| Главная » Подвиг Солдата » Н » Ненашев Михаил Алексеевич » Дневник боевых действий | ||
  Всего посетителей: 2920648
Всего сегодня: 230
Всего вчера: 1337
Сейчас на сайте: 31
|
Дневник боевых действий
1941
1 августа 1941 (пятница) – 41 день войны
С военным техником второго ранга Нужным Петром добрались до Осипенко железной дорогой. Без происшествий. Солнечный, безветренный, с ясным небом, жаркий день настойчиво звал к морю. Доложились о своем прибытии в отделе кадров формируемой 261 стрелковой дивизии. После пятиминутной беседы я направлен в 978 стрелковый полк оружейным техником младшим, а Нужный – начальником военно-технического снабжения в отдельный саперный батальон дивизии. Добираясь до расположения полка, я узнал, что до 1938 года город назывался Бердянском. Это портовый город насчитывает около 52 тысяч жителей. В городе имеется несколько предприятий машиностроительной и легкой промышленности, т.е. обувной, швейной и пищевой. В районе развито виноградарство, бахчевые культуры. 978 СП, в который я прибыл, размещен на окраине города, на обрывистом берегу Азовского моря, в деревянных бараках крекинг завода. На подступах к баракам шумят кукурузные поля. Вокруг не видно ни одного деревца. С берега виднеются гидросамолеты, покачивающиеся на волнах моря. Сдал свое предписание помощнику начальника штаба полка мл. лейтенанту Бондаренко Алексею Никандровичу. Видимо он прибыл из запаса. Мне показалось, что он старше меня на лет 8-10. В обед разыскал начальника артснабжения полка – военного техника 2 ранга Радько Петра Андреевича. Доложился по форме. Делая методичные кивки головой и шмыгая носом, он целых полчаса допрашивал меня о том, какое вооружение я знаю хорошо и какое плохо, знаю ли я Уставы и Наставления и прочие вопросы. После «допроса» Радько познакомил меня с лейтенантом Гаврикиным Егором Архиповичем, назначенным начальником мастерских боевого питания и в/техником Писаренко Василием Яковлевичем – артиллерийским техником младшим. Во второй половине дня мне отвели койку в барачной комнате, где уже несколько дней совместно проживали начальник службы химзащиты Мясоедов Виктор Иосифович, выпускник Калининского училища химзащиты, командир минометного взвода лейтенант Гуртовой Василий Георгиевич, только что окончивший Урюпинское пехотное училище и командир санитарного взвода 1-го стрелкового батальона в/фельдшер Родин Юрий Алексеевич и Писаренко В.Я. Все мы были одногодки. Мне сразу же понравился этот дружный и неунывающий коллектив. От товарищей по комнате и других ребят, сегодня узнал, что наш полк начал формироваться полмесяца назад, а вернее с 16 июля. Тем не менее в полку всего тридцать пять человек командно-начальствующего состава. Большинство из них, как и я, только что прибыли из военных училищ и не имеют практического опыта работы в войсках. Лишь незначительная часть побывала в боях и даже в окружении. От этих людей мы услышали рассказы об обстановке на фронте, хотя эта информация и далеко не располагала обобщенными данными. Но мы все же узнали, что из районов Умани и Криворожского рудного бассейна полным ходом шла эвакуация населения и промышленности. Повсюду шли отходящие группы бойцов. Выходившие из окружения бойцы и командиры направлялись на рубеж восточнее реки Днепр во вновь формируемые Одесским военным округом части и соединения Резервной армии. Вечером мне объявили приказ командира полка о зачислении меня на должность оружейного техника младшего.
2 августа 1941 (суббота) – 42 день войны
Замечаю, что сообщения Совинформбюро об оставлении нашими войсками советской территории начальствующим составом переживаются очень болезненно. Особенно болезненно восприняли слухи о том, что наши войска под Уманью были окружены и оттуда возвращаются лишь остатки мелкими группами и одиночками. Такие одиночки прибыли и в наш полк. Немецко-фашистские войска перед рубежом Юго-Западного фронта вышли к Днепру и Фронт стал проходить по рубежу Херсон, р. Ингулец, Кривой Рог, Кременчуг и далее по р. Днепр. Шли ожесточенные бои на Холмском, Смоленском и Белоцерковском направлениях. На большой географической карте, висевшей у нас в общежитии, Юра Родин ежедневно, аккуратно вносит все изменения боевой обстановки на фронтах. Мы подолгу молча простаиваем у этой карты. На второй день пребывания я уже не чувствую себя новичком в полку. Меня, товарищи по комнате, ввели в курс их секретов. А секреты таковы: как при строгом запрете искупаться в море, как проникнуть первым в столовую и заполучить пару или три порции каши, как получить сменное нижнее белье и др. Это все я освоил на второй же день. Рядового и младшего начальствующего состава пока в полку нет. Со дня на день ожидаются маршевые роты. Сегодня мне объявили, что приказом командира полка я назначен начальником мастерских боепитания, а лейтенант Гаврикин Егор Акимович направляется командиром взвода в полковую роту ПВО. Признаться, я позавидовал лейтенанту Гаврикину Е.А., да и всем моим товарищам по общежитию, что они командуют строевыми подразделениями и скоро будут учувствовать непосредственно в бою. Сегодня с начальником артснабжения полка Радько П.А. обсуждали вопросы, которые могут возникнуть при формировании полка. Решили сразу же начать подготовку, которая предполагает сбор необходимых данных о времени поступления пополнения, видов вооружения, заготовку различных бланков ведомостей, книг учета, развертывания мастерских и ряд других вопросов. Пожалуй, с этого дня и надо вести отсчет начала моей службы по специальности, полученной в военном училище. Сегодня был в штабе полка. Познакомился с помощниками начальника штаба лейтенантом Бакмураевым Мурзабеком Сауховичем, младшим лейтенантом Бондаренко Алексеем Никандровичем и еще раз с младшим лейтенантом Калеушко Борисом Ивановичем. Все они призваны из запаса и старше меня на 5-8 лет, показались мне очень серьезными, вдумчивыми исполнителями, имеющими опыт работы с людьми. Вместе с Радько П.А. изучили штат полка. Выписали себе необходимые данные о количестве положенного вооружения. Боеприпасов, штатную численность мастерских боепитания, а также мастеров, положенных в подразделениях полка. В мастерских боепитания штатом предусмотрены: начальник мастерских, техник оружейный младший, техник артиллерийский младший, 6 оружейных мастеров, 5 артиллерийских и минометных мастеров, слесари, кузнец, шорники, жестянщик, медник, радиотелефонный мастер и мастер по ремонту военно-химического имущества. Всего 21 человек. Но пока нас в мастерских двое: я и техник артиллерийский младший Вася Писаренко. Сегодня на формирование полка прибыла первая команда из Балтовского района Молдавской Республики, состоявшая из переменного состава военнослужащих, находившихся в запасе. Передо мной сегодня стала задача (первейшая) – сформировать мастерские: укомплектовать их личным составом, оснастить всем необходимым для производства ремонта вооружения и поддержания его в постоянной боевой готовности в процессе эксплуатации. По моей просьбе, исполняющий обязанности начальника штаба полка старший лейтенант Лобес Владимир Карлович, разрешил мне с поступлением команд в полк, отбирать среди них необходимых мне специалистов, добавив, что важно укомплектовать это техническое подразделение грамотными и имеющими практический навык по ремонту мастерами. Из первой команды в 150 человек, я не нашел ни одного мастера, ни одного нужного мне специалиста. Огорчен. Будем надеяться на последующие команды. Все пятеро, из общежития поодиночке, с наступлением темноты проникли на берег моря и дали волю своим чувствам. Как же хорошо побыть в теплой воде, смыть с себя пот и пыль. Возвращались с моря тоже по одиночке. Усталость снята. Только кушать хочется, а нечего. Совинформбюро сообщило что за 1-е августа сбито 15 самолетов противника, наши потери 7 самолетов.
3 августа 1941 (воскресенье) – 43 день
Ежедневный подъем по распорядку в 5 часов утра. Не высыпаемся. Но вскоре дремота проходит, и мы все на ногах. Сегодня с самого утра бегу в прибывшие ночью три команды, чтобы отобрать себе специалистов. Просматриваю списки, хожу перед строем. Командир подает команду, все кто имеет специальность оружейного или артиллерийского мастера выйти из строя. Ни одного. А я-то еще надеялся укомплектовать все 18 должностей основными специалистами – оружейными или артиллерийскими мастерами, считая, что все остальные работы (слесарные, шорные, жестяные и др.) могли бы выполнять мастера. Пришлось вести отбор лиц, владеющих специальностями слесаря, токаря, механика, часовщика. К концу дня удалось подобрать четыре таких специалиста и два настоящих оружейных мастера. Это клад. Перед отбоем беседовал с отобранными специалистами. Выяснил, что двое из них, выдавших себя за слесарей, не имеют никакого понятия в обработке металлов. Пришлось ночью их вернуть в подразделение. Теперь надо быть осторожнее при подборе. Но это может усложнить дело и растянуть сроки на укомплектование. Не годится. Буду подбирать с большим запасом, а после беседы неподходящих отправлю. Завтра так и поступлю. В 12.00 командир и комиссар полка провели с начальствующим составом совещание. По-моему, это совещание имело цель ознакомиться с начсоставом, а командование полка – представиться перед ним. Командир полка называл фамилии по списку. Каждый названный вставал и называл свою должность, фамилию, имя, отчество и откуда прибыл. Некоторым командир полка или комиссар задавали дополнительные вопросы. Первым перед начсоставом представился комиссар полка старший политрук Ярмолка Никанор Федорович. Из его рассказа мы услышали, что он почти ровесник века, родился в бедной крестьянской семье. Окончил церковно-приходскую школу. Потом комсомол… его боевые дела в комитете бедноты, он земский судья, заместитель директор колхоза и сельсовета, Секретарь райкома партии в Чернобаевском районе. Член партии с 1925 года. Прибыл в полк на формирование c Московских полуторагодичных курсов Высшей партийной школы ЦК КПСС. Говорил он неторопливо, как бы взвешивая каждое слово. Внешний вид его говорил о том, что он сугубо гражданский человек и вряд ли может быть хорошим комиссаром. Но в нем показался наступательный дух, когда он начал ставить нам задачу. Он призывал нас, что бы каждый из нас оставил достойный след в борьбе с заклятым врагом. Потребовал от нас собранности, высокой организованности и постоянного чувства, и требований принятой нами присяги. Ну что же. Посмотрим дальше, какой у нас комиссар. Командир полка майор Седых Роман Захарович был менее многословен. Говорил четким, командирским языком, словно отдавал боевой приказ. Он нам поведал, что уроженец с Донбасса, из Горловки. До армии проживал в Смоленской области. Рождения 1905 года. В рядах Красной Армии с 1928 года. За время службы исполнял должности: красноармейца, старшего телефониста, заведующего артскладом, помкомвзвода, старшины роты. С 1936 года он лейтенант, помкомроты, командир роты. С 1938 года старший лейтенант, командир батальона, адъютант батальона, командир роты курсантов Пуховичевского пехотного военного училища. С августа 1941 командир 964 стрелкового полка в ОДВО. Прибыл в 978 СП с курсов «Выстрел» (Курсы усовершенствования «Выстрел» Архангельского военного округа с 9.11.1940). Армейский служебный путь нашего командира говорит о том, что наш командир является достойным и опытным командиром-воспитателем. У нас о нем уже сложилось мнение, что он степенный, рассудительный, привыкший любое дело выполнять с присущей рачительному человеку обстоятельностью, хороший организатор, человек твердый, волевой, решительный, настойчивый, знающий военное дело. Когда он давал указания, лицо его становилось строгим, а взгляд сосредоточенным и властным. Пока никому из нас разносов не устраивал. В конце этого совещания майор Седых Р.З. поставил перед начальствующим составом полка задачу по более оперативному решению вопросов, касающихся формирования, сколачивания, обучения и воспитания личного состава. По-моему, все присутствующие остались довольными ходом совещания, а я так был в восторге от такой методики знакомства начсостава между собой. Совинформбюро сообщило, что за 2-е августа наши войска вели бои на Дорховском, Смоленском, Кургостепском, Белоцерковском направлениях. За 1-е августа уничтожен 41 самолет, наши потери составили 19 самолетов.
4 августа 1941 (понедельник) – день 44
Еще до завтрака начал подбирать специалистов для мастерских. До 2-х часов дня удалось отобрать 20 человек. Среди них слесаря, токаря, часовые мастера, механики. После обеда беседую с каждым в отдельности. Делаю анализ. К 18.00 в артмастерских оставляю 18 человек, остальных отправляю в подразделения. Теперь стало предельно ясно, с каким контингентом нам придется иметь дело. Моложе 38 лет нет ни одного. Среди них два члена ВКП(б). Ни один из них не имеет среднего образования. Вплотную стала задача по сколачиванию коллектива, проведения с ними воспитательной работы. Надо каждого обучить знаниям вооружения, после чего дать необходимые знания и практические навыки по ремонту его. Ведь каждый из них к окончанию формирования должен научиться самостоятельно выявлять неисправности, правильно, в соответствии с руководством по ремонту, устранять эти неисправности. Каждый мастер должен знать меры профилактического характера, обеспечивающие безотказную работу вооружения. Раскрепил весь личный состав по соответствующим штатным должностям. Определил порядок обучения. Создал две группы по 9 человек. Одна из них должна будет обучаться на оружейно-пулеметных мастеров, а вторая на артиллерийско-минометных. Временно к исполнению должности оружейного техника младшего допущен оружейный мастер старшина Степанов, которому поручено возглавить первую учебную группу. Вторая возглавлена арттехником младшим, военным техником 2-го ранга Писаренко В.Я. После ужина, с техником приступил к планированию учебы. План подготовки мастеров разрабатываем на основе общего трехнедельного курса обучения молодого бойца, в котором естественно предусматриваются только общие дисциплины для всех категорий военнослужащих: строевая и огневая подготовка, тактика, Уставы… Долго решали, за счет каких дисциплин и в каком объеме найти время для специальной подготовки мастеров. В итоге пришли к выводу на все общие дисциплины оставить не более 10-15 процентов. Остальное время использовать на спецподготовку. При этом мы помнили, что по своим знаниям оружия мастер должен быть на голову выше любого командира отделения или помкомвзвода. Уже полночь, а учебный план еще не готов. Чтобы не уснуть до утра, решили с лейтенантом Мясоедовым Виктором и Писаренко Васей сходить выкупаться в море. Все было бы хорошо, но на обратном пути нас встретил ст. л-т Лобес В.К. Отчитал он нас всех вместе и по одиночке. Пообещал еще и завтра встретиться в штабе, поэтому же вопросу. Переморгали, но зато усталость снята. Совинформбюро сообщило, что за 3 августа уничтожено 31 самолет противника, наши потери – 19.
5 августа 1941 (вторник) – день 45
До завтрака подробный, можно сказать, развернутый проект учебного плана подготовки личного состава мастерских, был готов. Как и подобает, сделали в 2-х экземплярах. Сразу же после традиционного завтрака (пшённой каши) доложил проект начальнику артснабжения полка Радько П.А. Но план не только не получил одобрения, на меня посыпался шквал упреков по поводу самовольного отступления от общештабного плана. Я выслушал упреки о моем «самоуправстве», непонимании мною своих прямых обязанностей. Клочки разорванного плана ветер удалял все дальше и дальше. Мой непосредственный начальник приложил руку к козырьку, разгневанным удалился. Неимоверная обида за все наши старания, чувство своей правоты о единственном выходе из положения тут же привели меня со вторым экземпляром плана прямо к начальнику штаба полка. Старший лейтенант Лобес В.К., внимательно рассмотрев проект плана, одобрил его, поставив свою подпись. Обратил свое внимание, чтобы я не забывал о занятиях с мастерами по строевой подготовке, так как, мол, необходимо готовиться к общеполковому строевому смотру. С 11.00 мы приступили к занятиям по плану, санкционированному начальником штаба полка. Радько П.А., который, как я понял, занял политику невмешательства. Расписанием занятий предусматривалось 10-12 часов занятий. Занятия по устройству и ремонту стрелкового оружия и общих дисциплин должен проводить я, а по артиллерии, минометам Вася Писаренко. Старшине Степанову было поручено проводить строевую подготовку. Первый день занятий прошел нормально, строго по расписанию. Я и Писаренко провели по 7 часов занятий каждый. В моей группе изучали винтовку обр.1891/30 года, а во второй 82-мм миномет обр. 1937 г. Миномет изучался по плакату, т.к. в полку не было ни одного образца. В 20.00 Радько П.А., я и Писаренко были приглашены для беседы к начальнику артиллерии полка лейтенанту Гридину Владимиру Игнатьевичу. Он поинтересовался, чем мы занимаемся, и что предстоит нам сделать. Беседа носила совершенно непринужденный, мирный характер. Гридин В.И. поинтересовался нашими биографиями, а потом рассказал немного о себе. Мы узнали, что через 10 дней ему исполнится 29 лет, Уроженец Рутгенковского рудника Сталинской области. В 1931 году окончил горнопромышленное училище на Петровском руднике Сталинской области. А в 1933 году окончил два курса Днепропетровского транспортного института. До призыва в армию работал слесарем по механизации на Петровском руднике (шахта 3-18), а позднее электромонтажником. В армии с 1934 года. Курсант полковой школы, начальник электростанции, пятимесячные курсы младших лейтенантов в г. Днепропетровске. До формирования нашего полка был командиром технической роты саперного батальона. Из его рассказа мы поняли, что он в артиллерии совершенно случайный человек. Каких-либо указаний по службе мы тогда от него не получили. В 23.00 наша славная «пятерка» короткими перебежками, цепочкой по одному, устремилась к крутому берегу моря. Приятная процедура заняла всего минут 15-20. Возвратившись в барак нас ожидал очередной сюрприз. Ст. л-т Лобес сидел в нашей комнате и ожидал нас. Мы пытались доказать, что в море не купались. – Можно было бы поверить в такое оправдание мне, потому что я лысый, а у вас у всех сырые волосы – притулившись к дверному косяку речитативом произнес начальник штаба. И все же мы продолжали оправдываться, мол, волосы сырые от того, что мы недавно умывались. Долго не мог заснуть. Нервничаю из-за того, что дисциплина среди мастеров слаба. Вступают в пререкания, недовольны требованиями, предъявленными к ним. Смогу ли я справиться с людьми, которые старше меня в два раза. С какой стороны к ним подойти лучше. Сегодня началась героическая оборона г. Одессы. Совинформбюро сообщило, что за 3-е августа уничтожено 20 самолетов противника, наши потери – 6.
6 августа 1941 (среда) – день 46
Пополнение в полк продолжает поступать. Каждый день, в том числе и сегодня выкраиваю несколько минут на поиск готовых артиллерийских и оружейных мастеров. Труды мои напрасны. Поступило более одной трети личного состава, положенного по штату. И всё-таки питаю надежду обнаружить таковых, хотя бы в последующих пополнениях. До позднего вечера провел политзанятия по изучению устройства и ремонта ручного пулемета Дегтярева (ДП), Писаренко повторил занятия по изучению 82 мм миномета. Сегодня утром учебный миномет получили со склада дивизии. Это уже хорошо. Погода стоит жаркая. Занятия утомительны для нас и для бойцов. 10-12 часов занятий – это многовато. Сегодня за день впервые трижды подавали сигнал воздушной тревоги. Все бежали под обрывистый берег моря. Бегали и мы с личным составом мастерских. Но самолеты противника, видимо, до нас не доходили, а шли на более необходимые им объекты. Совершенно не остается времени на подготовку к занятиям на завтра, а ведь надо не только подготовиться самому, но ещё и разыскать необходимо оружие. А его в полку лишь считаные единицы. Отрадно лишь то, что мастера прилежно и хорошо воспринимают материал. Пререканий, возражений заметно стало меньше. Поздно вечером пригласили меня к секретарю комсомольской организации полка политруку Романчуку Николаю Ивановичу. Здесь со мной побеседовали, спросили, как идут дела с формированием подразделений, как мы готовимся к обеспечению боевых действий. Встал на комсомольский учёт. Романчук Н.И. видимо уже имел опыт комсомольской работы. Ему примерно 22-23 года. Он член ВКП(б), симпатичный малый. Познакомил меня с ответственным секретарем парторганизации полка Ткаченко Андреем Федоровичем. На нём почему-то нет никаких знаков отличия. Видимо ещё без звания. Выглядел молодцевато, так лет 35-36. Наша «пятерка» перед сном сговорилось завтра во что бы то ни стало посетить, якобы, магазин и буфет военторга. Задача наесться от пуза. Совинформбюро сообщило, что 5 августа шли бои на Смоленском, Коростельском, Белоцерковском направлениях и на Эстонском участке фронта. В воздушных боях в течение 4 августа уничтожено 53 самолета противника, наши потери 21.
7 августа 1941 (четверг) – день 47
Вчера раздобыли винтовку СВТ. Политзанятия, строевая подготовка прошли нормально. На политзанятиях присутствовал младший политрук Фудим Соломон Аронович, политрук полковой батареи 76-мм пушек. Перед занятием, который я должен был проводить, он представился мне, как представитель полка. После проведенных мной политзанятий он сделал некоторые выводы. Оценку дал хорошую. Но сделал замечание, что при проведении занятия я не использовал карту. Далее Фудим сказал, что он впредь будет курировать партийно-политической работу нашего подразделения. Он побеседовал с двумя членами ВКП(б) –мастерами. Мне сказал, что они будут первыми помощниками в воспитании личного состава. Фудим С.А – сугубо гражданский человек, в нашей службе вряд ли разбирается. А в общем этот маленький ростом человек, уже в возрасте, примерно 45 лет, произвёл на меня хорошее впечатление. Больше интересовался настроением людей, их думами. Весь день, досконально, в обеих группах изучаем винтовку СВТ. Завтра её надо передать в другое подразделение. За день успели, чтобы каждый мастер по нескольку раз разобрал и собрал её. Некоторым мастерам показали, как надо вести пристрелку винтовки, проверять её бой. При проведении занятий искусственно вводились некоторые неисправности и тут же устранялись. Сигнал воздушной тревоги застал нас за обеденным столом в столовой. Столовая только что начала выдавать хлеб и раскладывать по порциям кашу. Все, кто был, бросились в укрытие под берег. Только мы вдвоём с Виктором Мясоедовым остались в столовой. Пока вернулись работники столовой, мы с Виктором съели по три порции каши и по две порции хлеба, прихватив по две порции хлеба в карманы. Надо отметить, что такой случай мы взяли себе на вооружение. В 17:00 «пятёрка» отправилась в магазин военторга. Юра Родин быстрее всех оказался у стойки буфета. По своей собственной инициативе взял по 5 булочек на каждого, 5 бутылок воды и 500 г водки. Все мои товарищи выпили, но меня постигла неудача. Мой желудок не принял зелья. Подпитались хорошо. Понравилось. Договорились источник дополнительного питания использовать ежедневно. В 22:00 «пятёрка», изменив своим идеалам – купанию в море, направились на арбузную бахчу, расположенную от размещения полка в полутора километрах. Хотя сторож, сидевший у шалаша, и недружелюбно принял нас, но всё же разрешил нам подобрать по одному арбузу. Арбузы собирали на бахче и тут же разламывали и съедали. Оказалось, что эта процедура тоже неплохая. Можно прийти ещё не один раз. С этим походом обошлось благополучно. После буфета мы вспомнили, что неплохо было бы познакомиться с начальником финансового довольствия. Разыскали его. Познакомились. Это был техник-интендант 2-го ранга Заремба Григорий Исидорович, человек обаятельный, приятной наружности, 38 лет от роду. Проживал до войны в городе Николаеве. В наших глазах он стал еще приятнее, когда он выдал нам месячное финансовое довольствие. Попутно познакомились с начальником продфуражного снабжения техником-интендантом 1-го ранга Черновым Петром Сидоровичем, тоже лет 38, уроженцем Херсонщины. Высказали ему просьбу, мол, хорошо бы нам ежедневно, дополнительно продавали по 500 хлеба. Обещался проконсультироваться. Впервые познакомились двумя военными, имеющими жизненный опыт, но были они без знаков отличия. Как выяснилось, они ожидали присвоение воинского звания. Это были Лошак Борис Осипович – начальник военно-технического снабжения, 1900 года рождения и Зельцер Михаил Львович – начальник обозно-вещевого снабжения, 1899 года рождения. Первый москвич, а второй с города Николаева. Перед сном написал первое письмо маме, завернув написал обратный адрес: «978 ССП, мастерские боепитания». Сообщил, что добрался до места хорошо, получил должность, работаю. Не беспокойся. Совинформбюро сообщило: уничтожено 14 самолетов противника наши потери 7.
8 августа 1941 (пятница) – день 48
Пополнение продолжает поступать. Поиск готовых мастеров не имеет успеха. Вооружение в полку ещё нет. Лишь единицы стрелкового оружия. Штаб полка скрупулёзно планирует их передачу из подразделения в подразделение для изучения. Занятия с мастерами приняли форму обыденного, но чувствовалось, что времени на подготовку мастеров явно недостаточно. Каждую минуту стараемся использовать на занятия. До завтрака провёл политзанятие и один час строевой подготовки. В 9.00 в столовой посыльный объявил мне, что я должен срочно явиться в штаб полка к старшему лейтенанту Лобесу В.К. Бегу в штаб. Там уже был и Радько П.А. Лобес В.К. объявил нам с Радько, что мы должны с сего дня, ежедневно по 4-6 часов, проводить занятия с бойцами подразделений по устройству стрелкового оружия. Радько доложил начальнику штаба, что он не может столько часов проводить занятия, так как будет занят предстоящим вооружением полка. Я же старшему лейтенанту Лобесу доложил, что у меня ежедневно по 8-10 часов занятий с мастерами. Кроме того, проводить занятия с бойцами по изучению оружия не является нашей обязанностью. Это является прямой обязанностью командиров взводов и рот. А наша задача учить взводных, ротных и другой начсостав. Конечно, за такое «дерзкое» заявление я получил «разнос». Радько за меня не вступился. С 10:00 до 12:00 провожу занятия с мастерами по изучению пулемета Максима. Мастера проявляют исключительное внимание к занятиям. В подразделении резко повысилась дисциплина. Всякие ухмылки, усмешки, подковырки надо мной и техниками прекратились. Если я раньше задумывался, нервничал по поводу того, смогу ли я справиться с таким контингентом, то теперь я обрел какую-то уверенность в себе. Эта уверенность укреплялась во мне по мере того, как я всё больше и больше проводил занятия. Я почувствовал, что со стороны мастеров стало проявляться уважительное отношение ко мне и Писаренко Васе. Наши с ним распоряжения для каждого подчиненного были непререкаемым законом. И если кто-то хотел возразить, его своевременно одергивали сами подчинённые. Наши знания, передаваемые подчиненным, утверждали нас как начальников. Мне стало более ясно, что авторитет начальника определяют прежде всего безукоризненная его личное поведение, горение в работе, человеческое отношение к людям, и личные высокие знания своего дела. Что наглядный пример никогда не требует каких-либо других пропагандистских затрат. Подчиненным надо всегда доверять. Если ты не веришь людям, тебе тоже верить нельзя. С 12:30 до 15:00 провожу занятия с разведчиками взвода пешей разведки. Рассказал им устройство автомата ППД и ППШ. Разведчики живой, подвижный народ. Каждый из них хотел досконально изучить это оружие. Провел занятия, но обидным показалось то, что тут же рядом со мной сидел опытный командир взвода, знающий оружие, уважаемый нами дагестанец Аскеров Абдул Бейдулаевич. Мне показалось, что лейтенант Аскеров остался в обиде, что ему не доверили провести эти занятия. В конце занятия Аскеров попросил меня выбрать время и провести занятия по устройству каких-либо образцов немецкого оружия. Я пообещал ему это сделать по мере появления в полку таких образцов. С 16 до 21 часа – снова провел занятие с мастерами по устройству пулемёта Максима. Изнуряют не занятия, а душные, безветренные жаркие дни. Не понимаю смысла запрета купания в море. Какое было бы облегчение, если бы разрешили купаться утром, в обед и перед отбоем. «Пятёрка» сегодня обсудила это предложение. Поручили (от нашего имени) военфельдшеру Родину Юре обратиться старшему врачу полка, с просьбой ходатайствовать у командира полка разрешения утром проводить физзарядку на берегу моря с кратковременным купанием. В течение дня 5-6 раз объявлялась воздушная тревога. Но самолётов противником и так пока не видели. Жалко сигналы тревоги не совпадали с нашим пребыванием в столовой. Пришлось откомандировать Васю Гуртового в Военторговский буфет за провизией. Тем более, что такую миссию он охотно совершал – ему понравилась буфетчица. Мы знали, Вася и завтра туда пойдёт охотно. С наступлением темноты «пятерка» была на бахче. Недоброжелательность сторожа и его обещание пожаловаться в штаб не дали возможность полакомиться. Операция закончилась лишь всего двумя арбузами, которые прихватил Мясоедов Витя, пока мы вели дипломатические разговоры со сторожем. Мы ликовали, когда услышали сообщение о том, что наша авиация совершила первый налет на Берлин. Совинформбюро сообщило такие данные, что немецкое командование опубликовало цифры советских потерь за 6 недель войны: пленных – 895.000, танков – 13.145, орудий – 10.388, самолётов – 9.082. Наши данные: фашистская Германия за 6 недель потеряла 1,5 млн. убитыми, ранеными и взятыми в плен. Наши потери 600 тыс. человек. Нами захвачено и уничтожено свыше 6.000 танков (наши потери 5.000 танков). Немцы потеряли 8.000 орудий (наши потери 7.000), 6.000 самолётов (наши потери 4.000).
9 августа 1941 (суббота) – день 49
Среди пополнения нет готовых мастеров. Значит решение наше, не дожидаясь готовых, обучать своих – правильное. С утра политзанятия, строевая, скромный завтрак и снова занятия с мастерами до 11 часов. С 11.00 провожу занятия с личным составом полковой роты ПВО по изучению счетверенной зенитно-пулеметной установки. Вчера этот пулемет привезли из дивизии всего лишь на два дня. Провел занятия в двух взводах до 17.00. При проведении занятия произошел такой казус: рассказываю устройство, прикладываю максимум усилий, что бы бойцы хорошо уяснили материал. Выкладываюсь до пота. Все красноармейцы сидят смирно, внимательно слушают. Их исключительное внимание еще больше вдохновляет меня на более углубленное проведение занятия. В конце занятия спрашиваю: – У кого есть вопросы по устройству пулеметной установки. После длительной паузы встает боец: – Товарищ лейтенант, а когда нам будут давать портянки, – задает он вопрос на плохо владеющем русском языке. – На этот вопрос вам ответят ваши командиры, присутствующие здесь, л-т Базанов Ю.С. и л-т Гаврикин Е.А., л-т Рудяк С.Ф. и политрук Полищук В.А. , – отвечаю ему. – Какие будут вопросы по теме нашего занятия, – снова повторяю вопрос. Поднимаю одного, второго бойца, задаю им вопросы по устройству. Молчат, как в рот воды набрали. «Что за демонстрация?» – спрашиваю у командира роты лейтенанта Рудяка Сергея Филипповича. Тут же встает красноармеец и коверкая русский язык пытается объяснить, что почти все присутствующие бойцы русского языка не понимают. Возмущению моему не было конца. Как я выяснил, действительно большая часть бойцов призвана из западных областей Молдавской Республики и русским языком не владела. С чувством глубокого возмущения иду в штаб, чтобы рассказать о необычном случае. Ст. л-т Лобес и его помощник л-т Калиушко выслушали меня. Я пытался доказать, что таких красноармейцев, если нет командиров, знающих молдавский язык, надо больше обучать вопросам практического владения оружием, а не теоретическим вопросам. Но тут же был обвинен в том, что я это предлагаю, чтобы избавиться от проведения занятий с бойцами. Да, может это и было еще раз доказательным поводом избавиться не от своей работы. Но главным все же было то, что пользы от таких занятий не было. Начинаю сомневаться в своей правоте. Анализ показывает, что со мной за несколько дней произошло несколько случаев, когда меня в чем-либо да обвинят. Сегодняшний случай, случай с планированием (с Редько) и др. Надо хорошо подумать, может быть я в чем не прав. С 17.30 до 21.30 провожу занятия с мастерами по устройству станкового пулемета Максим. Эта машина более сложная и поэтому отведено учебных часов много. Вторая группа изучала минометы – 82-мм, 50-мм, миномет-лопату. Пытался готовить к проведению занятий с мастерами старшину Степанова. Ничего не получается. Слабые знания и отсутствие методических навыков не дают нужных результатов от занятий. Приходится часть занятий переложить на Писаренко Васю, а часть из них взять на себя и проводить их в перерывы, вне учебного времени. Да, это были самые напряженные дни в учебе. Теоретические занятия мы тесно увязывали с практическим показом методики выявления неисправностей и их устранения в полевых условиях, в условиях боя. Ура, победа! Командир полка м-р Седых Р.З. разрешил начсоставу проводить физзарядку на берегу моря с 10-и минутным купанием, строго под наблюдением старших командиров, врачей. Надо бы было просить купание и в обед, и перед отбоем. С наступлением темноты все-таки искупались, а завтра утром надо убежать к берегу как можно раньше.
10 августа 1941 (воскресенье) – день 50
С утра интересовался пополнением. Мастеров среди прибывших нет. С 7.00 до 9.00 провел политзанятия и строевую. Изучали Устав внутренней службы. С 10.00 до 13.00 – провел занятие с красноармейцами взвода конной разведки. Изучали винтовку обр. 1891/31г. и шашку кавалерийскую, винтовку немецкую. Командир взвода л-т Александров Николай Григорьевич, 1922 года рождения, астраханец – очень подвижный и волевой паренек. Командует взводом уверенно. При проведении занятия, постоянно требовал от своих разведчиков внимания и более глубокого усвоения знаний оружия. С 14.00 до 16.00 – провел двухчасовое занятие с начальствующим составом полка по изучения 7,62 мм винтовки СВТ. С 16.00 до 22.00 – продолжил изучение с мастерами пулемета Максима и пистолета ППД. К концу дня голова становится словно чугунной, стянутой обручем. Снять напряжение можно только купанием в море. Так и делаю. Неохота и кушать. Про ужин забыл сегодня. Писаренко начал с мастерами изучать 45-мм пушку. Пушку привезли из дивизии всего на два дня. А еще надо изучить и с расчетами батареи. Сообщение Совинформбюро: идут упорные бои на Солвиском, Холмском, Смоленском, Белоцерковском и Уманьском направлениях. За 9 августа сбито 45 самолетов противника, наши потери – 25.
11 августа 1941 (понедельник) – день 51
Сегодня о пополнении не справлялся. Зря только трачу время. С 7.00 до 9.00 – традиционное политзанятие. Строевой больше не буду заниматься – хватит. Полчаса изучали строевой Устав. С 10.00 до 13.00 – занятия с мастерами по осмотру и ремонту станкового пулемета Максима и по устройству и ремонту 7,62-мм револьвера системы «Наган». С 14.00 до 18.00 провел два двухчасовых занятия с начальствующим составом полка по изучению в одной группе 76-мм пулемета ДП, и в другой-7,62-мм винтовки СВТ. С 19.00 до 21.00 – снова занятия с мастерами по осмотру и ремонту ст. пулемета Максима. Очень устал. Гимнастерка прилипла к спине. Появилось желание выстирать. Ребята отговаривают. Предлагают пойти к начальнику обозно-вещевого снабжения Зельцеру Михаилу Львовичу и истребовать от него чистое белье и новые гимнастерки. Переговоры были не большими. Михаил Львович выдал нам нижнее белье и по солдатской гимнастерке. В море искупались, переоделись. У Васи Гуртового нашлась бутылка. Стакан один. Начали с меня. Снова не пошла. 100 грамм загублено. У всех остальных прошло хорошо. Ребята обещают научить меня.
12 августа 1941 (вторник) – день 52
… День начинается с политзанятия, завтрак и снова занятия. Сегодня до 12 часов завершил изучение руководства по ремонту пулемета Максим и приступил к изучению пистолета ТТ, 26-мм пистолета-ракетницы. Писаренко сегодня закончил изучение с мастерами 45-мм пушки обр. 1937 года. Молодец Вася, настойчивый парень. С 15.00 до 17.00 проводил занятия с начальствующим составом по изучению устройства 7,62-мм снайперской винтовки и о порядке приведения ее к нормальному бою. Занятие было практическое. На занятиях присутствовал командир полка майор Седых Р.З., комиссар Ярмолка Н.Ф. Замечаний по проведению занятия не сделали. Может быть, пожалели за то, что я заметно волновался. Весь вечер после ужина с Васей Писаренко обсуждали вопрос, как и где приобрести необходимый инструмент для ремонта, как организовать в настоящих условиях ремонт вооружения. Среди мастеров двое оказались местными, до призыва в армию работали в г. Осипенко на предприятиях. Это были оружейный мастер рядовой Колодзев Н.В. и Туркин В.Г. – артмастер. По телефону договорился с младшим лейтенантом Лобовым Георгием Михайловичем (пом. начальником артснабжения 261 СД), что он даст указание на дивизионный склад, чтобы завтра разрешили Васе Писаренко провести занятие с артмастерами по изучению матчасти 120-мм полкового миномета. Там же, на складе, Писаренко должен прозондировать почву в отношении комплектных ремонтных ЗИПов и инструментов. Для решения вопроса приобретения инструмента решили завтра уволить в городской отпуск рядовых Колодзева и Туркина. Что категорически запрещалось. Теперь мы иногда стали практиковать самоподготовку мастерам. Она проходила под руководством техников Писаренко и Степанова. Про бахчу постепенно стали забывать. «Пятерка» собиралась вместе только поздно вечером, а некоторые дни и совсем не виделись. У каждого были свои немалые заботы. Каждый командовал подразделением. На них лежала большая и сложная задача по воспитанию и обучению личного состава. Все мы здорово похудели. Но бодрость духа старались поддерживать.
13 августа 1941 (среда) – день 53
После политзанятия вторую учебную группу и рядового Колодзева во главе с арттехником Писаренко направляю в город Осипенко для проведения занятия на дивизионном артскладе. Повезло. Шла в город пустая автомашина и забрала их. С 9.00 до 11.00 с группой начсостава провел занятие по изучению пулемета Максима. Мне объявили, что с завтрашнего дня я должен заниматься в группе командирской подготовки. Значит, считай, что я насовсем отрываюсь от занятий с мастерами. Не вижу выхода из положения. Единственным выходом может быть только то, что все занятия с мастерами взвалить на арттехника Писаренко. Справится ли он один со всеми вопросами. Но больше выхода нет. Поздним вечером из города вернулся Писаренко со своей командой. Вернулся и Колодзев. Писаренко заметно доволен прошедшими занятиями. На завтра он договорился и снова поведет группу для изучения 76-мм полковой пушки обр. 1937 г., ружья ПТР. Он считает, что это нужно сделать до 17 августа. Нельзя не согласиться. Мастера Колодзев и Туркин договорились с предприятиями, где они работали, что по нашей заявке им выдадут все необходимые инструменты, а швейное предприятие изготовит походные сумки мастера. Всю ночь с Писаренко просидели над заявкой и конструкцией сумки мастера и что в ней должно быть. Оружейные мастера сегодня во второй половине дня закончили изучение пистолетов-пулеметов ППД и ППШ и их ремонт. Почти весь день занятиями руководил старшина Степанов. Мастера уже привыкли к самостоятельному изучению отдельных видов оружия (не сложных).
14 августа 1941 (четверг) – день 54
После проведенных мной политзанятий, Писаренко со всем личным составом мастерских направился в г. Осипенко. С 9.00 и на весь день я прикован к занятиям командирской подготовки в группе начальника штаба полка. К чему мне все эти «решения командира взвода», занятия по связи инженерной и химической подготовки… Все мои попытки отвертеться от этих занятий ни к чему не привели. Чувствую себя оторванным, обиженным за то, что меня не понимают, не понимают важности и необходимости артмастерских… Ну что же, приказ надо выполнять. На командирских занятиях до нас довели распоряжение Одесского военного округа о том, что в соответствии с Приказом войсками Южного фронта наша дивизия входит в состав Резервной Армии. Распоряжение было подписано начальником штаба ОДВО полковником Кашкиным и военным комиссаром штаба батальонным комиссаром Лавриненко. Не прошло и двух месяцев войны, а обстановка на фронте все больше и больше осложнялась. Бои уже велись под Ленинградом, Старой Русой, Новгородом, Великими Луками, Ельней, Конотопом. Противнику удалось отрезать Одессу, захватить Херсон. Это крупно разворачиваемые события волновали всех нас. Обо всем этом нам рассказывал сегодня на занятиях комиссар Ярмолко Н.Ф. Рассказал он нам и о том, что продолжается начавшаяся 5 августа героическая Одесская оборона. Шли бои на левом берегу Буга. Наиболее опасным стратегическим направлением считались Юго-Западное на Украине и в Белоруссии. Фашистские полчища рвались к Донбассу, рассчитывая взять его с ходу. Но здесь на его пути стал беспримерный героизм и стойкость защитников, стоявших на смерть. Поздно вечером вернулся с личным составом мастерских усталый с ввалившимися щеками техник Писаренко Вася. Но он еще пытался бодриться. Доложил, что со второй группой он весь день изучал 76-мм орудие. Старшина Степанов с первой группой получал инструмент, заказывал сумки мастера. Инструмент для сумок они оставили на предприятии, которое обещало само укомплектовать 25 сумок. Весь личный состав мастерских возвращался с полными карманами, свертками, в которых были ЗИПы и инструмент, необходимые для ремонта. Так мы начали укомплектовывать мастерские. Из сообщения Совинформбюро стало известно, что несколько дней назад наши войска оставили г. Смоленск. За 13 августа уничтожили 43 самолета противника, наши потери – 35.
15 августа 1941 (пятница) – день 55
В 8.00 Писаренко В.Я. убыл с личным составом на дивизионный артсклад. Вторая группа продолжит изучение 76-мм орудия, а 1-я изучит ружье ПТР. Задача обоих групп на обратном пути прихватить необходимые запасные части для ремонта различных видов вооружения. С 9.00 и до конца дня я на занятиях по командирской подготовке. На занятиях нам объявили приказ командующего войсками Одесского военного округа, в котором он требует формирование нашей дивизии закончить к 22 августа. Однако по всему было видно, что сроки не реальные. Например, наш полк вооружения и боеприпасов еще не получал. Недоставало обмундирования, обозного имущества и транспортных средств. Вооружить полк численностью 2.847 человек не так-то просто. Для этого потребуется и время, и опыт. Из информации комиссара Ярмолко мы узнали, что сегодня гитлеровцы, используя только что прибывшие богемские дивизии, предприняли новое наступление; форсировали р. Саксагань и ворвались в Желтые Воды, а к вечеру пал и Кривой Рог. Вечером с Писаренко подводили итоги прошедшего дня и намечали план работы на завтра. Итоги дня нас радовали: занятия прошли плодотворно. С собой принесли достаточное количество разных ЗИПов. Пожалуй, больше и не надо. Ибо будет обременительно. Завтра все надо уложить в походные ящики, удобные для перевозки. На занятиях помначштаба л-т Бекмураев М.С. объявил мне, что я 17 августа по графику должен заступить дежурным по полку. До этого я в такой наряд не ходил. Просил освободить меня от дежурства. Но работники штаба неумолимы. Совинформбюро сообщает, что идут ожесточенные бои от Ледовитого океана до Черного моря. На Южном направлении наши войска оставили г. Кировград и Первомайск. За 14 августа сбито 74 самолета противника, наши потери – 27.
16 августа 1941 (суббота) – день 56
В 8.00 проводил Писаренко с личным составом мастерских в Осипенко. Сегодня 2-я группа должна закончить изучение руководство по ремонту 76-мм орудия и начать изучение приборов артиллерии, а 1-я изучает боеприпасы. После первого часа занятий мне объявили, что я от занятий освобождаюсь и должен с начальником артснабжения Радько вплотную заняться вопросом обеспечения полка вооружением. На руках у Радько уже имелось несколько нарядов на получение винтовок СВТ и ручных пулеметов ДП. До обеда занимались с Радько составлением плана-графика вооружения подразделений. Тут же установили очередность и порядок. Во второй половине дня этот план был утвержден командиром полка. От подразделений мы потребовали ведомости на выдачу оружия личному составу под расписку. На основании этих ведомостей подготовили накладные на выдачу оружия в подразделения. К вечеру с двумя автомобилями ЗИС-5 я направился за получением винтовок СВТ в г. Осипенко. До 24.00 сделал три рейса. Завтра после принятия присяги, в торжественной обстановке будет вручаться оружие 1-й, 4-й, и 7-й стрелковым ротам. За ночь в раздаточных ведомостях против фамилии каждого солдата написали номера винтовок. С вечера все мастера переключились на работу, связанную с получением вооружения, его подготовки к выдаче, оказания помощи подразделениям в организации очистки оружия от заводской смазки. Старшина Степанов со своими оружейными мастерами из Осипенко привез 25 прекрасных походных сумок для мастеров с набором инструмента. Сумки сделаны из превосходной кожи, очень удобные в эксплуатации.
17 августа 1941 (воскресенье) – день 57
До завтрака с Писаренко пересмотрели расписание занятий с мастерами. По сути, оставили в расписании только политзанятия и три-четыре часа занятий в день по изучению руководств по ремонту вооружения. Проведение большей части занятий приходилось на Писаренко, т.к. я отвлекался теперь на вооружение полка, на дежурства, на занятия, на совещания… До обеда организовывали и проводили вручение оружия солдатам трех рот. Не обошлось и без курьеза. По вызову командира роты из строя вышел очередной солдат для вручения оружия. Назвав оружие и номер, командир 7-й стрелковой роты лейтенант Василенко Борис Дмитриевич протянул винтовку, вручая ее вышедшему из строя солдату. Но солдат стоял по команде смирно. Винтовка зависла в воздухе в протянутой командирской руке. Красноармеец заявил, что его вера не позволяет ему брать оружие в руки. Лейтенант Василенко, подойдя к красноармейцу повесил ему на шею винтовку. Но то начал, изгибаясь крутить головой до тех пор, пока не сбросил винтовку на землю. Не знаю, чем закончилась эта комедия. Оказывается, в армию приходили и такие люди. До заступления на дежурство сделал два рейса двумя машинами ЗИС-5 и привез еще партию винтовок СВТ. Оружейные мастера до конца дня работали в 1-й, 4-й, и 7-й стрелковых ротах. Завтра после вручения оружия мастера будут по графику работать во 2-й, 5-й и 8-й стрелковых ротах. Перед заступлением на дежурство меня по-приятельски проинструктировал Витя Мясоедов, которому очень часто приходилось дежурить до этого. После отбоя, личный состав полка мирно отдыхал, после тяжелой и изнурительной дневной работы, и учебы. Сегодня за день до десятка раз раздавался завывающий сигнал сирены, оповещающий о воздушной тревоге, и весь личный состав бегал к берегу моря. Сейчас личный состав отдыхал в бараках. На дежурстве я готовил накладные на выдачу вооружения, заполнял в ведомости номера оружия. Перед отбоем встретились с Писаренко. Обговорили план на завтра. Сегодня командование дивизии потребовало от нашего полка привести подразделения в полную боевую готовность. Об этом поставили в известность на коротком совещании у командира полка.
18 августа 1941 (понедельник) – день 58
В 1.00 совершенно неожиданно налетело несколько самолетов на расположение полка, и высыпали смертоносный груз. О приближении вражеской авиации полк никто не оповестил. При появлении самолетов противника и услышав визг падающих бомб, мы с посыльным успели спрыгнуть в щель. Во время бомбежки мы заметили несколько зеленых ракет выброшенных в районе арбузных бахчей. Налет был настолько внезапным, что никто из расположения полка не выводился. Бомбы рвались в ста, ста пятидесяти метрах от бараков, казалось, что небо смешалось с землей, с самолетами и огненной ночью. Одна бомба упала в пятидесяти метрах от нас и от входа в штаб полка и не разорвался. Ее падение вызвало резкое сотрясение всего окружающего. Наш окоп наполовину завалился. Мы видели, как к верху наклонно торчал стабилизатор неразорвавшейся бомбы. Отбомбившись, самолеты удалились. Появился командир полка, комиссар и начальник штаба. Срочно были вызваны все командиры подразделений и начальники служб. Потери, к счастью, были совершенно незначительные. Убито было 2 человека и ранено 10 человек. Техника полка не пострадала. Прямо скажем, полк очень удачно отделался от такого номера. Увидев неразорвавшуюся бомбу, командир полка приказал мне извлечь и вывезти ее для подрыва под берег моря. Я пытался объяснить командиру полка, что это могут сделать только саперы и что я не специалист подрывного дела. Но майор Седых рассердился, обозвал меня трусом и приказал меньше разговаривать, а выполнять приказание. Вызвал своих мастеров с малыми саперными лопатами. Долго и осторожно обкапывали корпус 100 килограммовой бомбы. Когда оставалось в земле лишь носовая часть, веревочной петлей зацепили за стабилизатор, удлинили веревку. Конец веревки привязали за крюк полуторки. Осторожно натянули канат. Бомба подалась. Таким способом, волоком, мы ее переместили до берега моря. Вагами подтолкнули ее в обрыв. В конце падения, у самого моря бомба взорвалась. Но и на этот раз обошлось все благополучно, никто не пострадал. Чтобы снять напряжение я быстро разделся, сбежал вниз по крутому берегу и бултыхнулся в воду: нырял, плавал на спине, закрыв от довольствия глаза. А лицо улыбалось и морщилось. Было как будто щекотно, больно и смешно. Все, кто были при церемониальном обряде по подрыву бомбы, быстро последовали моему примеру. Мы долго резвились и плескались в приятной морской воде, пока не последовала команда ст. л-та Лобеса о выходе из воды. На совещании майор Седых объявил мне благодарность, сформулировав это примерно так: «за примерное несение дежурства и ликвидацию неразорвавшейся бомбы…». Это была моя первая благодарность за службу в войсках. К концу дня от уполномоченного контрразведки нам стало известно, что сторож арбузных бахчей был арестован за подачу сигналов по наводке самолетов противника на расположение нашего полка. После смены с дежурства, провел с мастерами двухчасовое занятие по руководству по ремонту ручного пулемета ДП. С наступлением темноты двумя автомашинами выехал за получением вооружения с дивизионного артсклада. Сделал три рейса. Этого достаточно, чтобы завтра вооружить 3-ю, 6-ю и 9-ю стрелковые роты. Ночью готовили документы на выдачу винтовок СВТ этим ротам. Писаренко В.Я. весь день проводил занятия с артиллерийскими мастерами, завершая учебный план подготовки. Совинформбюро сообщили, что после упорных боев наши войска оставили города Николаев и Кривой Рог, Николаевские верфи взорваны.
