.

– О чем поет ШАРЛЕЕВ? – спросил командир взвода у бойца АХУНОВА.

– Он поет любимую песню своей жены – Шамиды. О богатыре в ней поется, молодом туркмене, который победил злых врагов и со славой вернулся к своей красавице. Мой друг ШАРЛЕЕВ Чарэ тоже хочет стать в бою победителем и так же, как его сородич, героем вернуться в далекий АШХАБАД к своей Шамиде.

… Линия огня уже перенеслась на участок бронебойщиков. Немецкие бомбардировщики заходили с одного конца и, пролетая над траншеями, сбрасывали сотни бомб. Сюда же начали бить артиллерия и минометы. А за огневым валом двигались танки – в центре «Тигры», по флангам средние машины.

Сержант ШАРЛЕЕВ переставил на другое место свое ружье, обитое полынью, и прилег на стрелковую площадку. Из-за бугра в лощину шли немецкие танки. Один «Тигр» грузно спустился по склону и пополз вдоль оборонительной линии. ШАРЛЕЕВ навел ствол бронебойки в борт танка и дал первый выстрел. Впереди окопа заклубился дым и скрыл вражеский танк от взора.

– Смотри, АХУНОВ, как попал?

– Маловато, – заметил второй номер, – добавка требуется. И вложил в ружье следующий патрон.

Еще выстрел и танк остановился. ШАРЛЕЕВ послал третью пулю. Прошло мгновение и над фашистской машиной заплясало пламя.

– Шамиду есть чем порадовать, – сказал АХУНОВ.

ШАРЛЕЕВ улыбнулся. Но в это время выполз второй танк. Он шел по тому же пути, что и первый и та же участь постигла его. ШАРЛЕЕВ бил ловко, точно и спокойно, как будто он вел стрельбу по макету на учебном полигоне. После четвертого выстрела танк загорелся. Немцы наседали на советских воинов с трех сторон – спереди и с флангов. Но бронебойщики ШАРЛЕЕВ и АХУНОВ хладнокровно продолжали свое дело – они били мерзавцев.

Патроны были на исходе. Когда решили пополнить запасы, убедились, что путь на пункт боепитания отрезан.

АХУНОВ побежал по траншее, взял у раненого бронебойщика сумку с патронами и вернулся. ШАРЛЕЕВ оживился, снова взял ружье, но стрелял экономнее.

– Смотри, Каюм, куда ложатся пули!

ШАРЛЕЕВ делает один за другим два выстрела и еще один средний танк горит на дне узкой лощины. Гитлеровцы не рискнули двигаться дальше, остановились за возвышенностью и открыли бешеный огонь.

Вражеская пуля впилась в грудь ШАРЛЕЕВА. В это же время разорвался снаряд. И взрывная волна отбросила АХУНОВА в сторону. Пламя от разрыва обожгло ему лицо.

ШАРЛЕЕВ, напрягая силы, поднялся, нащупал ружье и приготовился к стрельбе.

– АХУНОВ, ты жив? – окликнул сержант.

– Жив, только плохо вижу.

– Танк идет на нас, – сказал ШАРЛЕЕВ.

АХУНОВ протянул руку, инстинктивно нашел казенник ружья и вложил патрон. ШАРЛЕЕВ сделал выстрел, второй, третий. Мотор танка взревел, машина повернулась в сторону и в таком положении застыла.

 

Подготовил к печати – /подпись/

В ПЕЧАТЬ:

ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР

Гв. Генерал-Лейтенант т/в /Н. ПОПЕЛЬ/

 

ЗАМ. ГЛАВНОГО РЕДАКТОРА

Гв. Генерал-Лейтенант /М. ШАЛИН/

 

Члены редколлегии: /подписи/

«    » декабря 1944 года.

 

---

 

Старшина В. КАЛЕНОВ

 

НАШ КОМАНДИР

 

Когда на горизонте показались первые танки, командир роты старший лейтенант Владимир РЫБАЛКО сидел уже в машине и пристально наблюдал через перископ. Перед этим он долго беседовал с экипажем, вместе с командирами танков выползал вперед на рекогносцировку местности, ставил взводам боевую задачу, указывал ориентиры, кому и когда открывать огонь.

Я сидел за рычагами управления. Ровно гудел мотор. Фашистские танки, извергая лавину огня из жерл своих длинных пушек, неслись к высоте, которую занимала наша рота. Стая за стаей, словно кровожадные коршуны, спускались над нами немецкие стервятники, сбрасывая тяжелые бомбы.

– Целиться в голову колонны, по фашистским панцирникам, огонь! – скомандовал РЫБАЛКО.

Слышу выстрелы. Один, второй, третий. Танк слегка качнулся. Плотнее прижимаю наушники переговорного устройства, стараясь не пропустить очередной команды, и наблюдаю вперед. Вижу, ярким костром запылало сразу два немецких танка. Затем еще три. В щепки разлетаются двенадцать вражеских автомашин с пехотой, следовавших за танками. Это была боевая работа старшего лейтенанта ГОРЯЧЕВА. Немецкие танки замешкались. Встретив упорное сопротивление, они повернули вспять. Но через некоторое время враг пошел справа в обход высоты. Дальше, за высотой, раскинулось селение, а от него в разные стороны отходило несколько дорог. Туда и нацеливали свой удар взбесившиеся фрицы.

Но не маневр гитлеровцев командир роты РЫБАЛКО ответил контрманевром. По его приказу наши танки быстро спустились на обратный скат высоты, приняли 400 метров правее и внезапно обрушили с фланга смертоносный огонь по немецкой колонне.

Не прошли бандиты и здесь. Потеряв несколько машин, они подались еще правее, но там попали под огонь наших соседей.

На второй день наш экипаж оказался лицом к лицу с 18 немецкими танками, в числе которых было 8 желтобрюхих «Тигров». Но не растерялся старший лейтенант РЫБАЛКО и теперь. Он вел себя бесстрашно, хладнокровно и с него брал пример весь экипаж. В неравном бою наша машина была подожжена. Уже тогда, когда вздымалось пламя, старший лейтенант успел подбить немецкое противотанковое орудие.

Рыбалко первым бросился тушить пожар. В это время его ранило. Но уже через день командир роты вернулся на поле боя и снова повел экипажи в атаку. В тот день наша рота отбила у немцев рощу и один населенный пункт.

В наступательных боях старший лейтенант РЫБАЛКО уже был заместителем командира батальона. Умелым военачальником, требовательным и заботливым командиром и задушевным другом подчиненных показал он себя.

Все рядовые, сержанты и командиры любят офицера старшего лейтенанта РЫБАЛКО за его высокое военное мастерство, храбрость, за заботу о подчиненных.

 

---

 

Ефрейтор А. СКОРОДУМОВ

 

СПАСТИ ЖИЗНЬ КОМАНДИРА

 

На позиции нашей роты двигалось 20 немецких танков, а за ними шла пехота. Мы терпеливо подпускали противника.

Когда он подошел совсем близко – открыли огонь по пехоте. Дружные залпы всей роты отсекли пехоту от танков, заставили ее залечь. Но танки продолжали движение.

Несмотря на азарт боя, я посмотрел в сторону командира роты старшего лейтенанта АВРАМЧЕНКО. Немецкий танк был в нескольких метрах от него. Видя, что командир в опасности, я, БУЗИН и КАДЫМАЕВ бросились к нему на помощь. Но, прежде чем мы успели подскочить танк протаранил щель, в которой находился АВРАМЧЕНКО.

БУЗИН и я принялись откапывать командира, а КАДЫМАЕВ метко брошенной гранатой подбил немецкий танк. Наш командир был оглушен. Мы помогли ему прийти в себя и после этого заняли свои места в боевых порядках роты.

 

Подготовил к печати – /П. СКВЕРНЮКОВ/

В ПЕЧАТЬ:

 

---

 

Майор Фаб. ГАРИН

 

СИЛАЧЕВ И ДМИТРИЕВ

 

Гвозди бы делать из этих людей

Не было б в мире крепче гвоздей

Ник. Тихонов.

 

Казалось, все стихло. Опаленные огнем и смятые гусеницами хлеба склонились к земле, в раскаленном от зноя воздухе плыло марево, кругом царила тишина.

Еще час назад бой закончился. Потерпев поражение у одного селения, немцы отступили.

Наше подразделение тоже отошло в глубь обороны. Оставшиеся два танка готовы были уже развернуться, пройти переправу и взять курс на север, как неожиданно командир взвода лейтенант СИЛАЧЕВ, высунувшись из люка, увидел движущиеся вдалеке точки.

– Останови машину! – крикнул он взволнованным голосом механику-водителю и прильнул к биноклю. Вдали маячили в голубой дымке угловатые «Тигры».

Командир другого танка лейтенант ДМИТРИЕВ тоже заметил неприятельские машины. У него тоже быстро созрел план засады, но он ждал решения командира взвода.

Против двух советских танков двигалась лавина огня и стали. Ввязаться в бой было безумием – неравенство сил предрешало исход схватки. Шел эшелон в 80 танков. Впереди «Тигры» с противотанковыми пушками на прицепе, за ними «Т-III» и «Т-IV». Можно, понятно, отойти, не принять боя, но это было чуждо и СИЛАЧЕВУ, и ДМИТРИЕВУ.

– Максим, – сказал СИЛАЧЕВ, опуская бинокль на грудь, – машины наши стоят подходящее, первые пять танков я беру на себя, а ты – другие пять.

Вражеский эшелон двигался медленно, поднимаясь на холм. Рожь скрывала немецкие два танка, занявших удобную позицию.

– Максим, начинай! – скомандовал СИЛАЧЕВ, когда головной танк эшелона приблизился на 800 метров, и выпустил снаряд.

И над полем, где только что царил покой, снова поднялись клубы огня и дыма, стелясь длинной пеленой над нескошенными хлебами.

Немцы тотчас ответили, но, застигнутые врасплох, они били наугад, а наши били наверняка. Только через тридцать минут неприятелю удалось обнаружить засаду, но командиры машин успели сменить позицию. Уже пылали семь немецких танков, уже безудержной страстью мщения горели лица танкистов, а неприятель вводил в бой все новые машины.

В подразделении тем временем обнаружили исчезновение двух танков, и на поиски была послана разведка. Она прибыла в самую критическую минуту, когда оба экипажа, израсходовав весь запас снарядов, приняли решение отойти. Потребовалось только полчаса на то, чтобы старший техник-лейтенант КРОПАНЕВ погрузил новую партию снарядов и подвез к экипажам под огнем противника.

Немцы, потеряв в первой схватке семь танков, перегруппировались и снова двинулись на холм, надеясь расстрелять в упор непокорных советских танкистов. Несмолкаемый гул стоял над полем, земля стонала от мощных выстрелов, осколки срезали высокие колосья.

На поле горело еще пятнадцать немецких машин, кроме первых семи. А среди первых семи было пять «Тигров». Они горели бесконечно долго зеленовато-синим пламенем, и СИЛАЧЕВ послал по этим целям еще по снаряду, чтобы ускорить смерть танков.

Неожиданно он услышал сильный стук в броню.

– Кто там? – крикнул СИЛАЧЕВ.

– Свои!

Лейтенант открыл люк и увидел перед собой незнакомого командира.

– В чем дело? – недовольно спросил он.

– Я послан известить вас, что командование наградило оба экипажа орденами за беспримерную отвагу.

– Передайте командованию нашу благодарность, – ответил СИЛАЧЕВ и, скрывшись в машине, восторженно воскликнул:

– Во славу Родины еще разок!

Грянул выстрел, но он потонул в густой дымовой завесе, пущенной немцами для спасения остальных танков.

Четыре часа длился этот неравный бой, в котором два советских экипажа дрались против 80 немецких танков. Тридцать пять вражеских сожженных и изуродованных машин /пять «Тигров» и 25 «Т-III», «Т-IV»/ остались на холме, как символ величайшей храбрости советских танкистов.

 

---

 

Сержант Виктор ШУМОВ

Башенный стрелок

 

МЫ ВЫСТОЯЛИ, МЫ ПОБЕДИЛИ

 

Признаюсь, было немножко не по себе. Давно я участвую в боях, но такой несметной силы не встречал. Некогда было подсчитывать, но нам сказали, что на нашу роту шло больше сотни немецких танков.

Выехали мы с балки на высоту, установили свой танк, замаскировали его. Командир наш гвардии старший лейтенант орденоносец Алексей СОРОКИН, сказал коротко:

– Не впервые нам, друзья, бить немца, «Тигра» тоже одолеем.

– Одолеем, – ответили мы.

Читали мы об этом самом «Тигре» в брошюрах, газетах, стреляли по макетам этого чудовища, а теперь их по лощине, к деревне, спускалось порядочно. Четыре уже горели. Я видел через смотровую щель темно-синее пламя и черный дым, вьющийся над ними. Это была работа наших артиллеристов и бронебойщиков.

Командир экипажа СОРОКИН, как всегда, подшучивал.

– Нам может и не достаться.

Мы переглянулись с ним. Механик-водитель Николай ЧЕРНЯЙКОВ сидел за рычагами. Хороший у нас механик-водитель, такой же герой, как и командир танка. Еще в прошлых боях он набил вместе с экипажем до 250 фрицев, пять вражеских орудий и 10 пулеметов раздавил гусеницами.

Ровно гудел мотор, но зато неровно билось сердце, предчувствуя тревогу. В казеннике пушки уже был бронебойный.

Немецкие танки ползли рядами, один за другим. Враг не видал нас, что мы на высоте.

Настал момент. Немецкие бронированные коробки вышли из лощины на равнину. Видать, как на ладони.

– Прицел 2,2, бронебойным, огонь! – скомандовал командир и сам выстрелил.

Потом я едва успевал заряжать. Смотрю один здоровенный немецкий танк запылал.

– Ну как? – спрашивает вспотевший и разгоряченный командир.

– Добре, – говорю, – не такой черт страшный, как его малюют немцы.

А на душе приятно стало, прямо-таки хотелось поцеловать черное, закоптелое пороховой гарью лицо командира и нашу пушку, которая била без промаха.

Фашистские черепахи бросались то в одну, то в другую сторону, взрыли снарядами всю нашу высоту, а подойти к ней так и не сумели.

В этот день наша рота, наш экипаж выдержал три танковых атаки фашистских танков. Нас было вдесятеро меньше. Но мы устояли, устояли и не дрогнули. Наш экипаж сжег в этом бою пять фашистских тяжелых танков, а сколько мы их повредили, – не подсчитывали.

Когда немецкие танки шли на нас лбом, механик-водитель старшина ЧЕРНЯЙКОВ быстро уводил машину в другое место, заходил немецким танкам с борта, и тогда мы с командиром насквозь пробивали панцырников. Маневрировал механик-водитель машиной и в том случае, когда наша машина попадала под вражеский обстрел.

Во время третьей атаки врага в наш танк попал вражеский снаряд и убил нашего любимого командира-героя, гвардии старшего лейтенанта СОРОКИНА. Жалко, до слез жалко нам командира. С ним мы вместе воюем давно, привыкли к нему, как к отцу, и вот его нет в наших рядах, остальные три человека из экипажа, я механик-водитель ЧЕРНЯЙКОВ, стрелок-радист КАЗАНЦЕВ остались невредимы. Мы вывели из поля боя свою машину, скоро отремонтируем ее и снова пойдем громить ненавистных палачей.

Мы отплатим фашистским злодеям за все, сполна.

 

---

 

ЧЕСТЬ РАСЧЕТА

 

Из так называемых «старичков», прошедших огонь и воду, в этом расчете остался только сам командир и заряжающий. Все остальные были новые, еще не обстрелянные воины. Они знали, что расчет их первый, первого взвода, первой батареи, первого дивизиона. И первый не только по номеру. Очевидным было, что к их расчету питает уважение весь 265 минометный полк. На построениях они правофланговые, в списках первые. На беседах говорят, что традиции 1-го расчета должны стать традициями всей батареи. Но что это за традиции, командир расчета пока еще полностью им не рассказывал.

– Подождите, – говорил он, – пообвыкнитесь немножко, присмотритесь, себя покажите, вот тогда я расскажу… Целый вечер посвятим этому, чтобы не так это «в одно ухо влетело, а в другое вылетело», чтобы за сердце взяло каждого из вас за наше прошлое…

И вот сегодня этот вечер настал. Случилось это как-то неожиданно: сидели и обсуждали очередную сводку Совинформбюро. Вдруг командир расчета тов. БЫХ вынул из кармана гимнастерки самый обыкновенный, но тщательно завернутый в марлю серебряный портсигар. Столь бережное отношение к такому предмету не мало всех удивило.

– Что это, память о свадьбе? –

– Серебряный фонд расчета! –

– Подарок любимой ! – посыпались со всех сторон шутливые реплики бойцов.

– Нет ! – сказал командир – это честь нашего расчета!

– Как так ? –

– А вот как. Был у нас наводчик Николай ПАНФИЛОВ, паренек самый обыкновенный, не дюжий, но дело свое знал, прямо скажу, на зубок. Глаз у него был острый, наметанный.

И вот, помню, в мае 1943 года готовились мы к боям, учились. Деньки стояли жаркие – тут тебе и солнышко припекает, и дел, как говорится, хватает. На инструкторских стрельбах был сам КАТУКОВ. Как сказали нам тогда, что он приехал, у нас по спине аж мурашки побежали. А он подошел, поздоровался попросту со всеми:

– Ну как, – говорит, – хлопцы, побьем немца!

– Побьем, – говорим, – на то и учимся…

Подали команду «огонь!». А надо вам сказать, что ПАНФИЛОВУ стоило только показать цель – враз наведет миномет на глаз, а потом только проверит. И этим он всегда выигрывал время. Так и на этот раз – первым отстрелялся и все мины в цель уложил. Подошел к нам КАТУКОВ:

– Молодцы, – говорит, – увидели, просто удивили. – Всем по пачке папирос дал, а ПАНФИЛОВУ будто же вручил ему на память вот этот портсигар. Вынул из кармана и вручил: – «Портсигар этот, – говорит КАТУКОВ, память о самых тяжелых боях 41 года, дарю тебе его как лучшему минометчику, надеюсь, что в бою будешь таким же молодцом, как и в учебе».

ПАНФИЛОВ дал ему слово и сдержал его. Через месяц разыгралась та самая июльская битва, о которой у нас говорят, что это не битва, а целое побоище. И действительно… На огневые позиции нашей батареи немцы бросили до полка пехоты, танки, бронетранспортеры. Стояли мы насмерть и победили.

А ПАНФИЛОВ, так тот просто чудеса творил. Как появится на дороге бронетранспортер или группа немцев, скажет ему наблюдатель – с первой же мины если не всех, то добрую половину уложит и кричит наблюдателю: – Ну как там, Сеня, еще что-ль или уже покойнички? – Покойнички! – отвечает тот – Ну и добре, перекурить значит можно! – Достанет портсигар, раскроет его, возьмет одну папиросу, а на внутренней стороне крышки иголкой маленькую царапину сделает. Каждая царапина – десяток убитых им фрицев, подбитых бронетранспортеров. Один раз он с трех мин целый взвод немцев уложил и две машины их уничтожил. Одной так прямо в кузов угадил. Лихой наводчик был. Неосторожность загубила. Мины сгружали. Одна из них упала, взорвалась и поранила Николая, сильно поранила, на фронт уже вряд ли вернется. Стали перевязывать его, гимнастерку скинули. А портсигар – то он хранил всегда в грудном кармане, как вот и я сейчас. Взял я гимнастерку, когда его уж в госпиталь увезли, сунулся в карман – портсигар лежит. С тех пор и храню, как зеницу ока. Вылечится, напишет, где он, отправлю ценной посылкой. Для него это память и для расчета нашего – честь.

Николаю тогда самому первому вручили орден «Отечественной войны II степени».

Таким был первый наводчик нашего расчета. И с тех пор расчет всегда отличается своими делами.

– Помню, пошли мы в прорыве… – начал было командир, вновь после короткой паузы, но речь его прервал вошедший посыльный. – Вас командир батареи МАТВЕЕВ вызывает, – сказал он.– Там новички собрались, хотят, чтобы вы побеседовали с ними…

– Ну вот там и продолжим, – сказал командир расчета т. БЫХ. И, бережно завернув в марлю и спрятав в карман портсигар, туго подпоясался, пригласил расчет присутствовать на беседе и отправился к командиру батареи.

 

т.т. БЫХ, ДОРОНКОВИЧ

Со слов участника боев ДУШКЕВИЧ записал

Гв. старший сержант В. ЖЕЛТОВ

 

Подготовил к печати: /подпись/

В ПЕЧАТЬ:

ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР

Гв. Генерал-Лейтенант т/в /Н. ПОПЕЛЬ/

 

ЗАМ. ГЛАВНОГО РЕДАКТОРА…

 

---

 

Старшина ДОМРАЧЕВ.

 

ФРОНТОВАЯ ПОДРУГА

 

Это было в первые дни войны. Вера пришла в военкомат.

– Рано еще, – сказал военком, возвращая Вере свидетельство. – Вам еще 17-ти нет.

Он ушла, глотая слезы обиды, а через несколько времени ее снова увидели в военкомате. После долгих просьб Веру КАНШИНУ направили в одну из действующих частей. Вместе с бойцами она выполняла боевые задания, вместе с ними ходила в бой.

Веру полюбили все и берегли, как цветок, выросший на развалинах родного пепелища. Вид этой маленькой, всегда веселой девушки, ее шутки и смех вносили радость в суровую обстановку, ободряли бойцов.

Под разрывами снарядов и бомб Вера вытаскивала раненых в укрытое место и отправляла в полевой госпиталь. Но вот КАНШИНА третий раз была ранена в голову, и ее отправили в госпиталь. После выздоровления она вернулась в одну из зенитных частей. Она работала фельдшером и, как прежде, пользовалась большим уважением среди бойцов и командиров. За хорошую работу она получила несколько благодарностей от командира. Но одна мысль не оставляла Веру: она рвалась на фронт, на передовую. Ее не пускали, и только случай помог ей осуществить свою мечту. В городе, где стояли зенитчики, в соседней части находился ее брат. Много стараний приложила Вера для того, чтобы найти брата. Еще больше было хлопот, пока Вера добивалась перевода ее в другую часть, к брату.

… Полк вступал в бой. Вместе с бойцами шла в атаку и Вера. Во время жаркого боя она без страха залезала в горящие машины и вытаскивала оттуда раненых, оказывала первую помощь, переносила в укрытое место и направляла в госпиталь. Она работала, не чувствуя усталости.

С большой заботой делала она перевязки, теплым и ласковым словом обогревала раненых. И от такой ласковой заботы унималась боль. Сколько благодарностей от раненых получила Вера! Но для нее это самое дорогое. Многим танкистам и артиллеристам спасла жизнь эта юная, проворная девушка.

О себе Вера рассказывает скупо. Когда ее спросили:

– Почему у тебя горелые волосы, – она немного смутилась и ответила:

– Машина загорелась, ну и опалило.

 

---

 

Майор С. КОРОБОЧКО

 

ПИСАРЬ ИНЯХИН

 

Еще в 1921 году ИНЯХИН боролся с врагами Родины – с бандами АНТОНОВА в ТАМБОВСКОЙ области. Когда началась Великая Отечественная война, его призвали в Красную Армию, и с сентября 1941 года он на фронте. На службе ИНЯХИН проявил себя дисциплинированным воином. Вскоре его, как грамотного, аккуратного бойца, перевели в штаб батальона писарем. Хотя сейчас основное – это бить немцев, но без переписки, без учета и отчетности не обойтись. На войне нужны всякие работники и каждая профессия почетна.

Работа писаря требует внимательности и аккуратности. Зарегистрировать бумаги, ознакомить исполнителей с резолюцией командира, вести точный учет личного состава – это и многое другое входит в круг обязанностей ИНЯХИНА. Несмотря на боевую обстановку, он прекрасно справляется со своим делом. Батальон часто дрался с немцами, иногда штаб попадал в трудную обстановку, но ни одна бумажка ИНЯХИНЫМ не утеряна, все они своевременно выполняются и бережно хранятся.

ИНЯХИН не только отличный писарь, но и отважный воин.

… Возле одного населенного пункта немецкие автоматчики просочились к штабу батальона. Сержант ИНЯХИН был в охранении. Показалось четыре фрица. Один из них, самый здоровый, нес радио. ИНЯХИН убил его. На помощь фашистам спешили другие. И хотя наших бойцов было в четыре раза меньше, они не пропустили немцев к штабу.

В другой раз ИНЯХИН, опять находился в боевом охранении и заметил, что большая группа немцев пробиралась к командному пункту. Он открыл огонь и четырех фрицев уложил. Но немцы напирали и нужно было предупредить своих.

Сзади протекала речка. Под огнем противника ИНЯХИН шел по горло в воде. И все же он своевременно добрался до своих и доложил командиру, что 80 фашистов двигаются к штабу. Немцы были достойно встречены и, потеряв несколько человек, повернули обратно.

Так работает и бьется с врагом писарь ИНЯХИН, которого Родина наградила орденом Красной Звезды.

 

---

 

Младший лейтенант А. КРИВОНОСОВ

 

ОГНЕМ И ГУСЕНИЦАМИ ТАНКА

 

Разведка донесла, что в направлении движения наших танков вышел мотоциклетный батальон противника. Нам было приказано стать у дороги в засаду и с появлением вражеских мотоциклистов уничтожить их.

Надежно замаскировав машину, мы стали терпеливо ждать. Прошел один, второй час. Вокруг все безмолвствовало. Но вдруг за поворотом, на шоссе появились три мотоциклиста. Командир танка приставил к глазам бинокль и тотчас же различил трех мотоциклистов. На небольшом удалении от них двигалась мотоциклетная колонна. Когда она вытянулась, показался замыкающий легкий танк. Поравнявшись с нашей засадой, колонна остановилась. Командир машины решил сперва уничтожить немецкий танк. Быстро и бесшумно, развернув пушку, он послал два снаряда. Танк загорелся. В след за этим я вывел машину на дорогу /тогда я был механиком-водителем/ и на полной скорости врезался в колонну. Огневой силой и гусеницами своего танка мы быстро расправились с немецким батальоном.

 

Подготовил к печати: /П. СКВЕРНЮКОВ/

В ПЕЧАТЬ:

ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР

Гв. генерал-лейтенант т/в /Н. ПОПЕЛЬ/

 

ЗАМ. ГЛАВНОГО РЕДАКТОРА

Гв. генерал-лейтенант /М. ШАЛИН/

 

Члены редколлегии: /подписи/

 

---

 

Майор Фаб. ГАРИН

 

ОФИЦЕР ИВАН ДРИГАЙЛО

 

Когда бой закончился и танки вошли в лес, старший лейтенант Иван ДРИГАЙЛО вылез из машины, бросился на траву и уснул. Так и проспал шестнадцать часов подряд, не слыша людских голосов, потому что в бою он оглох. Проснувшись, ДРИГАЙЛО пощупал свои руки и ноги – все было цело, он даже услышал шорох листьев, значит слух возвратился – и только после этого пришел в себя. Трудно собраться с мыслями, ведь такого боя не забыть на всю жизнь. Бой вспыхнул неожиданно, как вспыхивает сухой хворост от прикосновения огня, но длился он сорок часов. Днем солнце немилосердно жгло и ослепительно сверкало, отражаясь на стали, стеклах и блестящих предметах. А когда на землю спускался сумрак и черная пелена застилала мир, выстрелы не прекращались, вспыхивая огненными пучками на безбрежном поле.

Едва рота танков прорвалась через мост, находившийся под непрерывным обстрелом немцев, ДРИГАЙЛО приказал шести командирам машин приблизиться к узлу сопротивления и замаскироваться у разрушенной от немецких снарядов церкви.

Нигде на поле, насколько глаз мог охватить, не видно было вражеских машин. Но с командного пункта радировали: «В лоб вам идут четыре танка, справа от вас – восемь. Выдвиньте на фланг три танка, остальным принять огонь на себя».

Танкисты умеют терпеливо выжидать часами врага в засаде, но, если нужно, они стремительны, как пущенные стрелы из туго натянутой тетивы. Когда последовал приказ с командного пункта, ДРИГАЙЛО оставил у церкви экипаж ДМИТРИЕВА и БЕЛОВА, а во фланг послал без промедления командиров машин СИЛАЧЕВА, СКОРИЧЕНКО, ДОЛГОВА и ФОМЕНКО. Сам же он вылез из танка и, вооружившись автоматом, стал пробираться на холм, прячась в высокой ржи. Теперь он ясно видел, что во фланг пошли четыре «Тигра», но как ураган неожиданно налетели немецкие самолеты, сбрасывая тонны смертоносного груза. ДРИГАЙЛО поспешил обратно к машинам, столбы дыма и огня преграждали ему путь, облака земли и пыли засыпали его, а он бежал, чтобы сказать боевым друзьям, что ни у кого не должно дрогнуть сердце.

Едва немецкие самолеты легли на обратный курс, как показались четыре «Тигра». Первым выстрелил ДМИТРИЕВ, вслед за ним ДРИГАЙЛО. Так чередуясь, летели по целям снаряды, пока три «Тигра» не запылали.

Уже солнце склонилось к горизонту, а неприятель все не мог сбить наших два экипажа, стойко оборонявших рубеж и переправу. Не удалось немцам прорваться и во фланг. Тогда они послали автоматчиков, открывших беспорядочную стрельбу. Подпустив их на близкое расстояние, ДРИГАЙЛО открыл по ним огонь, и целая рота немцев замертво легла в высокой ржи.

И в эту минуту ДРИГАЙЛО почувствовал вокруг себя такую тишину, что казалось бой откатился далеко-далеко, а здесь царит спокойствие, как на старом, позабытом кладбище.

К нему обращались, ему говорили, что немцы широким охватом окружили их, что надо связаться с командным пунктом, но ДРИГАЙЛО лишь улыбался. И тогда друзья его поняли, что он оглох. Они писали ему, объясняли жестами.

Наступила безлунная ночь. Никто из танкистов даже не задремал. Заняв круговую оборону, они прислушивались к шорохам. О, как это трудно, когда сама рожь таинственно шелестит от дуновения ветерка!

С первыми лучами солнца ДРИГАЙЛО решил занять более выгодную позицию. Уже переправа осталась позади и танки готовились свернуть в сторону, чтобы укрыться в лощине, заросшей кустарником, но механик увидел в смотровой щели бегущего на встречу майора. Он махал руками и что-то кричал. ДРИГАЙЛО высунулся из люка.

– Что случилось? – крикнул он, но говорите громко, я оглох.

– Пехота переходит на другой рубеж. Прошу вас прикрыть ее.

– Есть прикрыть!

И пока ДРИГАЙЛО не получил сообщения, что пехота заняла новый рубеж, он два часа прикрывал ее огнем, а потом перешел в лощину.

В батальоне вспоминали молодого веселого Ваню ДРИГАЙЛО, его песни и шутки, знание и настойчивость в учебе, о нем говорили как об отважно погибшем герое, не пожелавшем отойти от переправы и принявшим неравный бой с противником. Один только капитан ХАРЧЕНКО сказал:

– Вы еще не знаете ДРИГАЙЛО. Мы с ним из одного свиносовхоза. «Ще не было той силы, чтоб ДРИГАЙЛО побила».

А в эти часы ДРИГАЙЛО готовился к продолжению боя.

Немцы, убедившись, что переправа открыта, пустили эшелон «Тигров». Когда эшелон приблизился к лощине, ДРИГАЙЛО и БЕЛОВ открыли огонь по вражеским машинам, и первые же снаряды, попав в борта трех «Тигров», зажгли их.

Только к вечеру ДРИГАЙЛО возвратился в батальон.

Весть о его прибытии облетела все экипажи. И когда уставший и обессиленный он упал на траву и уснул, ХАРЧЕНКО, пришедший с ним повидаться, любовно посмотрел на него и сказал, обращаясь к танкистам:

– Что я казав? Ще не було той сили, щоб ДРИГАЙЛО побила.

 

---

 

Сержант О. ЛЕЩУК

 

ШОФЕРЫ – ОТЛИЧНИКИ

 

Днем и ночью водители машин ГОНЧАРОВ, РАЕНКО и ГАВРИЛОВ курсировали на склад, брали нужные грузы и спешили на передовую, туда, где танкисты САФОНОВА отбивали яростные атаки врага.

Фашистские стервятники усиленно бомбили дороги, охотились за каждой машиной, но отважные водители не знали преград. Под вражескими бомбами и пулеметным огнем «Мессершмиттов» они пробивались к переднему краю, бесперебойно питали танки боеприпасами, бензином и смазочными материалами.

Однажды ГАВРИЛОВ попал под бомбежку немецких самолетов. Фашистские пираты захватили машину ГАВРИЛОВА на шоссе и стали разворачиваться над нею. Укрыться было негде, остановить машину – значит подставить ее под удар.

Водитель увеличил скорость и погнал машину по дороге. Когда самолеты шли сзади и спустились в пике, ГАВРИЛОВ остановился. Расчет удался. Вражеские бомбы пролетали вперед.

В другой раз на ГАВРИЛОВА напали два «мессера». Стервятники строчили из пулеметов. Но напрасно. ГАВРИЛОВ умело маневрировал. Он то останавливал машину, то гнал ее вперед, делая зигзаги и пули пролетали мимо.

Так же мужественно и мастерски водят свои машины с фронтовыми грузами РАЕНКО и ГОНЧАРОВ. Как бы трудно ни было, отважные водители всегда своевременно подвозили горючее и боеприпасы на передовую, умело выходили из-под огня фашистских самолетов.

 

Подготовил к печати – /П. СКВЕРНЮКОВ/

 

В ПЕЧАТЬ: /подписи/

 

---

 

Капитан ПРОШКИН

 

МУЖЕСТВЕННЫЙ ПОСТУПОК

 

Автомашина, на которой был миномет командира расчета СКЛЯР, попала под бомбежку вражеской авиации и загорелась.

Пламя быстро перекинулось в кузов. Еще несколько минут и мины начали бы рваться.

Мужественные воины – лейтенант КОВЫЛИН, старший сержант МИТРОШИН, красноармейцы: ЗАВЬЯЛОВ, ВАХРОМОВ, АНТИПОВ и военфельдшер ЛАТЫШИН предотвратили катастрофу. Под пулеметным обстрелом фашистских мессеров они сняли с машины боеприпасы, потушили пожар и спасли миномет.

 

Подготовил к печати – /П. СКВЕРНЮКОВ/

 

В ПЕЧАТЬ: /подписи/

 

---

 

Комсорг В. КОЛОТОВСКИЙ

 

БЕССТРАШИЕ

 

Бойцы подпустили немецкие танки на расстояние броска гранаты. Первую гранату бросил сержант СОЛДАТЕНКО, она угодила в полуоткрытый люк танка и разорвалась внутри. Машина повернулась волчком и затем замерла.

Младший лейтенант ВАСИЛЕНКО пропустил танк через щель. Только успели миновать гусеницы, он поднялся и метнул гранату в машину. Гусеница разорвалась и танк остановился.

Один из немецких танков шел прямо на КАДЫМОВА. Из открытого люка фриц кинул гранату. Презирая смерть, бесстрашный сын казахского народа КАДЫМОВ подхватил брошенную в него гранату и швырнул ее обратно через люк в танк.

Произошел взрыв и танк прекратил движение. Бесстрашие бойцов и командиров победило немецкую военную технику. Враг не прошел.

 

Подготовил к печати – /П. СКВЕРНЮКОВ/

 

В ПЕЧАТЬ: /подписи/

 

---

 

Старший лейтенант Н. КРАСЮК

 

СЛАВА ХРАБРЫМ

 

Черные угловатые машины, с длинными стволами пушек, двигались к рубежу бронебойщиков. Один танк подошел совсем близко к траншее. Комсомолец СУШИЛИН дал несколько выстрелов из своего ружья. Безрезультатно! – пули ничего не могли сделать лобовой броне. Тогда СУШИЛИН ходом сообщения перебежал в соседнюю щель. Теперь немецкий танк оказался в выгодном для бронебойщика положении. Он выстрелил в бензобак, и танк загорелся.

Другой танк врага подошел также близко. Офицер поднялся из люка и навел бинокль на траншеи. Бронебойщик КИРИЧЕНКО дал очередь из пулемета-пистолета. Гитлеровец повис на борту машины. КИРИЧЕНКО тотчас сменил автомат на бронебойное ружье, сделал несколько выстрелов и поджег машину. Но танки ползли и ползли. Никто из бойцов не считал сколько их было. Каждый думал только об одном – больше уничтожить их, остановить врага, не отдать ему ни одной пяди родной земли.

Командир роты старший лейтенант БАРБАШОВ был тут же на огневых позициях.

– Смерть или победа, товарищи, – говорил он бойцам. – Гитлеровцы пришли на нашу землю, бейте их!

Никто не дрогнул, никто не отошел ни на шаг. Командир отделения ЧЕРНЫШОВ лег на бруствер траншеи и стрелял. Еще одним танком стало меньше у немцев.

Боец ТРОФИМОВ поднялся из укрытия и с гранатой пошел против танка. Он приблизился к нему на 12-15 метров и бросил гранату под гусеницу. ТРОФИМОВ погиб, но не пропустил врага, победил его.

Санинструктор ФОМИН на поле боя оказывал раненым помощь, делал перевязки, выносил бойцов с их оружием в безопасное место. Когда стало трудно для подразделения, ФОМИН взял противотанковое ружье и бил ловко, расчетливо и спокойно. От его пуль загорелся один танк врага, второй остановился с разорванной гусеницей.

Командир взвода вышел из строя, санинструктор ФОМИН принял командование.

– Бейте сильнее, ребята, – прозвучал властный и твердый голос нового командира.

Бронебойщики меняли позиции, выдвигались то в одну то в другую сторону, откуда можно было наверняка поражать немецкую броню, и били.

Гитлеровцы не выдержали удара и, оставив 17 изуродованных танков, откатились назад.

 

Подготовил к печати – /подпись/

В ПЕЧАТЬ:

ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР

Гв. Генерал-Лейтенант т/в – /Н. ПОПЕЛЬ/

 

ЗАМ. ГЛАВНОГО РЕДАКТОРА

Гв. Генерал-Лейтенант – /М. ШАЛИН/

 

Члены редколлегии: /подписи/

«   » декабря 1944 г.

 

---

 

Старший лейтенант И. КОСТЫЛЕВ

 

СХВАТКА

 

Стояли жаркие летние дни. Степной бурьян разросся, густо покрыл всю высоту. Вправо и влево от большака идут дороги в разные стороны. Этот узел дорог и высоту приказали защищать взводу ЮРПАЛОВА.

Орудия АНТОНЯНА и ПЕКАРЬ заняли позиции на развилке дорог. Отрыли щели, хорошо замаскировались. Авиация, артиллерия и минометы противника долбили по высоте без перерыва. Казалось, на ней не останется ни одного живого существа. К ЮРПАЛОВУ подползли несколько артиллеристов и сообщили, что кроме их взвода никого нет.

– Как быть? – спросили они командира.

– Воевать будем, назад ни шагу, скажите об этом всем, – ответил командир, и люди расползлись по своим местам.

На дороге показываются немецкие танки. Их тридцать семь. За ними еще два эшелона. Первые доходят до минного поля. Сворачивают в сторону и в линию идут на большак. Когда осталось до них триста метров, ЮРПАЛОВ подал команду открыть огонь.

Самый молодой, самый маленький по росту во взводе наводчик ЩЕРБАКОВ, которого из уважения называют Василием Ивановичем, быстро навел орудие на ведущий танк и затем произвел выстрел. Главарь первого эшелона – «Тигр», загорелся. Почти одновременно загорелся второй «Тигр» его уничтожил из своего орудия ПЕКАРЬ.

Взвод вступил в яростную схватку с немецкими танками. Воют все артиллеристы. Старшина батареи ВОЛОСКОВ помогает первому расчету. Ефрейтор БЕНШЕНАЛИЕВ ведет огонь из пулемета по самолетам. Водители машин БИТКОВ и ДЕМИН наблюдают за полем боя и держат связь с командиром батареи. Санинструктор СОЛОВЬ…

Первая удача вызвала азарт у артиллеристов. ЩЕРБАКОВ и БАВЫКИН целятся по следующим танкам, дают выстрел и поджигают еще по-одному. Теперь наводят по третьей паре. В этот момент вражеский снаряд попал в орудие ПЕКАРЬ. Вместе с орудием погибает почти весь расчет. Наводчик ЩЕРБАКОВ получает сильную контузию, лишается слуха и зрения.

Наступила трагическая минута. Кто знает, может быть в эту секунду или на одну – две позднее попадет снаряд в орудие АНТОНЯНА и тогда уж ничто не удержит танки. Они сомнут, раздавят артиллеристов. Оставшееся орудие АНТОНЯНА лишилось наводчика. В этот момент из щели выскакивает подносчик МУРАШОВ, становится на место ЩЕРБАКОВА и орудие оживает, снова продолжает вести огонь.

Четыре пылающих «Тигра» и непрекращающийся огонь из противотанкового орудия заставили немецкие танки повернуть обратно. МУРАШОВ воспользовался этим и поджег пятый танк.

Враг не мог взять высоту в лоб. Два советских противотанковых орудия, два бесстрашных расчета стойкостью и умением воевать превзошли немецкие танки.

 

Подготовил к печати – /подпись/

В ПЕЧАТЬ:

ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР

Гв. Генерал-Лейтенант т/в – /Н. ПОПЕЛЬ/

 

ЗАМ. ГЛАВНОГО РЕДАКТОРА

Гв. Генерал-Лейтенант – /М. ШАЛИН/

 

Члены редколлегии: /подписи/

«   » __________ 1944 г.

 

---

 

Майор П. ПАВЛОВЦЕВ

 

НА ПЕРЕДНЕМ КРАЕ

/Телеграмма спецкора ТАСС/

 

ГЕРОИ АРТИЛЛЕРИСТЫ

 

Противник бросает в бой все новые и новые силы. Наши войска перемалывают их, обескровливают врага. Истребительный противотанковый полк под командой гвардии подполковника КОТЕНКО выдержал натиск 90 немецких танков. Перед боем бойцы и командиры заявили: «Умрем, но не отступим». И они стояли мощной стеной, о которую разбились одна за другой несколько неприятельских атак. На батарею старшего лейтенанта РАТУШНЯК наступало 20 танков. Метким огнем батарейцы подбили 6 танков, а остальные повернули назад. Храбро дрались батарейцы командира – коммуниста лейтенанта ЧУМАКА, они подожгли 5 танков.

Особую воинскую доблесть проявил в бою личный состав пятой батареи, где командиром был комсомолец ст. лейтенант ГАГКАЕВ. Батарею неоднократно окружали танки, но бесстрашные воины крепко держали занимаемый рубеж.

Однажды, в момент окружения, ГАГКАЕВ докладывал командиру полка по радио: «Осталось два орудия. Машин нет, кругом немцы». Через несколько минут ГАГКАЕВ пополнил свой доклад: «Все орудия выведены из строя. Кольцо окружения сжимается. Перехожу на ПТР». Командир полка КОТЕНКО ответил: «Иду на помощь, держитесь, орлы!» И батарейцы держались – сражались с исключительной стойкостью.

ГАГКАЕВ получил тяжелое ранение – осколок ему раздробил нижнюю челюсть. Но он нашел в себе силу управлять боем. Потеряв способность говорить, ГАГКАЕВ движением рук подавал команды. Огневые расчеты дрались до последнего солдата…

Бой разгорелся с возрастающей силой. Командир соседней батареи лейтенант ЛОБАНОВ, расстреляв все снаряды, бросился с 10 бойцами с гранатами в руках в контратаку и заставил отступить немецкую пехоту.

Участник Гражданской войны КОЛЕСНИКОВ, израсходовав все боевые припасы, обвязал себя противотанковыми гранатами и бросился под гусеницы «Тигра». Ценой своей жизни герой-ветеран уничтожил немецкий танк.

10 артиллеристов этого же полка немцы захватили в плен. Два фрица повели их на расстрел к оврагу. По дороге один немец был ранен осколком снаряда, второй взялся за автомат, чтобы расправиться с советскими бойцами. В это время артиллерист ФОМИЧЕВ бросился на гитлеровца и начал его душить. Выбив из рук автомат и разбив ему голову, ФОМИЧЕВ увел всю группу пленных в рощу, а ночью все патриоты-артиллеристы пробрались в свой полк.

Наводчик ФУРМАНОВ еще во время учебы поражал цель с первого снаряда. В бою он также был меток. Когда была разбита панорама его орудия, ФУРМАНОВ открывал замок, делал наводку через ствол, и в упор расстреливал танки противника. Так он уничтожил три вражеские машины. В целом полк КОТЕНКО сжег 28 немецких танков, в том числе 18 «Тигров».

Также стойко и храбро дрался другой противотанковый полк майора БАРКОВСКОГО, после ранения которого заменил капитан АНЕНКОВ. Обороняемый полком рубеж противник атаковал 100 танками. Когда танки вышли на линию огня, командир орудия коммунист старший сержант МОРОЗОВ и наводчик комсомолец ЧУВИКОВ начали один за другим их расстреливать. В течение нескольких минут они подожгли два средних и одну тяжелую машину.

Командир орудия старший сержант ДУШЕВ выкатил свою пушку вперед боевых порядков пехоты и бил по немецким танкам прямой наводкой. При налетах авиации он маневрировал с одной позиции на другую, избегал панцырных ударов, нанося в то же время чувствительное поражение противнику.

Командир батареи коммунист старший лейтенант БАЛАБАНОВ заметил, что на его орудие идет немецкий танк. Он прибежал к пушке, приказав развернуть ее туда, откуда грозила опасность и сам дал несколько выстрелов. «Тигр» загорелся.

Потери немцев в наступлении очень велики. Только за два дня частями армии уничтожено 400 танков, 390 автомашин и до 2300 солдат и офицеров.

 

ТАНКОВЫЕ БОИ

 

Третий день идут ожесточенные бои. Наши бойцы и офицеры мужественно отстаивают каждую пядь русской земли. Они уже подбили и уничтожили 472 немецких танка и 48 самолетов. Противник потерял только убитыми и ранеными более 11 тысяч солдат и офицеров.

Славно дерутся танкисты гвардии подполковника Александра БУРДЫ. Приняв на себя один из основных ударов, они обескровливают врага, сдерживают его натиск.

Пресловутые немецкие «Тигры» не напугали советских бойцов. Командир орудия старшина БОГОМОЛОВ, наводчик КАЛИНКИН и замковый ПЕВЦОВ только в одном бою подбили из своей пушки 3 «Тигра». Число подбитых и уничтоженных – «Тигров» всего лишь на одном участке составляет – 35.

Стойкость и отвагу в бою проявляют не только бывалые воины, но и новички, впервые вступившие в битву. Н-скую часть немцы дважды атаковали силами 70 танков, но ни один боец не отступил. Особенно смело и отважно бились сержанты ВОРОНИХИН, ИВАНОВ, РЯДКО, младший сержант ДЯТЛОВ и красноармеец КАЗАКОВ. Они уничтожили 4 вражеских танка. Старший сержант НЕПОДКОСОВ и наводчик комсомолец ФЕДОРОВ расстреливали немецкие танки прямой наводкой с близкого расстояния. Оба героя погибли, но не пропустили врага. Военный Совет и политотдел армии обратились к войскам с призывом сражаться так, как сражались герои СТАЛИНГРАДА, множить славные боевые традиции Катуковцев.

 

ТАНКИСТ БРАЖНИКОВ

 

Среди героев БЕЛГОРОДСКОЙ битвы привлекает к себе имя командира танка лейтенанта БРАЖНИКОВА. Это – бесстрашный, опытный воин. Он смело идет на сближение с противником, умело маневрирует на поле боя, точно бьет по целям.

В одном бою БРАЖНИКОВ встретился с четырьмя «Тиграми». Он смело вступил с ними в поединок и все четыре поджег.

Однажды он ворвался в группу немецкой пехоты и начал уничтожать гитлеровцев гусеницами и огнем танкового орудия. Так он истребил целый взвод фашистов.

 

ПОЕДИНОК

 

Один важный рубеж немцы хотели взять схода. Легкая победа им однако не удалась; враг был опрокинут.

Но это его не заставило отказаться от дальнейшей попытки наступать. В бой были введены новые силы, и атака возобновилась. Немцам удалось уничтожить расчет одного нашего противотанкового орудия. В обороне образовалась брешь, в которую устремились 15 танков.

Командир взвода лейтенант ЮРПАЛОВ быстро оценил обстановку и бросился к орудию. Пушка ожила. Она была исправна, так же как исправно работал около нее ЮРПАЛОВ. Продвижение танков было остановлено. Отважный артиллерист поджег пять танков и обратил в бегство остальные.

 

ГЕРОИ ГВАРДЕЙСКИХ МИНОМЕТОВ

 

Молодой энергичный и жизнерадостный Ленинградец коммунист капитан, ныне майор Юрий ГИЛЕНКОВ командует дивизионом гвардейских минометов. Как-то после боя в дивизион прибыл Командующий артиллерией Армии генерал-полковник ФРОЛОВ. Первыми же его словами, обращенными к личному составу, были слова благодарности: «Молодцы артиллеристы! Высокое звание гвардейцев оправдываете с честью. Спасибо!». На это артиллеристы ответили «Служим Советскому Союзу!».

А служат Родине гвардейцы с честью и достоинством. Они подбили и сожгли до 20 танков противника, уничтожили немало его живой силы. Дивизион гордится такими своими воинами, как лейтенанты ЕВСТАФЕЕВ и СИДОРОВИЧ, водителями ШКОРИНЫМ и КОВАЛЕНКО, которые метко поражают цели, отлично водят и быстро разворачивают установки.

Однажды, во время налета на позиции дивизионов вражеской авиации, загорелись две боевые машины. Командир взвода КОВЫЛИН, старший сержант МУТРОШИН и заместитель командира дивизиона по политчасти капитан ПРОШКИН, бросились тушить пожар.

Они сбили пламя с горящих установок и сняли мины. Другие установки, несмотря на бомбардировку с воздуха, продолжали действовать. Гвардейские минометы ни на минуты не давали покоя врагу, задерживали его наступление.

 

ЗАЯВЛЕНИЕ ПЛЕННОГО ЛЕТЧИКА

 

Капитан БЛЮМЕНТАЛЬ из 8 отряда 3 группы 77 эскадрильи управлял пикирующим самолетом «Ю-87». Наши зенитчики сбили стервятника, Блюменталь попал в плен. На допросе он заявил: «За два вылета наш отряд потерял 10 самолетов. Ваши самолеты, особенно истребители – превосходные самолеты, они наводят страх на всех немецких летчиков – бомбардировщиков».

 

РАДОСТЬ ПЕРВОГО БОЯ

 

Михаил КРОТОВ приехал на фронт с твердым намерением мстить немецким захватчикам, мстить за горе и муки советских людей, за разбитое их счастье. У него были и свои личные счеты. Во время блокады ЛЕНИНГРАДА погиб брат Михаила, другой брат пропал без вести.

КРОТОВ никогда не представлял себе фронт в романтической дымке подвигов. Он знал, что война сурова и трудна. Но то, что он увидел превзошло его ожидания.

Первый бой КРОТОВ принял в июле 1943 года. Чтобы устоять в этом бою, нужна была величайшая стойкость, самоотверженность, моральное превосходство над немецкими захватчиками. В этих качествах у КРОТОВА не было недостатка.

КРОТОВ видел немецкую силу, понимал, что ей трудно противостоять. Но он также знал, что надо выполнять приказ, даже если это будет стоить ему жизни. Только вот ждать, мучительно ждать этого момента! Он внимательно наблюдал за противником. Немцы знают, что он здесь, но не видят его. В этом преимущество КРОТОВА. Он небрежно откинулся на спинку сиденья и стал ждать.

Вражеские танки подходили все ближе и ближе.

Но вот сигнал. КРОТОВ включил мотор, дал газ, выскочил из засады. Два три выстрела по цели и машина снова откатилась в укрытие. Танк маневрировал за бугром и поминутно появлялся то в одном, то в другом месте. Командир бил метко. Механик КРОТОВ работал напряженно. В его руках рычаги ходили послушно, и машина повиновалась каждому его движению.

Сладко запело в груди КРОТОВА, когда он увидел первые подбитые его экипажем танки противника. Их было три. Два «Тигра» и одна средняя машина пыталась еще отстреливаться, но их живучесть была недолгой. Огонь взял свое.

Произошло все это, конечно, не сразу, но КРОТОВ так и не мог вспомнить, в каком из заходов каждый из этих танков был уничтожен…

 

Подготовил к печати – /П. СКВЕРНЮКОВ/

В ПЕЧАТЬ:

ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР

Гв. Генерал-Лейтенант т/в – /Н. ПОПЕЛЬ/

 

ЗАМ. ГЛАВНОГО РЕДАКТОРА

Гв. Генерал-Лейтенант – /М. ШАЛИН/

 

Члены редколлегии: /подпись/

«   » декабря 1944 г.

 

---

 

Капитан И. ГЛЫБОВСКИЙ

 

ЭКЗАМЕН НА СТОЙКОСТЬ

 

Третий день батальон отбивал атаки немцев. Двенадцать сожженных танков врага и сотни трупов солдат, валявшихся перед передним краем, свидетельствовали о мужестве и стойкости бойцов батальона.

Но сегодня день обещал быть особенно трудным. Еще с утра на гребень выползло свыше тридцати танков, а в оврагах перед деревней накапливалась пехота.

Старший адъютант батальона капитан ЖУРАВЛЕВ договорился о взаимодействии с поддерживающей артиллерией, минометами и провел связь.

Противник начал атаку ровно в 9 часов.

У немцев обычная тактика: бомбежка с воздуха, короткий, но мощный артиллерийский налет и атака танков с пехотой.

Рота коммуниста старшего лейтенанта ДАВЫДОВА, оборонявшая левый открытый фланг, оказалась в тяжелом положении. В тыл к ней просочились автоматчики противника, а с фронта наступало свыше двух рот пехоты. Танки свернули, обходя справа.

– Не пора ли открыть огонь? – спросил младший лейтенант РОЖДЕСТВЕНСКИЙ.

– Ничего, братцы, подпускайте ближе, – говорит ДАВЫДОВ. И когда вражеская пехота подошла на 100 метров, ДАВЫДОВ приказал стрелять. Заговорили и станковые и ручные пулеметы, скороговоркой захлебывались автоматы…

Цепь противника упала и постепенно стала отползать к оврагу. Но здесь вступили в дело минометчики капитана СЕРГЕЕВА. Из оврага никто не ушел.

Последнюю атаку танкисты отбили тремя танками. Лейтенант ПРИМЕРОВ из горящей машины вел огонь по врагу. Он сам уничтожил пять «Тигров», лейтенант БУКИН превратил в груды металлолома один «Тигр» и два средних танка. Всего за последние бои танкисты БОЙКО уничтожили и подбили 52 танка противника, из них 18 – Т-VI.

Отважные сыны Родины выстояли, защитили рубеж.

 

Подготовил к печати: /подпись/

В ПЕЧАТЬ:

ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР

Гв. Генерал-Лейтенант т/в – /Н. ПОПЕЛЬ/

 

ЗАМ. ГЛАВНОГО РЕДАКТОРА

Гв. Генерал-Лейтенант – /М. ШАЛИН/

 

Члены редколлегии: /подпись/

«   » декабря 1944 г.

 

---

 

Лейтенант Вл. СИЛЯЕВ

 

БОЕВЫЕ ДЕЛА СВЯЗИСТОВ

 

Рядом разорвалась мина и от этого в окопе стало душно. Едкий пороховой дым лез в горло. Хочется выйти на свежий воздух, подышать им. Но работа не ждет. В трубке слышится речь. Это передают телефонограммы с передовых позиций, оттуда, где наши отважные танкисты, артиллеристы, минометчики и пехотинцы изматывают силы противника, уничтожают его живую силу и технику.

Младший сержант Софья ПЛАТОНОВА, красноармейцы Надя БОНДАРЕНКО и Тася ПОТАПОВА в трудных условиях боевой обстановки поддерживают отличную телефонную связь с подразделениями. Ни бомбардировка с воздуха, ни артиллерийский и минометный обстрел не пугают девушек-связисток. Быстро и точно принимают они телефонограммы, боевые донесения, команды и приказания.

В один из дней ожесточенных боев немцы подвергали обстрелу небольшую высотку. Они, видимо, предполагали, что на высотке есть наши бойцы или наблюдательный пункт. А в это время на высотке находился всего лишь один человек – линейный надсмотрщик гвардии красноармеец Иван ХАРТАХАЙ. Он проверял линию. Связи не было. Осколками во многих местах перебило кабель. И Иван ХАРТАХАЙ, прижимаясь к земле, устранял порывы. Осколками порвало шинель. Пыль и дым окутали бесстрашного бойца. Под сильным обстрелом, на волоске от смерти Иван ХАРТАХАЙ устранил восемь порывов линии. Связь была восстановлена.

Старшине КОЛЕСНИКОВУ приказали снять телефонную линию под носом у немцев, когда танки и пехота противника были совсем рядом. Вместе с красноармейцами РУСАКОВЫМ, КОПАНЧЕЕВЫМ и САЛИХМЕТЬЕВЫМ, старшина КОЛЕСНИКОВ снял свыше пяти километров кабеля.

Противник обошел их. Два дня связисты пробирались к своим. Им грозила опасность попасть в плен, у них не было продуктов. Но кабель нужно доставить в подразделение и как можно быстрее. На третий день усталые и голодные, но крепкие духом, связисты прибыли в подразделение.

Гвардии старшина Владимир ДАВЫДОВ поддерживает радиосвязь с подразделениями. Несколько раз немцы настраивали на волну радиостанции ДАВЫДОВА передатчик мешающего действия. Они пытались дезорганизовать связь между подразделениями. Но ДАВЫДОВ – радист опытный. Быстро переходя на запасные волны, ДАВЫДОВ во все дни боев обеспечивает отличную и бесперебойную радиосвязь.

Трудно принимать на слух азбуку Морзе под обстрелом и бомбежкой. Неопытный радист или человек со слабыми нервами теряется и пропускает текст. Но Владимиру ДАВЫДОВУ чуждо чувство страха. Даже в тот момент, когда осколки бомбы просвистели буквально над ухом, он не прекратил приема радиограммы.

Хорошо работает на радиостанции и радиотелеграфист сержант Зина ФОМИНА. Работать в боевой обстановке ей приходится впервые, но несмотря на это она не уступает в работе бывалым, обстрелянным радистам.

Связисты подразделения ЛУКЬЯНЮКА – это бесстрашные опытные воины.

 

Подготовил к печати: – /подпись/

В ПЕЧАТЬ:

ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР

Гв. Генерал-Лейтенант т/в – /Н. ПОПЕЛЬ/

 

ЗАМ. ГЛАВНОГО РЕДАКТОРА

Гв. Генерал-Лейтенант – /М. ШАЛИН/

 

Члены редколлегии: /подпись/

«   » декабря 1944 г.

 

---

 

Капитан Д. АСТАШИН

 

ОНИ ВЫСТОЯЛИ

 

На узкий участок нашей обороны немцы бросили до полутораста танков разных типов. Танкисты БОЙКО прочно укрепились и стойко поджидали бронированную стаю. Сам БОЙКО указал каждому танку огневую позицию, посоветовал глубже зарыть машины в землю.

Смертельный огонь наших танковых пушек непреодолимым барьером встал на пути врага. Командир роты лейтенант ПРИМЕРОВ дал первый выстрел. Это было одновременно сигналом для остальных экипажей.

– Не пройти врагу, не топтать ему нашей земли! – крикнул ПРИМЕРОВ.

Храбрый танкист посылал один за другим бронебойные снаряды. Бил он метко, так, что каждый снаряд попадал в самые уязвимые места – в борт, ходовую часть, бензобаки. Танк лейтенанта ловко маневрировал, заходил с той стороны, откуда можно было наверняка поражать фашистскую броню.

Вдохновленные мужеством своего командира, экипажи лейтенанта БУКИНА и младшего лейтенанта МАТВЕЕВА так же смело и искусно громили гитлеровцев.

Натолкнувшись на непреодолимую стойкость, немецкие танки попятились назад, начали отходить. На поле боя дымились четырнадцать немецких машин, 9 автобусов с пехотой взлетели на воздух.

Разъяренные неудачей, немецкие грабители предприняли новые атаки – семь раз они возобновляли свое наступление и каждый раз откатывались от ударов советских воинов.

С наступлением темноты бой затих.

Люди не испугались бронированного кулака, смело вели бой. Лейтенант ОДОЛАДОВ так говорит о «Тигре»: «Танк Т-6 – только тогда «Тигр», когда он с пехотой, а без пехоты – крыса: придет понюхает и прочь уйдет».

Восемь атак отбил сегодня батальон части тов. ЯКОВЛЕВА, не дрогнув, не двинувшись с места. Трупы гитлеровцев устлали все поле боя. И любуясь делом рук своих, старый вояка, участник Гражданской войны, командир взвода КЕМПОР, как бы про себя говорит: «Сегодня мы сдали экзамен на стойкость».

 

Подготовил к печати – /подпись/

В ПЕЧАТЬ

ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР

Гв. Генерал-Лейтенант т/в – /Н. ПОПЕЛЬ/

 

ЗАМ. ГЛАВНОГО РЕДАКТОРА

Гв. Генерал-Лейтенант – /М. ШАЛИН/

 

Члены редколлегии: /подпись/

«   » декабря 1944 года.

 

---

 

Старший лейтенант Ш. ГЕРЦЕНШТЕЙН

 

В ЕДИНОМ ПОРЫВЕ

 

Немецкие танки на этот раз шли осторожно. Останавливаясь на промежуточных рубежах, они открывали стрельбу, прощупывали оборону. На нашей стороне было тихо, огня никто не вел. Командиры ЮМАНОВ и ГОРДЕЕВ передвигались по траншее от расчета к расчету, уточняли рубежи огневой встречи противника и отдавали последние приказания.

Когда танки подошли совсем близко, бронебойщики ГОРДЕЕВА открыли огонь. Пулеметные очереди хлестнули по цепи вражеских автоматчиков, двигавшихся за танками. Они спокойно, расчетливо косили фрицев.

Парторг АЛИЕВ в первые минуты боя уничтожил больше десятка немцев. Красноармеец МУХАМЕТКУЛУЕВ передал по траншее об успехе АЛИЕВА. Это еще больше вдохновило воинов. Каждый жил одной мыслью – не только не пропустить врага, но уничтожить его, не дать живым вернуться назад.

Снайпер КУРДЮМОВ – охотник на важные цели. Он стреляет реже других, но точно, без промаха, что ни патрон – то мертвый фриц. Восемь пуль выпустил КУРДЮМОВ, и семь немцев упали и больше не поднимались.

Поле пестрело от трупов гитлеровцев. Но танки продолжали бить из орудий по нашему переднему краю. Бронебойщики ФРОЛКИН и РОТАЕВ выдвинулись на фланг своей обороны, открыли огонь по немецким танкам. Одна громадина загорелась. Из-за холма показалась автомашина с пехотой. Красноармеец РОТАЕВ выжидал удобный момент и дал два выстрела: от машины разлетелись в стороны щепы.

Одиночные танки прорвались через линию обороны, за ними хлынула пехота. Пулеметчик ГОРЮНОВ, увидя, что на него идет танк, снял «Максим» с позиции и укрылся в щели. Через щель с грохотом проскочил «Тигр». ГОРЮНОВ поднялся и в заднюю часть ударил гранатой, немецкий танк завыл, как зверь.

– Теперь держитесь, мерзавцы, – сказал Горюнов.

«Максим» застучал, свинцовые очереди косили ненавистных разбойников. Смелый пулеметчик отрезал вражескую пехоту от танков и с большими потерями отбросил ее назад.

Головной танк врага углубился в расположение подразделения и направился на наблюдательный пункт. Отважный гвардеец ЗИНЧЕНКО пошел навстречу фашистскому зверю. Увешанный гранатами, он бросился под немецкий танк. Взрыв огромной силы и «Тигр» остановился. Бессмертный подвиг ЗИНЧЕНКО еще больше вдохновил бойцов. Удесятерилась их стойкость и мужество. Четыре часа бойцы вели неравный бой и отбили вражескую атаку, удержали свои позиции.

 

Подготовил к печати – /подпись/

В ПЕЧАТЬ:

ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР

Гв. Генерал-Лейтенант т/в – /Н. ПОПЕЛЬ/

 

ЗАМ. ГЛАВНОГО РЕДАКТОРА

Гв. Генерал-Лейтенант – /М. ШАЛИН/

 

Члены редколлегии: /подпись/

«   » декабря 1944 года.

 

---

 

ПЕРВЫЙ ОРДЕН

 

Не легко было младшему лейтенанту Александру ВАГАНОВУ попасть на фронт. На свои просьбы он неизменно получал один и тот же ответ: «И в тылу нужны хорошие командиры».

Как коммунист, ВАГАНОВ понимал это, но сердцем был далеко там, где на полях сражений решалась судьба Отчизны. И он настоял на своем.

Как последнее средство своей надежды ВАГАНОВ послал письмо СТАЛИНУ. Какова же была его радость, когда пришел удовлетворительный ответ.

… Он прибыл на фронт в тот момент, когда шла подготовка к решительным сражениям. Первый бой был для него испытанием не только командирских, но и личных качеств – воли, выдержки, хладнокровия, храбрости.

День 7-го июля останется для ВАГАНОВА памятным на всю жизнь; он не видел еще такого сражения, в котором участвовала бы на земле и в воздухе такая огромная масса техники и живой силы. Смерти он не боялся, боялся только, что может погибнуть прежде, чем будет одержана победа советского оружия.

Немцы были уже близко. Он подал сигнал и тотчас раздался залп танковых пушек. Его рота вступила в бой.

ВАГАНОВ прильнул к прицелу, поймал в перекрестие немецкий танк и тотчас же скомандовал: «Подкалиберный!». Выстрел, другой! «Тигр» как-то неуклюже ткнулся в сторону, потом вздрогнул и остановился. Над мотором показался дымок, а затем и пламя. Бой был еще не закончен. По команде ВАГАНОВА танки маневрировали и вели огонь по немецким машинам. Время от времени, на поле боя, к небу вздымались все новые и новые черные клубы дыма, то горели вражеские танки. Но они еще не все были уничтожены. Многие танки оставались живыми. Они ползли, стреляли. По танку ВАГАНОВА вдруг что-то ударило. От удара зазвенело в ушах, погасла лампочка на передатчике рации. К счастью, все были живы. Оказалось, что осколок снаряда сорвал антенну и выбил каток. Экипаж тут же под огнем противника устранил неисправность. Тем временем атака была отбита. Подвели итог. Оказалось, что ротой ВАГАНОВА было уничтожено 10 немецких тяжелых танков. Из этого числа лично ВАГАНОВ сжег три танка.

За доблесть и мужество в этом бою ВАГАНОВ был награжден первым орденом Красного Знамени.

 

Подготовил к печати – /П. СКВЕРНЮКОВ/

В ПЕЧАТЬ:

ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР

Гв. Генерал-Лейтенант т/в /Н. ПОПЕЛЬ/

 

ЗАМ. ГЛАВНОГО РЕДАКТОРА

Гв. Генерал-Лейтенант /М. ШАЛИН/

 

Члены редколлегии: /подписи/

«   » декабря 1944 г.

 

---

 

Капитан И. КОСТЫЛЕВ

 

ИСПЫТАНИЕ

 

Старший командир сказал:

– Только тогда не буду спрашивать почему здесь прошли немцы, когда не останется ни одного живого.

– Ясно! Враг пройдет здесь только через наши трупы, – ответил гвардии старший лейтенант НИЖНИК.

– Действуйте!

Сказав это, старший командир еще раз посмотрел в глаза гвардейцу и прочел в них решимость, жизни не пожалеет, но выполнит приказ.

Приказ суров. Но иным он и быть не может. Немцы бросают в бой большие группы танков. Не остановить их – значит отдать этот край на поруганье. Этого допустить нельзя. Умереть, но не допустить! Но умереть это легче. Труднее остаться живым и выстоять. Выстоять всем до единого!

НИЖНИК вызвал к себе парторга АКИЛОВА и обсудил с ним, что еще нужно сделать, чтобы выполнить приказ. Решили провести накоротке партсобрание. АКИЛОВ быстро оповестил всех коммунистов, и они собрались у командирского танка.

– Нам приказано держать этот рубеж до последней капли крови, – говорит на собрании НИЖНИК. – И я заявил старшему командиру: враг не пройдет, пока мы живы. Знаю, и вы бы то же самое ответили. Но Родине не смерть наша нужна, а жизнь. Мы должны собрать воедино выдержку, мужество и умение. Это удесятерит наши силы, поможет нам превратить этот рубеж в непреодолимый барьер для немецких танков.

– Верно, обстановка тяжелая, – говорит после выступления НИЖНИКА командир танка ЧЕРНОГАЕВ. – Но в наших традициях есть правило: приказано – сделай. И мы сделаем!

… Враг уже приближался. Его бомбардировщики волнами по 15-20 штук, как хищные птицы, кидались на рубеж танкистов, сбрасывая десятки бомб. Земля гудела, все сотрясалось. В эти тяжелые минуты танкисты не дрожали от страха, они наблюдали за дорогой, на которой вот-вот должны появиться немецкие танки. Когда взорвалась последняя бомба, агитатор КОЛЫЧЕВ сказал своим друзьям:

Такая же бомбежка была в прошлом году. Вначале было жутко, потом ничего, только инстинктивно пригибали голову. Фрицам не удалось смять наши боевые порядки, и мы крепко всыпали им. Если бы после боя ГИТЛЕР устроил перекличку своих разбойников, так несколько сот раз ответили бы ему: «Убит»! Это было в прошлом году. Ну, а нынче и подавно. Год прожили не даром, кое-чему научились. Теперь мы сильнее, крепче духом.

В соседнем танке механик-водитель КАРШЕВ подписывает последние строки заявления о приеме в партию. «… Звание коммуниста оправдаю». Такие же заявления написали командир танка МАНУКОВСКИЙ, командир башни ЗАХАРОВ и стрелок-радист КОВАЛЕВ. Экипаж в полном составе вступает в партию.

– Пусть весь мир знает, как сильна наша партия и как велико стремление наших солдат и офицеров быть в ее рядах, называясь Ленинцем-Сталинцем, – сказал МАНУКОВСКИЙ своим товарищам.

На дорогу вошли танки противника. Гвардейцы терпеливо подпускают их ближе, чтобы выстрел по ним был точным. Командир танка КАЛЮЖНЫЙ, только что подавший заявление в партию, глазом впился в оптический прицел, а руками работая на механизмах, наводит пушку на цель. Ногой нажимает на педаль и первый снаряд летит на встречу немцам. За ним второй, третий… Стреляют все танки. Огонь и сталь преградили путь врагу. Несколько танков замерли на месте, загорелись. Остальные спешат обратно.

Первая атака сорвалась. Танкисты видят свою работу, подсчитывают подбитые и горящие машины врага.

– Не плохо поработали, молодцы! – одобряюще отзывается гвардии старший лейтенант.

В воздухе снова появляются немецкие самолеты и яростнее прежнего бомбят рубеж гвардейцев. Одна бомба разорвалась недалеко от танка БУТА и разбила гусеницу. Экипаж, целиком состоящий из коммунистов, выскочил из машины и, пользуясь перерывами воздушной атаки, быстро отремонтировал гусеницу.

Немецкие танки идут опять. И опять гвардейцы ведут меткий огонь. Число подбитых и подожженных танков увеличивается. Враг не выдерживает, откатывается.

В минуты затишья парторг АКИЛОВ идет к коммунистам. Он справляется у АНТОНОВА и МАЛЕИНА провели ли они беседы в экипажах, выпустил ли СОКОЛОВ боевой листок. Беседы проведены, боевой листок выпущен. Парторг дает новые задания, – поручает рассказать танкистам об итогах боя, кто и сколько подбил танков. А когда вечером принесли газеты, АКИЛОВ обеспечил ими каждый экипаж.

… Три дня немецкие танки и авиация вели ожесточенную борьбу за захват рубежа, занимаемого гвардейцами. Советские богатыри уничтожили 15 вражеских машин, из них трех «Тигров». Эти потери заставили гитлеровцев отступить.

Советские танкисты выполнили приказ: враг не прошел. Гвардейцы выстояли все до единого. Коммунисты помогли командиру подразделения в выполнении боевого приказа своим мужественным поведением в бою, храбростью и отвагой. А беспартийные не отставали от них.

Партийная организация прошла серьезное испытание.

 

Подготовил к печати – /подпись/

В ПЕЧАТЬ:

ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР

Гв. Генерал-Лейтенант т/в /Н. ПОПЕЛЬ/

 

ЗАМ. ГЛАВНОГО РЕДАКТОРА

Гв. Генерал-Лейтенант /М. ШАЛИН/

 

Члены редколлегии:

«   » декабря 1944 года.

 

---

 

ОТВАГА БРОНЕБОЙЩИКОВ

 

Противник всеми силами пытался перерезать шоссе БЕЛГОРОД – ОБОЯНЬ. Несмотря на большие потери, фашисты пускали в бой все новые и новые группы танков. Вот и сейчас показались из-за рощи немецкие машины. Их было много. Сержант Павел ПОСПЕЛОВСКИЙ насчитал двадцать, а бронированные чудовища все еще продолжали выползать из-за бугра.

Расчет противотанкового ружья сержанта Павла ПОСПЕЛОВСКОГО занимал оборону на высоте, расположенной невдалеке от магистрали. Заряжающий Иван ТКАЧЕНКО лежал рядом и наблюдал.

– Товарищ сержант, – проговорил он, – давайте стрелять, видите сколько их!

И когда танки подошли на расстояние 150-200 метров, ПОСПЕЛОВСКИЙ не торопясь прицелился в головной танк. Прозвучал выстрел.

– Горит, горит! – радостно произнес заряжающий.

А ПОСПЕЛОВСКИЙ метился уже в следующий. Вскоре и второй немецкий танк был подбит и загорелся.

Совсем близко появился третий. Он заметил отважных бронебойщиков и открыл по ним огонь из пулемета.

– Мерзавцы! – крикнул ПОСПЕЛОВСКИЙ. – Посмотрим кто кого!

И с первого же выстрела запылал третий танк.

Бой продолжался. С фланга, на выручку экипажам горящих танков спешили еще две машины. Они подошли совсем близко, чтобы дать возможность эвакуироваться экипажам.

Меткими выстрелами из противотанкового ружья сержант ПОСПЕЛОВСКИЙ и красноармеец ТКАЧЕНКО подожгли еще два фашистских танка.

 

---

 

СЛАВА ХРАБРЫМ

 

---

 

Старшина М. ГОЛОВАЧЕВ

 

ДРАЛИСЬ КАК ЛЬВЫ

 

Это было в один из июльских дней 43 года, когда по приказу командования части наша батарея заняла закрытую огневую позицию в районе высотки северо-западнее деревни КРАСНАЯ ДУБРАВА. Обстановка на фронте была исключительно напряженной. Враг, не считаясь с потерями, рвался к нашим боевым порядкам. Мы отвечали шквальным огнем.

Противник ввел в бой множество танков. Уничтожить и подавить их огонь с закрытой ОП не представлялось возможности. Тогда командир батареи гвардии старший лейтенант ДОБРОВ приказал выдвинуть первый огневой взвод на высотку, чтобы прямой наводкой отразить атаку немецких танков. Мое орудие входило в первый взвод, а также орудие гвардии старшины ЧЕРКАСОВА.

Наш взвод вел ураганный огонь по танкам, сжег при этом 2 машины, лавина железных чудовищ повернула вспять. После некоторой перегруппировки она снова двинулась на боевые порядки наших частей, но теперь уже с левого фланга.

В этом бою оба расчета подбили по одному танку.

Ценой исключительно больших потерь противник вклинился в наш левый фланг. Разгадав маневр врага, командир дивизиона гв. капитан МИРОНЕНКО решил снять наши орудия и поставить на левый фланг. Мы приняли бой. И здесь противник не имел существенного успеха.