19 августа 1941 (вторник) – день 59
На политзанятия в мастерских приходил политрук Ткаченко Андрей Федорович – ответственный секретарь партийной организации полка. Провел беседу с личным составом. Чувствуется эрудированный товарищ. Хорошо ориентируется в обстановке. От него мы узнали, что17 августа немцы захватили Апостолово, Никополь и Марганец, а 18 августа – Новопокровку и Орджоникидзе. Войска Резервной Армии с боями отходили к Днепру и Днепропетровску. Штаб Одесского военного округа из Днепропетровска переместился в Павлоград. В 9.00 на полуторке выезжал в артснабжение дивизии. Артснабжение, размещено вместе со штабом дивизии в двухэтажном доме с кирпичной оградой. У высоких железных ворот стоял часовой, который пропустил меня, почему-то не потребовав пропуска. Когда же я зашел в помещение, где размещалось артснабжение дивизии, то на лицах у всех появилось недоумение, мол, как это ты попал сюда. Не знаю для чего, но исполняющий обязанности начальника артснабжения дивизии младший лейтенант Лобов Георгий Михайлович, задав мне вопрос: кадровый я или из запаса. Отвечаю: – кадровый. Тут же он предложил покинуть штаб дивизии. По всему чувствовалось, что здесь ждали большого начальника. Выходя из штаба дивизии, я во дворе второй раз в своей жизни увидел С.М. Буденного (первый раз видел в Тамбовском арттехучилище). С.М. Буденный подошел к воротам. Несмотря на свои 58 лет он выглядел бодро. Одет он был в солдатскую шинель, в пилотке. Часовой от него потребовал пропуск, но тут же, как подпружиненный, вытянулся по стойке смирно. За Буденным следовала свита, думаю, зачем маскироваться такому человеку как Буденный. Ведь его не только в нашей стране, а, пожалуй, и за границей узнают, даже если он прибегнет к самому замысловатому гриму. Его всегда могут выдать неповторимые черные усы вразлет, оригинальные широкие брови, его подтянутость и стройность. Начиная с первых дней войны, очень много разговоров шло о бдительности, в т.ч. и в Осипенко. Здесь бралось на подозрение даже самое незначительное отступление от формы одежды военнослужащего. Вчера произошел такой случай. Задержали в городе Осипенко лейтенанта Степанова. Причиной задержания было то, что ему кто-то из шутников товарищей накануне его поездки, незаметно, нацепил на петлицы, рядом с общевойсковой эмблемой и эмблему техническую – ключ с молотком. У продавщицы магазина это вызвало подозрение и, по ее заявлению, л-т Степанов был задержан милицией. Пришлось пом. начальника штаба полка л-ту Бекмураеву выезжать для опознания задержанного. Через полтора часа С.М. Буденный со свитой покинул штаб 261 СД. Только после обеда я мог снова попасть в артснабжение дивизии и решить вопросы получения материальной части артиллерии и минометов. Получил наряды. Здесь, в штабе дивизии, я узнал, что фронт приблизился к самому Днепропетровску. Обстановка на этом участке очень сложная. Командующий фронтом Тюленев сам руководит боевыми действиями в Днепропетровске. Все мастера распределены по ротам. Они принимали участие в подготовке оружия к стрельбе в 1, 2, 4, 5, 7 и 8 стрелковых ротах, а также в подготовке оружия для вручения бойцам 3, 6 и 9 стрелковых рот. Проведена подготовка для вооружения винтовками СВТ спецподразделений полка. Пулеметов, пушек и минометов полк пока не получал. Вернувшись из штаба дивизии, я решил доложить результаты поездки начартснабжения Радько П.А. Зашел в общежитие. Посмотрев на меня, он принялся имитировать «боль в животе». Но мне сразу же стало ясно, что он находится в сильном алкогольном опьянении: Язык у него заплетался, он плохо соображал. Долго я чувствовал себя неудобно, за то, что стал свидетелем этой неприглядной истории. Я обратил внимание, что за последние дни Радько часто посещает санчасть. В работу мастерских совершенно не вмешивался. Если же давал указания, то часто нравоучительного, общего характера и постоянно при этом требовал уважительного отношения к нему. А если же он говорил о чем-то, то исключительно для того, чтобы подчеркнуть свою осведомленность в важнейшем деле, что бы все окружающие знали о нем, как о всезнающем человеке. Я, обычно, в конфликт с ним не вступаю, считаю, что он действительно больной человек. У меня к настоящему времени уже сложилось определенное мнение о нем. Я к нему стал питать чувство брезгливого отношения. В моих глазах он далеко не пример армейской службы. Он все в меньшей мере становится начальником. По-моему, он сам чувствует это. Свою работу он больше перекладывает на других. Его заносчивость и брезгливость мешали ему обрести уважительное отношение к себе со стороны окружающих. В армии не положено вступать в обсуждение приказа. Эта истина нам известна еще с курсантской скамьи. Самое опасное в армии, когда начальник дискредитирует себя и потеряет авторитет. По уставу же в любом случае приказ вышестоящего начальника должен быть выполнен, а потом, если это требуется и обжалован. Это положение устава, безусловно, основывается на том, что начальниками должны назначаться безупречные люди со здравым смыслом, светлой головой, в совершенстве знающие свое дело с безукоризненным моральным обликом. Вряд ли в данном случае у подчиненного возникнет сомнение в целесообразности выполнения полученного приказа от такого начальника. Однако вся трагедия состояла в том, что было неприятно выполнять распоряжения такого начальника. Сами по себе возникали мысли о предвзятости, нецелесообразности, глупости в содержании распоряжений. В этой противоречивой обстановке, к великому сожалению, приходится осуществлять свои первые шаги в армейской службе. Ну ладно, будем смотреть дальше.
20 августа 1941 (среда) – день 60
Осталось три дня до установленного срока окончания формирования дивизии. Однако в полку еще нет многих видов вооружения. По сути, получены только винтовки СВТ. После проведения политзанятий, сегодня выехал в Осипенко. Получаем 4 шт. 76-мм орудий. Командир батареи л-т Юергаль Ефим Григорьевич со своей батареей на складе в Осипенко получают эти орудия и артамуницию, и на конной тяге к вечеру возвращаются к месту расположения. С батареей были арттехник Писаренко и все артмастера. Получил наряды на 82-мм минометы – 6 шт., 120-мм полковые минометы – 2 шт., и 50-мм минометы – 18, станковые пулеметы Мксима – 36, ручные пулеметы – 54 шт. Дивизия не удовлетворила нашу потребность в 45-мм пушках, в 82-мм минометах – 12 шт., 50-мм минометах – 9, 120-мм полковых минометах – 2 шт., в личном оружии для начсостава, счетверенных зенитно-пулеметных установках. С обеда и до поздней ночи весь личный состав мастерских вывозили вооружение по нарядам. Мобилизован весь автомобильный и гужевой транспорт. Однако для вывоза потребуется еще и 21, и 22 августа. Ночью завезли подразделение 120-мм минометы, по 2 миномета 82 мм в минометной роте стрелковых батальонов и по 6 штук 50-миллиметровых минометов в каждый стрелковый батальон. При вооружение винтовками СВТ спецподразделений обнаружилась недостача 100 винтовок СВТ. До пота пересчитываю по документам и по остаткам на полковом складе. Судя по освободившийся укупорке, устанавливаю, что 100 винтовок мною со склада недополучено, хотя, в спешке я за них расписался. Срочно выезжаю в дивизию. Обращаюсь к помначальника артснабжения дивизии младшему лейтенанту Лобову Г.М. с просьбой до выдать мне 100 винтовок. Он пообещал разобраться с этим вопросом, но лишь после того, как всем частям будут выданы винтовки, и в том случае, если обнаружиться излишек 100 винтовок. Думаю, а мне-то всё это время надо переживать. От него сразу же выезжаю на дивизионный склад, уверенно и смело подгоняю машину к штабелю с винтовками, забираю свои 100 винтовок и уезжаю. Никто на меня не обратил внимание. Теперь я свободно вздохнул, как гора с плеч свалилась. Наряды нарядами, а в наличии на дивизионном складе пока ни станковых, ни ручных пулеметов нет. Придется ждать, сколько пока ещё не известно. Артмастерские теперь ежедневно работают по специальному графику в подразделениях. Мастера и техники занимаются подготовкой стрелкового оружия, минометов и орудий к боевой стрельбе. Подразделения приступили к выполнению боевых упражнений из винтовок. В полку закипела, забурлила жизнь. Всюду, под берегом моря слышится стрельба из оружия. Люди учатся стрелять. И всё-таки с мастерами мы и теперь ежедневно проводим занятия по 4-5 часов. Большинство мастеров действует в подразделениях уверенно. Помогают командирам обучать личный состав, как правильно ухаживать за оружием. Солдаты противника бомбили пристань Осипенко, но город жил обычной трудовой жизнью. Казалось, ничто не нарушало её привычного течения.
21 августа 1941 (четверг) – день 61
Всю ночь не спали. Радько, я и Писаренко подводили итоги вооружения подразделений. А ночь на редкость выдалась темной. Небо затянули облака, не было видно ни звезд, ни месяца. Накрывал мелкий тёплый дождь. В стороне море изредка вспыхивали вдали синие извилины молнии, глухо и тяжко рокотал гром. Мы с Васей Писаренко, несколько раз раздевались до трусов и выбегали, чтобы постоять под приятными каплями дождика. До 9.00 провёл политзанятие. Мастера интересуются обстановкой на фронтах. Единственное что мы можем сказать – это идут ожесточенные бои за Днепропетровск. А большего и сам не знал. С 9.00 все мастера и техники разошлись по подразделениям полка, каждый с определенным заданием. До 11:00 был в минометных ротах 1-го и 2-го стрелковых батальонов. Проверил, как они готовят полученные по 2 миномета к предстоящей боевой стрельбе. Подготовка идёт сносно. Командир минометной роты 1 СБ лейтенант Верджиев Алтулин Варджиевич уверенно даёт указания по подготовке минометов, лично интересуется и проверяет. Посмотрел, как готовит мат часть и мой друг, командир 2-го взвода 2-й минометной роты 2 СБ лейтенант Гуртовой Василий Георгиевич, или просто Вася. Договорились с ним, кроме всего прочего, что он сегодня обеспечивает через буфет дополнительный, плотный ужин на всю «пятёрку». С 11.00 с мастерами пересмотрели всё наличие ЗИПов, инструментов общего назначения. Под открытым небом из ящиков из-под винтовок соорудили верстаки, получились неплохие рабочие места для мастеров. Сделали небольшую ограду, обтянув периметр проволокой. Теперь можно проводить практические занятия с мастерами по ремонту оружия. В 13:00 я выехал на дивизионный артсклад в Осипенко узнать прибыли ли станковые и ручные пулеметы. Еще не прибывали. С 18:00 до 22:00 провел занятие с мастерами по практическому устранению неисправностей винтовки СВТ, для чего использовали уже появившиеся в подразделениях винтовки с неисправностями. Во время занятий нас посетил Комиссар полка старший политрук Ермолка Никанор Федорович. Одобрил наши занятия. Нравится мне комиссар своей неторопливостью, вдумчивость и той особой теплотой, располагающий к себе, которая встречается довольно редко. На ужине, в столовой договорился с командиром транспортной роты младшим лейтенантом Мельниковым Михаилом Кондратьевичем о выделении одной брички в распоряжение мастерских, с целью сделать погрузку имущества мастерских в учебных целях: проверить, всё ли войдёт на повозку и удобно ли будет отыскивать необходимый инструмент при возникновении в нём необходимости. Пять раз мастера перегружатели повозку. Возглавлял эту работу Вася Писаренко. Как всегда, он эту работу проделывал с увлечением, разумно. После официального ужина, «пятёрка» пользовалась добычей разбитого и влюблённого Васи. К закуске была даже и 500-граммовка. Мы выразили сожаление Васе за его сердечную привязанность (в том числе и к нам), доставлявшую ему много беспокойства и переживаний. Много шуток по этому вопросу было. Пока не заснули. Днём, с берега отчётливо вырисовывались контуры гидросамолетов, покачивающегося на волнах. Некоторые из них взлетали и обратно садились на воду, оставляя за собой бурлящую дорожку. Совинформбюро сообщило, что идут упорные бои на Кингисепском, Старорусском, Гомельском и Одесском направлениях.
22 августа 1941 (пятница) – день 62
Просыпались мы рано (когда удавалось спать). Физическая зарядка на берегу моря, купание, да и сам воздух, наполненный ароматом цветов, бодрил и освежал. Усталости вчерашнего дня, как и не бывало. Когда мы возвращались с берега, солнце не успевало ещё высушить росу, и мы любовались алмазными каплями, блестевшими на траве, на листьях кукурузы. Политзанятия провёл Писаренко, уверенно, со знанием дела. Когда он говорил, щеки его багровели, он как бы тебя подтягивал себя, говорил остро, собрана. Речь шла о злодеяниях фашистов. Всем своим целенаправленным рассказом он пытался вселить в воинах острую ненависть к врагу. Я долго любовался эрудицией Васи, его ладной и подтянутой фигурой молодого техника. Общее желание затянуться табачным дымом собрала мастеров кружок. Начались непринужденные разговоры. Мастеров Чернова Г.П., Ильина П.М., интересовал вопрос, нельзя ли у нас организовать партийную организацию, увеличив число членов партии до 4 человек. Мол, такие возможности у нас имеются. Мастеров Петрова Г.Ф., Селезнёва М.А. беспокоили вопросы, связанные с тем, что личный состав в подразделениях очень плохо знает устройство оружия и плохо ухаживает за ним. Старшина Степанов мастер Кривощёков А.С. считает, что каждый мастер должен отстрелять боевое упражнение из всех видов стрелкового оружия. Было и много других предложений. Всё это, прежде всего, говорило о том, что коллектив мастерских стоит на правильном пути, болезненно переживает недостатки, недоработки и упущения. В расписание занятий включили проведение боевых стрельб мастерами. Возглавляет это старшина Степанов. С мастерами проведено 4-часовое практическая занятие по ремонту оружия. Остальное время мастера по графику работали в подразделениях полка. В 16:00 с Васей Писаренко были на комсомольском собрании. Избрали бюро. Вася вошёл в состав бюро по моей рекомендации. Приняли 6 человек в члены ВЛКСМ. Приняли решение всю практическую деятельность комсомольской организации направить на успешное завершение плана боевой и политической подготовки, завершение формирования. Ответственный секретарь Комсомольской организации политрук Романчук Николай Иванович сказал, что в боевые действия некоторые из наших комсомольцев вступят кандидатами и членами ВКП(б). Сейчас на них оформляются документы. После длительного перерыва «пятёрка» сочла необходимым, и в тёмное время посетила бахчу. Какой же прелестный новый сторож. Сам собрал и предложил нам кучу арбузов. Молодец. Непременно принесем ему бутылку. Совинформбюро сообщила, что 21 августа нашими войсками поставлен город Гомель.
23 августа 1941 (суббота) – день 63
Политзанятие и стрельбу из винтовок проводили Писаренко и Степанов. С 9.00 и до 13:00 я провел занятия с командирами минометных взводов и рот. Присутствовало 20 человек. За 4 часа пришлось рассказать устройство 50-мм, 82-мм и 120-мм минометов, особенности их эксплуатации. Основное внимание уделил на возможных неисправностях, которые могут появиться в ходе эксплуатации. Изучили порядок выверки прицельных приспособлений и прицельной линии. На одном часу занятий присутствовал командир полка Майор Седых Роман Захарович. Уходя, он обратил внимание всех присутствующих на необходимость и после этих занятий продолжать изучение мат части самим и со своими подчинёнными. А меня спросил, когда привезём остальные недополученные два полковых, 12 батальонных и 9 ротных минометов. Ответил, что пока нарядов на получение не имеем. С 15.00 до 19.00 – занятия с мастерами по практическому ремонту оружия. Эти занятия мастера любят. Относятся к ремонту с любовью. Очень хорошие способности в проведении ремонта показывают оружейники Веселов Г.И., Трефилов П.К., Заваршин Н.П., Чуднов З.К. Писаренко докладывает, что он очень доволен знаниями артмастеров: Федотова А.И., Зеброва А.С., Колотова Ф.А., Грешнего С.И. Он уверен, что они самостоятельно могут устранить возникшие неисправности у 76-мм орудия и у миномётов. Отрадно. До отбоя побывал на дивизионном артскладе. Привез пистолеты и револьверы для начальствующего состава и несколько десятков винтовок СВТ. В вечернем сообщении Совинформбюро за 22 августа подводятся итоги войны за 2 месяца: потери немцев убитыми ранеными и пленными свыше 2 млн, 8.000 танков, 10.000 орудий, 7.200 самолётов; наши потери 50.000 убитыми 440.000 ранеными и 110.000 без вести пропавшими, танков 5.500, орудие 7.500, самолётов 4.500.
24 августа 1941 (воскресенье) – день 64
Ночью шел дождь, а под утро погода изменилась. Небо очистилось от туч. Над водой остался легкий туман. Ветерок относил его к берегу. На горизонте показалась солнце, слепящие лучи ударили в глаза, по воде запрыгали золотые блики. Вдали виднелся силуэт корабля, а вокруг него на зеленоватой глади моря виднелись высокие всплески воды от взрывов бомб. Немецкий стервятник бомбил наш корабль. Но вскоре фашистский самолет уткнулся носом в море. Видимо его сбили зенитчики корабля. Это зрелище мы сегодня наблюдали во время утренней физзарядки. На дивизионный артсклад прибыли пулеметы. Мобилизуем гужевой и автотранспорт. Все мастера, завскладом, техники выезжаем на получение пулеметов. Вывоз закончили лишь в полночь.
25 августа 1941 (понедельник) – день 65
После проведенных политзанятий все мастера и техники занимаются распаковкой пулеметов, проверкой их комплектности. Готовим и здесь же выдаем их стрелковым ротам. До обеда все 36 станковых пулемета и 54 ручных выданы в подразделения. По распоряжению штаба полка с 14.00 до 18.00 провожу занятия с начальствующим составом пулеметных рот. Особый интерес к занятиям проявили командиры пулеметных рот: 1-го СБ л-т Шкуматов Василий Андреевич, л-т Полотняный Василий Павлович – 2-го СБ., 3-го СБ – л-т Гурин Петр Степанович. Приятно проводить занятия с такими активными слушателями. Лично я занятием доволен. Особое внимание обратил на изучение правил ухода за пулеметом, устранением задержек в стрельбе силами расчета. После обеда и до поздней ночи мастера находились в пулеметных и стрелковых ротах – помогали подразделениям производить разборку пулеметов, удалить заводскую смазку, готовить к предстоящим стрельбам. В 19.00 выехал с ротой ПВО на дивизионный склад за получением зенитно-пулеметных установок. Полку выдавали две зенитно-пулеметные установки (счетверенные) с пулеметами Максима и две установки совершенно незнакомые для меня, о которых в училище нам не говорили ни слова. Это были тоже счетверенные установки, но вместо четырех пулеметов Максима были установлены один пулемет Максима и три авиационных пулемета ПВ-1.
26 августа 1941 (вторник) – день 66
После завтрака командир полка собирает на совещание весь начальствующий состав полка. Собрались на берегу моря. Для командования был поставлен стол. Мы все разместились на земле. Вещание началось в 9:00. Первым выступил командир полка. Майор Седых обрисовала обстановку на фронтах. Мы узнали, что с 20 по 25 августа продолжались ожесточенные бои за Днепропетровск. Штаб Резервной Армии и группа фронта во главе с командующим Днепропетровске. Со вчерашнего дня Резервная Армия переименовалась в 6-ю общевойсковую армию, а её командующим назначен Р.Я. Малиновский, Членом Военного Совета Ларин. Штаб размещается в Новомосковске. Далее майор Седых говорил о мужестве личного состава соединений, сражавшихся под Днепропетровском. К 6 часам утра 25 августа войска Резервной Армии отошли на левый берег Днепра. Немцы вышли к Запорожью. Комиссар полка Ермолка рассказывал нам о зверствах фашистов над мирным населением. Фашисты повсеместно сбрасывают на работавших в полях женщин и подростков бомбы. Расстреливают их на токах. Далее на совещании речь шла о завершении формирования, хотя полк имеет большую неукомплектованность вооружение. Рассеиваются ошибочное мнение о личности комиссара полка. За заурядной внешностью таилась непоколебимая воля, талант организатора. А если ему посмотреть в глаза, то можно увидеть большую глубину разума и четкую работу мысли. Сегодня пришла мысль: а чем моя должность не нравится мне? Почему я завидовал строевым командиром? У меня меньше работы? Чем не боевая работа? Считаю, что должность техника – ответственнее, чем командира взвода. Как и у взводного подчинённые так есть подчинённые и у техника. Воспитание и обучение личного состава удел каждого. В чём же разница? Посмотрим в бою. Сегодня получил письмо от мамы. Пишет, что у неё всё хорошо. Беспокоится за меня. Наверное, я голодный. Но пишет, что сегодня было Шура (сестра), прочитала моё письмо и сказала: «Мама, Миша устроился хорошо. Видишь на конверте написано «боепитание». Значит с питанием у него нормально. В отношении пищи он не испытывает недостатка». Рассказал я это «пятёрке» – долго смеялись над «боепитанием». На самом деле с питанием было неважно, ходили полуголодные. Молодой организм требовал восполнения больших энергетических затрат. Очень обременяет работа чисто хозяйственного порядка, которую обычно в подразделениях выполняют старшины. Но такового в мастерских положено не было. Надо что-то придумать, чтобы всецело переключиться и думать больше организации правильной эксплуатации и своевременного ремонта восстановление вооружения. На свой риск я поручил старшине Степанову, одновременно выполнять функции старшины. Это прижилось. Я получил большое облегчение в работе. Теперь он проявлял полную заботу о своевременном получении всех предусмотренных для бойца видов довольствия. Закончили вооружать личным оружием начальствующий состав. Постоянно просят сделать лёгкий спуск в оружии. Доказываю, что спуск в пределах допуска. Меньше делать нельзя – будут самопроизвольные выстрелы. Попробуй, докажи. Практически познакомился со всеми командирами подразделений и начальниками служб. Знаю многих командиров взводов. Со всеми нахожу общий язык.
27 августа 1941 (среда) – день 67
В 5.00 вся наша «пятёрка» на берегу моря. После приятного купания, уплетаем предусмотрительно приобретенные вчера в магазине, воблу и брынзу. Нашлось и несколько хлебных сухариков. Благодарим все Васю за яства. Немного сердится. C 9.00 с Васей Писаренко подводим итоги специальной подготовки мастеров. Устраиваем вроде проверки знаний – экзамена. Каждому выставляем оценку. Результатом довольны, и мы и мастера. После обеда все мы в подразделениях. Интенсивная эксплуатация оружия даёт о себе знать. Всё чаще стали появляться неисправности. Чаще всего они возникают от неосторожного обращения с оружием. Расколы, вмятины, трещины, сбиты мушки… Теперь это не страшно: у нас были и подготовленные мастера, и тиски, и молотки, и ножовки, и дрели, и свёрла всё то, что требовалось для ремонта прямо в подразделениях, в окопах, блиндажах… Располагали мы и необходимыми запасными частями.
28 августа 1941 (четверг) – день 68
C 9.00 совещание у командира полка. Речь шла о сложной обстановке на фронтах, о полученном приказе на завершение учебной программы боевой подготовки, о подготовке подразделений полка к погрузке в железнодорожные эшелоны. Нам приказано в течение суток до 6:00 29 августа в полк завести один боекомплект боеприпасов. На 29 августа был назначен строевой смотр полка. Тяжело осознавать, что враг повсеместно рвется на Восточный берег Днепра. Командование полка вплотную перед нами поставила вопрос: еще раз проанализировать и сделать выводы – готовы ли мы к успешному ведению боевых действий. За личный состав своего подразделения я беспокоился меньше всего. Если даже и были пробелы, (а они были), в специальной подготовке, зато морально боевой дух и боевой настрой личного состава артмастерских были высокие. Ни в одном из мастеров я ничуть не сомневался. Все они были с открытой русской душой. По всему чувствуется, что через несколько дней полк будет введён в боевые действия. Весь день с мастерами и техниками вывозили боеприпасы. В этот же день подразделениям был выдан носимый запас. Часть запасов боеприпасов оставалась в боепитании полка, на повозках. Подразделения полка завершали боевые стрельбы из оружия и готовились к погрузке в эшелоны. Завтра ожидалось прибытие командования дивизии. После ужина «пятёрка» ходила ещё раз ужинать в буфет военторга. Сегодня почему-то даже не было очереди. Удивительно.
29 августа 1941 (пятница) – день 69
С самого раннего утра командиры подразделений озабоченный подготовкой подразделение к строевому смотру и предстоящему проведению полкового учения. Я также готовил личный состав к смотру. Ещё раз проверили подгонку обмундирования, выручку каждого поодиночке и подразделением. Подготовили, уложили в ящике имущество мастерских. Погрузили в повозку. В 16.00 на трибуне появилось командование полка. Полк был выстроен для смотра. Командир и комиссар полка обошли строй, выслушали доклады командиров подразделений. Сделали ряд замечаний. В 16:30 на машинах подъехала командование дивизии. Командир дивизии полковник Еремин Михаил Андреевич выслушал доклад командира полка. Все поднялись на трибуну. На трибуну вышли комиссар дивизии старший батальонный комиссар Куяров Михаил Иванович, начальник штаба дивизии майор Виноградов Михаил Георгиевич. Началось прохождение подразделений у трибуны, с песней. При прохождении моего подразделения мимо трибуны, я подал команду «Смирно! Равнение направо!», но голос у меня сорвался как у молодого. Это вызвало смех рядом находящегося подразделения. Командование, находящееся на трибуне, с улыбкой проводили взглядом подразделение. Очень я огорчён этим. Надо же такому случиться. Находимся на формировании почти месяц. Но никто из снабженцев дивизии нас ни разу не посетил. А может быть им не до нас. Все мы, молодые выпускники училища, были представлены сами себе, всецело полагаясь на полученные знания в училище. И всё же смотр прошёл торжественно, впечатлительно, хотя и не был таким, как это бывали смотры в училище. Здесь командование более заботилось о практических делах: осматривали вооружение, обувь, одежду, повозки, проверяли комплектность содержимого в вещевых мешках… Командование дивизии полком осталась довольно.
30 августа 1941 (суббота) – день 70
По-прежнему провел политзанятия с утра. С 9.00 совещание у командира полка. Речь шла о проведении предстоящих учений, о подготовке к погрузке в эшелоны (о возможной). На совещании был представлен вновь прибывший начальник штаба полка капитан Передня Гаврил Дмитриевич. Стройный, подтянутый, в возрасте примерно 35 лет. Внешне производит хорошее впечатление. Временно исполнявший обязанности начальника штаба старший лейтенант Лобес Владимир Карлович был назначен командиром стрелкового батальона. Подразделения полка вели боевые стрельбы из стрелкового оружия. Батарея 76-мм орудий провела боевые стрельбы, боевым снарядом. Стрельбы прошли хорошо. Все мастера весь день находились в подразделениях. Совинформбюро сообщило, что наши войска 29 августа вели упорные бои на всем фронте. С 21 по 27 августа уничтожено более 500 немецких самолетов, наши потери – 262.
31 августа 1941 (воскресенье) – день 71
В 1.30 полк был поднят по тревоге, вышел для совершения марша. Начались полковые учения. Для проведения учений прибыл командир дивизии, комиссар дивизии. Мастерские боепитания, подвижные запасы боеприпасов находились на марше. В течение дня поступало много вводных. Мы развертывали пункт боевого питания, меняли дислокацию, снова повторялось… Вернулись в бараки лишь с наступлением темноты, усталыми, грязными, небритыми. На учениях нам стало известно, что фашистам удалось вчера захватить плацдарм в районе завода имени Коминтерна и Лесозавода. Здесь на левом берегу оборонялись войска 6-й Армии. Противник пытается расширить этот плацдарм. Вместо раненого под Днепропетровском командующим Южным фронтом генерала армии Тюленева под Днепропетровском вступил в командование генерал-лейтенант Рябышев Д.И.
1 сентября 1941 (понедельник) – день 72
В 3.00 полк поднят по тревоге. Выстроились. Небольшой смотр. В 5.30 разошлись по казармам. До обеда с мастерами провели занятия. После обеда все разошлись по подразделениям, а я поехал в артснабжение дивизии. Отвез донесения по вооружению и по боеприпасам. Сдал заявку на недостающее вооружение. Сказали, что нашу потребность пока удовлетворить не могут. В 18.00 совещание начальствующего состава полка. Разбор прошедшего учения. Одновременно был объявлен приказ командира дивизии, в котором подводились итоги проверки хода боевой и политической подготовки частей дивизии. По нашему полку в этом приказе была дана отрицательная оценка действию на учениях помощнику командира полка по снабжению капитану Сумарскому. Провел индивидуальную беседу с артмастером Черновым Г.П. Григорий Петрович, 1906 года рождения, уроженец Орловской области. До войны работал и жил в г. Чернигове. Жена до оккупации Чернигова должна была эвакуироваться в Орловскую область. Но он не знает, сумела она это сделать или нет. О ее судьбе он ничего не знает – это беспокоит его. Сын его 16-летний, до начала войны, в июне был у бабушки в Орловской области. О нем тоже ничего не слышно, т.к. на его письма, из Орловщины, до сего времени ответы не поступили. До призыва в армию работал в часовой мастерской. Любит выполнять более тонкие, требующие более тщательной подгонки, работы.
2 сентября 1941 (вторник) – день 73
С самого подъема Радько, Писаренко, я и мастера разошлись по подразделениям с целью установить, как приводится в порядок вооружение после учений, помочь подразделениям в этом вопросе. Почти все подразделения сегодня выполняли боевые стрельбы из всех видов вооружения. После обеда с мастерами провел беседу. Обсуждали также вопрос – готовы ли мы к работе в боевых условиях. Почти каждый мастер высказал свою точку зрения по нашей готовности. Однако все высказывания были направлены на повышение оперативности в работе по устранению неисправностей. Болезненно за состояние вооружения в подразделениях высказались оружмастера. Они считают, что надо к командирам подразделений применять более жесткие меры и чаще спрашивать с них за плохое содержание вооружения. Об этом говорили рядовые Селезнев М.А., Кривощеков А.С., Веселов Г.И., Чуднов З.К, Федотов А.И., Грешный С.И. Арттехник Писаренко несколько слов сказал о необходимости повышения дисциплины и чувства товарищества и взаимовыручки. Провел индивидуальные беседы с мастерами Колодзевым Николаем Васильевичем и Туркиным Виктором Григорьевичем. Николай Васильевич, 1908 года рождения, уроженец Запорожской области. До войны работал на заводе в г. Запорожье. Отец многочисленного семейства (пятеро детей), человек по натуре спокойный и осмотрительный, рабочий-станочник, для которого работа в мирное время была самым большим удовольствием в жизни. Был инициатором стахановского движения на заводе, выполнял норму выработки до 500%. К работе в мастерских относится прилежно, аккуратно выполняя задания по ремонту, чувствуется специалист высокой квалификации. Виктор Григорьевич, 1903 года рождения. Уроженец Тамбовской области. Из г. Котовска. До призыва в армию работал на военном заводе слесарем-инструментальщиком. В Котовске остались мать, жена и двое детей учащихся средней школы. С другими мастерами был замкнут, холоден и малословен. В приступе подступившей искренности поведал свои секреты. Семья эта у него вторая. От первой жены нет детей. А с этой он связал свою жизнь по любви, взяв ее с двумя детьми, которых он усыновил и живут уже несколько лет в любви и согласии. Человек честный, правдивый, душевный. Как специалист – лучшего и желать не надо.
3 сентября 1941 (среда) – день 74
Ночью дважды подавался сигнал воздушной тревоги. Дважды бегали в укрытие. На Осипенко сброшено несколько бомб. Полк приведен в боевую готовность. Все имущество, боеприпасы находятся на повозках. Готовы выйти в любую минуту. Всё что было излишне в полку, по приказу дивизии, сдали вчера на дивизионные склады. Мы вывезли всю освободившуюся укупорку из-под вооружения и боеприпасов. Ничего теперь нас не привязывает к месту дислокации, разве только море?.. Все мастера закреплены на постоянно за подразделениями, некоторым досталось по две, по три роты. Не проходит дня, чтобы в штаб не собирали начальствующий состав. Вот и сегодня дважды отрывали от занятий с мастерами или от работы в подразделениях На одном из совещаний нам зачитали приказ войскам 6-й армии Южного фронта, в котором говорилось, что упорнейшие бои в районе Нижнеднепровка на продолжении 18 дней показали на какое великое упорство в бою способны наши бойцы, если они крепко спаяны командирской волей и дисциплиной. В пример приведены Днепропетровское артиллерийское училище и Полтавская автотранспортное училище, которые вынесли на себе всю тяжесть боёв в районе Нижнеднепровка Далее приказ требовал повысить дисциплину, проявить упорство – ни одного шага назад! Первое же проявление трусости карать расстрелом на месте, укрепляя этим ряды бойцов и внедряя крепкую воинскую дисциплину. Мы догадывались, что наша дивизия видимо будет направлена именно на этот участок фронта. Из этого приказа мы узнали, что штаб 6-й армии находится в Подгорное, а командовал армией генерал-майор Малиновский Р.Я. Членом Военного Совета был бригадный комиссар Ларин, начальник штаба комбриг Батюня. Командир полка потребовал усиленной подготовки для предстоящей погрузки в железнодорожные эшелоны. Штабу приказано разработать план перевозки. С сегодня во всех подразделениях, в том числе и в мастерских боепитания начали изучать обязанности должностных лиц и лиц суточного наряда при перевозке войск по железной дороге, и готовили необходимые крепежные материалы. Службы готовились к перевозке своих грузов и уточняли в штабе план перевозок, корректировали его. Техники и мастера находились в закрепленных за ними подразделениях. Контролировали изготовление приспособлений для крепления оружия в вагонах, на платформах. В ротах готовили рейки крепление оружия в вагонах, колодки для крепления пулеметов, а в батарее – колодки и необходимые материалы для крепления орудий. Начальник артснабжения Радько, и я проверили размещение носимых и возимых запасов боеприпасов в палку, правильность погрузки боеприпасов на повозках и их сохранность. Совинформбюро сообщило, что 2 сентября Наши войска оставили город Таллин.
4 сентября 1941 (четверг) – день 75
В 8:00 сегодня, второй раз за месяц в мастерские зашёл политрук батареи 76-мм пушек Фудим Соломон Аронович. Поздоровавшись со мной, он извинился, что обстоятельства не позволили ему, как курирующему партийно-политическую работу в мастерских, бывать у нас. Вместо предусмотренного расписанием политзанятия, Фудим провёл с личным составом беседу. Признаться, мне очень понравилась, как он, казалось без труда, быстро завязал непринужденную беседу с мастерами. Эта беседа носила форму вопросов и ответов, высказывание мастеров их мнений, обобщения этих мнений Фудимом. Когда велась беседа, он разрешил курить кто желает. Но ни один из мастеров не закурил, хотя многие из них заядлые курильщики. По сей день полк продолжал доукомплектоваться обозно-вещевым имуществом. Наша некомплектность в вооружении продолжала оставаться прежней. Из приказа командира дивизии, объявленного нам на совещании, мы узнали, что дивизия с сегодняшнего дня начала перебрасывается в Новомосковск и сосредотачиваться в районе Орловщины. Первым выдвигался 976 стрелковый полк. От всего начальствующего состава штаб полка принял зачеты по знанию устава внутренней службы, в частности обязанности должностных лиц и лиц суточного наряда при перевозке по железной дороге.
5 сентября 1941 (пятница) – день 76
В 7:30 на совещание нам объявили, что согласно приказу командира дивизии, наш 978 СП в 1:00 6 сентября должен погрузиться на станции Бердянск и следовать тремя эшелонами до Новомосковска, там выгрузится и сосредоточиться на Восточной окраине. «Пятёрка» решила выкроить 2 часа для прощания с местами обитания: морем, бахчой и заведениями военторга. Но дел перед каждым из нас предстояло много. Решили это сделать с 13.00 до 15.00, как самое удобное время, поскольку одним часом совмещено с обедом. Так и было сделано. Морю было уделено ровно час. Накупались дать до синевы. Короткое время на штатной обед. Потом магазин, буфет и бахча. На бахче угостили сторожа, ему не жалко арбузов нисколько. Он предлагает их брать столько, сколько унесем. Берём по 2, чтобы угостить своих подчинённых. На этом расстались. Последние проверки перед маршем на станцию, готовности к погрузке и перевозке по железной дороге. Успел написать ответ на письмо мамы. Написал, что Шура права, с питанием у меня хорошо. купаемся, загораем, учимся… С наступлением темноты мы выдвигаемся к станции Бердянск. Ожидаем команду для погрузки.
6 сентября 1941 (суббота) – день 77
В 1.30 приступил к погрузке. Грузились быстро, организовано. Боеприпасы, вооружение, артимущество, личный состав артмастерских со своим имуществом были погружены в один пульманский вагон. О том, что нарушены правила совместной транспортировки – никому до этого нет дела. Так было спланировано штабом полка. Нарами вагон оборудован не был. В вагонах долго ещё стояли. Лишь спустя несколько минут начали рассаживаться, кто на корточки, кто на ящики с оружием и боеприпасами. Через полтора часа состав тяжело, рывком тронулся в полной темноте и тишине. Слышался звон буферов и скрежет колес. Вдруг состав остановился. Раздалась трескотня зениток, а на небе появились пунктиры трассирующих пуль. Через несколько минут поезд снова тронулся. До рассвета эшелон тихо всего лишь с двумя остановками двигался к месту назначения. В вагонах почти никто не спал: курили, балагурили, ближе знакомились друг с другом, рассказывали о своих родных местах и близких, оставшихся дома, анекдоты, сухие и острые как штык. Слышалось, кто-то со вздохами делился с товарищами о своём впечатлении расставания с Любимой. – А как она ласково и жалобно смотрела на меня, провожая у военкомата – говорил солдат в темноте, – а потом разрыдалась… Вдруг снова замолкали, закурили, вслушиваясь в перестук вагонных колёс, снова погружаясь в думы о семье, о родных и теперь уже никто из нас не замечал ни звона буферов, ни свистков паровоза. Я осмысливал предстоящее. Меня постоянно волновал вопрос, способен ли я обеспечить своим коллективом мастеров поддержание вооружения в постоянном боевом состоянии, то есть то, что требуется от нас. Ведь от этого находится в прямой зависимости напрасные жертвы, человеческие жизни сверх ожидаемых потерь. Добиться безотказной работы оружия, и в то же время сберечь жизни мастеров – это и будет характеризовать моё умение, способность руководить техническим подразделением. Это и был для меня главный вопрос. Эшелон бойко продвигался к фронту. За открытой дверью вагона бежала панорама полей, балок, населённых пунктов Запорожья и Днепропетровщины. Эти селения казались безжизненными. Лишь только полустанки и станции сохраняли признаки жизни, на которых копошились люди, зажигались и погасали огни светофоров и семафоров. Резкий южный ветер врывался в вагон вместе с мелкими каплями сентябрьского, ещё не холодного дождя. Скрежетали тормозные колодки вагонных колёс и паровоз изредка подавал жалобные, призывающие или тревожные сигналы. На одной из коротких остановок, на небольшом железнодорожной станции нам повстречался эшелона с женщинами, детьми и стариками, бежавшими от войны, из подвергшихся бомбардировкам и обстрелам приднепровских сёл и городов. Женщины просили у нас хлеба и воды для детей. Лица у всех были утомлённые, заплаканные. Всё что имели, мы отдавали им. Мне лично уже приходилось видеть такие эшелоны. Я ещё тогда сильно переживал увиденное, щемило сердце, когда слышал плач детей, потому что их матери убегали из вагона на минутку, чтобы раздобыть для них хлеба и воды. И вот они вытягивают из вагона свои бледные личики на тонких шеях и подают матерям свои тощие ручонки, чтобы помочь им забраться в товарный вагон. При встрече с такими эшелонами, разговоры в наших вагонах умолкали. Мы встречались жестокостями войны. Наши лица мрачнели. Мне постоянно казалось, что на меня застывшими, удивленными, готовыми заплакать смотрели детские глаза, которым еще неведом окружающий мир. На второй небольшой остановке наш эшелон подвергся бомбежке. Самолеты сбросили несколько бомб и улетели. Но одному из них пришлось остаться там, где он только что причинил горе людям. Было видно, как самолет загорелся. Падал он стремительно, оставляя за собой стылый дымный шлейф. Вреда нашему эшелону разорвавшиеся бомбы не причинили. Минуту – две спустя снова начался налет. Прерывистый, надрывный рев «Юнкерсов», сопровождаемых «Мессершмиттами», слился с дробной стрельбой зенитных установок, загрохотали взрывы. Рваные осколки бомб с визгом разлетались во все стороны. Они пробивали обшивку вагонов, цистерны с горючим, падали на землю. Бомбежка и обстрел продолжались несколько минут. Но эти минуты, пока всё стихало, показались часами. В привокзальном посёлке и на путях возникло несколько очагов пожаров, был слышен треск горящих деревянных строений. На станции суетливо бегали санитары-эвакуировали раненых. Вскоре наш эшелон со станции был выведен и постукивая колесами шёл к станции Новомосковск. Потом долго-долго, до наступления темноты эшелон стоял в тупике на перегоне.
7 сентября 1941 (воскресенье) – день 78
В 4:00 мы начали выгружаться на небольшом разъезде восточнее станции Новомосковск. Пока разгружались, несколько раз подавали сигналы воздушной тревоги. Они подавались и сиреной, и голосом и звонком колокола. Но, видимо, немецкие бомбардировщики имели другие задания и нас миновали. После разгрузки полк сосредоточился в укрытии, ожидая приказа от дивизии. Новомосковск где-то не вдалеке. Это город в Днепропетровской области на реке Самара. Мастер, знающий этот город, говорит, что в городе есть шпалопропиточный завод. Новомосковск находится в 27 километрах восточнее Днепропетровска. Нам категорически запрещено выходить из леса. Замаскировались как могли. Имеем задачу найти принадлежащую нам, а вернее, обслуживающую нас кухню. Все голодные. Неприкосновенные запасы в пути раздали эвакуируемых детям.
8 сентября 1941 (понедельник) – день 79
Весь день находился в районе сосредоточения. В подразделениях проводятся партийно-политическая работа: проводятся беседы, лекции. В основном проводят политработники. Личный состав подключен к роте ПВО. Питаемся там же.
9 сентября 1941 (вторник) – день 80
Полк по-прежнему в районе сосредоточения. Ожидаем приказ на марш и занятия боевого рубежа. Во второй половине дня полк получил устный приказ на выдвижение к переднему краю. Выступаем с наступлением темноты. Совинформбюро в вечернем сообщении за 8 сентября опубликовало, что наши войска заняли город Ельня, сбито 62 самолета противника, наши потери – 33.
10 сентября 1941 (среда) – день 81
Полк на марше. Перешёл Юго-Западную границу города Новомосковска в 1 час 59 минут. Двигаемся по большой мостовой дороге. Город объят пламенем, после налета вражеской авиации. Далеко на Центральной площади языками пожаров освещался Троицкий собор – замечательный памятник украинской архитектуры. Перед Орловщиной полка подтянулся и разместился на дневной отдых. Партийно-политические аппарат полка проводил беседы в подразделениях. Личный состав Арт. мастерских на беседу подсоединили к батареи 76-мм пушек. Политрук Фудим вел беседу. Он рассказал бойцам об обстановке на фронтах, о начавшейся героической обороне Ленинграда в блокаде. О том, что в районе Ельни было нанесено поражение немецко-фашистским войскам. Рассказал и о значении вступления 25 августа 1941 года советских и английских войск в Иран, о заявлении советского правительства, которое оно сделало 10 сентября правительству Болгарии, о недопустимости использования территории Болгарии в интересах фашистского блока. Одолевает голод. В Орловщине с Виктором Мясоедовым зашли в правление колхоза. Просим продать нам что-либо съестного. Выписали нам 30 кг арбузов и 3 кг мёда. Получать в кладовой пришлось одному мне. Арбузы дали в мешке. A для меда у меня было всего лишь одна пол-литровая банка, в которую, когда взвесили, вошла только половина выписанного мёда. Недолго раздумывая, залпом выпиваю эту пол-литра мёда снова поставил на весы для заполнения. Вскоре и начались мои страдания желудком. Мед почти на целые сутки вывел меня из строя. Ночью полк был снова на марше. Надвигалась грозовая туча. Блеск молний сливался с орудийными вспышками, канонада и громовые раскаты перекрывали друг друга. На подходе к селу Подгорное, что на полпути от Песчанки, (где размещался штаб 6-й армии до Днепропетровска), полк попал под массированный огонь артиллерии противника. Немцы непременно пронюхали наше выдвижение. Ознакомиться с приказом по тылу дивизии, в котором устанавливаются пути и очерёдность подвоза, расхода боеприпасов на 10.9.1941. Обеспеченность вооружением и личным составом прежнее.
11 сентября 1941 (четверг) – день 82
Утром произведена смена частей. Батальоны полка выдвинулись на передовой оборонительный рубеж и к 7.00 заняли оборону на рубеже 1 км севернее поселка имени Клочко, вдоль проселочной дороги до изгиба железной дороги, отметка 95,6. Штаб полка разместился в районе отметки 95,6 в служебном здание аэродрома – кирпичном двухэтажном здании, когда-то приспособленном для отдыха личного состава. Второй этаж был разрушен. В другом подъезде этого здания разместилась санитарная рота нашего полка. Во время смены частей противник вел ожесточенный артиллерийский, минометный и пулеметный огонь. В полку были жертвы. Убит командир 3-го стрелкового батальона старший лейтенант Орлик. В тот же день вместо него назначен командир 2 стрелкового батальона старший лейтенант Носов Илларион Мефодьевич. Тылы полка в Подгорное. Личный состав мастерских отрывает щели, окопы для укрытия боеприпасов и имущества. Эта работа продолжалась до 24.00. Закопали в землю все боеприпасы на повозках. Замаскировали.
12 сентября 1941 (пятница) – день 83
С 1:00 артмастерские и полковой пункт боеприпасов перемещались из Подгорное в район расположения штаба полка. К 5.00 разместились на восточной окраине аэродрома в старой аэродромной кузнице, метрах в 400 от штаба полка. Вокруг кузницы высокие подсолнухи, плантации помидоров и картофеля. Питаться есть чем. Участок обороны полка представляет почти открытую равнинную местность, простреливаемую противником. В светлое время дня от штаба полка до переднего края добраться невозможно. Неистово действуют фашистские снайперы. Штаб полка находится под постоянным воздействием минометного и артиллерийского огня противника. В первый же день от пуль фашистских снайперов погибло много бойцов и командиров полка. Личный состав мастерских отрывал щели для укрытия боеприпасов полкового пункта боепитания, размещенного в 50 метрах от кузницы. Отрыта траншея для укрытия личного состава мастерских. Вся эта работа производится под обстрелом противника. Снаряды и мины рвались то справа, то слева, не долетая или перелитая наше расположение. Возглавлять полковой пункт боеприпасов поручено мне. В мои обязанности вменено: отпускать боеприпасы подразделениям по распоряжениям начальника артснабжения полка, собирать от подразделений донесения о расходе и наличии в них боеприпасов. Полк, с 18.30, ведёт ожесточенный бой. Продвинулся на 300-500 метров в глубину обороны противника. Старшины атакуют меня – нужны боеприпасы. Выдаю без распоряжения начальника артснабжения. Готовлю мастеров и техников для выхода на передний край в подразделения. Это надо сделать с наступлением темноты. Со старшинами рот, прибывающими за боеприпасами, договариваюсь, чтобы мастеров беспрепятственно кормили в ротах. Соглашаются. Задача мастеров: ознакомиться с размещением подразделений, нет ли отказов в оружии. С 20.00 с группой мастеров направился в первый батальон. До 24.00 побывал и ознакомился, как работает оружие. Поговорил с комбатом старшим лейтенантом Хайруллиным Рахимом, с адъютантом батальона лейтенантом Анисимовым Толей, с командирами стрелковых рот лейтенантом Лычиным Николаем Терентьевич, Ершаковым Федором Харитоновичем и командиром роты Шкуматовым Васей. Бойцы и командиры жалуются на то, что они ничего не могут сделать, чтобы заставить противника замолчать. И действительно, противник, обладая большим количеством автоматического оружия, беспрерывно поливает плотным огнем нашу оборону, буквально не давая поднять головы нашим бойцам. Полк несет большие потери. Бойцы насторожились, стали меньше проявлять активности, вели редкие одиночные выстрелы. Противник, под прикрытием плотным огнём и незначительным огнём с нашей стороны, свободно передвигаться в пределах своей линии обороны. Это хорошо было видно с командного пункта командира полка.
13 сентября 1941 (суббота) – день 84
С 7.00 заслушал доклады мастеров и техников о положении дел с оружием в подразделениях. Отказов не было. Оружие работает нормально. Из докладов было видно, что за оружием ухаживают плохо: подвижные части не чистят от нагара и попавшей на них грязи, песка. Сегодня противник активности не проявлял. Однако потери за вчерашний и сегодняшний день большие. В штабе полка меня ознакомили с распоряжением Дивизии об откомандировании в двухдневный срок военнослужащих немецкой национальности и об объявлении благодарности частям, оборонявшим Платоновское и Нижнеднепровское направление. Полк перешёл к активной обороне. Условия обороны не из лёгких. Постоянная напряженность личного состава ни на минуту не снимается. Сегодня днём пытался отдохнуть час-другой. Час лежал в окопе, в каске (приказ по полку от всех требовал ходить только в касках и с противогазами). Дремлю и слышу какие-то постоянные отрывистые звуки хлопушек, едва уловимые слухом. Хлопки слышались то справа, то слева, то сверху, то снизу из-под земли, а иногда и вздрогнет земля. Так в полудреме мне казались разрывы мин и снарядов. Противник постоянно, методично ведёт артиллерийский и минометный огонь по командному пункту полка и по другим объектам в глубине нашей обороны. Артмастерские и полковой пункт боеприпасов полка постоянно подвергаются обстрелу противника. Сегодня снаряд угодил прямо в кузницу, где работали три человека, кузнец рядовой Старшинов П.Г. ранен смертельно, мастера рядовые Колбин Г.З. и Петров Г.Ф. тяжело ранены. Сегодня первый раз пишу письмо о смерти рядового Старшинова на его родину, жене. Написал много вариантов. Ничего не получается. Не выходит предисловие. Нельзя сразу же ошарашить горем. Не нужны и излишние подробности, в которых горе не нуждается. Когда в штабе откорректировали это письмо, то оно оказалось из 5-6 строк, сводившемся к словам, что ваш муж… в боях за Родину… (бланков извещений о смерти у нас не было). Он ведь умирал на моих глазах. Прижимая руку к голове, он тяжело опустился на землю. Осколочное ранение в висок. Сердце мое заполнила тревога. Не хотелось верить. Умирал он молча и тяжело. Я знал, что потери будут ещё, к ним притремся. Но первая утрата своего товарища, бойца всегда была и будет невыносимо тяжелой. А немецкие батареи продолжают бить методично, без устали, не жалея снарядов: воздух беспрерывно раздирают снаряды и беспрерывно содрогается земля. Слышится особый шум снарядов, характерный для снарядов в полёте, с оборванным ведущим пояском. Это старались наши батареи. Личный состав мастерских, запыленный, усталый, разгружал автомашины и повозки. На пункт прибывало пополнение боеприпасами.
14 сентября 1941 (воскресенье) – день 85
Противник особой активности не проявлял. Но огонь из стрелкового оружия был настолько массированным, что казалось, нет того места на земле, где бы не упала пуля. Очень часто применяют разрывные пули. Когда они рвутся, то складывается такое впечатление, что где-то рядом строчит автомат. Впечатление особенно усиливается в ночное время, года вокруг непроглядная темень. Ночью противник обрушился огнем артиллерии и минометов по выдвигаемой нашей разведке к переднему краю. В разведку пошел 2-й стрелковый батальон. Видимо, противнику из каких-то источников стало известно об этом. Все же разведка установила сосредоточение перед передним краем батальона до 150 мотоциклов, 8 танков и до 11 грузовых автомашин. Сегодня познакомился с приказом по тылу 261 СД. Смешно, когда немец поливает нас, как из ушата, снарядами и минами, нам установлен лимит расхода боеприпасов. Требует еще приблизить тылы к подразделениям. Видимо артснабжения это не касается. Мы и так чуть ли не в боевых порядках дальше некуда. После неудачных наступательных боев гитлеровцы вынуждены перейти к стабильной обороне. Началась, не менее трудная, позиционная и снайперская война. Вчера вечером издан приказ по полку, согласно которому каждый боец обязан за сутки из винтовки СВТ выстрелить по противнику не менее четырехсот патронов. Начальнику артснабжения приказано ежедневно из этого расчета обеспечивать патронами подразделения. Сегодня все патроны с полкового пункта выданы. Но их не хватает. Послал мастера в Подгорное к Радько доложить об этом. Через пять часов патроны доставлены. Снова не хватает. Сегодня мне попало от командира полка за это. Сегодня командир 7-й стрелковой роты л-т Василенко Б.Д. принес к командиру полка неисправную винтовку СВТ обр. 1940 г. и показал, что она может стрелять автоматически. Вызвали меня. Командир полка приказал к утру переделать 200 винтовок СВТ на автоматические. На мои возражения, что нельзя умышленно делать винтовки неисправными, получил внушение и пошел выполнять приказание. Переделка на автоматический режим никакой хитрости и сложности не представляла. Достаточно напильником подпилить выступ на головке предохранителя, ограничивающего движение флажка предохранителя вправо. На головке предохранителя делался скос для большего отхода хвоста спускового крючка. Показал оружейникам, как это сделать. Дал каждому из них задание по какому количеству винтовок и в каких ротах нужно переделывать. Приказание командира полка выполнено. Переделка проводилась прямо в окопах. Совинформбюро сообщило, что наша авиация бомбила Бухарест.
15 сентября 1941 (понедельник) – день 86
Противник начал проявлять активность. Попытался атаковать 3-й стрелковый батальон. Атака отбита. Гитлеровцам удавалось продвинуться на 20-30 метров, но их вынуждали отходить по трупам своих же солдат и офицеров. Реже стали и ряды наших подразделений. С 11 сентября по сегодняшний день полк понес большие потери. Противник весь день вел шквальный огонь по переднему краю нашей обороны и по поддерживающим наш полк 4 и 5 батареям 2-го дивизиона 809-го артполка. Я с двумя мастерами со вчерашнего вечера во 2-м стрелковом батальоне. Восстанавливаем оружие на месте. Закончили работу. Ожидаем темноты, чтобы выбраться. В батальоне в 16.00 поднялся переполох, пальба из всех видов оружия. Каждый спрашивает друг у друга что произошло. Оказалось, в расположение 2-й пулеметной роты проникли три немецких автоматчика в красноармейской форме. Пробрались к командному пункту этой роты и в землянку бросили гранату. Смертельно ранен командир роты лейтенант Полотняный Василий Павлович. Немцам удалось избежать возмездия. В суматохе они скрылись. Это и есть наша беспечность. Принятые командованием полка меры, так и не обеспечили создание необходимой плотности огня. – Почему не слышу огня? – кричал командир полка в телефонную трубку, – Немедленно открыть огонь и вести его беспрерывно. Если вы этого не сделаете, буду рассматривать как злостное уклонение от выполнения моего приказа. – Если не можете потребовать от подчиненных, – кричал он в трубку другому ротному, – то ложитесь за пулемет и стреляйте сами. Сегодня командиры рот, как сговорились между собой – жалуются командиру полка на неисправности вооружения. На то, что в стрельбе отказывают винтовки СВТ. Солдаты стараются избавиться от них и приобрести испытанную в боях, безотказную трехлинейку. Командир полка позвонил во 2-й СБ и мне дали трубку. Приказал немедленно разобраться. Ползаю по ходам сообщений. Выясняю. Убеждаюсь, что винтовки СВТ не выдерживают малейшего загрязнения, требуют повышенного ухода за ними. Попадание песка в ствольную коробку или наличие нагара на трущихся поверхностях вызывают затирание подвижных частей. Возвратная пружина не в силах преодолеть это сопротивление, затвор не доходит до переднего крайнего положения. После чистки винтовка снова работает хорошо до очередного загрязнения. Все мастера в подразделениях. Перебегая от одного окопа к другому, рассказываем и показываем, как надо чистить оружие. Перебегать трудно. Местность просматривается противником и пристреляна. Ранено три мастера: рядовые Колодзев, Чернов и Ильин. Один из них ранен в ночное время. Все траншеи противником пристреляны, поэтому гибли все те, кому надо было передвигаться. Да, большой процент потерь в мастерских, свыше 32% за 5 дней боя. Риск на войне исключить нельзя. Но оправдан ли он и следует ли так щедро рисковать жизнью мастеров. Но все же видимо это не риск, а работа, обязанность мастеров, которую они должны выполнять по долгу службы в военное время. Большинство людей в свое время имели представление, что ремонт вооружения будет проводиться где-то в тылу, на стационаре. Практически, это совсем не так. В жарких, тяжелых боях, когда дело решают секунды, самым опасным является отказ в работе оружия, даже незначительный. Мы слышим среди бойцов и командиров большой гнев, нервозность, наблюдается потеря доверия к оружию. А это фактор немаловажный. Конструктора редко или совсем не вспоминают, если оружие работает безотказно. Теперь же, при отказах, его вспоминает каждый, причем обобщая его и его детище с Христом Богом и душой. Солдаты просто решают судьбу такого оружия. Не стреляет – значит негодное. В лучшем случае докладывают командиру об этом, но чаще всего они принимают личное решение избавиться от такого оружия и найти в бою более надежное. Сейчас стало повсеместным, во всех подразделениях, когда красноармейцы просто бросали винтовки СВТ и подбирали на поле боя, утвердившуюся, надежную трехлинейную Мосинскую винтовку. Во всех ротах появилось много таких винтовок, а на поле боя валялись винтовки СВТ. Характерно и то, что красноармейцы, подобравшие винтовку обр. 1891/30 г., с любовью приводили в порядок, ласково ухаживали за ней. Думаю, что это чисто психологический момент: ведь винтовка была простой по устройству и никогда не подводили бойца. Мы переживаем то, что у солдат полка сложилось глубокое, угнетавшее их, впечатление: они вынуждены сражаться против более сильного врага, да еще и с маломощным и некачественным оружием. Героизм, мужество, самоотверженность были и у наших воинов. Но что они могли дать в борьбе с врагом, чья пехота, оснащенная разнообразным автоматическим оружием, обладала гораздо большей огневой мощью, чем они, да плюс к тому, пехоту поддерживали танки и самолеты. В таких условиях к техникам и мастерам предъявляются особые требования. Первое требование, как можно оперативнее устранять неисправности, вести профилактические работы. Второе требование – пресекать всякие возможные разговоры о конструктивных и производственных недоработках в оружии. Любой случай отказа, мастер и техник обязаны доказать на месте, что это произошло из-за плохого ухода и сбережения. Это должно делаться для того, чтобы рассеять убеждение в не боеспособности оружия. Так мы и поступали. Завтра все мастера и техники будут работать в подразделениях, устранять недостатки, и организовывать сбор вооружения на поле боя. Это приказание передал начальник штаба капитан Передня. Совинформбюро сообщило, что после ожесточенных боев наши войска 14 сентября оставили г. Кременчуг.
16 сентября 1941 (вторник) – день 87
С 4.00 все мастера и техники в подразделениях. Погода пасмурная. Сильный ветер южного направления. Вышли мы с оружейным мастером рядовым Сосулиним Сергеем, уроженцем Рязанщины, где-то часа в 2 ночи. Направление держали в 3-й стрелковый батальон, который занимал оборону в цехах завода имени Карла Либкнехта. Вдруг неожиданно в кромешной тьме, из-за угла здания, чуть ли не в упор, нас оглушил взрывной окрик. – Ложись, туды… Упали камнем. Выясняется, что мы несколько отклонились и попали на пост нашей засады. Вскоре начался минометный обстрел. Мы лежим, прижавшись к земле. Где-то совсем рядом шлепнулась мина, веером бросив осколки с огнём. Пронесло. Но когда стали вставать рядовой Сосулин почувствовал, что ему чем-то зацепило полу шинели. Потянул за шинель сильнее. Не поддаётся. Нащупали место, оказалось полу шинели защемила неразорвавшаяся мина. Обрезали полу шинели. Хорошо отделался. Быть бы ему без ног, в лучшем случае. Можно сказать, что случаи не разрыва снарядов, мин, бомб наблюдались довольно-таки часто. В некоторых находили опилки с песком, специальные закладки между взрывным веществом и взрывателем. Были и некачественные взрыватели. Находили и записки в неразорвавшихся бомбах. Это писали рабочие, солидарные в сражении с фашизмом, стараясь помочь в борьбе за правое дело. И в то же время обрекая себя на мучительную смерть в застенках гестапо. Может быть, и эта мина не разорвалось благодаря незнакомому далекому интернационалисту. Выполняя приказ дивизии, каждое подразделение собирает в районе своего расположения оружие и сдаёт во взвод боепитания батальона. Сегодня полк собрал к исходу дня и сосредоточил около артмастерской: 216 винтовок СВТ, 30 винтовок образца 1891/30 г., 4 ручных пулемета ДП, приволокли и разбитую 45-мм пушку. Проверяя собранное оружие, ещё в батальоне, я обнаружил, что на нескольких спусковых скобах привязаны веревки. Не могу сообразить, с какой целью они привязаны? Какой недостаток винтовках СВТ они восполняют? В условиях, когда наши солдаты угнетены нашей маломощностью, немцы изощряются в пропаганде. Вот уже вторую ночь немцы ведут передачу по рупору. Они называют фамилии, имена, отчества командиров рот, батальонов, комиссаров и некоторых должностных лиц полка. Некоторым они тут же давали боевую характеристику, а другим предлагали сдаваться. Рассказывали, что вчера произошел такой случай. Позвонили в штаб полка и попросили позвать к телефону начальника штаба капитана Передня. Начальник штаба торопливо взял трубку из рук телефониста и представился по всей форме. Далее, в ответ на получаемые указания с другого конца провода, он усердно и утвердительно кивал головой, словно эти движения были видны начальству, и время от времени произносил: «Так точно!», «Есть!», «Понял!», «Да-да, я понял вас!», «Будет сделано». Когда же он в трубке услышал смех и немецкую речь, он понял, что с ним разговаривал немец. Капитан Передня зло бросил трубку и крепко выругался. Сегодня, как никогда, немецкие самолеты буквально засыпали нас листовками самого различного содержания. В одних сообщалось о том, что якобы, прославленный советский лётчик Леваневский, сотрудничая с немцами, бомбил Днепрогэс. В других, якобы, в плен сдался сын Чапаева и т.д. В каждой листовке непременно был очерчен, очень жирными линиями, текст пропуска, который немцы предлагали предъявлять при сдаче в плен. Тексты, как правило, были рассчитаны на малограмотных людей, с ошибками и явным циничным враньём. Совершенно непонятно, на кого, например, была рассчитана такая фраза: «При сдаче в плен группами и в одиночку, не забудьте захватить с собой котелок и ложку». В подразделениях, по приказу командира полка, командиры почти ежедневно производят досмотр личных вещей у бойцов. Сегодня такой досмотр проводил командир 7-й стрелковой роты лейтенант Василенко Борис Дмитриевич. У 6 бойцов в отворотах пилотки, вещевых мешках были найдены немецкие листовки. Обладатели этих листовок объясняли, что запасли их для собственных нужд и совершенно не знакомы с их текстом. Были случаи, когда гитлеровская пропаганда достигала определённых целей. Особенно этой пропаганде подавались неустойчивые в моральном отношении люди. Такие солдаты оказались и сегодня: перешло к противнику два человека. Говорят, сегодня ночью, ушли к противнику несколько солдат из саперной и 9-й стрелковой роты. Сегодня появилась на свет новая беда – стали отказывать в работе ручные пулеметы ДП. подвижная система этих пулемётов не в состоянии была взять из лотка очередной патрон и доставить его в казенную часть ствола. Получено 6 сигналов, только сегодня за день. Проверяем все пулеметы. Причина отказа – плохой уход. Скапливалась грязь в подствольной коробке для отражателя стреляных гильз. Это не позволяло утапливаться отражателю заподлицо со стенками ствольной коробки и вызывало затирание подвижной системы, и возвратная пружина со своей задачей не справлялась. Побывали мы с мастерами почти во всех расчетах пулеметов ДП. Не разбирая пулемёта, мы демонстрировали перед ними приемы устранения этой задержки: палочкой очищали грязь из паза, тут же вставляли магазин и запускали очередь. Некоторые были удивлены, что так легко это устраняется. Всем расчетам мы настойчиво рассказывали, как надо ухаживать за пулемётом. Но вся беда была в том, что пулеметчики выбывали из строя, а их место занимали необученные расчёты. Отказы по этой причине ещё будут повторяться. В 14:00 я осматриваю и ремонтирую оружие с мастером, рядовым Сосулиным, в 7-й стрелковой роте. Выбраться отсюда можно только с большим риском, так как вся местность противником просматривается и непрерывно под обстрелом. Решил подождать до наступления темноты. А в это время, используя хода сообщения, обойти все точки и осмотреть оружие. Погода разведрилась. Небо поголубело и располагало к спокойствию. Кругом наступило затишье и не хотелось думать о том, что тут идёт бойня, и вот снова за трещат пулеметы, заступают пушки, засвистят пули, осколки снарядов и мин. Но теперь мы уже были готовы ко всему, как говорится, обстрелянные. Отремонтировав ручной пулемёт ДП, я решил опробовать его стрельбой. Выбросив его сошками на брустверную площадку, и сделав несколько очередей по обороне противника, я почувствовал резкий удар по каске. Показалось, что мне кто-то сзади ударил по голове. Я зажмурил глаза, присел в окоп и пощупал голову: всё цело и невредимо. В снятой каске я обнаружил зияющую пулевую пробоину. Ещё раз ощупывают голову. Крови нет. Оказалось, пуля, пробив каску, и сделав рикошет внутри её, застряла в отвороте пилотки. Думаю, не иначе работа снайпера. Начинаю проводить эксперимент. Ложу на бруствер каску, и не поднимая головы, рукой, дотрагиваюсь до спускового крючка, делаю очередь. Каска с бруствера летит в окоп. Осматриваю, нахожу вторую пробоину. Теперь ясно, что это работа снайпера. Лейтенант Василенко зовёт на обед. Говорю ему о снайпере, мол, его надо уничтожить. Он отвечает, что снайперов здесь много. Мы уже к ним привыкли. После обеда снова провожу эксперимент. Попросил бойцов, одновременно, из окопов выставить в разных местах 8 касок. Никакой реакции со стороны снайпера не последовало. Но как только выставлялась лишь одна каска снайпер незамедлительно по ней вел огонь. Значит он где-то совсем недалеко и боится обнаружить себя. Снова на прикладах поднимаем десяток касок, а в бинокль наблюдаю за передним краем. Снайпер бездействует. Обнаруживаю еле заметную, слившиеся с местностью, возвышенность метрах в 150, в нейтральной полосе. Я отошёл по траншее вправо, и как только рядовой Сосулин Сергей выставил на бруствер пулемёт и каску, я стал наблюдать в бинокль ту возвышенность. Обнаруживаю вспышку. Снайпер обнаружил себя. Прошу бойцов на прикладах поднимать и опускать каски, а сам усаживаюсь за пулемёт. Тщательно навожу, веду огонь по снайперу. Он не подает признаков жизни. Поняв, что он обнаружен и видя безвыходное положение он начал уползать к передней линии окопов. Немцы тоже начали вести пулеметный и минометный огонь. Всё-таки мне удалось остановить движение снайпера. Теперь он оставался лежать с разбросанными руками в нейтральной зоне. Он получил возмездие. Это был первый немец убиты мной.
17 сентября 1941 (среда) – день 88
Рано утром возвратился из подразделений. На пути мне повстречался командир полка с комиссаром. Доложил о проведенной работе мастерами за день и ночь. Майор Седых подошёл ко мне, молча снял с меня автомат ППШ, с которым я не расставался и одел на себя. – Как только мы с комиссаром вернёмся, принесёшь нам ещё один автомат три магазина, – сказал командир полка. – Нужен тебе автомат? – обратился он к комиссару. – А где он его возьмёт? – отвечает ему комиссар – Пусть ищет где угодно, автомат к нашему возвращению должен быть, – заключил он. Лично я не расставался с автоматом. Верно, командиры рот батальонов чаще всего выпрашивали его у меня. И мне приходилось снова давать мастерам задание, подобрать на поле боя неисправные и собрать из них действующий. Поскольку получено приказание – его надо выполнять. Из числа собранных на поле боя оружие, мы в первую очередь восстанавливали автоматы. Поэтому хотя и небольшие резервы, но были. Это приказание командира полка выполнено. Утром все мастера и техники собрались в мастерской. Я заслушал доклады о проделанной работе каждым. Поговорили об общих недостатках в оружии и путях их устранения. Только к обеду узнаю о гибели мастера рядового Кривощёкова А.С. Погиб ночью, от пули противника, находясь при исполнении обязанности в 9-й стрелковой роте. Сегодня ночью возьмем и похороним. Посыльный сообщил, что я вызван к командиру полка на 10.00. Пребываю с автоматом ППШ. Оказывается, вызвали много начальствующего состава. На совещании нас ознакомили с обстановкой, потребовано совершенствовать и развивать инженерные сооружения. Речь шла о лучшей маскировке, развитии обороны в глубину, о доукомплектовании строевых подразделений, о подготовке групп нападения. Много говорилось о сдаче в плен красноармейцев из 7-й стрелковой роты и 1-й пулеметной роты. Ознакомились с информацией о, якобы, появлении у немцев противотанковой винтовки 7,92 мм, пробивающий броню толщиной до 30 мм. Пуля ещё обладает и слезоточивым и газами, выводя из строя экипажи танков. Видимо дезинформация. Пожалуй, самый главный вопрос, это переход к немцам. Всё-таки действовала гитлеровская пропаганда на неустойчивых людей. Такими солдатами оказались, родственные румынам по крови, молдаване, которых в полку было подавляющее большинство. Они были призваны перед самым началом формирований нашего полка из районов, которые до 28 июня 1940 года были под игом королевской Румынии. Молдавский народ перед войной только что приступил к социалистическому строительству и, естественно, не все были готовы стать настоящими защитниками братской семьи Советов. Только эти люди могли делать такое. После совещания я вручил командиру полка автомат ППШ, который он тут же передал комиссару. Тут же приказал мне выделить 1 СБ 50.000 винтпатронов. Воспользовавшись разговором о боеприпасах, я попросил командира полка освободить меня от боеприпасов, так как вопросы исправности оружия требуют моего пристального внимания. Конечно, он обругал меня, мол, ему лучше знать, что и кого спрашивать, да ещё напомнил мне подобие «одностороннего флюса», о котором говорил Козьма Прутков по поводу узкого специалиста. Последние дни командир полка перестал меня отчитывать за отказы вооружения в подразделениях, как он это делал в первые дни. Если ему звонили командиры рот и жаловались на оружие, он их всегда адресовал ко мне, или говорил, чтобы не меня искали там, на переднем крае, или ожидали моего прихода. После совещания, поставив задачу техникам и мастерам, я, погревшись у горна кузницы, решил, пока изготовят обед, отдохнуть в щели, отрытой невдалеке от кузницы. Но уснуть не удалось. Меня позвали. К кузнице, по аэродрому, направлялась большая группа военнослужащих. Кто-то из мастеров высказал мысль, а вдруг это переодетые в нашу форму немцы, как это было недавно во 2-й пулеметной роте. Все мастера и техники взяли в руки оружие. Приготовили в боевое положение и пулемет ДП. Я вышел из щели и стал поджидать подхода группы. Среди них различались два подполковника, были майоры, капитаны – всего было человек 30. При подходе группы, один из них, видимо старший, отделился и почти вплотную подошел ко мне, всем видом показывая, что он ожидает от меня доклада. – Воентехник техник второго ранга Ненашев, представился я, – умышленно и не называя должности. – Командир группы поддержки пехоты подполковник Ратов, – процедил сквозь зубы подполковник. – Кто Вы по должности, – задает мне вопрос. – Начальник мастерских боевого питания 978-го СП, – отвечаю ему. А сам думаю, что-то я никогда не слышал, чтобы в армии были какие-то группы поддержки пехоты. Откуда они такие взялись? Вскоре ко мне подошел заместитель командира дивизии начальник артиллерии 261 СД подполковник Шаповалов Станислав Иванович. Сказал кто он такой. До этого я его не видел. Он-то мне и пояснил, что создана на участке нашей дивизии группа поддержки пехоты, в состав которой входили артполки. Сейчас решается вопрос, как лучше разместить артиллерию. Участники группы перебрасывались мнениями. Тем временем был готов завтрак: ведро варёной картошки в мундирах. В завтраке приняли участие и рекогносцировщики. Досталось каждому не более 2-х картофелин и по маленькому кусочку хлеба. Потом мне было предложено убраться с мастерской в другое место, а здесь, как я понял, предполагается разместить огневые позиции 2-го дивизиона 809 АП. Пока я выслушивал эти указания, начался артобстрел прямо по расположению мастерских. Имеющиеся щели позволили укрыться всего лишь небольшой части находящихся здесь людей. Обстрел длился около получаса. Осколками снарядов были ранены 3 человека, и все из состава группы. Оказав им первую помощь, направили в Новомосковск. В артмастерских осталось 12 мастеров. Растут потери и в подразделениях. Говорить и думать об укомплектовании мастерских не приходится. С вечера все в подразделениях. Будучи на переднем крае, снова обнаруживаю веревочки на спусковых крючках. Спрашиваю красноармейца, зачем это верёвочка. Отвечает, что она была здесь привязана ранее. Вижу темнит. Вскоре случайно обнаружил на бруствере траншеи лежит винтовка СВТ и стреляет. Самого бойца и его рук не видно. Подползаю к траншее ближе. Каково же было мое удивление. Вот где разгадка таинственный веревочки. Солдат, опустив голову в окоп, одной рукой придерживая винтовку за нижний конец приклада, а другой, дёргая за веревочку, зацепляющейся за спусковой крючок – стреляет. Теперь стало ясно, как некоторые выполняли приказ командира – создавали плотность огня из стрелкового оружия, оберегая себя от губительного огня противника. Эти красноармейцы видимо хорошо усвоили, что таким способом можно использовать саморазрядность винтовки.
18 сентября 1941 (четверг) – день 89
С вечера 17 сентября находимся в ротах 3-го стрелкового батальона: в 9-й стрелковой роте, у лейтенанта Бычкова Сергея Дмитриевича и в пулеметной роте у лейтенанта Гурина Петра Степановича. В полночь меня вызвал к телефону комиссар полка политрук Ермолка. Сделал мне упрек, что я очень мало внимания уделяю пулеметным ротам, ему известно, что в 1-й пулеметной роте почти все пулеметы неисправные. Докладываю, что я сейчас нахожусь в пулеметной роте 3-го стрелкового батальона, но вчера ночью был в пулеметной роте 1-го стрелкового батальона и все пулеметы работали. У самого закралось сомнение. А вдруг действительно вышли из строя. Но не может же быть, чтобы сразу несколько, конечно, Максим не ППШ. У него масса возможных неисправностей, ведущих к задержкам в стрельбе, обнаружить и устранить которые, расчёты далеко не всегда могут. Комиссар высказал сомнение, что я был в первой пулеметной роте. – Товарищ комиссар, не смогли бы мы вместе с Вами сходить в эту пулеметную роту и выяснить этот вопрос на месте, – говорю ему. – Значит Вы меня приглашаете в роту! «Ну что ж через час я буду там», – сказал мне он с лукавством, – приходите, и Вы туда. В 2:00 встретились с комиссаром в расположении роты. Заходим в землянку. Командир роты лейтенант Шкуматов, вскочив с лежанки и приведя себя в порядок, негромко представился комиссару. В землянке мрачно. Стены обвалившиеся, потолок закопчен, на полу бугорком лежит осыпавшиеся земля. Казалось, если бы в землянке зажгли десяток ламп, то она не перестала быть темной. На вопрос комиссара лейтенант Шкуматов докладывает, что действительно Ненашев всю ночь был здесь, с мастерами, и пулеметы все были исправны. А со вчерашнего вечера начали отказывать. Комиссар попросил командира роты провести нас до тех пулеметов, которые не работают. Пришли, вернее доползли, до одного. Спрашиваю расчёт – исправный ли пулемёт? Отвечают, да исправный. В темноте не видно, но надо полагать, командир роты заморгал, задвигался и говорит, что о неисправности доложил командир взвода лейтенант Винниченко, когда он, командир роты, потребовал от него организовать стрельбу из кочующих станковых пулеметов. Здесь всё стало предельно ясно. Добрались мы до другого пулемёта. Командир взвода и расчёт докладывают, что пулемёт неисправный. Я отлично знал недостатки этих пулемётов. Передернул рукоятку. Сразу стало ясно. Открыл крышку короба, полил на площадку замка несколько капель веретенного масла, поработал рукояткой. Говорю командиру взвода, что пулемет исправен. Лейтенант Винниченко заверяет, что неисправный. Ставлю ленту, нажимаю гашетку. Пулемет четко работает. Ни слова, не говоря по этому поводу, комиссар приказал собрать командиров взводов и их помощников. Политрук роты был с нами. Ермолка провел с ними работу. Предоставил слово и мне. Я ещё раз разъяснил причину отказа – нагар в пазах, где движущиеся части пулемета. Этот нагар периодически надо удалять, или хотя бы размещать туда смазку или керосин. Во время беседы комиссар сказал, что впредь подобные действия командиров и необоснованные жалобы, со ссылкой на неисправность оружия, он будет рассматривать как нежелание этих командиров выполнять требования уставов. Мы выбрались переднего края, когда уже забрезжил рассвет. Комиссар спросил меня, почему я не вступаю в партию, и тут же, как бы отвечая за меня добавил, наверное, себя чувствуете не готовым? Значит надо готовиться. Готовьтесь – в ближайшие дни рассмотрим Ваше заявление. Поблагодарил я его и сказал, что действительно не готов, буду готовиться. После пулеметной роты мы побывали у командира 1-го СБ старшего лейтенанта Хайруллина Рахима. В подразделениях полка полным ходом шло совершенствование и развитие инженерных сооружений. Сегодня противник большую мощь огня обрушил на подразделение 3-го стрелкового батальона. На левом фланге полка противник неоднократно группировался и пытался перейти в наступление, но каждый раз рассеивался огнем наших минометов и артиллерии. Полк несет большие потери. На сегодня число перешедших на сторону противника не уменьшилось. В 9.00 меня вызвали в штаб полка. Собрались все командиры подразделений. На совещании рассматривался необычный для всех нас вопрос. Выступили командир полка майор Седых и комиссар старший политрук Ермолка. Речь шла о чрезвычайных происшествиях, которые имели место в полку за последние дни – это переход красноармейцев на сторону врага. Речь шла о 74 бойцах, в основном молдаванской национальности. Хуже того, Ермолка высказал опасения, что по имеющимся у него данным ни исключались подобные случаи в дальнейшем. Он обратил внимание всего состава на принятия чрезвычайных мер вплоть до расстрела на местах, без суда и следствия, красноармейцев, вступивших в сговор о переходе к противнику. Задача наисложнейшая, так как подавляющая часть личного состава, в том числе и младшего начальствующего состава, составляли молдаване. Сижу на совещании и думаю – какой же позор берёт на себя молдавский народ, только что освобожденный из вечного подневольного труда. Видимо они ещё, за короткое время, не уловили всей прелести свободного социалистического труда. А может быть была где-то недоработка в проведении правильной целенаправленной воспитательной работы. Непонятны и непостижимы изменнические действия молдаван. И всё же, почему-то, они идут под магическую свастику – символ позора международного масштаба. Вряд ли речь идет о неверии в советскую власть и её преимущества. Кажется, определяющим в их изменнических действиях, является неверие в нашу силу нашу победу. Они считают наиболее приемлемым для них выход из этой тяжелой и не совсем понятной для них войны – это сохранение собственных жизней, путем сдачи румынам, родственным по языку. Безусловно сыграло и то, что мы в короткие сроки не смогли привить бойцам ненависть врагу. Все командиры подразделений на этом совещании были предупреждены о их персональной ответственности за предотвращения в дальнейшем случаев перехода личного состава на сторону противника, и что за каждый допущенный случай командиры и политработники будут предаваться суду военного трибунала. Последнее предупреждение получили командир саперной роты, командир 7-й стрелковой роты лейтенант Василенко Б.Д., командир 9-й стрелковой роты лейтенант Бычков С.Д. командир 3-го стрелкового батальона старший лейтенант Носов И.М., командир 1-й пулеметной роты лейтенант Шкуматов В.А., командир 1-го стрелкового батальона лейтенант Хайруллин Р.Р. Комиссар полка выразил своё неудовольствие и в адрес коммунистов управления полка, которые часто бывают в подразделениях и не беседуют с бойцами, не знают их нужд и настроений. При этом он перечислил коммунистов по фамилиям. Увидев меня среди сидящих на совещании, комиссар не обошелся высказываниями и по поводу меня. – Вот лейтенант Ненашев, в подразделениях его интересует только состояние оружия, а спросите его беседует ли он с бойцами, знает ли он их настроение? – и отвечая сам на поставленный вопрос говорит, – видите ли он не считает это своей обязанностью. Пока говорил комиссар, я стоял навытяжку, ни слова, не проронив в своё оправдание. Да и что было говорить, по сути, так и было. На совещании мы были огорчены известием об оставлении нашими войсками города Киева. Новостью для нас было, что четыре стрелковых дивизии преобразовались в 1-ю, 2-ю, 3-ю, и 9-ю гвардейские стрелковые дивизии. После совещания, начальнику химической службы полка лейтенанту Мясоедову Виктору командование полка поручило сопровождать в штаб дивизии в Ульяновку старшего лейтенанта Лобеса Владимира Карловича. Причина неизвестна. Знали, что он по национальности немец. Виктор рассказал, что в пути в дивизию Лобес сильно плакал и спрашивал у Виктора почему ему не доверяют. К вечеру мы снова готовимся в поход. Сегодня не вернулись мастера из 3-го стрелкового батальона. Причина неясна. Сегодня прибыл на должность техника оружейного младшего младший воентехник Пирогов Иван Петрович. Старшина Степанов обратился к исполнению обязанностей оружейного мастера. Вернее, ему было поручено заниматься хозяйственными делами, связанными с обеспечением всем необходимым мастеров.
19 сентября 1941 (пятница) – день 90
Сегодня ночью все мастера и техники работали в подразделениях. Ранены и эвакуированы в госпиталь два оружейных мастера: рядовой Селезнёв М.А. и рядовой Веселов Г.И. Сегодня старшина Степанов с моего разрешения оформил перевод из соседней части его младшего брата Михаила. специальности он никакой не имел. Старший брат обещал его быстро обучить и сделать хорошим оружейником. Я в принципе не возражал, так как в мастерских был большой некомплект личного состава, а пополнения не предвиделось. Перевод оформлен с соблюдением всех формальностей штабами. Родом Степановы с Донбасса (с Волчанска или Алчевска). Теперь обеспеченность личным составом составляла 61%. Потери за 8 дней составили 9 человек. Чем интенсивнее эксплуатировалось вооружение, тем больше стало проявляться и неисправностей. Чаще всего теперь пулемет ДП не работал из-за осадки возвратно-боевой пружины. Теперь уже с собой носили линейки измеряли длину пружины. Не хватало запасных пружин, ездили на ДАС за их получением. Чаще стали появляться такие характерные неисправности, как поломка выбрасывателя, не выбрасывание гильз, осечки, пропуски с утыканием патронов, наклоны на рамках, непроизвольная стрельба. Отмечались и потери сошек. Всё больше неисправностей стала проявляться в винтовках, пулеметах Максима, минометах. Ночью знакомил техника Пирогова И.П. с подразделениями 1-го стрелкового батальона. Техник артиллерийский Писаренко всё больше находится в артбатареях и минометных подразделениях. В связи с малой численностью мастеров нагрузка на оставшихся ещё больше увеличивалась. Редко кому удавалось поспать 2-3 часа. Если собираемся в мастерской утром, то только для того, чтобы обменяться состоянием дел с вооружением в подразделениях. Как и всегда, сегодня ставлю мастеров курс дела о вновь появившихся неисправностях, рассказал о причинах их появления и как устранить их. То, что мастера не смогли не знать во время формирования, познавали сейчас в боевых условиях. Днем не всегда удавалось заснуть. Особенно сон не шел даже после перенапряжений, большой усталости. Чаще всего не позволяли уснуть какие-либо душевные подъёмы, травмы, сверлящие мозг воспоминаниями или просто служебные размышления. Особенно это случалось, когда кто-либо из подчиненных выбывал – или убит, или ранен. Я почему-то всегда, как и сегодня, чувствую себя виноватым перед ними. И это мучительно долго не забывается. То вспомнишь, что незадолго до смерти именно не другого, а его послал выполнить поручение. Но таких случайностей было более чем нужно. Свою вину иногда чувствуешь и в том, что ничем не можешь помочь ни живому, ни мёртвому. В то же время знаешь, что лишние потери в подразделениях могут возникать от несвоевременного восстановления оружия, или от несвоевременного подвоза боеприпасов, что всё это, наряду с другими факторами, и есть в конечном итоге проявление заботы о людях. Больше всего я терзался тем, что при любом отказе в работе вооружения, как правило, не командиры взводов, ни командиры рот сами никаких мер не принимали, а искали меня или мастеров. Подавляющее большинство случаев отказа было из-за плохого ухода за оружием. Я постоянно вел борьбу с командирами взводов и рот, доказывал им, что их прямая уставная обязанность, организовать и контролировать уход за всем вооружением. Но все мы все мои старания были безрезультатными. Делали попытку издать приказ по полку, наказать нерадивых. Но в условиях ведения боевых действий командование на это не шло. Может быть и правильно. О том, что я допустил в этом вопросе ошибку – начало доходить до меня только сейчас. Ведь полная подмена командного состава породила беспечность командиров за состояние оружия. Началось это с формирования полка, когда потворствовали нарушителям Устава, в части организации контроля и ухода за оружием со стороны командиров различных степеней. Теперь мы бросались из одного подразделения в другое, разъясняли и показывали, почему не стреляет винтовка или пулемет, а случаи отказа всё же не уменьшались. Сегодня ночью побывал в двух батальонах: в первом и третьем. 1-й батальон готовился к ведению ночной разведки. За последнее время, полк всё чаще прибегает к ведению разведки боем, к этому простому, и в то же время, тяжелому способу выявления боевых сил и огневых средств противника на переднем крае. Простота в том, чтобы они поднимаются в атаку, вызывают на себя огонь противника, а тяжёлый – потому, что такой способ разведки редко обходится без боевых потерь в личном составе. До начала разведки боем мне удалось подготовить только ручные станковые пулеметы. Они работали нормально. К утру батальон прекратил атаки, потеряв 10 бойцов, в том числе, 3 убитыми. Если противник не проявлял себя активно на других участках, то по 3-му стрелковому батальону он почти не прекращал вести минометный огонь, пулеметный и артиллерийский огонь. Из 1-го я переместился в 3-й батальон, где был свидетелем ранения командира этого батальона, младшего лейтенанта Носова Иллариона Мефодьевича. Мне доводилось его видеть, когда он управлял боем. Он словно преображался, голос у него менялся до неузнаваемости. Команды подавались чёткие, громкие. при этом смотрел он невидящим взглядом, сосредотачивая всё своё внимание на управлении боем. Вокруг себя он словно никого не замечал. Вместо Носова был в срочном порядке назначен и к утру принял должность командир роты ПВО лейтенант Рудяк Сергей Филиппович. Сегодня ночью действовали штурмовые группы, созданные в батальонах. Ночные удары этих групп с каждым днём становились всё эффективнее. Гитлеровцы в панике выскакивали из укрытий, оставляя матчасть и вооружение… Противник начал нести от них ощутимые потери. К вечеру в подразделениях стало известно, что комиссар полка, старший политрук Ермолка, отстранён от должности. Предполагаем, что за уход бойцов к противнику. Если за это, то неправильно. Теперь мы уже своего комиссара знали, как делового и мужественного человека. Мы знали, если вызывает комиссар, значит придётся непременно держать ответ. В звании старшего политрука, он исполнял сложные и хлопотные обязанности комиссара, воспитывал личный состав, руководил партийной работой, наставлял на собраниях и на заседаниях. Скромный, деловитый, этот кряжистый, крестьянский сын с обветренным лицом, он был ещё и настоящим бойцом, расчетливым, хладнокровным, уравновешенным, и добрым человеком, и настоящим большевиком. Он вместе с полком получил первое боевое крещение 9 сентября – 10 сентября 1941 жестокого года. Все мы полюбили его за умение прямо смотреть в глаза любой опасности, за его прямолинейность и объективность, и за то, что он всегда и всюду старался поддерживать жизнерадостность в себе и у подчинённых. Жалко было расставаться с таким комиссаром.
20 сентября 1941 (суббота) – день 91
Все оружейные и артиллерийские мастера до вечера работали в мастерской. Это, пожалуй, первый день: накопилось много оружия, требующего восстановления и особенно пулеметов ДП, десятка два, подобранных автоматов ППШ. Я разбирался с наличием боеприпасов на полковом пункте боепитания. Мои функции (начальника пункта) выполняет завскладом снабжения. Потихоньку отхожу от этого дела. Радько претензий не имеет. С наступлением темноты снова разошлись по пулеметным ротам, заодно и осмотреть попутно пулеметы ДП. На большие дела нас не хватает. Сегодня полк провёл силовую разведку одним батальоном в направлении восточной окраины поселка имени Клочко, с задачей захвата железной дороги восточнее станции Нижнеднепровск. Несмотря на то, что с выходом нашей разведки к переднему краю, противник открыл сильный огонь на всём участке нашего полка, полку всё же удалось продвинуться на 300 м. Мне пришлось быть в этом батальоне. Трофейная команда в след за батальоном собирала оружие. Собрали большое количество оружия и сложили его в одну кучу, на открытой местности. А утром противнику удалось прямым попаданием снарядов разбросать эту кучу. Вечером снова собрали и отправили к летучке на станцию Новомосковск. Полк почти ежедневно, в том числе и сегодня, силами до взвода, устраивает поиски и засады с целью захвата контрольных пленных. Но пока безрезультатно. Всю ночь противник буквально засыпал снарядами, минами и пулеметным огнем расположения 7-й и 9-й стрелковых рот Во второй половине ночи побывал в 3-ем стрелковом батальоне. Побывал в 8-й и 9-й стрелковых ротах, пулеметной роте. Лично поговорил с командирами рот: лейтенантом Гуриевым Данибеком Ачаровичем, лейтенантом Бычковым Сергеем Дмитриевичем и лейтенантом Гуриным Петром Степановичем. Обещали потребовать от командиров взводов, чтобы они постоянно следили за уходом оружия.
21 сентября 1941 (воскресенье) – день 92
Сегодня мне исполнилось 19 лет. Хорошо, что об этом никто не знает. Ни к чему. Знает об этом только мама. Но видимо письмо где-нибудь блуждает по полевым почтам. Не до дня рождения. Противник особой активности не проявляет, но постоянно, беспрерывно ведет пулеметный, минометный и артиллерийский обстрел. Все мы побывали в подразделениях. Собрались утром в 7.00. Мастеров осталось, если считать молодого – Степанова Михаила, – 11. Надо пересмотреть состав оружейных и артиллерийских мастеров. Оставляем всего 3-х артмастеров: рядовых Туркина В.Г., Трефилова П.К. и Заваршина Н.П. Все остальные объявляются оружейниками (старшина Степанов, рядовые Чуднов З.К., Федотов А.И., Зебров А.С., Колотов Ф.А., Грешный С.И., Сосулин С.К. и Степанов Михаил). Группу оружейных мастеров возглавляет Пирогов И.П., а группу артмастеров Писаренко В.Я. Сегодня группе оружейных мастеров четыре часа рассказывал на какие недостатки надо больше обращать внимание и как устранять неисправности. Меня вызывал НШ капитан Передня Гавриил Дмитриевич. Говорит, что так и знал, что я приду с автоматом, он то мне и нужен. Без разговора – снимаю и отдаю. Патронами был снаряжен только один магазин. Второй был пустой. Капитан Передня начал сам снаряжать магазин. Но у него не получалось. При снаряжении патроны западали в улитке, а поднять пальцем не получалось. Действительно, при снаряжении круглого магазина требуется определенный навык. Коробку магазина надо держать под определенным углом, при котором патроны стоя плотно прилегают друг к другу по спирали «улитки». Передня быстро усвоил процесс снаряжения. Одел на голову каску и лег в траншею, в которой была постелена сухая трава. Посплю часок-другой. Мастера и техники ремонтируют оружие в кузнице. Уснуть не могу. Одолевают думы. И чем больше думаю, тем все больше убеждаюсь, что во время формирования полка нашей службой артснабжения, конечно в том числе и мной, по неопытности, допущена большая ошибка. Первой ошибкой было то, что мы нашему штабу полка не доказали необходимость проведения занятий с командирами взводов и рот по эксплуатации вооружения. Во-вторых, мы не добились того, чтобы только эта категория командиров вела занятия с красноармейцами по изучению оружия. А необходимость в этом была огромная. Ведь среди этого звена, особенно командиров взводов, большинство были призваны из запаса. Винтовок СВТ они не знали. Плохо знали и пулеметы. Если бы командиры взводов проводили занятия по изучению оружия с бойцами, то они были бы вынуждены и соответствующе подготовить и себя. Мы же, начальник артснабжения Радько, я, Писаренко, с самого начала формирования бесполезно много сил потратили на проведение занятий с красноармейцами. Недостатком было и то, что мы недооценивали и даже пренебрегали строительством укрытий (земляных блиндажей для мастерских). Ничего бы мы не потеряли, а наоборот, выиграли бы, если сразу же, в первый день отрыли и оборудовали блиндажи для мастерских. Вот поэтому, на третий же день потеряли 3 мастера или около 17% личного состава. Если бы мы, работники артснабжения, с самого начала формирования проявили должную настойчивость и законную требовательность в выполнении уставных требований к должностным лицам полка, мы бы не имели такого массового отказа в работе вооружения в бою и не имели бы таких больших потерь в мастерских. Может быть, для общих потерь, которые несет полк – это мелочи, но нет. Это вопрос человеческих жизней. Потери можно было исключить или хотя бы сократить. Конечно, сейчас невозможно подсчитать какой ущерб нанесен результатам боевых действий полка из-за постоянных отказов оружия и тем, что некоторым бойцам было необоснованно вселено неверие в его безотказности. Думаю о мастерах. Настоящее узнавание людей, их положительных качеств и недостатков приходит постепенно. Теперь я убежден, что коллектив сколочен хорошо, быстро набрался опыта. И главное, был способен решать возложенные на него задачи. Некоторые мастера стали настоящими фанатиками своего дела. Они выполняли задания в подразделениях, как правило, самостоятельно. Честное выполнение ими своего долга было решительно под властью единственного контроля – совести. Здесь только совесть, как второе зрение – управляет и следит за поступками изнутри, осуждает за нечестность, робость и непременно формирует мужественный характер. Правильно мы поступали, что в основе всей нашей воспитательной работы с мастерами – было, прежде всего, воспитание честности, правдивости, призыв к совести. Сейчас, как самому себе можно доверить решение любого вопроса Васе Писаренко, мастерам Туркину, Чуднову, Федотову, Зеброву, Колотову, Грешному и Сосулину. Вот еще плохо знаю Степанова Михаила и техника Пирогова. С ними надо побеседовать. Что-то немного не нравится поведение старшины Степанова. К нему надо присмотреться, поговорить с ним. Замечаю, что большинство нас, выпускников училищ, настрелянных и попавших на фронт, принадлежат к нетерпеливым людям, которые утром посадив яблоньку, к вечеру хотят снять с нее урожай яблок. Замечаю, что это есть и во мне. По неопытности, не осознав, что все это делается огромными усилиями, хотелось сделать быстрее, чем можно сделать реально. Не знаю – хорошо это или плохо. Пролежал я полтора часа, но заснуть так и не смог. Меня подняли. Приехал верхом на коне командир пешей разведки лейтенант Аскеров Абдул Бейдулович. – Ты как-то обещал провести занятие с разведчиками по немецкому оружию, – говорит он мне. Договорились на 15.00. Это занятие я провёл. Изучили пулемёт МГ-34, винтовку и пистолеты Маузер и Браунинг. В основном изучали как собрать, разобрать, зарядить, перезарядить, правила ведения огня, меры предосторожности, как иногда немцы минируют пулеметы. По-моему, разведчики остались довольны. После занятий беседовал с техником оружейным Пироговым. До призыва в ряды Красной Армии работал механиком по оборудованию на Днепродзержинском цементном заводе. Проживал с женой до призыва в Днепродзержинске. Детей нет. Местность, где мы занимаем оборону, ему хорошо известно. Младшего воентехника получил после курсов. На действительной службе был оружейным мастером. Хорошо знает пулеметы Максим и ДП. Винтовку СВТ не знает. Рекомендовано изучить. Впечатлениям от беседы неплохое. Он с 1906 года рождения. После беседы с Пироговым, направляемся с Васей Писаренко в артбатарею. Я на батарее был всего один раз. Проверили орудия, боеприпасы. Артиллеристы молодцы. Содержат орудия хорошо. Командир батареи Юергаль Ефим Григорьевич, 1904 года рождения, серьёзный и требовательный командир. Он постоянно требует от командиров взводов лучше ухаживать за оружием. Поговорил с политруком Фудимом. Он интересовался личным составом мастерских. Извинился, что не может выбраться к нам. Здесь же располагалась батарея 45-мм пушек, без матчасти. Эта батарея готовилась для борьбы с танками. Личный состав обучался как делать связки гранат, как их бросать под танки. Командир батареи младший лейтенант Коваль Иван Степанович смелый и решительный человек. Он молод, ему ещё нет 30 лет. Всё интересовался, когда же мы ему дадим 6 положенных орудий. По возвращении из батареи задаю Васе вопрос, а почему мы не можем попытаться восстановить подобранную 45-мм пушку образца 1937 года, которая продолжала валяться в кукурузе у кузницы. Вместе с мастерами тщательно осмотрели пушку. У неё не было затвора. Осколком сделаны большие вмятины на поворотных механизмах – их заклинило. Ночью послали на ДОП артмастера Заваришина Н.П. Если привезёт затвор, пушка будет действующей. Поворотный механизм начали ремонтировать. Устранили и другие неисправности. Ждём затвор. По пути от батареи до мастерских, Вася Писаренко разоткровенничался. Такое бывает редко. Он доверительно поведал мне о том, что он очень беспокоиться за своих родных, которые проживают в селе Баклань в Почепском районе Орловской области. У него 5 братьев и сестер и все младше его. Ему самому только 19 исполнилось. Его беспокоит то, что он как старший ничем не может им помочь. Когда учился в военном училище, думал, стану техником, не менее половины получки буду отправлять домой. А что теперь можно купить на нашу получку. Ничего. В училище техническое он пошёл неслучайно. В детстве мечтал стать конструктором, увлекался изготовлением детского автомобиля, фотоаппарата. Мне хотелось думать о Васе, что с его напористостью, серьезностью, вдумчивостью, он непременно закончит инженерно-артиллерийский факультет академии имени Дзержинского и добиться своего. За чтобы он не брался – делал все на совесть. Я это заметил за ним с первого дня нашего знакомства. Помню, как он красиво написал расписание занятий с мастерами. Оформил журнал учета проведенных занятий. Когда в мастерских выпускался боевой листок, он непременно в нём принимал самое активное участие. Рисовал. В служебных делах всегда щепетилен. Любое дело, за которое он брался, доводил до конца.
22 сентября 1941 (понедельник) – день 93
Полк получил указание от дивизии принять новый участок обороны. Командир полка приказал всем командирам подразделений сегодня за ночь собрать на местах своего расположения всё брошенное оружие и боеприпасы. Не оставлять ни одной винтовки и патрона. Вернулся Заваршин и привёз затвор. Взял от разбитой пушки из летучки на станции Новомосковск. Молодец. Прихватил и ещё кое-какие детали. Быстро подогнали затвор. Сделали выверку прицельной линии. Теперь бы и стрельнуть, но нет ни одного снаряда. Посылаю одного мастера к Радько за снарядами и другого комбату 45-мм пушек Ковалю И.С. Пригнали упряжку, пушку забрали. К вечеру привезли одну повозку с 45-мм снарядами. Узнав о пушке, командир полка вызвал меня. Говорит: «Молодцы артснабженцы, а нельзя ли ещё хотя бы одну собрать?». Говорю, что постараемся. Писаренко Вася с тремя мастерами и с инструментом на попутной машине выехали в Новомосковск, чтобы поковыряться в хламе, собранном на поле боя, только вернулись трое. Одного оставили караулить, собранную из четырех разбитых, одну 76-мм пушку образца 1927 года. 45-мм собрать не удалось. Докладываю командиру полка. Майор Седых объявляет всему личному составу мастерских благодарность. Завтра пошлют машину за пушкой. И всё же, Вася Писаренко молодец – инициативный парень, знающий своё дело специалист. Предлагает ещё раз съездить в Новомосковск. Там можно набрать десятка три немецких автоматов. Поискать к ним и боеприпасы. Но только надо взять со штаба документ, ибо на дороге стоят посты и задерживают военнослужащих, следующих в тыл. Инструктирую оружейного техника, младшего воентехника Пирогова и трёх мастеров и ставлю задачу на сбор, как можно большего количества автоматов ППД, ППШ и немецких. Доложил начальнику штаба капитану Передня. Он одобрил. Дали предписания. Ночью Пирогов с мастерами убыли на попутных машинах в Новомосковск. Остальные мастера, за исключением Степановых, находятся в подразделениях. Сегодня их задача проверить, чтобы не оставили оружие и боеприпасы на старом рубеже обороны. В батарее 45-мм пушек обучают людей стрельбе прямой наводкой. Вася Писаренко с артмастерами находятся у них. Провел четырехчасовое занятие по изучению немецких образцов стрелкового оружия с разведчиками взвода конный разведки, по просьбе лейтенанта Александрова Николая Григорьевича. По-моему, остались довольны. Во взводе почти все виды этих образцов есть. Плохо, что мастерские не имеет подвижных средств. Можно было бы более оперативно решать многие вопросы. Во-первых, мы не можем, без ущерба для дела, совершать маневрирование. Сегодня зародилась мысль приобрести повозку и создать обменный фонд оружия. Это, пожалуй, был самый верный путь к своевременному восстановлению оружия и более его качественному ремонту.
23 сентября 1941 (вторник) – день 94
Противник пытался разведать наш правый фланг полка. Но огнем артиллерии отброшен. Ранены и эвакуированы оружейные мастера Чуднов и Федотов. До обеда с двумя оружейными мастерами: старшиной Степановым, Степановым Михаилом находился в роте ПВО. Ремонтировали пулеметные установки. C задачей справились до обеда. К 15:00 я в штабе полка. Вызвал начартснабжения Радько. Ознакомился с новым штатом полка, присланным штабом фронта. Начался артналёт – шквальный, беглый огонь. В здание штаба угодило несколько прямых попаданий. Всех присутствующих в штабе завалило штукатуркой. Но стены уцелели, не обвалились. Выбрались с Радько из штаба. На полковом пункте боеприпасов пересчитали наличие боеприпасов. На попутных машинах начали прибывать мастера из группы Пирогова, из Новомосковска. Мы находились рядом с шоссейной дорогой Подгорное – Днепропетровск. Первым прибыл рядовой Зебров. Притащил на себе 10 автоматов ППШ и ППД. Ни в одном из них не было ни затвора, ни пружин. Из карманов вытащил несколько ржавых затворов и пружин. Потный, грязный и голодный, он нашел силы заулыбаться. Видно, что был доволен своей работой. Вторым прибыл Серёжа Сосулин. Тоже 10 автоматов ППШ и ППД – с отбитыми прикладами, без затворов. И последними явились Пирогов с Колотовым. Они приволокли 15 немецких автоматов и пол мешка запчастей к ним. Сразу же начали восстанавливать. До 24.00 почти всё оружие было восстановлено: 18 автоматов ППД и ППШ, но только с одним магазином, и 12 немецких автоматов. До утра всё это оружие раздали по разнарядке НШ капитана Передня. Мастерам сегодня ночью разрешил отдохнуть. А всего-то осталось 9 мастеров: Туркин, Трефилов, Заваршин, Зебров, Колотов, Грешный, Сосулин и двое братьев Степановых. Совинформбюро сообщило, что после многодневных ожесточенных боёв наши войска оставили город Киев.
24 сентября 1941 (среда) – день 95
На фронте полное затишье. На переднем крае слышна лишь трескотня пулеметов. Рано утром, как только забрезжил рассвет, посыльный передал мне, что меня вызывают в штаб полка. Одеваю автомат и с рядовым Сосулиным Сергеем быстро идем в штаб. Не успел я зайти и смотреться в темноте, меня берёт за руку адъютант командира полка лейтенант Танзер Август Васильевич и отводит в сторону. Рассказывает мне, что ночью командиру полка позвонили командир 1-й стрелковой роты лейтенант Лычин Николай Терентьевич и 6-й стрелковой роты младший лейтенант Кисель Иван Федосеевич и доложили, что большая часть пулемётов ДП отказало в работе. Майор Седых приказал ему об этом передать мне. Кроме того, в 3-м стрелковом батальоне, в минометной роте у лейтенанта Бышко Андрея Кузьмича разорвался 82-мм миномет. Причина неизвестна, может быть, в ствол попала мина противника. Погибло два человека, один ранен. Командир полка приказал разобраться с этим случаем. Возвратился в мастерские. Младшего воентехника Пирогова и всех мастеров отправляю в 1-ю и 6-ю стрелковые роты. Добираться до них в дневное время опасно. Но дело надо делать. Не оставлять же роты без ручных пулеметов. Мастера теперь знали, что с собой прежде всего надо иметь, чтобы устранить в них неисправности: маслёнку с маслом, палочки, возвратные пружины, запасные выбрасыватели. Если это всё есть, считай, что пулеметы будут работать. Это у мастеров всё есть. Я с мастерами Туркиным и Трефиловым направился в 3-й стрелковый батальон, минометную роту. Осмотрел миномёт, мины. Не составило труда установить, что это произошло от двойного заряжания при ведении беглого огня, то есть опущенная в ствол мина, не успев покинуть ствол, а ей навстречу уже опускали вторую. Командир роты лейтенант Бышко А.К. с выводами согласился. По возвращении в штаб я докладываю об этом майору Седых. Но он плохо слушает, чем-то озабочен более существенным. Говорит, идите к капитану Передне, он сейчас проводит совещание. На совещании находились командиры батальонов, отдельных полковых подразделений и начальники служб. На совещании речь шла о полученном приказании по изъятию из подразделений военнослужащих молдаван, а также всех призванных из западных областей Украины и Белоруссии. Всех их должно направить в армейский запасной стрелковый полк. Помощник начальника штаба младший лейтенант Калиушко доложил капитану Передня, что он посчитал, если отправить весь этот контингент военнослужащих, то это составит более 60% от всего личного состава полка. Это означает оставить занимаемый полком рубеж открытым. Капитан Передня решил об этом срочно донести в дивизию, а нам приказал подготовить списки и ожидать дополнительного решения. В мастерских таких людей не было. В течение дня все ручные пулеметы в 1-й и 6-й стрелковых ротах были восстановлены. Сегодня потеряли 1 оружейного мастера. Ранен в ногу рядовой Зебров. Все техники и мастера направлены подразделения. Писаренко с двумя мастерами имеет задачу за сутки побывать в минометных ротах и в батареях 45-мм и 76-мм пушек. В ротах провести работу по исключению двойного заряжания. Воентехник Пирогов с мастерами проверит пулеметы Максим и ДП. В мастерских сегодня один рядовой Степанов Михаил и кладовщик боеприпасов.
25 сентября 1941 (четверг) – день 96
В 3.00 направился в 1-й стрелковый батальон. Противник активности не проявлял: редко вел артиллерийский, пулеметный и минометный огонь. В 5.30, когда я с мастерами ещё работал в подразделениях, он открыл ураганный минометный и пулеметный огонь по расположению 1-го и 3-го стрелковых батальонов. Полк понес потери. После обеда был в штабе полка. Повстречался с помощником командира полка по тылу, с техником интендантом первого ранга Никулиным Н.В., высказал ему свои соображения по поводу 1-ой двухконной повозки для артмастерских. Николай Владимирович пообещал это сделать в ближайшее время.