В этом исключительно упорном и тяжелом бою погиб наш командир части гвардии капитан МИРОНЕНКО, посмертно ему присвоенное звание Героя Советского Союза. Зная цели, за которые мы сражались, весь личный состав дрался как львы, чтобы больше измотать и обескровить противника, а потом перейти в решительное наступление.

 

Подготовил к печати: – /СМИРНОВ/

 

В ПЕЧАТЬ: /подписи/

 

---

 

Гв. старшина К. КРОХАЛЕВ

 

МИНОМЕТЧИКИ

 

Нам, минометчикам, дали приказ занять оборону под деревней ЯКОВЛЕВО, где немец наступал превосходящими силами, бросая против наших частей много своих новых танков – «Тигров», а также и пехоту. Нам приходилось несколько раз отбивать очень сильные контратаки. Расчеты поминутно выдвигались на кочующие позиции. В первые же дни июльских боев у нас отличились командир расчета старший сержант КОМПАНИЕЦ К.Е. и старший сержант ПОТАПОВ. Они дрались геройски, не жалея своей жизни, уложили до 200 немцев и по два пулеметных расчета. Славные минометчики погибли смертью храбрых, но не пропустили врага.

В эти дни мне также пришлось командовать минометным расчетом. Командир батареи приказал выдвинуть на кочующие огневые позиции и уничтожить пулеметную точку, которая очень мешала нашей пехоте. Скрытно выдвинул я свой миномет, куда приказал командир батареи. Огляделся, разыскал огневую вражескую точку и угломер. Одной миной сделав пристрелку, а потом подал команду: «беглый огонь». – Пулемет противника замолк. Тут нас заметила пушка противника и открыла по миномету огонь, два человека из моего расчета вышли из строя. Я направил раненых назад, к батареи, со своим наводчиком, а сам остался у миномета и дал «огонь» по пушке, которая меня обстреляла. Помогал мне мой заряжающий. Вдвоем с ним у нас и пошел поединок с пушкой. От пяти мин пушка разлетелась вдребезги.

Я послал своего заряжающего с донесением к командиру батареи, а сам остался один у миномета. Вскоре мой заряжающий пришел и с ним еще несколько бойцов. Командир батареи через них приказал мне без его разрешения «никуда». Я так и сделал. Вдруг на дороге показались две фашистские автомашины. Немцы стали выгружать свою пехоту. Я со своими друзьями сразу определил расстояние и открыл огонь. Второй миной попали в машину и живо разбили эту группу немцев.

На другой день командир батареи объявил мне благодарность, потом меня наградили орденом Отечественной войны I степени и присвоили воинское звание старшина.

 

Подготовил к печати: – /В. СМИРНОВ/

 

В ПЕЧАТЬ: /подпись/

 

---

 

Гв. старшина ХИЛЯС

 

КАК Я ПОДБИЛ ТРИ ТАНКА

 

5-го июля я вступил в бой со своим орудием. Мой расчет был хорошо подготовлен. Мы заняли оборону и открыли массированный огонь по наступающим немцам.

Передают с наблюдательного пункта, что танки противника пошли на деревню СЫРЦЕВО. Командир взвода лейтенант ТКАЧЕНКО приказал мне прямой наводкой встретить врага.

Вручную выкатили мы орудие на открытую огневую позицию, быстро окопались. В бинокль я заметил танки, но распознать их – наши или нет – долго не мог. Но когда танки приблизились к деревне СЫРЦЕВО, наконец, разглядел – немецкие.

Я подпустил их как можно ближе и открыл огонь по переднему танку.

Первым снарядом танк разнесло на части.

Открыл огонь по второму. Выпустил два снаряда и танк загорелся. Потом подбил третий танк.

Немцы так и не прошли на нашем рубеже.

За этот бой я получил орден Отечественной войны I степени, наводчик сержант РЫБАЛКО тоже получил орден, а остальные – денежную премию.

 

Подготовил к печати: /В. СМИРНОВ/

 

В ПЕЧАТЬ: /подпись/

 

---

 

Капитан Ю. ГОЛУБЯТНИКОВ

 

ВРАГ ОТСТУПИЛ

 

Из-за высоты, осторожно, по-воровски, показался сначала один потом второй, а через несколько минут танкисты БОЙКО насчитали до 40 немецких танков, двигавшихся на наши позиции. Впереди грузно ползли Т-VI, а сзади, на удалении 300-400 метров шли средние танки.

Наши танки, которых было значительно меньше, молчали, не двигались с места. Немецкие громадины подходили все ближе и ближе и видно было, как гитлеровцы проявляли нервозность – танки то останавливались, то отходили в сторону, то снова шли вперед.

Настал самый напряженный момент. Вражеские машины уже были у переднего края нашей обороны.

Сотрясая воздух, грянул первый выстрел лейтенанта ПРИМЕРОВА и через несколько секунд огромный, черный столб дыма поднялся над головным «Тигром». И завыли с обеих сторон снаряды, заговорили пулеметы.

Командир роты лейтенант ПРИМЕРОВ был спокойно и хладнокровно. Горит второй, третий, четвертый танки от его орудия.

Танкисты открыли сосредоточенный огонь по первой линии немецких танков. Это были залпы священной мести и ненависти к лютому врагу.

Бой разгорелся. Из-за горящего танка противника вышел один «Тигр» и, остановившись, с расстояния 300 метров ударил по борту танка ПРИМЕРОВА. Длинный язык пламени вырвался из моторного отделения нашей машины.

Лейтенант спокойно, но быстро, вложил последний снаряд в пушку и дал еще один выстрел. Точным попаданием он расколол на двое башню немецкого «Тигра» – и лишь после этого вышел из горящего танка.

Бой достиг наивысшего напряжения. Советские воины храбро и стойко дрались. Враг, не выдержав нашего удара, поспешно скрылся, оставив на поле боя 11 горящих танков.

 

Подготовил к печати – /подпись/

В ПЕЧАТЬ:

ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР

Гв. Генерал-Лейтенант т/в /Н. ПОПЕЛЬ/

 

ЗАМ. ГЛАВНОГО РЕДАКТОРА

Гв. Генерал-Лейтенант /М. ШАЛИН/

 

Члены редколлегии: /подпись/

«   » декабря 1944 г.

 

---

 

Сержант БОРОДУЛИН

 

НАЛЕТ СТЕРВЯТНИКОВ

 

– По местам! – раздалась команда лейтенанта МЕНЬШИКОВА. Расчеты быстро подбежали к своим орудиям. В воздухе появилась большая партия немецких самолетов. Разбившись на более мелкие группы, стервятники пошли в пике. На орудие сержанта ФИРУЛЕВА обрушилось семь «Юнкерсов», но славный зенитчик принял неравный бой. Мы видели, как отрывались бомбы, слышали, как они свистели, но потом все заволокло дымом и долгое время невозможно было рассмотреть, что произошло с расчетом ФИРУЛЕВА. Бомбы рвались так близко от его орудия, что никто из нас не рассчитывал увидеть зенитчиков живыми и невредимыми.

Однако мы их увидели. Мало того, мы увидели свалившихся на землю трех «Юнкерсов». Это было делом рук славных зенитчиков.

 

Подготовил к печати /П. ЖЕЛТОВ/

 

В ПЕЧАТЬ: /подпись/

 

---

 

Старший сержант К. ВИНОКУРОВ

 

ЧЕРЕЗ СЕМЬ ЧАСОВ ТАНК ПОШЕЛ В БОЙ

 

В 12 часов дня бригада техника-лейтенанта ПЕТРАКОВА /49 танковая бригада/ приступила к ремонту танка, получившего повреждение на поле боя. Электрик КОЛЕСНИКОВ, слесарь ФИРСОВ и экипаж танка за 7 часов сменили бортовой фрикцион, заменили подшипники ведущего валика, перебрали и поставили включатель массы и отремонтировали реле пуска.

Под вечер механик-водитель САВРАСОВ сел за рычаги и повел танк в бой.

 

Подготовил к печати: /П. СКВЕРНЮКОВ/

 

В ПЕЧАТЬ: /подпись/

 

---

 

КОМАНДИР – ОТЕЦ

 

Капитан ВОЛОШЕНЮК – настоящий коммунист, требовательный командир и отец бойцов.

Когда 253-й танковый батальон вступил в жестокий бой, капитан везде был с танкистами. Где становилось трудно и опасно, там появлялся ВОЛОШЕНЮК. Советом и добрым словом он вдохновлял воинов на выполнение боевого приказа.

Под разрывами бомб и снарядов капитан передвигался от экипажа к экипажу, доводил до танкистов обстановку, приносил им газеты, письма, следил, чтобы и командиры были обеспечены пищей и водой.

В самые критические минуты боя коммунист ВОЛОШЕНЮК находит время для бесед с танкистами, умеет узнавать настроение своих подчиненных.

Любят наши танкисты капитана ВОЛОШЕНЮКА за его храбрость и мужество. Грудь отважного командира украшают орден Красного Знамени и медаль «За боевые заслуги».

 

Подготовил к печати: /П. СКВЕРНЮКОВ/

 

В ПЕЧАТЬ: /подпись/

 

---

 

Майор С. КОРОБОЧКО

 

КОМАНДИР ЭКИПАЖА ЛАЗЕЙКИН

 

Члены экипажа танка, которым командует командир взвода лейтенант ЛАЗЕЙКИН, бывалые воины. В прошлых боях танк участвовал в прорыве вражеской обороны, за что механик-водитель СИЛИН и командир башни КОНОНЕНКО награждены медалями «За отвагу».

Перерыв между боями танкисты взвода использовали для усовершенствования своих знаний, тренировки, изучения боевого опыта, ознакомления с боевой техникой врага, в частности с новым танком Т-VI. Много часов провели члены экипажа возле своих машин, проверяя каждый винтик и гаечку. И когда враг перешел в наступление, танкисты были уверены в мощи своего оружия, в свои силы, они знали, что их танки будут работать безотказно, что враг не пройдет.

Учеба дала свои результаты. За несколько дней ожесточенных боев взвод ЛАЗЕЙКИНА уничтожил и подбил 15 вражеских танков и немало другой техники врага, истребил много фашистов. Экипаж ЛАЗЕЙКИНА уничтожил 7 немецких танков, из них 3 «тигра», 6 автомашин и самоходную пушку.

Советские танкисты выходили победителями и тогда, когда против десяти наших танков было 60 немецких, когда против наших трех – было 15 немецких танков. Немцев было в 5-6 раз больше, но они неизменно откатывались назад, изрядно побитыми.

Танк отважного экипажа цел, он готов снова в бой. Экипаж невредим и горит одним желанием – без устали и наверняка бить врага. А для этого танкисты изучают опыт прошедших боев.

– Нужно быть осторожным, длительным, следить за полем боя, – говорит ЛАЗЕЙКИН. «Тигры» покрашены под цвет ржи и их иногда трудно заметить. Отсюда вывод – наблюдай во все стороны.

ЛАЗЕЙКИН знает и тактику немцев. Фашисты, встретив сильное сопротивление, стремятся хотя бы несколькими машинами прорваться в наше расположение, чтобы расстроить боевые порядки, нарушить управление. Об этой тактике и рассказывает ЛАЗЕЙКИН.

– На горку выходят несколько вражеских танков. Они открывают сильный огонь, а в это время 2-3 машины стремятся проскочить в лощину и выйти к нам во фланг или в тыл. Мы разгадали эту тактику врага. Поэтому так здорово и били.

– На поле боя нужно умело маневрировать. Замечая вражеские танки, мы выскакивали из лощины и, дав 2-3 выстрела, спускались в лощину, затем снова выскакивали, но уже в другом месте. А немцы открывали ураганный огонь по тому месту, где нас уже не было. Пристрелку нужно вести осколочным снарядом, а бронебойные беречь. Вот почему у нас всегда в запасе были бронебойные снаряды.

Тяжелые танки врага ЛАЗЕЙКИН уничтожая, стараясь угодить им в бок. Отсюда он делает вывод – бей «Тигра» в борт, и он загорится. Чтобы бить в борт, нужно использовать маневренность и быстроту хода нашей машины. Всегда можно выскочить из укрытого места так, чтобы вражеские танки были к тебе боком. Вот тогда и бей наверняка.

Герои танкисты умножат свой боевой счет, ибо и в бою учатся искусству умело воевать.

 

---

 

Гвардии лейтенант А. ПОТЕМКИН

 

БОЕВАЯ ВЫУЧКА

 

Когда взвод вышел из боя, я собрал весь личный состав и подвел итоги. Экипажи уничтожили 18 немецких танков, в том числе 5 пресловутых «Тигров», несколько вражеских орудий, автомашин, истребили много гитлеровских мерзавцев. Наши потери – две машины, которые эвакуированы и уже полностью восстановлены.

В бою я руководил взводом и видел, как наши экипажи в тяжелых, иногда неравных, схватках с немецкими танками одерживали победу. Это – результат боевой выучки, итоги нашей напряженной учебы в дни затишья на фронте. Мне невольно вспоминаются слова командира нашей гвардейской части:

– Учитесь, хлопцы, старательно, в бою будет легче, – говорил он на одном из занятий.

И люди, которые имели за плечами двухлетний опыт войны, учились мастерству вождения танка, стрельбе из него, маскировке, самоокапыванию, так страстно, словно это были новобранцы.

… Взвод наш занимал позицию на правом фланге высоты и имел задачу – не допустить вражеские танки на север. Скрытно по лощине мы заранее сосредоточились, тщательно замаскировали машины. В седьмом часу утра в тумане, отстоявшем в 600 метрах от высоты, мы заметили немецкие танки. Фашистские танкисты не видели нас и подставили нам борты своих машин. Мы выждали, покуда «Тигры» вытянулись на чистое место, и внезапно открыли сосредоточенный огонь из всех своих машин. Запылало восемь костров, это горели «Тигры».

Немцы пытались обмануть нас. Они вытаскивали на возвышенности макеты своих танков, оставляли их там, а сами уходили в сторону, чтобы отвлечь наше внимание. Мы эту уловку разгадали. Иногда гитлеровцы сосредоточивали ураганный огонь по одному флангу, а шли в атаку на другом. Но не удалась врагу и эта хитрость. Наши экипажи вели неослабное круговое наблюдение и своевременно разоблачали гитлеровцев.

Враг применял обходные движения. Но мы своим маневром упреждали его. Враг пытался одиночными машинами и небольшими группами нащупать слабые места в нашей обороне, найти стыки между подразделениями. Но всюду он находил себе смерть.

Выучка экипажей сказалась и во взаимозаменяемости, в умении быстро устранять повреждения в машине, в четкой сработанности. Механик-водитель моего экипажа гвардии старший сержант Петр СЕНЦОВ прекрасно корректировал мне огонь. В трудную минуту он смог вывести машину в укрытие с поврежденными роликами ведущего колеса, без обоймы подшипника бортовой передачи. Четко и слаженно работали и другие члены экипажа – стрелок радист гвардии старший сержант БУЛАТОВ, башенный стрелок гвардии старший сержант ПОЛЯЩЕНКОВ. Все они награждены орденами.

 

---

 

Старший лейтенант И. ЦЕРКОВНЫЙ,

командир зенитной батареи,

(дважды орденоносец)

 

Это было летом 1943 года под БЕЛГОРОДОМ 9 июля. Разгром немецкого наступления на ОБОЯНЬ. С самого рассвета противник бросил в бой большие массы авиации. Не было минуты, чтобы в воздухе не находились вражеские самолеты. Они ходили волнами: сначала «Хейнкель», потом, с интервалом 2-3 минут, «Юнкерсы-88», «Юнкерсы-87», «Мессершмитты» и, наконец, «Хенкель-123».

Не успевает отбомбиться последняя партия, как все начинается сначала. И так целый день. Немцы бросили в бой все основные силы, пытаясь во что бы то ни стало прорваться к ОБОЯНИ и выйти на КУРСКОЕ шоссе.

Личный состав моей зенитной батареи отдавал все силы, чтобы не допустить бомбежки наших боевых порядков. Стрельба велась непрерывно, стволы орудий накалились и не успевали охлаждаться. Стояла неимоверная жара, и люди не хотели ни завтракать, ни обедать, требовалась только вода. К полудню батареей было уничтожено 3 фашистских стервятника. В 13.00 был получен приказ занять новую позицию. Перемещалась батарея по БЕЛГОРОДСКОМУ шоссе, которое непрерывно бомбилось и штурмовалось «Юнкерсами» и «Мессершмиттами».

Самая напряженная обстановка создалась на перекрестке дорог у деревни ЗОРИНСКИЕ ДВОРЫ, где скопилось много техники, а регулировщик был убит разорвавшейся поблизости бомбой. В это время подъехал сюда «Виллис» и с разгона быстро затормозил. Из кабины выскочил загорелый, энергичный человек в плащ-накидке. Он громко сказал: «Я Командующий армией КАТУКОВ. Немедленно ставьте орудие в 20 метрах от перекрестка, отражайте авиацию и непропускайте войск на ОБОЯНЬ»! А сам начал наводить порядок на дороге.

Моментально орудие было поставлено на указанное место и приведено к бою. Бойцы работали быстро и точно, ибо на горизонте уже показалась группа «Ю-87». Самолеты быстро приближались к перекрестку. Расчет приготовился к бою. Наводчик орудия младший сержант Володя СЫЧЕВ прильнул к оптической трубе и доложил: – «цель поймана!». Командир орудия Иван ЧЕРНЯКОВ четко подал команды. Весь расчет приготовился отразить атаку, работая хладнокровно и слаженно; небо впереди самолетов покрылось разрывами. Стервятники повернули в сторону и, зайдя справа, сделали разворот на орудие. Огонь усилился; заряжающий сержант МОИСЕЕНКО работал как автомат. Ведущий самолет, сверкая крыльями, перевернулся на бок и пошел в пике, строча из пушек, как бы желая колесами схватить ненавистное ему орудие. За ним пошли еще 8 самолетов. Наводчик СЫЧЕВ крепко сжал маховичек наводки и не выпускал цель из перекрестия. Ведущий «Юнкерс» обхватило пламя. Он неуверенно покачнулся в воздухе и начал падать. Это было его последнее пике и вскоре от стервятника остался один столб черного дыма. Разорвавшейся у орудия бомбой был убит отважный командир орудия Иван ЧЕРНЯКОВ и два бойца ранено. На место командира встал помощник командира взвода БОЙЦУН и орудие продолжало вести огонь. Остальные самолеты ушли ни с чем; идущая вперед по шоссе техника осталась невредимой. Так окончился победой одиночный бой зенитного орудия с 9-ю вражескими стервятниками. И только честные, мужские слезы на глазах наводчика показывали о гибели его лучшего друга Ивана ЧЕРНЯКОВА.

Когда на следующий день хоронили отважного командира и загремел салют из 4-х орудий, личный состав батареи поклялся отомстить немецким извергам за кровь своего товарища, за кровь своего народа.

Эту клятву батарея оправдала с честью в последующих боях, уничтожив 28 вражеских самолетов, 2 танка, бронетранспортер и 2 автомашины с пехотой противника, а также до взвода пехоты.

 

---

 

СРАЖАТЬСЯ КАК ГЕРОЙ ГВАРДЕЕЦ ШАЛАНДИН

 

Немцы пытаются наступать. Они сосредоточили на нашем участке фронта сотни танков и самолетов, отборные пехотные дивизии. Они думали напасть неожиданно, прорвать нашу оборону, отомстить за СТАЛИНГРАД. Не выйдет! Теперь и нам, и нашей части выпала славная доля участвовать в решающем сражении.

Выстоять сегодня, чтобы завтра наступать! Истребить и изматывать врага, чтобы завтра опрокинуть и погнать его на запад – вот наш девиз. – Умрем, если доведется, но не отступим – поклялись танкисты, и свято держат свое слово.

… Волна за волной обрушивались фашистские танки на подразделение гвардии майора ВОВЧЕНКО. 80 немецких танков против десяти наших машин. «Старые гвардейцы – товарищи ЛЮБУШКИНА и ЛАВРИНЕНКО выдержат, как выдерживали и в предыдущих схватках. Но, как поведут себя молодые танкисты, впервые идущие в бой?» – думал командир.

А бой нарастал горячий. Он шел и на земле, и в воздухе. Иногда до семидесяти вражеских самолетов висели над головой. Гвардии лейтенант комсомолец ШАЛАНДИН увидел, что два «Тигра» пытаются с фланга обойти подразделение. «Надо выждать и бить наверняка» – подумал молодой командир. Еще несколько секунд и «Тигры», проносясь мимо, обнажили свои бока. Первый же бронебойный снаряд танка ШАЛАНДИНА поразил «Тигра». Потом запылал второй такой же хищник, а затем еще один поменьше. Враг начал отходить, продолжая вести огонь. От прямого попадания танк ШАЛАНДИНА, уничтоживший три вражеских танка, в том числе двух «Тигров» – запылал, но не прекратил борьбы. Советские богатыри слали в стан врага снаряд за снарядом из горящей машины. Экипаж погибал, но вел бой, охраняя товарищей. До последней секунды отдали Советской Родине свои жизни герои танкист ШАЛАНДИН и его товарищи-гвардейцы комсомолец сержант ЗЕЛЕНИН и старший сержант ЛЕКОМЦЕВ.

Слава героям!

Имя ШАЛАНДИНА, как и имя Героя Советского Союза ЛЮБУШКИНА, навсегда останется в сердце каждого гвардейца, в святыне гвардии – списках части.

Сражайтесь, как комсомолец ШАЛАНДИН и его товарищи, для которых Родина дороже жизни. Изматывайте и уничтожайте врага, его живую силу и технику!

 

Подготовил к печати: /подпись/

В ПЕЧАТЬ:

ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР

Гв. Генерал-Лейтенант т/в /Н. ПОПЕЛЬ/

 

ЗАМ. ГЛАВНОГО РЕДАКТОРА

Гв. Генерал-Лейтенант /М. ШАЛИН/

 

Члены редколлегии: /подпись/

«   » декабря 1944 г.

 

---

 

Старшина А. СОКОЛОВ

 

ЭТО БЫЛО НА КУРСКОЙ ЗЕМЛЕ

 

Я хочу рассказать о тех днях 1943 года, которые знаменуют собой БЕЛГОРОДСКОЕ сражение.

На рассвете 5 июля мы заняли огневые позиции и, не успев окопаться, приняли бой с танками противника. С хвалеными «Тиграми» встретились впервые, но как их уничтожать мы уже знали. На наш участок немцы бросили около 150 бронированных чудовищ. Они медленно ползли, ведя орудийно-пулеметный огонь с хода. Нельзя было поднять голову. Но вот заговорила батарея гвардии старшего лейтенанта ЗАЛОЕВА. После третьего выстрела загорелся один танк. Потом начали бить по танкам и остальные орудия. Каждый наводчик выбирал себе цель какая ему нравилась, и более десятка машин окрасили небо черным дымом.

Танки продолжали настойчиво и угрожающе надвигаться на наш дивизион. И тут совершилось нечто ужасное, неописуемое. Ревущие машины начали давить гусеницами орудия. Раненые и оставшиеся в живых артиллеристы не отходили, а продолжали вести огонь. Они умирали на станинах своих орудий. Умирали честно, по-геройски.

Расчет старшего сержанта АНУФРИЕВА оказался между тремя танками. Прямым попаданием было убито четыре бойца. Раненый АНУФРИЕВ с двумя бойцами подбил два танка, а третий раздавил их. Но и его уничтожил метким выстрелом сержант ИВАНОВ. Оставшиеся в живых артиллеристы без рубах вели ураганный огонь. И вот дрогнула железная лавина. Огрызаясь, она стала уползать назад. Фашисты крепко поплатились. Мы уничтожили 38 танков. Это было в районе дер. ЧАПАЕВКА – БЕРЕЗОВКА на КУРСКОЙ земле.

 

Подготовил к печати: /П. СКВЕРНЮКОВ/

 

В ПЕЧАТЬ: /подпись/

 

---

 

Лейтенант С. УХИН

 

В РАЗВЕДКЕ

 

Перед серьезным боем всегда бывает волнующее затишье. Так было в июне-июле 1943 года на КУРСКОЙ дуге. Используя это затишье я упорно учил своих разведчиков, как искусно действовать на поле боя.

И вот, 5-го июля, тишину нарушила немецкая артиллерия. В части – тревога. Я, собрав разведчиков, ввел их в курс событий. Гвардии майор Ю. ГИЛЕНКОВ поставил мне задачу: занять НП и докладывать о сосредоточении неприятельских танков, пехоты и артиллерии. Не успели мы оборудовать НП, как на шоссе показалась колонна немецких танков. Первым ее заметил разведчик гвардии младший сержант В. Волков. Я быстро передал по радио в дивизион координаты. Слышу ответ ГИЛЕНКОВА: «бью!». Через несколько минут раздался залп «Катюш». Я видел плоды работы этого славного оружия. Колонна немецких танков, окутанная черным дымом разрывов, как бы замерла. Два «Тигра» и до 10 средних танков горели, как свечи. Атака сорвалась.

8 июля я получил приказ от гвардии капитана Г. СИДОРОВИЧ пробраться ночью в дер. СУХО-СОЛОТИНО, наполовину занятую немцами, установить численность и место стоянки вражеских танков. На рассвете с крыши одного дома мы начали наблюдение. По моему вызову «заиграла Катюша». Загорелось пять танков, три танка были перевернуты вверх гусеницами. В последующие дни и ночи я «лазил» со своими разведчиками В. ВОЛКОВЫМ и Д. БАРАНОВЫМ по переднему краю. Обнаружили танки в районе церкви в дер. ВЕРХОПЕНЬЕ. Дал координаты командиру дивизиона. Залповым огнем был уничтожен один тяжелый немецкий танк.

За хорошую разведку в оборонительных боях под Белгородом я награжден орденом Отечественной войны II степени.

 

Подготовил к печати: /П. СКВЕРНЮКОВ/

 

В ПЕЧАТЬ: /подписи/

 

---

 

Гвардии старшина С. СОЛОВЬЕВ

 

ИЗ ЗАСАДЫ

 

Еще в начале Отечественной войны наши гвардейцы-танкисты отличились тем, что, находясь в засаде, накрепко замыкали дорогу, преграждая путь немцам.

Сколько раз противник, надеясь на свою силу, бросал в бой десятки танков и все же вынужден был отступить побежденным, потому что один-два наших танка, стоя в засаде, не пропускали его.

СМОЛИН и ЛАВРИНЕНКО, обороняя подступы к МОСКВЕ, впервые применили тактику танковых засад.

Георгий БЕССАРАБОВ и Иван КУЛЬДИН на БЕЛГОРОДСКОМ шоссе не раз подпускали вражеские танки на близкое расстояние, а затем расстреливали и поджигали их.

В этих боях молодые танкисты, перенимая традиции части, снова показывают изумительные примеры действий из засад.

Воспитанник Ивана КУЛЬДИНА отважный комсомолец Максим МУСИХИН продемонстрировал свое мастерство и воинскую зрелость. Неудивительно, что об этом молодом гвардейце младшем лейтенанте так и говорят: «Где стоит танк МУСИХИНА, там дорога на запоре».

Находясь в засаде, МУСИХИН своевременно обнаружил движение немецких танков. Впереди громыхал «Тигр». Экипаж долго ожидал приказаний своего командира.

– Пусть они приблизятся к нам на 200 метров, тогда я открою огонь, – заявил МУСИХИН.

Так оно и случилось. Когда наступила минута действий, командир прицелился и выпустил снаряд по борту «Тигра». Танк загорелся. Шедшие позади него танки остановились. Этим воспользовался МУСИХИН, открыв по ним фланговый огонь и заставил повернуть обратно.

Через несколько дней на танк МУСИХИНА, стоявший в засаде в другом месте, налетели немецкие самолеты. После изрядной бомбежки на дорогу вышло 8 немецких танков. Свою машину МУСИХИН так укрыл, что ни одна бомба не попала в нее. Но немцы видимо были уверены, что здесь ничто живое не уцелело. Каково же было их удивление, когда неожиданно из засады заговорил танк МУСИХИНА. Меткими выстрелами МУСИХИН поджег три вражеских машины, а остальные обратил в бегство.

Как видно из примеров, умелые действия хотя бы одного танка в засаде, могут парализовать превосходящего противника.

 

Подготовил к печати: /П. СКВЕРНЮКОВ/

В ПЕЧАТЬ:

ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР

Гв. Генерал-Лейтенант т/в /Н. ПОПЕЛЬ/

 

ЗАМ. ГЛАВНОГО РЕДАКТОРА

Гв. Генерал-Лейтенант /М. ШАЛИН/

 

Члены редколлегии: /подпись/

«   » декабря 1944 года.

 

---

 

Гв. ст. сержант ЛОПАЕВ

 

ВОСПОМИНАНИЯ О СРАЖЕНИЯХ НА КУРСКОЙ ДУГЕ

 

5 июля в 18.00 был получен приказ о выступлении. Наша бригада еще тогда не была гвардейской и называлась «10-я механизированная». Командиром батальона был у нас капитан ЧЕРЕПАНОВ. Служил же я в роте автоматчиков, которой командовал лейтенант Иван САЧКОВ, мордвин по национальности, крепкого телосложения, отменной выправки, культурный офицер. Ему было лет 28-29. Он бывалый командир. Сражался под ЛЕНИНГРАДОМ, на Западном фронте, был несколько раз ранен. Мы все любили его и гордились им.

Перед рассветом 6 июля, свернув влево от шоссе, мы зашли в лес и пройдя километра полтора, вышли к оврагу, на скате которого по приказанию комбата стали занимать оборону, окапываться. К рассвету оборона была по всем правилам усовершенствована, закреплена. Командный пункт комбата находился здесь же рядом, в овражке.

Привезли завтрак. Подкрепившись, бойцы в траншеях отдыхали. Только изредка вздрагивали новички при взрыве снарядов.

К часам 10-12 бой усилился. Появилась авиация противника и начала обрабатывать передний край, где занимали оборону другие части. Мы были во второй линии. Правее нас в метрах 800 возвышалась церковь села БЕРЕЗОВКИ, в районе которой занимала оборону наша бригада.

Рядом с нашей ротой на правом фланге в обороне стояла рота ПТР, которой командовал старший лейтенант ЛАПТЕВ. Бой был жаркий. Не принимая пока в нем непосредственного участия, мне было известно, что на наши передовые части немецкие танки лезут «на-пролом». Дым, гарь, зной изматывали бойцов. К 14.00 бой достиг наивысшего напряжения. Авиация немцев нахально стала летать низко над траншеями. Партия за партией, по 30-40 и больше «лапотников» сменяли друг друга. Немало их было сбито в этот день. К вечеру бой утих, факелы горящих танков говорили о силе и мощи нашего контрудара.

7-го июля бой принял еще более ожесточенный характер. В бой были введены наши стрелковые роты и рота ПТР. Наш взвод, в котором служил я, перевели ближе к роте ПТР. Задачу ставил комбат сам. Его могучая стройная фигура то там, то здесь мелькала по траншеям. Его спокойный вид, хладнокровие и твердый голос при отдаче приказов вселяли веру в каждого солдата, ободряли его, разгоняя страх перед «тиграми». Нам было теперь ясно: если прорвутся немецкие танки, то нам, автоматчикам, надо отсекать пехоту, а роте ПТР – уничтожать танки. Вновь появилась авиация, «лапотники» стали сыпать бомбы. Сколько было самолетовылетов – трудно учесть. Но этот день немцам не дал успеха: атаки были отбиты, поле усеяно трупами фрицев и пылающими танками.

8 и 9 июля бои стали еще ожесточенные. Немцы пробовали атаковать наши части и ночью, но успеха не добились. Силы наши таяли. 10 июля, утром рано, наш комбат капитан ЧЕРЕПАНОВ, обходя траншеи, подбадривал нас, делал некоторые замечания, указывал как лучше откопать свою ячейку, интересовался в чем мы нуждаемся.

– Еще день и немцы захлебнутся. Ни шагу назад, товарищи! Выстоим! – говорил капитан.

Были нам дополнительно доставлены гранаты, боеприпасы, консервы и вода…

Через час кто-то крикнул: «Танки». Загремела канонада. Чудовища с длинными стволами, двигались на нас, извергая сталь и смерть. Но все были спокойны, крепче только сжали автоматы. Вот уже 100 метров… «Огонь!» – скомандовал нам лейтенант САЧКОВ. Десантники-фрицы как снопы слетали с танков и перебежками от одного танка к другому, искали защиту за бронью. Да и танки свою скорость сбавили, стали вилять… Но вот один из них вспыхнул, замер на месте второй, а три других стали пятиться обратно и скрылись за бугром. Пехота же немецкая драпанула еще раньше.

За день было отбито семь атак. Казалось, уже на сегодня спесь с немцев сбили.

Комбат, без фуражки, с вьющимися волосами, вновь обходил своих солдат. Его бесстрашие к окружающей обстановке, его светлые спокойные глаза по-отцовски вселяли силу. Значит мы выполнили приказ командования, раз сам капитан доволен. В этот момент было передано: «Идут танки – 12 штук!» Комбат не ушел из траншей. Он остался здесь, с нами. Вновь затявкали 45 мм пушки, залпы ПТР и трескотня автоматов создали шум, за которым не было слышно даже разрывов снарядов. Танки противника прорвались и стали гусеницами разваливать наши траншеи, давить бойцов, стрелять из пушек. Но пехоту немецкую мы все же не допустили. Лейтенант САЧКОВ, капитан ЧЕРЕПАНОВ первыми стали метать гранаты под танки. Ободренные их примером, бойцы ожили, начался поединок горсточки бойцов с танками. Вот первый, затем второй, третий танки запылали, остальные повернули вспять.

Вечер. Тихо. Комбат, усталый, весь в пыли, вышел из траншеи, посмотрел на свою оборону и пылающие немецкие танки. Обращаясь к лейтенанту САЧКОВУ, сказал: – похороните убитых, а сам ушел на КП.

САЧКОВ и ЛАПТЕВ обходили своих бойцов. Не было уже взводных, они погибли. Из 102 бойцов нашей роты осталось в строю только 23 человека. В роте ПТР насчитали 15 человек, да и в стрелковых ротах осталось по 20-25 человек. Стали искать погибших. Вот командир отделения, любимец бойцов старший сержант Виталий СЕВОРОВСКИЙ, коммунист, до последней минуты вел огонь из автомата по пехоте противника, не давая последним подойти к переднему краю. Вот младший сержант Александр КОПЕЙКИН, он завален землей прошедшим через его окопчик танком. Здесь же ординарец лейтенанта САЧКОВА – старший сержант ОВЧИННИКОВ, доставлявший гранаты для бойцов

– Да, они погибли с честью, – сняв фуражку сказал лейтенант САЧКОВ. Мы взглянули на САЧКОВА и ахнули: перед нами был старик с осунувшимся лицом и седой головой…

– Отстояли, молодцы, – говорил САЧКОВ. – Не было среди нас трусов. Уверен, умрем вот здесь, как они умерли, но не отойдем.

Погибших похоронили здесь же, в окопчиках.

11 июля, утро. Румяный восход солнца, чириканье птичек напоминали о жизни, а тишина была нарушена известием, что мы окружены. Комбат срочно созвал всех командиров и через 5-10 минут мы стали спускаться в овраг и пробиваться с боем. Пришлось вести борьбу с танками и пехотой немцев. Дрались как львы. Каждый метр завоевывался с боем. Фрицы были пьяные, лезли рьяно, предвкушая легкую победу над нами. Вот последние 30-40 метров леса – и мы вышли. Вдруг взмахнув руками, упал замертво САЧКОВ. Мы его вынесли, соединились со своей частью.

На утро 27 июля пехота, сотни танков новых частей ударили по немцам, смяли их и погнали на запад.

 

Подготовил к печати /П. СКВЕРНЮКОВ/

 

В ПЕЧАТЬ: /подпись/

 

---

 

БОЕВОЙ ПОДВИГ

командира истребительно-противотанковой батареи, механизированного батальона автоматчиков – Гвардии младшего лейтенанта АРТЮШИНА Федора Ерофеевича.

 

В 14.00 6 июля 1943 года в районе дер. ЯКОВЛЕВО, КУРСКОЙ области истребительно-противотанковая батарея, в которой АРТЮШИН был командиром орудийного расчета, прямой наводкой отбивала восьмую атаку превосходящих сил пехоты и танков противника. В момент, когда немецкие танки и пехота подошли на 500 метров к батарее, осколком немецкого снаряда был тяжело ранен командир батареи гвардии старший лейтенант ПЕТУХОВ и выведены из строя еще два командира огневых взводов. Батарея осталась без управления. Гвардии старший сержант АРТЮШИН, не колеблясь, принял на себя командование батареей и приказал драться до последнего снаряда. После минутной остановки батарея с новой силой открыла ураганный огонь по немецким танкам и пехоте. В течение 4 часов батарея под командованием гвардии старшего сержанта АРТЮШИНА билась с превосходящим противником. К исходу дня на поле боя остались 6 подбитых и сожженных немецких танков, 15 автомашин и до 150 немецких солдат и офицеров.

 

КОМАНДИР МБА

Гв. капитан – /ДЕЛИГОДИН/

 

---

 

Старший лейтенант П. АКИШИН

 

ЗА СМЕРТЬ КОМАНДИРА

 

Танкисты нашего батальона навсегда сохранят в своей памяти светлый образ своего командира старшего лейтенанта ЛУКЬЯНЧИКА, погибшего на боевом посту.

ЛУКЬЯНЧИК был отцом для нас. Он был начальником на службе и старшим товарищем в минуты отдыха.

В период подготовки к боям он старался обучать экипажи искусству современного боя, прививая любовь к танкистам, к технике.

Танкисты, воспитанные ЛУКЬЯНЧИКОМ умело бьют гитлеровцев. От их меткого огня немецкие танки превращаются в груды металла.

На похоронах своего командира танкисты поклялись отомстить врагу, и мы отомстим.

 

Подготовил к печати: /П. СКВЕРНЮКОВ/

 

В ПЕЧАТЬ: /подпись/

 

---

 

Капитан М. УМЫВАКИН

 

СТОЙКОСТЬ АРТИЛЛЕРИСТОВ

 

Командир батареи 45 мм орудий старший лейтенант Леонид БАЛАБАНОВ проснулся 5 июля раньше всех. Еще с вечера он знал, что немцы готовятся к наступлению, и его теперь тревожила мысль, где гитлеровцы будут наносить главный удар, как впервые станут действовать в бою его батарейцы.