26 сентября 1941 (пятница) – день 97
На переднем крае противника начал прослушиваться шум моторов. Видимо подтягивают и закапывают танки. Ведёт усиленную подготовку для наступления с целью расширить плацдарм. Полк сегодня ночью вывел 2-й батальон во второй эшелон . Ночью работали с мастерами в 3-м стрелковом батальоне. Винтовок СВТ у бойцов осталось мало. Видимо самостоятельно перевооружились на Мосинские винтовки и карабины. У некоторых солдат появились автоматы. Во время ремонта пулемёта Максим (в окопе) рядом разорвался снаряд противника. Подброшенные вверх пулемёт и земля, с бруствера, завалили оружейного мастера Грешного в окопе. Откопали. Грешной был мёртв. Видимо прибило пулемётом. Следов осколочного ранения нет. Это тринадцатый мастер, выбывший из семьи мастеров. Осколком этого же снаряда был смертельно ранен командир взвода лейтенант Чижов. Блондин, юных лет, с умными голубыми глазами, с ручейками пота на загорелом пылью лице. Лежал он на спине, держась обоими руками за разорванную осколком грудь. Под ним лужа крови, но он ещё шевелил губами, что-то пытался говорить… Днём все мастера отдыхали в окопах у мастерских. Я с техниками Писаренко и Пироговым бодрствовали. Прикидывали планы на будущее, планировали и думали, как выходить из положения при оставшихся семи мастерах.
27 сентября 1941 (суббота) – день 98
Утром возвратились из подразделений. Лично ночью договорился с командирами батальонов Хайруллиным и Рудяком, что мастера будут ходить в их роты только по заявкам, которые будут собираться у адъютантов батальонов, ибо таким составом мастеров нельзя охватить ежедневно все подразделения. Командиры батальонов и командование полка проявляют большую озабоченность тем, что противник накапливает бронетанковое технику на переднем крае. Эффективных средств борьбы с танками нет. Нет 45-мм орудий, нет противотанковых ружей, о которых много говорили ещё задолго до начала войны. Одними связками гранат не справится. Весь день занимаемся разбором, дефекацией и ремонтом подобранных на поле боя пулемётов, автоматов. Винтовки не ремонтируем, отправляем в дивизию. Их у нас больше, чем нужно. Отравляем больше винтовки СВТ. Мосинские оставляем на всякий случай. К вечеру восстановили пулемётов ДП – 3 штуки, автоматов ППШ – 12: привели в порядок 30 винтовок образца 1891/30. Был в штабе, договорился с комбатом-2 о заявках на мастеров, также, как и с 1-м и 3-м стрелковыми батальонами. Если не будет заявок на мастеров, то сегодня ночью проверим оружие во взводах разведки, в роте связи. Кстати, командир роты связи лейтенант Пошейко как-то просил посмотреть у него оружие. К вечеру ни одной заявки от комбатов на мастеров не поступило. Мастера разошлись, как и планировалось. Григорий Андреевич Пошейко с радостью встретил техника Пирогова и двух мастеров. Связистом давно понравилась прицельная колодка с планкой у карабинов. С их помощью они откусывали провода. Поэтому прицельные приспособления везде были неисправными.
28 сентября 1941 (воскресенье) – день 99
После очередного налета, вторую половину ночи мастера отдыхали. К 5.00 начали отрывать траншеи для укрытия боеприпасов на полковом пункте. Разгружали и погружали на повозки боеприпасы. Сегодня в этом отношении выдался очень утомительный и тяжёлый день. Работать пришлось под постоянным методическим обстрелом. Снаряды рвались недалеко от работ. Укрываться было бесполезно. На участке обороны полка особых боевых действий не проводилась. перестрелка сторон велась в обычном режиме. Признаков к наступлению не наблюдалось. Ещё вечером пытаюсь уснуть, а тут лезут всякие мысли, одна другой глупее. Потом вижу сон. Торфяник с кустарником. Какое-то огромное чудовище – животное прёт на меня. Хочу бежать от него и не могу. Ноги в трясине, которая всё глубже засасывает меня. На поверхности осталась одна голова. Чудовище вот-вот должно наступить на меня. Очнулся припорошенный землей, обвалившихся стенок траншеи. Вверху нарастал визг и резкие разрывы снарядов. К 15:00 в штаб полка вызваны командиры стрелковых батальонов, начальники служб и командиры отдельных подразделений. Командир полка майор Седых довел до нашего сведения о том, что 6-я Армия вошла в состав Юго-Западного фронта. Комиссар полка разъяснил нам значение международных актов СССР от 24 сентября о присоединении к «Антигитлеровской хартии» и от 27 сентября заявление советского правительства о признании комитета «Свободная Франция» и о готовности оказать французскому народу всестороннюю помощь и содействие в борьбе против фашистской Германии и её союзников. От офицера связи мы узнали, что связь штаба дивизии со штабом 6-й армии находившаяся в Новомосковске со вчерашнего дня прервана. Якобы, на окраинах Новомосковска рвутся снаряды и мины. Полк с каждым днём становится всё меньше, малочисленней и его боевые возможности сокращаются. Артиллерия противника и плотный огонь автоматического оружия держат под постоянным обстрелом каждый участок наших позиций до предела сковывая действия ослабленных подразделений. Не дает покоя и авиация противника, которая без препятствий облёт всей глубины обороны наших войск. Совершенно не видно наших разрывов зенитных снарядов. Неслышно стрельбы зенитно-пулеметных установок. Бомбардировщики летали низко. Видимо ни что им не угрожает ни земли, ни с воздуха. А если и застрочит по ним, то-одна-две зенитно-пулеметные установки. Обидно. Вечером вспыхивали и продолжали надолго оставаться зарева пожарищ. Слышались грохоты разрывов где-то далеко, на правом фланге, в направлении Кременчуга. В штабе полка сегодня получить какие-либо данные просто невозможно. Все куда-то торопятся, делают всё в суматошной спешке. Трудно разобраться, кто чем занимается. Становится даже неудобным отрывать этих людей своими расспросами об обстановке. Лишь иногда удавалось уловить на карте посёлки, заключенные в синие кружочки. Но тем не менее, из неофициальных источников, мы знали о тревожном положение наших войск на других фронтах – противник предпринял наступление с плацдарма юго-восточнее Кременчуга, который он захватил ещё 4 сентября. Вот уже несколько часов как смолкла артиллерийская канонада. Не было в небе самолётов. Вечер был тихий и тёплый, а вокруг необычная, довлеющая тишина. В обороне иногда и было так, что к ночи утихала трескотня пулеметов, разрывы снарядов и мин – передний край, как бы, отдыхал. Но лишь дрогнет ночная сень, лишь упадут на восточный край неба первые брызги рассвета и опять забурлит боевая работа, окопная жизнь подразделений. Но на этот раз тишина была совсем необычной, какая иногда наступает в короткие перерывы между артиллерийскими налетами. Теперь мы уже отличали одну тишину от другой. Это была не передышка. Тут в полном смысле закипала подготовка обеих сторон к новому бою. В данном случае, усиленно работали люди на переднем крае, и в глубине обороны. Солнечный диск садился за горизонтом. Совсем скоро наступит осенняя темнота. Скоро будем выходить в подразделения. Туда надо прийти до привоза кухонь, чтобы успеть поужинать вместе с личным составом подразделений. Закурили по последний. Довожу до мастеров и техников полученные мною скромные официальные сведения об общей обстановке. Поговорили о наших задачах, которые должны решать мастера в подразделениях. Подвели короткие итоги работы мастеров. – Хорошо работали. Спасибо вам за службу, – объявил я мастерам. – Служим Советскому Союзу! – негромко, но дружно ответили они. В это время откуда ни возьмись на полном скаку подлетел верховой вестовой, остановился как вкопанный и громко объявил: «Мы окружены. Немецкие танки передавили весь штаб дивизии и наши тылы. Командир дивизии раздавлен танком, мы в окружении». Для всех нас это было сообщение таким неожиданным, что ошеломило нас. Вестовой тут же пришпорил коня, с места галопом поскакал в направлении штаба полка. Это сообщение даже было страшным, особенно когда тебе трудно сразу оценить обстановку и принять правильное решение. Надо действовать быстро, иначе паника… Небо заволокло. Наступила ночь, хоть выколи глаз, ничего не видно. Вот уже больше месяца ни разу не пришлось нормально отдохнуть. Ответственность за порученные дела не позволяет думать об этом. Думаю, как лучше всего определить свои действия в новых условиях боевой обстановки. Трудная обстановка заставила лихорадочно работать мозг, над тем, как правильнее поступить и выполнить клятву присяги. Мы чувствовали себя неважно. Этот вечер во всех отношениях может стать роковым. А главная причина тревоги – неосведомленность об обстановке. Мастерам я приказал оставаться на местах, а сам одев на шею автомат, направился в штаб полка. Рассчитываю вернуться быстро. Послал мастера Степанова Михаила в тыл полка, к начальнику снабжения Радько с запиской, в которой просил его указаний относительно полкового пункта боеприпасов и артмастерских. В штабе полка царит хаос. Никакой обстановки уточнить не могу. Возвращаюсь в мастерские. Вестей от Радько нет. Снова иду в штаб. Созвонился с командирами батальонов и 76-мм батареями и попросил их, чтобы они немедленно выслали транспорт за боеприпасами. Удивлён, что дозвониться легко. Обычно на это сделать трудно, так как линии постоянно заняты командованием и штабом. Сейчас на переднем крае мёртвая тишина, а командир полка со штабом решали важные вопросы. Противник постоянно освещает ракетами полосу обороны, контролируя подходы. К полуночи все боеприпасы с полкового пункта были выданы в подразделения. Оставил лишь по одному ящику винтовочных, пистолетных и револьверных патронов и 5 ящиков ручных гранат. Мастера, по моему приказанию, снаряжают всё имеющиеся в мастерской магазины ручных пулеметов. Осматривают и подготавливают к стрельбе два пулемёта ДП на случай обороны. Каждый из нас, кто сколько смог, набрал ручных гранат с запалами. Я снова в штабе. Предложил капитану Передня, чтобы он отдал распоряжение всем штатным работникам запастись патронами и гранатами. Гаврил Дмитриевич проявил настороженность к моему предложению, зачем мол, поднимать панику. Но тут же согласился и приказал доставить в штаб запалы и патроны. Это мы сделали без труда, прихватив для штаба 16 автоматов со снаряжёнными магазинами. В эту темную и облачную ночь я ещё несколько раз ходил в штаб для уточнения обстановки. Однако штаб полка не имел связи с дивизией и тоже не знал обстановки в наших тылах. Мне стало известно, что штаб готовиться к ведению боевых действий в условиях окружения. Приказа на отход, или каких-либо других указаний сверху не было. Мне приказано, чтобы я со своими мастерами был готов по команде со штаба присоединиться к нему и выполнять его указания. Вооружились. Создали запас боеприпасов. От Радько никаких указаний. Степанов Михаил не возвращался. Переживаю. Правильно ли поступил, что самостоятельно принял решение и раздал боеприпасы с полевого пункта и ничего не оставил. Но почему-то уверен, в том, что и штаб, и командир в этом меня поддержат. Эта несколько успокаивало меня. Инструмент, запасные части и другое имущество были упакованы в ящики и подготовленных к погрузке. Но транспорта всё ещё не было.
29 сентября 1941 (понедельник) – день 100
Никто из нас не сомкнул глаз. Наступило утро. Луна скрылась. Восток посерел, валки скошенной травы отбрасывали короткие тени. Роса, лежавшая на траве, придавала ей шелковистую белизну. Вот уже завиднелась еще не прозревшее красное и круглое солнце, как стеклянный шар. А связной Степанов Михаил всё ещё не возвращался. Солнце поднималось все выше. День обещал быть тёплым. Вдруг тишина нарушилась, началась артиллерийская подготовка. Противник готовил базу для наступления. От вражеских бомб и снарядов стонала и горела земля. На каждый метр нашей позиции обрушены тонны смертоносного металла. Передний край покрылся сплошными выбросами от разрывов снарядов и мин. Всё заволокло пылью. Начался массированный налет по штабу полка. Несколько прямых попаданий в здание вызвали разрушение стен и завал выходов со штаба и из санитарной роты. Чудом оставшиеся в живых, поодиночке, выбираются из завалов. Фашисты снарядов и мин не жалеют. Артналёт продолжается уже несколько минут. Примерно через 30 минут появилась несколько «Фоккевульфов». Сделав неторопливый круг, начали сбрасывать авиабомбы. Чуть позже появились «Юнкерсы» и начали вертеть знаменитое колесо: первая машина в пике шла на цель, за ней 2-я, а 3-я отбомбившись, по цели кобрировала верх. Шум моторов, разрывы бомб, снарядов и мин слились в единое целое. Второй час гремит бой. Гитлеровцам удалось таким массированным огнем прижать наши подразделения к земле. На переднем крае и в глубине обороны стоял сплошной тротиловый смрад, смешанный с поднятой пылью, лезший в глаза и в рот. Выбираюсь из окопа. Взрывной волной меня отбрасывает в сторону. Окоп, из которого я выбрался, завалился. Бросаюсь во второй. Земля ходит ходуном. Сидя на дне окопа, я прижался спиной к одной стенке, а ногами к другой. Получилась распорка. Окоп начал рассыпаться и интенсивно заваливать песком ноги. Песок сыпется и за воротник. Приподнимаюсь. Вокруг ни души. Кричу. Меня никто не слышит. Теперь стою на коленях в осыпавшемся окопе. Почему никого нет, где мастера и техники? Надо принимать решение. Неожиданно, почти совсем рядом, после перебежки, падают один за другим старший лейтенант Хайруллин, лейтенант Гуртовой, Мясоедов и еще несколько человек. Спрашиваю их об обстановке. Но они торопят меня отходить. Командир полка дал разрешение на обход. Говорят, что вслед за подготовкой и массированным налётом авиации, неожиданно появились несколько танков противника и начали утюжить и заваливать наши траншеи. А появились танки оттуда, откуда их совершенно не ожидали. Много личного состава погибло, раненные остались на поле боя. Майора Седых они видели у штаба полка с пистолетом в руках. Загорелась кузница, в которой размещалась мастерская. Рядом с кузницей стояло ведро с недоваренной картошкой. Появились мастера и техники. Сосулин Серёжа и Колотов Ф.А. выхватили горячую картошку и перекатывают её в ладонях, ожидая моего решения. Противник перенёс огонь в глубину нашей обороны. Частота разрывов снарядов и мин всё набирала темп, создавая стеновую завесу и отрезая нам отход. Сажусь на землю. Вот подбежало еще несколько человек. Среди них начальник штаба капитан Передня и инструктор политотдела дивизии, вновь прибывший к нам комиссар вместо комиссара Ярмолки. Так начинался отход. С тяжелыми боями я отходил вместе с личным составом мастерских. Фашистские автоматчики буквально наседали на нас, пришлось постоянно отстреливаться. Отходило нас человек 30. Очевидцы рассказывают, что с 3-го батальона не вышел ни один человек. Теперь уже ни у кого не было ни каски, ни шинели, ни противогаза. Все мы были на самом легке. У каждого из нас было оружие, гранаты. У меня, кроме пистолета ТТ, был и автомат ППД. При отходе мы видели трупы, трупы – может быть из нашего полка. Ведь на войне не является редкостью, когда опознавать труп невозможно. Вместо лица ком грязи, перемешанный с кровью. Мы, живые-то, а опознавали друг друга только по походке или по голосу. Ведь всюду пыль, гарь, смрад. Всё вокруг серое: и трава, и деревья, и даже небосклон. На потных лицах и серых гимнастерках толстым слоем оседало всё, что смешивалась с воздухом. Все наши помыслы в те минуты были устремлены на то, чтобы не оказаться в критическом положении, при котором всех нас ожидала только смерть. Никто из нас попадаться в руки врага живым и не мыслил. У всех нас для этого были и оружие, и гранаты. Каждый из нас отчётливо понимал, что у нас значительно больше шансов уйти от пленения чем у пленных. Это для нас была жуткая пора. Но как бывает, случается на войне, когда горе, страх, трагичность положения, долг, всё переплелось в большой клубок. Каждая минута может стать последней. А ведь никому не хочется умирать, тем более молодым, в самом начале жизни. Нет человека без нервов и страха. Каждый из нас старается преодолевать страх, иначе нельзя. Совесть приказывает поступать только так, а не иначе. Конечно, мы холостяки значительно спокойнее, чем семейные, у которых дома жена, дети. По настоянию Комиссара мы изменяем направление отхода на юго-восток. Здесь мы уже встречаем целую группу отходящих бойцов и командиров. Самолеты беспрерывно обстреливают нас, бомбят по скоплениям, автоматчики идут на наших плечах. Миновав железнодорожный мост, я вскоре почувствовал небольшой силы удар в голову и оглушительный взрыв где-то совсем рядом. Словно ударили по барабанным перепонкам. Долго обсыпало комьями земли. В одно мгновение пронеслась, как на экране, вся моя короткая и бледная жизнь. Стало невыносимо обидным за свою жизнь… Я почувствовал, что теряю сознание, а потом мгновенно погас мир и смолкло всё вокруг. Очнулся я, видимо, от невыносимой тряски, скачущей по целине конной повозки, на дощатом дне, которой я лежал на спине. Ко мне вернулось сознание. Я начал ощущать окружающий мир, свое тело. Приподнялся, чтобы определить, где нахожусь. Вслед за повозкой бежали и мои однополчане друзья, подчинённые мастера. Выбрался из повозки. Голова кружится, шатает из стороны в сторону. Основную свою задачу помню – выйти из окружения. Мы в то время понимали, что наш полк отрезан от основных сил дивизии. Подошли к небольшой речушке. Судя по застрявшим в ней повозкам с торговцами из воды оглоблями, глубина приличная. Название этой речки, говорят, Самара. Здесь она петляет и её нужно переходить дважды. На переправе творится что-то невероятное. Мы снова попали в ад. Ухали снаряды и бомбы визжали мины, стаями шмелей носились автоматные пули. Здесь же на глазах гибли воины, с кем уже немало приходилось делить горести войны. В воде виднеются повозки, затонувшие вместе с лошадьми. Люди бросаются в воду, плывут, ныряют, продолжают плыть. А вода вокруг пузырится от автоматных очередей, поливаемых с обоих флангов. А то вдруг на поверхности воды появится каскад, медленно набирая воду, переворачивая и идёт по дну за своим хозяином. Самолеты с черными крестами кружатся в воздухе, обрушивая смерть на беззащитных людей. Людей бросалась в воду много, но на том, спасительным берегу, появлялась их мало. Плыли одетые и голые, с оружием и без него, группами и в одиночку. На лице моём была запекшаяся кровь. На темени волосы спаяла кровь. Ранения вроде нет. Недолго раздумывая, я вместе со всеми, в полном обмундировании бросаюсь в реку и быстро плыву. Вода взбодрила, больше прояснилось сознание. Вот и противоположный илистый и топкий берег. Отяжелевшие ноги, в кирзовых сапогах, тянут в цепкие объятия реки. Из всех сил загребаю обеими руками. Вот и другой рукав реки. Снова бросаемся в воду и снова вокруг пузырится вода от автоматных очередей. А люди плыли, бежали, падали, тонули, ползли и опять тонули, а некоторые навсегда оставались лежать на земле неподвижно. Вырвалось из этой мясорубки немного людей. Много людей погибло здесь. А беспомощные раненые попали в плен. Автомата теперь у меня не было. Его забрали товарищи, когда я потерял сознание. Пистолет ТТ и гранаты оставили при мне. Головная боль всё не проходила. Было невозможно делать резкие повороты головой. Вместе с нами комиссар полка и начальник штаба капитан Передня. Но комиссар вскоре от нас ушел искать свою жену, которая несколько дней тому назад прибыла к нам в роту для прохождения службы. Теперь я уже больше не видел ни техников Писаренко и Пирогова, ни мастеров. Однако вскоре к нам присоединился оружейник Сосулин Серёжа. Выбрались из-под огня противника. Уселись передохнуть и отжать обмундирование, вылить из сапог воду. В это же время мне оружейный мастер Сосулин рассказал, что при отходе, он заметил, как старшина Степанов отделился от остальных бойцов и зашел в один из домов. Сосулин пошел вслед за ним. Открыв дверь дома, он увидел старшину, переодевающегося в гражданскую одежду, но тот, как кошка, бросился на Сосулина с бритвой. Но Серёжа успел выскочить из дома и в дверь дать очередь из автомата. А Вася Гуртовой рассказал, что своими глазами видел, как солдаты молдаване поднимали руки, сдаваясь в плен. Командиры взводов и рот стреляли по поднятым рукам из автоматов. А один очевидец рассказал, как изменники-молдаване в артиллерийской батарее 76-мм пушек, несли своего комиссара Фудима связанным, навстречу немцам. По уцелевшей у капитана Передня топографической карте, наша группа сориентировалась на местности и решила отходить в направлении Чаплино. В нашу группу влились ещё три мастера Трефилов, Заваршин, Колотов. О других мастерах ничего не знают, предполагают, что остальные погибли на переправе. Техник Пирогов до переправы был вместе с Писаренко. После переправы их никто не видел. Двинулись мы с группой человек в 40 к близлежащему населённому пункту. Идём в надежде попить колодезной воды и узнать обстановку. Но не доходя 100 м до селения, мы попали под кинжальный пулеметный огонь и огонь малокалиберной танковой пушки. Расстреливали нас в упор немецкие танки из засады. Вокруг никакого спасительного укрытия, за которое можно было бы зацепиться. Единственной выход бежать, кто-то до ближайшей посадки, кто-то до канавы. Я добежал до канавы. Вижу, как два танка протаранили и разворотили сарай и глинобитный домик, и подняв облако пыли, двинулись на посадку, где укрылись бежавшие туда воины. Проутюжив посадки, танки удалились. Рассыпавшаяся группа начала снова собираться. Теперь нас было человек 25. Из мастеров остался только рядовой Сосулин Сергей. Не было теперь с нами и капитана Передня. Старшим выбираем старшего лейтенанта Хайруллина Рахима. Он не возражает. Принимаем решение изменить направление отхода на юго-запад, на Синельниково. День на редкость выдался солнечным. Даже во второй половине дня не чувствовалось, что солнце пошло на закат. На пути отхода мы несколько раз попадали в населённые пункты, занятые немцами. Приходилось делать большие обходы. Несколько раз отсиживались в кустах, подлесках, подальше от основной дороги. Вот уже несколько часов бредем по полям и оврагам. Мы видим еще не убранные поля, безжизненные селения. Мы видели еще неубранные поля безжизненные селения, в которых видны только немцы, мёртвые печные трубы. Каждый из нас, молча двигаясь, вспоминал о чём-то своём. Я углубился в воспоминания о только что смятой нашей обороне. А сколько было вложено сил, средств и времени, чтобы сколотить подразделения, обучить их азам ведения боя. Потребовалось буквально несколько дней и даже часов, чтобы бы не стало почти трехтысячного состава полка, который мы так старательно формировали. Возникал вопрос – сколько же потребуется людей, техники, чтобы обескровить и остановить врага… Да, недолгой была наша оборона участка Днепропетровской земли. Немцы, с занятого ими плацдарма, не один раз предпринимали атаку за атакой наших боевых порядков. Полк уверенно отражал их. Немцы были вынуждены откатываться назад, оставляя на поле боя много убитых и раненых. Каждый день в полку погибали люди, каждый день приносил горе. Но потери, как бы велики они не были, горе, каким бы крутым она не казалось, всё же оправдывали себя – наш полк перемолол сильную группировку гитлеровцев, порвавшуюся на Донбасс. Наш полк становился всё малочисленней и его боевые возможности сокращались. Кто мог предположить, когда решался вопрос о разоружении молдаван, сколько ещё зла успеют причинить молдаване. Эти гнойники на здоровом теле надо было беспощадно удалять путем хирургического вмешательства, именно тогда, когда это было предложено штабом дивизии. Ой, какие ошибки были допущены в мирное время в вопросах вооружения армии. Просчеты с винтовками СВТ, со снайперскими винтовками СВТ, 45-мм орудиями, с ружьями ПТР, с автоматами. Да разве всё можно перечислить. Так что Советскому народу приходится жестоко расплачиваться не только за пробелы выучки войск и штабов, за недостаток опыта ряда командиров, но и из-за пренебрежительного отношения к новым образцам автоматического оружия, противотанковых и противовоздушных средств и своевременному оснащению ими наших войск. В нашей группе, в основном, начальствующий состав 1-го стрелкового батальона, двое со 2-го стрелкового батальона и ни одного с 3-го. Остальные были со штаба полка. Всего в нашей группе было 29 человек. Тут я обратил внимание, что от нашей «пятёрки» осталась «четвёрка». Мы где-то потеряли Васю Писаренко. Он должен быть где-то вместе с Пироговым, опытным и хорошо знающим местность. Теперь мы движемся к станции Илларионово. Мы подходим к станции Илларионово. Но её ещё не видно. Слышен бой. Это и есть место прорыва из кольца окружения. Рукопашная шла вовсю. И немцы, и прорвавшиеся дрались с яростью обречённых. Наш командир старший лейтенант Хайруллин отдал приказ немедленно вступить в рукопашную, помочь товарищам. Вот мы дошли до места схватки. Слышал редкие выстрелы, разрывы гранат, ругань, стоны раненых и последнее хрипы умирающих. Здесь только что убивали прикладами, кололи штыками, ножами, душили крепко сжатыми руками – всем, чем можно было убить. Но нашей группе, подбежавшей к месту боя довелось увидеть лишь множество трупов вокруг и, как еще несколько наших воинов орудовали винтовками со штыками. Остальные уже мелькали далеко впереди, испытывая счастье вышедших из окружения. Наша группа вышла по уже подготовленному ей пути. Да, дорого обошёлся и этот выход: на поле боя осталось немало и наших воинов. Когда мы ворвались в Илларионово, то на станции с паровозом под парами стоял один и последний эшелон. Наша группа успела вскочить на платформу, загруженную фугасными авиационными бомбами. Под покровом ночной темноты мы быстро добрались до станции Синельниково, районный центр Днепропетровской области. Это небольшой городок с предприятиями по обслуживанию железнодорожного транспорта, швейной фабрикой, металлообрабатывающим и кирпичным заводами.
30 сентября 1941 (вторник) – день 101
Наша группа пополнилась товарищами с нашего полка. Нас стало 41 человек. В Синельниково стояли заградительные отряды. Они собирали отходящие группы и одиночек. Всем нам предлагалось немедленно прибыть в здание средней школы. Разместились за партами. Предложено ожидать. Когда в классе собралось человек 80, вошел майор. Это был исполняющий обязанности начальника штаба 261 СД Тимошек. Он объяви, что сейчас с нами будет говорить комбриг Гудков Д.И., назначенный командиром 261 СД. Перед нами предстал высокий, худой с задумчивым болезненным лицом, бурым от загара, комбриг. Он объявил нам сложившуюся обстановку. Потом предоставил слово майору Тимошеку, который нам зачитал боевое распоряжение. Согласно этому распоряжению, мы должны оборонять Синельниково, для чего образовано три участка. По указанию комбрига нас всех приписали. Из числа присутствующих тут же назначил командира батальона, командиров рот и взводов. Я назначен командиром взвода. Всем нам предложено в течение суток набрать себе красноармейцев из числа отходящих групп и одиночек. Здесь же мы узнали, что 261 СД с сего дня поступила в подчинение 12 А Южного фронта, штаб которой находится в Синельниково. Поздно вечером нашему командиру капитану Хайруллину сообщили распоряжение штаба дивизии, что наш КП находится на южной окраине Веселья. Мы обязывались занять боевой порядок к 6.00 1.10.41. Но у нас пока не было ни оружия, ни людей.
1 октября 1941 (среда) – день 102
Вот уже целые сутки собираем отходивших воинов. Но утешительного мало. Каждый задержанный объясняет, что он из соседнего расположенного отделения и выполняет приказание командира. В общей сложности наша рота набрала 35 бойцов. Сергей Сосулин со мной вместе. Всего 8 винтовок и немного патронов. Где взять оружие? Командир роты л-т Василенко предлагает мне с Сосулиным заняться вопросами артиллерийского снабжения. Если проблема с лопатами решалась с помощью ресурсов местных жителей, то таким способом с оружием не решить. Надо было искать склады и воинские части. Во второй полоне дня нам удалось установить, что тылы дивизии в Синельниково. Разыскиваем и артснабжение дивизии. Помощник начальника артснабжения дивизии воентехник 2-го ранга Башмаков направил меня в 6-й ЛАП к начальнику артснабжения полка с запиской. Здесь нам удалось взять неисправный пулемет Максим и 21 винтовку. Винтовки были разные: немецкие и наши. Я отправился (а Сергей остался в полку приводить в порядок это оружие) в роту, чтобы привести с собой людей. Набрали в полку около трех тысяч винтовочных патронов. Немецких патронов нет. Ну ни беда, возьмем в бою. Поскольку мы с Сосулиным лучше всех знали пулемет Максима, ротный просил меня возглавить пулеметный расчет. Всего в расчет вошло 4 человека. В 11.00 наша рота получила задание срочно выдвинуться на запад к селу Раевка, окопаться и занять оборону. На улице холодный осенний дождь. Дороги развезло. Мы голодные, истощенные. Двинулись походным маршем. Ночь темная. Технических средств связи никаких. Меня одолевают думы. А понимают ли все, с кем мы идем сейчас в бой, что война, в которой мы участвуем – это не бессмысленная бойня людей, а есть самозащита завоеваний Октября, Отечества. Мне кажется, понимают, т.к. это люди, которые совсем недавно стояли у станка, сеяли, пахали, убирали хлеб, верили партии и Сталину. А ведь несправедливо немцы в листовках пишут, что наши бойцы идут в атаку под страхом трибунала. Это самое настоящее вранье. В воспитании советского солдата пуля – это самая крайняя мера. К этой мере можно прибегать только в отношении труса, паникера, дезертира и то, если каждый из них опасен, увлекая за собой других. Родин Юра, Гуртовой Вася и Мясоедов Витя тоже имеют подобные задачи и двинулись со своими подразделениями. Увидимся ли еще? Сообщение Совинформбюро: наши войска 30 сентября оставили г. Полтаву. Уничтожено 67 немецких самолетов, наши потери – 27.
2 октября 1941 (четверг) – день 103
Не доходя до намеченного рубежа, наша рота попала под пулеметный и автоматный огонь. Наступил рассвет. Сходу, сняв с натруженных плеч станковый пулемет, расчет занимает огневую позицию. Рота залегла прямо на открытой местности. Не поднять головы. Немцы, используя внезапность, двинулись в атаку. Я увидел, как прямо на меня бежали немцы. Эта минута для меня останется незабываемой. В лицо дул порывистый ветер. Все кусты на обочине дороги раскачиваются, скопившейся там, живой силой противника. Замелькали зеленые шинели. Немцев было более двух десятков. Держу в прицеле впереди бегущих. Нажимаю на гашетку, даю одну, другую короткие очереди. Где-то совсем рядом разрыв гранаты или мины. Меня оглушило. Рядовой Грипкин, который работал вторым номером, уронил голову на землю… В эту критическую минуту, почему-то, сразу вспомнилось мое детство. И как я мальчишкой катался на самодельных коньках по прогибающемуся, молодому, звонкому льду речки и, не удержавшись, влетел в полынью. И как уже, будучи учеником 10 класса, стоял перед нравившейся мне девушкой с опущенными глазами, боясь на нее взглянуть. Вспомнилось мне и то далекое село, где, провожая меня в военное училище, мать сказала: «Миша – я надеюсь на тебя!». И я, жадно хватая воздух и обливаясь потом, нажав на гашетку пулемёта, как бы сам себе подал команду закричав: «Огонь!». Так продолжалось, пока я не израсходовал все имевшийся при пулемете, три снаряженных ленты. Вдруг в глазах потемнело, голова наполнилась звоном. Где-то совсем близко снова разорвалась мина или граната. Не знаю сколько еще я вел огонь. Помню только, что впереди несколько немцев удирали перебежками. Очнулся уже в балке, в зарослях кустарника. Открыл глаза, а надо мною склонилось молодое лицо Сережи Сосулина. «Сережа, все живы?» – вырвалось у меня из груди, и, не знаю почему, к горлу подкатился камень, хотелось заплакать. На этот раз от всей нашей группы осталось в живых всего 9 человек. Вытаскиваем раненых. Четырех красноармейцев посылаем на эвакуацию раненых. Остались я, командир роты, Сергей Сосулин и еще два бойца. Решили и тут же сменили свой рубеж. За ночь у подхода к балке выкопали два окопа, установили пулемет. Посчитали патроны. Мало. С наступлением темноты надо идти на поле боя и собирать там все, что осталось и у наших, и у немцев. Готовимся встретить немцев утром. Но что-то подозрительно. Не видно нигде ни одного немца. Кругом тишина. Решили отходить к Синельникову. Но вскоре нами была обнаружена колонна немцев на марше. Мы явно оказались в окружении. Снова начался выход из окружения. Шли по изогнутой балке, заросшей кустарником, по которой протекал небольшой ручеек. Вдруг, ручеек стал выглядеть полноводным и его теперь надо форсировать. Ледяная вода, как металлическими обручами сжимает тело, а в голове одна мысль: успеем ли выйти, может быть еще не сомкнулось кольцо окружения. Ведь когда в окружении, ты не настоящий воин, а ночной беглец по собственной территории. Все кончилось хорошо. Пересекли поле, обошли занятую немцами деревню. Вскоре мы на окраине Синельниково. Ближайшая задача – покушать. Удача. В первом же доме на окраине, нас накормили хлебом с молоком. Ели мы жадно и много, но чувство голода не покидало нас. Мы очень, очень благодарны приветливым хозяевам, которые не пожалели, может быть, последнего, чтобы накормить нас. После сытного обеда, на крылечке, покуривая, обсуждаем дальнейший наш план. Все заметно повеселели. На лицах улыбки и никто из нас уже не думал об опасности, которую мы только что миновали. Однако чувство напряженности каждого из нас питалось и поддерживалось не только собственным негодованием, но и лежавшей на нас ответственностью. Это и создавало высокий дух и нашу выносливость, особенно в условиях, когда мы были унижены собственным бессилием сдержать до зубов вооруженного врага. А собственное бессилие это и есть то главное, чего надо бояться, опасаться. Ведь психология не совсем твердого человека (слабохарактерного) такова, что он теряет бодрость духа и уверенности в себе. Если при первой неудаче не проявляются особые эмоции, то при второй у него появляются недоумение, а при последующих уже может зародиться и зерно сомнения, готовое быстро пойти в рост. Усталость существует не только у металла, она накапливается и в теле, и в душе человека и, словно конденсатор однажды может разрядиться. А чтобы не сгорел этот конденсатор, его надо поддерживать, чтобы его обкладки не были пробиты сверх расчётного напряжения. Прежде всего, в этом случае, большое значение имеет то, чтобы человек находился не в одиночестве, а в коллективе, и чтобы в этом коллективе была доброе отношение друг к другу. Рядом с домом остановилась грузовая автомашина с солдатами в кузове. Из кабины вышел подполковник и направился прямо к нам. Встали, доложили, что являемся подразделением группы войск комбрига Гудкова. Он внимательно выслушал и, показывая пальцем на пулемет, приказал, чтобы мы его погрузили в машину, а сами бы срочно направлялись к комбригу. Рассказал, как его найти. Это был начальник северного боевого участка Охримчук. По пути зашли в 809 ЛАП. Я попросился к ним в полк, но меня не взяли. Вскоре мы влились в команду, которая состояла только из начальствующего состава (в основном из частей 261 СД). Были и два рядовых: оружмастер Сосулин Серёжа и химинструктор Степанов Миша. Командовал командой старший лейтенант Хайруллин. Теперь мы должны воевать рядовыми. Команда вооружена десятью винтовками, двумя автоматами ППД, четырьмя немецкими автоматами – это на 40 человек личного состава. Правда в команде было несколько ручных гранат Ф-1. У каждого были револьвер или пистолет ТТ с небольшим запасом патронов. Для автоматов и винтовок патронов было очень мало. Раздобыть их никак не удавалось. Вечером небо покрылось сплошными тучами. Почти не переставал моросить холодный дождь. Получили задачу выдвинуться на восточную окраину Синельниково и занять оборону. В 20:00 начали выдвижение. Продолжал моросить холодный дождь. Лужи пузырились дождевыми нарывчиками. Кругом пахло осенними листьями. Где-то вдали выли собаки. Под ногами непролазная грязь. Сапоги у многих с оторванными подметками. Прибыли на место. Шёл дождь вперемешку со снегом. Отрыли неглубокие окопы, траншеи. Выброшенную землю из траншей замаскировали травой. Настелили в траншее сена, соломы. Улегшись, сверху прикрывшись соломой. У кого шинели тот чувствует себя неплохо. Мы же с Мясоедовым были в порванных гимнастерках, промокших до нитки. С разрешения старшего лейтенанта Хайруллина мы с Мясоедовым в полночь пошли отдохнуть в сарай с сеном, в 20 м от наших окопов Закопавшись в сено пригрелись и сладко уснули.
3 октября 1941 (пятница) – день 104
От громкого окрика я проснулся и сразу же понял, что это немецкая речь. Знакомы были лишь отдельно высказываемые слова, но смысловая связь между ними не воспроизводилось. Одно только было понятно – немцы искали – нет ли здесь спрятавшегося противника. Вдруг застрочил автомат. Немцы решили таким способом сделать проверку – нет ли кого в сене. Только благодаря чистой случайности мы остались живы и невредимы. Родились в рубашках. Я боялся, что подожгут сарай. У нас выход оставался бы только один: гранаты и пистолеты. Но события опять развернулись в нашу пользу: машины и мотоциклы немцев удалялись всё дальше и дальше. Как только стих шум моторов, мы, как по команде, выползаем из сена. Узнаём, что у каждого из нас всё в порядке. Через щели осматриваем окрестности. Вокруг ни души. Только что наступило чистое, бодрое и светлое утро. Быстро исчезли пушинки ночного снега под набиравшими силу солнечными лучами. Окопы, которые мы оборудовали ночью нашими, давно были покинуты. Никаких признаков боя здесь не было. Догадываемся, что срочно снялись и забыли про нас. Но куда же теперь держать путь. Когда шли, снова была тёмная ночь и местность не приметили. Карты у нас нет. Быстро перебегаем дорогу и скрываемся в подсолнечном поле. Посчитали, что команда могла переместиться вперёд к видневшейся в 2 км в деревне. Но выходе из подсолнухов подошли почти вплотную к деревне. Видим, что почти у каждого дома стоят немецкие автомашины и мотоциклы. Идём в обратную сторону. Вышли в открытое поле. Кроме нас никого. Вдруг на небольшой высоте появился «Юнкерс» и начал нас поливать пулеметными очередями. Залегли в канаву. Самолет снова развернулся, обстрелял нас и улетел. Лётчик показал нам, что немцам дозволительна такая роскошь, как ведение стрельбы по одиночкам. Вскоре на нашем пути встретились два командира, которые на себе испытали «проказы» этих же «Юнкерсов». Они были в курсе о нашей команде и её местонахождении. Находим своих. Они уже были на противоположной окраине города, вблизи от кирпичного завода. Подоспели к запоздалому завтраку или раннему обеду. Колхозники принесли два ведра наваристых щей и несколько краюх, на поде печёного ржаного хлеба, с румяной, аппетитной, хрустящей корочкой. Мы сходу подключились к обеду, ведь ложки у каждого из нас были при себе. Все наши волнения и переживания снова позади. От вкусного, плотного обеда да ароматного запаха пищи кружилась голова, нахлынули дорогие сердцу воспоминания. Но нельзя терять время – нужны окопы и траншеи. Приступили к их сооружению. Рыли или только для себя, или сразу же на двоих. Справились быстро, благо грунт песчаный. Настелив в них сено укладывались на отдых спина к спине, а сверху тоже сено. Приятно пахнет сеном с высушенными запоздалыми цветами. Запах их густ, сладко-приторен и нежен. Во власти дремоты чувствовали себя как дома, как это часто приходилось лежать в шалаше накрытым травой. После короткого отдыха собирались группами по 10-12 человек. Беседы обо всём понемногу. К нашей команде, ещё в Синельниково, присоединился, откуда-то появившийся, Радько П.А. Увидев меня, Радько сходу начал придираться. Он обвинял меня в том, что я, якобы, оставил боеприпасы на полковом пункте на аэродроме у кузницы и напомнил мне о подсудности этого дела. Мой доклад он и слушать не хотел. Другие товарищи ему подтвердили, что ни одного ящика на пункте не осталось, что все боеприпасы были накануне выданы в подразделения. Кажется, тактика Радько надуманна для того, чтобы на всякий случай оправдать себя, а вдруг действительно боеприпасы были оставлены. Но при нас были живые свидетели: Хайруллин, Мясоедов, Сосулин и другие. Хотя вся эта затея была и нелепой, но нервы изматывала до предела. Радько утверждает, что Степанова Михаила у него, 28 и 29 сентября, не было. В одной из групп, заседавший кружком, вдруг прозвучал выстрел. Подбегаем туда. Выясняем, что воентехник 2 ранга Радько решил блеснуть своими высокими знаниями оружия, собеседникам рассказывал, как надо соблюдать предосторожность при обращении с пистолетом ТТ. Он повел рассказ с того, что во всех случаях, в первую очередь, надо отвести затвор, заглянуть в ствол и убедившись, что нет патрона в патроннике, дослать затвор в переднее крайнее положение, направив пистолет в землю, произвести спуск. Свой рассказ он подтверждал своими практическими показами на своём пистолете. Сделав спуск, он выстрелил в ногу, рядом сидящему с ним адъютанту старшему первого батальона лейтенанту Анисимову Анатолию Евстафьевичу. Оба сидели с окаменевшей лицами. Перевязали пострадавшего и в сопровождении инструктора Миши Степанова отправили своим ходом в Синельниково. Присутствовавшие пытались побить Радько. Он извивался, просил пощады. Решили направить его сопровождающим раненого. Наказали ему, если потребуется, то Анисимова нести на себе. Пистолет у Радько отобрали. Так заканчивался наш боевой день. Готовимся к встрече противника: улучшаем окопы, ремонтируем винтовки. Сергей Сосулин после обеда побывал в Синельниково. Был в 6-ом ЛАП в разведке насчёт оружия и патронов. Принёс две винтовки.
4 октября 1941 (суббота) – день 105
Поднялись утром рано. Свесив в ноги в траншею, сидели курили, балагурили. Ждём овёс. Ведь вся надежда на колхозников. А когда они нам принесут завтрак – неведомо. Никаких походных кухонь ждать неоткуда. Запасов никаких. Ожидаем подхода противника. Старший лейтенант Хайруллин через каждые 2 часа отправляет связным донесения комбригу Гудкову и начальнику боевого участка, который располагается от нас в одном-двух километрах. На рассвете мы услышали нарастающий гул моторов, движущихся в нашем направлении, танков. Был туман. Рассмотреть огоньки в тумане возможно только с расстояния не более 300 м. Двигались они по целинному полю. Средств борьбы с танками у нас абсолютно никаких. Двигались они из Лубянки. Командир нашей группы лейтенант Хайруллин, смуглый черноглазый татарин, в затянутой ремнём гимнастерке и в пилотке набекрень, стоя в окопе и наблюдал в бинокль местность, со стороны возможного появления танков. Вскоре от него поступила команда, – «Всем укрыться в окопах, пропустить танки и приготовиться к уничтожению пехоты противника», – которая должна была появиться вслед за танками. В нашем направлении двигалось более 20 танков T1 и Т2. Уткнувшись в траншеи, мы притаились, в готовности пропустить через себя танки. Танкисты, конечно, заметили ничего не значащую оборону, вплотную подошли к окопам и, разворачивая танки на месте, гусеницами, закапывали их. Танки лязгали и скрежетали гусеницами. Вот, танк, рыча накатился на траншею, обдал горячей гарью, скрежеща и повизгивая, полез дальше. Я решил высунуть голову. Мелькнуло брюхо танка. Вижу, как его гусеница вошла в соседнюю траншею, в которой был раздавлен техник-интендант 2 ранга Терезов Василий Николаевич. Стенки моей траншеи тоже поползли. Танки сделали своё дело и ушли дальше на Синельниково. Кто остался жив и способен двигаться выбрались из траншей и начали откапывать других. Итоги: 6 раздавлены и 20 получили тяжелые травмы рук, ног, позвоночника… Мёртвых закопали в этих же траншеях. Раненых вынесли в сарай кирпичного завода, где решать штабелями уже готовые кирпичи. Пехоту противника ждали недолго. На горизонте появились цепи. Открываем жиденький прицельный огонь. Мучительно долго не могли заставить залечь наступающую пехоту. Казалось, нам не удастся сделать это, уж очень незначительным был наш огонь. Залегла пехота только тогда, когда со ста метров наши два автоматчика и пулеметчик открыли по ним огонь. Немцы залегли. Патроны на исходе. Нам требуется продержаться хотя бы полчаса, чтобы успеть перетаскать раненых за обратный скат высокой ж.д. насыпи и укрыть их в густых зарослях балки. Вот немцы открыли минометный и артиллерийский огонь, затрещали из пулеметов. Всюду летели осколки мин, снарядов и разбитых кирпичей. Пыль забивала глаза. Появились бронемашины. Решение Хайруллина – покинуть наш неудачное укрытие. Мы за насыпью железной дороги. Забираем раненых и направляемся по балке в направлении на юго-запад к станции Ивковка. Весь этот день и с наступлением темноты, мы двигались и двигались. Очень боялись, что противник на путях отхода создаст позиционную оборону, что затруднит наш выход. Мы в Старовишневецком. Минуя станцию Раздоры, мы держим путь на Письменное.
5 октября 1941 (воскресенье) – день 106
Идём голодные и оборванные. Заедают вши. На колхозной ферме нам дали 3 живых куриц. к усердной включились в приготовление в 2 ведрах куриного с картофелем супа. Разделали кур, начали варить. Я чищу картошку. Несколько человек из группы пошли на промысел хлеба. С запахами варево предвкушаем вкусный и сытный обед. Накушаться досыта – мечта. Подкатила «полуторка». Её привёл лейтенант Аскеров, для того чтобы отправить в госпиталь раненых. Погрузили, отправили. Молодец Абдул. Настоящий разведчик. Курицы видимо старые, уж очень долго варятся. Вдруг, откуда ни возьмись, на полном ходу, в деревню влетел немецкий танк Т2, с крестами на борту, за ним второй… Не располагая никакими средствами борьбы с ними, мы вынуждены, через огороды, укрыться на кукурузном поле, бросить недоваренный нами обед. Вскоре там появилась моторизованная колонна немцев. Теперь мы весь день пытались тем, что осталось на колхозных полях: пшеницей, кукурузой, репой, редькой, картофелем. А семечки подсолнечника были, пожалуй, основным и постоянным продуктом, который в какой-то мере удалял чувство голода. Сегодня случайно, в поле, довелось услышать от двух местных жителей что в первых числах октября советские войска оставили Орёл, ведут бои под Москвой. И что 1 октября закончилась Московская конференция представителей СССР, США, Англии по вопросам взаимных внешних поставок. Однако никаких подробностей по этим вопросам мы не знали. Путь держим со станции Раздоры в направлении станции Письменное.
6 октября 1941 (понедельник) – день 107
Всю ночь и день брели по посадкам, оврагам, по полям не убранных подсолнухов и кукурузы, изредка делаем небольшие привалы у родников или у ручейков. Жевали на ходу кукурузу, капусту, морковку… В тоже время каждого не покидала мечта поесть украинского борща с краюхой мягкого хлеба и выпить кружку горячего чая, неплохо было бы и выпить крынку молока. Лил холодный дождь, струйки холодной воды стекали с пилоток на гимнастерки, которые ещё сильнее набухали и становились жесткими, неприятными. На первый план выдвигалась потребность в обогреве, в сушке. Посоветовавшись, решили зайти с этой целью в самое маленькое селение, расположенное подальше от основных дорог. В кошаре нашли конюха. Он нам подсказал, что такой хуторок есть в 2-3 км от основного шляха. До этого хутора мы добрались, когда было уже совсем темно. В домах не светятся огоньки. Слышится лишь перекличка собак. Стучимся в окно первой же маленькой хатенки. Долго не открывают. Вдруг, у самого стекла появляется женское лицо. На украинском языке нам объясняют, что она в хате одна и пустить нас не может, боится нас, тут же дает совет пойти к соседям, где в доме есть мужчины. Во второй хате нас также долго упорно не хотели пускать, ссылаясь что дома нет мужчин. Наконец наши мольбы и просьбы пустить погреться подействовали. Скрипнула щеколда, отворилась дверь, хозяйка быстро убежала в хату. Входим один за другим. Зажглась керосиновая лампа. Хозяйка долго и внимательно рассматривает каждого, прислонившись к притолоке. Расселись, кто на лавку, кто на лежанку. По выражению лица было видно, что хозяйка долго не могла разобраться с кем она имеет дело – с русскими или немцами. Действительно наши гимнастерки уже не выглядели защитными вообще, да ещё при тусклом свете они больше казались черными. И только когда мы начали перебрасываться фразами, она признала нас за своих, и предложила снять гимнастерки, выжать их и повесить сушить к печке. Не спрашивая нашего желания, и не говоря ни слова, хозяйка начала накрывать стол. Открыв печную заслонку, она ухватом извлекла из печки большой горшок. В большую чашку-миску налила ароматного борща, выложила на стол деревянные ложки. Но мы уже держали наготове свои. Нарезала толстые и длинные, во весь каравай куски, с румяной поджаренной коркой хлеба. На стол поставила крынку со сметаной. Эти считанные минуты, за которые она молча накрывала стол, показались мучительно долгими. Но мы тоже молча и не сходя со слюной. С первым же словом приглашения, мне казалось, мы уже были в движении с протянутой рукой с ложкой. Блаженство. Кушали мы стоя, так как 14 человек за стол не размещались. Но растягивать удовольствие нельзя, меньше достанется. После еды мы тут же на половых подстилках улеглись и заснули крепким сном. Проснулись, светло. Две светловолосые маленькие девочки стояли у печки и смотрели на нас. Наутро хозяйка нас угостила хлебом с молоком. Отдохнувшие и обогревшиеся мы снова двинулись в путь в направлении Письменное. Мы не имели никакого понятия, где находятся части нашей дивизии. Видимо ничего не знал о нашей группе и штаб дивизии. Очень много делаем лишних переходов. Идём по целине, по балкам, по оврагам. Населенные пункты стараемся обходить
7 октября 1941 (вторник) – день 108
Наконец-то вроде выбрались. Большой населённый Письменное. Входим в него. Здесь ещё много военнослужащих. Но уже покидают этот населённый пункт. Немцы где-то совсем рядом. Идет эвакуация военно-полевого госпиталя, в котором находится более 200 раненых бойцов и командиров. Военные врачи останавливают на дорогах автомашины, подводы и просят, умоляют взять хотя бы одного-двух раненых. Некоторые соглашаются и забирают раненых. Но это не обеспечивает полную и быструю эвакуацию. Раненые нервничают, кричат, ругаются, громко стонут, просят… Вот уже стало отчетливо слышаться оружейная и пулеметная стрельба. Немцы вот-вот должны вступить всего. Быстро развернувшись к госпиталю, подъехала пустая полуторатонная машина. Началась погрузка раненых. Это была не погрузка, а настоящий бой за овладение местом в машине. Каждый хотел забраться в неё. Пренебрегая болью, они цеплялись за борта, за колёса, некоторые ползли к машине. Полуторка нагружена до предела, фыркнул мотор, и она начала отъезжать. Но у кого-то из оставшихся раненых не выдержали нервы. В порыве гнева один из них начал палить из пистолета ТТ по колесам, уходящий полуторки. Но видимо, промахнулся. Вскоре машина скрылась из виду. Более 100 раненых, неспособных самостоятельно двигаться и бороться, остались на поругание врагу. С чувством глубокого горя, с большими переживаниями за оставленных и беззащитных, не способных держать оружие людей, мы отходили все дальше и дальше на восток. Серёжа Сосулин в саду обнаружил оставленные нашими войсками укупорку из-под боеприпасов. Покопавшись в ней, он нашел два ящика гранат Ф-1 в комплекте с запалами, равномерно разделили между собой. Каждый из нас теперь имел автомат. Нас обременяют лишнее 4 винтовки. Жаль их бросать. Кто-то подал мысль оставить их заминированными, используя для этой цели гранаты Ф-1. Отговариваю товарищей, так как запалы гранат имеют замедление, что дает возможность, после срабатывания, отбежать и залечь. Предлагаю винтовки использовать по-другому. Заряженными привязать таким образом, что когда открывается дверь, то с помощью шнура, привязанному к двери и к пусковому крючку, производится выстрел в направлении открывающиеся двери. Такие секреты мы установили на дверях опустевший школы, в помещение сельсовета, и двух покинутых жильцами домах. Опробовали – получается хорошо. Остаётся посмотреть, кому достанутся эти четыре пули. Жителей мы предупредили, что школа сельсовет и два дома заминированы.