БАЛАБАНОВ отдал приказ разведчикам вести усиленное наблюдение на юг вдоль дороги, связистам – поддерживать связь с соседними батареями и командным пунктом, а сам вышел на гребень высоты. В голубой предутренней дымке раскинулись необозримые русские просторы. Словно тихая морская гладь, колыхалась от легкого ветерка поспевающая рожь. Пахло ромашкой и донником.

Командир достал из планшетки карту, наметил отметку 220,5 и еще раз осмотрелся вокруг. У подножья высоты, которую должна была защищать его батарея, расположилось боевое охранение. На ее южном склоне стояли начеку орудия, а сзади проходил основной боевой рубеж. Балабанов отметил ориентиры на карте, темным карандашом провел до них пунктирные стрелки от орудия, проверил предполагаемый маршрут движения вражеских танков и вернулся на батарею. Часовая стрелка показывала 9.00.

– Слышу гул моторов! – доложил разведчик сержант САЕНКО. Люди насторожились.

– Смотреть в оба! Враг не должен пройти, – передал БАЛАБАНОВ расчетам.

Голос командира заглушили разрывы вражеских авиабомб. Над высотой столбами вздымалась земля. Орудия и людей заволокло черным едким дымом.

Не успели еще улететь «Юнкерсы», как из лощины выползли 13 немецких танков. Они развернулись в линию и пошли к высоте, стараясь охватить ее с флангов.

– Вражеские танки слева и справа, прямой наводкой, огонь! – передавал команду старший лейтенант БАЛАБАНОВ.

Звонко застучали выстрелы орудий. Расчеты стреляли быстро, словно они хотели показать свою удаль и сноровку друг перед другом. Немецкие танки приближались до 200 метров. Командир батареи увидел запылавшие первые два фашистских средних танка и от радости закричал:

– Хорошо, хорошо, братцы, действуйте по-русски! Мы люди русские и высота эта русская. Стойте на смерть и мы победим!

Третьим загорелся «Тигр». Когда он переваливался через бугор, ему угодил в днище снаряд орудия сержанта Ивана КАРАБЛИНА.

Но уцелевшие вражеские машины пошли на батарею. Фашистские автоматчики соскакивали с танков и бежали к нашим орудиям.

– Сдавайсь, русс! – орал пьяный немецкий офицер.

Его крик оборвала русская граната.

Бойцы взвода лейтенанта Николая КУШНЕРОВА в жаркой схватке, длившейся целый час, уложили автоматчиков ручными гранатами и винтовочным огнем, а другие расчеты отбили натиск танков.

Два «Тигра» и 4 средних немецких танка стояли разбитыми перед позициями батареи. Остальные 7 машин трусливо удирали восвояси.

Батарея Леонида БАЛАБАНОВА выстояла, отбила первую атаку вражеских танков.

 

---

 

ОПИСАНИЕ ПОДВИГОВ ОФИЦЕРСКОГО СОСТАВА
68 ГВАРДЕЙСКОГО ПОЛКА

 

ОБОРОНИТЕЛЬНЫЕ БЕЛГОРОДСКИЕ БОИ

 

БЕРЕЖНОЙ Николай Андреевич, гвардии младший лейтенант командир танка Т-34. 1921 года рождения, в РККА с 1940 года. Социальное положение – рабочий, слесарь, украинец. Образование: общее – 7 классов в 1938 году, военное – Ульяновское танковое училище в 1941 году. Холост, уроженец Курской области, Борисовского района, село СТРИГУНЫ. Призван Красноармейским РВК. Домашний адрес: Сталинская обл. Красноармейский район, хутор САХОЛИН.

7-го июля 1943 года севернее СИРЦЕВО /пенка/ в направлении рощи появилась колонна танков. Расстояние между районом засады и двигавшейся колонной не позволяло определить чьи танки, поэтому командиру танка БЕРЕЖНОМУ было приказано выйти в разведку.

Умело используя складки местности, БЕРЕЖНОЙ на предельной скорости, решительно и смело повел танк на сближение с колонной, продолжавшей движение к роще, убедившись, что это вражеские танки, БЕРЕЖНОЙ открыл огонь.

Наблюдая за действием БЕРЕЖНОГО, танки 1-й роты прикрыли его и, Бережной, умело используя пересеченную местность, ушел в указанный командиром полка район засады.

В этом бою отважный экипаж БЕРЕЖНОГО уничтожил 4 танка противника.

Благодаря отличной выучке, натренированности членов экипажа, смелым, решительным и умелым действиям командира танка, задача была выполнена, за что младший лейтенант БЕРЕЖНОЙ награжден правительственной наградой – орденом Красного Знамени.

 

БОЕВОЙ ЭПИЗОД ГВАРДИИ ЛЕЙТЕНАНТА

 

КАЛЮЖНАЙ Иван Петрович командир танкового взвода, 1922 года рождения, украинец, кандидат ВКП/б/ с 1943 года. В Красной Армии с 1941 года. Образование: общее – С/Х техникум, военное – ЛБТ КУКС 1942 г. Учащийся из крестьян. В Отечественной войны с 12.7.1943 г. Уроженец: Полтавской области, гор. РОМНЯ, улица Фрунзе 28. Мать – Ирина Яковлевна.

В оборонительных боях на БЕЛГОРОДСКОМ направлении тов. КАЛЮЖНЫЙ со своим танковым взводом вступил в единоборство с тяжелыми немецкими танками. Действуя уже на подбитой машине, тов. КАЛЮЖНЫЙ, проявляя личную инициативу и находчивость, сжег один немецкий танк типа «Тигр».

Несмотря на сильный артиллерийский обстрел и воздействие авиации противника, КАЛЮЖНЫЙ сумел вывести свой подбитый танк с поля боя, который был в течение двух дней восстановлен и введен в строй. На этом же танке тов. КАЛЮЖНЫЙ уничтожил батарею противника и до 60 солдат и офицеров противника.

За отвагу и мужество, проявленные в боях на БЕЛГОРОДСКОМ направлении тов. КАЛЮЖНЫЙ награжден орденом Отечественной войны II степени.

 

Составил майор ОСТАПЕНКО

 

БОЕВОЙ ОТЗЫВ

 

На участника оборонительных боев под БЕЛГОРОДОМ, механика-водителя среднего танка Т-34 2-го танкового батальона, 64-й отдельной гвардейской Черновицкой, ордена Ленина Гвардии старшину РЫБАЛЬЧЕНКО Павла Григорьевича.

Год рождения 1915 г., русский, член ВКП/б/. В Красной Армии с июня 1941 года. Военное образование – не имеет, общее образование – 6 классов в 1942 г. В действующей армии с 1941 года. Награды: орден Отечественной войны I степени приказ от 7.9.43 г. и орден Отечественной войны I степени от 22.8.44, ранения – легкое 18.8.42 и 8.8.43 г.

Тов. РЫБАЛЬЧЕНКО Павел Григорьевич, работая механиком-водителем на танке Т-34 участвовал в оборонительных боях на БЕЛГОРОДСКОМ направлении с 6 по 31-е июля 1943 года, где показал себя храбрым, смелым, находчивым воином Красной Армии. На КУРСКОЙ дуге в оборонительных боях под дер. Покровка и Яковлево Курской области, на участке обороны, где было около 20 наших танков, в том числе и танк РЫБАЛЬЧЕНКО, немцы бросали несколько раз по 80-100 танков в атаку. Тов. РЫБАЛЬЧЕНКО не отступил, а смело маневрируя на поле боя, появлялся там, где его не ожидал противник. Этим самим способствовал своему экипажу уничтожить немецких танков два – Т-6, четыре – Т-3, три – Т-4 и до роты пехоты, за что был награжден правительственной наградой – орденом Отечественной войны I степени.

 

Командир 2-го танкового батальона

Гв. КАПИТАН – ЧЕРЕВКО.

 

---

 

ЕФРЕЙТОР КУЗЬМИЧЕВ ВЗЯЛ В ПЛЕН 8 НЕМЦЕВ

 

Сапер КУЗЬМИЧЕВ в составе танкового десанта получил задание разведать противника и подорвать железнодорожное полотно на ст. ОДНОРОБОВКА.

Скрытыми путями группа достигла района железной дороги и заложила взрывчатку. На оглушительный звук бросилось до 20 немцев. Они бежали, на ходу строча из автоматов. Но вот раздались оружейные залпы саперов, полетели гранаты. Немцы, не ожидавшие сильного огневого сопротивления, повернули обратно. Этим воспользовался КУЗЬМИЧЕВ. Взяв с собой одного бойца, он сел в засаду на пути отхода немцев, а когда они поравнялись, вскочил и с криком «руки вверх», убил двух гитлеровцев, остальные восемь фашистов сдались в плен. Пленных КУЗЬМИЧЕВ доставил в штаб, где они дали ценные сведения.

Во время наступления на ст. АЛЕКСАНДРОВКА был убит командир отделения. КУЗЬМИЧЕВ принял команду на себя. Ведя бой, он лично убил трех немцев, не потеряв ни одного человека из состава отделения.

 

АДЪЮТАНТ СТАРШИЙ

Гвардии капитан ДЕНИСОВ

 

Подготовил к печати: /П. СКВЕРНЮКОВ/

 

В ПЕЧАТЬ: /подпись/

 

---

 

Ст. лейтенант А. ШАРОВ

 

ДЕСЯТЬ ПРОТИВ ВОСЬМИДЕСЯТИ

 

Когда рассвело гвардейцы пересчитали – впереди во ржи спряталось больше восьмидесяти немецких танков.

Но враг был не только на земле. С рассвета эшелон за эшелоном налетали бомбардировщики немцев. Наши «ястребки» смело вступили в бой и скоро горели четыре костра – «Хейнкели» и «Юнкерсы», освещая поле боя. От этого становилось веселее на сердце. Хорошо воевать, когда рядом Сталинградская пехота, когда в небе мужественно дерутся бесстрашные друзья.

10 против 80. Тут старые солдаты, у которых в сердце, в каждую каплю крови вопили святые для гвардейца слова, «не отступать» и совсем молодые бойцы. Для молодых командиров-комсомольцев ШАЛАНДИНА и СОКОЛОВА – это был первый бой. Им пришлось воевать одному против восьми. Что ж – СУВОРОВ говорил «воюют не числом, а умением».

Бой становился все ожесточеннее. Уходя от воздушного врага, наши машины маневрировали, не отступая ни на шаг. Наконец, немецкие танки рванулись в атаку. Они ударили с фронта, но не выдержали огня гвардейцев и откатились.

Тогда враг решил взять отважных советских патриотов в кольцо. Два «Тигра» и еще пять танков шли с этого фланга, где стоял экипаж ШАЛАНДИНА. Молодой командир подпустил их совсем близко и ударил бронебойными по боковой броне – «Тигры» запылали.

Накануне гвардеец СОКОЛОВ записал в дневнике: «Мне не страшно умирать, товарищи! Это счастье умереть за свой народ». С этими словами советской героини Тани шел в бой комсомолец. Смело вступая в единоборство с врагом, он уничтожил два немецких танка. К трем часам 16 вражеских машин были подбиты и сожжены. Гвардейцам в иные минуты приходилось выдерживать натиск тридцати – сорока танков и такого же числа самолетов. Снаряды и бомбы взрывали землю кругом, но советские люди не отступили. Когда из подбитой врагом машины вытащили полуобгоревшего старшего сержанта КУСТОВА, первые слова его были: «Я не уйду отсюда. Я еще могу воевать».

Так сражалось десять танков гвардейца ВОВЧЕНКО, удерживая свой участок обороны. Так сражались сотни танкистов. К вечеру далеко кругом виднелись догорающие немецкие танки.

 

Подготовил к печати – /подпись/

В ПЕЧАТЬ:

ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР

Гв. Генерал-Лейтенант т/в /Н. ПОПЕЛЬ/

 

ЗАМ. ГЛАВНОГО РЕДАКТОРА

Гв. Генерал-Лейтенант /М. ШАЛИН/

 

Члены редколлегии:

«   » декабря 1944 г.

 

---

 

БРОНЕБОЙЩИКИ ВЫСТОЯЛИ

 

После сильной артиллерийской подготовки немцы пустили на узкий участок колонну тяжелых танков, вслед за которой двигалась пехота. Основной удар приняли на себя бронебойщики лейтенанта КОСИЦЫНА. Отражая одну атаку за другой, они подбили и подожгли 7 немецких танков.

В самый разгар боя из строя выбыл командир. В ту же минуту послышался властный, призывающий к мести и стойкости, голос красноармейца КИРИЧЕНКО.

В этом голосе бойцы узнали своего нового командира. В нем они не ошиблись. КИРИЧЕНКО, командуя боем, сам вел огонь по немецким танкам. Две машины он сжег, а в третьей заклинил пушку. Немецкие танки не прошли.

 

УДАРЫ ТАНКИСТОВ ПОДПОЛКОВНИКА БУРДЫ

 

Геройски сражаются с немцами танкисты прославленного командира, дважды орденоносца гвардии подполковника БУРДА. День и ночь озверелый враг превосходящими танковыми группами штурмует важный рубеж, мужественно обороняемый отважными воинами. «Юнкерсы» сбрасывают на них бомбы. Артиллерия врага ведет жестокий огонь. Немцы, не считаясь с потерями, остервенело лезут вперед, прикрываясь броней пресловутых «Тигров». Танковые атаки следуют одна за другой.

Но словно о гранитную стену разбиваются все бешенные попытки врага прорвать оборону. Танкисты, артиллеристы, бронебойщики БУРДЫ хладнокровно встречают врага из засад и огнем в упор подбивают и жгут фашистские танки, пушки, истребляют фашистских головорезов.

Не спасает зарвавшегося врага и бронированная шкура «Тигров». Капитан ФЕДОРЕНКО Г.С. из своей командирской машины лично уничтожил одного «Тигра», а второго подбил. Командир танка комсомолец Борис ПАВЛОВИЧ сжег три вражеских танка и четыре пушки, две из них вместе с расчетом он раздавил гусеницами своего танка.

В ожесточенных боях с осатанелым врагом бойцы и командиры бригады БУРДЫ уже истребили 55 немецких танков, в том числе десять – «Тигров», пять бронетранспортеров, десять орудий, две самоходные пушки, шесть автомашин и уничтожили свыше 1.000 солдат и офицеров.

 

ЗА МИНАМИ НОВОГО ОБРАЗЦА

 

Стало известно, что немцы применяют новые образцы мин. Командиру взвода разведки лейтенанту ТРЕТЬЯКОВУ было приказано достать несколько мин для их изучения.

С группой бойцов ТРЕТЬЯКОВ пробрался на минное поле в тыл врага и изъял 28 мин. Четыре мины он поставил на дороге, ведущей к переднему краю, а остальные доставил в свое подразделение.

Бойцы и командиры изучили особенности действия этих мин и научились быстро обезвреживать их.

 

БОЙ ЗА РОЩУ

 

Стремительным ударом наши войска выбили немцев из рощи КРУГЛАЯ. Враг снова хотел вернуть утраченный важный рубеж. С этой целью на рощу было предпринято шесть атак, в каждой из которых участвовали большие группы танков. Части тов. БУРКОВА противопоставили силам противника свое воинское мастерство и храбрость.

Все атаки гитлеровцев захлебнулись. В общей сложности немцы потеряли в бесплодных атаках на рощу 40 танков.

 

СОВЕТСКИЕ ВОИНЫ ПЕРЕМАЛЫВАЮТ СИЛЫ ВРАГА

 

Седьмые сутки не затихает сражение. Наши доблестные воины с неослабевающим упорством громят технику и живую силу врага.

Сейчас, когда пишутся эти строки, идет бой за один укрепленный рубеж. Немцы ввели в бой свыше 100 танков и до полка пехоты. Их задача – вырваться на шоссе, которое является важной коммуникацией. Здесь обороняются танкисты гвардии подполковника БУРДЫ. Они дерутся так же храбро, как и вчера. Число уничтоженных ими немецких танков за эту операцию составляет свыше 100 машин.

В боях последних дней героическими подвигами прославили свои имена танкисты ШАЛАНДИН, подбивший три танка из своей горящей машины. КАЛЮЖНЫЙ, уничтоживший два «Тигра», МАНУКОВСКИЙ, РЕПНИКОВ, имеющие на своем счету по два истребленных танка. Комсомолец ПАВЛОВИЧ в одном бою сжег три немецких танка и гусеницами своей машины раздавил четыре пушки. Бронебойщики ТРЕСТОВ и СИНИГОВСКИЙ подбили два «Тигра». С наступлением сумерек они пробрались к танкам и подожгли их.

В одном из боев имел место такой эпизод.

Немцы пошли в атаку на важный рубеж. Артиллеристы поставили сильную завесу огня и преградили путь вражеским танкам, тем не менее автоматчики, численностью до двух рот, вклинились в нашу оборону. Бойцы роты тов. НЕХОРОШЕВА вступили в неравный бой. Сперва они применяли гранаты, затем ударили в штыки. Немцы не выдержали и побежали назад. Большинство было убито, уцелевшие гитлеровцы взяты в плен.

 

БОЕВЫЕ СЧЕТА ЧАСТЕЙ

 

Части и подразделения всех родов оружия, входящие в состав войск армии за время оборонительных боев под БЕЛГОРОДОМ уничтожили огромное количество неприятельской техники и живой силы.

Артиллеристы гвардии подполковника БОНДАРЕНКО имеют на своем счету 6 уничтоженных танков, 5 автомашин и до 180 солдат и офицеров.

Батарея, которой командует старший лейтенант САМОЙЛЕНКО, подбила и сожгла 4 «Тигра» и 5 средних танков.

Истребительный полк майора УВАРОВА сжег 14 «Тигров», 43 средних танка, уничтожили 17 автомашин и бронетранспортеров и до 5 рот пехоты.

Отважно дерутся танкисты майора ЗАХАРЧЕНКО. Сам ЗАХАРЧЕНКО лично подбил два танка, а его часть свыше десяти вражеских машин. Лучшими воинами среди танкистов являются младший лейтенант Николай БЕРЕЖНОЙ, экипаж которого подбил 4 «Тигра», командир роты младший лейтенант УЧКИН, уничтоживший 3 танка и другие.

 

Подготовил к печати. – /В. СМИРНОВ/

 

В ПЕЧАТЬ: /подпись/

 

---

 

Лейтенант А. АЗАРОВ

командир батареи

(Кавалер четырех орденов)

 

СТОЯЛИ НА СМЕРТЬ

 

Это было в июльских боях 1943 года на БЕЛГОРОДСКОМ направлении. Отразив несколько контратак, батарея в ночь с 9-го на 10-е июля заняла боевой порядок на высоте 243.0. под деревней ВЕРХОПЕНЬЕ. За ночь были оборудованы огневые позиции. Но утром, не успел еще рассеяться туман, немцы крупными силами танков пошли в наступление. Подпустив на верную дистанцию, батарея открыла огонь. В первые минуты боя было подожжено 4 танка. Немцы обрушили ураганный огонь на батарею, часть людей была выведена из строя, но остальные продолжали стоять. Мы держались до тех пор, пока не была разбита материальная часть. Батарея погибла, но в этом бою она подожгла 13 немецких танков, из них 2 «Тигра».

Особенно в бою отличился рядовой комсомолец КУТАХ А., погибший смертью героя. Осколком разорвавшегося снаряда был ранен наводчик 2-го орудия, тов. КУТАХ по собственной инициативе встал у орудия. Тремя выстрелами он поджег танк. В жестоком поединке орудие было разбито, где погиб и он. Также отличились командиры орудий коммунисты младший сержант ЛИПОВСКИЙ и ст. сержант ДОБЫТКО А.А., награжденные орденами Отечественной войны.

 

---

 

Ст. лейтенант С. ЗАВАРЗИН

командир батареи

 

СТОЙКОСТЬ

 

Из всех боев, в которых мне пришлось участвовать, самый тяжелый был бой на КУРСКОЙ дуге. Выстоять и победить было нелегко. Теперь же приятно и радостно сознавать, что победа досталась нам, воинам Красной Армии.

Вспоминаю, как мы дрались под КРАСНОЙ ДУБРАВОЙ. Немецкие танки прорвались в район хутора ГРЕМУЧИЙ и вот-вот должны были ворваться в ДУБРАВУ. А там и шоссе рядом, прямая дорога на ОБОЯНЬ.

Командир дивизиона капитан МИРОНЕНКО приказал мне поставить один взвод пушек на прямую наводку. Получив задание, командир орудия ИШУТКИН от имени своего расчета заверил, что на его участке немецкие танки не пройдут. И действительно: орудие било метко. Сквозь его огонь не прорвался ни один вражеский танк. ИШУТИН показал личный пример стойкости и мужества. Он и погиб у орудия, ни на шаг не отступив со своей позиции.

Артиллеристы дрались, как истые гвардейцы. Особенно отличились из моего подразделения командир орудия старшина ПОЙМЕЙН и наводчик АДМАЙКИН. Их расчет уничтожил много вражеской техники и живой силы.

Орудие АЛЕКСАНДРОВА стреляло до последнего снаряда. Налетели самолеты и подожгли машину, на прицепе у которой ходила пушка. Немцы были уже близко. Узнав об этом, парторг коммунист ЛЕМЕШОВ под перекрестным огнем немецких танков выскочил на позицию, подцепил пушку, посадил расчет и вывез в безопасное место.

Это один из многих примеров героизма, проявленных артиллеристами нашего дивизиона в оборонительных боях.

 

Подготовил к печати: – /П. СКВЕРНЮКОВ/

 

В ПЕЧАТЬ: /подпись/

 

---

 

Сержант М. ФЕДИН

 

ЛЮБОВЬ К ОРУЖИЮ

 

Наводчик миномета красноармеец Сергей ВИНОГРАДОВ в бою получил четыре ранения. С начала он потерял сознание, но, когда очнулся, увидел около себя мертвых товарищей и поврежденный миномет. Напрягая силы, ВИНОГРАДОВ взял ствол миномета, свою винтовку и стал выходить с поля боя. Как трудно ни было, но отважный воин не бросил своего оружия, нес его в подразделение.

Оружие – моя жизнь, лучше сам погибну, чем оставлять его врагу, – сказал ВИНОГРАДОВ, когда его спросили бойцы, как он сумел вынести тяжелый ствол миномета и винтовку.

 

Подготовил к печати – /П. СКВЕРНЮКОВ/

 

В ПЕЧАТЬ: /подпись/

 

---

 

Старшина КАБАНОВ

 

НА СУХОПУТНОМ КРЕЙСЕРЕ

 

Я Ленинградец, мне 23 года. В детстве меня привлекали корабли. Я зачитывался рассказами о морских сражениях и битвах. Окончив школу, стал студентом Ленинградского кораблестроительного института.

Призыв в Красную Армию оторвал меня от учебы, и я сделался танкистом.

Танк имеет нечто родственное с кораблем. Не даром его называют сухопутным крейсером.

Я заинтересовался машиной, начал изучать ее тактические и технические свойства. Свою специальность механика-водителя крепко полюбил и изучил не только мотор, но также пушку и радиостанцию, т.е. весь танк в целом.

Войну встретил на нашей старой государственной границе под ОСТРОВОМ. Там же впервые услышал свист бомб и снарядов и там же принял первое боевое крещение. Но бить немцев, как мне того хотелось, так и не пришлось. Получив тяжелую контузию, попал в тыл, в госпиталь.

Я рвался на фронт отомстить за свою контузию, за смерть отца в окруженном ЛЕНИНГРАДЕ, за страдания родного города, за умерших от голода детей, патриотов ЛЕНИНГРАДА. 68-й гвардейский танковый полк стал для меня второй семьей. Вместе с ним я прошел весь его боевой путь.

Наступая на деревню ХУДУЛИХА, наш взвод атаковал немецкую батарею. Я вел танк на левое орудие. Немцы не выдержали натиска и разбежались. Вязня в снегу, они попадали под гусеницы танка. Хрустнула немецкая пушка под тяжестью моего крейсера, и я ворвался в деревню, давя убегающих фрицев.

В это время взрыв в башне оглушил меня и заставил остановиться. Страшная картина представилась моим глазам: мертвым лежал башнер, раненый командир потерял сознание. В танке начался пожар. Дикая злоба охватила меня. Прежде чем вывести машину из боя, я два раза проутюжил немецкие траншеи, чтобы отомстить за смерть боевого друга.

Бои на КУРСКОЙ дуге я провел механиком танка командира полка майора ЗАХАРЧЕНКО. Закопавшись в землю в районе ОЛЬХОВАТКА – ЯКОВЛЕВО, наши танки сдерживали натиск врага, в частности его хваленых «Тигров», прикрываемых большим количеством авиации. Вечером 7 июля была выслана разведка, которой руководил майор ЗАХАРЧЕНКО. Разведка встретилась с тремя танками противника и уничтожила один из них. Дальнейшими действиями наши танкисты вызвали контратаку немцев. Искусно маневрируя машинами, мы отводили их к своим засадам. Противник не разгадал нашего замысла и попал в ловушку. Здесь он оставил почти всю введенную им боевую технику.

 

Подготовил к печати: /П. Сквернюков/

В ПЕЧАТЬ:

ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР

Гв. Генерал-Лейтенант т/в /Н. ПОПЕЛЬ/

 

ЗАМ. ГЛАВНОГО РЕДАКТОРА

Гв. Генерал-Лейтенант /М. ШАЛИН/

 

Член редколлегии: /подпись/

«   » декабря 1944 г.

 

---

 

Лейтенант Д. ВИЛЕНЧИК

 

ПЕХОТИНЦЫ СОРВАЛИ АТАКУ НЕМЕЦКИХ ТАНКОВ

 

На одном рубеже противник, собравшись с силами, перешел в контратаку против нашего стрелкового подразделения. Гитлеровцы бросили в бой шесть танков, в том числе два «Тигра», и большую группу автоматчиков.

Наши пехотинцы в это время, не имели связи с артиллерией, танков на этом участке так же не было.

Советские воины противопоставили врагу огонь пехотного оружия, солдатскую сметку и железную стойкость. Ручные пулеметчики ХОМУТЕЦКИЙ, ЮНАЛЕЕВ и ГЕЛЬМУРАТОВ заметили, что танки идут с приоткрытыми люками механиков-водителей.

По отверстиям пулеметчики открыли огонь. Два головных танка остановились, лишенные водителей. Теперь они только отстреливались, не двигаясь с места.

Не теряя времени, пулеметчики перенесли огонь по пехоте врага, отрезали ее от танков.

Оказавшись без поддержки, вражеские машины шли медленно, нерешительно. Однако один танк прорвался к нашему рубежу.

Танкист поднялся из башни, чтобы забросать окопы гранатами, он уже взмахнул рукой, но ефрейтор ДЕДКОВ опередил бандита, бросил «лимонку». Она угодила в башню и разорвалась.

В это время с другой стороны, из ржи, вышло еще три танка.

На пути их располагалось два расчета противотанковых ружей, возглавляемых старшим сержантом ЧАУСОВЫМ. С дистанции 70-100 метров бронебойщики открыли огонь, пехотинцы одновременно бросили несколько гранат. Передний танк вдруг попятился в сторону и дал еще пять выстрелов. Танк с перебитой гусеницей остановился.

Уцелевшие два танка пошли вокруг обороны, не решаясь атаковать в лоб. Но никто не сдвинулся со своей позиции, каждый стоял насмерть, не уступил врагу отвоеванной земли.

Старший сержант МЕЗЕНЦЕВ был контужен, он лишился речи и слуха, но с поля боя не ушел, вел огонь бронебойными пулями, отбивался от врага гранатами. Раненые красноармейцы ДЖИРЕНТАЕВ и МИРОНОВ находились тут же, набивали патроны в диски, вели наблюдение в своих секторах и докладывали командиру.

Весь состав роты стойко держал свой рубеж. Оставшиеся немецкие танки израсходовали боеприпасы и ушли на исходное положение.

 

Подготовил к печати: – /П. СКВЕРНЮКОВ/

В ПЕЧАТЬ:

 

---

 

Старшина В. КАБАЛЬНОВ

стрелок-радист

 

СДЕРЖАЛИ НАТИСК НЕМЦЕВ

 

Наш экипаж занимал оборону в районе ЗОРИНСКИХ ДВОРОВ по БЕЛГОРОДСКОМУ шоссе. С утра 7-го июля немцы пустили свою авиацию и открыли ураганный артиллерийский огонь по нашим позициям. Это заставило нас несколько раз менять огневой рубеж.

Потом ринулись в атаку танки с немецкой пехотой. Они приближались к переднему краю. Были отчетливо видны автоматчики. Они шли во весь рост и беспрерывно строчили из своего оружия.

Командир танка младший лейтенант АБДУКАРИМОВ открыл огонь из пушки по танкам немцев. Башнер, ГАСАНОВ и я поливали фрицев из пулеметов.

Танку было опасно стоять на месте, и мы маневрировали. Командир отводил машину задом, стараясь не подставлять борта вражеским танкам. Заняв выгодную позицию, мы били с новой силой. Выпустив несколько снарядов, АБДУКАРИМОВ поджег одного «Тигра». Это нас ободрило. Я дал остыть своему пулемету и снова принялся косить фрицев. Ряды атакующих заметно поредели. Все больше и больше противник оставлял на поле боя своих солдат, офицеров и техники. В этом были видны результаты работы и соседних с нами танков, экипажи которых также действовали хорошо. Атака немцев захлебнулась и больше на этом участке не возобновлялась.

Так как после боя было много раненых, мы получили приказ заняться эвакуацией. Мы вывезли на своем танке 20 бойцов и командиров.

 

Подготовил к печати: /П. СКВЕРНЮКОВ/

В ПЕЧАТЬ:

ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР

Гв. Генерал-Лейтенант т/в /Н. ПОПЕЛЬ/

 

ЗАМ. ГЛАВНОГО РЕДАКТОРА

Гв. Генерал-Лейтенант /М. ШАЛИН/

 

Член редколлегии: /подпись/

«   » декабря 1944 г.

 

---

 

Младший сержант П. СОЛОВЬЕВ

 

С ГРАНАТОЙ ПРОТИВ «ТИГРА»

 

Наш взвод противотанковых ружей занимал оборону на высотке за одним населенным пунктом. Мы прекрасно видели находившиеся в деревне немецкие танки. Они, видимо, подготавливались к атаке.

Наши предположения оказались верными. Через несколько минут из села вышли 15 танков и двинулись прямо на нашу высотку. Бронебойщики приготовились к стрельбе.

Расчет сержанта ОГАРКОВА, подпустив танки на 150 метров, дал выстрел. Один из танков загорелся. Красноармеец НЕМЧИНОВ меткими выстрелами подбил еще два немецких танка.

– Справа «Тигр», – скомандовал командир взвода.

Мы повернули головы направо. И действительно, в 80 метрах от нас во ржи стоял «Тигр». Мы видели его впервые.

Расчет красноармейца КОШУТИНА был ближе всего к «Тигру». Но стрелять было рискованно – танк стоял к нам передом, а бить из противотанкового ружья по лобовой броне «Тигра» – дело напрасное.

Тогда красноармейцы КОШУТИН и БРИТОВ взяли противотанковые гранаты, незаметно подползли к «Тигру» и бросили связку под гусеницу. «Тигр» остановился, у него был выведен из строя опорный каток.

Противотанковая граната – сильное средство борьбы с немецкими танками. Смело бросай гранату в уязвимые места немецких танков, и ты победишь!

 

Подготовил к печати – /подпись/

В ПЕЧАТЬ:

ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР

Гв. Генерал-Лейтенант: – /Н. ПОПЕЛЬ/

 

ЗАМ. ГЛАВНОГО РЕДАКТОРА

Гв. Генерал-Лейтенант: – /М. ШАЛИН/

 

Член редколлегии:

«   » декабря 1944 г.

 

---

 

Гв. лейтенант С. СТАРОЖЕНКО

 

КАК МЫ ВОЕВАЛИ С НЕМЕЦКИМИ ТАНКАМИ

 

Против танкового подразделения, которым я командовал, противник бросил большую группу танков всех типов. Вражеские машины двигались с фронта и обтекали с флангов, зажимая нас в огневую подкову.

Наши танкисты противопоставили врагу свою волю, решимость и мощь огня. Они с близких дистанций били по гитлеровским машинам. Противник нес большие потери, однако стремился прорвать нашу оборону.

Чтобы выстоять до конца, измотать врага и отбросить его, я принял решение – сменить рубеж. Танки задним ходом передвигались на новые позиции и вели огонь по врагу. Перемещение было построено так, что каждая машина прикрывалась своим огнем и огнем соседнего танка.

Из-за высотки мы били по оккупантам наверняка. Вот идет «Пантера», на ходу изрыгая огонь и металл. Я дал выстрел, и снаряд впился в броню вражеского танка. Но машина поползла, я обождал минуту, механик-водитель «Пантеры» зачем-то отвернул машину влево, подставив мне борт. Выстрел и «Пантера» остановилась, над ней поднялся высокий столб дыма.

Этот удар сбил спесь и с других гитлеровцев, сидевших за броней. Некоторые машины в нерешительности остановились и начали вести огонь с места. Однако опасность была еще велика. Несколько танков продолжали двигаться. Я заметил, как большинство машин кучно держатся около одного танка.

– Наверно командир, – подумал я. Сомнений не было; ехал главарь разбойников. В него я послал пару снарядов и, видимо, попал в ходовую часть, машина остановилась. Другие экипажи били также метко и удачно. На поле боя уже горели три танка врага. Боевой порядок противника был расстроен, танки его по одиночке разбредались в разные стороны.

Боясь новых потерь, немцы поспешно уходили в овраг, а затем отступали на прежние рубежи.

Вскоре после этой неудачи враг предпринял новую атаку еще большим числом танков. И снова стойкость советских воинов непреодолимой стеной встала на пути беснующихся грабителей. Моя машина загорелась от прямого попадания. Я пересел в другой танк и продолжал руководить боем. И снова танковая атака противника захлебнулась, гитлеровцы откатились.

В этих боях я лично подбил шесть вражеских машин, из них две тяжелых, а все подразделение уничтожило 29 немецких танков, и удержало свой рубеж.

В бою я не теряю удобного момента, дорожу каждой секундой времени. Принял решение – действую, появился танк – бью. Но заранее определяю, на каком месте встретить его снарядом.

Однажды из-за бугра выскочила группа танков. Один из них выдвинулся на высотку и пошел по ней бортом к нам. Такого случая упустить нельзя было. Я дал выстрел и не напрасно – вражеская машина загорелась от одного снаряда.

Маневренность на поле боя – закон моей военной практики. Сделав 2-3 выстрела, передвигаюсь на другое место. Механик-водитель ЗАЙНУТДИНОВ знает мои привычки, с полуслова понимает меня и ловко маневрирует под огнем врага. После нескольких выстрелов он уходит в сторону, выдвигаясь вперед, если позволяет местность, или назад, и снова становится на прежнее место. Противник не мог нас засечь, маневренность спасала от снарядов.

В любой обстановке я намечаю рубежи для огневой встречи врага. В одной атаке участвовало около 30 немецких танков, они двигались по открытой местности. Но этим я не стал соблазняться. Решил угостить гитлеровцев, когда они достигнут скатов лога.

Так и сделал. Экипажи молчали, терпеливо поджидая фашистских машин. Каждый определял расстояние, избрал для стрельбы ориентиры, резко выделявшиеся на местности. Когда немецкие танки вышли на облюбованный нами рубеж, мы одновременно открыли огонь. Удар оказался настолько точным и хорошо рассчитанным, что гитлеровцы оставили на скатах лощины семь подбитых танков и повернули вспять.

Все это вместе взятое обеспечило нам успех в бою. Танкисты дрались стойко и умело, отражая одну за другой яростные атаки фашистских войск.

 

Подготовил к печати – /П. Смирнов/

В ПЕЧАТЬ:

ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР

Гв. Генерал-Лейтенант т/в /Н. ПОПЕЛЬ/

 

ЗАМ. ГЛАВНОГО РЕДАКТОРА

Гв. Генерал-Лейтенант /М. ШАЛИН/

 

Члены редколлегии: /подпись/

«   » декабря 1944 г.

 

---

 

Старший лейтенант А. ВАГИН

 

БОЙ ЗА ПОКРОВКУ

 

На третий день немецкого наступления под БЕЛГОРОДОМ нашему 49-му танковому батальону была поставлена задача оборонять населенный пункт ПОКРОВКА. Противник наступал на ПОКРОВКУ тремя группами: две группы танков, артиллерии и пехоты пошли в обход ПОКРОВКИ, третья группа наступала фронтом.

Нам было приказано замаскировать машины и подпустить противника как можно ближе и из-за засады встретить его метким огнем своих танков.

Я действовал тогда командиром танка. Нашему взводу и каждому экипажу была поставлена задача не дать немцам ворваться в ПОКРОВКУ со стороны БЕЛГОРОДСКО-ОБОЯНСКОГО шоссе. На наш взвод шло 9-10 танков, 12 самоходных орудий и до батальона пехоты.

Когда танки приблизились на 400-500 метров, я открыл огонь по направляющему танку и зажег его со второго снаряда. Еще один танк зажег командир взвода. Самоходчики противника обнаружили мой танк и открыли по нем огонь. Я решил сменить позицию. На большой скорости проскочил из-за кустов за дома и сараи; немцы не успели сделать по мне ни одного выстрела. Теперь я мог расстреливать вражеские танки в борты. Сарай, за которым стоял, хорошо маскировал мою машину. Я открыл огонь из пушки и вскоре зажег еще один танк и самоходное орудие. По пехоте стрелок бил из спаренного пулемета…

За один этот бой моим экипажем было уничтожено два танка, самоходное орудие, 8 автомашин, бронетранспортер и до 25 солдат и офицеров противника.

Мы справились с поставленной задачей – задержали противника на сутки и дали возможность командованию произвести перегруппировку основных сил.

 

Подготовил к печати: /П. СКВЕРНЮКОВ/

В ПЕЧАТЬ:

ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР

Гв. Генерал-Лейтенант т/в /Н. ПОПЕЛЬ/

 

ЗАМ. ГЛАВНОГО РЕДАКТОРА

Гв. Генерал-Лейтенант /М. ШАЛИН/

 

Члены редколлегии: /подпись/

«   » декабря 1944 г.

 

---

 

Майор П. ПАВЛОВЦЕВ

 

СЛОВАМИ СОЛДАТА

Из писем участников боев на КУРСКОЙ дуге.

 

Когда редакция настоящего сборника обратилась к личному составу частей и соединений с просьбой прислать свои воспоминания о боях на КУРСКОЙ дуге, на это предложение горячо откликнулись сотни участников памятного исторического сражения.

Получено много писем. Часть из них использована в данной книге самостоятельно, часть из-за ограниченности места обобщена в предлагаемом читателю обзоре.

В обзор включены наиболее характерные выдержки из писем. В них выражены чувства и переживания воина, показана боевая деятельность солдата. Каждый боец говорит в письме о себе, о своих друзьях, о том, где, когда и как он выполнял боевую задачу.

Большинство помещаемых здесь воспоминаний прислано артиллеристами и относятся к 9 июля 1943 года. Этот день выделяется из всего БЕЛГОРОДСКОГО сражения крупными атаками противника. Артиллеристам тогда пришлось вести тяжелые бои с немецкими танками. Следовательно, эта самая памятная дата для них. Под впечатлением виденного и пережитого и написаны настоящие воспоминания.

Перед нами письмо старшего сержанта Дмитрия Дмитриевича РОДИОНОВА, отличного артиллериста, кавалера орденов Отечественной войны I степени, Красной Звезды и Славы III степени.

Он пишет:

«Это было 9 июля 1943 года. У одной из высот, когда в ясный летний день не было почти видно солнце, закрытого облаками пыли и дыма от непрерывных бомбежек, наша батарея получила задачу оборонять шоссе, идущее с БЕЛГОРОДА на ОБОЯНЬ. Мы стояли на скате высотки со стороны противника в 400-х метрах от шоссе. Немцы предприняли на этом участке атаку крупными силами танков. Мы встретили их сильным огнем. Лобовая атака не удалась. Тогда противник бросил танки на фланг и начал обходить нас. Мы сменили позиция. Как только танки оказались в зоне прицельного огня, мы начали их расстреливать. Я работал наводчиком. Из своей пушки сжег 4 средних танка…»

А вот что пишет старший сержант Петр Николаевич КУЗЬМИН, отличный артиллерист-наводчик, трижды награжденный орденами и медалями:

«Когда немцы пошли в наступление, нас артиллеристов поставили оборонять шоссейную дорогу БЕЛГОРОД – КУРСК. Это было 9 июля 1943 года. После бомбежки немцы пустили свои танки. Командир батареи ЛЯШЕНКО приказал стойко стоять на рубежах. И мы все четыре наводчика начали бить по танкам. Я лично сжег два «Тигра» и уничтожил много вражеской пехоты.

Мои товарищи ИВАНОВ и ФАРАФОНОВ подожгли по одному танку. Когда атака была отбита, на поле боя горело много вражеских машин».

О боях в этот же день рассказывает и старшина Михаил Григорьевич ГРИГОРЬЕВ, дважды орденоносец, участник войны с июля 1941 года:

«9 июля в 2 часа дня на БЕЛГОРОДСКОЕ шоссе вышли немецкие танки. Командир батареи насчитал до 80 машин. Люди оставались на местах. Послышалась команда развернуть орудия. Грянули выстрелы. Все четыре пушки били без устали. Вражеские танки метались то туда, то сюда. Но прорваться им так и не удалось. Наша батарея сработала на славу. Мы уничтожили 12 танков и удержали шоссе».

Участник героической обороны МОСКВЫ старшина Иван Васильевич ШЕВЧЕНКО, имеющий пять правительственных наград, в битвах на КУРСКОЙ дуге был командиром орудия.

«Мой расчет, – пишет Шевченко, – действовал в составе батареи, которой командовал младший лейтенант АРТЮШИН. Из своей пушки мы уничтожили три немецких танка, минометную батарею, пять автомашин и два зенитных орудия противника. Когда Артюшин был ранен, командование я принял на себя. Немцы лезли напролом вперед, однако батарея стояла на своей позиции и отбивала одну атаку за другой…»

Славно дрались в этот же день и зенитчики. Об этом рассказывает в своем письме командир зенитного орудия сержант Лубакир ТУЛЕУБАЕВ:

«Утром 9 июля авиация противника начала бомбить соседний объект. Мы все время вели огонь по немецким стервятникам. Но вот самолеты обнаружили и нашу батарею. Первый залет сделали 16 «Ю-88». Их сменили «Ме-100» и «Ю-87». Но мы не прекращали огня и не отходили от своих агрегатов. И хотя у нас были потери, боевой дух расчетов не пал. Мы продолжали отражать атаки с воздуха. Из каждой партии немцы не досчитывались одного-двух самолетов. За день горячего боя наша батарея сбила семь стервятников».

Старший сержант Сергей Семенович ЯНШИН вспоминает, как он пробирался в окруженную часть с боевым приказом.

«В разгар июльских боев наша часть, т.е. 100 танковая бригада, попала в окружение в районе деревни ЯКОВЛЕВО. Мне был вручен пакет с боевым приказом, который я должен был доставить бригаду. Нужно было пробраться сквозь немецкую оборону. Избежать встречу с противником оказалось не так-то легко. При всей моей осторожности я наскочил на танковую засаду. По мне открыли сильный огонь. Я упал на землю и стал пробираться вперед ползком. Так, не поднимаясь, я прополз три километра. Когда добрался к своим на мне была изорвана вся одежда, окровавлены руки, стерта кожа на коленях.

Я чувствовал тяжелую усталость, но вместе с тем на душе было легко – приказ я доставил в срок.»

Весь порыв, все помыслы и стремления направлены на выполнение боевой задачи и у старшего линейного надсмотрщика ефрейтора Василия Митрофановича ЕВТУШЕНКО. Вот что он пишет:

«Мне пришлось участвовать во многих боях. На КУРСКОЙ дуге я обслуживал боевой связью 3-й механизированный корпус. В первых же жарких оборонительных боях я попал между двух огней – наземным и воздушным. В зоне непрерывных разрывов мин, снарядов, бомб, трудно было удержать в исправности телефонную линию. Все, что находилось на земле летело на воздух. Черные тучи от пыли и дыма не рассеивались в небе ни днем, ни ночью. стоял сплошной грохот от выстрелов и разрывов. Не поднимая головы, все время прижатый к земле, забывая об опасности, голоде и усталости, по-пластунски ползал вдоль своей линии и исправлял бесчисленные порывы провода. Благодаря этому моя линия обеспечивала бесперебойную связь армии с корпусом».

О боевых делах связистов рассказывает и сержант ЧЕРЕПОВСКИЙ:

«Ефрейторы РОЗЕНЦВИТ и ШИЯН обслуживали боевой связью КП военно-полевого управления армии, а затем держали кабельную связь с 10 танковым корпусом в районе ЗОРИНСКИХ ДВОРОВ и МОСКАЛЕВКА.

К исходу 9 и в ночь на 10 июля немцы снова пошли в наступление. Бой был жаркий. Части то и дело передислоцировались. Казалось о связи, тем более о кабельной, не может быть и речи. Однако связь была. Она жила, она существовала и обеспечивала бесперебойное оперативное руководство 10 танковым корпусом. Связь жила потому, что на линии работали отважные связисты ефрейторы ШИЯН и РОЗЕНЦВИТ. Они срослись с жизнью линии и нарушение ее считали нарушением своей жизни…»

 

Подготовил к печати: – /П. СКВЕРНЮКОВ/

 

В ПЕЧАТЬ: /подпись/

 

---

 

Собранные в этом разделе материалы, – корреспонденции, статьи, очерки, – опубликованы в центральной советской печати в июле месяце 1943 года.

Они дают читателю широкое представление о битве на БЕЛГОРОДСКОМ направлении, о героических действиях войск, бойцов и офицеров 1-й Танковой Армии, в частности.

 

РЕДАКЦИЯ

 

---

 

ОЦЕНКА БЕЛГОРОДСКО-КУРСКОЙ ОБОРОНИТЕЛЬНОЙ ОПЕРАЦИИ В ЦЕНТРАЛЬНОЙ ПЕЧАТИ

 

---

 

НА БЕЛГОРОДСКОМ НАПРАВЛЕНИИ.

ДЕЙСТВУЮЩАЯ АРМИЯ, 7 июля /по телеграфу от наш. корр/.

 

211 подбитых и сожженных вражеских танков, 46 сбитых самолетов, несколько тысяч убитых немецких солдат и офицеров – таков итог двух дней боев на участке одного нашего соединения, которое действует на БЕЛГОРОДСКОМ направлении. Эти цифры – свидетельство упорства нашей обороны, ее огневой мощи и тех отчаянных усилий, которые прилагает противник, чтобы сломить сопротивление наших войск.

Уже на третий день сражения на этом участке фронта стало ясно, что первоначальный замысел противника провалился. Немцы хотели сбить здесь один широкий клин в наше расположение, чтобы расчленить и изолировать обороняющиеся части. Стойкость нашей обороны сорвала их намерения. Только на отдельных участках, где открытая местность и наличие удобных дорог облегчили маневр танкам, противник добился частного успеха, несколько продвинувшись вперед.

Неприятель напрягает все силы, чтобы развить успех. Он вводит в бой свежие дивизии, сосредоточивает на участке одного обороняющегося соединения по нескольку сотен самолетов, массирует танки и артиллерию, рискует пускать танки даже там, где продвижение их сопряжено с самыми серьезными трудностями. Прорваться во что бы то ни стало, не считаясь ни с какими потерями, – вот цель, которую поставил себе враг.

Наши войска используют все выгоды боя с вклинившимися отдельными танковыми и пехотными группами противника. На одном участке прорвались 15 немецких танков и батальон пехоты. Наша артиллерия отрезала эту вклинившуюся группу плотным заградительным огнем, окаймила ее огнем с флангов, а затем полностью уничтожила с помощью перешедших в контратаку стрелковых подразделений.

Группа в 20 немецких танков попыталась пробиться к шоссе и оседлать его. Танковая атака была отбита нашей гвардейской частью. Немцы изменили направление и, выйдя к небольшой реке, попробовали ее форсировать. Но тут навстречу прорвавшейся группе вышли наши танки. Завязался ожесточенный танковый бой, в результате которого немцы понесли потери и отскочили назад.

На соседнем участке большая группа неприятельских танков, пройдя через боевые порядки пехоты, вырвалась в район артиллерийских позиций. Артиллеристы вступили в бой с танками, открыв огонь прямой наводкой с близких дистанций. За несколько часов было отбито восемь танковых атак.

Большую роль в борьбе с вклинившимися танками противника играют истребительно-противотанковые части. Умело маневрируя, они выходят на угрожаемые направления и огнем с заранее подготовленных позиций останавливают движение неприятеля. Одна наша истребительная часть уничтожила за два дня боев 97 немецких танков и отстояла обороняемые рубежи.

Действия немцев носят ярко выраженный характер авиационно-танкового наступления. Тактика немецких танков осталась прежней, но авиация теперь почти не отрывается от них. Она воздействует прежде всего и главным образом на передний край обороны. Там, где идет наземный бой, немецкая авиация стремится проложить дорогу танкам. Поэтому главной задачей нашей авиации стала теперь борьба с самолетами противника на переднем крае.

Немцы начали наступление, но успеха оно не имеет. Наши войска стойко и доблестно отражают вражеские атаки. Потери гитлеровцев в танках и в живой силе растут час от часу.

 

«КРАСНАЯ ЗВЕЗДА»

от 8.7.43 г.

 

---

 

Юрий ЖУКОВ

Военный корреспондент «КОМСОМОЛЬСКОЙ ПРАВДЫ»

 

УКРОЩЕНИЕ «ТИГРОВ»

 

… Ранней порой немецкие танковые части попытались продавить нашу оборону. На одном из участков с ромбом и лязгом двинулись сразу сто машин. В первом эшелоне шли зловещие выставив вперед свои длинноствольные орудия, «Тигры». За ними двигались самоходные пушки крупных калибров. И, наконец, в третьем эшелоне – все остальные танки. В небе непрерывно выли немецкие самолеты, усиленно работала вражеская артиллерия. Казалось, еще немного и ничто не сможет устоять перед этой армадой. Об этом нелегко писать, но еще труднее практически себе представить: сто танков во главе с «Тиграми», идущих на тебя в упор. «Тигры» с наглыми ревом ползли вперед, маневрируя среди оврагов, швыряя крупнокалиберными снарядами. Немецкие танкисты чувствовали себя в безопасности за толстой броней, тщательно укрывавшей все уязвимые места, в частности баки с горючим. Но вот установленная дистанция была пройдена и с нашего переднего края, с которого по всем расчетам немецких танкистов, бойцы давно уже должны были в страхе бежать, заговорили русские пушки, заговорили яростным ураганным дождем.

«Тигр» оказался таким же смертным, как и предыдущие типы немецких танков. Его били насмерть и артиллеристы, и танкисты. Среди многих достигнутых сегодня побед одна должна быть выделена особо, как истинный символ героики русского солдата, – это подвиг командира орудия старшины БОГОМОЛОВА и его наводчика КАЛИННИКА. Подпустив немецкие танки вплотную, эти два лихих артиллериста расстреляли в упор и сожгли один за другим три «Тигра». Это было нечеловечески трудно и рискованно. Но БОГОМОЛОВ и КАЛИННИК до конца выполнили свой долг и тем заслужили всенародную любовь и почет. Только тот, кто сам слышал рев этого тяжелого немецкого танка и грохот его крупнокалиберной пушки, в состоянии до конца понять, какое напряжение всех душевных сил потребовалось этим двум артиллеристам для того, чтобы так искусно решить боевую задачу.

Укрощение «Тигров» продолжалось несколько часов. Кончилось оно тем, что немцы потеряли на этом участке 74 танка разных типов и отошли, убедившись, что прорваться вперед, на рубеже крохотной речушки, прикрытой броневым щитом, невозможно. Это было уже после полудня. Немцы, видя, что драгоценное время уходит и что удар на этом участке нанести им не удалось и не удастся, обрушили крупные танковые силы, опять-таки с «Тиграми» во главе, немного правее и … напоролись на нашу танковую гвардию.

Гвардейцы, сосредоточившись на исходных рубежах, расставив засады, ждали развертывания событий. Еще в начале наступления было очевидно, что коль немцам не удалось выйти на важное в стратегическом отношении шоссе слева, они попытаются прорвать участок правее. На рубеж, занимаемый гвардейцами, немцы обрушили град бомб и снарядов, двинули многие десятки танков.

Плечом к плечу с гвардейцами сражались другие танковые части и пехота. Наша артиллерия вела непрерывный жестокий огонь. Гвардейские минометы преграждали путь остальным немецким частям. Первая яростная атака была отбита. Но тут же почти без передышки, началась вторая, за ней – третья и четвертая. Количество танков, участвующих в атаках, непрерывно возрастало. В воздухе над узеньким клочком земли непрерывно висело от 30 до 80 самолетов, бомбивших наш передний край. И все-таки гвардейцы стояли насмерть.

Битва на этом участке продолжается с прежним напряжением. Немцы принесли в жертву уже 53 своих танка, но продвинуться вперед не сумели.

Под вечер нам довелось побывать в штабе Н-ского соединения. В роще было тихо. Благоухали травы, цветы, пели птицы, но людей не было видно. Только тщательно выписанные на табличках указатели напоминали, что роща – живая. В траве змеились провода. По тропинкам сновали связные. Изредка проносились на вездеходах офицеры связи. На пустынную лужайку приземлился связной самолет и тут же нырнул под сень листвы. Люди штаба продолжали размеренно делать свою большую, трудную работу. И жизнь в этой маленькой рощице шла своим чередом: в шалашах работали парикмахерские, столовые, почтальон разносил письма и газеты. В походном зубоврачебном кабинете врач принимал пациентов. Штаб переехал сюда, ближе к фронту, чтобы удобнее было руководить частями, которые ведут бой.

Мы вспомнили прошлогодние июльские дни, когда примерно на этих же направлениях велись такие же битвы и дрались наши войска так же стойко и решительно. Но сегодня, глядя на эти подвижные, собранные, подтянутые штабы, наблюдая за фронтовыми дорогами, на которых образцовый порядок, как-то особенно отчетливо представляешь себе, то новое, что приобрела наша армия за этот год. Прежде всего высокую культуру военного искусства, высокую зрелость, возросшую уверенность и организованность.

Мы ясно отдаем себе отчет в том, что положение на этом участке остается напряженным, хотя немцам и не удается продвинуться вперед. Не так-то просто сдерживать тысячный табун танков, возглавляемый «Тиграми», за которыми следует армия из многих, многих дивизий. Но мы все, начиная от нашего первого генерала по последнего солдата, ни на минуту, не сомневаемся в конечном исходе событий. У нашей Красной Армии незабываемый опыт боев под МОСКВОЙ и СТАЛИНГРАДОМ.

Только что мы беседовали с офицером связи, примчавшимся на запыленном вездеходе с участка, где вступили в бой гвардейцы. В глазах офицера был написан восторг. Он спешил излить свои чувства.

– Понимаете, еду и вдруг замечаю на высоте немецкие танки. Смотрю в бинокль, считаю: сорок штук. Прикидываю: если ехать дальше, то или я окажусь у них на пути, или они мне загородят дорогу. И то и другое меня мало устраивает. Но ехать надо во что бы то ни стало. Остановился и размышляю. И вдруг вижу: сразу три немецких танка загорелись и как здорово горят. Потом еще-и еще. Сперва ничего не понимаю. Потом гляжу: выползает на эту высоту наш Т-34. Немцы туда-сюда, восемь штук горят, остальные поворот на 180 градусов и обратно. А ведь немцев было сорок, а наших – от силы двадцать. Что потом было, даже трудно поверить. Вызвали немцы свою авиацию, а гвардейцы отлично замаскировались. Немцы, конечно, не маскируются: чего им от своих, мол прятаться. А ихние летчики видят внизу танки и давай их обрабатывать. Гитлеровцы ракеты пускают, а летчики ни в какую: пока все бомбы не сбросили, не отстали. На смену первой партии самолетов прилетала другая, и началось все сначала. Правда, бомбили неважно, но все-таки несколько танков накрыли прямым попаданием. Мы всю эту историю с генералом с наблюдательного пункта смотрели. Вот смеху-то было. Поблагодарили же мы немецких авиаторов за помощь.

Танковый бой скоротечен и изменчив. Обстановка меняется буквально ежечасно. И многое решается организованностью, четкой связью, умелым управлением, искусством воинского предвидения. Сейчас, когда на полосе в несколько десятков километров, находятся тысячи машин, способных в любую минуту, как только будет нащупано слабое место, рвануться вперед, – эти качества проходят решающую проверку. Тот факт, что немцам до сих пор не удалось не только прорваться к КУРСКУ, как они это планировали, но даже сколько-нибудь успешно решить задачу, говорит уже о многом.

Мы проехали сегодня десятки километров по фронтовой полосе, и всюду, от переднего края до мирных селений, лежащих далеко от него, видели одно и то же: наши части твердо стоят на своих рубежах. Совсем рядом с фронтом по-прежнему течет трудовая, будничная колхозная жизнь: тракторы бороздят поле, поднимая пар, веселые косари машут косами, деревенские пионеры собирают по обочинам дорог остатки немецкой техники, оставшиеся от зимней кампании, на опушках рощи занимаются подразделения всеобуча. И порой требуется известное напряжение, чтобы представить себе, что совсем рядом, в получасе езды на машине, как раз в эту минуты развертывается жесточайшая битва. И вот в этих удивительных контрастах – частица того же неповторимого своеобразия нынешней кампании, отражение уверенности в своих силах, которая творчески питает мышление наших солдат и офицеров.

За окном крытой соломой хатенки, где стоит телеграфный аппарат, который через несколько минут начнет передавать эти строки в МОСКВУ, уже сгустился ночной мрак. Где-то далеко над горизонтом снова зажглись гроздья осветительных ракет. Оттуда доносится глуховатое эхо взрывов – там продолжается жаркое сражение. Красноватый отблеск пожарища окрашивает край горизонта. В небо поднялся молодой месяц. Бледный свет луны скользит по изрытой бомбами, снарядами, опаленной огнем земле, словно ведет строгий счет уничтоженным немецким танкам.

Укрощение бесноватых «Тигров» продолжается.

 

Выдержки из «КОМСОМОЛЬСКОЙ ПРАВДЫ»

от 8.7.43 г.

 

---

 

НА БЕЛГОРОДСКОМ НАПРАВЛЕНИИ

ДЕЙСТВУЮЩАЯ АРМИЯ, 5 июля /По телеграфу от наш. корреспондента/.

 

5 июля наши части встретили сильным огнем перешедшие в наступление немецко-фашистские войска. В первой вражеской атаке участвовали сравнительно небольшие силы пехоты, танков и авиации. Но уже в следующей атаке немцы бросили большое количество как наземных войск, так и авиации. Бой сразу же принял исключительно ожесточенный характер. Неприятель, стремясь наращивать силу своих атак, вводил в бой свежие пехотные и бронетанковые части. Несмотря на большие потери, он рвался вперед, пытаясь пробить нашу оборону.

Части Н-ского соединения с самого начала боя стойко защищают свои позиции и успешно отбивают вражеские атаки. Неприятельские танки несколько раз приближались к переднему краю нашей обороны, но тут их встречал сильный артиллерийский и минометный огонь. Вражеские бронированные машины вынуждены были откатываться назад.

В районе одной высоты бой носил особенно напряженный характер. Здесь у немцев действовала крупная танковая группа. Тяжелые бронированные машины шли в атаку эшелон за эшелоном. Следом за танками двигались крупные силы пехоты. Однако, как ни стремился противник прорвать здесь нашу оборону, ему не удалось продвинуться ни на один шаг.

Одно из условий стойкости обороны на этом участке заключается в том, что здесь наши командиры хорошо организовали маневрирование огнем в обороне. Это тем более важно подчеркнуть, что неприятель, наступая на наши позиции, часто менял направление своих ударов, пытаясь прорваться то в одном, то в другом направлении. Умело маневрируя огнем, наши командиры каждый раз встречали немцев мощными ударами всех своих огневых средств.

Особенно хорошо проявили себя артиллеристы, минометчики и бронебойщики. На одном участке противник бросил в наступление несколько десятков танков. Пока танки находились на далеком расстоянии, по ним вели огонь орудия и минометы, специально предназначенные для этой цели. Когда же танки подошли близко к переднему краю обороны, на них обрушился огонь такой огромной силы, что противник, потеряв в течение нескольких минут свыше десятка танков, быстро повернул обратно. Исключительно удачным был здесь фланговый огонь наших противотанковых пушек и бронебойщиков.

В течение дня немцы предпринимали одну за другой несколько ожесточенных атак. Они понесли исключительно большие потери. По самым скромным приблизительным подсчетам наши части уничтожили несколько тысяч гитлеровцев, более ста танков и также большое количество артиллерийских орудий и минометов.

Все неприятельские атаки поддерживались крупными силами авиации. Немцы предпринимали удары с воздуха в течение всего дня. Однако вражеская авиация так же, как и наземные войска, успеха не имела. Атаки обошлись ей недешево. Она потеряла здесь несколько десятков самолетов.

 

«КРАСНАЯ ЗВЕЗДА»

от 6.7.1943 года.

 

---

 

П. МИЛОВАНОВ

Б. ГАЛИН

Специальные корреспонденты «КРАСНОЙ ЗВЕЗДЫ».

 

«ТИГРЫ» ГОРЯТ…

 

Сейчас уже ясно вырисовывается вся грандиозная картина первого боевого дня, когда немцы, сосредоточив мощный ударный кулак, двинулись на прорыв нашей линии обороны. Со временем эта картина будет восстановлена еще полнее и глубже, во всех деталях. Здесь, на узком участке БЕЛГОРОДСКОГО направления, как и на всей линии фронта, наши люди были готовы к ожесточенному бою. Пехота, артиллерия, танки – все зарылось в земле, все молчало до поры до времени, ждало своего часа. Эти люди – пехотинцы, артиллеристы, танкисты – приняли на себя первый лобовой удар немецкого наступления.

Немцы сконцентрировали большие силы. Они бросили в атаку, волна за волной, танки, артиллерию, пехоту, авиацию. Новое на этот раз заключалось в том, что во главе групп прорыва шли «Тигры» тяжелые танки «Т-6», которые рекламировались немцами как неуязвимые для артиллерийского огня, способные все смять на своем пути. Многие наши люди, стоявшие в обороне, были знакомы с этими машинами только по схемам да по рассказам товарищей, уже встречавшихся с немецкими стальными «Тиграми». Оказалось, что несмотря на действительную мощь новых, тяжелых танков, слухи, распускаемые об их неуязвимости явно преувеличены. «Тигров» бьют, «Тигры» горят, «Тигров» подбивают наши бронебойщики, жгут наши артиллеристы, поражают наши танкисты.

В одном месте немцам удалось пробить небольшую брешь в обороне. Но сразу же за передним краем немецкие танки были встречены огнем с коротких дистанций. По ним били артиллерия всех видов и танки из засад. Здесь немецких танкистов встречали такой эффективный по силе, точности и внезапности огонь, которого они никак не ожидали. Мирные поля и долины, кудрявые рощи и опушки вдруг заговорили языком огня и металла.

Одним из первых встретил огнем немецкую атаку Н-ский артиллерийский полк. Его самоходные пушки стояли, искусно замаскированные, на опушке дубовой рощи. Немецкие танки, пройдя через окопы нашей пехоты, устремились к роще. Командир полка насчитал с наблюдательного пункта свыше 80 танков. На батареях ждали сигнала, чтобы открыть огонь, но командир не спешил. Он ждал, когда «Тигры» и следовавшие за ними средние танки подойдут поближе. У многих было желание скорее начать стрельбу. Люди впервые видели машины «Т-6». Эти минуты ожидания были минутами наибольшего напряжения всех физических и нравственных сил.

Командир полка приказал открыть огонь только тогда, когда «Тигры» подошли на дистанцию 200-300 метров и стали видны их мощные башни, длинные стволы пушек. Роща ожила. Из-за кустарников, из-за деревьев хлынул шквал огня. Сразу же было подбито и загорелось несколько немецких танков. Началась дуэль.

Борьба длилась долго. Тяжелые «Тигры» маневрировали и непрерывно стреляли, стараясь подавить огневую систему полка, прорваться через его позиции. Лес гудел, земля тяжело вздрагивала. Но как ни мощны были немецкие танки, как ни толста была их броня – победили воля наших артиллеристов, их мастерство и умение, выдержка и отвага.

«Тигры» здесь не прошли. 27 немецких танков подбил и сжег в этом бою Н-ский артиллерийский полк. Из этих 27 танков – 18 «Тигров». Орудие гвардии младшего сержанта КОЗНОКОНОВА имеет теперь на своем счету два подбитых «Т-6», орудие старшего сержанта ДОРОХОВА – четыре «Т-6». После напряженного поединка командир батареи спросил ДОРОХОВА:

– Ну, как Тигры?

ДОРОХОВ, возбужденный и усталый, ответил, улыбаясь:

– Не так страшен Тигр, как его малюют немцы.

Та же сила упорства и отваги, которая двигалась артиллеристами, помогла танкистам под командой капитана СЛИВИНА, встретить группу немецких тяжелых танков. Это произошло в нескольких километрах от позиций Н-ского артиллерийского полка, у основания неглубокого клина, вдавшегося в нашу оборону. Четыре «КВ» стояли здесь в засаде, врытые в землю и прикрытые высоким кустарником. Двенадцать немецких танков появилось с левого фланга. Капитан СЛИВИН приказал повернуть башни в их сторону и спокойно ждать.

Для капитана СЛИВИНА и его танкистов бой с «Тиграми» представлял особый интерес. Все марки немецких танков испробовал капитан за время войны – «Тигры» были новинкой. Когда до танков, идущих под острым углом к засаде, осталось 150 метров, СЛИВИН выстрелил. Одновременно открыл огонь его сосед КАПИТАНОВ. Головной немецкий танк – это был «Т-6» остановился, объятый клубами дыма. Другой вражеский танк, сделав дугу, застрял на месте. Четыре «КВ» выпускали снаряд за снарядом.

В итоге боя из 12 немецких танков шесть были подбиты. «Тигры» и здесь не прошли. Два «КВ» получили в этом бою повреждения. В тот же день все поломки были исправлены и сейчас четверка стоит на том же месте, защищая свой рубеж.

Бой на этом участке показал, что пресловутые немецкие «Т-6» вполне можно бить. Их уже бьют наши люди – артиллеристы, танкисты, пехотинцы, которые приобрели воинскую зрелость и мастерство, воодушевлены волей к победе. Эти люди первыми приняли на себя лобовой удар немецкого наступления. Они выработали в кровавых боях нерушимое правило: крепче нервы, больше выдержка, не обнаруживай себя раньше времени, подпускай «Тигры» на максимально близкую дистанцию и бей их в упор по самым уязвимым местам.

 

БЕЛГОРОДСКОЕ НАПРАВЛЕНИЕ /по телеграфу/

выдержки из «КРАСНОЙ ЗВЕЗДЫ» от 9.7.43 г.

 

---

 

В. ПОЛТОРАЦКИЙ

Специальный корреспондент «ИЗВЕСТИЙ.»

 

ГВАРДЕЙЦЫ СТОЙКО УДЕРЖИВАЮТ РУБЕЖ

 

Упорные бои на БЕЛГОРОДСКОМ направлении продолжаются. На десятки километров горизонт над степью окутан дымом. Самолетам тесно становится в воздухе. На земле не умолкает грохот сражения.

Немцы продолжают вводить в бой новые силы. Вперед они бросают по 20-30 тяжелых танков типа «Тигр». За ними следуют самоходные пушки. И третьей волной накатываются средние танки с пехотой.

Применяя такое эшелонирование своих механизированных войск, противник рассчитывает на неуязвимость «Тигров». Однако наша артиллерия и даже пехота стойко отражает натиск бронированных сил врага. «Тигры» горят. Только за один день здесь подбито и сожжено несколько десятков немецких тяжелых танков «Т-6».

Немцы рвались вперед. Н-ская танковая часть, обороняющая одно шоссе, обстреляла их с закрытых позиций и разорвала колонну противника таким образом, что самоходные пушки и пехота отстали от танков. Тогда, подпустив «Тигров» поближе, наши танкисты и бронебойщики расстреляли их. Двадцать «Тигров» остались подбитыми на поле боя.

Противник предпринял вторую попытку прорваться через линию обороны. Танкисты пропустили около 40 вражеских машин, потом закрыли этот проход и, зажав немецкие танки в клещи, сожгли их.

В трудных условиях упорно сражаются гвардейцы-танкисты. Против них немцы бросили до 250 танков, сосредоточив всю эту массу брони на одном узком участке. Но гвардейцы стойко удерживают рубеж, уничтожая технику и живую силу врага.

Пять раз немцы атаковали взвод младшего лейтенанта ВОРОНКИНА, но встреченные мощным огнем, откатывались назад с большими потерями.

Командир артиллерийского дивизиона дважды орденоносец капитан САВЧЕНКО отразил со своими артиллеристами восемь яростных атак немцев. Артиллеристы подбили семь танков противника. САВЧЕНКО был ранен, но остался в строю и продолжает руководить боем.

Против Н-ской части немцы бросили крупные силы моторизованной пехоты, рассчитывая одним ударом захватить позиции минометчиков. Но отважные бойцы ответили на удар двойным ударом и огнем своих минометов уничтожили более двухсот солдат и офицеров противника, несколько станковых пулеметов и три немецких миномета.

Особенно отличились в боях артиллеристы, которыми командует тов. ГЕТМАН. Им пришлось выдержать несколько атак тяжелых немецких танков. Артиллеристы не дрогнули перед этой железной волной. Четыре танка в первой же встрече были уничтожены храбрыми наводчиками ВОРОНИХИНЫМ и ИВАНОВЫМ. Старшина БОГОМОЛОВ сжег три «Тигра». Атаки немцев были отбиты.

 

Выдержки из «ИЗВЕСТИЙ»

от 8 июля 1943 г.

 

---

 

Юрий ЖУКОВ

Военный корреспондент «КОМСОМОЛЬСКОЙ ПРАВДЫ»

 

СРАЖЕНИЕ

 

Сегодня мы провели целый день на выжженном, перепаханном бомбами и снарядами клочке земли, в пяти километрах от переднего края. Отсюда, с наблюдательного пункта командира одной из наших частей, виден почти весь участок фронта, на котором немцы вводят крупные силы.

Характер и размах сражения, в ходе которого только за два дня немцы потеряли свыше тысячи танков и несколько сотен самолетов, трудно себе представить, трудно осознать, пока не увидишь собственными глазами эту битву. Поэтому мне хочется сегодня рассказать обо всем, что мы видели за день, со всей полнотой и строгим соблюдением хронологии.

Широкое поле созревавшей ржи с ломкими стеблями, покатые высотки, овраги с заболоченными, тенистыми ручьями на дне, редкие рощицы, полуразрушенные деревушки – это поле сражения. У одной высотки – тщательно замаскированный блиндаж командира части с тоненькой тростинкой рации. Отсюда командир разговаривает со всеми своими подразделениями, ведущими бой впереди, на скатах высоты, хорошо различимых даже невооруженным глазом. Там, впереди, за высотками, до неба, черными столбами стоят дымы – горят немецкие танки.

На юге в знойном июльском мареве дрожат силуэты немецких машин, изготовившихся к очередной атаке. Они расставлены в шахматном порядке вне зоны досягаемости нашего действительного огня. Наши бойцы спокойно наблюдают за вражескими машинами.

– Вы спрашиваете об обстановке, – говорит командир, на минуту отрываясь от телефонной трубки. – Вот она, обстановка, перед вами! И он проводит рукой вдоль горизонта, исчерченного высокими черными и белыми дымами, сквозь которые то и дело мелькают зловещие языки малинового пламени.

Сражение возобновилось сегодня в три часа утра. На этот раз, видимо, немецкое командование решило приложить все силы, чтобы прорвать советскую оборону. На узком участке протяжением в несколько километров он бросил вперед несколько сотен танков, среди которых было много тяжелых. Разбившись на несколько групп, эта железная колонна устремилась одновременно по ряду проселочных дорог и большаков на север. Немцы были настолько уверены в своем подавляющем численном перевесе на этом маленьком участке, что шли исключительно нагло, походным порядком, растянувшись на много километров. Они думали, что те ожесточенные бомбежки и обстрелы, которым до этого подвергалось расположение наших частей, сделали свое дело и что им остается победным маршем пройти вперед. И вдруг со всех сторон перепаханного бомбами клочка земли все затрещало, загрохотало. Взвыли могучие моторы наших танков и завязалась небывалая по остроте борьба.

– Я воюю пятую войну, сказал командир, но такого напряжения, такого обилия средств уничтожения людей еще не видывал ни разу.

Нашим приходилось тяжко. Танкисты-гвардейцы, вот уже третий день принимающие на себя основной удар, и их соратники по оружию из других частей вели искусный, изобилующий множеством острых моментов бой, отражая натиск 200 немецких танков. Чуть правее раз за разом бросалась на штурм еще такая же группа немецких боевых машин. Положение становилось угрожающим. Немцам, несмотря на героическое, доходящее до самопожертвования сопротивление наших бойцов, удалось продвинуться хотя и незначительно вперед. Они заняли одну из деревень. Впереди наступающих немцев, как и вчера, шли «Тигры»: они двигались по дорогам в походном порядке, потом развертывались строем на обратных скатах высот и на максимальной скорости шли вперед, ведя с хода огонь. Тот, кто видел первый раз эту неуклюжую, грузную машину, завывающую, словно «Юнкерс», невольно чувствовал холодок в душе. Но вот подлетели со своими испытанными машинами танкисты-гвардейцы. Защитники рубежа собрали силы в кулак и контратакой снова вернули деревню.

Оттянув свои машины, немцы начали все сначала, как положено по уставу: обработка участка фронта с воздуха, артиллерийский обстрел, удар шестиствольных минометов, а после этого новые танковые атаки.

В воздухе стоит непрерывный грохот. Тучи пыли, высотой до самого неба, встают то там, то здесь. Пыль так высоко поднята бомбежкой и артиллерийским обстрелом, что линия горизонта давно уже пропала и самое солнце заслонилось от нас грязной пеленой, сквозь которую мерцает его воспаленный глаз. А немецкие танки, подожженные утром, все горят и горят, и столбы дыма, покачиваясь, словно свечи, караулят надгробия отборных немецких танкистов-эсэсовцев.

В воздухе появился ненавистный всем бойцам немецкий корректировщик, прозванный пехотинцами ядовито и зло «кривой ногой» за то, что у него действительно кривые лапы. Сделав крутой вираж над нашим передним краем, он вдруг пускает какую-то ярко-малиновую струю, которая повисает в воздухе, словно гигантская праздничная лента. Стоит ей прикоснуться к земле, как она расплывается в широкое устойчивое облачко все того же ярко-малинового цвета. Это указатель цели для немецких артиллеристов. И действительно, несколько мгновений спустя в районе этого загадочно стоящего в воздухе озерка начали с оглушительным грохотом рваться снаряды.

К полудню земля там, на переднем крае, в нескольких километрах от наблюдательного пункта, была изрыта и истерзана.

– Сейчас пойдут, – задумчиво сказал командир, опуская бинокль и протирая красные от долгой бессонницы глаза.

И действительно, через несколько минут на гребне дальней высоты, у лесочка, замелькали приземистые силуэты немецких боевых машин. Впереди шли тяжелые танки, их было много. От длинных стволов то и дело отделялись языки пламени. Но вот, когда они подошли ближе, грянуло сразу все, что только способно бить по танку: ружья, противотанковые орудия, зенитные пушки, гвардейские минометы. Было видно, что там, на высоте, идет жаркий бой, но разглядеть его детали не удавалось, так, как этого хотелось бы.

Командир с нетерпением ждал донесения, и когда оно пришло, срочно вызвал по радио вышестоящий штаб:

– На моем участке атакует группа в 200 танков. Ввожу в бой резерв и самоходную артиллерию.