8 октября 1941 (среда) – день 109
Переночевали в поле на току. Убежищем был стог сена. Лейтенант Аскеров и лейтенант Фетисов ходили ночью в деревню за хлебом. Принесли четыре больших каравая и килограмма два сала. Подкрепились хорошо. Жители поведали, что немцы были, но в селе не останавливались. Мы находимся в 8 километрах от Петриковки. Сегодня к нашей группе присоединился младший лейтенант Андирин. Он из саперного батальона дивизии. Отстал от батальона. Выполнял поручение в Письменном. Заминировал и подорвал водонапорную башню. По его убеждению, штаб дивизии должен находиться где-то в районе Петриковки – Чаплино. Но перед Петриковкой большое количество немецких войск. Идти туда нельзя. Приняли решение двигаться на Чаплино, обходя Петриковку южнее. Сегодня в окопах и траншеях насобирали пистолетных патронов и разделили поровну. Каждому досталось примерно по 250 штук. Признаков немецкого оборонительного рубежа нет. Видимо наши подготовили рубежи, а потом отошли. С 17:00 до 19:00 отдыхали в скирдах соломы. С вечера пошел холодный дождь. Снова двинулись в путь. Где-то впереди слышались разрывы снарядов и пулеметная трескотня. Наши разведчики побывали в населённых пунктах, которые мы прошли: Павловка, Григорьевка. Дважды форсировали реку Волчья.
9 октября 1941 (четверг) – день 110
Мы на подходе к Чаплино. В стороне, западнее Чаплино, слышен бой. Посоветовавшись, решили изменить направление нашего движения на юго-восток через Рощинку и Катериновку, на Покровское. С рассветом мы увидели Покровское. Здесь немцев нет. Не видно и наших войск. Чтобы не было накладно жителям села, разбрелись по улице по два человека в дом. Договорились выходить из села в 12:00. Мы разместились с Мясоедовым Витей. Все мы были накормлены, обсушены, обогреты и успели поспать. Теперь задача – найти штаб 261 СД, или хотя бы любую часть этой дивизии. Старшему лейтенанту Хайруллину удалось встретиться сегодня с лейтенантом, который приезжал на машине, загруженной противотанковыми минами. В Покровское он попал случайно. Заблудился. Был вызван младший лейтенант Андирин. Оба они из саперного батальона. Лейтенант рассказал, что саперный батальон должен находиться в Чаплино. Лейтенант Андирин покинул нас. Порешили двигаться на перехват в село Покровское через Орлы на Маломихайловка и Просяная. Теперь уже мы шли по дорогам. На дорогах всё чаще стали появляться наши войска, автомашины. Сегодня впервые удалось всей группой устроиться на попутную машину ЗИС-5. К сожалению, проехав всего 2 км, машина испортилась. Начался ремонт. Мы ждём. Прождали до 20:00, а машину так и не отремонтировали. Пошли снова пешком – так надёжнее. Кому-то удалось установить сводку Совинформбюро: наши войска ведут бои с противником на всех фронтах. Особенно напряженные бои идут на Вяземском, Брянском, и Мелитопольском направлениях. Наши войска оставили город Орёл. Немцы на подступах к Ленинграду.
10 октября 1941 (пятница) – день 111
Все больше и больше меня одолевают думы о том, как быстро потерять все то, что сколачивалось большим трудом. Формировались мы месяц. А воевать с врагом пришлось недолго. А какой был коллектив мастеров. Только добрым словом можно вспомнить всех, кто работал в мастерских. Это голубоглазый комсомолец оружейник Сережа Сосулин; высокий весельчак из рабочих артмастер Туркин; добродушный и вечно улыбающийся артмастер Трефилов Петр; никогда не унывающий с высокой работоспособностью артмастер Заваришин Николай; смелый и хладнокровный в бою, большой организатор воентехник 2-го ранга Писаренко Вася. Последний был худ и строен как молодое деревце. Круглое лицо, смелые и умные глаза. Он выглядел особенно юным, когда у него сначала краснела шея, потом уши и лицо. А мастера Колодзев Н., Чернов Г., Ильин П., Петров Г., Селезнев М., Кривощеков А., Веселов Г., Чуднов З., Федотов А., Зебров А., Колотов Ф., Грешный С., Старшинов П., Колбин Г. – все они, прежде всего простые люди, и вместе с тем, необыкновенные. Война свела их характеры, волю и знания. Ни один из них не был способен лгать. Большинство из них не умели даже защитить себя – виноват и все. Все они испытали много горечи. Я преклоняюсь перед погибшими мастерами Кривощековым, Грешным, Старшиновым. Все мастера работали исключительно четко, с сознанием своего долга, слаженно, понимая друг друга с полуслова. Парами и в одиночку они не один раз обползали весь передний край обороны, ремонтируя вооружение прямо в окопах, блиндажах, на огневых позициях. Может быть это и скромный, но вместе с тем достойный вклад в общее дело, способствуя перемалывать врага. Утром мы достигли села Новомихайловка. Усталые, голодные, замерзшие. Разместились по домам – снова по двое. В селе размещался артиллерийский полк. Аскеров Абдул где-то приобрел строевого коня с седлом. От Хайруллина он получил задание отыскать штаб 261 СД. Аскеров выехал на разведку, а мы накормленные и обогретые ожидали его приезда. Наступила ночь, а Аскерова все нет. По сообщению радио – идут ожесточенные бои на Вяземском, Брянском и Мелитопольском направлении.
11 октября 1941 (суббота) – день 112
Лейтенант Аскеров прибыл в 11:00. Мы волновались. Но разведчик возвратился лишь тогда, когда сполна выполнил задание командира. Так было и на этот раз. Добравшись до Просяной, он узнал, что штаб 261 СД в Чаплино. Добравшись до Чаплино, он не нашел управления дивизии. Ему подсказали, что оно находится на пути в Красноармейск. Отдохнувшие, мы бодро выступили на марш. Мы были рады, что скоро встретим своих. Может быть, кто еще есть из нашего полка. В с. Просяная наша группа напилась воды из колодца. Через некоторое время почувствовали боли в животе почти все. У большинства началась рвота. Пришлось заночевать. Жители нас лечили народными средствами: травами, сухарями, отварами…
12 октября 1941 (воскресенье) – день 113
Еле-еле добрались до Демурино. Дальше идти невозможно. Нет сил. Боли в животе не утихают. Аппетит пропал. Лица у всех осунулись. Войска отходят на Красноармейск. Нам бы тоже надо поторапливаться. Но семь человек не могут двигаться. Сильно ослабли. Родин Юра, военфельдшер, обскакал на коне все окрестности в поисках необходимых лекарств. Но поиски безрезультатны. Аскеров, Мясоедов и я идем к председателю колхоза и просим его дать нам две телеги с лошадьми и упряжью. С трудом, но уговорили. Можно было бы и выезжать, но нет Родина Юры. Совинформбюро сообщило, что идут тяжелые бои на Вяземском и Брянском направлениях. За 9 октября уничтожено 64 немецких самолета, наших – 25. Наши войска оставили Брянск.
13 октября 1941 (понедельник) – день 114
В 1.00 расселись по повозкам и двинулись в путь. Ехали медленно. Все больше и больше перемещалось войск по дороге. Видимо шла перегруппировка. Двигались в обоих направлениях. Сегодня Юре Родину удалось в какой-то санчасти приобрести необходимые таблетки. Для лечения решили остановиться, не доезжая до Красноармейска. Оставалось примерно 10 км. Разместились в небольшом хуторке. Юра усердно лечил и нас, и себя. Пили чай с сухарями, отвары… Сегодня мы проделали большой путь. Мы миновали Богдановку, Межевую, Удачное.
14 октября 1941 (вторник) – день 115
Осень 1941 – трудное для нас время. Оно началось с усилением нажима противником и под Москвой, и под Ленинградом, и на Украине, по всему фронту. Немецко-фашистские войска вплотную придвинулись к Ленинграду; на западном направлении они захватили Витебск и Смоленск; на южном направлении достигли Мелитополя, Закарпатья, Краснограда. 30 сентября враг начал свое генеральное наступление на Москву. 3 октября вражеские танки ворвались в Орел, а потом пал Брянск и Калуга. Долгое время мы не располагали информацией об обстановке на фронтах. Сейчас такую информацию чаще приносили Юра Родин и Абдул Аскеров, которую получали от частей, в которых они бывали. Утром мы повеселели. Стали живее и бодрее. Родин уговаривал Хайруллина, чтобы повременить с выездом хотя бы до вечера. Хайруллин согласился. Выехали с наступлением темноты. Медленно двигались повозки. Колонну возглавил, верхом на коне, Аскеров. В полночь стали просматриваться контуры Красноармейска. Песчаное был последним населенным пунктом на нашем пути. Совинформбюро: идут упорные бои на Вяземском направлении. 13 октября оставили Вязьму.
15 октября 1941 (среда) – день 116
Грязные, туго перепоясанные, в, добела выгоревших и порванных гимнастерках, в кирзовых сапогах, с налетевшей на них грязью, загорелые и закопчённые до черноты, голодные и перемерзшие, заедаемые насекомыми мы вступили, в один из центров добычи угля на Донбассе, город Красноармейское. Это небольшой город, районный центр Сталинской области. В городе много войск. Все они тоже с боями отходили от Днепра. Сколько было радости, когда мы повстречались с остатками тылов нашего полка. Они благополучно добрались до Красноармейское, сохранив при себе кое-какие запасы продовольствия и вещевого имущества. А самое главное, сохранено полковое знамя. Оно хранилось в железном ящике у начальника финансового довольствия полка техника-интенданта 2 ранга Заремба Григория Исидоровича. Разместились остатки нашего полка на шахте имени Дмитрова. Здесь нам выдали небольшую сумму денег в счет денежного довольствия за октябрь месяц, продуктов и по комплекту нательного белья и летнего обмундирования. А мы с Виктором Мясоедовым получили еще и по шинели, и по новой паре кирзовых сапог. Разместились мы (я, Мясоедов, Сосулин и Степанов) у гостеприимных хозяев, отдали им полученные продукты и попросили приготовить нам обед. А сами, тем временем, у колонки, по пояс обмывались холодной водой. Свое старое белье, брюки и гимнастерки с сапогами сожгли, полагая, что вместе с ними сгорят и спутники, накопившиеся в значительных размерах в складках нижней и верхней одежды. После обеда мы словно мертвые, были во власти сна. Сегодня только сон, сон, сон… Семья, где мы разместились, состояла из трех человек: муж с женой и семнадцатилетняя девушка, только что закончившая десятилетку. Родители-шахтеры, эвакуироваться не пожелали. Не разрешают и дочери. Валя Глушенко тайком от родителей просит нас взять ее собой, в армию. Советуем ей обратиться в Ворошиловградский военкомат. Она очень плакала, переживала за предстоящую оккупацию. Девушка она красивая, видная, с правильными чертами лица, стройная и обаятельная. Не без основания беспокоится за свою судьбу, зная отношение оккупантов к советским женщинам. Сообщение Совинформбюро: идут напряженные бои на Западном направлении. 14 октября оставили Мариуполь.
16 октября 1941 (четверг) – день 117
Первым встал Витя Мясоедов. Его разбудил посыльный. Мне вставать не хочется, но одолевает голод. Надо бы покушать и снова спать, спать… Но что-то подозрительно – вроде снова появились насекомые. Осматриваю белье. Да, есть. Как же избавиться от них? Лучше быть в постоянном движении – тогда они меньше беспокоят. Немного перекусили. Все четверо идём к своим. Всего от полка собралось уже около 60 человек. Среди них: воентехник 2 ранга Радько, я, начальник ВТС Лошак Борис Осипович, начальник ОВС Зельцер М.Л., техник-интендант 1 ранга Чернов П.С., техник-интендант 2 ранга Заремба Григорий Исидорович, лейтенант Аскеров, старший лейтенант Хайруллин, военфельдшер Родин, лейтенант Гуртовой. Наша «четверка» сохранилась. Вася Гуртовой предложил отметить память Васи Писаренко. Но большинством голосов отвергли. Решили отметить то, что «пятёрка» выжила, в надежде, что Писаренко ещё придёт. Пожалуй, это было первый раз, когда мой желудок принять спиртное не отказался. В компании с нами были ещё Аскеров Абдула и Хайруллин Рахим. Возглавил остатки полка Рахим. В 12:00 в городе, среди населения, началась паника. Чувствовалось приближение фронта. Уже слышны разрывы снарядов и бомб. Через станцию беспрерывным потоком тянулись на восток эшелоны с беженцами, заводами, детскими учреждениями, ранеными, которые в пути следования не один раз подвергались варварской бомбежке. Жители Красноармейска в этот день начали растаскивать содержимое государственных складов и магазинов. Впервые вижу, как некоторые одержимые, тащили, явно не под свою силу, ношу. Тащили и морс, и вату, водку и куски материалов набрасывали на себя по нескольку готовой одежды. И никто им в этом не препятствовал. Конечно, воины в этом никакого участия не принимали. Мы полагаем, что всё это делается с согласия, может быть и по приказу властей. Паника удручающе действует на воинов. По городу ползут мрачные слухи. Ранеными забитой школы, вокзал. Жителям города объявлено, что они должны уходить из города кто как может. По всему чувствовалось, что немцы вот-вот нагрянут. Шли войска, ехали обозы, пушки – армия отходила. По обочинам дорог и проселками двигались эвакуирующиеся жители. Кто как: кто пешком, кто на лошади, кто просто двигал впереди себя или тащил за собой тележку с немудренным скарбом и пищей. Люди переживали величайшее несчастье, уходили из родных мест. Они видят отходящие войска и сердца каждого сжимаются при мысли о худшем. Вражеские самолеты наводят ужас и смятение, распространяя смерть. Сегодня ночью мы будем грузиться. Нам запланировали: один вагон для людей, один для лошадей и платформы для повозок. В ожидании подвижного состава мы продолжали находиться на квартире. Сергей Сосулин и Михаил Степанов поочередно следили за тем, когда придут вагоны под погрузку. Сообщение Совинформбюро: идут ожесточенные бои на Вяземском и Брянском и Калининском направлении. Наши войска начали отход.
17 октября 1941 (пятница) – день 118
В 12:10 началась погрузка. Погрузились быстро. Но в вагоне находиться было невозможно – пахло тухлой селедкой. На полу лужи липкой слизи. Ноги скользили как по мылу. Решаем ехать на открытых платформах, обдуваемых холодным с изморозью воздухом. Пока поедем здесь. Сначала паровоз редко, а потом всё чаще и чаще стал отдуваться. Вагоны покатились. Вдоль состава по ветру снопом прокатились красные искры, и редея мгновенно и навсегда погасали в воздухе. В промерзшем, со снегом, давно не ремонтировавшемся вагоне надышали, накурили и вскоре стало душно. Неожиданно поезд быстро затормозил. Все подались вперёд, потом назад. Кто-то выматерился. Паровоз подавал отрывистые тревожные гудки. Послышалась команда: «В укрытие! Все мы бойко выпрыгнули из вагона, скатывались в кювет, бежали в поле за лесную посадку. Опасности миновала. Снова по вагонам. Мы с Мясоедовым забираемся на платформу рядом с паровозом. Нас скоро просквозило. Нам удалось уговорить машиниста погреться у топки паровоза. Вошли в будку. Греемся. Вдруг машинист бросился к регулятору и стал резко тормозить. Эшелон остановлен. Мы увидели впереди бронепоезд. Расстояние до него лишь несколько метров. Разбираться некогда. Наш эшелон сцепился с бронепоездом и последовал до ближайшего разъезда. В обед наш эшелон прибыл в Ворошиловград. На станцию разгрузки прибыл для нашей встречи представитель штаба 261 стрелковой дивизии. Разгрузили быстро и пешим порядком направились в центр города. Разместили нас в здании сельхозинститута. Мужчины разместились в актовом зале, а женщины за занавеской на сцене. Нам ещё раз объявили, что мы будем снова формировать полк. Теперь, под сохранённое полковое знамя, обагренное кровью, прошедшее через пекло войны, мы снова должны поставить новых воинов, сколотить боевые подразделения и добиться, чтобы все воины сражались не менее храбро и мужественно, чем предшествующие воины боролись под этим знаменем. Теперь мы уже знали, что воспитательную работу с бойцами надо проводить с привитием ярой ненависти к врагу. Больше рассказывать о том, что немецкие войска являют собой хорошо обученную силу. И с этой силой надо бороться умело, в совершенстве владея военным делом. Нам ведь в училищах, говоря о враге, лишь подчеркивали его общую сторону – моральное уродство. И никогда не говорили, что немецкая армия может быть сильной смелой и точной.
18 октября 1941 (суббота) – день 119
Жалкие остатки нашего полка приводили себя в порядок. День выдался пасмурным, шел сильный дождь со снегом. Каждый из нас сегодня занимается по своему плану. C Мясоедовым идём в городскую баню, чтобы смыть с себя грязь, накопившуюся за период от последней помывки в Осипенковской бане. В бане парного отделения не оказалось. Есть только душевые номера. Это вполне устраивает нас. Всё что было на нас, за исключением сапог, банщик предложил сдать для прожаривания в специальной камере. Забрав с собой оружие и документы, мы долго, с превеликим блаженством, мылись под душем, отдыхали и снова плескались. Подошло время одеваться. Банщик открыл люк камеры. Оттуда повалил густой едкий дым. Наше обмундирование, при малейшем к нему соприкосновении, расползалось. Испуганный банщик клянется и божится, что это получилось чисто случайно и не намеренно. Принёс он нам рваные грязные брюки, рубашку и пиджак. Облачаюсь в этот тряпье и добираюсь до института, где мы размещаемся. Разыскиваю начальника ОВС Зельцера. Рассказываю о случившемся. Получаю два новых комплекта обмундирования. Мой друг продолжал принимать душ, пока я не появился. Всё закончилось хорошо. Побродив по городу, решили побывать в драматическом театре. Приобрели билеты. Заняли места. Играл оркестр. Нам, только смывшим себя грязь, уставшим от войны, давно не слышавших других звуков, кроме воя и грохота перестрелок, музыка показалось сильной и страстной. Здесь были и пафос, и рыдания, и волнение. Скрипки и виолончели, повинуясь взмаху дирижерской палочки, пели грустное вступление. И вот, заключительные аккорды симфонии, буря аплодисментов. Мне казалось до этого, что я никогда не проявлял умственные усилия вдумчивость фантазию при слушании музыки. Может поэтому это искусство никогда не открывало передо мной свои тайны. Теперь же, я её тайны почувствовал впервые, воспринимал совершенно по-другому, чем до войны. В зале было жарко. Мы начали потеть. Но вскоре нас начала беспокоить совсем не это. По чистому вспотевшему телу снова поползли насекомые под ворот гимнастерки. Достаю одно насекомое за другим. Откуда им быть. Ведь мы одели всё новое, не бывавшее в употреблении. У моего друга то же самое. Неудобно перед соседями за наши движения. Во время представления вынуждено покидаем театр. Возвращаемся в институт. Проводим изыскательской работу. Дошло до кирзовых сапог. Обнаруживаем в складках целый гнездовья насекомых. Вот в чём была причина. На этом наш день закончился.
19 октября 1941 (воскресенье) – день 120
Никак не верится, что после таких напряженных боевых действий, можно немного расслабиться, хотя и не вволю отоспаться, смыть с себя накопившуюся грязь и всё сопутствующее ей. Если во время боевых действий нередко вспоминали о еде, то теперь чувство голода ощущалось постоянно, переносилось мучительно и не давало покоя. Приобрести продукты в условиях города было куда труднее, нежели во фронтовой полосе. Там мы, незаметно для себя, могли наполнить желудок, тем что оставалось на полях и огородах, да, здесь вопрос питания стоял очень остро. Не успели мы как следует разместиться, осмотреться, как из штаба поступило приказание за подписью начальника штаба майора Рогова, в котором он требует до 25 октября 1941 года изучить всю матчасть и правила стрельбы из винтовок СВТ, РПД, станковых пулеметов и других видов, ручные гранаты и бутылки с горючей смесью. Сегодня прибыл, вновь назначенный командир полка капитан Шевченко Дмитрий Павлович. Лет 32-х, подтянутый. Говорят, что прибыл с должности командира батальона 82-го укрепрайона. Говорит он немного хрипловатым, глуховатым, простуженным голосом. Лицо красное. Нос большой. Глаза светлые, беспокойные. Волосы и брови светлые. Совинформбюро сообщило, что 18 октября на Брянском направлении наши войска нанесли немцам большой урон. Убито и ранено 3.000, уничтожено свыше 50 танков противника.
20 октября 1941 (понедельник) – день 121
Сегодня нам объявили, что наш полк будет формироваться на опытном поле сельхозинститута. Сейчас там размещается 6 запасной стрелковый полк. Личный состав этого полка подлежит передаче на укомплектование нашей дивизии, а командование и управления полка передается в распоряжение Сталинградского военного округа. Назначена комиссия для приема личного состава. В полк прибыл, вновь назначенный на должность комиссара, старший батальонный Комиссар Шошин Василий Агафонович, примерно в возрасте командира полка. На совещании начальствующего состава объявили предварительное решение о замещении должностей. Весь оставшийся от первого формирования начальствующий состав назначается на прежней должности (Мясоедов, Никулин, Заремба, Краснов, Хайруллин, Аскеров, Гуртовой, Василенко, Радько, я и другие). Начал прибывать начальствующий состав из других частей и соединений из 255-й СД, из 455-го БАО, из 497-го ОБС, из 14-й кавдивизии, из 51-й СД, из 6-го запполка и другие. Вася Гуртовой пригласил нас с Мясоедовым на пиво. Мы не поверили. Но он привел довольно-таки веские доказательства, что его пригласила девушка, папа которой работает на пивзаводе. За ночь выпили двухведерный, деревянный бочонок пива. Закусывали сушёной рыбой. Никогда не знал, что с пива можно опьянеть. Рано утром без происшествий явились полк. Вот это девушка у Васи – клад с пивом. Сообщение Совинформбюро: идут упорные бои на Можайском и Малоярославецком направлениях.
21 октября 1941 (вторник) – день 122
Хоть я и не являюсь членом комиссии, пристраиваюсь к ней, с целью отобрать артиллерийских и оружейных мастеров. Наш полк сегодня за день получил личный состав почти полностью по штату. Почти весь личный состав совершенно необученный. Мне удалось подобрать 46 человек специалистов. Среди них, как они заявили, были и готовые мастера, и контингент, который более-менее легко обучить специальности. Стараюсь не повторить ошибок 1-го формирования. Я стараюсь действовать значительно смелее. Побывал во всех командах и подразделениях. Предварительно, более тщательно провожу беседу с каждым. Ориентирую каждого о характере работы в мастерских. Предупреждаю каждого, что ремонт в основном, будет проводиться в траншеях, в окопах на переднем крае. Забирать к себе отобранных я не торопился. Теперь мой список превысил раза в два с половиной положенную штатную численность. Начался окончательный отбор. По первоначальной подготовленности, в техническом отношении, отобранные как специалисты, были значительно квалифицированные, чем в первом формировании. Из 18 отобранных окончательно специалистов, 8 имели довоенный опыт в ремонте вооружения. В связи с отсутствием, положенных по штату, артиллерийского и оружейного техников, штаб полка разрешил отобрать ещё двух мастеров. Сегодня ночью закончили составление учебного плана и расписания занятий с мастерами.
22 октября 1941 (среда) – день 123
Программа подготовки мастеров была составлена, с учетом уже имеющихся подготовки и с превалирующим уклоном на специальную и техническую подготовку. Сегодня же утвердили все планы и всю планирую документацию у временно исполняющего обязанности начальника штаба младшего лейтенанта Козыренко Леонтия Трофимовича. Сегодня же, командиром полка подписан проект приказа по личному составу, о допуске к временному исполнению обязанностей должностей: артиллерийского техника рядового артмастера Зинченко Дмитрия Антоновича и оружейного техника рядового оружейного мастера Буйного Тимофея Ивановича. И товарищ Зинченко, и товарищ Буйнов являются уже опытными, имеющими большой стаж ремонтников вооружения. Одновременно на них сделано представление о присвоении им воинского звания «младший воентехник». На этот раз в мастерских сразу же назначен старшиной сержант Ахмедов – оружейный мастер. Это был хозяйственный, толковый снабженец. Мне большое облегчение в работе. После обеда по поручению начальника артснабжения, военного техника второго ранга Радько, выезжал в артснабжение дивизии, по вопросу предстоящего вооружения полка. Временно исполняющий обязанности начальника снабжения 261-й СД младший лейтенант Лобов Георгий Михайлович и зав. делопроизводством младший лейтенант Кашпар познакомились с проектором сверстанного плана вооружения дивизии. Положения с оружием тяжелая точка ресурсов точка видимо вооружении займет много времени. Сегодня с мастерами провёл 6-часовые занятия по программе. Больше акцентировал внимание на устранение возможных неисправностей, с учётом уже накопленного опыта эксплуатации оружия в боевых условиях. Сегодня пытался привлечь к проведению занятий исполняющих обязанностей техников Зинченко и Буйного. Провели по одному часу. Пока не в восторге. Потребовал, чтобы они сами больше готовились к занятиям. Совинформбюро сообщило, что идут упорные бои на Можайском, Ярославецком и Калининском направлениях.
23 октября 1941 (четверг) – день 124
На совещании начальствующего состава перед нами поставлена задача в кратчайшие сроки сформировать отдельную роту автоматчиков и минометный батальон 82-мм минометов. Да, для нас снабженцев это большая и ответственная задача. Вместе с Радько выезжаем в артснабжение дивизии. Ведем переговоры, как вооружать эти подразделения, которые уже сегодня будут обеспечены личным составом. Но пока вооружением, положенным для них по штату, дивизия не располагает и планами поступления не предусмотрено. С мастерами провёл политзанятие и 4-часовое занятие по технической подготовке. Совинформбюро сообщило, что наши войска 22 октября оставили Таганрог.
24 октября 1941 (пятница) – день 125
Сегодня снова на совещании у командира полка. Дивизией срочно приказано сформировать роты пеших разведчиков стрелковых батальонов, взводы пеших разведчиков стрелковых рот и взводы истребителей танков. Одновременно дивизия требовала до завтра обучить воинов этих подразделений захвату языка, изготовлению и метание связок гранат, бутылок. Подразделения должны быть укомплектованы самыми смелыми и решительными. Совинформбюро сообщило, что идут бои на всем фронте. Отбиты яростные атаки на Малоярославецком и Можайском направлениях.
25 октября 1941 (суббота) – день 126
Сегодня с мастерами проведено 12 часов занятий. На занятиях вынес на обсуждение эскизный проект на изготовление подвижной мастерской на конной тяге. Личный состав одобрил проект с некоторыми дополнениями. Дело оставалось за небольшим: раздобыть двуконную повозку с лошадьми и упряжкой. Базой для походной мастерской должна стать ходовая часть двуконной повозки. Состоялся небольшой деловой разговор с помощником командира полка по тылу с техником интендантом 1-го ранга Никулиным Н.В. Николай Владимирович очень внимательно отнесся к моей просьбе и через несколько минут в моём распоряжении была необходимая мне повозка с ездовым рядовым Якушевым. Поздно вечером я вел переговоры с младшим лейтенантом Лобовым. Георгий Михайлович, рассмотрев мои эскизы, приказал, тут же находившемуся начальнику дивизионной артмастерской, изготовить предложенную походную мастерскую в условиях ДАРМа, но силами мастеров 978-го СП. Я согласился. Мастерская должна была выглядеть так: ходовая часть двуконной повозки усиливалась. На ней размещался каркас. В выдвижных ящиках каркаса размещались: инструмент общего назначения, полковые и ремонтные комплекты запасных частей, детали оружия россыпью. На 2-х откидных бортах с внутренней стороны крепились четверо небольших тисков. В походном положении примкнутые борта, они же рабочие верстаки, надежно закрывали выдвижные ящики. Совинформбюро сообщило, что идут бои на всех фронтах: в течение 24 октября вели бои на Таганрогском и Макеевском (Донбасс) направлениях.
26 октября 1941 (воскресенье) – день 127
В ДАРМ направил 3-х специалистов для изготовления походной мастерской. Охотно берутся сделать. Ознакомился с условиями в работе при ДАРМе. Вполне подходящее. Оборудование необходимое есть. Якушев с лошадьми оставлен при ДАРМ. Предположительно, мастерская должна быть готова не позднее 27-28 октября. Попутно был в артснабжении дивизии. Ознакомился с планом предстоящего вооружения. Жиденький план. Из штаба дивизии на опытное поле добрался на грузовой машине, на которой следовала к нам в полк дивизионная комиссия по расквартирования частей дивизии. В артснабжении дивизии меня предупредили, что вооружение в полк будет поступать в основном бывшее в употреблении, и не исключено, что неисправное. Поэтому надо быть готовым к организации его ремонта. Вопрос серьёзный – надо подумать организацию этого вопроса. Удивлен сведениям, о которых говорили в артснабжении дивизии, якобы восстановлен в должности начальник артиллерии 12-й армии генерал-майор Почеталин Г.И., за что-то необоснованно ранее снятый. Неужели так можно поступать с большими начальниками. Провёл 4 часа занятий с мастерами. Совинформбюро сообщило, что идут упорные бои на Таганрогском, Макеевском, Можайском и Малоярославецком направлениях.
27 октября 1941 (понедельник) – день 128
Почти каждый день совещание начальствующего состава. Мы уже к этому начали привыкать. Сегодня речь шла о выявлении и представлении списков на военнослужащих – молдаван, немцев, финнов, турков и румын. Нам объявили требования приказа командира дивизии. Чувствуется, что наше формирование поторапливается. Установлена полуторачасовая готовность по боевой тревоге. Не знаю, насколько это касается нашего полка. Вооружения и боеприпасов пока не имеем. Провел шесть часов занятий с мастерами. К вечеру доставлена парой лошадей, изготовленная, походная мастерская. В ДАРМе постарались её укомплектовать необходимыми ЗИПами и инструментом. Мастерская, можно сказать, практически готова к ремонту оружия. Осмотрели мастерскую Радько, Никулин. Николай Владимирович отныне прикомандировывает повозку, ездового Якушева и 2-х лошадей к мастерской. Мастерская всем понравилось. Доволен и я. Но, кажется, немного тяжеловата. Откомандировываю 2-х красноармейцев из мастерской, национальность – молдаване. Вместо них подбираю из подразделений.
28 октября 1941 (вторник) – день 129
С сегодняшнего дня, по расписанию занятий, я и Радько должны ежедневно проводить по 4 часа занятий с командирами рот и взводов по изучению материальной части стрелкового оружия. Нагрузка большая. Сегодня провел занятия с командирами рот 4 часа и с мастерами 4 часа. В остальное время вместе с мастерами занимались вывозом вооружения с дивизионного склада и выдачи его подразделениям полка. Часть вооружения оставлено в мастерских для ремонта в ночное время. Многое по плану недополучили. Сегодня провели испытания походной мастерской в движении. Как уже указывалось, она была выполнена на ходовой части усиленной двуконной повозки. Всё-таки тяжеловата на ходу. Но у неё есть большое преимущество. Теперь мастерские независимы от транспортной роты, повысилась наши мобильность, значительно сокращалась время на развертывание артмастерской и работе, была упорядочено хранение и улучшились условия сохранности запасных частей. В условиях бездорожья придётся помогать выталкивать, а при крутом спуске удерживать её. Но всё же наличие подвижной мастерской – шаг вперёд. Проверили выполнение приказа дивизии: установку пулеметов на Тавричанках и повозках. Эту работу проводили на смотре полка.
29 октября 1941 (среда) – день 130
Традиционное совещание начальствующего состава. После совещания с командирами взводов и рот провёл 3-часовое занятие по изучению станкового пулемета Максим. На занятиях присутствовал комиссар полка Шошин. По поводу проведенного занятия замечаний не высказал. Однако рассказал о дезертирстве солдат из саперной роты. Строго предупредил всех командиров подразделений об усилении воспитательной работы с личным составом, о бдительности… Сегодня всю ночь мастера ремонтировали станковые пулеметы Максим – 5 штук, ручные пулеметы ДП – 12 штук, винтовки – 56 штук. Днём с ними провёл 4-часовое занятие по ремонту. Занятие практическое. Тут же ремонтировали. Отдан приказ по полку о закрепление в каждом подразделении нештатных оружейных мастеров. На них была возложена обязанность производить мелкий ремонт оружия на месте, следить за уходом и сбережением оружия и осуществлять необходимую связь с мастерскими полка. Требовалось с ними проведение двухдневных сборов . Весь день не выходит из головы сообщение Комиссара о дезертирах. Порой даже становится не по себе: какие страдания родным приносили эти прохвосты. Их-то не жалко. Сообщение Совинформбюро: идут тяжелые бои на Можайском, Малоярославецком, Харьковском, Таганрогском и Волоколамском направлениях.
30 октября 1941 (четверг) – день 131
Весь день (с перерывом на 3 часа) проводил занятие на сборах нештатных оружейных и артиллерийских мастеров. Ознакомил их с задачами, которые предстоит им решать в подразделениях. Определён и доведен круг их задач по мелкому ремонту оружия и по контролю за уходом за оружием. Рассказ велся с практическим показом на оружии. 3 часа проводил занятия с офицерами минометного батальона по изучению матчасти и правил эксплуатации 82-мм минометов. Оружейные и артиллерийские мастера продолжали ремонтировать, поступившее в полк, неисправное оружие по дефектационной ведомости, составленный мною. В конце дня проверил качество ремонта. Часть мастеров использовались на вывозе вооружения из дивизионного склада. Вооружения в полку еще много недостает. Вечером ездил на попутной машине в артснабжение дивизии. Её начальника снабжения младшего лейтенанта Лобова не застал. Завделопроизводством снабжения младший лейтенант Заец не в курсе дел по отпуску полку вооружения. Но предупредил, что в городе Ворошиловграде начальником гарнизона генералам Гудковым установлен такой порядок, при котором задерживаются все военнослужащие, не имеющие спец пропусков. Патрулей миновал.
31 октября 1941 (пятница) – день 132
Продолжили второй день сборов нештатных мастеров. По окончании занятий каждому из них выдали походные сумки с набором необходимых инструментов для устранения мелких неисправностей. Теперь каждый из них должен еженедельно связываться с мастерскими и информировать меня о состоянии дел, получать дополнительные указания. Теперь мы обзавелись большой армией, которая на местах призвана повседневно следить за правилами эксплуатации оружия. Вечером, по заданию Радько, был в артснабжении дивизии с заявкой на недостающее вооружение. Недостаёт вооружения еще много. На совещании начсоставу полка были зачитаны приказы о недопустимости оставления вооружения на поле боя. Оставляющих оружие на поле боя – расстреливать на месте. Перед подразделениями поставлена задача – закончить формирование. Пищу готовить только в походных кухнях. Одновременно поставлена задача о срочном формировании транспортно-гужевого взвода и конного взвода. Взвод пешей разведки ликвидировался. Чувствовалось, что зима будет холодной. По ночам сильные заморозки, выпадает снег. Вести с фронтов неутешительные. Наши фронты ведут тяжелые, сдерживающие, оборонительные бои. Сдан Харьков. Немцы наступают на Ленинград, рвутся к Севастополю и Ростову, заняли Калинин и Мценск, рвутся на Можайск, Волоколамск, к Туле. Москва на осадном положении.
1 ноября 1941 (суббота) – день 133
Традиционное совещание начсостава. Выступили командир полка капитан Шевченко Д.П. и комиссар старший батальонный комиссар Шошин В.А. Нас ознакомили с боевым распоряжением и приказом командования дивизии о предстоящем совершении марша в направлении Серго. Комиссар Шошин говорил о дисциплине на марше, о проведении перед маршем и на марше разъяснительной работы среди личного состава. Комиссар рассказал несколько случаях о зверствах немцев на оккупированной ими территории в Донбассе. Требовал довести эту информацию до всего личного состава. Радько остаётся на опытном поле для вооружения личного состава, а я с личным составом мастерских выступаю на марш. С личным составом мастерских провёл беседу, ознакомил в необходимых пределах с поставленными задачами довёл информацию, полученную от комиссара. Почти каждый из нас написал письмо на родину. Я тоже написал письмо маме и сестре Шуре. Поставил их в известность, что жив – здоров, чтобы за меня не беспокоились. Нахожусь, мол, в глубоком тылу и ничего мне не угрожает. На должность оружейного техника младшего сегодня прибыл воентехник 2 ранга Познанский Михаил Львович. Исполнявший до этого обязанности техника рядовой Буйный Т.И. обратился к исполнению своих обязанностей старшего оружейного мастера.
2 ноября 1941 (воскресенье) – день 134
На дневке на восточной окраине Ворошиловска, обошел все подразделения, проверил как охраняются оружие и боеприпасы. С личным составом мастерских провёл беседу. Все чувствуют себя бодро, не унывают, шутят. Настроение хорошее. На питание прикреплены к полковой роте ПВО. Пища приготовлена хорошо. Чувствуется заботливые старшина роты, да и сам командир роты младший лейтенант Погребинский Абрам Филиппович опытный и заботливый. На марше личный состав мастерских двигался вместе с транспортной ротой, командой по сбору трофеев и музвзводом. За время марша хорошо познакомился с уполномоченным по сбору трофеев лейтенантом Поляковым Андреем Игнатьевичем. Мы с ним одногодки. Прибыл он в полк из 6-го запасного полка. Парень с открытой русской душой. Должность ему не нравится. Имеет желание перейти на командную, строевую должность. К исходу дня полк вступил в Первомайское. Приказано расквартировываться здесь. Ночь коротаем на улице. По домам расходиться не разрешают.
3 ноября 1941 (понедельник) – день 135
Утром личный состав мастерских разместился в здании бывшего управления завода. Занял две большие комнаты. В одной разместили полковой склад вооружения и боеприпасов, вторую оборудовали нарами для размещения личного состава. Рядом разместились полковая рота связи. Познакомился с командиром роты связи лейтенантом Мотиным Николаем Евстафьевичем и начальником связи полка старшим лейтенантом Якименко Иваном Гавриловичем. Николай Евстафьевич с первой же встречи начал требовать от меня отдать его в распоряжение положенного по штату радиотелефонного мастера. Присутствовавший при этом разговоре начальник химической службы лейтенант Мясоедов Витя тоже, вспомнив, что в мастерских есть по штату должность химмастера начал требовать отдать ему эту единицу. Оба они обещали забрать этих мастеров через командира полка. Фактически же на этих должностях были оружейные или артиллерийские мастера. Не успели разместиться, как пришли командиры рот и батальонов с требованием отпустить боеприпасы для проведения боевых стрельб. Командиры батальонов лейтенант Забрамский Николай Константинович и лейтенант Могача Павел Фёдорович требуют и боеприпасы, и оружейных мастеров. Удовлетворяю их просьбу. Лично сегодня был на стрельбах в подразделениях: в стрелковой роте лейтенанта Зейналова Юниса Мамедовича и во взводе лейтенанта Ехно Афанасия Федоровича. День для мастеров прошёл напряжённо. Завтра будет ещё напряженнее, судя по заявкам, поступившим от подразделений. Сообщения Совинформбюро: идут тяжелые бои на всех фронтах, в том числе и на Крымском участке фронта.
4 ноября 1941 (вторник) – день 136
Почти все подразделения полка ведут боевые стрельбы. Всем выданы боеприпасы, направлены оружейные мастера. Лично сегодня был на стрельбах в 8-й стрелковой роте у лейтенанта Алексейчука, во взводах конной разведки у младшего лейтенанта Куянцева Василия Яковлевича и пешей разведки у лейтенанта Дмитрука Петра Фомича. Сегодня на стрельбище выводил своих музыкантов и новый наш полковой капельмейстер техник-интендант 2 ранга Устыченко Алексей Хрисанфович. Пришлось побыть у него. Оказалось, сам он местный Первомайский, только что призванный в армию. Весёлый культурный и обходительный человек. По вызову, был на беседе у комиссара полка Шошина. Он интересовался моей биографией, тем как идут дела по службе, какое настроение у личного состава мастерских, какая партийно-политическая работа ведётся с ними, с какими трудностями встречаюсь в работе. Докладывал я спокойно, не спеша, всё по порядку, но когда подошла очередь отвечать на последний вопрос, то я начал торопиться, как бы спешил выразить то, что меня переполняло. Я начал о том, что некоторые командиры очень плохо относятся к содержанию оружия, а на наши замечания реагирует неправильно и даже жалуются командиру полка на то, что мы, снабженцы, отвлекаем их от работы, вместо того чтобы помочь им в уходе и сбережении оружия. При этом назвал двух-трёх командиров. – А вы продолжайте наращивать к таким командирам требовательность, – сказал комиссар, – ведь давно известно, чем человек меньше знает и работает, тем он больше ищет виновных и больше требует к себе внимания и оказания ему помощи. Беседа вилась непринуждённо. Комиссар разрешил и мне курить. Почему-то у меня сразу возникло и, пожалуй, сформировалось мнение о Василии Агафоновиче, что он обладает глубокими и всесторонними знаниями, обширным и ярким воображением. Он среднего телосложения. Когда он задумывается над чем-либо, то немного щурит глаза, хмурит брови и как бы, машинально, двумя пальцами постукивает по груди, засунув ладонь между пуговицами гимнастерки. Его стройность и привлекательность лица с беспокойным романтическим характером очаровали. Почему-то мне кажется – этот человек необычно смелый и хладнокровный в бою. Сообщение Совинформбюро: особенно тяжелые бои идут на Крымском и Калининском участках фронта.
5 ноября 1941 (среда) – день 137
Весь личный состав занимается вывозом с дивизионного склада, недостающего по штату, вооружения и его ремонтом. Погода пасмурная, дороги труднопроходимые. Сегодня сумели до дивизионного артсклада сделать всего два рейса тремя автомашинами ЗИС-5. Вывозили станковые и ручные пулеметы. Минбатальон, своими силами, производил получение и вывоз минометов. получение минометов организовал оружейный техник, воентехник 2-го ранга Познанский М.Л. Готовили артиллерийские орудия и минометы к предстоящим боевым стрельбам. Выверяли нулевую и прицельную линии, устраняли неисправности, готовили боеприпасы к стрельбе.
6 ноября 1941 (четверг) – день 138
Снова весь день личный состав мастерских занимался вывозом вооружения с дивизионного склада. Кроме того, выполняя указания командира дивизии, производили в подразделениях осмотр и ремонт оружия, перевооружение подразделений винтовками со штыком и личным оружием. Сегодня, почти весь день, был на боевых стрельбах в минбатальоне, батареях. После обеда проводил с личным составом мастерских, планируемые по четвергам, обязательные занятия: 2 часа политзанятий и 3 часа технической подготовки мастеров.
7 ноября 1941 (пятница) – день 139
Сегодня испытываем большую радость. Никто не ожидал в такой сложной обстановке традиционного парада войск на Красной площади. Вдохновляет. Слова И.В. Сталина – как звуки набата: «…На вас смотрит весь мир… Великая освободительная миссия выпала на вашу долю. Будьте же достойны этой миссии!!! Пусть вдохновляет вас в этой войне мужественный образ наших великих предков… Пусть осеняет вас победоносное Знамя Великого Ленина…» Настроение у личного состава приподнято – вселена полная вера в силу и непобедимость нашей армии, уверенность в нашу победу. Командиры и политработники во всех подразделениях зачитали приказ № 30 Командующего Южным фронтом генерал-полковника Черевиченко, в котором он и члены Военного Совета фронта Корниец, Рябчий, Задионченко и Бородин поздравили бойцов, командиров, комиссаров и политработников с 24 годовщиной Великой Октябрьской Социалистической революции. Вновь прибывший в полк начальник штаба капитан Левин Александр Соломонович сегодня был представлен командиром полка капитаном Шевченко начальствующему составу. На совещании командир полка и комиссар проявили большой интерес к обеспеченности вооружением и боеприпасами. Докладывал начартснабжения Радько. Обеспеченность боеприпасами хорошая. До 24.00 вместе с Радько ходили по подразделениям, проверяли выполнение приказа о наведении порядка в учете оружия.
8 ноября 1941 (суббота) – день 140
Был на дивизионном артиллерийском складе. Интересовался вопросами приобретения ЗИПов для ремонта и недостающим полку вооружением. Два ящика с запасными частями удалось приобрести. На всякий случай прихватил с собой два пулемета ШКАСС и два комплекта деталей от разбитых пулеметов ДШК. Командир роты ПВО лейтенант Погребинский изъявил желание иметь два пулемета ШКАСС для стрельбы по воздушным целям. Но для них нужны треноги. Оружейный мастер Буйный приступил к заготовке деталей треноги по сделанному мною эскизу. Ночью треноги были сварены и покрашены. Эти работы Буйный произвёл в ДАРМе. Пулеметы ДШК собрать не удалось из-за большой изношенности уступов ствольной коробки для боевых упоров. Даже самые повышенные запасные боевые упоры не обеспечивали надежное запирание ствола во время выстрела.
9 ноября 1941 (воскресенье) – день 141
С самого утра меня отругал Радько, за то, что я самовольно привёз пулеметы ШКАСС, так как для них надо особые патроны с двойной обкаткой дуги гильз. А их в полку нет. Дело кончилось тем, что он мне поручил достать такие патроны. Вот, мол, и доводи дело до конца. Пулеметы ШКАСС на треногах вручили роте ПВО. Старший оружейный мастер рядовой Буйный, за день, из автомобильной рессоры, сделал один левый боевой упор к собранным ДШК и подогнал. Приступил к изготовлению право боевого упора. Погода дождливая. Дороги развезло. Лишь к вечеру удалось вернуться с пятью ящиками патронов к пулемётам ШКАСС. Ездил на полуторке на армейский склад и снабжение 12-й А, долго не хотели отпускать, мол, зачем, да почему получает не представитель дивизии, а полка … еле уговорил. Радько доволен исходом. Довольны и в роте ПВО. А я не совсем – приехал с недогрузом. Мог бы привести больше, но не дали. Сообщение Совинформбюро: наиболее ожесточенные бои идут на Крымском участке фронта.
10 ноября 1941 (понедельник) – день 142
Буйный закончил изготовление и подгонку правого боевого упора. Его труд увенчался полной победой. 12,7 мм пулемет ДШК чётко работает. Если уж выйдут из строя упоры их ничем не заменить. Изготовили заготовки для боевых упоров второго пулемёта оружейные мастера рядовые Сосулин С.К. и Попов К.В. Буйный Т.И. приступил к их окончательной доработке.
11 ноября 1941 (вторник) – день 143
Второй собранный пулемет ДШК, отремонтированный, сдали в роту ПВО. Всю ночь и день работали в подразделениях. Выполняем приказ командира дивизии, наводим порядок в вооружении: осматриваем, ремонтируем, укомплектовываем запчастями и принадлежностями, проверяем раздаточные ведомости на оружие. Ведомости уже настолько устарели, что номера оружия не совпадают с фамилиями их владельцев. Требуем от старших командиров подразделений наведения должного порядка в этом вопросе. Погода на улице дождливая, всюду таскается грязь. Оружие со стрельбища приносится грязное, нечищеное. Под нажимом заставляем чистить, смазывать. Сегодня нам стало известно, что 7 ноября были проведены парады войск Красной армии в городах Куйбышев и Воронеж. С речью на парадах выступили Ворошилов и Тимошенко.
12 ноября 1941 (среда) – день 144
Командование полка от артснабженцев потребовало обеспечить полк 30-ю снайперскими винтовками. Радько сказал, что это требование дивизии. Снайперские винтовки должны быть только образца 1891/30 г., а не СВТ. Срочно выезжаю на дивизионной склад. Удалось подобрать 17 неисправных оптических прицелов с прыгающими нитями, 20 винтовок с помутнением оптики и другими дефектами в наличии в дивизии, но тоже неисправны. Нам повезло, среди мастеров оказался профессиональный оптический мастер, ворошиловградец. Из 17 прицелов он за день восстановил 12, а остальные неисправные повёз в Ворошиловградскую мастерскую, где он до призыва работал. Рядовой Сериченко Г.Д. выручил нас. Сегодня мы от снайперских винтовок добивались точности и кучности боя, путем тщательной подгонки ложи по стволу и большей площадью прилегание упора к винту нагеля. Совинформбюро сообщило, что наиболее ожесточенные бои идут на Крымском и Тульском участках фронта.
13 ноября 1941 (четверг) – день 145
Почти весь день находился в полковой артиллерийской батарее 76-мм пушек. Проверил с мастерами орудия. Вместе с расчётами подготавливали их к зимней эксплуатации. С командирами взводов провёл 4-часовое занятие по особенностям эксплуатации орудий в зимних условиях, по проведению технического осмотра и устранения мелких неисправностей силами расчетов и батарейными мастерами. Очень много времени пришлось уделить вопросам установлению комплектности артаммуниции. С батарей уже поступали жалобы на большую её некомплектность. Пришлось изучить этот вопрос самому и оказать помощь разобраться в ней батарейникам. Оказалось, всё нормально. Сегодня ещё лучше познакомился с комбатом лейтенантом Красоткиным Иваном Казимировичем, его заместителем младшим лейтенантом Тарасовым Александром Петровичем. Понравились. Очень серьёзные товарищи. Беспокоятся за содержание орудий. К исходу дня через мастерские прошло 35 снайперских винтовок, которые были восстановлены, пристреляны и в хорошем состоянии переданы в подразделение полка. После обеда провёл 2 часа политзанятий и 2 часа по ремонту вооружения. Мастера очень любят, когда с ними провожу занятия. Живо интересуются политикой обстановкой техническими вопросами.
14 ноября 1941 (пятница) – день 146
Всю ночь ходил по подразделениям – собирал автоматы. Командиры подразделений не хотят отдавать их. Постоянно, для разрешения конфликта звоню в штаб полка. Всё-таки к утру удалось собрать почти все имеющиеся в полку автоматы. Не нашли 3. Собрали 46. Их надо срочно везти в штаб дивизии в Ирмино. Автоматы требовались для срочного вооружения какого-то спецподразделения. От Первомайска до Ирмино добирался несколько часов. Вымок с ног до головы, забрызганный дорожной грязью. Постоянно толкаем повозку. Автоматы были сданы в установленный срок. К концу дня подморозило. Дороги стали проходимыми. Полк во второй половине дня получил телефонограмму от дивизии о высылке представителя с автомашиной за получением пистолетов-пулеметов ППШ для вооружения роты автоматчиков. Это было первое получение полком пистолетов-пулеметов ППШ образца 1941 года. Получил я эти автоматы по наряду дивизии с Ворошиловградского паровозостроительного завода имени Октябрьской революции, что называется «горячими», со сборочного участка. Пришлось ожидать пока заканчивали их сборку и упаковку. Командир роты автоматчиков старший лейтенант Головко Иван Филиппович ждал с нетерпением автоматы. Уже поздно вечером ожидал моего приезда с Ворошиловграда с автоматами.
15 ноября 1941 (суббота) – день 147
Вооружили роту автоматчиков автоматами ППШ. Наконец-то. Сегодня представитель дивизии из милиции привёз в Первомайское более 100 револьверов «Наган» прямо в кобурах, за которые я расписался в получении. Мне приказано срочно выдать их начальствующему составу. Радько вручил мне ведомость. При выдаче выяснилось, что все они были ржавые, грязные и неисправные. Среди них были револьверы и с укороченными стволами. В барабанах почти каждого револьвера были боевые патроны. Каждый из них разряжаю, провожу беглый технический осмотр, пробую спуск и, если из него можно еще стрелять, выдаю под расписку и предупреждаю, что в последующем его надо подремонтировать. По неосторожности наступил на кучу револьверов, лежавших на полу в кобурах. Произошёл выстрел. Задребезжала оконная рама – пуля прошила её перекладину. Уже сегодня в ремонт сдано свыше 30 револьверов с такими неисправностями как: износ храповика барабана с отворачиваемся ствола, с утыканием бойка, с неотлаженным спуском, с изношенными стволами. Ряд пистолетов TT тоже имели серьезные неисправности. На ремонт мобилизованы все мастера. Ремонтируем днём и ночью. В минометном батальоне с минометами мастерами занимался регулировкой механизмов наведения. Устраняли люфты. Помогали командирам производить выверку прицельных приспособлений. Здесь, с командирами взводов и рот, провёл 2-часовое занятие по устройству и правилам эксплуатации. Командир минбатальона лейтенант Бадаев Алексей Алексеевич, минометных рот старший лейтенант Савченко Филипп Семенович и лейтенант Петров Иван Егорович постоянно находились со мной. На все замечания по эксплуатации реагировали мгновенно. С такими командирами хорошо работать. Сегодня немцы возобновили наступление под Москвой и, ценой больших потерь, им удалось придвинуться к Москве. Наши самолеты совершили налёт на Кенигсберг и Ригу. Идут воздушные бои под Москвой.