Теперь напряжение боя еще более возросло, хотя всего минут пять казалось, что достигнут предел, за которым человек лишается способности дышать, думать, рассуждать, – все поглощает этот тупой металлический рев и свист.

На скате высоты метались, огрызаясь огнем, несколько десятков коричневых длиннопушечных «Тигров». Вот вспыхнул багровым огнем и остановился один из них, потом второй, по тяжелым немецким танкам били пока невидимые отсюда стрелки противотанковых ружей, артиллеристы, наши танки. Наконец все кончилось. На горизонте встали новые дымы горящих танков. Мы насчитали их более полутора десятков.

Командира попросили к радиотелефону, и бодрый голос командира подразделения ЛИПАТЕНКО доложил так громко, что услышали все:

– На моем участке за передний край прорвались 30 танков, пехота осталась в своих окопах, хотя «Тигры» утюжили их. Наши автоматчики сумели отсечь немецкую пехоту от ее танков, и тогда заранее подготовленные расчеты и танковые экипажи начали охоту за тяжелыми немецкими машинами. В течение 20-30 минут мы уничтожили 16 танков, остальные добиваем.

Немецкие танки опять ослабляют натиск, и опять усиливается бомбежка с воздуха. Высоко в небе непрерывный гул моторов. Наши истребители громят немецкие самолеты, перехватывают их на пути, сбивают. Вот и сейчас, сию минуту, последний «Хейнкель» эскадрильи вдруг вздрогнул и резко пошел на снижение, оставляя за собой длинную голубоватую ленту дыма. Летчик пытается сбить пламя или хотя бы дотянуть до своей территории. Но вот, когда до земли остается метров пятьсот, самолет резко переходит в отвесное пике и врезается в землю. Почти одновременно на другом конце неба появляется открытый парашют. Пока все увлеченные зрители, следили за подбитым «Хейнкелем», и не заметили, как наш подкравшийся со стороны истребитель отправил к праотцам «Мессершмитт». Над местом падения сразу встает еще одно черноземное, пыльное облако.

От непрерывного грохота начинают болеть барабанные перепонки. Жарко, нестерпимо жарко. На небе ни облачка. День кажется невероятно длинным. Но здесь, на наблюдательном пункте люди, не спавшие уже три ночи, остаются собранными, подтянутыми, терпеливыми, умеющими выждать удобный момент для того, чтобы ответить всегда боевым ударом на удар.

Так проходит день. Что же в итоге? И этот день не дал немцам успехов.

Возвращаясь с наблюдательного пункта, мы заехали на один хутор, находящийся сейчас в зоне боя. Все жители его ушли на север, в ближние деревни. Молодой автоматчик шел по улице. На груди этого автоматчика сияла боевая медаль и мы знали, что он, как и его друзья по оружию, выполнил свой долг до конца. Даже тогда, когда тяжелые танки, ворвавшись в расположение подразделений капитана ИВАНОВА, капитана ДОЛЖЕНКО, автоматчики и стрелки оставались в окопах, забрасывали танки гранатами, отсекали и истребляли немецкую пехоту, пока танкисты контрударами уничтожали прорвавшиеся танки.

Времена, когда немцам удавалось одним ударом пробивать оборону и устремляться на коммуникации, окружая и уничтожая противника, миновали.

Сейчас уже глубокая ночь, но бой не утихает ни на минуту.

Большое сражение 1943 года продолжается.

 

Выдержки из «КОМСОМОЛЬСКОЙ ПРАВДЫ»

от 10.7.43 г.

 

---

 

В. ПОЛТАРАЦКИЙ

Специальный корреспондент «ИЗВЕСТИЙ»

 

ГЕРОИ СРАЖЕНИЯ

 

После того, как была отбита и пятая атака, капитан АКИМОВ подсчитал, что у него осталось. Он смотрел на своих людей. Как изменились они за несколько часов боя. Лица солдат осунулись и потемнели. Губы потрескались от жара. А у одного кровь черной коркой запеклась на щеке и на лбу. Сестра все уговаривала его пойти в медсанбат, но красноармеец упрямо отвечал:

– Не надо!

Горячий ветер гарью дышал в усталые лица. Небо сделалось пепельным от дыма и пыли. Все закурили, жадно затягиваясь и торопясь накуриться. У них не было времени. Батальон выдержал пять атак. И каких! Море огня шесть часов бушевало над головами. Немцы накатывались волнами, одна за другой, осатанев от ярости. И вот уже назрела шестая атака. Капитан ждал ее и думал: «Люди устали. Многие ранены. Но выдержать надо.»

Шестую атаку начали танки. Подняв облако пыли, черной лавиной шли они по полю прямо туда, где находился со взводом сержант КРАВЧЕНКО.

– Держитесь, сержант – передал ему АКИМОВ и приказал батарее противотанковых пушек открыть огонь по машинам врага.

Счет времени перешел на секунды и от каждой секунды зависело многое: исход боя, судьба людей.

Несколько танков, подбитых артиллеристами и бронебойщиками, остановилось на полдороге. Но шесть передних уже подходили к окопам, в которых держались красноармейцы. И вдруг АКИМОВ увидел, как кто-то из бойцов метнулся навстречу танку. В ту же секунду, а может быть, в какую-то малую долю секунды, раздался взрыв. Из-под гусениц брызнуло пламя. Танк загорелся.

Кто был этот храбрец, ценою жизни остановивший стальную машину, капитан не мог разглядеть. Спросить же было некогда, да и не у кого. Но это мгновенье решило многое.

Танки с грохотом наползали на узкие щели окопов. Едва они проходили, солдаты поднимались опять и бросали под танки гранаты, бутылки с зажигательной смесью, в упор стреляли из ружей.

Все шесть танков, прорвавшиеся к позициям сержанта КРАВЧЕНКО были подбиты. Другие повернули обратно. Но еще наступала пехота противника. Стреляли минометы. Напряжение боя не спадало. Пехота шла густо, охватывая батальон полукольцом.

Тогда АКИМОВ подал команду своим минометам и пулеметчикам. С новой силой вспыхнуло ожесточение битвы. Усталые, израненные люди потеряли ощущение времени. Сколько минут или часов прошло с момента начала атаки и когда кого ранило, они не знали. Они уже не чувствовали жажды. Усталые руки их налились крепостью стали. Люди помнили только одно – надо отбить эти серые волны врага. Отбить во что бы то ни стало.

И батальон выстоял против полка немецкой пехоты, против пушек, против тяжелых танков. Он выдержал величайшее испытание огнем и железом.

Расчет орудия во главе с младшим сержантом КОЗНАКОВЫМ уничтожил три немецких тяжелых танка.

Лаконичен официальный язык донесения. Но как это было, там на поле боя?

… Они стояли в укрытии под непрерывной бомбежкой. Небо над ними гудело десятками вражеских самолетов и степь горела кругом. Если бы нервы у этих людей были железными, они давно бы порвались. Но у них были человеческие нервы и горячие сердца, полные любви к Родине.

Они стояли в поле и вели огонь по равнине, вдоль которой перекатывались серые волны атакующих немцев. Но вот из-за пригорка показалось несколько танков. Сейчас они вырвутся на простор и пойдут на нашу пехоту. Но разве можно допустить, чтобы это случилось.

Младший сержант приказал выкатить пушку на ровное место, чтобы стала она прямо против несущихся «Тигров» и била прямой наводкой.

И в открытом поле завязался поединок между пушкой и танками. Немцы засыпали артиллеристов градом снарядов и пуль. Но артиллеристы стреляли. И вдруг подбит первый танк, потом загорелся второй, был подбит третий…

Танки попятились. Они не выдержали и отступили.

Не только огонь пушки преградил им путь. Они повернули перед стойкостью наших бойцов.

 

«ИЗВЕСТИЯ»

от 10.7.43 г.

 

---

 

Гвардии лейтенант Георгий БЕССАРАБОВ

 

КАК Я В ОДИН ДЕНЬ

УНИЧТОЖИЛ ТРИ «ТИГРА»

 

Еще до начала немецкого наступления на БЕЛГОРОДСКОМ направлении мы обстоятельно изучали особенности нового немецкого танка «Т-6», прозванного фашистами «Тигром». Танкисты отдавали себе отчет в том, что эта немецкая машина, вооруженная дальнобойным 88 мм орудием, обладающая надежной броней, является серьезным противником, и готовились к этому, чтобы в нужный момент достойно его встретить.

Мы изучили схемы, фотографии танка, внимательно ознакомились с газетными статьями, рассказывавшими об устройстве и данных новой немецкой машины. Нам было ясно, что такую машину надо бить умело, ловко и тихо. Стоит только поколебаться, упустить удобный момент, неточно нанести удар, и «Тигр» успеет вывести свой танк из строя. Мы учились разить «Т-6» в его уязвимые места, их у него немало, хотя он защищен гораздо лучше, нежели немецкие танки других марок. Танковой пушке следует бить в борт «Тигра», особенно в ту часть, где расположены баки с горючим, его ходовую часть, пушку, командирскую башню и в те места, где расположены оптические приборы.

Наши гвардейцы, используя дни временной передышки, неустанно тренировались стрелять с ходу, чтобы в нужный момент нанести точный удар врагу.

Нам выпала честь принять бой с противником в направлении главного удара немецкого наступления на подступах к одной деревне. Этот бой по своему ожесточению не имеет себе равных в истории части. На протяжении нескольких суток мы сдерживали и продолжаем сдерживать сейчас продвижение противника, численно превосходящего нас в несколько раз. Достаточно сказать, что в первый день боя наша танковая рота приняла на себя удар семидесяти немецких танков, поддержанных 50-70 самолетами. Невзирая ни на что, мы выстояли и не пропустили врага. В этом бою нам и пришлось впервые встретиться с «Тиграми».

Когда мы увидели перед собой колонну танков, возглавляемых десятками этих угловатых, низких, широких машин с хищно вытянутыми длинноствольными орудиями, нам, признаться, стало немного не по себе – слишком неравны были силы. Но каждый гвардеец знает основной закон нашей части: врагов бить всегда и всюду, сколько бы их ни было. Мы приняли бой.

«Тигры» шли тремя группами впереди тяжелых немецких танков «Т-4». Мы действовали так, как нас учили: смело и дерзко. Мы действовали быстро, маневрировали, выскакивали из-за укрытий, наносили удары с короткой дистанции и снова прятались в укрытия. Тут же на поле боя мы установили еще одну особенность конструкции «Т-6», которая оказалась нам на руку: башня «Тигра» поворачивается медленно. Мы быстро учли это. Только успеет «Тигр» дать пристрелочный выстрел, мы сразу же делаем резкий маневр, и пока немецкий артиллерист разворачивает башню, мы бьем по «Тигру». «Т-6» дает новый пристрелочный выстрел, мы снова делаем маневр. Наши средние танки отличаются большой подвижностью. Поэтому в умелых руках они становятся грозой для «Тигра», хотя те обладают более мощным орудием. Танкисты нашей роты доказали это в первый же день боя.

Комсорг роты СОКОЛОВ уничтожил одного «Тигра» и тяжелый танк «Т-4». Гвардии лейтенант МАЖОРОВ – два «Тигра». Все они в неравном бою погибли смертью храбрых, но не опозорили гвардейской чести. Они показали еще раз всей нашей части, как надо бить численно превосходящего врага.

В первый день боя мне не посчастливилось уничтожить ни одного «Тигра». Я поджег два тяжелых танка «Т-4» прямым попаданием в лобовую броню. Лобовая же часть брони у «Тигра» выдерживала удары бронебойных снарядов; только огромные столбы искр взлетали вверх, когда они били по ней. Тревожной ночью, накануне второй битвы с немецкими танками, я перебрал в памяти все подробности нашего ратного дня, взвешивал, оценивал свои ошибки и вспоминал, как действовали мои товарищи. Я и раньше знал, что бить «Тигра» в лоб не следует, теперь же убедился в этом на опыте. Лучше всего зайти поближе с фланга и нанести точный, хорошо рассчитанный удар в борт или ходовую часть. Так я и решил действовать.

7 июля на рассвете мы снова вступили в бой, заняв рубеж близ скрещения двух важных дорог. Нам было приказано задержать здесь танки противника, пытавшиеся прорваться на север. Первая рота нашего батальона, в составе испытанных, закаленных гвардейцев, заняла рубеж, замкнув дорогу на запад. Мы стали на позиции с фланга, чтобы сподручнее было бить немцев.

Накануне весь день гитлеровцы своей артиллерией и авиацией методически обрабатывали участок наступления. Около семи часов утра двинулись вперед. Они бросили лавину танков в двух направлениях. Впереди этих колонн двигались «Тигры». Колонны двигались в походном построении, рассчитанном, видимо, устрашить Советских солдат. Старый прием! Немцы не учли, что они имеют дело не с новичками, а с воинами, у которых за плечами опыт двухлетней войны.

Я командовал группой из четырех машин. Выдвигаясь навстречу врагу с левого фланга, я вел две машины левее, две правее. Выдвинувшись на высоту, я увидел огромную армаду немецких танков. Сосчитать я их не успел. Но мне говорили, что здесь было до ста танков. Я немедленно подал машину назад, и пока немцы нас не заметили, стал выжидать, – они пойдут вперед, а мы начнем их бить с фланга.

Рядом с нами расположились машины другого подразделения, придерживающиеся той же тактики. Мы заранее определили участки огня для каждой машины, чтобы не мешать друг другу, и стали выжидать.

Послышался рев «Тигров». Покачиваясь на своих широких лапах, медленно ползли шесть тяжелых машин. Немецкие танкисты и не догадывались что мы тут, совсем рядом. У меня даже дух захватило от волнения. Такое чувство овладело мной, что словами не передать. У меня на оккупированной немцами территории осталась старушка-мать. Еще трое моих братьев сражаются на войне, и у каждого одна дума: как бы покрепче уязвить немецкую гадину. С этой мыслью я навел прицел на борт «Тигра» в ту самую часть, где у него помещаются баки с горючим. Мысли в голове несутся быстро, сердце бьется учащенно, а руки работают спокойно и ловко.

Хотел первый снаряд дать пристрелочный осколочный, но тут же раздумал, ведь бью с дистанции 600 метров. «Тигр» ползет медленно, и я решил попробовать сразу бронебойным. Выстрел. Вижу: вспышка, столб пламени над «Тигром» и густой черный дым. С тем же прицелом для верности дал второй снаряд. Снова вспышка, и теперь уже «Тигр» превратился в факел. Сразу же, пока немецкие танкисты не опомнились, сделал два выстрела. Неожиданного удара. Бью таким же способом по второму «Тигру». Результат тот же. Вспышка и столб пламени – значит, правильно нас учили. «Тигр» вовсе не такая уж неуязвимая машина, как ее рекламируют немцы.

Нанести точный удар, и гадина запылает точно так же, как любой другой танк.

Одновременно со мной вел огонь лейтенант МАЛОРОССИЯНОВ – командир одной машины моего взвода. Ему удалось подбить третий «Тигр». Остальные тяжелые немецкие танки развернулись и ушли.

Бой разгорался все жарче. Запас снарядов у нас подошел к концу. Я с разрешения командира с двумя машинами ушел на заправку. Вскоре мы вернулись и отправили на заправку остальные два танка. Едва две наши машины успели уйти, как немцы с остервенением усилили натиск. Теперь танковую атаку поддерживали большие группы самолетов. Сзади своей машины на дистанции 60 метров я заметил «Тигра». Выстрел. Снаряд попал точно в цель, пробил «Тигру» борт. Однако, «Т-6» не загорелся и продолжал двигаться вперед. Ведя огонь с хода, «Тигру» удалось зажечь танк МАЛОРОССИЯНОВА. Обида и злость обожгли мне душу. Я послал «Тигру» еще два снаряда, и на этот раз он загорелся. Только тут немного отлегло от сердца. Я поспешил на помощь МАЛОРОССИЯНОВУ. Мой друг был уже мертв. Товарищи по экипажу были ранены. Я взял их на свою машину и доставил на командный пункт и вскоре снова вернулся на поле боя выполнять боевую задачу.

За два дня – 6 и 7 июля – наша гвардейская часть уничтожила 52 немецких танка, из них 15 «Тигров», много орудий, автомашин и пехоты. Этот счет дает нам новые силы для борьбы с врагом.

Мы продолжаем вести бой. Наши гвардейцы разят «Тигров» также, как и другие машины гитлеровской Германии, и мы делаем из этого для себя выводы. Сейчас каждый танкист убежден, что «Тигра» можно истреблять. Мы убедились, что не только с близкой, но и дальней дистанции можно и нужно вести огонь по немецким танкам.

Думаю, что на мою долю придется еще ни один «Т-6».

 

«ПРАВДА»

от 11.7.1943 года.

 

---

 

Э. ОСТРОВСКИЙ,

Спец. корреспондент «ИЗВЕСТИЙ»

 

ТАНКИ ПРОТИВ ТАНКОВ

 

Накануне мы видели в расположении танкового соединения искусно построенный макет. На нем в миниатюре были изображены деревня с церковкой и ветряной мельницей. Покрытый зеленым ковром склон высоты, на которой стояла деревня, был изрезан в нескольких местах ручьями и мелкими речушками. Через них тянулись мостики.

С помощью этого макета командиры на занятиях решали сложные тактические задачи танкового боя. Здесь еще и еще раз командиры-танкисты оттачивали свои знания, проверяли себя и друг друга, закрепляли нажитый в прежних сражениях боевой опыт.

Полевая учебная лаборатория была умно расположена в густой зелени дерев. На фронте стояло затишье.

Но затишье кончилось и нам пришлось наблюдать танковый бой уже не на макете, а в натуре. Если бы не антенна полевой радиостанции, можно было бы легко пройти мимо хорошо замаскированного во ржи наблюдательного пункта командира соединения. Послышался характерный свист заводимого электромотора и настойчивый голос:

– «Резеда», «Резеда»! Я «Бутон», я «Бутон»! Сосредоточиться в лощине. Огня не открывать и не двигаться с места без особого приказания. Сообщите, как поняли.

Свист был слышен еще несколько минут, а потом замолк. Переговоры по радио закончились.

С наблюдательного пункта раскрывалась панорама танкового сражения. На фоне ярко голубого неба прямо по фронту отчетливо выделялись высокие столбы дыма.

Полковник, отнимая бинокль от глаз, сказал:

– Посмотрите, горят немецкие танки. Неплохая сделана работа, как любит говорить наш генерал.

Кое-где дым сливался в сплошную завесу, за которой ничего нельзя было разглядеть. Над полем носились немецкие самолеты. Мы насчитали их двадцать семь.

– Вот так все утро, эшелон за эшелоном, – сказал полковник. – Прилетят, сбросят бомбы и уйдут. Но бросают наугад. До сих пор только две наших машины немного пострадали от бомб, а самолетов было видимо-невидимо.

И он рассказал, что здесь произошло с утра.

На узком участке фронта /теперь мы его видели глазами/ немцы пустили в бой до 500 танков. На полной газу 200 танков двигались к населенному пункту. Впереди танковых колонн шли «Тигры», за ними следовали самоходные пушки, а затем тяжелые, средние, легкие танки и мотопехота.

Бой за населенный пункт продолжался три часа. Дважды пункт переходил из рук в руки. Немцам удалось занять его. Десятки «Юнкерсов» беспрерывно бомбили поле боя. Но колонны немецких танков заметно редели. Противник начал выдыхаться. И вот ринулись в контратаку советские танки. Смелый контрудар этот решил исход боя. Населенный пункт остался в наших руках.

Пока мы слушали рассказ полковника, бой впереди наблюдательного пункта разгорался. Внезапно, как вихрь, налетали «Ильюшины». Сразу рассыпались в стороны немецкие самолеты. Воздух оказался свободным. Послышались гулкие разрывы бомб, стрельба зенитных орудий и пулеметов. Теперь в танковом лагере противника видны были не только столбы дыма, но и яркое пламя.

– Горят немецкие «Тигры», как факел, удовлетворенно сказал полковник, не отрывая глаз от бинокля.

Среди скоплений немецкой пехоты и танков без труда различались длинные огневые полоски. Это горели сброшенные нашими самолетами-корректировщиками вымпелы. Падая на землю, они образовывали неплохие ориентиры для нашей артиллерии.

Загрохотали одновременно с разных сторон сотни наших орудий, засвистали, завыли, понеслись через поле снаряды и мины. После нескольких дружных, согласованных огневых налетов колонны немецких танков поредели еще значительней. Уцелевшие машины сгруппировались на гребне высоты и, получив подкрепление снова ринулись в атаку.

– Они всегда так, – пояснил полковник. – Ткнутся где-нибудь, им набьют морду, они отойдут, оботрутся, потом опять нахально лезут в другом месте. Посмотрите, – он протянул бинокль. – Ни один наш танк не отходит, все пушки на своих позициях, а пехоты не видно. И это очень хорошо, что ее не видно. Это значит, что наши пехотинцы стоят в траншеях, занимают свои ДЗОТы и блиндажи. Сейчас они дадут немцу жизни.

К наблюдательному пункту с шумом, приминая рожь, подкатил «Пигмей» – вездеход. Из машины вышел офицер связи. Его прислал командир танковой части. Но и без доклада этого офицера вышедший из землянки генерал видел, что отданное им части приказание, выдвинуться вперед и занять линию обороны выполняется точно, минута в минуту.

Через несколько минут жесткий бой возобновился. Немцы, очевидно, решили сломить здесь сопротивление наших войск любой ценой. Снова появились «Юнкерсы» в сопровождении «Мессершмиттов». Навстречу им мчались «Ильюшины». Мы видели, как тает в воздухе фашистская стая. Два самолета противника загорелись и упали. Воздушная атака немцев снова захлебнулась. Над полем боя остались только советские штурмовики.

Теперь черно-серые столбы дыма видны были не только прямо по фронту, но и слева – там, куда направлялась основная масса немецких танков.

«Поджег четыре «Тигра»… Подбил девятнадцать «Т-4»… Держимся крепко», – передавал по радио командир части.

Этот бой происходил на пятый день после начала немецкого наступления. Немцы вводили в бой все новую и новую технику. Но только ценой громадных потерь противнику удалось на отдельных участках вклиниться в линию нашей обороны. Наши войска держатся мужественно и стойко.

 

БЕЛГОРОДСКОЕ НАПРАВЛЕНИЕ, 10 июля.

«ИЗВЕСТИЯ» от 11.7.1943 года.

 

---

 

Майор В. ДУБКОВ,

Специальный корреспондент «КРАСНОЙ ЗВЕЗДЫ».

 

КОНТРАТАКИ НАШИХ ЧАСТЕЙ

 

На одном из участков БЕЛГОРОДСКОГО направления бои носят особенно напряженный характер. В первые дни наступления немцам ценой огромного урона в живой силе и технике удалось несколько потеснить наши части. Дело в том, что неприятель сосредоточил в этом районе особенно крупные силы и предпринимал атаки почти непрерывно, что давало ему возможность вводить в действие то в одном, то в другом месте большие бронированные кулаки.

Нашим частям пришлось вести оборонительные бои на данном участке в исключительно трудных условиях. Танковые и воздушные силы немцев были многочисленны и атаковали с нарастающей настойчивостью. Однако обороняющиеся успешно отбивали почти все вражеские атаки. Противник добивался некоторого успеха лишь в тех случаях, когда на каком-либо участке достигал подавляющего превосходства в силах. Но и тут успех немцев был относителен. Они лишь незначительно продвигались вперед, расплачиваясь чрезвычайно большими потерями за каждый свой шаг.

В сущности, эти первые бои были боями на истребление живой силы и техники немцев на изматывание их резерва. И действительно, в результате первых боев неприятель потерял множество танков и самолетов, поредели его пехотные полки. Создалась такая обстановка, когда немцы вынуждены были подтягивать сюда уже более глубокие резервы и вводить их в бой.

Этим моментом удачно воспользовалось командование наших частей. Когда неприятель был уже изрядно измотан, наши части предприняли ряд ожесточенных контратак. Поскольку наступление немцев носит ярко выраженный танковый характер, обороняющимся при переходе к более активным действиям пришлось в первую очередь мобилизовать все свои средства для борьбы с танками.

Вот как развертывались бои в районе, где оборонятся бойцы Н-ской части. Здесь противнику в первые дни удалось занять несколько наших позиций. Но когда он вклинился в оборону, наши стрелковые подразделения совместно с танками под командованием тов. ТАРАНА предприняли решительную контратаку. Для немцев эта контратака явилась полной неожиданностью. Располагая в этой районе огромными силами, немцы были уверены, что быстро преодолеют сопротивление наших бойцов и прорвут их оборону. Между тем в тот самый момент, когда неприятель, готовясь к новому удару, подтягивал свежие резервы, наши пехотинцы и танкисты контратаковали его с двух направлений.

Сразу же вспыхнул жаркий бой. Немцы не оставляли еще надежды прорваться дальше в глубину нашей обороны. Но вскоре, понеся серьезные потери, они, видимо, поняли, что критическое положение создается для них самих. Тогда немецкое командование быстро перебросило на этот участок крупную группу танков и прямо с хода ввело ее в бой. Завязалась борьба между танками. Она была весьма ожесточенной, но длилась недолго. Неприятель не добился успеха и вынужден был отступить, оставив на поле боя несколько своих бронированных машин.

Эту неудачу немецких танков вскоре почувствовала и пехота неприятеля, вклинившаяся в нашу оборону. Она также потерпела большой урон и когда наши части усилили свой нажим в контратаке, немцы стали в беспорядке отходить. Дело кончилось тем, что наши стрелковые подразделения и танкисты отбили у противника несколько важных позиций, захваченных им раньше.

По мере того, как противник, встречаемый крепнущим день ото дня сопротивлением нашей обороны, несет все более ощутительные потери, наши части усиливают свои контратаки. Чтобы обеспечить успех контратак обороняющиеся стремятся выходить на фланги немецких группировок и наносить им фланговые удары. Части Н-ского соединения задержали противника, сумевшего перед этим несколько продвинуться, а затем быстро перегруппировались и посредством коротких ударов в двух направлениях вышли на фланг крупной немецкой группировки. С хода, чтобы немцы не успели опомниться и привести себя в порядок, наши части предприняли две стремительных контратаки.

Противник оказался зажатым в полукольцо и уже одно это обстоятельство решило исход боя. Немцы увидели, что советские войска почти окружили их группировку. Они начали поспешно отступать. На флангах вспыхнула ожесточенная борьба. Особенно настойчиво дрались здесь гвардейцы, которыми командует тов. ГЕТМАН. Последовательными ударами они дробили на части вражеские боевые порядки. В итоге отдельные немецкие подразделения были истреблены полностью. Оставив на поле боя большое количество подбитых танков и много трупов, неприятель отступил. Наши части полностью восстановили здесь прежнее положение.

Большую роль в контратаках советских войск играют артиллерийские и минометные подразделения. Артиллерия подавляет вражеские огневые точки и тем самым дает возможность пехоте сблизиться с противником, а затем отбросить его решительной контратакой. Минометные подразделения в ходе контратак открывают сильный огонь по немецкой пехоте, наносят ей чувствительный урон, прижимают ее к земле. Тем временем наши стрелковые подразделения врезаются в боевые порядки немцев и наносят им удары изнутри. На одном участке нашему батальону удалось под прикрытием артиллерийского и минометного огня выйти в тыл неприятельскому пехотному полку. Батальон внезапно атаковал немцев с тыла. Для неприятеля этот удар был настолько неожиданным, что его подразделения сразу же в панике кинулись назад.

Внезапные контратаки наших частей не только наносят немцам значительный ущерб, но также срывают их замыслы, предупреждают атаки врага, преграждают ему путь в глубину нашей обороны. Контратаки – наиболее сильное и надежное средство, с помощью которого можно успешно отстаивать оборонительные рубежи против превосходящего численностью неприятеля, причиняя ему крупные потери в живой силе и в технике.

 

Выдержки из «КРАСНОЙ ЗВЕЗДЫ»

от 10.7.43 г.

 

---

 

П. ПАВЛОВЦЕВ.

 

РАЗГРОМ КОЛОННЫ «ТИГРОВ»

БЕЛГОРОДСКОЕ НАПРАВЛЕНИЕ, 13 июля /Спец. корр. ТАСС/.

 

На узком участке после сильной артиллерийской подготовки немцы двинули в атаку колонну тяжелых танков «Тигр».

В бой с немецкими машинами вступили наши бронебойщики, артиллеристы и танкисты. Бронебойщики взвода лейтенанта КОСИЦИНА сразу же подбили и подожгли 7 вражеских танков. В самый разгар боя из строя выбыл командир взвода. Тогда раздался голос красноармейца КИРИЧЕНКО: «Товарищи, отомстим за кровь нашего командира!». С новой силой разгорелся бой. В течение нескольких минут бронебойщик КИРИЧЕНКО подбил еще два тяжелых фашистских танка, а третьему «Тигру» заклинил пушку.

Сильные удары наносили врагу и артиллеристы старшего лейтенанта МАРКОВА и лейтенанта ЛЕЩЕНКО. Они подбили 2 танка и два сожгли вместе с их экипажами.

Одновременно в бой вступили танкисты. Первыми одержали победу экипажи СИЛАЕВА и ДМИТРИЕВА. После этого боя общий счет уничтоженных и подбитых ими немецких танков достиг 30. Отлично сражался экипаж кавалера ордена Отечественной войны гвардейца СТОРОЖЕНКО.

Потери деморализовали немцев. Не выдержав контрудара, остатки вражеской колонны поспешно отступили.

 

«ТРУД» /от 14.7.43 г./

 

---

 

Э. ОСТРОВСКИЙ,

Спец. корреспондент «ИЗВЕСТИЙ»

 

ОГОНЬ БИТВЫ

 

Наиболее характерным для этого наступления немецких войск является применение новых мощных танков типа «Тигр». Их количество оценивается не меньше чем в 30 процентов к общему числу танков, которые гитлеровское командование стянуло на этот участок. «Тигры» с их толстой броней, особенно хорошо защищающей лобовую часть танка, с их дальнобойными орудиями, стреляющими на расстояние до 2.000 метров, служат одновременно и средством боя, и сильным прикрытием для танковых колонн, которые, как правило, возглавляются «Тиграми». Служат они и для разведки. Обычно «Тигры» выстраиваются длинной цепью на открытом месте, на виду у нашей обороны, и стоят так 20-30 минут, без единого выстрела, выжидая пока по ним будет открыт огонь.

В первый день наступления были случаи, когда некоторые наши молодые танкисты из горячности, завидев появление вражеских танков, торопились открыть огонь. С этого момента и начиналась атака противника. «Тигры» прямыми выстрелами с места обрушивали свой огонь на нашу оборону и вслед за тем во главе больших групп танков, самоходных орудий и мотопехоты на полном газу атаковали наш передний край.

Эта тактика была быстро разгадана нашими танкистами и артиллеристами. Зная уязвимые места «Тигров», их тяжесть, неповоротливость, слабую маневренность, наши воины не открывают огня по выстроившимся в ряд фашистским танкам, а выжидают начала атаки, когда «Тигры» подойдут на достаточно близкое расстояние.

В одном районе северо-восточнее БЕЛГОРОДА 80 немецких танков атаковали нашу танковую засаду, где находились всего три наших танка и одна батарея противотанковых орудий. Положение казалось безнадежным. Однако храбрость, выдержка и крепкие нервы советских людей взяли верх. Три танковых экипажа и горстка артиллеристов одержали блестящую победу. Фашистские танки подошли на такое близкое расстояние, что казалось, еще один бросок, и засада будет сломлена, раздавлена. Но эти короткие минуты были великолепно использованы советскими бойцами. Избрав удобный момент, танкисты и истребители танков открыли огонь. Восемь «Тигров», шедшие впереди, запылали, и вся колонна вражеских машин вынуждена была изменить направление атаки.

Немцы несут исключительно большие потери в танках. Немецкая броня не выдерживает крепости пущенных с близкого расстояния советских снарядов. Исключительным мужеством и выдержкой должны обладать люди для того, чтобы спокойно ждать, когда приблизится почти вплотную несокрушимая на вид стальная армада, извергающая огромную массу огня. Эти качества есть у наших воинов.

Один экипаж Н-ского соединения подпустил фашистские танки на 25 метров. Расправа была короткая; два «Тигра» и один танк меньших размеров удалось уничтожить всего тремя снарядами.

Боец 1943 года – это боец, закалившийся в ожесточенных сражениях, предшествующих двух лет. Он не оставляет своего окопа, своей пушки или пулемета сколько бы вражеских танков на него ни шло. Даже короткое перечисление фактов величайшего героизма наших воинов уже могло бы заполнить толстые тома.

Был такой случай. Экипаж советского танка, подпустив к себе «Тигра» на близкое расстояние, поставил немецкую машину в невыгодное положение. И немец пошел на таран. Две мощных машины столкнулись с огромной силой, но не разбились. Советский экипаж выскочил из танка и бросился на немецких танкистов, которые в свою очередь, не усидели за броней. Завязалась рукопашная схватка. Охваченные яростью, наши танкисты ломали, дробили головы немцам. Весь фашистский экипаж был истреблен. Дольше всех сопротивлявшийся немец, лейтенант, командир «Тигра», был задушен в рукопашной схватке одним из наших танкистов.

Характерны для сражений на БЕЛГОРОДСКОМ направлении и сравнительно малые потери наших танковых частей. В конце первого дня немецкого наступления можно было услышать следующий радио разговор между двумя нашими радиостанциями – командующей и подчиненной.

– Что сделано?

– Сожжено и подбито четыре немецких танка.

– Ваши потери.

– Четверо убитых, одиннадцать раненых, один танк.

– Подбит или сожжен?

– Подбит. Не было никакой возможности вытащить его с поля боя.

Немцы создали на БЕЛГОРОДСКОМ направлении не только мощный танковый кулак, они стянули сюда и крупные силы авиации. Взято в плен немало летчиков со сбитых немецких самолетов. Некоторые из них спесиво заявляют о своей принадлежности к особо важным эскадрам, находившимся в резерве главного командования германских воздушных сил.

Немецкая авиация продолжает применять свою тактику последовательной обработки переднего края. Большую активность проявляют немецкие воздушные корректировщики, указывающие своей артиллерии цели для стрельбы.

Немецкой авиации активно противостоят наши воздушные силы. По вражеским самолетам ведется согласованный огонь из оружия всех видов. Наши танки и пехота отлично маскируются в засадах, в окопах. В результате массированные налеты авиации противника и бомбардировки с воздуха носят главным образом беспокоящий характер и не причиняют ощутительного вреда.

В то же время потери немецкой авиации огромны. Пленные летчики подтверждают, что множество немецких самолетов пострадало от огня нашей зенитной артиллерии.

Немцы сосредотачивают массированные удары на тех участках, где ведут наиболее ожесточенные атаки их наземные войска. Фашистские самолеты не перестают бить по нашему переднему краю, чтобы проложить путь танкам. Каждая новая атака сопровождается массированным налетом бомбардировщиков и истребителей.

Но врагу, беспрерывно наращивающему силу своих ударов, все же не удается сломить стойкость наших частей. Наши летчики наносят сильные удары по ближним аэродромам противника, уничтожают крупные танковые колонны, направляющиеся на фронт, громят скопления вражеской пехоты, сжигают и поднимают на воздух склады с боеприпасами и горючим.

Штурмовики Н-ской авиачасти неожиданно напали на аэродром противника и уничтожили там 23 самолета. Через два дня штурмовики той же части застали в одном районе на заправке фашистскую танковую колонну. С одного захода наши летчики подожгли 25 танков и 6 автоцистерн. Заправиться немецким танкистам не удалось. Штурмовик во главе с Героем Советского Союза тов. ШЕВЧЕНКО совершил внезапный налет, разгромили крупное скопление немецких автомашин.

Напряженные бои в воздухе продолжаются.

Наступление врага не застало врасплох и наших артиллеристов. Значительная часть вражеской артиллерии и минометов была подавлена в первые же часы сражения. Одна наша артиллерийская часть за два дня боев уничтожила 80 танков, в том числе 35 «Тигров».

Известно немало случаев, когда истребители танков подпускали к себе вражеские машины на 100-150 метров и расстреливали их в упор. Наводчик ФУРМАНОВ подбил два танка, хотя в орудии было повреждено прицельное приспособление. Один истребитель-артиллерист, улучив момент, когда «Тигр» переваливал через препятствие, поразил тяжелый немецкий танк, в самое уязвимое место – в днище.

Всюду отмечается хорошая согласованность огня нашей артиллерии разных видов.

 

ДЕЙСТВУЮЩАЯ АРМИЯ. 12 июля.

Выдержки из «ИЗВЕСТИЯ» от 13.7.43 г.

 

---

 

П. ПАВЛОВЦЕВ.

 

ОЖЕСТОЧЕННЫЕ ТАНКОВЫЕ БОИ

БЕЛГОРОДСКОЕ НАПРАВЛЕНИЕ, 12 июля. (Спец. корр. ТАСС).

 

На одном из участков противник предпринял крупную атаку. Впереди пехоты двигалось около 100 вражеских танков. Создалась серьезная угроза на левом фланге Н-ской части.

Соотношение сил было неравным. В этот момент часть могла противопоставить 100 немецким танкам только 35. Но бой был принят, командир быстро разработал план стремительного контрудара. Сражение закончилось плачевным для неприятеля результатами. Оставив на поле боя 4 «Тигра» и несколько средних танков, противник вынужден был отступать.

Храбрость и инициатива, умение маневрировать и решительность – вот что помогло выиграть этот бой. Сержант КОЗЛОВ с первых же минут подбил неприятельскую машину. На выручку ей бросился второй немецкий танк. КОЗЛОВ искусно сманеврировал, уклонился от удара, а затем сам атаковал врага и подбил второй танк. Так же стойко сражались все наши танкисты.

Перегруппировав свои силы, противник с утра возобновил атаки, изменив направление удара. На этот раз немцы обрушились на населенный пункт, где держала оборону соседняя часть. На выручку пришли танкисты, получившие закалку во вчерашнем бое. Удачным маневром они оттянули на себя часть сил противника, а затем перешли в контратаку и отбросили немцев далеко назад. Взаимная выручка дала свои результаты – замысел врага был сорван.