16 ноября 1941 (воскресенье) – день 148
Погода морозная. Выпал небольшой снег. В штабе полка собрался начальствующий состав. На совещании говорилось о многом. О боевой и политической подготовке и дисциплине говорил командир полка капитан Шевченко Дмитрий Павлович, начальник штаба капитан Левин Александр Соломонович, комиссар старший батальонный Комиссар Шукшин Василий Агафонович. Также речь шла о том, что в роте автоматчиков пропало 6 автоматов. Уворовали бойцы из соседних стрелковых подразделений. Старшему лейтенанту Головку И.Ф. попало. Шошин заявил, что если у товарища Головко так будет продолжаться, мы через 2-3 дня не будем иметь роты автоматчиков. Шевченко приказал начальнику артснабжения разыскать автоматы и доложить ему. Во время совещания из штаба дивизии прибыл офицер связи и доставил пакет. Нам разрешили покурить. После перерыва объявили приказ дивизии, в котором говорится, что утром противник начал наступление и передовыми частями развивает наступление на им. Кагановича. Нашему полку указан район, куда он должен выйти комбинированным маршем. До нас довели требования приказа 12-й А, что наша дивизия должна выбить противника из Кагановича и остановить его продвижение на восток. Полк поднят по тревоге. Вышел на марш. Но сразу же, на начальном отрезке маршрута, мы подверглись неожиданной бомбардировке двумя десятками немецких самолётов. Каждый заходил с хвоста колонны. В носовой части самолета закипают вспышки пулеметных очередей, а из-под брюха устремляются к земле темные капли бомб. На шляхе и его обочинах взметнулись взрывы, вспышки и зачадили чёрным дымом грузовики и повозки. Много жертв. Последний самолёт, израсходовав боеприпасы снизился над размешанной колонной настолько низко, что можно хорошо различить черты лица лётчика. Что-то выпало из кабины. Попало прямо в повозку. Оказалось – три сигары. Это уже сверхнаглость. Полк главными силами с противником встретился на Восточной окраине им. Кагановича (это название ж.д. станции, а город Попасная, райцентр Ворошиловградской области) и вступил в бой, с превосходящими в огневых средствах противником в 24:00. Завязался ожесточенный кровопролитный бой. Сегодня Наши войска добились успеха разгромили немецко-фашистские войска под Ростовом-на-Дону. Мы услышали о героическом подвиге 28 героев-панфиловцев, не пропустивших танки противника у разъезда Дубосеково, на Волоколамском направлении.
17 ноября 1941 (понедельник) – день 149
Ночью мне Радько приказал загрузить автомашину винтовочными патронами и ручными гранатами и быть в готовности подать их подразделениям, которые завязли и ведут уличные бои в им. Кагановича. Он другой машиной должен подать мины и снаряды. Загрузив автомашину ЗИС-5 необходимыми боеприпасами, я сразу же получил команду доставить их в им. Кагановича. Станция и город были окутаны плотным утренним туманом, который не позволял быстро продвигаться. – Не свалиться бы в кювет, – вздохнув, молвил шофер, напряженно вглядываясь в туманную завесу. Я молчал, охваченный думами, и лишь время от времени, когда машину резко подбрасывало, хватался за голову, которая давала о себе знать после контузии. Я переживаю за то, чтобы боеприпасы были подвезены своевременно, дорога была каждая минута. Под густой завесой тумана мы въехали в им. Кагановича. Целых 20 минут блуждаем машиной по белесой, затянутой туманом, окраине станционного поселка. Вскоре прекратилась и редкая перестрелка. Остановились. Заглушили мотор. Направляюсь вперед для уточнения обстановки. Захожу в ближайший дом – никого. Вдруг на чердаке этого дома застрочил пулемет и послышалась громкая немецкая речь. Выскакиваю из дома. Короткими перебежками добегаю до машины, кабина которой объята красным и дымным пламенем огня. Шофер, рядовой Волегов И.П. из кювета отстреливается от наседавших на него с тыла автоматчиков. Залегаю в кювет и тоже начинаю отстреливаться из автомата. Показываю Волегову направление отхода рукой. Делаем перебежки и отстреливаемся. Три немца подбежали к машине, но увидев горящие ящики с боеприпасами разбежались в разные стороны. Спустя некоторое время послышался взрыв – взорвались гранаты. Туман, смешанный с дымом, продолжал стоять плотной стеной. Перестрелки вокруг не слышно. Мы с Волеговым, сделав крюк, держим путь в обратном направлении, придерживаясь дороги, по которой въезжали в Каганович. Вскоре нам повстречались санитар взвода батальона военфельдшер Родин Ю.А. с санитарным инструктором. Юрий Алексеевич нам рассказал, что его батальон в 24:00 завязав бой с противником на окраине Кагановича и вел его до 6 часов утра. Батальон имел некоторый успех. Не имея связи с соседями, батальон оказался под угрозой окружения и был вынужден отойти восточнее. Он же оторвался от батальона, так как был вынужден оказывать медицинскую помощь раненым и эвакуировать их. А сейчас он ищет свой батальон. Сейчас Юра выглядел еще длиннее. Он был обвешан оружием и гранатами. Теперь мы уже вчетвером. Искать полк веселее. Услышав артиллерийскую стрельбу, мы направились к месту расположения батареи. В надежде увидеть нашу полковую батарею. Когда же мы приблизились к батарее, то услышали команды и разговоры на немецком языке. Перебросившись взглядами, мы поняли друг друга. Всего у нас с собой оказалось десять ручных гранат РГД и Ф-1. Молча перераспределили гранаты. У нас по 2-3 гранаты у каждого. Запалы на месте. Осторожно, под прикрытием тумана, подбираемся к батарее. Но вскоре поняли, что мы заходим на орудия спереди. Жестами договариваемся двинуться в обход, чтобы на батарею зайти с тыла. Вот мы уже в пределах видимости. Залегли. Отчетливо видно, как расчеты копошатся у орудий. Подается снова немецкая команда. Орудие делает три выстрела беглым огнем. Немцы и не думают оборачиваться назад. По команде выдергиваем чеки из запалов и с небольшого разбега забрасываем гранатами стоявшие на огневых позициях три орудия. Когда сработали запалы, гранаты находились на траектории полета немцы нас заметили и сразу залегли. Мы вслед бросили еще по одной гранате, залегли и начали расстреливать немцев, пытавшихся короткими перебежками добежать до укрытий. У нас было два автомата и два карабина, уверены, что теперь батарея не произведет ни одного выстрела. Довольные, мы начали отходить. Не прошло и нескольких минут мы встретились со стрелковой ротой нашего полка, которую возглавлял л-т Скрыльников Иван Никитович. Вместе с ротой находился, и комиссар нашего полка старший батальонный комиссар Шошин В.А. Рассказали им о батарее. Рота Скрыльникова направилась к батарее. Последовали туда и мы все. Перед нами развернулась такая картина Оставшиеся в живых три немецких солдата, и один офицер перевязывали раненых. Они и не заметили нашего подхода. Подняли руки. На батарее мы насчитали 15 убитых и 12 раненых. От комиссара полка мы узнали, что полк, после ожесточенных уличных боев в Кагановиче, начал отход. Полку, несмотря на превосходство противника в огневых средствах удалось перемолоть основные силы противника, уничтожив более батальона.
18 ноября 1941 (вторник) – день 150
Полк с боями отходит. Сосредотачивается на восточной окраине Кагановича и занял оборону. Штаб полка разместился в казарме по ж.д., что восточнее 2 км. С 8:00 противник предпринял наступление. Весь день полк вел ожесточенные бои, но под превосходящими силами противника был вынужден отходить в направление Первомайска. К исходу дня остатки полка сосредоточились в Первомайске. Командир полка капитан Шевченко контужен и эвакуирован в тыл, а его адъютант Дурнов А.В. убит и похоронен на кладбище в Ирмино. В этом же бою погибли смертью храбрых комбат Мочага Павел Федорович (похоронен в Первомайске), адъютант батальона мл. лейтенант Притула Иван Миронович, командир взвода мл. л-т Ехно Афанасий Федорович, помощник начальника штаба полка мл. лейтенант Козыренко Леонид Трофимович, а всего 44 человека начальствующего состава. Гибель такого большого количества людей всеми нами, оставшимися в живых, переносилась очень болезненно. Теперь у нас никто не смеялся, не шутил и не пел. Мы переживали глубокий траур. На просторах Донбасса начиналась суровая зима, стелилась метель, подбивая снег к строениям, заметая дороги. Большой урон был нанесен и немцам.
19 ноября 1941 (среда) – день 151
С утра полк остатками выдвигался с боями на юго-западную окраину Калиново. Враг откатывается, оставляя на снегу множество трупов, сгоревшие машины, бронетранспортёры, танки, перевернутые орудия и повозки. Особенно много трупов немецких солдат и офицеров валялись по обочинам дороги на Первомайск. Это что-то не похоже на немцев. Ведь немцы своих убитых убирают довольно-таки оперативно, чтобы не показывать своих потерь. Значит им просто было не до трупов. Некоторое время подразделения полка идут по уже освобожденной от немцев земле. Ко мне подошел местный житель, показывая на стог сена. Заявляет, что там кто-то прячется. Группа мастеров во главе с оружейным техником Буйным вскоре извлекает оттуда здоровенного немца с перекошенным бледным лицом, с нервным изгибом бровей и большими выпученными глазами. Пытаюсь допросить его. Но он разговаривает со мной так, как будто не он у нас в плену, а мы у него. Сдали его в штаб полка в Калиново. Штаб полка уточняет наши потери за период с 16 по 18 ноября. Цифры неутешительные. Большая часть потерь составляла без вести пропавшими. В том числе без вести пропали и некоторые командиры взводов и рот. Просто не верится, что пропал без вести такой боевой командир роты как лейтенант Ушаков Павел Кузьмич, уроженец суровой Сибири. Фашистские полчища упорно лезут на Донбасс. Сегодня им удалось захватить г. Тим. Ожесточенные бои идут на Калининском, Волоколамском направлениях.
20 ноября 1941 (четверг) – день 152
С раннего утра весь личный состав мастерских находится в подразделениях с задачей уточнить наличие и потери вооружения. Большая часть пулеметов Максима была утрачена в бою, а оставшиеся единицы все оказались без станков. Большие потери и в минометах 82 и 50 мм, минометах-лопатах. Сколько бы мы ни пытались заставить использовать бывшие тогда на вооружении минометы-лопаты, так у нас ничего и не получилось. По переднему краю повсюду были разбросаны эти и не минометы и не лопаты. Подразделения их выбрасывали. Примерно такую же участь ожидает и 50 мм минометы. Во второй половине дня меня вызвал и.о. командира полка капитан Левин А.С. и потребовал принять необходимые меры к восстановлению пулеметов Максима, оказавшихся без станков. Вести огонь из пулеметов без станков было затруднительно не только потому, что не обеспечивалась меткость и точность стрельбы, но и потому что грунтом забивалось отверстие для вывода стрелянных гильз, что вело к отказу в работе пулемета. Срочно выезжаю на санках в артснабжение дивизии. Но в наличии ни станков, ни пулеметов у них нет. Советуемся с мастерами, как лучше проще и быстрее решить техническую задачу в условиях совершенного отсутствия оборудования для производства токарных, сверлильных и сварочных работ. Оружейный мастер Сосулин Сергей предлагает использовать для этой цели, оставленные на бывшей огневой позиции батареи, короткие стрелянные гильзы. Быстро беремся за дело. В гильзах вырезаем вертикальные пазы для посадки в них короба тела пулемета, в оставшихся стойках просверливаем отверстия для соединительного болта. В рассверленные центральные отверстия гильзы (под капсюльные втулки) были ввернуты металлические штыри длиной 250 мм. Таким образом тело пулемета покоилось в гильзе с воткнутым штырем в землю. Это позволило осуществлять как вертикальную, так и горизонтальную наводку. К утру мы все пулеметы поставили на такие временные станки. Командиры подразделений одобрительно отнеслись к этой временной мере, а командир полка объявил личному составу мастерских благодарность. Состоялась встреча с комиссаром Шошиным В.А. он объявил мне, что в/фельдшер Родин, я, и шофер Волегов за уничтожение немецкой батареи представлены к правительственным наградам. Комиссар спросил мое мнение о вступлении в кандидаты. Я изъявил желание. От Василия Агафоновича тут же получил рекомендацию. Он помог мне написать и сформулировать мое заявление о приеме меня в кандидаты ВКП(б). Посоветовал к кому обратиться за остальными рекомендациями. Сказал, что заявление будет рассмотрено в ближайшие дни, а поэтому надо готовиться по уставу и программе. Вместо политических занятий провел полуторачасовую беседу с личным составом. Ознакомил их с положением дел в полку, с обстановкой на фронтах. Совинформбюро сообщило, что ожесточенные бои идут на Ростовском, Калининском и Волоколамском направлении.
21 ноября 1941 (пятница) – день 153
Полк продолжает совершенствовать участок обороны в районе Калиново, прикрывая направление на Серго и Алмазное. С мастерами и техниками нахожусь в подразделениях. Проверяем как работают пулеметы Максима на импровизированных станках. Расчеты и командиры довольны. Просят, чтобы им мы сделали еще по два запасных таких же вертлюг, которые они хотят заранее устанавливать на запасных огневых позициях и тем самым сократить время на установку пулеметов на этих позициях в условиях замерзшего грунта. К исходу дня мы доставили в подразделения еще 25 таких устройств. Вечером я выезжал в артснабжение дивизии в Первомайск с целью выпросить для полка недостающее вооружение, особенно пулеметы Максима. Удалось заполучить неисправными несколько десятков винтовок, два 82 мм миномета, три станковых пулемета Максима. Вместо 36, положенных в полку, их сейчас только 15 и те без станков. Совинформбюро опровергло домыслы фашистов, что они нас выбили из Керчи. Что оставление Керчи было планомерным.
22 ноября 1941 (суббота) – день 154
Арттехник Зинченко Д.А., минометные мастера Порошин А.Х., Девьяров И.В. и Солодов Б.Д. во главе со мной находимся в минометном батальоне, приводим в порядок оставшиеся в полку 7 минометов и еще два полученных вчера со склада дивизии. Командир батальона лейтенант Бадаев Алексей Алексеевич, командиры рот лейтенант Савченко Филипп Семёнович и лейтенант Петров Иван Егорович обеспечивают нас всеми необходимыми условиями для ремонта минометов. А Алексей Алексеевич представил для этой цели свою батальонную, утепленную землянку. Ремонтировали и у костра, разведенного в Калиновой балке, обстреливаемой противником. Сегодня возвратился (говорят сбежал) из госпиталя командир полка капитан Шевченко, контуженный 18 ноября. Он совершенно глухой. Из минометного батальона меня вызвал командир полка. Когда я вошел в землянку, капитан Шевченко сидел спиной и стучал кулаком по телефонной подставке, употребляя сильные выражения, кого-то распекал на том конце провода. – Набью тебе физиономию, ты не выполняешь моего приказа! Где язык? Ты не способен на боевые дела Тебе бы быть интендантом… и то вряд ли справишься! Пока он говорил по телефону, я рассматриваю и изучаю обстановку. Над печкой сушились портянки, валенки, рукавицы и шарф. В землянке пахло кислым запахом пропотевшей шерсти и палёным. Единственное что было положительным в землянке – это тепло. Закончив разговор и бросив трубку, Дмитрий Павлович повернулся ко мне. Я стоял навытяжку и ждал его приказаний. Приказ его был категоричен и короток: завтра к 8:00 доставить ему оборудованную двумя станковыми пулеметами «тачанку». Налитый для меня стакан водки я незаметно выплеснул на пол, сделал вид что выпил, стал жевать корочку. При выходе из землянки я на этой луже поскользнулся и упал. Командир полка подумал, что я пьяный и тут же приказал своему адъютанту доставить меня в мастерские на его санках. Всю дорогу мы с Васей смеялись над этим казусом. Разосланы все подчиненные по округе в поисках найти какой-либо подрессоренный ход. Лишь к вечеру оргтехник Зинченко пригнал подрессоренную, выкрашенную в красный цвет, телегу, взятую из колхозной пожарки. Она использовалась для транспортировки бочки с водой и пожарного насоса. Вскоре доставили подрессоренную повозку в виде «фаэтона», с откидным верхом. Решили и срочно приступили к оборудованию тачанки. На базе пожарной телеги. Два пулемета Максима были в мастерской. Для них быстро собрали 2 станка, подобранные на поле боя. Закрепили пулемёты, коробки с лентами, набитыми патронами. «Тачанку» перекрасили в белый цвет, но она получилась всё же темной. Чтобы доставить тачанку командиру полка нужны были лошади, но своими я рисковать не посмел, ибо, мог бы лишиться их и оставить походную мастерскую без конной тяги. Впрягли одну лошадь. Доставлял тачанку оружейный техник Буйный. Прежде чем доложить о тачанке, лошадь должна быть выпряжена и укрыта от глаз командира полка. Так всё было сделано. Командир полка осмотрел «тачанку», проверил пулеметы стрельбой, поинтересовался лошадьми. Буйному приказал налить стакан водки. Комполка сформировал расчёт, в который вошли: он, его адъютант лейтенант Гуртовой и офицер связи с дивизии. Затем, подкрепив себя и свой экипаж изрядной порцией водки, отправился в сторону переднего края, за которым виднелась небольшая деревушка, занятая немцами. У переднего края капитан Шевченко приказал ездовому выжимать из лошадей всё, что они могут дать, галопом скакать в направлении деревушки. Немцы настолько опешили. Огня не открывали. Уже в деревне тачанка развернулась и одновременно из двух пулеметов открыла огонь. Немцы не успели отреагировать на происходящее, а «тачанка» была уже на нашей территории. Немцы только тогда открыли по ней огонь. Но было уже поздно. В этот же день, я с мастерами, демонтировал пулемёт из «тачанки». Они требовали ремонта: в кожухах обоих пулеметов были осколочные пробоины, а стенки ствольных коробок имели вмятины. Телега передана в распоряжение комендантского взвода. Неугомонный характер командира полка постоянно в действии. Он часто вызывал особенно начальников служб тыла непосредственно в роту, на передовую, и там, на месте давал соответствующие указания. Сегодня он вызвал на передний край начальника ОВС интенданта 2 ранга Краснова Андрея Гавриловича. Ценой больших потерь Клейст сегодня снова вошёл в Ростов.
23 ноября 1941 (воскресенье) – день 155
Полк имеет задачу перейти в наступление и овладеть Борщеватое. Весь личный состав мастерских занят ремонтом вооружения. Мне поручено обеспечить подразделения боеприпасами. Ездил с этой целью несколько раз на двух автомашинах в Ирмино. Огнём противника сегодня выведены из строя два 82 мм миномета. К вечеру один восстановили на месте, а второй вывезен для ремонта в мастерскую. Боевой приказ дивизии выполнен. Полк овладел Борщеватое. Капитан Шевченко не покидал переднего края, был в ротах до тех пор, пока не была выполнена поставленная задача. Подразделения полка на подступах к селу Александровка. Теперь перед полком была поставлена новая задача: овладеть Александровкой и в дальнейшем наступать в направлении имени Кагановича. Подготовился к выполнению боевой задачи. Перед нами, артснабженцами, с каждым новым боем, как и сейчас, с выполнением новой боевой задачи, возникало множество неотложных задач. И ничего так не беспокоило, и не угнетало, не выводило из себя, как отсутствие в должных количествах всего того, чем мы обязаны были снабжать. Вечная нехватка ресурсов. Шла ли речь, допустим, об автоматах или противотанковых пушках, о станковых пулеметах или миномётах, о запасных частях, так необходимых для восстановления вооружения, или боеприпасах. Совинформбюро сообщает, что бои идут на всех фронтах и особенно ожесточенные на Ростовском, Волоколамском, Клинском и Тульском направлениях.
24 ноября 1941 (понедельник) – день 156
Мастера и техники вышли в подразделения, в минометный батальон рано утром переместили нашу передвижную артмастерскую, которая весь день находилась в Калиновой балке, обслуживания ремонтом оружие в подразделениях. Это намного удобнее. Теперь, с сегодняшнего дня, в артмастерской появился подрессоренный «фаэтон», о чём мы так долго мечтали. Создан небольшой запас почти всех видов оружия. У нас появилась возможность более качественно ремонтировать оружие, особенно пулеметы, используя обменный фонд. Мастера очень довольны такими возможностями. Сегодня ночью подразделения полка посетили работники аппарата 12-й армии, прибывшей из Серго: начальник штаба армии полковник Ермолаев и комиссар штаба армии полковой комиссар Дроздов. Вместо капитана Левина, убывшего в управлении 261-й СД на должность начальника первого отделения, начальником штаба 978-го СП назначен лейтенант Новиков. Сегодня в санчасть привезли тяжело раненного командира взвода лейтенанта Максимова. В память не приходил уже несколько часов. Жалко парнишку. На санках ездил в артснабжение дивизии, а потом на ДОП. Приобрел три станка Соколова и 5 снайперских прицелов с кронштейнами. На обратном пути, в расположении второго эшелона полка я увидел группу старшин подразделений, в том числе и старшину мастерских Ахмедова, толкающихся на морозе рядом с продскладом полка. Спрашиваю, почему они здесь стоят? Отвечают, что завскладом рядовой Зальцман уже как 2 часа назад ушёл и не появляется. Несколько старшин вызвались меня сопроводить к дому, куда ушёл Зальцман. Входим в хату. На мое приветствие никто не ответил. Заглядываю в горницу. В тёплой хозяйской постели, утонувшим в пуховой перине, лежит Зальцман. – Товарищ Зальцман, – спрашиваю его, – Почему вы не выдаете продукты? Старшины Вас ждут уже третий час, мерзнут на холоде. – А какое твоё дело, – отвечает он мне, – У меня есть свой начальник, перед ним я и отчитаюсь. – Товарищ Зальцман, – говорю ему, – Я требую от вас выполнять требования Устава, встать с постели и разговаривать со старшим по званию как положено. На этом моё требование Зальцман повернулся в постели ко мне спиной. На такой беспрецедентный вызов рядового, я выхватил из кобуры пистолет и приказал ему встать с постели и одеться. Предупредил, что в противном случае применю оружие. Зальцман быстро встал оделся и побежал к складу. Оказалось, он был в сильном опьянении, но симулировал боль в животе. Продукты старшинам были выданы.
25 ноября 1941 (вторник) – день 157
Обороняя рубежи 2 км западнее Борщеватое, овраг по балке Калиновая, полк продолжает приводить себя в порядок. Был в штабе ознакомился со сводкой о потерях полка с 16 по 25 ноября. Цифра внушительная. Это более чем треть личного состава. От начальствующего состава полка осталось 65%. Не хватает самого массового звена – командиров взводов. Взводами командуют младшие командиры и солдаты. Уход за вооружением в подразделениях резко ухудшился. Полку поставлена новая боевая задача и установлена новые границы. Согласно плану, действий 978-го СП, основными силами совместно с 976-м СП должен овладеть Дмитриевкой и выйти на Рудник Золотой . Выполнение этой задачи потребовало определённых действий по подготовке и со стороны службы артиллерийского снабжения полка, и, в частности со стороны мастерских боепитания. Мастера и техники проверяли и готовили оружие в подразделениях к боевому использованию, обеспечивали взвода боепитания батальонов необходимым количеством подвижных и носимых запасов боеприпасов. Об отдыхе и думать нечего. Не хватает времени. Находясь в третьей стрелковой роте, я проверял оружие. Рассказывал, как надо периодически ухаживать за пулемётом ДП, со мной рядом, в траншее, стоял командир взвода юный лейтенант Коковкин А.Т. Метрах в 10 от нас в траншею угодила и разорвалась вражеская мина. Лейтенант Коковкин тяжело ранен. Ему оказана первая помощь и он эвакуирован в санчасть. В траншее находилось 7 человек, пострадал только один. По секрету помначштаба полка лейтенант Ковалёв сообщил мне, что сегодня в штаб, на имя комиссара полка получено письмо («Прошение» – так было озаглавлено письмо), в котором рядовой Зальцман излагал извращенные факты и сплошной вымысел о вчерашнем инциденте. Вскоре меня вызвал комиссар Шошин. Я объяснил ему всё как было, я назвал фамилии старшин, которые присутствовали при этом. Считаю, что на этом разговоре вопрос исчерпан.
26 ноября 1941 (среда) – день 158
Сегодня вызывали в штаб полка. Начальник штаба полка л-т Новиков потребовал от меня откомандировать двух мастеров в стрелковую роту для пополнения активными штыками. Мол, такие мероприятия проводятся с целью укрепления стрелковых рот. Мои объяснения, что этого делать никак нельзя не убеждают лейтенанта Новикова. В итоге договорились с ним на таком варианте: я откомандировываю двух минометных мастеров в минбатальон, а командир батальона откомандировывает в стрелковую роту двух своих неквалифицированных бойцов-минометчиков. Считаю, что в данном случае мастерские мало что потеряли. В минбате теперь есть свои мастера. Встретил командира полка капитана Шевченко Д.П. В сильном опьянении. Говорят, получил телефонограмму об утверждении его в должности командира полка. Отмечает то, что командующий войсками 12-й А генерал Коротеев спустя почти два месяца почтил своим вниманием, утверждая его в должности. Странно. Артмастерские разместил в жилом доме частном доме в Борщеватое. Тут же в доме жили муж с женой и дочкой. В одной из двух комнат мы в зимнюю стужу ремонтируем оружие. Село Борщеватое обстреливается противником из орудий и минометов. Мастера получают задание. Не успеваем ремонтировать вооружение, которое поступает к нам из числа собранного на поле боя, из санчасти, из подразделений. С наступлением темноты развожу по подразделениям отремонтированные пулеметы, взамен забираю неисправные. Сегодня опубликована нота народного комиссара иностранных дел В.М. Молотова от 25 ноября 1941, в которой говорится о возмутительных зверствах Германских войск в отношении советских военнопленных. Приводится целый перечень фактов: найдены замученные трупы, руки и ноги прибивались к дереву гвоздями, исколотые штыками; военнопленным созданы невыносимые условия, явно направленные на их истребление; ослабевших расстреливают, раздирают на части танками. «Советское правительство с возмущением протестует перед всем миром против варварских актов нарушения германским правительством элементарных норм международного права» – говорится в ноте. Эту ноту мы сегодня изучили с мастерами. По сообщению Совинформбюро особо тяжелые бои идут на Волоколамском, Сталиногорском и Ростовском участках фронта.
27 ноября 1941 (четверг) – день 159
Весь день ремонтируем оружие в тепле. Качество ремонта хорошее. Мастера стараются. В мастерской скопилось много отремонтированного оружия. Отправляю на полковой склад. Радько торопит дать еще оружие для нового пополнения. Ремонтируем и ночью с керосиновой лампой, с коптилками, сделанными из гильз. Приводим в порядок и трофейное оружие. За два дня мы восстановили два 45 мм орудия, четыре 82 мм миномета, 12 немецких пулемета МГ, более 130 винтовок и автоматов, восемнадцать 50 мм минометов. Много хлопот приносят нам 50 мм ротные минометы. Это далеко не совершенные образцы. Часто выходят из строя по причине прорыва газов через кран, заедания крана, тугой работы механизмов наведения и выравнивания, плохой работы амортизатора и ряда других причин. Минометные мастера постоянно загружены их ремонтом. Командир батальона лейтенант Бадаев обратился с просьбой прийти к нему в батальон и осмотреть минометы. Жалуется на большое рассеивание мин при стрельбе. С мастерами провел регулировку механизмов наведения, добились наименьших люфтов. Алексей Алексеевич согласился вернуть мне мастеров (с сохранением их в списках батальона), а обслуживание минометов велено переложить на мастерские. Я согласился. Ночью от снаряда противника (угодившего в соседний дом) возник пожар. Спасти не удалось; но дом, в котором мы размещались, отстояли от загорания. Хозяева благодарили нас. Вечером провел политзанятие, на котором рассмотрели внутренне и внешнее положение нашей страны. По сообщению Совинформбюро в это время шли ожесточенные бои на Волоколамском, Сталиногорском, Клинском участках фронта и на подступах к Москве.
28 ноября 1941 (пятница) – день 160
Сегодня перед мастерскими поставлена задача подготовить 20-25 снайперских винтовок в течении 2-3-х дней. С утра разослал мастеров во все концы: на дивизионный склад, на эвакоплощадку, где сосредоточено подбитое оружие. Я подбирал из числа имеющихся на складах в наличии винтовок, которые можно будет использовать в качестве снайперских. К полуночи смогли скомплектовать 15 винтовок. Однако они требовали еще много работ: подгонки кронштейнов, подгонки лож по стволу, по нагелю. Оптические прицелы требовали исправления. У некоторых оптика была в пятнах и затруднялось прицеливание. Расследую случай разрыва мины в стволе 82 мм миномета. Причина та же – двойное заряжание. При ведении интенсивного беглого огня, заряжающий машинально одну за другой опускал мины в ствол. Сбившись с ритма заряжания, он допустил тот роковой случай, когда еще ранее опущенная в ствол мина не покинула ствол, а он уже опускает вторую. Произошел разрыв. При этом погиб весь расчет. Снова собираем все расчеты – показываем и рассказываем от чего это произошло. Потери в полку растут. К нам в полк прибыл 22-летний лейтенант Померанцев. Из штаба полка мне пришлось вместе с ним идти до батальона. В пути он мне поведал, что ему уже случалось быть в боях и он возвращается из госпиталя после тяжелого ранения. Представился он командиру батальона ст. лейтенанту Уфимцеву Н.А. Беседа была не долгой. С роты был вызван связной, чтобы сопроводить нового ротного. Успел он сделать лишь несколько шагов от землянки, как был смертельно сражен осколком рядом разорвавшейся немецкой мины. По заданию начальника артснабжения я пришел к помощнику командира полка по тылу, технику-интенданту 1-го ранга Никулину Н.В. с просьбой выделить автотранспорт для подвоза 15 тонн боеприпасов. Прошу выделить 5 автомашин ЗИС-5. Выслушал меня внимательно. Поинтересовался почему по этому вопросу не пришел начальник артснабжения. Решив, потешится моей некомпетентностью о наличии и состоянии автотранспорта, предложил пойти к командиру транспортной роты и передать его распоряжение о выделении мне пяти автомашин ЗИС-5. Довольный решением вопроса шагаю в роту. Передаю приказание Никулина замещающему командира транспортной роты в/технику 2 ранга Лушпию. Кирилл Маркович выслушал и говорит: – Сегодня выделить не могу, т.к. только что вернулись из дальнего рейса и им нужен отдых. Завтра в Ваше распоряжение будет выделено 5 двуконных повозок. – А как же с машинами? – спрашиваю его. – Никулин над Вами пошутил, – говорит Лушпий, – в роте имеется всего две исправных полуторки, остальные в ремонте. Очень обидно стало мне за свою неосведомленность о транспорте и за насмешку над этим, из-за того, что нужно к нему снова идти и решать вопрос вывоза боеприпасов. Не показывая обиды, я доложил Никулину, что только сейчас меня вызвал командир полка и потребовал, чтобы к утру боеприпасы были поданы в подразделения. Вызвали командиров взводов транспортной роты Лушпия и Жигулу. Долго судили-рядили. В итоге на утро могли выделить только семь повозок на два рейса и одну полуторку. Я заявил Никулину, что он проявляет заинтересованность прежде в подвозе вещевого имущества и продовольствия и что подвоз боеприпасов его интересует меньше всего. Даже взвод подвоза боеприпасов роты занят на подвозе других видов имущества. И далее заявил, что сейчас пойду докладывать командиру полка. – Товарищ воентехник, рано Вы делаете выводы, – строго официально заявил Никулин, – мы еще не закончили решать вопрос подвоза ваших боеприпасов. Если Вам так хочется доложить об этом, поезжайте. – Так какое же окончательное решение на вывоз наших боеприпасов, спрашиваю, специально делая ударение на слове «наших». В итоге длительного разбирательства, мне сказали, что завтра рано утром весь транспорт роты и часть привлеченного транспорта из подразделений будут выделены в мое распоряжение. На мой вопрос, сколько же будет транспорта, ответили, что это будет известно завтра.
29 ноября 1941 (суббота) – день 161
Еще раздобыли 14 комплектов для сборки снайперских винтовок. 12 винтовок пристреляли. Результаты хорошие. Приказ выполнен лишь наполовину. Продолжаем работу. Сегодня полк сменял 976-й СП на участке Дмитровка и МТФ. Задача полка овладеть Дмитриевкой и Александровкой и удержать их за собой. Наступая на Александровку полк имел некоторый успех, но задачу не выполнил. Потери увеличились. Поставленную задачу (по снайперским винтовкам) выполнили за два с половиной дня – досрочно. Вечером снайперам вручали винтовки. У них завтра специальные сборы, на которых они должны отстрелять несколько упражнений, ознакомиться с боем винтовок, а при необходимости повторить пристрелку. Сегодня Клейст был вынужден оставить Ростов-на-Дону, но к концу ноября немцам удалось продвинуться к Москве и занять оборону в 25-30 км от нее. Рано утром снова решал вопрос подвоза боеприпасов. Теперь я перед Никулиным поставил вопрос о том, чтобы с ротой были ее командир и командиры взводов. На это Никулин ответил, что ему лучше знать, как это организовать. Этот вопрос был поставлен потому, что я уже в этом имел некоторый опыт. Обычно транспорт выделялся в распоряжение потребителей. За все неполадки командир роты снимал с себя ответственность. А неполадок, как правило, было много. То окажутся неисправными повозки, то сбруя, то не обеспечат пайком ездовых или кормом лошадей. Боеприпасы были вывезены в течение дня. С ротой были командиры взводов и замкомроты. С сегодняшнего дня командиром транспортной роты поставлен вопрос о возвращении в роту лошадей, используемых на перевозке спецповозки артмастерской и ездового Якушева.
30 ноября 1941 (воскресенье) – день 162
978-й СП продолжает наступать. Занял дорогу на Дмитриевку. Потери личного состава за день резко возросли. Присутствовал на совещании у командира полка. Решались организационные вопросы, связанные с выполнением боевой задачи полком. План действия подразделений докладывал начальник штаба полка лейтенант Новиков. Выступил перед нами и комиссар полка Шошин. Василий Агафонович обрисовал обстановку на фронтах. Он отметил, что немцам удалось с начала войны с суши блокировать Ленинград, выйти на ближние подступы к Москве, захватить значительную часть Донбасса и прорваться к Ростову, оккупировать часть Карелии, всю Прибалтику, почти всю Ленинградскую область, Белоруссию, многие западные области СССР, Молдавию, правобережную Украину, и часть левобережной, почти весь Крым. Советский Союз потерял важные экономические районы в которых проживало чуть ли не половина населения, производилось более половины всех материалов, зерна и добычи угля. Внешняя политика нашей страны в этот же период была направлена на создание антигитлеровской коалиции. Первым актом этой политики явилось подписание, в июле, соглашения между СССР и Великобританией о совместных действиях в войне. На совещании нас предупредили о том, чтобы никто из нас не общался с местным населением, т.к. возможны заразные заболевания.
1 декабря 1941 (понедельник) – день 163
Дни стоят морозные и снежные. Санитарная служба полка проводит профилактические мероприятия против тифа. По графику, подразделения полка с переднего края в определенной последовательности выводятся на санобработку в Борщеватое. Почти у каждого дома курились костры, на которых были установлены металлические бочки, где проводилась помывка личного состава и прожарка обмундирования. Все оружейные мастера в это же время занимались осмотром и ремонтом оружия подразделений, выведенных с переднего края на помывку. Оружие ремонтировалось как на месте размещения личного состава, так и в мастерской. Не упустить бы такой удачный момент для более качественного ремонта оружия и в другие дни. Мои отношения с помкомполка по тылу, с начальствующим составом транспортной роты. Но от меня не отступала мысль, доказать Никулину, что он тоже далеко некомпетентен и в наших артиллерийских делах. Тут подвернулся случай. Были морозные дни. Вооружение требовало специального ухода за ним. Там, где по этому вопросу не уделяли должного внимания, возникали некоторые трудности в эксплуатации. Мастерские старались разрешить их. В полковой батарее мне пожаловались на малый откат и на недооткат при первых выстрелах из орудия. На месте я им разъяснил что это явление закономерное для первых выстрелах, пока не разогрелась тормозная жидкость. Но это натолкнуло меня на мысль о добавке в тормозную жидкость чистого спирта. Неплохо было бы добавить спирт и в глицериновую жидкость, используемую в качестве охлаждающей жидкости ствола пулемета Максима. Предварительно уточнил, что в полку спирта нет. И все же решил обратиться с этим вопросом к Никулину. Нет спирта – возьму водку для своих нужд.
2 декабря 1941 (вторник) – день 164
Все мастера мобилизованы на осмотр и ремонт вооружения подразделений, выводимых в Борщеватое на помывку. Сегодня обработку проводил 2-й СБ. Проведена поверка закрепления оружия за бойцами. Старшинам подразделений оказана помощь в наведении порядка в этом деле. Первый раз к нам в артмастерские зашел уполномоченный особого отдела НКВД, лейтенант. Его интересовал вопрос, может ли из автомата ППШ произойти самопроизвольный выстрел. Этим вопросом несколько дней назад интересовались и работники трибунала и прокуратуры. Я был привлечен как технический эксперт. Действительно, те солдаты, которые забывают ставить затвор ППШ на предохранитель, иногда становились жертвами случая. Достаточно было небольшого удара приклада о землю, как автомат выстреливал. Продемонстрировал я такой выстрел и уполномоченному НКВД. Мы, работники мастерских, постоянно практиковали разъяснительную работу в подразделениях о необходимости ставить затвор на предохранитель. Но, к сожалению, наши разъяснения не всегда принимались во внимание. Здесь требовалось коренное решение вопроса, а именно, более надежная конструкция автомата. Сегодня состоялось заседание партбюро. Заседало оно в тесной, прокопчённой землянке. На бюро я шел с охватившим меня сильным волнением. Сомневался, заслужил ли я быть принятым в ряды Ленинской партии. Но я знал, что в деле, в числе других, лежала рекомендация комиссара полка Шошина. Это несколько успокаивало, и я стал думать о том, чтобы своими делами оправдать доверие. Кандидатами в партию принималось несколько человек. Подошла очередь рассмотрения и моего заявления. Взял слово комиссар. Он заявил: «Товарищи коммунисты! Я лично рекомендовал тов. Ненашева кандидатом в партию; по моему ходатайству он представлен к правительственной награде за его боевые дела. Знаю его как беспокойного и знающего свое дело работника. Однако хочу сделать и некоторые замечания. Этим замечанием был высказан случай с завскладом Зальцманом, где я якобы превысил права, предоставленные начальствующему составу Красной Армии. Проголосовали все члены бюро за прием. Вспотевший, словно за ворот мне налили воды, я выбежал из землянки. Уже на улице поздравляли меня товарищи и члены бюро. Ведь я хотел на бюро сказать что-то важное, глубокое по мысли, но подходящих слов не нашлось. Я засмущался и только крепко стиснул руку поздравлявшего меня секретаря бюро. По сообщению Совинформбюро, наши войска продолжают на Ростовском участке преследовать немецкие войска.
3 декабря 1941 (среда) – день 165
Сегодня закончили осмотр и ремонт оружия, подразделений, выводимых на санобработку в Борщеватое. Это, пожалуй, самая капитальная профилактика оружия после формирования. Все прошло хорошо. Был в штабе полка. Ознакомился с обстановкой на переднем крае. Узнал, что генерал Гудков убыл, а командиром дивизии стал полковник Ильин. Встретился с Никулиным. Рассчитывая на полную некомпетентность Николая Владимировича в наших вопросах, обращаюсь к нему: «Товарищ капитан, пушки в полковой батарее в связи с морозами отказывают в стрельбе. Срочно нужен спирт, минимум 10 килограммов. А из-за отсутствия говяжьего жира непрожированные воротники и сальники не держат тормозную жидкость». Никулин начал задавать мне вопросы, а почему так много надо спирта, можно ли его заменить водкой, сколько требуется говяжьего жира и можно ли его заменить свиным? – Давайте будем считать, – говорю ему, – по два килограмма на одно орудие, а их четыре (а на самом деле – 2), значит 8 килограммов, по двести грамм на один артиллерийский уровень, а их десять, значит, еще два килограмма. Если уж очень трудно добыть спирт, будем применять водку, хотя это делать нежелательно. Но выхода больше нет. Водки в этом случае требуется в два раза больше. Воротники и сальники будем прожировывать в свином сале, если нет говяжьего. На моем рапорте, в котором было написано, что спирт нужен для профилактических мероприятий, Никулин написал: «Начпроду. Отпустить двадцать литров водки и пять килограммов спирта.» В этот же день и водка и сало старшиной Ахмедовым были получены с полкового склада и спрятаны в походную мастерскую, которой мы сейчас не пользовались. Она была закрыта на замок. Сам я водку не пью и строго слежу за тем, чтобы мастера выпивали не больше положенной для них нормы. Сто граммов в сутки. Были случаи, когда мастера тайком от меня сговаривались между собой и пили не по сто, а по двести граммов через день. Днем в полку выпивать водку не было принято, и никто из нас не выпивал. Я ни разу не видел, чтобы кто-то был пьяный. В основном выпивали если не было наступления, вечером, когда немцы укладывались спать. Наши воины, перед ужином выпив, побалагурят и тоже на отдых, если не в дежурстве. Моя порция как правило, оставалась у старшины. Это был мой резерв. Однажды, ко мне за ужином обратился арттехник Зинченко с просьбой одолжить ему пол-литра водки. Могу дать и безвозмездно, если он ляжет, откроет рот, а я буду ему вливать тонкой струйкой. Согласился. Но выпить таким путем он смог не более 300 грамм. Больше подобных заявок не поступало.
4 декабря 1941 (четверг) – день 166
Отремонтировали за день 56 винтовок образца 1891/30 года, два станковых пулемета Максима, один пулемёт ДШК, пять немецких пулеметов МГ-34, собрали, подогнали, пристреляли семь снайперских винтовок. Эти винтовки решили использовать в обменном фонде. Выезжал на Дон в Ирмино за получением боеприпасов. Одновременно решил вопрос с подбором запасных частей для ремонта пулемета ДП, Максима и ДШК. Подобрал пять неисправных немецких станков «Соколова» для пулеметов. Теперь все пулеметы Максима будут на своих штатных станках. Вечером с Виктором Мясоедовым на его санках побывали в Первомайске. Были в парной бане. На всё ушло 3 часа. Утром провел двухчасовое политзанятие, а в 18:30 слушали по радио выступление Председателя Совета Министров и Главнокомандующего вооруженными силами Польской республики генерала Сикорского. Он сказал: «…Восхищаюсь вождем этих народов Сталиным, который руководит обороной России планово и непреклонно, доказательством чего является тот факт, что я выступаю в Москве, которая по словам Гитлера еще четыре месяца назад должна была стать немецкой добычей!». Далее он сказал, что человечество платит за то, что Германии разрешено было вооружиться в большом масштабе и застать врасплох демократические народы, созданным в тайне, военным могуществом. Генерал Сикорский в заключении сказал: «Эта война научила нас, поляков, многому, поэтому мы сплочены их в согласии бьемся за новую Польшу».
5 декабря 1941 (пятница) – день 167
Восстанавливаем все пять станков «Соколова». Отремонтировали 66 винтовок и автоматов. Это уже в резерв на полковой склад. Утром на кухне, за завтраком повстречался с уполномоченным НКВД. Опустошая котелок с кашей, он как бы доверительно, по-товарищески лукаво, улыбнувшись говорит: – А я знаю где ты вчера был вечером. Я промолчал, как бы ни понял его намека на вчерашнюю поездку в баню, в Первомайск. Перевел разговор на другую тему. После этого я поинтересовался у мастера рядового Сосулина Серёжи: – Кто из мастеров прошедшей ночью куда-либо отлучался? – Сегодня ночью ненадолго куда-то уходил Горбушев, – говорит Серёжа, – такие отлучки у него бывают в неделю один раз по четвергам. У него рядом служит какой-то земляк. Вот только сегодня я понял, что все наши действия контролируются. До этого случая я даже не имел об этом понятия. Горбушев сам по профессии учитель истории, свою работу артиллерийского мастера выполнял как бы нехотя. Любит много говорить и оправдываться.
6 декабря 1941 (суббота) – день 168
Из дивизионной свалки, из Ирмино, привезли пять разбитых 82-мм минометов. По предварительному осмотру можно отремонтировать и собрать 3 миномета. Все мастера сегодня занимаются ремонтом и регулировкой механизмов этих минометов. Отремонтировали, окончательно подготовили к стрельбе два миномета. Кроме того, исправили 3 треноги. Необходимы три ствола. Надо продолжать поиск. Сегодня снова встретились с уполномоченным НКВД на полковой кухне. Кушали втроём. Я завожу разговор с Витей Мясоедовым. И, как бы не замечая уполномоченного, рассказываю Виктору, что в артмастерской, осведомитель Горбушев, ходит в особый отдел в неделю один раз по четвергам и только ночью. Об этом знают все мастера. Весь наш разговор уполномоченный хорошо слышал. Но тоже не подал никакого вида. Нас радовало начавшаяся мощное наступление под Москвой. На ряде участков фронта, в результате успешной контратаки, наши войска улучшили свои позиции. Части Южного фронта продолжают преследовать войска Клейста. За 5 декабря они освободили около 90 населенных пунктов.
7 декабря 1941 (воскресенье) – день 169
Ночью, со свалки, привезли ещё четыре ствола 82-мм миномета. К вечеру мастерские отремонтировали, отрегулировали и укомплектовали ещё три миномёта. В минбатальоне вчера ели набрали расчёты на 10 минометов. Так что эти три будут обменным фондом. Сдали их на полковой склад. Сегодня получил через связного штаба предписание штаба об откомандировании артмастера Горбушева в полковую артиллерийскую батарею. Предварительно меня об этом никто не спрашивал. Взамен него мне никого не давали. Я понял чьих рук это дело. Вечером на санках еду на батарею. Заодно отвожу и Горбушева. Договариваюсь с комбатом лейтенантом Кропоткиным И.К. об обмене мастерами. Я у него из батареи забрал артмастера Чугунова Г.И. НШ полка лейтенант Новиков такой обмен нам санкционировал телефону. Западный фронт несколько продвинулся, как сообщило радио.
8 декабря 1941 (понедельник) – день 170
Повторился случай выхода из строя пулемета ДШК у зенитчиков. Опять поломка боевого упора и поперечный разрыв гильз. Выезжаю в Ирмино на ДОП. Ни одного боевого упора в запчастях нет. На свалке, с разбитого пулемёта ДШК забираю боевые упоры. Но не уверен подойдут ли они. Кропотливая подгонка, проделанная оружейником Буйным и пулемет готов. Артиллерийские и оружейные мастера ремонтировали вооружение, подобранное трофейными командами на поле боя. Оружейный мастер рядовой Белозёров П.В. где-то вечером прихватил дополнительную порцию кроме своих 100 г., после чего проявил свой буйный характер. Свидетелем этой сцены оказался помощник командира полка по снабжению Никулин. Это послужило возникновению у него подозрения, не ту ли водку пьют мастера, что было выдано для орудий. Никулин навёл справки в батарее, заливалась ли водка в орудия и уровни? Это вызвало у батарейцев улыбки. Тогда-то Никулин понял, что на его шутку, я ему отплатил тем же. Мне он об этом ни слова не сказал. Под Москвой идут тяжелые бои.
9 декабря 1941 (вторник) – день 171
От трофейной команды в мастерские поступило 22 миномета 50 мм, подобранных на поле боя. Сегодня мастерские занимаются их осмотром и ремонтом. Жалко только время, которое затрачивается на их ремонт. Расчёты всё равно, в первом же бою, побросают их. Радько уверяет, что есть приказ комдива об использовании 50 мм минометов. Капитан Новиков ознакомил меня с текстом телефонограммы, присланной из армии. Мясоедову Виктору, Ковалёву Алексею присвоены очередные воинские звания старшин, а мне воентехник 1-го ранга. Присутствовал на совещании у командира полка. Говорилось о подготовке к наступлению на Каганович. После зачитали приказ командира дивизии, в котором говорилось о притуплении бдительности у некоторых командиров, которые самостоятельно набирают людей для прохождения службы в армии без соответствующей проверки. Речь шла о принятых в санчасть полка Плодеевой и Костана, и машинистку Солодову Женю в штаб полка. Женю мы все знали. Она была в самых близких отношениях с нашим приятелем Ковалёвым Лёшей. Женя худенькая, смуглая, неброской красоты, но довольно-таки привлекательная. Глаза смотрят грустно, рассеяно. Казалось, она всегда мечтала о чём-то или вспоминала о своём любимом далёком друге. Её приказано уволить как не внушающей доверия. А может быть это и так. Она в полку поступила в конце октября. За месяц-полтора она влилась в коллектив, сжилась с ним. Ее уважали. Если же она разведчица, она может наделать много зла. Такие женщины много очков могут дать вперёд любому негодяю мужского пола. Комиссар Шошин, выступая по поводу этого приказа, ещё долго говорил о бдительности, округлял фразы и делал многозначительные паузы. Мы уже не слушали его, а он всё воспитывал, воспитывал… Потом Шошин отчитал повздоривших перед совещанием между собой помощника командира по тылу и начальник артснабжения полка: – Куда лучше, если каждый будет делать своё дело: артиллерист стрелять, снабженец обеспечивать боеприпасами, исправным вооружением, заместитель по тылу своевременно выделять транспорта и обеспечивать подвоз, – сказал в заключении комиссар. На совещании был представлен вновь прибывший в полк, командир запаса Сталинского РВК г. Киева, военный инженер 3 ранга Цариев Леонид Константинович, на должность начальника инженерной службы полка. После совещания командир полка пригласил к себе в землянку меня, Мясоедова и Ковалёва. Поздравил нас с присвоенными очередными воинскими званиями и налил нам по граненому стакану водки. Наши сердца наполнились непередаваемые радостью сообщением об освобождении города Елец.
10 декабря 1941 (среда) – день 172
Мастерские продолжают ремонтировать 50 мм ротные минометы, винтовки и ППШ, подобранные на поле боя. Всё это оружие, вот уже третий день проходит обработку в керосиновых ваннах. Сегодня в мастерских ЧП. Оружейный мастер рядовой Попов К.В. ремонтировал винтовки СВТ, подобранные на поле боя. Эти винтовки долгое время пролежали в земле, изрядно проржавели. После их выдержки в керосиновой ванне, затвор всё же открыть невозможно. Попов поставил винтовку на пол, а не на верстак и стал ударять молотком по рукоятке затвора, пытаясь таким образом открыть его. При одном из ударов произошел выстрел, и пуля прошила ему раковину уха. После внезапного выстрела мастера заметили, что Попов стал заикаться меньше и в шутку советует ему чаще вызывать случайные, неожиданные выстрелы. После этого случая пришлось иметь не менее приятный разговор с оружейным техником, техником 1-го ранга Познанским, который не обеспечил технику безопасности. Сегодня снова взаимодействовал с помкомполка по тылу Никулиным. Считаю взаимоотношения хорошими, доброжелательными. Транспорт выделялся по нашим заявкам сполна. Видимо внушение комиссара пошло впрок. 10 л. водки передал старшему лейтенанту Гуртовому Васе – адъютанта командира полка. В полку, вот уже несколько дней, на складе водки нет. Гуртовой, про хранящуюся у меня водку знал, а поэтому попросил отоварить его. Западный и Юго-западный Фронта, на некоторых участках заняли несколько населённых пунктов. 9 октября декабря освобождён город Тихвин.
11 декабря 1941 (четверг) – день 173
Полку приказано овладеть к 12 декабря Камышевахой. Артиллерийские и минометные мастера находились на огневых позициях полевой полковой батареи и минометном батальоне. Встретились с уполномоченным НКВД. Объяснились ним по-товарищески по Горбушеву. Он признал, что допустил неосторожность, что явилось причиной раскрытия осведомителя. Сейчас уполномоченного интересовал вопрос потери вооружения в подразделениях. Порекомендовал ему обратиться к начальнику снабжения полка воентехнику 1-го ранга Радько, так как у меня официальных сведений о потерях не сосредотачивается. Вечером, я был вызван в особый отдел дивизии. Какой-то капитан с пристрастием вымогал признание в том, что я завез с дивизионного склада винтовочные патроны с разрывной пулей (пристрелочная, французского образца). Я таких патронов не видел в глаза. Как он пояснил, патроны с разрывной пулей обнаружены в 8-й стрелковой роте, которые, по существующей конвенции, запрещено применять. Сказал, что могу идти, но вопрос остается открытым и возможно меня пригласят ещё. Что-то Радько артмастерские посещает всё реже и реже, а последние несколько дней вообще не появлялся. Общее ликование. Радостная весть – освобождён Солнечногорск. Вместо политзанятия провёл беседу с личным составом. Рассмотрели наши задачи в увязке с задачами подразделений. Германия и Италия объявили войну США. США объявили войну Германии и Италии.
12 декабря 1941 (пятница) – день 174
Трофейная команда снова доставила большую партию, подобранного на поле боя, оружия. Рассортировываем, дефектуем и ремонтируем. Работаем как днем, так и ночью. Не до сна. Полк ведет тяжелые оборонительные и наступательные бои. Несет потери. Прошлой ночью тяжело ранен, находившейся во 2-й стрелковой роте оружейный мастер Воронов А.Б. Эвакуирован в тыл. Все мастера сейчас закреплены за подразделениями. Оружейные мастера работают под непосредственным руководством оружейного техника Познанского М.Л. Арттехник Зинченко Д.А. отвечает за безопасность в работе всего артиллерийского и минометного вооружения. Ему непосредственно подчинены орудийные и минометные мастера. Все мы постоянно в курсе состояния вооружения в каждом подразделении. Сейчас уже никто то из командиров рот и батальонов не жалуются командиру полка на неисправность оружия. При необходимости обращаются ко мне. С каждым днём убеждаюсь в безукоризненно четкой и честной работе мастеров и техников. Работают дни и ночи, ползая по окопам под огнём противника, оперативно восстанавливая оружие. Все они работают с вдохновением, вдумчиво, аккуратно, постоянно совершенствуя свою работу. Это прежде относится к таким товарищам как рядовые Сосулин С.К., Попов К.В., Голубев С.М., Белозёров П.В., Порошин А.Х., Девьяров И.В., Солодов Б.Д., Корнеев И.Х., и другим. Техники Познанский М.Л., Зинченко Д.А., Буйный Т.И. и все мастера несут в подразделения достижения и опыт наших оружейников. Они прививают уважение к оружию, совершенствуют уход за ним. В нашей службе всегда важнее как можно лучше беречь оружие, чтобы оно постоянно было пригодным для боя, а не козырнуть красиво. Ура! Освобожден Сталиногорск. Идут ожесточенные бои на Западном фронте. Войска Южного фронта теснят войска Клейста.
13 декабря 1941 (суббота) – день 175
Продолжаем ремонтировать, подобранное на поле боя, вооружение. За день приведено в порядок и отремонтировано: автоматов – 49, винтовок снайперских – 5, 26 мм ракетниц – 10, револьверов – 16, ручных пулеметов ДП – 4, станковых пулеметов – 2, немецких пулеметов МГ 34 – 2. Утром я вернулся с переднего края. В подразделениях мы, снабженцы, пожалуй, самые частые, желанные гости. Нас всегда накормят, предоставят наилучший блиндаж для осмотра и ремонта оружия. Сегодня всю ночь с командиром роты автоматчиков старшим лейтенантом Головко И.Ф. и с комбатом Аскеровым А.Б. ходили по подразделениям. В полной темноте, по траншеям, как в могиле, спотыкаешься то на камни, то на каски, то угодишь какую-нибудь яму. Изредка местность освещается ракетами. Командиры род знают оружейных мастеров, как своих подчинённых. Они знают их фамилии, имя и даже больше. Один из командиров подразделений выразился так, что для него оружейные мастера не менее желаемые, чем разудалые гармонисты и весельчаки. Даже в суровые дни, почти в каждой роте, старались иметь людей – умельцев играть на гармошке. Командиры рот также старались, чтобы в подразделениях чаще были оружейники. К ним было особое уважение личного состава. Нередко, бывало, как и сегодня ночью, когда из отремонтированного оружия велась пробная стрельба. А в это же время, из-за окопов, раздавались мелодии гармоники и песни – то бодрящие, то унылые. С Аскеровым обходил подразделения батальона. Я смотрю оружие, интересуюсь не было ли отказов его работе, а он беседует с бойцами и командирами. Совсем стемнело. Стало тихо-тихо. Отовсюду носятся звуки гармоники и негромкие напевы, пришедших на передний край, фронтовых песен. Долго мы с ним сидели у одного из блиндажей, слушали доносившиеся до нас песни. В ближайшей землянке слышался веселый смешок бойцов. Подошли ближе. Прислушались. Бойцы рассказывают весёлые, хлесткие солдатские анекдоты, подшучивают. Всё это сопровождается дружным веселым и добродушным хохотом бойцов, расположившихся на отдых. Совинформбюро сообщило в подробностях о провале немецкого плана окружения и взятия Москвы и о поражении немецких войск на её подступах. На ряде участков Западного и Юго-Западного фронтов, наши части ведут ожесточенные бои с противником, продолжают продвигаться вперёд и заняли несколько населенных пунктов, в том числе Ливны и Ефремов.
14 декабря 1941 (воскресенье) – день 176
Ночью выбраковывали оружие в подразделениях, неисправное заменили исправным, доставленным на санках. За день отремонтировали снова около 100 единиц стрелкового оружия. Артмастера восстановили изрядно побитую осколками 45мм ПТП. Несколько дней назад я был привлечен прокуратурой дивизии к расследованию дела об оставлении у противника 2-х 45-мм пушек образца 1937 года. А дело было так. В результате неравного боя, взвод 45-мм пушек попал в затруднительное положение. Орудия с расчётом находились в засаде. Они были вынуждены закопать затворы, оставив орудия в нейтральной полосе обороны. Когда же к оставшимся в живых предъявили спрос за орудия и пообещали отдать их под суд военного трибунала, то они проявили инициативу и ночью вытащили орудия из нейтральной зоны. Одновременно нашлись бойцы, сочувствующие бойцам-артиллеристам, попавшим в беду и решившиеся в ту же ночь помочь им. В результате действия этой инициативной группы к утру во взводе оказалось вместо двух, четыре 45 мм орудия. В мою задачу входило установить, какие из четырех орудий являются орудиями взвода, кому принадлежат остальные два орудия и сделать подробное описание технического состояния всех четырех орудий. Опознать свои два орудия не составило трудности, так как на них в полку имелись документы, в которых значились их номера. Что касается двух других, то уточнить их принадлежность не представилось возможным. В соседних полках нашей дивизии все орудия были на местах. Розыском хозяина этих орудий занималось и артснабжение 12-й армии. Так хозяин этих орудий установлен не был. После тщательного проведения расследования, бойцы показали, что эти орудия они приволокли от немцев. Они были установлены в немецкой засаде. 8 красноармейцев сделали вылазку в оборону противника, бесшумно уничтожили их расчеты орудий, и на себе прикатили к расположению батальона. Думается, что всё обойдётся благополучным исходом. Совинформбюро сообщило: Западный и Юго-Западный фронта продолжают продвигаться вперёд и заняли станцию Узловая (юго-восточнее Тулы), Верховье (северо-западнее города Ливны) и Дубна (западнее Тулы).
15 декабря 1941 (понедельник) – день 177
В полку всего 2 станковых пулемета Дегтярёва. А сколько хлопот с ними. Ежедневные отказы за отказами. Этот пулемет скорострельный. Для него требуется патроны с более прочным соединительным пули с гильзой, а вернее патроны от пулеметов ШКАС с двойной обкаткой дульца гильзы. В подразделениях этим часто пренебрегали. Снаряжали ленты любыми патронами, какие имелись под рукой. Отказ в стрельбе вызывался тем, что во время захвата затвором патрона и вытягивание его из ленты, он распатронивался, оставляя пулю в ленте, а порох и гильза высыпались в ствольную коробку. Полк ежедневно несет потери в личном составе. Ощущается недостаток в пулеметном вооружении. В первую очередь, восстанавливаем подобранные на поле боя, ручные станковые пулеметы. В мастерских скопилось 15 немецких пулеметов МГ 34. Подразделения используют их неохотно, да и патронов к ним ограничено. Приходит мысль по их не обычному использованию. Делюсь идеей с мастерами. Приступаем к осуществлению идеи. Пулемет МГ 34 жёстко закрепляем на деревянной платформе с небольшим углом снижения, из расчёта стрельбы на дальность 150 м. На платформе жёстко крепим коробку для ленты. Ленту удваиваем, снаряжаем патронами. Остаётся пулемёт на платформе доставить к проволочному заграждению у немцев, укрепить его за столбы ограждения. За стрелковый крючок привязать тонкую проволоку длиной 200-250 м. Стрельбу ввести в ночное время, находясь в окопах своей обороны. Таких пулеметов можно установить несколько. Этим можно сделать переполох немецкой обороне. Они обрушат весь огонь по-своему проволочному зарождению и минному полю. Этим временем, можно везти силовую разведку на другом участке обороны. Один экземпляр пулеметной установки привез в штаб, доложил начальнику штаба и командиру полка. Шевченко завел меня в землянку, выслушал. Идея ему очень понравилось. Налил мне стакан водки (высшая мера поощрения) и стал пристально следить пока не выпью. На этот раз одолел только полстакана. Дмитрий Павлович приказал в течение 48 часов подготовить таких установок на всё количество, имеющихся в мастерских, пулеметов МГ 34. Их было 15. Вечером приступили к работе.
16 декабря 1941 (вторник) – день 178
С утра в поисках досок (не менее «сороковки»), крепежных деталей, тонкой и прочной проволоки. Нужны и немецкие патроны. Срочно выезжаю на дивизионной артсклад, дивизионную артмастерскую. Приобретаем многое, но не всё. Выезжаю за патронами на армейский склад. Удаётся получить 30000 штук. К исходу суток сделали 6 установок. Сделан некоторые задел. Ночью обошёл пулеметчиков-станкистов. Пулеметы боеготовы. Но не хватает глицериновой жидкости. В некоторых кожухах вода подмерзает и расчёты постоянно ведут огонь короткими очередями. Это не дело. Срочно надо доставать глицериновую жидкость. В дивизии ее нет. Почти во все пулеметы добавляем веретённое масло. Снова наступило мучение с пулеметами ДП. Подсаживаются возвратно-боевые пружины. В запасе нет. Растягиваем и снова оставляем. Это всего на несколько очередей. Утром оружейные мастера рядовые Буйный и Сосулин откомандированы в Ворошиловград для решения вопросов с возвратными боевыми пружинами ДП. К исходу рабочего дня привезли более 300 пружин, изготовленных на заводе «ОР». Попробовали подвергнуть термической обработке 30 посаженных пружин. Надо посмотреть их в работе. Получил письмо от мамы и Шуры. Пишет, что у них всё хорошо. Сельсовет организовал сбор теплых вещей для фронта. Они сдали две пары валенок, четверо пар теплых носков, фуфайки. Интересуются, имею ли я тёплые вещи. Нас радуют успехи начавшегося мощного контрнаступления под Москвой: первые победы под Тихвином, поражения ударной группировки немцев в ходе Калининской, Клинско-Солнечногорской, Тульской, Елецкой операцией. Освобождены города Калинин, Высоковск, Ново-Петровское, Волово.
17 декабря 1941 (среда) – день 179
К 18:00 все 15 установок с пулеметами МГ 34 готовы. Установка пулеметов будет произведена сегодня ночью у проволочного заграждения немцев. Пулеметы должны быть тщательно замаскированы. Это работа поручена командирам взводов конной и пешей разведки и саперному взводу. Управлять стрельбой пулемётов на расстоянии будут командиры взводов пулеметных рот, назначенные персонально. С личным составом разведчиков, которые будут устанавливать пулеметы, провёл часовой инструктаж. Здесь же присутствовали командиры пулеметных взводов. Ночью с мастерами нахожусь в стрелковых ротах. К 24:00, командиру полка, находившемуся в 1-ом СБ доложили, что все пулеметы установлены и они готовы к открытию огня. Командир полка поблагодарил разведчиков Дмитрука П.Ф. и Куянцева В.Я. за выполненное задание. Оружейники Сосулин и Буйный предложили очередной сюрприз для немцев. Заключался он в минировании магазинов к немецким автоматам. Магазины снаряжались патронами. При стрельбе или при разряжении магазина вручную, последний патрон, поднимаясь в верхние крайнее положение, будучи связанным проводкам со взрывным устройством, размещенным в нижней части магазина, приводил его в действие. Сила взрыва вполне обеспечивала, отрыв левой кисти руки. Переговорили с командиром взвода разведки, лейтенантом Дмитруком. Пётр Фомич подсказал, что на днях будут проходить на нашем участке партизаны в тыл к немцам. Вот их можно и забросить туда. Дано задание – сделать таких сюрпризов 25 штук. Западный и Юго-Западный фронта продолжают продвигаться. Заняли ряд населенных пунктов, в том числе, город Алексин (юго-западнее Серпухова) и Щёкино (южнее Тулы).
18 декабря 1941 (четверг) – день 180
В 2:00 стрелковый батальон ст. лейтенанта Уфимцева Николая Александровича, усиленный спецподразделениями и поддерживающей артиллерией, начал разведку боем. За тридцать минут до начала действия батальона из пулеметов МГ 34 начали короткими очередями вести огонь. Немцы подумали, что наши, миновав нейтральную зону, залегли у их проволочного заграждения. Неописуемое зрелище. Немцы сосредоточили массированный огонь артиллерии, минометов и пулеметов на этот участок, где не было ни одного бойца. В это время ст. лейтенант Уфимцев и добрался без потерь к переднему краю немцев там, где они не ожидали. Завязался рукопашный бой, продолжавшийся около часа. Из уцелевших пулеметных установок МГ 34 продолжают вести огонь. С рассветом мы наблюдали такую картину. Проволочное ограждение немцев было порвано и завалено. Площадь, примыкающая к ограждению изрыта разрывами, снег почернел. Командир полка приказал с наступлением темноты собрать все пулеметные установки и доставить в артмастерские. Работу эту поручили снова разведчикам. Их действия приказал поддержать минометным огнем. Провел с личным составом политзанятие. Прослушали сводку Совинформбюро. Западный, Калининский и Юго-Западный фронта ведя ожесточённые бои продолжают продвигаться.
19 декабря 1941 (пятница) – день 181
25 сюрпризов с магазинами к немецким автоматам упаковали в ящик. Сверху написали «Опасно, магазины заминированы». Ящик передал лейтенанту Дмитруку П.Ф. для последующей передачи партизанам. Сегодня нам зачитали приказ командира дивизии, в котором отмечено мужество, которое проявили и воины нашего полка в боях под Кагановичем: Алексейчук, Аскеров, Гуревич и другие. Некоторые из них награждены орденами и медалями. Написал письмо на Родину. Маму успокоил, что я одет очень тепло, на мне шуба, валенки, теплые носки, шапка. Кормят нас прилично. Всегда есть горячее. Живем весело. Артмастера и минометные мастера находились в подразделениях. Приводили в порядок матчасть артиллерии и минометов. Оружейники занимаются ремонтом автоматов ППД и ППШ. Вчера с эвакоплощадки привезли разбитые, ржавые, без прикладов около 200 автоматов, в надежде собрать из них несколько автоматов. Произвели полную разборку и дефектацию отдельных узлов. Приступили к подгонке и сборке автоматов. Совинформбюро сообщило, что Западный, Калининский и Юго-Западный фронта продолжают продвигаться. Освободили несколько населенных пунктов, в то числе г. Руза, Таруса (ю-з Серпухова) и Ханино ю-в Калуги.
20 декабря 1941 (суббота) – день 182
Полк получил новую боевую задачу по овладению колхозом им. КИМ и по наступлению в дальнейшем на северо-западную окраину им. Каганович. Начальник артснабжения Радько П.А. задействовал на сегодня меня, техников и всех мастеров на подвоз боеприпасов в подразделения и проведение мероприятий к готовившейся 30-ти минутной артиллерийской подготовки: подвозили и готовили боеприпасы и матчасть артиллерии к стрельбе. Подобная работа проводилась и в минометном батальоне. Полк к концу дня продвинулся на несколько сот метров. Ранены огнем артиллерии противника на огневых позициях, при исполнении своих обязанностей артиллерийский мастер Чугунов Г.И. и минометный мастер рядовой Солодов Б.Д. Вечером в штабе ознакомился с только что доставленным из дивизии приказом, в котором говорится об отдельных фактах измены Родине. Приказано расстрелять перед строем двух красноармейцев изменников и арестовать членов их семей, состоящих на их иждивении. А их-то за что? А детей малых тоже? Немцы за последние дни и особенно сегодня изощряются агитационными призывами. В разбрасываемых листовках призывают переходить и сдаваться в плен. Пленному гарантируют хорошую и веселую жизнь, полную свободу действий. В одной из листовок даже говориться, что каждый холостяк может жениться на хорошенькой, богатой женщине, русского происхождения., «жаждущей бескорыстно посвятить себя земляку». Познакомился с вновь прибывшими в полк, начальником финансового довольствия техником-интендантом 1-го ранга Николенко Антоном Ивановичем. Оформил денежный аттестат маме. Оружейные мастера занимаются сборкой автоматов. К концу сегодняшнего дня удалось собрать и заставить стрелять 15 автоматов. С боеприпасами дело осложнялось. Их не было в наличии дивизии. И вообще, полку постоянно устанавливались жесткие лимиты на расход боеприпасов. Ощущалась общая потребность в боеприпасах. Совинформбюро сообщило, что Западный, Калининский, Юго-Западный и Ленинградский фронта, ведя ожесточенные бои продолжают продвигаться и освобождать населенные пункты. В том числе освобождены: Волоколамск, Плавск, и ст. Войтаково (юж. Ладожского озера).
От автора:
К середине декабря 1941 года, из 26 предприятий и цехов химической промышленности, эвакуированных в восточные районы (всего подлежало эвакуации 36 предприятий), на место прибыло оборудование лишь 8 заводов; из них было пущено в ход меньше половины. С августа по ноябрь 1941 выбыло из строя 303 предприятий, изготавливающих боеприпасы. Эти предприятия выпускали в месяц: 8,4 млн. корпусов снарядов, 2,7 млн. корпусов мин, 2 млн. корпусов авиабомб, 7,9 млн. взрывателей, 5,4 млн. средств воспламенения, 5,1 млн. снарядных гильз, 2,5 млн. ручных гранат, 7,8 тыс. тонн пороха, 3000 тонн тротила и 165.000 тонн аммиачной селитры. Увеличенной диспозиция между числом произведенных орудий и числом выстрелов на одно орудие. Во втором полугодии 1941 года фронт расходовал, главным образом, боеприпасы, накопленные еще в мирное время. Однако за 6 месяцев войны эти запасы были почти полностью исчерпаны. Продукция же, поступавшая от промышленности, составляла лишь 50-60% от количества, предусмотренного планом. «Поставки по «Ленд-лизу» из США, Англии и Канады являлись каплей в море для боеприпасной промышленности, которая за последние три года войны в СССР, выпустила около 700 млн. снарядов, около 20 млрд. патронов.» – говорил Иосиф Сталин в своём выступлении перед избирателями в 1946 году. Поставки по «Ленд-лизу» в период с 22 июня 1941 по 30 апреля 1944 составили всего лишь: снаряды к зенитным орудиям и танкам – 23 млн штук; патроны к иностранному танковому и зенитно-пулеметному оружию – 88 тыс. тонн; тол – 130 тыс. тонн; алюминий и дюралюминий – 166 тыс. тонн; медь и изделия из меди – 217 тыс. тонн; цинк – 42 тыс. тонн; никель – 6.5 тыс тонн; олово – 29 тыс. тонн; свинец – 48 тыс. тонн; сталь – 2 тыс. тонн.
21 декабря 1941 (воскресенье) – день 183
Мастера весь день работали в подразделениях полка, следили за работой вооружения и, при возникновении неисправностей оперативно устраняли их. Все мастера в боевых порядках и на огневых позициях. Техники Познанский М.Л. и Зинченко Д.А. задействованы на подвоз боеприпасов с дивизионного склада в полк и на огневые позиции артбатарей и минометных рот. После обеда Радько вызвал меня на командный пункт полка. Помощник начальника штаба полка старший лейтенант Гороховский М.И. ознакомил нас с приказом по 12-й А, в котором говорится о плохом учёте и о потерях вооружения. Этим приказом потребовано завести строгий учет оружия. Предупреждается, что за утерю и плохое содержание оружия, виновные будут предаваться суду военного трибунала. Просим довести требования приказа до командиров подразделений. Но Гороховский считает, что это сделать невозможно. Ходите по подразделениям и разъясните сами. Я и Радько идем к комиссару Шошину. Василий Агафонович сказал, что он сам решит с командиром полка, как это лучше сделать. Вероятнее всего соберут командиров и политработников и засчитают им приказ. Решили с Радько, с завтрашнего дня, весь личный состав мастерских, со мной во главе, будем обходить все подразделения, проверять, ремонтировать, помогать заводить надлежащий учет оружия, добиваясь выполнения приказа. Сообщение Совинформбюро: освобождены города Будогощь (юго-западнее Тихвина), Грузино (восточнее Чудова), Крапивна (юго-западнее Тулы).
22 декабря 1941 (понедельник) – день 184
Жалоб от подразделений на плохую работу оружия вот уже много времени не поступает. Считаю, этого мы добились тем, что создали запас, в виде обменного фонда всех видов оружия, вплоть до 82 мм минометов. Это позволило нам более качественно производить ремонт. У нас улучшилась связь с дивизионной артмастерской, где мы очень часто получали необходимые запчасти, производили работы на механическом оборудовании и сварочных агрегатах. До некоторой степени способствовало всему этому и хорошо налаженные деловые связи артмастерской с подразделениями. Был в санроте, здесь скопилось много стрелкового оружия, отобранного у раненых. При мне привезли несколько раненых с винтовками. Раненые с большой неохотой расстаются с оружием. Медсёстрам не отдают. Приходится вмешиваться военным врачам. Договорились, что оружие из санчасти будем забирать ежедневно. Несмотря на частые напоминания расчётам, сегодня снова произошёл случай разрыва 82-мм миномета и гибель расчёта из-за двойного заряжания в азарте боя. Снова оформляем донесение в Главное артиллерийское управление. Встретил Дмитрука П.Ф. Говорит, будучи в разведке, все 25 «сюрпризов» с магазинами оставили в немецких траншеях. Пока разберутся с секретом, оторвут себе ни одну руку. Если будут ещё, с удовольствием доставит их по назначению. Сегодня окончательно определилось количество восстановленных автоматов ППД и ППШ. Из 200 разбитых, мастерам удалось собрать, отладить 50 автоматов. Все автоматы, по приказанию командира полка, передаются в стрелковые роты. Совинформбюро сообщило, что войска Западного фронта, за 2 недели боёв освободили 720 населенных пунктов. Войска Западного, Калининского, Юго-Западного и Ленинградского фронтов продолжают продвигаться.
23 декабря 1941 (вторник) – день 185
Полк приступил к подготовке и выполнению новой боевой задачи. Командный пункт полка переместился. Тылы полка на шахте им. Крупской. Артмастерские и взвод химической защиты разместились в будке путевого обходчика, на перегоне Каганович – Варварополье. В мастерские поступило большое количество вооружения, в том числе и немецких пулеметов МГ 34. Командование полка приказало подготовить несколько видов вооружения для вручения партизанам, готовившихся к переходу переднего края. Я с техниками и мастерами приступил к дефектации этого вооружения и его ремонту. Оружейный мастер рядовой Буйный проявил инициативу: приспособил двигатель брошенного трактора для получения электроэнергии. Мы получили возможность работать круглые сутки. На довольствии мы состояли во взводе химической защиты, размещавшемся во второй половине будки. В помещении мастерских сделана невысокие нары для отдыха личного состава. На них же, мы сидя, принимаем пищу, проводим дефектацию и проверку работы пулемётов. Личный состав мастерских поужинал и приступил к ремонту. Лежа на нарах, теперь и я приступил к ужину. В котелке была положенная мне порция каши. Не успел я поднести ложку ко рту, как раздалась длинная пулеметная очередь и мой котелок с кашей улетел в угол помещения. Машинально оглянулся. Передо мной стоял, побелевший как полотно, оружейный мастер рядовой Белозёров, а перед ним на нарах пулемет МГ 34, с испускающимся из ствола, дымком. Лишь по счастливой случайности пренебрежительное отношение к технике безопасности обошлось без жертв. Винить в этом я мог лично только себя. Ведь мне известно было, что Белозёров проверял работу механизмов пулемета боевыми патронами, а я, как старший начальник, не обеспечил безопасности. Хорошо, что никого не было в помещении, где размещался взвод химической защиты. Эту сцену наблюдал командир взвода старший сержант Отрошек Иван Семёнович, сразу же вбежавший к нам уточнить, что здесь происходит. Освобождены: железнодорожный узел Горбачево и города Черепеть и Одоево.
24 декабря 1941 (среда) – день 186
Без отдыха мастера готовят оружие для партизан. Сегодня поступило задание: подготовить 18 автоматов ППШ с подогнанными и снаряженными дисковыми магазинами, в количестве 6 штук к каждому автомату. Весь день занимаюсь с подгонкой. В полковой батарее вышли из строя оба орудия. У одного осколками пробило цилиндр противооткатных устройств, у второго, тоже осколками, заклинило механизмы наведения. Батареи осталось без орудий. Из двух восстановили одно. Второе, в артупряжке, доставили в дивизионную артмастерскую. Поздно ночью расчёт вернулся на огневую позицию с исправным оружием. Предложил командиру артбатареи, лейтенанту Кропотину И.К. и его заместителю, младшему лейтенанту Тарасову А.П., что мы можем собрать ещё одно орудие. Смогут ли они его освоить, вернее обеспечить расчетом, артаммуницией, артиллерийскими лошадьми. Выразили горячее желание получить ещё одно орудие. Я приступил к изысканию возможностей приобретения 76-мм орудия, а батарейцы к его приему. Сегодня же ночью, вместе с боеприпасами, в мастерскую привезли противооткатные устройства и ствол 76-мм орудия в сборе. В штабе полка меня ознакомили с телефонограммой штаба дивизии, в которой говорится о применении немцами зажигательных снарядов против танков, якобы, обладающими особыми свойствами. Требуют раздобыть такой снаряд.
25 декабря 1941 (четверг) – день 187
Все мастера снова в подразделениях. Выполняем требования приказа командира дивизии о приведении в порядок вооружения. Недостатки, отмеченные в приказе по дивизии, есть и у нас. Подготовка оружия для партизан закончена. Всё это оружие отвезли и разместили в одной из комнат в штабе полка. Там же сосредоточены белые халаты, валенки, тёплая одежда. Арттехник Зинченко из дивизионной артмастерской, на прицепе за автомашиной с боеприпасами, привёз лафет с механизмами наведения 76-мм полковой пушки образца 1927 года. К исходу суток орудие готово к стрельбе. Из батареи вызвана артупряжка. Ночью, тепло провожали, всеми уважаемого в полку, старшего лейтенанта Хайруллина Рахима Хайрулловича, командира стрелкового батальона, убывающего в Южно-Уральский военный округ на формирование национальных частей. Вместе с ним, под его командой, убыло еще семь человек татарской национальности. Проводы были организованы в землянке штаба батальона. Стояла темная декабрьская ночь. Бушевала метель. Кругом землянки, все ориентиры засыпаны снегом. За проводы выпили из кружки постольку – поскольку мог каждый, по-русски, трижды расцеловались и пожелали нашему любимому другу Рахиму счастливого пути и благополучия. Провёл полуторачасовые политзанятия с личным составом.
26 декабря 1941 (пятница) – день 188
Противник по-прежнему оказывает упорное сопротивление. Задача прежняя: овладение колхозом имени КИМ и в дальнейшем наступать на северо-западную окраину им. Кагановича. Погода установилась ясная и морозная. Сегодня, инициаторы «сюрпризов», Сосулин и Буйный снова предложили использовать для «Сюрпризов» негодные автоматы, оставшиеся в результате отбора из числа годных деталей, похожих по внешнему виду на годные. Автоматов можно собрать 25 штук. «Сюрприз» заключался в том, что в прикладе под затыльником, разделывалось небольшое гнездо для размещения взрывного устройства. Это гнездо снова прикрывали затыльником. Взрывное устройство проводом связывалась с шепталом спускового крючка. Затвор ставился в заднее крайнее положение. Для срабатывания взрывного устройства требовалось лишь нажать на спусковой крючок. Вечером произвели испытания 1-го «сюрприза». Приклад разлетелся в мелкие щепки, взрыв способен серьезно покалечить человека. Доложил начальнику штаба полка о «сюрпризе». Вместе с ним доложили командиру полка. Приказал подготовить к 18:00 28 декабря 20 автоматов. Освобождены города Наро-Фоминск и Белёв.
27 декабря 1941 (суббота) – день 189
Оружейники готовят «сюрпризы». Минометные и артиллерийские мастера работают непосредственно в подразделениях. Тимофей Иванович, по пути с дивизионной артмастерской, прихватил две фляги со спиртовым лаком. Лак нам не нужен. Кто-то подал мысль выделить из него спирт. Подключили к проведению этой операции полковых химиков и санчасть. Одну флягу отдали во взвод химзащиты. Вскоре нас угощали всё же выделенным спиртом, путём перегонки. Пришлось и вторую флягу отдать химикам. Снова, в результате двойного заряжания, разорвало миномет 82-мм. Двое убитых, один тяжело ранен. Получил легкое ранение миномётный мастер, находившийся на огневой позиции разорвавшегося миномёта, рядовой Девьяров, отказался от госпитализации. Освобождены города Тихвин, Высокиничи, Новосиль и Тим.
28 декабря 1941 (воскресенье) – день 190
К 15:00 закончили изготовление 20 «сюрпризов». Поступило распоряжение командира полка, чтобы все «сюрпризы-автоматы» были в белых чехлах. Поискали – ничего подходящего не нашли. Обернули их белой бумагой и обвязали белой ниткой. К 18:00 «сюрпризы» лично доставил в штаб полка, куда прибыли три партизана в гражданской одежде. Шевченко приказал мне ознакомить партизан с сущностью «Сюрпризов» и мерами предосторожности. Уложили автоматы в сани и увезли. Ночью партизаны благополучно перешли передний край и удалились в тыл противника. Старшина Ахмедов сегодня, с моего разрешения, организовал помывку личного состава мастерских. Сменил всем белье, гимнастерки, брюки и шапки. Грязное бельё и обмундирование увёз в Первомайск для дезинфекции и прожаривания. После помывки организовал хороший плотный ужин, безусловно и «остограмил».
29 декабря 1941 (понедельник) – день 191
Мастера и техники в подразделениях: в траншеях, окопах, землянках и блиндажах, на огневых позициях – осматривают, ремонтируют, регулируют механизмы, следят за эксплуатацией. Вчера, по настоянию Радько, перед мастерами и техниками поставлена задача: по возвращении из подразделений, у старшин брать донесение о наличии и расходе боеприпасов. Опасная затея. Привыкнут и будут ждать, когда к ним придут за сведениями. Радько на мои возражения неумолим. Ночью ранен осколком живот оружейный мастер рядовой Голубев. Выбыло из мастерских, по ранению, уже 5 человек. Но просить взамен их просто неудобно. В подразделениях жалкие остатки личного состава. Оружейников остаётся мало. Надо переквалифицировать на стрелковое оружие минометных и артиллерийских мастеров. Составил расписание занятий. Учить будем практически на ремонте. Получен приказ командира дивизии, о самострельщиках. Отмечается, что у нас в полку, за последние дни, были тоже два случая. Не понятно, как на это идут люди. Ведь каждый самострел врачи всегда распознают, несмотря на то, что трусы стреляют и через мокрую повязку, и через буханку хлеба. Следы пороховых газов всё равно остаются. Ведь был в полку случай и такой. Двое трусов договорились, на определенном расстоянии, поочередно, друг другу выстрелить, в выставленную из окопа, руку. Первому это удалось сделать. Второй же, стреляя, угодил своему товарищу не в руку, а в голову.
30 декабря 1941 (вторник) – день 192
Техники и мастера работали на месте. В подразделения не выходили. Подводим итоги нашей работы за период с начала формирования. Далеко по неполным данным, за этот период, всё вооружение, положенное по штату, трижды ремонтировалась или прошло через руки мастеров. Кроме того, из числа собранного на поле боя, вновь восстановлено до 250 автоматов, 3 пулемета ДШК, 12 станковых пулеметов Максима, 200 снайперских винтовок, два 76-мм орудия, одно 45-мм орудие, 12 минометов 82 мм, 20-ть 50 миллиметровых минометов, большое количество пулеметов ДП и винтовок. Сегодня мы отметили хорошую инициативную работу мастеров Сириченко Г.Д., Сосулина С.К., Попова К.В., Белозёрова П.В., Порошина А.Х., Девьярова И.В., Корнеева И.Х., Золочева С.Б., Барабанова З.Б., Чернова М.И., Хамидова З.С. Мы отметили, что особого внимания заслуживает хорошая работа товарищей Зинченко Д.А. и Буйного Т.И. А разве меньше делает старшина Ахмедов, обеспечивая личный состав всем необходимым для нормальной работы мастерской? Питание, вещевое довольствие – лучшего и быть не желали. Ахмедов был всюду своим человеком, на всех полковых складах состоял в дружбе со старшинами подразделений. Ну, а наш ездовой Якушев И.И. – это замечательный неунывающий и безотказный человек. Он ухаживал за лошадьми и почти каждую ночь их возил на санках вооружение в подразделении и из подразделений. Получил письмо от мамы. Снова беспокоится обо мне, наверное, холодный и голодный, да и не болею ли я. Письмо, которое писал недавно 10 дней назад, она ещё не получила, обижается что очень редко пишу письма. Войска Западного фронта освободили город Калугу. Освобождены Керчь и Феодосия, Козельск и Угодский завод.
31 декабря 1941 (среда) – день 193
На переднем крае относительно спокойно. Сегодня работаем по ремонту до 18:00. После готовимся к встрече Нового года. Холодный и снежный день зимы. Нам доставили новогодние подарки. Небольшие ящики выгружали прямо на снег. Каждый думает: «А что в них есть?». Вдруг кто-то закричал «Ура! Посылки!». Досталось каждому по посылке. Посылка досталась и мне. На боковой стенке ящика обратный Рязанский адрес. Открываю осторожно. Сверху записка, написанная детской рукой: «Здравствуйте, дорогой наш воин. Рады вручить Вам свой скромный подарок. Крепче бейте фашистов. С уважением, Коля и Лена.» В посылке были сухари, сахар, носки шерстяные и традиционный пакет с табаком. Это дети оторвали от своего скудного пайка, чтобы порадовать на фронте папу, своего старшего брата… Личная жизнь фронтовиков и их семей переплелась общим несчастьем, а поэтому и письма, и посылки, полученные воинами, служили поводом собраться всем вместе, в кружок. Получение посылок и писем, не зависимо от их содержания всегда и сейчас являются неопровержимым доказательством неустанных забот о нас. Мы чувствуем, в этот тяжелый период, что вся наша страна заботится о нас. Теперь ни воин, ни труженик тыла не жалеют для победы ничего: «Все для фронта! Все для Победы!». В этих словах цель, смысл и вся наша жизнь. В канун этого первого Нового (военного) года, мы все почувствовали ту любовь и уважение, которую оказывали нам люди из тыла. Наша радость удваивается успехами наших войск под Москвой. С 15 по 31 декабря в результате успешного продвижения войск Западного, Калининского и Закавказских фронтов освобождены целая серия городов – Клин, Истра, Калинин, Алексин, Тарусу, Волоколамск, Наро-Фоминск, Козельск, Калуга, Белов, Керчь и Феодосия. А главнейшее событие конца года – сообщение Совинформбюро о провале немецкого плана окружения и взятия Москвы. Рядовой Попов сегодня очень долго возился с настойкой сделанного им, примитивного детекторного приемника. Когда его удалось включить, то мы могли услышать лишь последние слова из новогодней речи Председателя Президиума Верховного Совета СССР М.И. Калинина. Этими словами были «… Поздравляю вас с Новым годом и желаю советским народам в Новом 1942 году разбить без остатка наших смертельных врагов – немецких захватчиков».
1942
1 января 1942 (четверг) – день 194
Не обошлось, конечно, без того, чтобы в новогоднюю фронтовую ночь мы не выпили по чарке. Долго-долго сидим у печурки, в которой весело гудит огонь, каждый делился своими заботами, вспоминая, как раньше встречал Новый год. Как это принято, мы анализировали, подводили итоги 1941 года. Мы вспомнили трагические первые дни войны. Мы теперь уже говорим, что на сегодня опрокинут миф о непобедимости гитлеровской армии, о провале «блицкрига». В наши сердца вселяется радость событий: отброшены немецкие войска от Москвы, от Волхова, от Тихвина, очищен от врага Керченский полуостров, 30 декабря взята Калуга. В Вашингтоне подписана декларация 26 государств об использовании всех военных и экономических ресурсов этих стран для борьбы против фашистского блока. Кто-то подал мысль, сходить в лесок и посидеть, если не под елкой, то хотя бы под каким деревом. Все мы направились в ближайший лесок. Отыскали сосну, утоптали вокруг нее снег и присели на корточки. И тогда мы дали слово друг другу, если останемся в живых, устроить для своих детей и внуков нарядную-нарядную елку, которая напоминала бы вот эту, фронтовую. И у этой елки рассказать ребятам о нашей встрече нового 1942 года. По возвращении, вспоминали какие у кого были елки до войны, вспоминали новогодние ночи средней полосы Урала, Сибири… Кто-то обещал через 10 лет, когда ему стукнет 50, он обязательно пригласит товарища на Новый год и отпразднует его в большой компании детей и внуков.
2 января 1942 (пятница) – день 195
Полк совершенствует систему обороны, только что занятого участка. Здесь окопные работы закончены не были. На всем участке теплушек только две. В отрытых ячейках для стрелков полно снега. Инженерные работы сдерживаются из-за отсутствия шанцевого инструмента. Требуется сделать завалы и минировать танкоопасные места. Сегодня на совещании командир полка очень сильно ругал за бездеятельность полкового инженера, в/инженера 3-го ранга Цариева Л.К., упрекая его в помпезности, в пустоте громких докладов, в непринятии должных мер. Мне приходилось слышать доклады Цариева командиру полка. Действительно, он относится к категории людей, которые делают свое дело с шумом, напоказ. Обычно он старался преувеличить проделанную работу в подразделениях. Мне это кажется очень странным: все начальники служб, в т.ч. и вооруженцы, делают свое дело без лишних слов, на глаза не лезут, докладывают только то, что считают главным. Противник тоже совершенствует систему своей обороны и активных действий не проявляет. Ведет лишь методическую артиллерийскую и минометную стрельбу, не жалея ни мин, ни снарядов, ни патронов. Оружейный мастер рядовой Черношутов В.З. на переднем крае получил пулевое ранение в челюсть. Эвакуирован в госпиталь. Распрощался с ним в полковой санчасти крепким пожатие руки. Наши войска 1 января освободили г. Старицу.
3 января 1942 (суббота) – день 196
Возвращался я из ночного похождения по подразделениям. Утро морозное. В прозрачно-сероватом небе поднимался малиновый шар солнца. Из перелеска тянуло запахом деревьев. В недалеке виднелся участок железной дороги. Раздался гулкий выстрел. Оглянулся, вижу, огонь ведет наш бронепоезд. Посмотрел в сторону разрыва снаряда. Торчит паровозная труба бронепоезда немецкого. Бронепоезда друг от друга находились на расстоянии прямой видимости не более 800-1000 метров. Паровозы под броней обильно дышали паром, словно делая глубокие предсмертные вздохи. Первый выстрел нашего бронепоезда был с недолетом. Через минуту началась дуэльная стрельба. Долго «бахали» орудия и виднелись разрывы снарядов. Видны были прямые попадания и в тот, и в другой бронепоезд. Но оба стойко вели огонь. Но вот сбита труба у немецкого бронепоезда. Немецкий бронепоезд вдруг прекратил стрельбу. Наш бронепоезд, словно сорвался с места, на полных парах двинулся вперед, поливая из крупнокалиберных пулеметов. Немцы не выдержали натиска. Начали отходить. Наш на полпути тоже остановился и еще долго вел беглую стрельбу из орудий по немецкому бронепоезду. К сожалению, нельзя установить конечный результат дуэльной стрельбы.
4 января 1942 (воскресенье) – день 197
Артмастерские весь день занимались ремонтом автоматов. Наступил массовый отказ в стрельбе. Выгибается вверх крышка ствольной коробки и затвор не захватывает из магазина очередной патрон. Подгибаем крышки, ремонтируем защелки крышки ствольной коробки. Отремонтирован 41 автомат. Радько и меня на НП вызвал командир полка. Дал указание обеспечить минбатальон двумя боекомплектами боеприпасов. На НП я встретился с командиром полковой батареи 76 мм пушек лейтенантом Кропотиным. Иван Кузьмич рассказал мне, что 29 декабря, когда батарея вела огонь поддерживая разведчиков, огнем противника выведен из строя один орудийный расчет. Артмастера рядовые Халилов З.С. и Чернов М.И. находившиеся на батарее встали к орудию в качестве номеров и успешно справились с задачей. Батарея не прекратила огня. Кропотин считает, что их надо поощрить. Вполне согласен. Просил его написать об этом в штаб полка донесение, с освещением их подвига. Обещал сделать это сегодня же. Написал маме и Шуре одно письмо. Все равно читают вместе. Описал, как мы встретили Новый год. Что все было хорошо и весело. Думаю, поверят.
5 января 1942 (понедельник) – день 198
Мастера оружейные разошлись по подразделениям. Ремонтируют оружие непосредственно в окопах. Артмастерские на батарее, минометные – в минбате. Утром меня вызвал комиссар Шошин. Василий Агафонович, как всегда, и со всеми был неизменно добр, и не скупился на похвалу. Он похвалил действия артмастеров Халилова и Чернова. На столе у него лежало донесение от комбата Кропотина. Комиссар, расспросив об их работе, приказал подготовить проект приказа, в котором должны быть отражены их подвиг и их повседневные хорошие дела, как артмастеров. Приказ подписан и сегодня же объявлен личному составу мастерских. Пришлось и потребовать от личного состава, чтобы в подобных случаях докладывали и мне. Мне же неудобно, как непосредственному начальнику узнавать о подвигах от вторых лиц. Познакомился с вновь прибывшим в полк на должность командира стрелкового батальона ст. лейтенантом Поздняковым Алексеем Ильичом.
6 января 1942 (вторник) – день 199
Оружейники продолжали работать в подразделениях в ночное время. Днем работаем в землянке. Ремонтируем автоматы и винтовки для ожидаемого прибытия в полк пополнения личного состава. Артмастера восстановили, вышедшие из строя, 76 мм орудие и 45 мм орудие. Возвращаясь из подразделений, побывал на наблюдательном пункте полка. Погода безветренная, видимость хорошая. Заглянул в стереотрубу. Отчетливо видна окраина Кагановича. Видим замаскированный, видимо подбитый танк. К большому дому подкатил черный приземистый автомобиль, затормозив он присел на рессорах. Из него быстро выскочил поджарый и высокий фашист. Подбежал офицер, что-то торопливо доложил. Оба быстро скрылись за дверьми дома, у которых стоял коротконогий часовой, притоптывая куцыми сапогами. На груди у него вороной «Шмайсер». Вдруг один за другим и одновременно стали рваться снаряды. Понял, что это залп «Катюши». Все заволокло дымом. Дом разрушен, горит, автомобиль валяется кверху колесами. Молодцы реактивщики.
7 января 1942 (среда) – день 200 Разведгруппа полка взяла высоту перед восточной окраиной Кагановича и атакует противника в районе клх. им. КИМ. В мастерских осталось четыре оружейника (Сосулин, Попов, Белозеров, Буйный), минометных мастеров – два (Порошин и Девьяров) и артиллерийских – пять (Корнеев, Золочев, Барабанов, Чернов и Халилов), старшина Ахмедов и ездовой Якушев, и два техника (Познанский и Зинченко). Всего со мной 16 человек. Артмастера уже неплохо ремонтируют и стрелковое оружие. Минометные мастера почти безотлучно находятся в минометном батальоне. Постоянно проводят регулировку механизмов наведения. Сегодня побывал на КП полка в Кашановке, дважды в артснабжении дивизии в Дмитриевке и дважды на ДОПе в Первомайске. На трех автомашинах вывозил вооружение и боеприпасы для полка. Дважды, при следовании в Первомайск, вывозил на автомашинах раненых в медсанбат. С личным составом изучена нота народного комиссара иностранных дел В.М. Молотова от 6 января «О повсеместных грабежах, разорении населения и чудовищных зверствах германских властей на захваченных ими советских территориях». Нота занимает целую страницу газеты. Мастера очень болезненно восприняли творимые фашистами злодеяния. Каждый высказался и дал слово, что до последней капли крови отдадут делу изгнания фашистов с нашей земли.
8 января 1942 (четверг) – день 201
Мастерские приводят в порядок вооружение, подобранное на поле боя и сданное санчастью. В полку был заместитель командира дивизии – начальник артиллерии 261-й СД подполковник Шаповалов Станислав Иванович и начальник штаба артиллерии капитан Основский. Они ознакомились с системой обороны, с артиллерийскими подразделениями. Были и в артмастерских. Ознакомились с организацией ремонта артиллерийского вооружения. Замечаний не было. Подполковник Шаповалов выразил удовлетворение тем, что в мастерских создан обменный фонд вооружения, и доставка вооружения в подразделения производится артмастерской. Провел политзанятие с личным составом мастерских. Рассмотрели и успехи наших войск на других фронтах: 7 января занят г. Мещовск, а части Западного фронта за два дня освободили 51 населенный пункт.
9 января 1942 (пятница) – день 202
Оружейники готовят оружие для ожидаемого пополнения личного состава. Артиллерийские и минометные мастера начальником артснабжения Радько П.А. задействованы на подвоз боеприпасов. Мы с ездовым Якушевым заменили в 1-м стрелковом батальоне дав станковых пулемета Максима на исправные. Возвращаемся с переднего края. Едем по лесочку. Тихо, деревья словно замерли. Прошу Якушева остановиться. Хорошо пройтись пешком по заснеженному лесу. Тишину леса нарушает лишь доносившаяся с переднего края пулеметная стрельба и разрывы снарядов и мин. А вот пышная рябинка, сохранившая полыхающие уцелевшие алые гроздья. Захотелось отведать лесной деликатес. Вдруг с дерева вспорхнули краснопузые снегири. Под рябиной разбросаны без семечек красноватые, расклеванные снегирями ягоды. Глупая птица: не кушает самую вкусную мякоть, а только склевывает из них зернышки, а могла бы скооперироваться с человеком. Срываем с Якушевым по нескольку кистей подмороженной рябины, усаживаемся в санки, жуем вкусные плоды, выплевывая зернышки. Вечером по радио узнали, что с 1 по 6 января войска Юго-Западного фронта успешно продвигаются и освободили 130 населенных пунктов, в т.ч. города Мосальск, Детчино, Серпейск.
10 января 1942 (суббота) – день 203
Штаб дивизии требует от командира полка в течение двух дней закончить все инженерные работы на переднем крае, обеспечив каждый взвод теплушками. Весь личный состав мастерских занимался устройством землянки. Землянку строили двухкомнатную: одну комнату для отдыха, другую для ремонта оружия. Для перекрытия, ночью завезли 22 шпалы и несколько бревен. Ночью закончили устройство землянки. Теперь не всякий снаряд страшен. Сразу же начали обживать землянку. По немецкому способу сложили печь из кирпича. Хорошо и уютно в землянке. Но все же, кажется тесновато. Мастера сильно устали. Ведь пришлось землю долбить киркой.
11 января 1942 (воскресенье) – день 204
Старшина Ахмедов сегодня устроил банный день. Заранее подготовил чистое и хорошо обработанное сменное белье. Мастера рады и довольны. Сегодня ночью из тыла противника вернулось несколько партизан. Разместились недалеко от нас. Услышав от них о зверствах немцев, я решил пригласить одного из них, чтобы он подробнее рассказал об этом личному составу мастерских. Много жуткого рассказал партизан. А вот вчера утром в Александровке фашисты соорудили 4 виселицы и в полдень повесили на них четырех членов партизанских семей. На это зрелище согнали к виселицам всех жителей села. Эту мерзкую расправу осуществляют спецкарательные подразделения.
12 января 1942 (понедельник) – день 205
Оружие ремонтируем и готовим для ожидаемого пополнения. А пополнения все нет и нет. Отремонтированное оружие сдаем на плевой склад. По заданию начальника артснабжения всю ночь ходил по подразделениям, проверял закреплено ли оружие за бойцами. В большинстве случаев раздаточные ведомости старшинами потеряны. Полная безответственность. Звоню начальнику штаба полка лейтенанту Новикову, прошу его принять меры. Через полчаса в подразделения связистами была передана телефонограмма, в которой командир полка требовал немедленно составить ведомости на оружие, и каждый боец должен расписаться за свой номер оружия. Один экземпляр ведомости было приказано представить в штаб полка к 20:00. На день я остался в подразделениях. Ответственность за составление ведомостей и их представление в штаб возлагались персонально на адъютантов старших стрелковых батальонов Степанишева Алексея Петровича, Василенко Владимира Дмитриевича и Воробьева Игоря Емельяновича. За качество проделанной работы не ручаюсь, но ведомости на выдачу оружия бойцам с их росписями поступили в штаб вовремя. Потом они были переданы начартснабу Радько. Считаю, что данное мне поручение я выполнил. Однако, когда сверили ведомости с учетом в артснабжении, то оказался полный ералаш. Была и недостача оружия, были и большие излишки. В излишках в основном были автоматы ППШ, ручные пулеметы ДП, станковые пулемёты Максима, один пулемет ДШК и 45 мм пушка. Недоставало в основном винтовок СВТ и винтовок образца 1891/30 г.
13 января 1942 (вторник) – день 206
Полк сменяет части стрелковой бригады и имеет задачу наступать на северо-западную окраину им. Кагановича, предварительно овладев колхозом им. КИМ. Несмотря на все усилия, полк с задачей не справился. Ремонт оружия производим в землянке и в жилом доме. Ремонтировали 50-мм минометы, 82-мм минометы, винтовки и автоматы. Сегодня заменили в подразделениях на исправные три станковых пулемета Максима и три 82-мм миномета. Наконец-то сегодня заговорил простейший радиоприемник, сделанный рядовым Поповым. Долго и упорно он возился над ним: то наматывая, то снова сматывая провода с картонных катушек. Слушать можно было только одному, прикладываясь ухом к приемнику. Это тоже уже результат. Теперь мы будем в постоянной осведомленности передач Совинформбюро. Наши войска освободили г. Киров Смоленской области и г. Дорохово, недалеко от Можайска.
14 января 1942 (среда) – день 207
Со свежими силами обходим подразделения. Производим осмотр вооружения. Выявляем неисправное. Что можно, сразу же заменяем исправным, находящимся в санках. Вот уже скоро рассвет. Надо торопиться, иначе придется ждать до наступления темноты. Заваливаюсь в санки с сеном. Поехали. Теперь можно и помечтать. Заезжаем в лесочек. Вдруг, среди лесного безмолвия, раздаются размеренные стуки пернатого кузнеца. Вот он почувствовал приближение человека. Делает паузу. Дятел, видимо, присматривается, но я его пока не вижу. Наконец-то увидел пеструю птицу с ярко-красным подхвостьем. Внизу, на снегу, под сосной валяются шишки, с которыми он уже успел поработать, вылущивая из них семечки. Знает ли что дятел о войне?.. А может быть и ему она принесла какие-либо неприятности… Вскоре дрема смежили мне глаза. Я крепко заснул и спал на морозном воздухе, пока не доехали до мастерских.
15 января 1942 (четверг) – день 208
Оборудованная землянка для ремонта вооружения и для отдыха личного состава уже не устраивает нас: тесно и мало света. Приступили к расширению землянки. Делаем новую, специально для ремонта, с окном. Соединяем ходом сообщения с основной землянкой для отдыха личного состава. На перекрытие используем полу сгоревшие бревна от соседней хаты. Получился отличный, высокий и просторный цех. Ездили на ДОП в Первомайск. Привез три автомашины боеприпасов. В основном 82-мм мины, которые доставил на огневые позиции минометного батальона. При выезде с позиций попали под артобстрел противника. Отделались легким ранением водителя и потерей лобового стекла у ЗИС-5. На всем пути подвоза войска расчищают дорогу от снега. При расчистке обнаруживаются трупы немецких солдат, которые продолжают оставаться на обочинах дорог. Провел политзанятие с личным составом мастерских. Рассмотрели статью Совинформбюро «Чудовищный приказ гитлеровского генерала об уничтожении всех исторических и художественных ценностей и об истреблении мужского населения в захваченных немцами советских районах».
16 января 1942 (пятница) – день 209
Мастерские работают на стационаре, в землянке. Дела идут хорошо. Качество ремонта для полевых условий приличное. В основном ремонтируем автоматы, ст. пулеметы, 50-мм минометы. Готовим на замену неисправных. То есть работаем с заделом. Это уже хорошо. Сегодня вызвали в штаб рядового Корнеева И.Х. Иван Харитонович молодой, энергичный, прогрессивно-мыслящий добряк, но почему-то всегда был предметом беззлобных насмешек со стороны товарищей. Он низкорослый, синещекий брюнет. Вызов Корнеева в штаб меня обеспокоил. Может что-то натворил и скрыл от меня? Но в таких случаях обычно вызывают начальник и отчитывают его. Значит отпадает. В обед иду в штаб полка, интересуюсь причиной вызова артмастера. Говорят, что он сейчас в разведвзводе, готовится к сегодняшнему ночному поиску. Оказывается, он как-то поделился с одним из разведчиков, что он с удовольствием сходил бы с ними. До призыва он работал в колхозе имени КИМ и знает каждую складку местности. Вот и привлекли его для захвата «языка». Вечером, с наступлением темноты группа разведчиков в 3 человека направились к переднему краю противника, а к 24:00 приволокли здорового немца с кляпом во рту. Это был успех разведчиков после долгого перерыва. Корнеев Иван во взятии фрица сыграл главную роль, а поэтому, говорят, он будет представлен к награде.
17 января 1942 (суббота) – день 210
В полку начали комплектовать роты ПТР в каждом батальоне. До этого в батальоне были положены взводы ружей ПТР по три ружья в каждом (но ружей не было). На их базе должны были сформировать роты ПТР по 16 ружей. Если раньше полку было положено 9 ружей, то теперь их должно быть 48. Вводились ружья ПТР и в артполки дивизий по 8 шт. Роты укомплектовались коммунистами и комсомольцами. На должность командиров рот ПТР назначались командиры, прошедшие специальные курсы подготовки. На одну из рот назначен очень способный и волевой лейтенант Большаков Степан Яковлевич, бывший командир пулеметного взвода, только что окончивший специальные курсы подготовки. Сегодня ездили в артснабжение дивизии за получением ружей ПТР. В батальон назначаются комиссары. Эти должности введены вновь.