Ни днем, ни ночью не прекращаются танковые бои. Подразделения Н-ской части в течение дня были несколько раз атакованы превосходящими по численности силами противника. Все вражеские атаки были отбиты. Особенно отличились в этих боях танкисты ПУСТЫНЦЕВ и БАУМАНОВ, уничтожившие по одному тяжелому немецкому танку «Т-6»-«Тигр», а командир третьей машины – ШЕЛЕШКО подбил три «Тигра».

 

«Комсомольская правда»

от 13.7.43 г.

 

---

 

Майор В. ДУБКОВ,

Спец. корр. «Красной Звезды»

 

УПОРНЫЕ КОНТРАТАКИ НАШИХ ТАНКОВЫХ ЧАСТЕЙ

 

На БЕЛГОРОДСКОМ направлении продолжаются упорные бои наших войск с пехотой и танками противника. Несмотря на то, что немцы несут в боях огромный урон, они не оставляют надежды на прорыв нашей обороны и всеми силами рвутся вперед. Части Н-ского соединения стойко отражают немецкие атаки и не дают возможности противнику расширить его клин. В последние дни обороняющиеся начинают все чаще предпринимать контратаки. Обычно на таких участках вспыхивают жаркие бои. Противник не выдерживает встречных ударов обороняющихся. Неся большие потери, он вынужден отходить или маневрировать в поисках других направлений для атак.

Контратаки наших частей усилились после того, как в бой были введены танковые подразделения. Советские танкисты за последние дни нанесли противнику ряд чувствительных ударов.

В районе двух высот, занятых нашими войсками, немцы сосредоточили крупные силы танков и пехоты. Эти высоты господствуют над окружающей местностью, и противник видимо решил любой ценой овладеть ими. Он предпринял несколько атак в направлении высот. В каждой его атаке участвовало по нескольку десятков танков и значительные силы пехоты. Бой длился целый день. Н-ская часть, сдерживая напор противника, наносила ему немалый урон, не позволяя прорваться к высотам.

Пока здесь шли бои, Н-ская танковая часть незаметно для противника вышла к нему на фланг. Танкисты быстро подготовились к активным действиям, заняли исходные позиции и одновременно на двух направлениях перешли в контратаку. Этот удар оказался для противника совершенно неожиданным. Несмотря на то, что фланг немцев прикрывался довольно крупными силами, они не выдержали удара наших танков и вынуждены были с потерями отойти на другой рубеж.

Фланговая контратака наших танков, естественно, отразилась благоприятно для обороняющихся на ходе боя в вершине немецкого клина. Противник сразу же ослабил там свои атаки. Н-ская часть предприняла в свою очередь контратаку и нанесла немцам серьезные потери.

На другом участке одна наша танковая часть, совместно с пехотными подразделениями и артиллеристами, отбила за день четыре ожесточенных вражеских атаки. Обстановка здесь сложилась так, что основная тяжесть ударов противника пришлась на долю танковой части. Немецкие атаки отличились большим упорством. На позиции обороняющихся шел первый эшелон вражеских танков. Ему навстречу выходила часть наших танков, а остальные вели огонь с закрытых позиций. Вспыхивал короткий бой, и противник вынужден был отходить. Но вскоре появлялась новая группа неприятельских танков. Опять начиналась артиллерийская дуэль и так повторялось несколько раз.

Как противник не старался сломить сопротивление наших танкистов, как он ни маневрировал, нащупывая слабые места обороны, ему не удалось прорваться в глубь ее. Наши танкисты провели долгий и тяжелый бой, но сумели все же удержать занятые позиции. Особенно сильные удары были нанесены противнику там, где лучше было организовано взаимодействие танков с артиллерией и пехотой. Например, на одном участке немцы потеряли около двух десятков танков, несколько самоходных орудий и большое количество пехоты.

 

Выдержки из «КРАСНОЙ ЗВЕЗДЫ»

от 14.7.43 г.

 

---

 

С. БЕССУДНОВ,

Военкорреспондент «Правды»

 

НА БЕЛГОРОДСКОМ НАПРАВЛЕНИИ

 

Наши части на БЕЛГОРОДСКОМ направлении с прежним упорством и стойкостью сдерживают наступление крупных сил пехоты и танков противника. Изматывая врага, советские войска превратили рубежи в крепость, о которую разбиваются все попытки немцев прорвать наши позиции. Враг судорожно мечется, кидается из стороны в сторону в поисках направления, наиболее доступного для прорыва.

На одном из участков немцы начали наступление прямо на север, вдоль одной дороги. За три дня упорных боев им удалось здесь незначительно продвинуться, но дальше они не прошли. Советская гвардия встала перед ними железной стеной. Тогда противник начал спешно окапываться и, одновременно изменив направление удара, кинулся на восток и северо-восток, но и здесь ему не удалось добиться успеха.

Сосредоточив на узком участке танковую дивизию, немцы решили прорваться на север. Пять раз мощными группами танков коварный враг атаковал позиции наших частей, но каждый раз отбрасывался назад. Потеряв здесь 600 солдат и офицеров и 19 танков, немцы прекратили дальнейшие атаки, решив действовать в другом направлении.

На этот раз противник рассчитывал нанести удар в направлении шоссейной дороги. Для того, чтобы обеспечить себе успех, немцы на узком участке сконцентрировали 100 танков и самоходных орудий, до полка пехоты, большое количество минометов и других огневых средств. Но и эта попытка прорваться к тактически важной магистрали окончилась неудачей. Враг потерял на этом участке большое количество живой силы и свыше 30 танков, среди которых значительную часть составляли «Тигры» из танковой дивизии «Мертвая голова».

Тысячи воинов-гвардейцев в этих боях еще раз проявили свою несокрушимую стойкость и мужество, свое возросшее мастерство. На одном из участков немцы двинули на наши позиции большую колонну танков. Командир батареи гвардии капитан ГРИГ хладнокровно выждал их приближение и, подпустив на короткую дистанцию, приказал расчетам открыть огонь. Первые снаряды разорвались впереди танковой колонны. Капитан ГРИГ мгновенно сделал поправку и второй залп батареи точно накрыл цель. Два танка сразу запылали.

Немцы бросили на наш передний край авиацию. Но и под жестокой бомбежкой, под ливнем снарядов вражеских танков гвардейцы-артиллеристы оставались на своих местах. Спокойно и сосредоточенно они посылали снаряд за снарядом, и на поле боя все увеличивалось число горящих немецких танков. Вот один танк, опередив другие, вырвался вперед. Минута промедления могла стать роковой. Но расчет комсомольца ВАСИЛЬЕВА вовремя остановил стальную громаду: точно посланный снаряд ударил в нижнюю часть корпуса танка. Танк, словно споткнувшись, неуклюже рванулся в сторону и встал боком. Вторым выстрелом его подожгли.

Бой все разгорался. Несмотря на свои потери, несмотря на губительный огонь нашей артиллерии, вражеские танки упорно лезли вперед. Немецкие бомбардировщики неистовствовали. Осколком разорвавшейся поблизости бомбы вывело из строя наводчика орудия. К панораме прильнул гвардии красноармеец ПОНОМАРЕНКО. Первым же выстрелом он поджег еще один танк. Другой, слишком зарвавшийся танк почти в ту же минуту приговорил к месту наводчик МУМИНОВ. Немецкие бронированные машины не смогли преодолеть огневую завесу, поставленную батареей капитана ГРИГА. Они повернули обратно. И до последнего мгновения, пока уцелевшие танки не скрылись за холмом – их и отхлынувшую вслед за ними вражескую пехоту провожали грозные залпы наших орудий.

Отражая эту танковую атаку, артиллеристы батареи капитана ГРИГА подбили и сожгли 10 немецких танков, в том числе 6 тяжелых.

В другом месте мастерски дрался с танками орудийный расчет под командой гвардии старшего сержанта СМОРОДИНА. В дни затишья артиллеристы много и усиленно занимались, готовясь к решающим боям. Они тщательно изучали уязвимые места тяжелого немецкого танка «Т-6» и способы борьбы с ним. Гвардейцы взяли себе за правило – никогда не выбирать огневые позиции на гребне высоты, около отдельного дома или на опушке леса, – словом возле резко выделяющихся ориентиров, где противник может легко обнаружить или предполагать присутствие орудий. Для артиллеристов стало законом – располагать пушки в стороне от пути вероятного движения вражеских танков и по возможности так, чтобы цель находилась под прямым углом к орудию. Это дает возможность вернее поражать танки. Строгое соблюдение этих правил помогло СМОРОДИНУ в одном ожесточенном бою подбить 3 и сжечь 4 танка.

Умело и самоотверженно ведут бой с немецкими танками наши танкисты. Отражая натиск большой группы противника, Н-ское танковое соединение только в одном бою подбило 34 вражеских танка, вынудив остальные отступать. За два дня боев танкисты гвардейского соединения уничтожили 6 немецких самолетов и 46 танков, в том числе несколько «Тигров».

Нельзя не рассказать о подвиге экипажа танка «Т-34» в составе командира машины гвардии лейтенанта БУТЕНКО, механика-водителя ЦЕЗАРЯ, командира башни старшего сержанта СЛИЧКИНА и стрелка-радиста старшего сержанта РЕДУГОВА. Танки противника вели из леса огонь по нашей перешедшей в контратаку пехоте. С ними вступила в бой группа наших танков. В первые же минуты БУТЕНКО огнем своей пушки поджег немецкий танк, другие экипажи вывели из строя еще несколько вражеских машин. Не выдержав, танки противника отошли в глубь леса. Тогда БУТЕНКО обходным маневром вошел на своей машине в лес и лицом к лицу столкнулся с немецкими танками. Дистанция была так мала, что открывать огонь оказалось невозможным.

Не долго думая, механик-водитель ЦЕЗАРЬ направил свою машину на ближайший неприятельский танк и ударом в борт протаранил его. Выскочивших из разрушенной машины гитлеровцев тут же расстрелял из пулемета старший сержант РЕДУГОВ. Воспользовавшись замешательством противника, ЦЕЗАРЬ лобовым таранным ударом вывел из строя второй немецкий танк.

Последний день недели ожесточенных боев не принес противнику никакого успеха. Он нигде не продвинулся ни на шаг.

 

«ПРАВДА»

от 15.7.43 г.

 

---

 

П. ПАВЛОВЦЕВ.

 

УПОРНЫЕ БОИ ЗА НАСЕЛЕННЫЕ ПУНКТЫ.

БЕЛГОРОДСКОЕ НАПРАВЛЕНИЕ, 14 июля /спец. корр. ТАСС/.

 

Бои на БЕЛГОРОДСКОМ направлении по-прежнему носят ожесточенный характер. Над полем сражения не смолкает шум моторов, грохот артиллерийской стрельбы и разрывов авиационных бомб наполняет воздух. Фашисты продолжают свои атаки колоннами танков, поддерживаемых самолетами. Советские войска не только стойко отбивают натиск фашистских полчищ, но в ряде мест сами успешно контратакуют противника.

Жестокая борьба шла за один хутор. Попытки неприятеля овладеть им потерпели неудачу. Наши бойцы удержали обороняемый рубеж. Борьба за хутор может служить прекрасным примером несгибаемой стойкости советских воинов. Бой начался в лесу перед хутором. Просочившись сюда, немецкие автоматчики под прикрытием танков сосредоточились для атаки. Капитан ДЗЮБИН приказал выбить немцев из леса. Бой продолжался несколько часов и закончился победой красноармейцев.

Вскоре фашисты возобновили свое наступление, но на этот раз на другом направлении. Теперь они атаковали позиции, обороняемые ротой старшего лейтенанта АФАНАСЬЕВА. Батальон немцев в сопровождении 15 танков наступал после сильной авиационной и артиллерийской подготовки. Численное превосходство врага не смутило наших бойцов. Они встретили гитлеровцев с железной выдержкой и обрушились на них всей силой своего огня. По фашистским танкам с дистанции в 200 метров ударили наши бронебойщики. Гвардии младший сержант ЛОБОВ с первого же выстрела подбил головной немецкий танк. Всего из противотанковых орудий и ружей бойцы подбили 7 фашистских танков.

Тем временем стрелки и пулеметчики, поддержанные минометчиками, расправились с гитлеровской пехотой. Поле боя устилалось трупами немцев. Потеряв 200 солдат и офицеров, вражеский батальон отступил.

Наши бойцы удвоили бдительность. Они знали, что враг не оставит своих попыток захватить хутор и готовит новые атаки. Прошло всего полчаса, и фашисты вновь полезли в бой. Теперь они наносили удар по левому флангу подразделения. Но замысел врага предвосхитил командир батальона. Это направление было наиболее угрожаемым и поэтому капитан ДЗЮБИН заранее укрепил его. Он выдвинул на левый фланг взвод бойцов, вооруженных противотанковыми ружьями и взвод станковых пулеметчиков под общим командованием лейтенанта САВЕЛЬЕВА. Перекрестный огонь пулеметов заставил немецкую пехоту залечь. Вырвавшиеся вперед 4 немецких танка были уничтожены бронебойщиками. Немцы, потеряв еще 100 человек убитыми, откатились назад.

Бой за хутор продолжался до глубокой ночи. Всего в этот день было отбито 12 атак фашистов. Как только враг накапливался для атаки, его маневр предотвращался и на угрожаемом участке немедленно приводились в боевую готовность все огневые средства. Мощный огонь их всех видов оружия, создавал стену, которая преграждала врагу путь вперед. Так железная стойкость бойцов, умноженная на их воинское мастерство, сделала позиции батальона, которым командует капитан ДЗЮБИН, неприступными для немцев. Овладеть хутором врагу не удалось.

Показательным является также бой за другой населенный пункт, расположенный на реке. После многочасовой и кровопролитной битвы фашистам удалось ценой больших потерь ворваться в село. Немцы тотчас подтянули сюда артиллерию и стали лихорадочно укрепляться. Врагу нельзя было дать времени для того, чтобы он мог создать прочную оборону. Но немцы вели сильный артиллерийский огонь и идти напролом значило понести большие потери.

Старший лейтенант ФЕДУЛОВ, внимательно изучая систему огня немцев, установил, что после 10-минутного артиллерийского налета немцев следовала пауза, которая, как правило, продолжалась 20 минут. Командование решило использовать это время для нашей неожиданной атаки. Когда после очередного огневого налета вражеские орудия замолчали, бойцы устремились вперед. Наступление велось одновременно с нескольких направлений.

Первыми преодолели двухсотметровое расстояние до окраин села бойцы-узбеки КОЗОДОЕВ, АБДУРАХМАНОВ и ДЖИЛГИЕВ во главе с сержантом САБИРОВЫМ. В это же время другая группа бойцов захватила переправу через реку. С севера на село наступало подразделение под командованием капитана ТОМИНА. Кольцо вокруг фашистов, оборонявших населенный пункт, сжималось. Немцы могли бежать из села только форсировав в брод реку. Но в тот момент, когда фашисты устремились к реке, поднялись в атаку наши бойцы и отрезали немцам и этот выход. Путь к реке для врага был закрыт, и теперь фашисты оказались в кольце.

Через два часа после начала боя населенный пункт был полностью очищен от фашистов и наши части снова укрепились в нем. В этом бою враг потерял только убитыми 400 солдат и офицеров. В числе захваченных нашими подразделениями трофеев – 6 орудий, 4 самоходных пушки, 7 радиостанций, склад с боеприпасами и 150.000 винтовочных патронов.

 

«КРАСНЫЙ ФЛОТ»

от 15.7.43 г.

 

---

 

П. ПАВЛОВЦЕВ.

 

ГЕРОЙСТВО СОВЕТСКИХ БОЙЦОВ

БЕЛГОРОДСКОЕ НАПРАВЛЕНИЕ, 14 июля /Спец. корр. ТАСС/.

 

Девятые сутки продолжаются упорные, ожесточенные бои с наступающими гитлеровцами. Десятые сутки днем и ночью наши танкисты, артиллеристы, пехотинцы, не зная устали, отражают натиск крупных сил противника. Тысячи трупов гитлеровцев валяется на русских черноземных равнинах и в оврагах. Много сотен танков, пушек, автомашин и самолетов недосчитывает враг в своих хваленых дивизиях.

Ожесточенный бой разгорелся за один укрепленный рубеж. Противник, бросив в этот бой более 100 танков и до полка пехоты, пытается с флангов прорваться на важную магистраль. Только за вчерашний день Н-ское соединение уничтожило на этом участке 70 танков и не пропустило врага. Сегодня бой разгорелся с новой силой. Уже в самом начале его было подбито и сожжено еще 60 немецких танков.

В этой ожесточенной борьбе каждый день и каждый час рождаются все новые бессмертные подвиги наших бойцов и командиров.

Гвардии лейтенант БЕССАРАБОВ подбил три «Тигра» и два средних танка. Один из «Тигров» шел прямо на огневую позицию БЕССАРАБОВА. Гвардеец подпустил танк на 60 метров и в упор расстрелял его. Бронированная машина запылала. Гвардейский танковый экипаж ШАЛАНДИНА из горящей машины сумел уничтожить два «Тигра» и один средний танк. Отличились в последнем бою красноармейцы роты НЕХОРОШЕВА. Немцы атаковали один важный рубеж. Артиллеристы отбили танковую атаку, однако до двух рот немецких автоматчиков сумели все же пробраться в глубину нашей обороны. Создалось угрожаемое положение. На выручку подоспели бойцы роты НЕХОРОШЕВА. Они закидали гитлеровцев гранатами, а потом ударили в штыки. На стороне немцев было двойное превосходство, однако мужество и отвага одержали верх. Большинство немецких автоматчиков было уничтожено, а оставшиеся взяты в плен.

Фашисты особенно упорно лезли на одну высоту. Гвардейцы-танкисты отбили все атаки противника. Экипаж комсомольца гвардии лейтенанта КОЛЮЖНОГО уничтожил в этом бою два «Тигра», экипаж коммуниста гвардии старшины МАНУКОВСКОГО – два средних танка, остальные экипажи – по одному. Командир роты РЕПНИКОВ подбил два тяжелых танка и одну немецкую самоходную пушку. Бронебойщики ТОЛСТОЙ и СИМИГОВСКИЙ днем подбили два «Тигра», а ночью пробрались к ним и подожгли их.

Все эти примеры, а их можно привести во много раз больше, говорят о возросшем воинском умении наших бойцов и командиров, об их непреклонной воле во что бы то ни стало разгромить ненавистного врага.

 

«КРАСНАЯ ЗВЕЗДА»

от 15.7.43 г.

 

---

 

Ю. ЖУКОВ

Военный корреспондент «Комсомольской Правды»

 

ЯРОСТЬ

 

Десять дней сводки лаконично сообщают, что на БЕЛГОРОДСКОМ направлении продолжаются упорные ожесточенные бои. Десять дней тысячи людей и тысячи боевых машин, столкнувшиеся грудь с грудью, броня с броней, ведут бой.

Вначале немцы полагали, что им удастся таранным ударом сразу вспороть нашу оборону и устремиться в глубину. В своем приказе от 3 июля, как показывает пленные, ГИТЛЕР поставил войскам задачу овладеть КУРСКОМ, к которому его танковые колонны должны были, по всем расчетам германского генерального штаба, выйти с севера и юга одновременно 7-го июля. Немцы рассчитывали на успех, и наступление их было начато с полным напряжением всех сил.

Вчера один артиллерист, в прошлом студент математического факультета, культурный юноша, таскавший в своей полевой сумке испещренный сложными выкладками конспект своей кандидатской работы, задуманной в канун войны, сказал мне, вытирая пот с загорелого лица: «Вы знаете, когда я в этой бессонной ночи оцениваю все то, чему мы с вами являемся свидетелями, мне вспоминается формула пружины – отличная, закаленная пружина, установленная на прочной основе: чем сильнее давление, которое она принимает на себя, тем мощнее ее ответная сила. Немцы забывают о многих элементарных формулах».

Артиллерист нашел удачное сравнение. Пружина, которую нажала мохнатая лапа немецкого зверя, сулит ему горе, он чует это и не смеет отнять лапу, хотя она дрожит уже от сильного напряжения. И хотя сегодня, как вчера и позавчера, немцы упрямо бросались в атаки, теряя новые и новые полки, им не удалось и на волосок приблизиться к осуществлению приказа ГИТЛЕРА.

Еще дымятся пепелища, еще не убраны многие трупы, лежат у колодца разбитые ведра, с которыми девушка шла за водой, стонет раненый теленок, которого отпаивает молоком пионерка в красном галстуке. Мимо идут усталые, запыленные стрелки, проезжают на быстроходных вездеходах артиллеристы, проходят тяжелым шагом истребители танков со своими длинноствольными противотанковыми ружьями, которые они несут, как цепы на молотьбу, оглядываются на сожженную школу, на прострелянные ведра, на свежие могильные холмики у дороги с короткими надписями: «Принял смерть от немецкой бомбы 9 июля 1943 года», «Прощай, мамочка, папа отомстит за тебя немцу», и густая человеческая ненависть отливает свинцом в глазах солдата. И он хорошо отвечает тебе на все вопросы односложно: «Уйди, не тревожь душу, дай злость до боя донести».

Эта ярость, оправданная, целеустремленная, разумная. Встречаешься с бойцами и офицерами нашей армии, ведущими уже десять суток страшные бои, и наглядно ощущаешь всю силу этой воинской ярости, воплощенной в живые фронтовые дела.

Наши читатели знают уже многих героев, чьи имена грянули в эти дни на БЕЛГОРОДСКОМ направлении фанфарными сигналами, – и танкиста Георгия БЕССАРАБОВА, который один только за день уничтожил три «Тигра», и артиллеристов БОГОМОЛОВА и КАЛИННИКА, которые уничтожили столько же «Тигров» огнем противотанковой пушки и скромную работницу продсклада ИЛЬЯСОВУ, которая, случайно оказавшись на поле боя, забралась в наш подбитый танк, перевязала раненого командира и открыла по врагу огонь из пулемета.

Вот нам довелось беседовать с БЕССАРАБОВЫМ. Тихий скромный паренек, даже немного застенчивый. В мирное время такие увлекаются изобретательством, пишут стихи, вырезают имена подруг на садовых скамейках. БЕССАРАБОВ был столяром и вовсе не мечтал о военной карьере. И вот он – укротитель «Тигров».

Бойцы рассказывали нам про одного пулеметчика, имени которого никто не догадался спросить, а потом мина разорвала бойца в клочки. Уж больно полюбился он солдатам, и они то и дело поминали его: «Помнишь, как тот пулеметчик, что на высотке». «Чем же он вам полюбился?», спросили у солдат, и один из них ответил: «Злость у него веселая была, товарищ начальник. Он их как пугнет, плюнет, выругается по-простому, по-фронтовому и улыбнется. Полезут они опять, он еще ленту заложит и опять ругнется, на руки поплюет и опять даст, и опять улыбнется. Так он со смехом их роты полторы положил».

Русский человек воюет именно так: свиреп, зол и в то же время с открытой душой. Он зол до последней степени, и ярость его туга, как тетива, но он никогда не позволит себе сорвать зло по пустякам, разрушить зря домик или перекопать двор окопом, когда можно открыть его немного в сторонке. Но когда он видит перед собой похожих на травяных тлей ползущих по земле немцев в зеленых мундирах, или грязно-бурые немецкие танки, вся его воля, все помыслы подчиняется одному – любой ценой уничтожить их и как можно больше.

Я пытался хотя бы коротко, в двух словах, конспективно записывать рассказы о подвигах, совершенных в эти дни. Хотелось хотя бы коротко упомянуть в газете о каждом, чтобы знали родные, близкие, как воюет дорогой им человек, но уже на третий день было видно, что сделать это немыслимо – так много удивительных подвигов совершает в эти дни фронт. Вот только часть этих заметок, уместившихся на одной страничке блокнота, а весь он исписан такими же записями.

… Ветеран гражданской войны КОЛЕСНИКОВ расстрелял все боеприпасы по наступающим танкам. Когда же «Тигры» подползли вплотную к его орудию, он обвязав себя противотанковыми гранатами, бросился под гусеницы немецкой тяжелой машины.

… Два танковых экипажа под командованием СИЛАЧЕВА и ДМИТРИЕВА подбили большое количество немецких танков.

… Рота под командованием тов. НЕХОРОШЕВА встретила удар двух рот немецких автоматчиков, прорвавшихся в глубину нашей обороны, и забросала немцев гранатами. Затем рота поднялась в штыки и истребила всех немцев, кроме восьми, которые были захвачены в плен.

… Наводчик ФУРМАНОВ подбил немецкий танк. Вдруг осколком снаряда сбило с орудия панораму. Он продолжал вести огонь, прицеливаясь по стволу и таким способом уничтожил еще два немецких танка. Прямым попаданием снаряда ФУРМАНОВ был убит. На его место без колебаний встал командир взвода.

… Когда немецкий «Тигр» перевалил через окопов, в котором сидели автоматчики, помощник командира взвода БЕКУСОВ приподнялся, швырнул гранату. Гусеница была поражена, «Тигр» начал вертеться на месте. Тогда БЕКУСОВ вслед за гранатой метнул в «Тигра» бутылку с горючей жидкостью, угодил прямо в моторное отделение. «Тигр» вспыхнул.

В сущности говоря, о каждом из этих фактов следовало бы написать отдельный подробный рассказ, но разве угонишься за событиями, которые развиваются так бурно и так стремительно. И разве расскажешь обо всем, когда буквально каждый час приносит сообщения о поистине небывалых подвигах. Ярость, целеустремленная, оправданная, могучая ярость вдохновляет наших бойцов и делает каждого из них богатырем.

Два с лишним года назад немцы бахвалились тем, что в их армии якобы собраны непобедимые солдаты, которым не страшны русские. Постепенно они начали соображать, с кем имеют дело на Восточном фронте. Сейчас, когда им еще раз крепко дали по морде, они еще сильнее заскулили.

Вчера на одном из участков перед нашим танком подняли руки сразу три фрица во главе с лейтенантом. Растерянные немчики бормочут комплименты русскому оружию. Ефрейтор – лысеющее, хитрое, небритое существо в зеленом мундире – говорит ломаным языком: «Когда наших десять, а ваш один, – побеждает ваш». Вчерашний бой, когда ваши танки обрушили на врага неожиданный мощный фланговый удар, так ужаснул этого фрица, что страх до сих пор живет в его взоре и он дрожит при одном воспоминании об этом бое.

Достаточно сказать, что только сегодня утром, когда немцы на одном из участков предпринимали контратаку силами в 60 танков, наши танкисты обрушили на них такой удар, что тут же 40 машин было уничтожено.

Бои идут жестокие, трудные. Здесь еще много немцев и много немецкой техники. Наши бойцы знают это и тем неукротимее их благодарная ярость, творящая чудеса.

 

«КОМСОМОЛЬСКАЯ ПРАВДА»

от 16 июля 1943 года.

 

---

 

Гвардии майор В. ЛЮБИМОВ

 

ГЕРОИ ТАНКОВЫХ БОЕВ

БЕЛГОРОДСКОЕ НАПРАВЛЕНИЕ, 16 июля /По телеграфу/.

 

В боях с вражеской пехотой и танками на БЕЛГОРОДСКОМ направлении, отличились танкисты одной части. Многие из них зарекомендовали себя в ожесточенных схватках с врагом, как подлинные герои.

Группа наших средних танков под командой старшего лейтенанта АВЕТИСЯНА вела яростный бой с превосходящими силами танков противника. Одна за другой загорались от метких снарядов вражеские машины. Наши танкисты тоже несли потери, но никто из них не отступил ни на шаг. Тогда немцы выпустили против наших танков свои тяжелые «Т-6».

Старший лейтенант АВЕТИСЯН решил опередить противника, вырвать у него инициативу. На своем танке АВЕТИСЯН смело ринулся навстречу ближайшему вражескому танку, с хода посылая в него снаряд за снарядом. После нескольких попаданий немецкий тяжелый танк загорелся.

Не теряя ни одной секунды, АВЕТИСЯН направил свою машину на другой танк. Ловко маневрируя, он сумел зайти неприятельскому танку во фланг и поджечь его. Воодушевленные примером своего командира, другие танкисты дружно ринулись в атаку, обрушив на противника всю мощь своего огня. Вражеские танки стали поспешно покидать поле боя. Но это удалось не всем: из 13 немецких танков лишь 5 смогли уйти, остальные 8 остались на месте – они были подбиты, или сожжены.

В момент, когда батальон вражеской пехоты при поддержке крупной группы танков вклинился на участке в нашу оборону, к месту боя прибыло танковое подразделение под командой старшего лейтенанта ОЛЕНЕВА. Танкисты с хода вступили в бой и сразу же отрезали танки противника от его пехоты. Разделившись, наши танки одной группой завязали бой с немецкими машинами, в то время, как другая группа гусеницами и огнем начала уничтожать вражескую пехоту. Немцы метались из стороны в сторону, ища спасения, но никто из них не ушел от расплаты. Весь батальон противника был уничтожен. Захваченные врасплох неприятельские танки пытались уйти обратно, но наши танкисты совместно с артиллеристами отрезали им путь отступления. Тогда немцы повернули в лощину и напоролись на минные поля. Часть вражеских танков взорвалась на минах, другие были подбиты танкистами.

 

«ПРАВДА»

от 17.7.43 г.

 

---

 

Ю. ЖУКОВ

Военный корреспондент «Комсомольской Правды»

 

ЗА ДВА ДНЯ – ПЯТЬ «ТИГРОВ»

 

Удивительные военные успехи, достигнутые молодым танкистом БРАЖНИКОВЫМ во время двух последних сражений, не вскружили ему голову. К ним он относился, как к чему-то совершенно естественному, а по секрету друзьям признался, что они для него самого в некоторой мере оказались неожиданными. Трудно было заставить себя принять первый бой с «Тигром». А когда увидел своими глазами, как он горит, ну тут все, тут одно только чувство охотника остается: ищи, лови на прицел и бей во славу Кубани!

– Ах, вот оно что! Так вы кубанец, – сказал ему командир. Казачью удаль сразу видать.

БРАЖНИКОВ немного смутился и как будто даже обиделся.

– Удаль-то тут при чем? Наше дело техническое, индустриальное. Тут точность требуется. Точность и расчет, а главное, время, секундное дело. Или ты «Тигра» опередишь или он тебя. Кто выиграл секунду – тому жить, кто проиграл – тому в ямке лежать. Очень даже простая арифметика.

… Батальон, в котором служит БРАЖНИКОВ, с разгона влетел на окраину знакомой деревни, растянувшейся над оврагом по берегу ручья. Здесь танкистам была знакома каждая хата, – они без малого три месяца прожили рядом, подружились с колхозниками. Теперь в эти сады танкисты взлетели на горячих, дышащих нефтяным чадом машинах. Деревня стала фронтом. Густая, тяжелая злоба влилась в души танкистов.

Внутри машины БРАЖНИКОВА, ставшей у хаты в садике, было тихо: говорить никому ни о чем не хотелось, но каждый понимал, что уйти отсюда – значит опозориться. Уж лучше драться до последнего.

Немецкие танки не заставили себя долго ждать. Было около полудня, когда они поползли с села, точно саранча, сплошным потоком. Одновременно с неба ударила авиация. Откуда-то из глубины начала яростно бить артиллерия. Село на глазах у танкистов переставало быть селом, оседая, рассыпаясь, превращаясь в груды измельченной глины, соломы, битого кирпича. Танкисты отвечали на огонь огнем. То там, то здесь загорались вражеские машины, и до небес вставал густой бурый дым. Башенный стрелок СУРОВ с волнением сказал:

– Товарищ командир, вон там, в лесочке, у сарая, «Т-3».

БРАЖНИКОВ припал к прицелу. Точно, близ сарая стояла хорошо знакомая немецкая машина с короткой пушкой. С такими разговор недолгий. Еще прошлой зимой БРАЖНИКОВ истребил семь немецких танков. Первый снаряд угодил в сарай, зажег его, второй расшиб «Т-3». Это была, конечно, победа, но она не остудила сердца БРАЖНИКОВА. С волнением он думал о том, что впереди еще многие десятки машин и, самое главное, таинственные, неприступные «Тигры», которые он до сих пор видел только на картинках. Тут же снова раздался голос СУРОВА:

– Товарищ командир. Вот там, в сад, сдает задней скоростью «Т-6».

БРАЖНИКОВ встрепенулся: да, впереди, в каких-нибудь четырехстах метрах, медленно, пятясь, вползал в сад, чтобы замаскироваться в нем, тяжелый неповоротливый «Тигр».

– Бронебойным заряжай, – скомандовал БРАННИКОВ и медленно-медленно, стараясь работать как можно точнее, навел орудие на ходовую часть «тигра». Где-то внутри копошилось суеверное чувство, а вдруг он и в самом деле неуязвим. Выстрел. Снаряд ударил как будто бы точно по цели, но «Тигр» продолжал ползти. Сердце БРАЖНИКОВА екнуло, но он скомандовал тем же четким голосом:

– Бронебойным заряжай.

Второй снаряд тоже как будто бы попал в цель, угодив ближе к корме. Но проклятый «Тигр» полз все дальше. Машина БРАЖНИКОВА легко маневрировала в садах и обнаружить ее «Тигру» не удалось. Третий раз прозвучала команда.

– Бронебойным заряжай!

БРАЖНИКОВ заметил, что башенный стрелок был бледен, и подумал, что и сам он, наверное, выглядит не лучше, но пушку навел с той же тщательностью. На этот раз зловещая игра оборвалась. Над «Тигром» взметнулся огневой столб, и механик ФИЛИППОВ вскричал ломким, срывающимся от радости голосом:

– Горит!

Только тут БРАЖНИКОВ отшатнулся к стенке башни, перевел дух и провел рукой по мокрому, грязному лбу, словно отгоняя страшное наваждение.

– Прямо на дороге танки.

Впереди, прямо по шоссе шли гуськом «Тигры». Они тянулись от деревни куда-то на запад. «Тигров» было пять, за ними шло много средних танков. БРАЖНИКОВ быстро оценил обстановку, и у него захватило дух от волнения. Ему представлялась редчайшая, исключительная возможность нанести фланговый удар на дистанции каких-нибудь 350-400 метров целой колонне «Тигров». Правда, на стороне противника подавляющий численный перевес, но зато в союзе с нашими танкистами внезапность.

Атаковать! Других решений быть не может. И, приняв на себя «Тигров», БРАЖНИКОВ подал остальным танкистам сигнал бить по средним танкам.

Дальше события развертывались в таком напряженном темпе, что о них трудно рассказывать… Можно будет сказать одной фразой, как и было сказано в донесении.

«Лейтенант БРАЖНИКОВ уничтожил четыре танка «Т-6» типа «Тигр». Товарищи, наблюдавшие за ходом этого боя, так и припоминают. В течение нескольких минут загорелись 4 «Тигра», а потом вспыхнул наш танк.

«Тигры» двигались в затылок друг другу. Первый шел в почтительном отдалении, и БРАЖНИКОВ его сгоряча не заметил. Именно поэтому он поплатился своей машиной. Остальные располагались плотнее друг к другу. Выдвинув башню из-за ската лощины, он послал снаряд головному «Тигру». Результата не было. «Тигры» продолжали двигаться по своему маршруту. Видимо, их экипажи не замечали, какая опасность им грозит. Бражников переменил позицию и снова ударил по головной машине. Еще снаряд и еще. Четвертым он зажег, наконец, головную машину и тут же, мгновенье спустя, ударил по второй.

«Тигры» быстро развернулись и их длинноствольные пушки вытянулись вперед, словно пальцы слепых, нащупывающих дорогу. Они начали часто бить по гребню высоты, взбивая мелкую пыль, прячась в ее облаках. В этой пыли БРАЖНИКОВ и остальные экипажи, охотившиеся за немецкой колонной, лихо маневрировали и били по шоссе. Второй танк удалось зажечь со второго снаряда. Разгоряченный потный БРАЖНИКОВ торопил башенного стрелка, не успевшего заряжать. К ним протиснулся со своего места радист, помогавший стрелку. Он ловко бросал ему в руки снаряд, а стрелок заряжал. Третий «Тигр» вспыхнул с первого же попадания, четвертый тоже, с первого. Упоенный победой, которая давалась с такой небывалой легкостью, БРАЖНИКОВ хотел было перевести дух, как вдруг, взглянув вперед, похолодел, – на него в упор глядело страшное, немигающее око «Тигра». Пятая машина, не замеченная им, уже развернулась на дороге, засекла вспышки, и теперь длинная, страшная пушка жадным жерлом своим впилась в машину БРАЖНИКОВА, чуть-чуть возвышавшуюся над гребнем высоты.

– Заднюю скорость! Заряжай! – сдавленным голосом скомандовал лейтенант, и в ту же секунду натренированный водитель рванул машину в спасительное укрытие. Но все-таки на какую-то долю мгновенья он опоздал. Раздался страшный удар. В башне полыхнуло пламя, и сразу стало нечем дышать. БРАЖНИКОВ понял, что с его машиной все кончено и громко позвал товарищей. К счастью, отозвались все. Им снова повезло. С силой открывая люки, танкисты выскакивали из горящей машины и быстро отползали в сторону, остерегаясь неминуемого взрыва.

И вот БРАЖНИКОВ рассказывает командиру и своим друзьям… Ероша упрямый казачий чубчик, перебирает в памяти детали этой молниеносной, поразительной схватки. Что же, в конце концов, обеспечило ему победу? Удача? Конечно и удача. Но прежде всего искусство, настоящее военное искусство, которым в совершенстве овладел этот танкист. Он, конечно, находился в выгодных условиях, когда оказался внезапно рядом с «Тиграми», двигавшимися боком к нему. Но ведь для «тигров» было нетрудным делом развернуть башни и ударить разом из пяти мощных пушек по его машине. Стало быть, БРАЖНИКОВ должен был решить труднейшую задачу – выиграть состязание во времени, – по мгновеньям на «Тигра» – выиграть ту крохотную долю секунд, за которой лежит ключ к победе.

 

«КОМСОМОЛЬСКАЯ ПРАВДА»

от 24 июля 1943 года.

 

---

 

П. ПАВЛОВЦЕВ,

Спец. корр. ТАСС.

 

ПРОРЫВ ВРАЖЕСКОЙ ОБОРОНЫ

 

Бои не затихают ни днем ни ночью. Противник, несмотря на большие потери, часто бросает в контратаки крупные силы пехоты и танков. Ломая сопротивление врага, наши части пробиваются вперед. Подразделения Н-ской части после ожесточенного боя заняли один населенный пункт, у которого немцы сопротивлялись особенно упорно.

После трехчасового напряженного боя подразделения другой части также овладели населенным пунктом, являвшимся узлом сопротивления врага.

На одном участке немцы закопали в земле 18 своих танков, превратив их в неподвижные огневые точки. Огонь танков должен был, по замыслу фашистского командования, преградить советским войскам путь к опорному пункту. Советские артиллеристы и танкисты при поддержке авиации преодолели этот огневой заслон и пробили брешь. В эту брешь устремилась наша пехота. Завязался уличный бой, в котором судьбу опорного пункта решила стремительность наших воинов, бесстрашно ворвавшихся в траншеи и ДЗОТы врага.

В прорыве немецкой обороны, в разгроме опорных пунктов врага немалую роль играют штурмовые группы, состоящие из стрелков, автоматчиков, бронебойщиков, саперов, связистов. Эти небольшие, но хорошо подобранные отряды действуют особенно решительно и смело. Штурмовая группа под командованием младшего лейтенанта ИВАНОВА, преодолев 800 метров простреливаемого фашистами участка, ворвалась в немецкие траншеи и завязала рукопашный бой. Немцы не могли долго удержать своего рубежа и отступили, оставив значительную часть своего оружия. Заняв траншеи, красноармейцы тотчас же закрепились в них, и, когда враг попытался вернуть рубеж, они ударили по гитлеровцам из всех видов оружия. Огнем штурмовой группы было истреблено 35 фашистов, разбито 3 станковых и 3 ручных пулемета, подавлен огонь двух минометных батарей. Штурмовая группа сражалась целые сутки, но завоеванного рубежа не отдала.

 

«ТРУД»

от 25.7.43 г.

 

---

 

Ю. ЖУКОВ

Военный корреспондент «Комсомольской правды»

 

В ЗАСАДЕ У ТАНКИСТОВ

 

Эта развилка в течение многих дней была объектом самых яростных атак немцев.

Они обрабатывали бомбами этот клочок земли с особенным упорством, им казалось – стоит снести с лица земли стоящую на пути деревушку и сразу откроется выход к перекрестку. Но вот деревушки нет, а немцы сегодня дальше отсюда, чем вчера и позавчера.

От края одной воронки до края другой – три-пять метров. Тянутся они сплошной чертой во все стороны далеко-далеко. Домов нет – ни одного дома, только кое-где обломки печей, размолотой щепы, нехитрый крестьянский скарб, измочаленные самодельные куклы, пробитые осколками буквари, на задах деревни – убитая лошадь, запряженная в плуг, блестящее лезвие которого еще не успела тронуть ржавчина. Мертвых людей успели похоронить, но на земле там и сям сохранились страшные багровые пятна.

Если из этой деревни пройти еще несколько шагов, то при большом напряжении зрения можно различить едва-едва выглядывающие из ржи длинноствольные башни мощных советских танков. Они разбросаны по полю, тщательно замаскированы. Там, впереди, лежит пехота. Она готова принять в любую минуту удар немецких танков. Но если фашистским машинам удастся перевалить через вот ту высотку, то орудия гвардейских танковых войск генерала КАТУКОВА немедленно заговорят, и горе тому немцу, который выскочит на гребень. Эти орудия никогда не дают промаха.

Первой ротой сейчас командует лейтенант ЛАЗЕЙКИН, совсем еще молодой человек, русый, кареглазый, веснушчатый, с непокорным вихром, вылезающим из-под пилотки – жарко в июле носить тяжелый шлем.

Там уже рассказывали, что лейтенант ЛАЗЕЙКИН со своим танковым взводом, – ротой он командует всего несколько дней, – успел в первые же дни немецкого наступления уничтожить 15 вражеских танков. На его собственном счету 3 «Тигра», 4 средних танка, самоходная пушка и 6 автомобилей. Расчетливый и хитрый командир, ЛАЗЕЙКИН все время действовал методом подвижных засад. Именно поэтому он добился таких поразительных результатов и при этом сумел сохранить свою машину.

Обычно бывает, ЛАЗЕЙКИН крайне скупо, конспективно рассказывает о своих победах.

– Ну, что ж, собрались по тревоге вечером пятого. Через восемь минут рота ушла на исходные рубежи. Шли ночью. Отставших не было. Позиции заняли в лощине, замаскировались, ждем. Мой взвод впереди. Задача – встретить огнем подход немецких танков в деревне «Л». К вечеру показались «Тигры». Порядочно их было. С ними самоходные пушки, танкисты их «Змеями» зовут, – еще средние танки, в общем всего до дьявола, значит штук шестьдесят. Ну, дали им огонька, постреляли-постреляли – они и ушли. Ничего тут такого интересного не было.

– Но, позвольте, ведь у вас только взвод был?

– Ну да, три машины – три против 60?

– Ну, а что ж тут такого? На то мы и в засаде сидели. Вот пойдет сюда немец сейчас, разве он поймет, сколько тут у меня машин во ржи. Дашь отсюда, сменишь позицию, дашь оттуда, потом оттуда – у него и шерсть дыбом встанет, подумает тут нас целая бригада во ржи. Ну вот, а на следующий день, конечно, дела пошли веселее. Тут мы их с фланга били. А Тигра бить с фланга самое интересное занятие.

ЛАЗЕЙКИН загорелся. В его острых карих глазах блеснул азарт. Теперь он говорил горячо. В нем проснулось профессиональное чувство танкиста, который всегда говорит о машинах противника, как о звере, на которого он охотится.

Наша рота заняла рубеж на левом фланге, у высоты. Закопались, замаскировались, ждем. Так и есть: ползут. Мы насчитали штук 16 машин. Врать не буду, сколько среди них «Тигров», не помню, но все таки были. У них тактика такая: «Тигр» идет впереди, как вожак, а за ним все стадо. До них километра полтора, они нас, конечно, не видят, бить неудобно: целься только поточнее. Открываем огонь. Первым снарядом на таком расстоянии понятно, попасть трудно, да и вторым и третьим. Ну, я все-таки четвертым угодил ему в борт и зажег. Что я тут чувствовал, расписывать не буду. Сами поймете, – не простое это дело «Тигра» убить. Тут и мои товарищи огонь вели. Пока немцы разобрались, откуда огонь, мы пять тяжелых машин и подожгли, остальные ушли обратно.

Ну вот, сидим мы тихо, вот как сейчас, но понимаем: этим дело не кончено, фриц упрям, он никогда с одного раза свой план не бросит. Прошло минут сорок. Слышим опять едут. Ну, снаряды у нас были, значит, думаем, дадим им прохода. Смотрим, выползает сразу штук 60. Впереди «Тигры», а у них, надо вам сказать, такая тактика, – «Тигры» лезут вперед и ждут, чтобы мы огонь по ним открыли. У кого нервишки послабее, пульнет с дальней дистанции. Они засекут вспышку и будь здоров, прощайся с машиной. Ну, мы не из пугливых. Выждали момент, а потом, как дали огонь – кто сколько мог! Немцы сейчас же авиацию вызвали. Налетели самолеты, как осы, сыплют бомбы, словно из мешка и куда не видят, в общем тут было дело. Мне после этого боя засчитали одного «Тигра» и два средних танка.

Так, перебирая в памяти бой за боем, ЛАЗЕЙКИН пересчитал все подбитые им машины. Его боевые товарищи, участвовавшие в этих боях, внимательно слушали рассказ, вставляли свои реплики, замечания, и перед нами вставала все более полная картина сражений полка. Именно метод засад и подвижных маневренных групп, родившийся без малого два года назад в боях под ОРЛОМ, во многом решил успех нынешних боев на БЕЛГОРОДСКОМ направлении.

Какие же новые тактические особенности, приемы немцев должен учитывать танкист, впервые вступающий в бой нынешним летом? Чему научили ЛАЗЕЙКИНА и его товарищей опыт 10-ти дневных боев? На эту тему танкисты говорят охотнее, чем о подвигах. И, когда слушаешь их, снова испытываешь ощущение, что война давно перестала для них быть чрезвычайным явлением, что за эти два с лишним года, они стали настоящими профессионалами военного дела и всякие следы их прежних гражданских специальностей стерлись. О войне они толкуют, как, скажем, инженеры толкуют о производстве.

Главное для танкиста, действующего из засады, выдержка, точность, умение нанести удар наверняка. И ЛАЗЕЙКИН, и ГРАЧЕВ, и другие танкисты, отличившиеся в эти дни, единодушно говорят: «Лучше подпустить «Тигра» поближе, но зато влепить снаряд в его шкуру точно. Ударил – меняй немедленно позицию. Только отъедешь, на старом месте немедленно разорвется снаряд противника. Он тоже не глуп. Он внимательно следит за вспышками. С нового места снова бей».

Исключительное значение имеет маскировка, притом умелая маскировка. Грош цена тому танкисту, который, навалив на машину ворох сена или веток, успокаивается и думает, что его машина уже в безопасности.

Много толковали танкисты о том, как важно бдительное наблюдение из засады. Немецкие танкисты часто хитрят, пускаются на разные уловки, лишь бы обмануть нас. Бывают такие, к примеру случаи: выползает на гребень высотки десяток «Тигров» и останавливается, вызывая на себя огонь. Наши танки, артиллерия начинают бить по ним. А в это время один из «Тигров» под шумок сползает в лощинку, пользуясь тем, что все внимание приковано к основной группе и подкрадывается к танкам, находящимся в засадах, чтобы нанести им коварный удар с тыла или фланга.

И решающее значение, конечно, имеет для танкиста умение владеть пушкой артистически, чтобы ни один снаряд не прошел мимо цели. Выстрелить наугад, или промедлить с установкой прицела – значит поставить под удар собственную голову. Надо уметь метко бить и с места, и с хода, и в сумерках. Бывалые танкисты советуют заранее ставить наиболее вероятный прицел на девятьсот-тысячу метров, а затем при приближении немецких танков регулировать по высоте: большая дистанция – целься по башне, меньше дистанция – целься под брюхо. Такой способ облегчает молодому, необстрелянному танкисту работу в решающие минуты боя.

Долго толковал ЛАЗЕЙКИН с товарищами. Речь шла о многих предметах порой забывалось, что, в сущности, в любую минуту эта короткая передышка может оборваться. И тогда танки, выглядевшие весьма мирно в своих нарядах из колосьев, снова заговорят убедительным языком огня.

Танкисты были настроены очень добродушно. Вспоминали о МОСКВЕ, интересовались положением дел в СИЦИЛИИ, снова и снова просили прочесть вслух оперативную сводку Информбюро. Но на башнях машин дежурили стрелки, и сами командиры неизменно обращались лицом к противнику независимо от того, что они были заняты и о чем шел разговор. Когда же мины начинали падать чаще, чем обычно, и где-то вдалеке начинали реветь моторы, на веснушчатое лицо ЛАЗЕЙКИНА ложилась легкая тень, и он еще пристальнее начинал всматриваться в горизонт.

Опасно озираясь в сторону неприметной с виду пустынной улицы, окаймленной двумя рядами разрушенных печей и цветущих палисадников, невидимые танкисты, невидимые стрелки из противотанковых ружей, невидимые артиллеристы и невидимая труженица войны – пехота – продолжали бодрствовать, продолжали пребывать в постоянной готовности номер один. Пахла гарью, пеплом, мясом, но постепенно над всеми запахами вновь забирал силу все тот же здоровый и крепкий дух летнего цветения. Медяные травы густо наступали на деревню. Маки тянули к солнцу свои красные, белые, лиловые чашечки. Наливались соками широкие диски подсолнуха. Земля, обильно напоенная дождем и кровью, торопливо гнала вверх молодые побеги. Может быть, снова и снова война растопчет их, но даже «Тиграм» не под силу остановить, оборвать жизнь.

 

Белгородское направление.

«Комсомольская правда»

от 25.7.1943 года.

 

---

 

ЛИКВИДАЦИЯ ОРЛОВСКОГО ПЛАЦДАРМА НЕМЦЕВ И ВЗЯТИЕ СОВЕТСКИМИ ВОЙСКАМИ ГОРОДОВ ОРЛА И БЕЛГОРОДА

 

В результате упорных наступательных боев войска Брянского фронта, при содействии с флангов войск Западного и Центрального фронтов разгромили отборные части немецкой армии, сосредоточенные германским командованием в районе ОРЛА, ликвидировали ОРЛОВСКИЙ плацдарм врага и 5 августа заняли город ОРЕЛ, в течение почти двух лет находившийся в руках немецких оккупантов. В этот же день, 5 августа, войска Степного и Воронежского фронтов прорвали фронт противника и овладели городом БЕЛГОРОД.

Вся эта операция, блестяще осуществленная Красной Армией по плану Верховного Главнокомандования, распадается на два этапа:

1. Успешная ликвидация нашими войсками летнего наступления немецко-фашистских войск, начатого 5 июля с.г. на ОРЛОВСКО-КУРСКОМ и БЕЛГОРОДСКО-КУРСКОМ направлениях с целью окружить и уничтожить советские войска, находящиеся в КУРСКОМ выступе, и занять КУРСК.

2. Успешное наступление Красной Армии на ОРЛОВСКОМ и БЕЛГОРОДСКОМ направлениях, завершившееся поражением ОРЛОВСКОЙ и БЕЛГОРОДСКОЙ группировки противника и занятием нашими войсками городов ОРЛА и БЕЛГОРОДА.

 

ПЕРВЫЙ ЭТАП БОЕВ.

ПРОВАЛ НЕМЕЦКОГО НАСТУПЛЕНИЯ НА ОРЛОВСКО-КУРСКОМ И БЕЛГОРОДСКОМ НАПРАВЛЕНИЯХ.

 

С утра 5 июля крупные силы танков и пехоты противника при поддержке многочисленной авиации, перешли в наступление на ОРЛОВСКО-КУРСКОМ и БЕЛГОРОДСКОМ направлениях. Накануне ГИТЛЕР издал приказ, в котором говорилось, что «Германская армия переходит к генеральному наступлению на Восточном фронте», что удар, который нанесут немецкие войска, «должен иметь решающее значение и послужить поворотным пунктом в ходе войны» и «что это последнее сражение за победу Германии».

Немецкая армия, предприняв «решающее сражение», израсходовав огромное количество людской силы, танков, орудий, самолетов, не только не добилась оперативных, но и не добилась даже тактических успехов. Более того, наши войска, перемолов дивизии врага, брошенные в наступление, сами нанесли ответный мощный удар по наступающей армии противника. Советские войска, действующие на ОРЛОВСКО-КУРСКОМ направлении, уже к 17 июля полностью восстановили положение, занимаемое ими до начала немецкого наступления, то есть до 5 июля 1943 года. Советские войска, действующие на БЕЛГОРОДСКОМ направлении, развивая контрнаступление, к 23 июля вышли на рубежи, которые они занимали до начала немецкого наступления, то есть до 5 июля 1943 года.

Таким образом, летнее наступление немецких войск, на которое гитлеровцы возлагали большие надежды, провалилось. Красная Армия развеяла созданную гитлеровцами сказку о том, что лето якобы является сезоном успехов и побед немецкой армии, а советские войска летом вынуждены будто бы находиться в отступлении.

В бесплодных попытках завладеть КУРСКИМ плацдармом и тем самым подготовить условия для наступления с ОРЛОВСКОГО плацдарма на МОСКВУ, немецко-фашистские войска, за время с 5 по 23 июля, потеряли 2.900 танков, 1.039 орудий, из них 195 самоходных, 1.392 самолета, свыше 5.000 автомашин и более 70 тысяч солдат и офицеров убитыми. Так окончилась очередная авантюра гитлеровцев.

 

ВТОРОЙ ЭТАП БОЕВ.

УСПЕШНОЕ НАСТУПЛЕНИЕ СОВЕТСКИХ ВОЙСК НА ОРЛОВСКОМ И БЕЛГОРОДСКОМ НАПРАВЛЕНИЯХ.

 

Советские войска не только сорвали летнее наступление немцев, но и сами перешли в решительное наступление против группировок вражеских войск, расположенных в ОРЛОВСКОМ выступе и в районе БЕЛГОРОДА, нанеся немцам тяжелое поражение.

Немецкое командование придавало ОРЛУ огромное значение. Гитлеровские генералы рассматривали ОРЕЛ, как плацдарм для наступления немецких войск на МОСКВУ и, в то же время, как бастион немецкой обороны на центральном участке фронта.

За двадцать два месяца своего пребывания в ОРЛЕ немцы превратили ОРЛОВСКИЙ плацдарм в мощный укрепленный район, создали здесь глубоко эшелонированные долговременные оборонительные сооружения, опиравшиеся на многочисленные водные рубежи. Еще только на днях немецкая печать и радио объявили ОРЕЛ символом незыблемости германской обороны.

Советские войска, расположенные севернее, восточнее и южнее ОРЛА, 12 июля перешли в решительное наступление в общем направлении на ОРЕЛ. Немецкое командование приказало своим войскам, оборонявшим ОРЛОВСКИЙ выступ, не отступать ни на один шаг и сражаться до последнего солдата. В район ОРЛА непрерывно прибывали подкрепления из Германии, спешно перебрасывались войска с других участков советско-германского фронта.

Выполняя приказ Верховного Главнокомандующего, Красная Армия, несмотря на проливные дожди и бездорожье, преодолевая упорное сопротивление противника, неуклонно продвигалась вперед, прорвала на всю глубину немецкие оборонительные линии и 5 августа после ожесточенных уличных боев овладела городом ОРЕЛ.

На БЕЛГОРОДСКОМ направлении наши войска 4 августа перешли в наступление, прорвали оборону противника и, нанеся поражение немцам, овладели городом БЕЛГОРОД.

За время боев наших войск на ОРЛОВСКОМ направлении с 24 июля по 6 августа и на БЕЛГОРОДСКОМ направлении с 4 по 6 августа наши войска уничтожили солдат и офицеров противника свыше 50.000, самолетов – 1.100, танков – 1.705, орудий всех калибров – 584, автомашин – 6.000.

Всего за месяц боев на ОРЛОВСКОМ и БЕЛГОРОДСКОМ направлениях с 5 июля по 6 августа Красная Армия нанесла противнику следующие потери: убито солдат и офицеров 120.000, подбито и уничтожено танков – 4.605, орудий – 1.623, автомашин – 11.000, сбито самолетов – 2.492.

За это же время наши войска захватили танков – 521, орудий разного калибра, в том числе самоходных, – 875, пулеметов – 2.521, разных складов – 325. Взято в плен 12.418 немецких солдат и офицеров.

Таким образом, Красная Армия, выполняя план Верховного Главнокомандования, за месяц боев ликвидировала наступление немцев на КУРСК, нанесла крупное поражение группировке отборных немецко-фашистских войск, ликвидировала ОРЛОВСКИЙ плацдарм врага и освободила от немецких захватчиков города ОРЕЛ и БЕЛГОРОД.

Провал летнего наступления немцев и поражение немецких войск под ОРЛОМ и БЕЛГОРОДОМ говорят о том, что Красная Армия в условиях лета сумела не только закрепить, но и развить свои наступательные успехи.

Теперь окончательно рухнули надежды немцев и их прихвостней на благоприятный поворот военных действий в условиях лета.

Тем самым разоблачена сказка немцев о том, что будто бы советские войска не в состоянии вести летом успешное наступление.

Успешные боевые действия Красной Армии приковали к советско-германскому фронту все основные силы гитлеровской армии, лишили немецкое командование возможности свободно маневрировать войсками и тем самым создали еще более благоприятные условия для развертывания активных наступательных военных действий наших союзников на континенте Европы.

Таковы итоги месяца летних боев на советско-германском фронте.

 

«Известия»                              СОВИНФОРМБЮРО

 

---

 

П. СКВЕРНЮКОВ

П. ПАВЛОВЦЕВ

 

БОЙ НА КУРСКОЙ ДУГЕ

В ОЦЕНКЕ ИНОСТРАННОЙ ПЕЧАТИ

 

Грандиозная битва летом 1943 года под КУРСКОМ привлекла внимание всего мирового общественного мнения.

За границей пристально следили за гигантской борьбой двух сил – немецкой и Красной Армий. Иностранная печать и радио широко комментировали эти бои, отмечая величайшую стойкость и возросшее мастерство советских войск. Немецкое наступление истолковывалось многими обозревателями и корреспондентами, как авантюра, отчаянная попытка улучшить безнадежное положение. В то же время в корреспонденциях неизменно подчеркивалась твердая уверенность в победу русского оружия.

Вот некоторые выдержки из-заграничных газет и радиопередач:

10 июля 1943 года радиостанция в Сан-Франциско передала:

«На Восточном фронте опять, как в течение последних двух лет, германские войска столкнулись лицом к лицу с Красной Армией. Однако на этот раз фронт является довольно коротким. Он простирается от ОРЛА к КУРСКУ и к БЕЛГОРОДУ. Сейчас на Восточном фронте немцы не могут противостоять силам Красной Армии. Германские войска несут небывало тяжелые потери. Если русским удастся отстоять КУРСК и БЕЛГОРОД, это будет крупнейшей победой, хотя она и будет получена дорогой ценой.

В настоящий момент нет даже признаков ослабления военной мощи или боевого духа советских войск. Россия стала значительно более сильной в течение последнего года. Моральное состояние ее народа, ее армии находится на очень высоком уровне. Ненависть к тем, кто вторгся в пределы Советского Союза, растет в советском народе с каждым месяцем.

Сейчас на Восточном фронте происходят события, которые очень напоминают военные действия, происходившие во Франции в 1918 году, во время последнего наступления немцев против маршала ФОША. Как известно, в то время немецкие войска предприняли наступление, которое в начале произвело впечатление достаточно мощного. Однако, при очень больших потерях немцы в то время не достигли каких-либо решающих результатов и очень быстро окончательно подорвали свои силы.»

Московский корреспондент английской газеты «Сэнди Таймс» Александр УОРС передал 10 июля в свою редакцию телеграмму следующего содержания:

«Происходящие в настоящее время операции в районе КУРСКОГО выступа с полным правом можно назвать величайшей битвой этой войны. Прежде всего, это самая интенсивная битва танков, которая когда-либо имела место…

… Большая часть германских танков, наступающих на русских, в настоящий момент является тяжелыми танками типа «Тигр». Это наиболее усовершенствованный тип германских танков. Во всяком случае, главный вопрос упирается в настоящее время не в количество германской техники, а в храбрость, мастерство и самоотверженность русской армии, которая, несмотря на большие трудности, упорно сдерживает наступление противника.»

В радиопередаче из Лондона 12 июля было сказано следующее:

«После длительного промежутка германское командование решило вновь начать активные военные действия на Восточном фронте. Немцы рассчитывали мощным броском опрокинуть оборону русских войск и добиться успеха. Но противник просчитался. Русские войска и авиация оказались подготовленными к германскому наступлению, отрезали его.»

Комментируя бои, развернувшиеся в ОРЛОВСКОМ, КУРСКОМ и БЕЛГОРОДСКОМ секторах, китайская газета «Синь-хунь-жибао» в передовой статье от 9 июля писала, что наступление немцев является крупнейшей авантюрой. В статье выражалась уверенность в том, что героическая Красная Армия при условиях нанесет наступающему врагу смертельный удар.

Турецкая газета «Ени Сабах» 10 июля дала следующую оценку летнему немецкому наступлению:

«Возможно, что немцы своим наступлением стремятся уничтожить основную часть русских армий. Однако 1941 год давно уже прошел и если немцы не смогли сделать этого тогда, то в 1943 году они и подавно не смогут этого достичь, ибо русские армии за это время в материальном и моральном отношении намного усилились».

В другой турецкой газете «Ватан» было написано так:

«В прошлые летние наступления немцы за пять дней проводили большие операции: окружали русских или вынуждали их к отступлению. На этот раз немецкая армия не проявляет такой силы напора. Это объясняется многими причинами, но главной из них является то, что русская пехота отлично научилась обороняться против танков; второй причиной является широкое участие в боях советской авиации и танков.»

Лондонская газета «Дейли телеграф энд Морнинг Пост» напечатала 15 июля на первой полосе сообщение своего Московского корреспондента. Корреспондент пишет, что советские войска удерживают свои позиции, как в северной, так и в южной части КУРСКОГО клина. Он описывает сражение в районе БЕЛГРАДА и отмечает, что немцы отнюдь не прорвали линию советской обороны, указывает на возросшую мощь и интенсивность советских контратак. Корреспондент пишет о превосходстве советской авиации в воздухе и об уверенном настроении в Москве.

В одном из сообщений шведского телеграфного бюро говорится:

«… Под ОРЛОМ и БЕЛГОРОДОМ русские бросили в бой все свои резервы, желая задержать наступление немцев. Русские борются, как львы. Они упорно защищают каждый метр своей территории».

Приведенными здесь выдержками из иностранной печати и радиопередач не исчерпывается все то, что было написано и сказано за границей по поводу битвы под КУРСКОМ. Однако и этих комментариев достаточно, чтобы понять какое значение придавалось этой битве за рубежом.

Сознание того, что 1-я Танковая Армия является героической участницей описанного сражения, наполняет наши сердца чувством величайшей гордости и восхищения.

 

Подготовил к печати: – /П. СКВЕРНЮКОВ/

В ПЕЧАТЬ:

ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР

Гв. Генерал-Лейтенант т/в /Н. ПОПЕЛЬ/

 

ЗАМ. ГЛАВНОГО РЕДАКТОРА

Гв. Генерал-Лейтенант /М. ШАЛИН/

 

Член редколлегии: /подпись/

«   » декабря 1944 г.

 

---

 

СОДЕРЖАНИЕ – первого тома

 

ПРЕДИСЛОВИЕ – Н.К. ПОПЕЛЬ

Краткие автобиографические данные генерал-полковника танковых войск КАТУКОВА М.Е.

Краткие автобиографические данные гвардии генерал-лейтенанта танковых войск ПОПЕЛЬ Н.К.

Гвардии генерал-майор ДРЕМОВ – «3-й механизированный корпус»

Гвардии генерал-лейтенант ГЕТМАН – «6-й танковый корпус»

Гвардии генерал-лейтенант т/в ПОПЕЛЬ – «ЗАРОЖДЕНИЕ АРМИИ»

Гвардии полковник Д. СОБОЛЕВ – «БИТВА НА КУРСКОЙ ДУГЕ»

Майор ЛЕБЕДЕВ – «Два дня»

Старший лейтенант Б. ТОМУС, старшина П. СКВЕРНЮКОВ – «Под ВЕРХОПЕНЬЕМ»

Старший сержант В. ЖЕЛТОВ – «Они выстояли»

Краткие автобиографические данные генерал-майора артиллерии ФРОЛОВА И.Ф.

Краткие автобиографические данные гвардии генерал-лейтенанта ШАЛИНА М.А.»

 

ПАРТИЙНО-ПОЛИТИЧЕСКАЯ РАБОТА

 

Генерал-майор А. ЖУРАВЛЕВ – «Полит-парт. работа в период июльских боев»

Майор А. СЛАЩЕВ – «Коммунисты в обороне стояли насмерть»

Майор Е. ЧЕРНЕВИЧ – «Вожаки»

Старший лейтенант А. ШАРОВ – «Письма по партии»

Старший лейтенант ГОСКИН – «Матери героя»

Анна ПАЗЮРА – «Горжусь своим мужем»

Младший лейтенант МЕЛИКОВ – «Своя часть – свой дом»

Гвардии майор ИОФИС – «Переписка, скрепленная кровью»

Старшина КОСТИН – «Отцу, матери и жене нашего командира»

Старшина ЛЫСЕВ – «С ним мы всегда победим»

Старшина НОВАКОВСКИЙ – «Письмо»

Гвардии капитан ГАВРИШКО – «Два письма»

Старший лейтенант А. ШАРОВ – «Душа железной роты»

Товарищи В. ШАЛАНДИНА – «Память о нем никогда не умрет»

                                        – «Письмо матери Ю. СОКОЛОВА»

Товарищ Ю. СОКОЛОВА – «Отомстим за смерть дорогого товарища»

                                    – «Комсомольцы приняты в партию»

Младший лейтенант КОМАРОВ – «В бой иду коммунистом»

Лейтенант КОСТРИЦИН – «Парторг АКИШИН ведет танкистов в бой»

Гвардии старший лейтенант ДАНИЛЮК – «За смерть товарища»

Старший сержант Г. РОМАЗАНОВ – «Наводчик Павел ГОЛОВИН»

Старшина КОКАРЕВ – «Один против восьми»

Старший лейтенант А. ШАРОВ – «Настоящая жизнь»

Гв. старший лейтенант КЛЕНИН – «Артиллерист Петр ЕМУРАНОВ»

Гв. капитан Р. ОСИПОВ – «Героический поступок»

В. ЖЕЛТОВ – «За батьку»

Старший лейтенант Н. КРАСЮК – «Комсорг Аван АНТЫНЬЯН»

Старший сержант Г. РОМАЗАНОВ – «Воины великого советского братства»

Майор А. СЛАЩЕВ – «Листовки «передай по цепи»»

Редакция – «Гвардии генерал-майор Алексей Георгиевич ЖУРАВЛЕВ»

 

ГЕРОИ БОЕВ НА КУРСКОЙ ДУГЕ

 

Майор СМИРНОВ – «Герои июльской битвы»

Гвардии лейтенант Г. БЕССАРАБОВ – «Первый бой с «Тиграми»»

Майор Ф. ГАРИН – «На холме у большой дороги»

Лейтенант П. КУБУТО – «Как я уничтожил пять танков врага»

Старший лейтенант Н. КРАСЮК – «Удар отважного танкиста»

Майор П. ПАВЛОВЦЕВ – «Взвод ЮРПАЛОВА»

Гвардии старшина А. ЕРЕМЕНКО – «Умение, отвага»

Капитан И. КОСТЫЛЕВ – «Батареец»

Лейтенант М. ЗАМУЛА – «Как мы воевали»

Старший лейтенант Н. КРАСЮК – «Капитан Виктор Арсентьевич МИРОНЕНКО»

Старший сержант Н. МАЗИН – «Натиск сдержан»

Гвардии старшина В. МАНУКОВСКИЙ – «Танкисты-гвардейцы»

Старший лейтенант Н. КРАСЮК – «Два друга, два героя»

Старшина В. КАЛЕНОВ – «Наш командир»

Ефрейтор СКОРОДУМОВ – «Спасли жизнь командира»

Майор Ф. ГАРИН – «СИЛАЧЕВ и ДМИТРИЕВ»

Сержант В. ШУМОВ – «Мы выстояли, мы победили»

В. ЖЕЛТОВ – «Честь расчета»

Старшина ДОМРИЧЕВ – «Фронтовая подруга»

Майор С. КОРОБОЧКО – «Писарь ИНЯХИН»

Младший лейтенант А. КРИВОНОГОВ – «Огнем и гусеницами танка»

Майор Ф. ГАРИН – «Офицер Иван ДРИГАЙЛО»

Сержант О. ЛЕЩУК – «Шоферы-отличники»

В. КОЛОТОВСКИЙ – «Бесстрашие»

Старший лейтенант Н. КРАСЮК – «Слава храбрым»

Старший лейтенант И. КОСТЫЛЕВ – «Схватка»

Майор П. ПАВЛОВЦЕВ – «На переднем крае»

Капитан К. ГЛЫБОВСКИЙ – «Экзамен на стойкость»

Лейтенант Вл. СИЛЯЕВ – «Боевые дела связистов»

Старший лейтенант ГЕРЦЕНШТЕЙН – «В едином порыве»

                                                     – «Первый орден»

Капитан И. КОСТЫЛЕВ – «Испытание»

Капитан Д. АСТАШИН – «Они выстояли»

Гвардии лейтенант Вл. СИЛЯЕВ – «Отвага бронебойщиков»

 

СЛАВА ХРАБРЫМ

 

Старшина И. ГОЛОВАЧЕВ – «Дрались как львы»

Гвардии старшина КРОХОЛЕВ – «Минометчики»

Гвардии старшина ХИЛЯС – «Как я подбил три танка»

Капитан ГОЛУБЯТНИКОВ – «Враг отступил»

Сержант БОРОДУЛИН – «Налет стервятников»

Старший сержант ВИНОКУРОВ – «Через 7 часов танк пошел в бой»

                                              – «Командир – отец»

Майор С. КОРОБОЧКО – «Командир экипажа ЛАЗЕЙКИН»

Гвардии лейтенант А. ПОТЕМКИН – «Боевая выучка»

Ст. лейтенант И. ЦЕРКОВНЫЙ –

              – «Сражайтесь, как герой гвардеец ШАЛАНДИН»

Старшина СОКОЛОВ – «Это было на КУРСКОЙ земле»

Лейтенант С. УХИН – «В разведке»

Гвардии старшина С. СОЛОВЬЕВ – «Из засады»

Гвардии старший сержант ЛОПАЕВ – «Воспоминания о сражениях на КУРСКОЙ дуге»

Капитан ДЕЛИГОДИН – «Батареей командует старший сержант АРТИШИН»

Старший лейтенант П. Акишин – «За смерть командира»

Капитан УМЫВАКИН – «Стойкость артиллеристов»

Гвардии капитан ЧЕРЕВКО – «Боевой отзыв на гвардии старшину РЫБАЛЬЧЕНКО Павла Григорьевича»

Майор ОСТАПЕНКО – «Боевой эпизод гвардии лейтенанта КОЛЮЖНОГО Ивана Петровича»

Гвардии капитан ДЕНИСОВ – «Ефрейтор КУЗЬМИЧЕВ взял в плен 8 немцев»

                    – «Боевой подвиг младшего лейтенанта БЕРЕЖНОГО Н.А.»

Старший лейтенант А. ШАРОВ – «Девять против восьмидесяти»

                   – «Бронебойщики выстояли»

Лейтенант АЗАРОВ – «Стояли насмерть»

Старший лейтенант С. ЗАВАРЗИН – «Стойкость»

Сержант ФЕДИН – «Любовь к оружию»

Старшина КАБАНОВ – «На сухопутном крейсере»

Лейтенант Д. ВИЛЕНЧИК – «Пехотинцы сорвали атаку немецких танков»

Старшина В. КАБАЛЬНОВ – «Сдержали натиск немцев»

Младший сержант СОЛОВЬЕВ – «С гранатой против «Тигра»»

Гвардии лейтенант Б. СТОРОЖЕНКО – «Как мы воевали с немецкими танками»

Старший лейтенант А. ВАГИН – «Бой за ПОКРОВКУ»

                                  – «Словами солдата»

 

ОЦЕНКА БЕЛГОРОДСКО-КУРСКОЙ ОБОРОНИТЕЛЬНОЙ ОПЕРАЦИИ В ЦЕНТРАЛЬНОЙ ПЕЧАТИ

 

Корреспондент «Красной Звезды» – «На БЕЛГОРОДСКОМ направлении»

Юрий Жуков – «Укрощение «Тигров»»

Корр. «Красной Звезды» – «На БЕЛГОРОДСКОМ направлении»

П. МИЛОВАНОВ, Б. ГАЛИН – ««Тигры» горят»

В. ПОЛТОРАЦКИЙ – «Гвардейцы стойко удерживают рубеж»

Юрий ЖУКОВ – «Сражение»

В. ПОЛТОРАЦКИЙ – «Герои сражения»

Гвардии лейтенант БЕССАРАБОВ – «Как я в один день уничтожил три «Тигра»»

З. ОСТРОВСКИЙ – «Танки против танков»

Майор В. ДУБКОВ – «Контратаки наших частей»

П. ПАВЛОВЦЕВ – «Разгром колонны «Тигров»»

З. ОСТРОВСКИЙ – «Огонь битвы»

П. ПАВЛОВЦЕВ – «Ожесточенные танковые бои»

Майор В. ДУБКОВ – «Упорные контратаки наших танковых частей»

С. БЕССУДНОВ – «На БЕЛГОРОДСКОМ направлении»

П. ПАВЛОВЦЕВ – «Упорные бои за населенные пункты»

П. ПАВЛОВЦЕВ – «Геройство советских бойцов»

Ю. ЖУКОВ – «Ярость»

Гвардии майор В. ЛЮБИМОВ – «Герои танковых боев»

Ю. ЖУКОВ – «За два дня – пять «Тигров»»

П. ПАВЛОВЦЕВ – «Прорыв вражеской обороны»

Ю. ЖУКОВ – «В засаде у танкистов»

Совинформбюро «Ликвидация ОРЛОВСКОГО плацдарма немцев и взятие советскими войсками городов ОРЛА и БЕЛГОРОДА»

П. СКВЕРНЮКОВ, П. ПАВЛОВЦЕВ – «Бой на КУРСКОЙ дуге в оценке иностранной печати»

 

ВЫПУСК КНИГИ ПРОИЗВОДИЛСЯ ПОД РУКОВОДСТВОМ И НАБЛЮДЕНИЕМ –
гвардии майора П.Л. ПАВЛОВЦЕВА

 

ЛИТЕРАТУРНАЯ ОБРАБОТКА МАТЕРИАЛОВ:

Гвардии майора В. СМИРНОВА

Гвардии лейтенанта П. СКВЕРНЮКОВА

Гвардии старшины В. ЖЕЛТОВА

 

Печатала книгу:

Машинистка – А. МАЛИНИНА

 

 

Источник

---

Память Народа // Боевой путь 1-й ТА и ее герои. Том 1.

 

• Краткие итоги боевых действий 6-й ВА с 15 февраля по 18 марта 1943 2026.06.14
• ДЕМЯНСКИЙ ПЛАЦДАРМ. 6-я ВА с 15 июня 1942 по 30 ноября 1943 2026.06.10
• 6-я воздушная армия 2026.06.10
• Боевой путь 1-й ТА и ее герои. Том 1. 2026.05.17
• 1-я танковая армия 2026.05.17
• ЖБД войск СЗФ за март 1942 2026.05.15
• 68-я армия 2026.05.10
• Приказы Верховного Главнокома И.В. Сталина войскам 2-го и 3-го УФ 2026.05.05
• Боевой путь 27-й А с 4 июня 1942 по 9 мая 1945 2026.04.11
• 27-я армия (2-е формирование) 2026.04.11