18 января 1942 (воскресенье) – день 211
В полку проводятся организационные мероприятия по переходу на новые штаты. Увеличивается общая численность полка. Увеличивается количество снайперов с 65 до 146. В стрелковых взводах с 2 до 5, в стрелковых ротах с 7 до 16 и в стрелковых батальонах с 21 до 48. Сегодня командир полка поставил задачу перед начальником артснабжения полка обеспечить полк снайперскими винтовками до полной штатной потребности. В полку шел отбор снайперов. Отбирались лучшие из лучших стрелков. В артснабжении дивизии снайперских винтовок, ни 1891/30 г., ни СВТ нет. Подсчитываем свои возможности. При всех наших стараниях можем обеспечить 30-35 снайперов или 20% положенных по штату. Это с учетом снайперских винтовок СВТ, которые не удовлетворяли требованиям снайперов. Весь личный состав артснабжения – мастера, техники задействованы в подготовке полка к ночной атаке: проверяем боеготовность артиллерии, минометов, пулеметов, подвозим боеприпасы.
19 января 1942 (понедельник) – день 212
Второй день с мастерами изучаем ружья ПТРС и ПТРД. Каждый мастер отстрелял упражнение из ружья ПТР. В 4:00 полк перешел в атаку, овладел клх им. КИМ и к вечеру продвинулся на сотни метров восточнее им. Кагановича. Продвижение приостановлено из-за сильного артиллерийского, минометного и пулеметного огня противника. Вплотную начинаем заниматься проблемой снайперских винтовок. В наличии дивизионного артсклада ни одной винтовки. Артснабжение дивизии не обещает на ближайший период обеспечить ими. Какой выход из положения? Где их искать? Задача поставлена перед всем коллективом. Предлагаю начальнику артснабжения Радько П.А. в первую очередь достать полторы сотни хотя бы и неисправных прицелов. После обеда разъехались мастера и техники. Одни получили задание покопаться на свалках в эвакоотделениях складов вплоть до артиллерийских, с целью поиска оптических прицелов и кронштейнов для их крепления к винтовкам. Тимофей Иванович Буйный с отношением от полка направился на предприятия Ворошиловграда с целью размещения заказа на 200 кронштейнов под прицелы. Техник оружейный Познанский М.Л. с рядовым Сериченко Г.Д. направились на предприятие, занимающееся ремонтом оптики, где до призыва работал Сериченко.
20 января 1942 (вторник) – день 213
Подводим итоги поисковой работы. Буйный разместил заказ на одном из заводов Ворошиловграда на изготовление кронштейнов. Завтра 200 штук будут готовы. Вечером их можно будет получить. Группа мастеров, занимавшаяся поиском прицелов, привезла 101 прицел. Среди них были и новые, не бывавшие в употреблении 21 прицел. Оружейный техник Познанский и рядовой Сериченко договорились о ремонте прицелов. Рядовой Сериченко направлен для сдачи в ремонт 80 прицелов в Ворошиловград. Поисковая группа прицелов снова направлена на продолжение поиска. Все оружейные мастера задействованы на отбор самых лучших винтовок для переделки их под снайперские. Составили график подготовки снайперских винтовок на 5 дней. К этой работе привлечены артиллерийские и минометные мастера. Сегодня был в артснабжении армии. Выписали наряд на получение 20 снайперских винтовок СВТ. Поисковая группа к концу дня привезла в Ворошиловград и сдала в ремонт еще 29 неисправных прицелов.
21 января 1942 (среда) – день 214
Получили с армейского склада 20 снайперских винтовок СВТ и сразу же выдали их в подразделения. С Ворошиловграда привезли 100 кронштейнов к прицелам, а 100 штук оставили в оптической мастерской для подгонки ремонтируемых прицелов к кронштейнам. Вечером приступили к сборке, отладке 21 снайперской винтовки с новыми прицелами. Завтра будем пристреливать. На фронте наступило затишье. Противник активности не проявляет. Радько П.А. привлек меня для перемещения полкового пункта боепитания из Борщеватое в Камышеваху. Мастерские остаются в Борщеватое. Работаем в землянках, в жилом доме. Все мастера заняты решением вопроса по снайперским винтовкам. Сегодня командир взвода боевого питания стрелкового батальона мл. лейтенант Голованов Захар Николаевич передал мне записку от заместителя командира батальона ст. лейтенанта Андрусского Алексея Васильевича, который убедительно просит поощрить приказом по полку мастеров оружейников рядовых Сосулина С.К., Попова К.В., Белозерова П.В. за их исключительно добросовестное отношение к своим обязанностям. В свою очередь и я написал ему записку, чтобы он об этом сам написал в штаб. Я тут же написал проект приказа и пошел с ним в штаб. Приказ состоялся.
22 января 1942 (четверг) – день 215
Противник активности не проявляет. На переднем крае обстрел устраивают снайпера. Вот только когда наступило, начало развиваться снайперское движение. Сегодня собрали еще 20 снайперских винтовок. Пристрелять успели 36 штук. Для этой цели распоряжением начальника штаба к мастерским прикомандировали 10 лучших стрелков, будущих снайперов. Все 36 винтовок выданы в подразделения по разнарядке начальника штаба полка. Из оптической мастерской привезли 30 отремонтированных прицелов. Обещают ремонт сделать остальным прицелам в течение трех-четырех суток. Познакомился с вновь прибывшим в полк на должность командира транспортной роты лейтенантом Питель Иваном Прохоровичем. Завершено освобождение Московской области.
23 января 1942 (пятница) – день 216
Противник активности не проявляет. Штаб полка проводит двухдневное занятие со снайперами полка. Отстреливают боевые упражнения. Я провел с ними двухчасовое занятие по изучению винтовки и по правилам пристрелки винтовки с оптическим прицелом. Собрали еще 20 винтовок и пристреляли 25 шт. Все выдали в подразделения для вручения снайперам на сборах. Командир полка торопит нас. Но мы и так работаем сверх напряжения, да и к тому же сдерживает поступление прицелов из оптической мастерской Ворошиловграда. У личного состава вызвало чувство гордости за нашу страну и Партию и любви к ней за проявленную очередную заботу о воинах – было принято Постановление СНК СССР «Об устройстве детей, оставшихся без родителей».
24 января 1942 (суббота) – день 217
Почти весь день находился на сборах снайперов. Помогал практически улучшить проведенную ранее пристрелку. Каждый снайпер старался улучшить точность боя, почти каждый хочет иметь более слабый спуск. В мастерской собрали, отладили и пристреляли еще 20 винтовок. Вечером выдали в подразделения. На сегодня мастерские сделали 81 снайперскую винтовку. А всего полк за неделю (вместе со снайперскими винтовками СВТ) получил 101 винтовку. Сборы снайперов сегодня посетили штабисты дивизии: Начальник штаба дивизии подполковник Васильев, начальник оперативного отделения майор Левин А.С. и еще какие-то два майора. Майор Левин А.С. интересовался где мы взяли такое количество снайперских винтовок. Я ему все по порядку рассказал. Присутствующий при этом подполковник Васильев похвально отозвался по поводу нашей инициативы.
25 января 1942 (воскресенье) – день 218
Весь день проводил занятия с командирами пулеметных взводов и рот по изучению поступившего в единственном экземпляре станкового пулемета Горюнова (СГ). Пулемет поступил для войсковых испытаний в условиях боевой обстановки. В комиссию по испытанию вошли я, командиры пулеметных рот лейтенанты Линтвар Иван Васильевич, Игнатов Павел Петрович и Малюгин Ефим Карпович и два командира взвода. Пулемет был вручен лучшему пулеметному расчету. Нам сказали, что этот пулемет должен сменить тяжелый станковый пулемет Максима. С этим пулеметом нас немного ознакомили, будучи на курсантской заводской практике в Туле. Он в то время находился в стадии обработки. Пулемет по условиям испытаний должен находиться постоянно на передовой линии, вести постоянно огонь (чем больше, тем лучше). Мне поручено следить за его работой, а предварительно, с расчётом и командирами провести занятие по его устройству. Из оставшихся в оптической мастерской 49 неисправных прицелов, отремонтировали 9; остальные не могут пока отремонтировать из-за отсутствия оптических стекол. Но, обещали принять меры, и в ближайшие время закончить ремонт 40 шт. Собрали и пристреляли 9 винтовок. Выдали в подразделения.
26 января 1942 (понедельник) – день 219
Начальника артснабжения полка Радько П.А. и меня вызвали в штаб. Дали нам ознакомиться с приказом по дивизии, в котором говорилось о слабой работе по развертыванию снайперского движения. В качестве положительного примера упомянут наш полк. Отмечена инициативная работа артснабженцев, которые сумели, в кротчайшие сроки, обеспечить снайперов винтовками. И далее в последнем пункте приказа говориться, что наш полк до 18:00 26 января должен по 20 снайперских винтовок передать 974-й и 976-й СП. Вот досада. Мы с Радько к командиру полка, к комиссару. Но оба не решились по этому поводу обратиться к командиру дивизии. Ничего не оставалось, как выполнять приказ. Сразу же пошел по батальонам, чтобы отобрать винтовки для передачи с наихудшим техническим состоянием. Вечером представители полков забрали 40 винтовок. Очень было обидно за весь тот труд, которые вложили мастера. В разведвзводе обнаружил большое количество губных гармошек. Разведчики «одолжили» у немцев в одной из вылазок. Дали мне 10 штук. Самых крупных размеров. Передал Буйному. Тимофей Иванович с полуслова понял, что их надо заминировать.
27 января 1942 (вторник) – день 220
Мастера, техники и я присутствуем на всех стрельбах, проводимых расчетами из ружей ПТР. Бойцы жалуются на сильную отдачу в плечо. С расчетами проводим занятие. Разъясняем, что надо постоянно чистить и смазывать трубку спусковой коробки и плечевого упора. У расчетов возникают трудности добиваться меткой стрельбы из ПТРД, которая во многом зависит от правильной постановки мушки, от пригонки упора для щеки, от правильной прикладки ружья к плечу и упорам сошки. За 10 дней эксплуатации ружей появились неисправности: отказы из-за тугой экстракции гильз, поперечный разрыв гильз. Два ружья полностью вышли из строя – произошел разрыв ствольных коробок, вместе с запрессовкой опорных вкладышей. Чувствуется, что разрабатывались ружья в спешке, без должных войсковых испытаний, а поэтому имеют недоработки как конструктивного, так и производственного характера. Перед техниками и мастерами поставлена задача не допустить такого положения, когда личный состав потерял уверенность в боевых возможностях ружей, их безотказности. На каждых стрельбах ведем предварительный осмотр ружей, учим готовить их к стрельбе. Сегодня произвел 10 выстрелов из ружья ПТР. Осталась большая боль в плече. Меткость неплохая. Все выстрелы поразили цель (стрелял по шахтным вагонеткам).
28 января 1942 (среда) – день 221
Мастерская ремонтирует вооружение для ожидаемого пополнения. Ночью мастера в подразделениях, днем ремонт в землянке-мастерской. По заданию Радько ездил за боеприпасами на ДОП. Привез 736 штук, вновь принятых на вооружение, винтовочных противотанковых гранат. В наш полк они поступили для проведения эксплуатационных войсковых испытаний. Эти гранаты мгновенного действия, при соприкосновении с преградой. Мне поручено подготовить и повести занятие с командирами рот и батальонов по изучению этой гранаты с практическим показом ее действия. Подобрана площадка с открытой местностью. В качестве мишеней, с мастерами, установили 6 шахтных вагонеток. Граната представляла собой собственно гранату, с ввинченным в ее корпус, обыкновенным винтовочным шомполом с головкой. На шомполе размещался плавающий стабилизатор. Для бросания гранаты по цели, ее шомполом необходимо вставить в ствол винтовки и специальным холостым патроном выстрелить. Граната, выброшенная выстрелом, совершает полет до цели по навесной траектории. О какой-либо прицельности не могло быть и речи. Просто винтовке придается угол возвышения и производится выстрел. Уверенности в попадании в цель никакой. В порядке подготовки к занятиям, я произвел несколько пробных выстрелов. Шесть из десяти достигли цели. Большего и лучшего результата ожидать было нельзя. На этом я успокоился и посчитал, что завтра на занятиях смогу получить не худшие результаты.
29 января 1942 (четверг) – день 222
Провожу занятия с практическим показом действия у цели, шомпольный гранаты ВПГ с командирами рот и батальонов. После рассказа устройства гранаты и её назначения, сделал 5 выстрелов. Гранаты упорно не летели на цель: перелёт или недолет. Командир полка капитан Шевченко меня изрядно отчитал за такую подготовку к показанному занятию. Взялся бросать гранаты сам. Выпустил 10 гранат и ни одна из них не достигла цели. Стреляли и другие командиры. Результаты выброшенных 40 гранат были плачевными, которые не могли убедить командиров в эффективности такого вида противотанковых средств. Свои отзывы о гранате мы представили в дивизию. Такие гранаты не нашли своего применения в войсках. Сегодня мне объявили приказ о моём переаттестовании с военного техника первого ранга на старшего техника-лейтенанта. Эти звания были введены вновь. Теперь технический состав по знакам различия приравнен к строевым артиллерийским начальникам: петлицы и нарукавные нашивки одинаковые. «Сюрпризы» с губными гармошками изготовлены. В них вложены взрыватели, которые мешают производить звуки. Расчет сделан на любопытного – почему не играет. А чтобы разобрать нужно вытащить шплинтик, после чего взрыватели должны сработать. Упакованные в ящик гармошки передал командиру взвода пешей разведки. Договорились, что они, при удобном случае, будут каждый по отдельности в обёртке оставлены в немецких траншеях. Мы услышали о заключении договора между СССР, Англией и Ираном о союзе в войне против фашистской Германии и её союзников.
30 января 1942 (пятница) – день 223
Полк возобновил атаки. Противник активно обороняется. Погода пасмурная. По поручению Радько прибыл в штаб, чтобы дать данные в оперсводку по вооружению и боеприпасам. Встретились с Васей Гуртовым – адъютантом командира полка. Вышел из дома капитан Шевченко. Позвал нас с Гуртовым к себе. Улыбнувшись, поинтересовался – сколько ещё двухсотграммовых уровней с водкой осталось у тебя, намекая на водку, полученную когда-то у Никулина для орудий. Шевченко сам увлекался водкой и считал, видимо самой высокой наградой, угостить ею других и сейчас приказал Васе налить мне стакан водки. Желудок противится принимать, но, против своих возможностей, выпиваю половину. Смеётся. Поэтому я лично избегаю встречи с командиром полка. Приказал все винтовочные противотанковые гранаты (около 100 штук) передать в роту ПТРК, считает, что их можно применить для обработки переднего края противника при силовой разведке. Приказано это сделать до наступления темноты. – Да быстрее поворачивайтесь, а то вы как медведи, – говорит он, – вас надо раскачать. И тут же заключил: «Не обижайся, обида – это женское дело». Вперёд мне показалось, что капитан Шевченко производит впечатление несерьезного человека, но это впечатление было обманчиво. Пожалуй, единственным серьезным его недостатком этого увлечение спиртным. На самом же деле он очень энергичен, решителен, инициативен, требователен, трудолюбив, обладает хорошими знаниями техники и вооружения. Исключительно добросовестно выполняет приказы командования. Вася Гуртовой мне рассказал, что капитан Шевченко в армии с 1931 года, 1909 года рождения. По 1940 он прошёл должности курсанта, потом комвзвода, курсы младших лейтенантов в 1939 году. Командир взвода, начальник складов НЗ, командир роты. Вся его до военная служба прошла в 64-ом отдельном пулеметным батальоне ТИУРа в Одесском военном округе.
31 января 1942 (суббота) – день 224
Полк снова применил силовую разведку, захватил 6 пленных. Пленные ведут себя нахально, выкрикивая заученные слова «Хайль Гитлер». Услышал, что в штаб полка привели пленных. Забираю «сюрпризы» (автомат, губную гармошку и магазин от немецкого автомата) и бегу в штаб. Подаю охолощенные автоматы и губную гармошку немцу, тот, как ужаленный встрепенулся и спрятал руки за спину. Второму немцу подаю магазин от автомата и показываю, что его надо разрядить. Тоже убирает руки назад. Переводчик, обращаясь к немцам, спрашивает, что всё это означает, почему они не хотят в руки, поданные им автомат гармошку и магазин. Отвечают, что на таких игрушках подорвалась много солдат и офицеров. Об этом по подразделениям прошла информация. Один из них сам видел, как на магазине подорвался солдат. Все 10 губных гармошек-«сюрпризов» разведчиками разбросаны в немецких траншеях. Подорвется один или два немца и то польза. Написал письмо маме. Очень трудно писать письма маме. Чтобы её не беспокоить надо что-то выдумывать, да так, чтобы это не показалось враньём. Сегодня, чтобы не уличила меня, написал, что бывает всяко: иногда и трудновато. К полевой жизни уже привыкли, хотя бывает и холодновато. Весь январь нас, воинов, радовали успехи войск Северо-Западного, Западного, Юго-Западного и Калининского фронтов. В течение января они освободили города: Малоярославец, Боровск, Пено, Селижарово, Андреаполь, Торопец, Можайск, станцию Лозовая, Сухиничи. Нас радовала, развернувшееся 8 января 1942 года, общее наступление Красной армии на всем советско-германском фронте.
1 февраля 1942 (воскресенье) – день 225
Артмастерские, в ночное время, работают в подразделениях. Утром возвращение, небольшой отдых и снова ремонт. Отремонтированное оружие за день отвозим в роты, а у них забираем неисправное. Неисправности, требующие мелкого ремонта, устраняем на месте. Погода пасмурная. Падает снег. Полк занимает прежние рубежи. КП в Кошановке. Полковой пункт боеприпасов в МТФ. Мастерские в Борщеватое. Радько и я занимаемся пополнением подразделений боеприпасами, приближаем запасы к ротным пунктам боепитания, не более, как в километре от переднего края. Этими же вопросами в подразделениях, занимались вместе с нами, исполняющий обязанности начальника штаба полка капитан Новиков и ПНШ по тылу, старший лейтенант Стешиц Аркадий Иванович. Полк принимает меры к захвату пленного, но ничего не получается. Командир полка нервничает.
2 февраля 1942 (понедельник) – день 226
Ночью обходим подразделения, интересуемся работой оружия, от командиров батальонов и рот претензий никаких нет. У нас установились полное взаимное понимание и хорошие деловые отношения. Это радует в работе. В стрелковой роте встретились с комиссаром полка Шошиным. Он распекает командира роты, младшего лейтенанта Миргородского Георгий Кирилловича и замкомандира батальона, старшего лейтенанта Андрусенко Александра Васильевича, за то, что вот уже несколько дней, бойцы роты в нейтральной полосе арендовали обменный пункт с немцами. Наши бойцы в условное место доставляют махорку, оттуда забирают шоколад и сигареты. Комиссар квалифицирует это «братание», требует прекратить это и наказать инициаторов. Комиссар с личным составом провёл беседу в роте. Был Радько П.А. Поручил с сегодняшнего дня составлять ежедневные донесения о наличии и расходе боеприпасов представлять ему на подпись и доставлять в артснабжение дивизии. Конечно, предварительно собирать сведения о расходе и наличие боеприпасов в подразделениях. Объяснил это тем, что я являюсь его помощником (по положению). Приказ есть приказ.
3 февраля 1942 (вторник) – день 227
На розвальнях возвращаемся с Якушевым из минометного батальона. Заменили два 82-мм миномета. Старший лейтенант Бадаев доволен, что так быстро решился вопрос с восстановлением, вышедших из строя минометов. Доволен и командир 1-й минометной роты старший лейтенант Петров Иван Егорович. Пригласил поужинать. По 100 г. Выпили. Иван Егорович приятный собеседник. Возвращаясь, из головы почему-то не выходила мысль: достаточно ли настойчиво и упорно я работаю, всё ли охватываю. Плохо, когда тебе не указывают на ошибки. Те ошибки какие я замечаю за собой переживаю, и придерживаюсь правила не повторять их. Но все ли ошибки я замечаю за собой.
4 февраля 1942 (среда) – день 228
Через каждый день посещаю и осматриваю станковый пулемет СГ. За время эксплуатации в боевых условиях было несколько отказов в стрельбе. Каждый отказ тщательно изучаем, анализируем и устанавливаем причину. Недостатки пока все устранялись в условиях войскового ремонта. Недостатков много. Но заманчиво заполучить войсками такие пулеметы. Ведь он на 20 кг легче пулемета Максима.
5 февраля 1942 (четверг) – день 229
Собрали и пристреляли 8 снайперских винтовок образца 1891/30 года. Снайпера принимают непосредственное участие в пристрелке. Винтовки и патроны к ним выдаём по ведомости под расписку. Дивизия потребовала захватить сегодня ночью пленного на окраине им. Кагановича. К захвату языка снова привлечен артмастер рядовой Корнеев Иван. Провел двухчасовое политическое занятие с личным составом.
6 февраля 1942 (пятница) – день 230
Утром возвращаюсь с переднего края. На обратном пути везу два пулемёта Максима в ремонт. Засунув ноги в сено, пригревшись в розвальнях, начала одолевать дремота. Рядовой Якушев, ездовой, всю дорогу рассказывает байки. Почему-то одолевают мысли за несовершенство шомпольных противотанковых гранат. А как всё же лучше их можно применить, можно ли увеличить прицельность. Видимо нет. Тут же вспоминается недавний случай с обменом русской махорки на немецкий шоколад в стрелковой роте. Видимо немцы, очень любят русский крепкий табак. Но они-то курят дрянь, солому. Свертываю цигарку. Закуриваю. После приятной затяжки меня вдруг осеняет совершенно неожиданная мысль. А ведь этот факт можно использовать против немцев. Ведь немцы применяют минирование разных безделушек, которые сбрасывают с самолёта, и любознательные, подбирая их, подрываются. А что, если создать такой контейнер-«сюрприз», который можно доставлять немцам с помощью выстрела из винтовки. Как это делается бросок шомпольной гранаты или ружейная граната Дьяконова. Созревает конструкция: в общей основе, это шомпольная граната, но размером ручной гранаты РГД. Боевую часть изготавливают из тонкостенной трубы с навернутыми по торцам крышками. Полость залить тротилом, а в корпус с толом разместить минный взрыватель с чекой. Конструкцию выполнить так, чтобы при сворачивании металлической крышки, чека взрывателя вытаскивалась и взрыватель срабатывал. На корпусе написать «Русская махорка». Верно, обмануть немца можно один раз. Однако, сразу же, пока не пройдёт информация, можно получить неплохой эффект даже на участке полка. Попробуем. Поделился, мыслю с мастерами. Загорелись желанием принять самое активное участие. Особенно к этому проявил интерес старше оружейный мастер рядовой Буйный. Тимофей Иванович сразу же начал перекидывать конструкцию.
7 февраля 1942 (суббота) – день 231
В мастерских собрали и, совместно со снайперами, пристрелили ещё 8 снайперских винтовок и выдали их подразделения. В штабе состоялось совещание. Речь шла о больших потерях снайперов. Только за последнюю неделю полк потерял 20 снайперов. Причина – неумение маскироваться, не меняют позиций, не устраивают ложных позиций, нет выдержки у снайперов, не научились стрелять наверняка. Командирам роты и батальонов приказано оказывать содействие снайперам, создавать все условия для успешного действия, провести в батальонах занятия со снайперами по тактике снайперов.
8 февраля 1942 (воскресенье) – день 232
Лично осматриваю в ночное время снайперские винтовки в подразделениях. Устраняем некоторые неисправности. Выбраковываю часть винтовок и заменяю исправными, из числа винтовочного обмена. В подразделениях идёт полным ходом подготовка огневых позиций снайперов, запасных и ложных позиций. На участке каждой роты, ближе к нейтральной полосе, сделали по нескольку десятков. Представляют они – ложе со смежным валом и бойницей. Посмотрел пулемёт СГ. Требует повышенного внимания в постоянном уходе за ним. Несколько задержек из-за перекоса ленты в приёмнике.
9 февраля 1942 (понедельник) – день 233
В мастерских продолжаем собирать снайперские винтовки. Сегодня собрали и перестреляли ещё 8 винтовок, все пошли в обменный фонд. Сегодня снова с мастерами нахожусь в подразделениях, ночью проверяем оружие, в том числе и снайперские винтовки. Вчера за день в стрелковом батальоне погибло от немецких снайперов 3 снайпера наших. Что-то не получается. Только с наступлением темноты на волокушах доставили убитых снайперов. Судя по пулевым ранениям, чувствуется, что действуют опытные немецкие снайпера.
10 февраля 1942 (вторник) – день 234
В штабе ведут тревожные разговоры о больших потерях снайперов. Захожу к военкому Шошину. В целях уменьшения потерь снайперов предлагаю ложные позиции обеспечивать винтовками СВТ, стрельбой которых, управлять на расстоянии, с огневой позиции снайпера. Самозарядная винтовка СВТ это осуществить вполне позволяет. Василий Агафонович предлагает к вечеру изготовить образец и показать ему в действии. Образец изготовили, но показать его не удалось, так как командир полка и комиссар вызваны в дивизию.
11 февраля 1942 (среда) – день 235
Ремонтируем днём и ночью. Не успеваем. Не хватает мастеров. Ездил в ДАРМ. Договорился об оказании нам помощи в ремонте, путем замены неисправного исправным. Сегодня заменили 52 винтовки, 4 пулемета ДП и 2 пулемета Максима. Для ежедневной доставки оружия в ДАРМ и вывоза оттуда исправного, в моё распоряжение мастерских выделяются две повозки. К 18:00 вызывает командир полка. Связной сказал, что вызывает и других начальников служб. Что-то похожее на очередное чудачество. Собрались в доме, где располагался штаб полка. Вскоре перед нами предстал капитан Шевченко. Применяя сильные выражения, Дмитрий Павлович ругал на чём свет стоит разведчиков, за их неспособность в течение длительного времени взять «языка», которого от него настоятельно требует дивизия. – Я решил, – говорит он, – сегодня ночью, вот этим составом взять языка. Возглавлять вылазку буду я. А сейчас Вам необходимо получить оружие и маскхалаты. Ненашев и Мясоедов возьмут ручной пулемет ДП, остальные автоматы. Всё это находится в соседней комнате. Отлучаться из штаба никому не разрешают. Через час выступаем. Все мы прекрасно понимали, что захват «языка» – это сложное и опасное искусства. И вряд ли кто-то из нас владел им. Ведь каких-либо определенных правил по захвату «языка» не было, и быть не могло. В каждом случае бывают самые разные условия, а поэтому действия разведчиков протекают самым различным образом. Подобраться к противнику, убить его всегда легче, чем взять и доставить к себе. Вот в этом, пожалуй, и заключается искусство, которому долго и упорно учат разведчиков. Большинство из нас этому обучены не были. В 21:00 наша группа, гуськом, направилась к переднему краю обороны. Нас встретил командир батальона старший лейтенант Аскеров. Он доложил командиру полка о том, что на его участке саперами проделан проход в проволочном заграждении, и что он готов лично провести группу через проход. Командир батальона 76-мм пушек, старший лейтенант Кропотин И.К. и командир батальона Бадаев А.А. доложили о том, что они готовы к сигналу в любое время открыть огонь по переднему краю противника в полосе действий группы. Идет сильнейший снегопад. Траншеи и окопы завалены плотным липким слоем снега. Наша группа в составе 10 человек. Миновав проволочное заграждение, командир полка приказал нам с Мясоедовым залечь и быть в готовности открыть пулеметный огонь на случай прикрытия отхода группы. Группа захвата двинулась вперед к траншеям противника. Немцы бесполезно пытались освещать подходы к их обороне. Сквозь толщу строго вертикально и медленно падающего снега, ничего не было видно в двух-трёх метрах. Через несколько минут нас завалило снегом. Никаких признаков действия группы захвата не улавливаемые. Встаём, сбрасываем с себя покрывало снега, снова ложимся за пулемет. Беспокоимся за группу, а вдруг она заблудилась. Проходит час-другой, а от группы никаких сигналов…
12 февраля 1942 (четверг) – день 236
Вот-вот наступит утро. Снегопад уменьшается. Но видимость ещё плохая. Решаем, как быть: уходить или оставаться. А вдруг группа залегла и ожидает удобного момента. А может быть она ушла в тыл противника. Во всех случаях, уходить с места самостоятельно мы не имеем никакого права. Глубже залегаем в снег. Нас запорошило. Впереди небольшие смотровые щели для наблюдения. Снегопад прекратился. Наступила ясная погода и хорошая видимость. Немецкие траншеи в 50-70 м от нас. Немцы очищают от снега окопы и траншеи. Отчётливо слышна немецкая речь. Мы не должны обнаружить себя. Кому из побывавших на фронте неведома напряжённость оставшихся минут до боя или до начала артиллерийской подготовки, когда плохо удается осуществить желание уйти от реальности. Все мысли заняты тем, что ты должен сделать сейчас всё, что зависит от тебя. В быстро работающем мозге, в это время, нет места другим думам, хотя бы и о том, что тебя ожидает через час-два… Ноги и руки затекли. Несмотря на то, что мы, были тепло одеты, всё же холод подбирался под шубу, в валенки, добрался и до тела. Нельзя было не только выкурить папироску, но надо было осторожно дышать. Оставалось терпеливо ждать наступления темноты. Казалось, прошла вечность, когда начались сумерки. Можно поработать ногами и руками, покрутить головой. А позднее, в перерывах между очередным пуском осветительных ракет, уже можно было и встать. Вскоре до нас стали долетать рупорные звуки. Прислушиваемся. Исходят они от нашего переднего края, начинаем различать наши имена, Виктор и Михаил. Улавливаем, что нас приглашают домой. Долго мы выбирались, утопая в сугробах. Мы не шли, а ползли по снежным провалам до переднего края. До штаба полка добрались без происшествий. В штабе мы выяснили, что группа, после взятия пленного без единого выстрела, по возвращении к проходу заблудилась и отклонилась от него далеко вправо. Группе пришлось самим проделывать новый проход в заграждении. Перед передним краем они были обстреляны своими, но всё же обошлось благополучно, без жертв. С Мясоедовым явился командиру полка, он пожал наши руки, адъютанту старшему лейтенанту Гуртовому Васе приказал налить нам по стакану водки. Выпитая нами водка на тощий желудок так подействовала, что нас тут же штабной комнате уложили спать. Вокруг этого события тогда шёл разговор в штабе, что все, кто участвовал во взятии языка, представили к правительственным наградам.
13 февраля 1942 (пятница) – день 237
Оружейники снова собрали 8 снайперских винтовок и пристреляли их. Сейчас все вновь собранные винтовки используются как обменный фонд. Снайперов в ротах с каждым днем уменьшается. Показал командиру и комиссару полка действия снайпера по управлению бесприцельной, отвлекающей от себя стрельбой, с ложной позиции, из винтовки СВТ. Винтовка СВТ жёстко крепилась на доске «сороковке», укреплялась в снегу ложной позиции. Один конец проволоки длиной 150-200 м закреплялся на спусковом крючке и через несложную систему роликов проходил к снайперу, находившемуся на основной позиции. Система работала четко.
14 февраля 1942 (суббота) – день 238
Сегодня показал командирам батальонов и рот действия снайпера по управлению стрельбой с ложной позиции. Командир полка приказал изготовить таких устройств с винтовкой СВТ не менее, как по 5 установок на роту, а всего 50. Возникла проблема с проволокой, но она была решена через предприятие в городе Ворошиловград сравнительно нетрудно. Труднее оказалось решать вопросы с досками – «сороковками» и системой роликов. Составлен план изготовления и обеспечения стрелковых рот установками, на период до 20 февраля, из расчета ежедневного выпуска 10 штук, для 2-х рот по 5 штук.
15 февраля 1942 (воскресенье) – день 239
Собрали и пристреляли 8 снайперских винтовок. Заложили в обменный фонд. Сейчас в полку не 146 положенных снайперов, а действуют примерно около 100. Поэтому винтовки на их вооружении самые наилучшие. Изготовили, как и было по плану, 10 установок с винтовками СВТ. Ночью выдали в роту. Ролики изготавливаются токарем с нашего полка в ДАРМе. Ночью был в ротах, помогал устанавливать винтовки СВТ на ложных позициях.
16 февраля 1942 (понедельник) – день 240
Все мастера занимались изготовлением установок с винтовками СВТ. Изготовили 10 установок, отладили. Выдали в подразделение. Ночью снова был в ротах, консультировал, как лучше устанавливать винтовки СВТ и осуществлять их подготовку к стрельбе.
17 февраля 1942 (вторник) – день 241
Распределились по подразделениям. Осматриваем оружие. Ремонтируем на месте. Выясняем сколько и какое вооружение надо заменить. Будучи ночью в стрелковой роте старшего лейтенанта Скрыльникова И.Н., он рассказал мне, что ожидает возвращения на его участке, наших разведчиков, ушедших к немецкому переднему краю. Ожидал их здесь, и ПНШ Ковалёв А.Н. Ночь была темная. Решил подождать возвращения разведчиков и посмотреть, как разведчики справляются с «языком». Вот на фоне неба выросли три громадные фигуры. Два наших разведчика вели под руки пленного немца. Руки у него были связаны сыромятные ремнями. Изо рта торчал кляп. Добыча была богатой. Это был командир роты оберлейтенант. Взяли его разведчики без шума, при выходе его из землянки, предварительно убрав часового. Оба разведчика были рослые, пышущие здоровьем. Ходили они в разведку только в этой паре. На их счету тогда было три «языка». Оба разведчика имели по ордену. Редкость для разведчиков. Днем изготовили 10 установок СВТ, выдали в подразделения и помогли установить их на ложных позициях снайперов.
18 февраля 1942 (среда) – день 242
Решили ускорить изготовление установок СВТ для снайперов. Сегодня сделали 15 установок и обеспечили имя 3 стрелковых роты. Снова помогаю устанавливать винтовки на ложных позициях. Сегодня поступили данные, что несколько установок уничтожены минометным огнем противника, снайпера стали смелее активизировать свои действия. Некоторые уже имеют на лицевых счетах до десятков уничтоженных гитлеровцев. Но пока инициатива еще находятся в руках немецких снайперов.
19 февраля 1942 (четверг) – день 243
Последние 15 установок, изготовленных в мастерских, увезли в подразделения. Раздаём в основном тем ротам, где уже их применяли, а поэтому моя помощь не нужна. Мастерские срочно переключаются на работу по осмотру и ремонту оружия в подразделениях, по осуществлению обмена неисправного на исправное. Доложили командиру полка майору Шевченко о выполнении его приказа об установках СВТ. Дмитрий Павлович поблагодарил меня за инициативу, проявленную в этом деле, и просил передать благодарность всему личному составу мастерских. В качестве более высокой награды комполка налил в стакан водки и заставил выпить. Провёл двухчасовое политзанятие с личным составом.
20 февраля 1942 (пятница) – день 244
С группой мастеров, с утра, ездил на дивизионной артиллерийский склад и в дивизионную артиллерийскую мастерскую. Прилично пополнились запасными частями и инструментом. Пополнили и запасы боеприпасов. Вызывали в контрразведку дивизии. Майор-контрразведчик очень долго и скрупулезно домогался, по чьей инициативе мы делаем «сюрпризы» и где этому искусству научились. Как понял, последний вопрос его интересует больше всего. Отвечаю ему, что каждый арттехник по роду службы, овладевая своей специальностью, обязан в совершенстве знать различные сложные взрыватели, запалы, взрывчатые вещества, пороха, боеприпасы и вооружение. Это гораздо сложнее, чем взрывные устройства у саперов. Когда выслушал мои объяснения, майор заставил всё это изложить в виде объяснения на бумаге. Выходя из контрразведки, встретился лицом к лицу с группой молчаливых людей, одетых в немецкую солдатскую форму, ботинки с крагами, в мундирах болотного цвета. Кто они такие… Получил письмо от мамы и Шуры. Тоже пишут, что у них всё хорошо.
21 февраля 1942 (суббота) – день 245
Сегодня лично осмотрел все 82-мм минометы, составил дефектационную ведомость. Неисправностей много. Минометным мастерам рядовым Порошину А.Х. и Девьярову И.В. приказал оставаться в минометной батарее до тех пор, пока не устранят неисправности. Лично осмотрел 76-мм полковые пушки, тоже составил дефектационную ведомость. Оставил устранять неисправности Арттехника Зинченко Д.А. и артмастеров рядовых Золочева С.Б., Барабанова З.Б. и Чернова М.И. Минометные и артмастера вернулись в мастерские к исходу суток. Доложили, что все неисправности устранены. Проверил 45-мм орудия. Дал задание устранить неисправности завтра. Поручил артмастерам рядовым Холодову З.С. и Золочеву С.Б.
22 февраля 1942 (воскресенье) – день 246
Лично за ночь смотрел все станковые пулеметы Максима и пулемет СГ. 4 пулемёта заменили из подменного фонда, остальные отремонтировали и заставили расчёты привести их в порядок. Ко Дню Красной Армии надо ещё проверить и ручные пулеметы ДП, 50 мм минометы. Эту работу поручил оружейным мастером рядовым Сосулину, Попову и Белозерову.
23 февраля 1942 (понедельник) – день 247
Двадцать четвёртую годовщину Красной Армии мастерские готовились встретить безотказным действием вооружения в подразделениях. Техники и мастера работали настойчиво и упорно. Работа была проделана большая. Годовщину мы готовились встретить особой повышенной готовностью. Договорились в этот день никаких выпивок. Старшина Ахмедов постарался раздобыть усиленный паек для завтрака, обеда и ужина. Кроме пищи, получаемой с котлового довольствия роты ПВО, Ахмедов приготовил обильный обед из мясных блюд. С утра позвонил в штаб полка старший лейтенант Большаков и сообщил, что у него что-то не ладится с ружьями ПТРД. Не экстрактируются гильзы. Имеют место и поперечные разрывы. С рядовым Сосулиным Сергеем идём в роту. Степан Яковлевич озабоченно рассказывает о случившемся. Осматриваю ружья. Патронник и стволы загрязнены. Чувствуется, что расчёт очень плохо ухаживает за ружьём. Требую, чтобы ружья немедленно вычистили. Делаем пробный выстрел из тех ружей, у которых недостатки. Работают нормально. Прошёл по расчётам, разъяснил им причины отказов. Вернувшись в мастерские, узнали, что сразу же после моего ухода в роту ПТР, Буйный был вызван в роту ПВО, где отказали в работе сразу два ДШК. Один был восстановлен тут же, а второй пришлось взять в мастерские. Сегодня мы слушали по радио праздничной приказ Народного Комиссара обороны № 55 Иосифа Сталина. Из сообщения Совинформбюро стало известно, что наши войска Северо-Западного фронта 10 дней назад окружили 16-ю немецкую армию и на днях закончили эту операцию. Взято много трофеев и пленных.
24 февраля 1942 (вторник) – день 248
С мастерами и техниками провел совещание. Рассмотрели наши жизненные вопросы: как улучшить обслуживание вооружения в подразделениях, что мы не дорабатываем, что требуется для улучшения нашей работы. Мастера приняли живое участие в обсуждении вопроса. Сделали много предложений. Снова возник вопрос о необходимости постановки вопроса перед командованием об улучшении ухода и сбережению оружия в подразделениях. Подготовил проект приказа по улучшению ухода и сбережению с примерами выводами и предложениями. Передал начартснабжения Радько для его подписания командованием полка. Сегодня написал письмо маме и Шуре и потребовал от всех подчинённых, чтобы каждый из них написал письма своим родным и знакомым.
25 февраля 1942 (среда) – день 249
Жалко было покидать хорошо оборудованную землянку. Сосредоточились в Первомайске. Участок обороны сдали другому полку. Не успели разобраться, что к чему, поступила команда на совершение марша для принятия нового участка обороны. Составили жесткий график для помывки личного состава. Подразделения приводят в порядок вооружения и имущество. Утром старший оружейный мастер Буйный попросился съездить в дивизию, в артмастерскую. Отпустил. Вечером Тимофей Иванович привёз образец задуманной нами конструкции, исполненный в металле. Вместо тротила в корпусе было запрессованный дерево. Взрыватели учебные. Достаточно было сделать один оборот при свинчивании крышки, и из взрывателя вытаскивалась чека, соединённая проволочкой с крышкой. Взрыватель срабатывал. На корпусе красивым почерком написал: «Махорка Моршанская. В обмен в контейнере пришли шоколад и сигареты». Пробные броски такого контейнера с шомполом и стабилизатором показали, что их можно бросать до 300 м, иногда удавалось забросить и на 350 м. На складе ВТС удалось приобрести 50 взрывателей.
26 февраля 1942 (четверг) – день 250
К 4:00 полк закончил сосредотачиваться в Первомайске. Полку отведено время для приведения в порядок до утра 28 февраля. Все мастера и техники работаем в подразделениях. Осматриваем и ремонтируем вооружение. Пополняем запасными частями, инструментом, принадлежностями. Пополняем подразделения боеприпасами.
27 февраля 1942 (пятница) – день 251
Приказано к 18:00 28 февраля сосредоточится в Корсаковка, Екатериновка, депо № 2 и на перегоне Марьевка и им. Кагановича. КП – на шахте имени Крупской. Тимофей Иванович сегодня из дивизионной артмастерской доставил 50 контейнеров, изготовленных им за двое суток. Оставалось залить их толом и установив взрыватели, привести в боевое положение. Покраску не производили, чтобы сохранить вид самодельной конструкции. Внешне никаких признаков «сюрприза». Разминировать практически невозможно.
28 февраля 1942 (суббота) – день 252
В 17:00 штаб полка переместился в Корсаковку, полковой пункт боепитания на северо-западную часть села Дмитриевка. Личный состав мастерских привлечен для подвоза боеприпасов на батальонные пункты. Путь подвоза Дмитриевка – Корсаковка – высота 227,9. С начальником снабжения полка Радько были вызваны в артснабжение 261-й СД. Начальник снабжения дивизии ознакомил нас с содержанием приказа командира дивизии о результатах проверки оружия в частях. Приказ требовала от частей в течение 48 часов устранить все недостатки в уходе и сбережения за оружием в подразделениях. Приказ предупреждает командиров и политработников, что за преступное небрежное отношение к оружию виновные будут привлекаться суду военного трибунала. Приказом три командира взвода отдавались под суд. За время пребывания полка в Первомайске, подразделения привели в порядок оружие, но ряд недостатков в учете еще имел место и у нас. Поэтому выполнение приказа в полной мере относится и к нам. Тимофей Иванович Буйный и артмастер рядовой Золочев С.Б. из снарядов выплавляли тол и заливали их в контейнеры, а как только тот застывал, рассверливали в нём отверстие для размещения взрывателей, на корпусах рядовой Попов делал надпись. К исходу дня контейнеры-«сюрпризы» были изготовлены и упакованы в ящики. Пытался доложить о «сюрпризах» командиру полка, но Дмитрий Павлович вот уже который день отмечает присвоением очередного воинского звания «майор». Подождём до лучших времён. Разбрасывать надо на разных участках и одновременно. Иначе эффекта должного не будет.
1 марта 1942 (воскресенье) – день 253
Приказом командующего войсками армии присвоены первичные воинские звания начсостава младших военных техников Буйному Тимофею Ивановичу – старшему оружейному мастеру и Зинченко Дмитрию Анатольевичу – исполняющему обязанности арттехника (приказ от 28.02.1942). Таким образом, в мастерских один техник стал лишним по штату. По этому вопросу был у начальника штаба полка капитана Лебедева. Сказал, пусть все трое техников работают. К вечеру на должность арттехника в мастерские прибыл еще военный техник 2-го ранга Рудаков Василий Семенович. Теперь стало два комплекта. Возник вопрос – кого оставлять, а кого откомандировывать из них. Я достаточно хорошо знал деловые качества Познанского М.Л., Буйного Т.И. и Зинченко Д.А. Вновь прибывший Рудаков В.С. с вооружением никогда дел не имел. Он призван из запаса. Его гражданская специальность – техник по химическому оборудованию. Для пользы дела, считаю, надо оставить хорошо зарекомендовавших себя, Буйного и Зинченко. Ездил в артснабжение дивизии в Дмитриевку, для решения вопросов о получении боеприпасов и пулеметов ДШК. Ничего не дали. Еще раз побывал в штабе полка в Корсаковке.
2 марта 1942 (понедельник) – день 254
Радько П.А. обещал разобраться с техниками. Я высказал ему свою просьбу об оставлении Буйного и Зинченко. Утром вызвали к командиру полка. Там же был и комиссар. Оба меня отчитали за якобы, «несерьезное» решение об откомандировании техников Познанского и Рудакова. Чувствую, что не убедил их. – Почему Вы считаете, – говорит командир полка с раздражением, – более опытными тех, кто не имеет среднего технического образования? Ведь Познанский и Рудаков окончили в свое время техникумы и имеют богатый стаж технической работы. Серьезнее подумайте над этим вопросом. Всем мастерам и четырем техникам даю конкретные задания по осмотру и ремонту оружия в подразделениях. Объявляю всем вместе и провожу инструктаж.
3 марта 1942 (вторник) – день 255
Утром, личный состав отчитывался о проделанной работе в подразделениях. Задания выполнены всеми, за исключением в/техника Рудакова. Объясняет, что он оружия не знает. Побывал только у командира батальона и поинтересовался работой оружия. Этим и ограничился. Подготовил техническое задание мастерам и техникам на день и на ночь. Был у командира полка. В присутствии комиссара доложил о «сюрпризах-контейнерах». Одобрили. Доложил также, что почему-то, проявляют интерес к «сюрпризам» контрразведчики, которые вызывали меня. Комиссар ответил, что пусть не лезут не в свои дела. Вызваны командиры батальонов, командиры рот ПТР, автоматчиков. Начальником штаба указаны точки, куда выбросить «сюрпризы». Раздали контейнеры и холостые патроны. Проинструктировал о безопасности обращения с ними. В 22:00 в штаб доложили, что «сюрпризы» разбросаны.
4 марта 1942 (среда) – день 256
Ночью с мастерами и техниками был в подразделениях. Устраняли неисправности. Утром заслушал всех о проделанной работе по выполнению задания. Воентехник Рудаков на заседание не ходил. Был в санчасти. Интересовался, как доставили «сюрпризы». Все обошлось благополучно. Все доставили до цели. Разбрасывали ночью. Днем их только начнут находить. Сомнений нет – жертвы будут. Чувство голода – постоянный спутник. Сегодня в разных ротах съел три порции каши и гороховый суп. Мастера примерно делают так же. Не выходит из головы мысль: «Где же вооружение? Почему его все еще не достает?». Нам еще в училище говорили, что в годы советской власти и особенно в последние годы в развитии вооружения Красная Армия прошла целая эпоха. Мол, уже сейчас в войска поступают все новые образцы вооружения в то числе автоматы, пулеметы, противотанковые и зенитные средства. Если оно не поступает в общевойсковые соединения, то кому же тогда? Вот сегодня командир полка капитан Шевченко при очередной атаке фашистов метал молнии и бранился, с ненавистью, сквозь зубы шептал: «Хотя бы пяток пушек, парочку танков и сотню автоматов, мы бы вам, сволочи показали!».
5 марта 1942 (четверг) – день 257
Полк продолжает совершенствовать систему обороны и в преддверии весенней распутицы накапливает запасы боеприпасов, горючего, фуража, продовольствия. Сегодня тылы полка перемещены в Рудник Золотой. Капитан Лебедев и ст. лейтенант Дмитрук сегодня были в тылах и интересовались ходом накопления запасов. Артмастерские и полковой пункт боепитания, как правило, размещались ближе к батальонным пунктам боепитания. И очень редко находились в расположении тыла полка. С моим другом Мясоедовым, мы всегда договаривались, чтобы и подчиненный ему взвод химзащиты располагался вместе с нами. По требованию начартснаба Радько, я продолжаю заниматься полковым пунктом боеприпасов, сбором сведений о наличии и расходе в дивизию. Личным составом мастеров занимался устройством землянки для личного состава, для ремонта оружия и траншей для боеприпасов. Этот день принес нам радостную весть – войска Юго-Западного фронта освободили г. Юхнов.
6 марта 1942 (пятница) – день 258
Сегодня отведен день для устройства мастерских, завоза вооружения для ремонта (из команды сбора трофеев, из санчасти, из полкового склада, с подразделений). Телефонограммой вызван в штаб 261-й СД. Принял начальник артснабжения дивизии, инженер-майор Забашто Ф.А. Федор Алексеевич предложил мне должность начальника артснабжения 809-го артиллерийского полка. Дал согласие. Во второй половине дня прибыли проверяющие. Возглавляет группу начальник инспекции артснабжения 12-й А майор Яскевич. Сопровождал их начальник артснабжения Радько П.А. Инспекция ознакомилась с состоянием мастерских, ее работой. Понравилась им походная мастерская. Особых замечаний не сделали. Всю ночь вместе с Радько сопровождал инспекцию по подразделениям. Командиры батальонов и рот тепло, как сговорились, отзывались о хорошей работе мастеров, их частом пребывании в подразделениях. Несколько замечаний было сделано по уходу и сбережению.
7 марта 1942 (суббота) – день 259
Мастера ремонтируют собранное оружие трофейной командой и поступившего из санчасти. Инспекция проверяет ведение делопроизводства в артснабжении полка. Вызвали меня. Проверяющий требует от меня донесения от подразделений, на основании которых я ежедневно готовлю полковую сводку о боеприпасах в дивизию. Докладываю, что таковых у меня нет. – На основании чего вы списали в расход за 4 марта: 24 тысячи винтпатронов, 70 шт. – 50 мм мин, 113 шт. – 82 мм мин и 30 шт – 45 мм снарядов? – спрашивает меня начальник инспекции. Отвечаю, что списываю винтпатроны в зависимости от интенсивности слышимой перестрелки на переднем крае. Мины и снаряды списываю строго в количестве, предусмотренном лимитом расхода на одно орудие. На второй же день, например, 5 марта мы получили такие донесения от подразделений и расход за 5 марта скорректировали. В итоге получилось, что за 4 марта списано лишних 4 тысячи патронов и недосписано 40 штук 76 мм снарядов. На вопрос уверен ли я в своей методике, отвечаю, что уверен. Спрашивают: «В каком количестве я определил расход боеприпасов за 7 марта», – и просят заполнить бланк донесения о боеприпасах за сутки. Проставил 17 тысяч патронов. Майор Яскевич приказал капитану, приехавшему с ним пройти по всем подразделениям и к утру 8 марта доложить ему о достоверности донесения. До глубокой ночи проверяем наличие боеприпасов в подразделении.
8 марта 1942 (воскресенье) – день 260
Мастерские практически без отдыха производят ремонт оружия. Я с капитаном Быстрых, с утра, занялись пересчетом общего количества боеприпасов в наличии полка и сопоставили его с донесением. Когда мы шли в подразделения, я все же побаивался за точность боеприпасов в наличии, за возможные неучтенные запасы, которые подразделения старались создавать. Хранили они их до тех пор, пока мы не обнаруживали. Все обошлось благополучно. Расхождения в данных о наличии на этот раз были настолько несущественными, что о них никто даже не упомянул. За такую методику определения расхода меня не ругали. Собственно, больших опасений и не вызывалось, так как при первом же появлении командира взвода боепитания батальона, сведения нам давались официальные. Да и мастера, и техники чуть ли не ежедневно попутно бывали на батальонном и ротных пунктах, на батареях и уточняли остатки боеприпасов и соответственно и вносились коррективы.
9 марта 1942 (понедельник) – день 261
Инспектора проверили качество ремонта оружия. Остались довольны. Спросили мое мнение, кого бы из техников я пожелал бы оставить. С моим мнением согласились. Обещали отозвать Познанского и Рудакова. Сделали замечание о ненадежной охране ППБ и мастерских. Предложили усилить охрану. Еще раз зашел разговор с Яскевичем о ежедневных донесениях, о боеприпасах и их достоверности. Я объяснил, что лично считаю не виной, а бедой нашей, что мы не всегда располагаем достаточно оперативными и подробными данными не только о положении своих подразделений, но и о их обеспеченности боеприпасами. Как известно, средств связи не хватает. С тылом, как правило, связь была только через посыльного, а если и давали проволочную связь, то она была очень ненадежной и, как правило, получить нужные сведения как из штаба, так и из подразделений и думать нечего. Постоянно требовалось личное общение со штабом. Однако получить сведения о боеприпасах по телефону невозможно. Поэтому и приходится прибегать к различным вариантам, в том числе и к посылке своих мастеров, как представителей связи.
10 марта 1942 (вторник) – день 262
Инспекция артснабжения 12-й А во главе с майором Яскевичем состоянием вооружения осталась довольна. Об этом и доложили командиру и комиссару полка. По предложению инспекции, сегодня, штабом, откомандированы: в/техник Познанский М.Л. и в/техник 2-го ранга Рудаков В.С. Михаил Львович пробыл в полку с 1 ноября 1941 г., или, немногим более 4-х месяцев, а Василий Семенович – 10 дней. От майора Яскевича узнал, что командир полка Шевченко Д.П. и комиссар Шошин не дали согласия о моем переводе на должность начартснабжения 809-го АП. Огорчен, но не особенно. С сегодняшнего дня Радько приказал мастеров в ночное время ставить в качестве часовых по охране боеприпасов, а сводки о боеприпасах составлять только на основании донесений от подразделений. Возмущению нет предела. Как выйти из создавшегося положения? Договорился с начальником химзащиты полка ст. лейтенантом Мясоедовым и командиром взвода химзащиты мл. лейтенантом Отрошек Иваном Семеновичем, что пока на этом месте дислоцируемся, они будут нести охрану склада боеприпасов. Обмыли сделку. От штаба во взвод химзащиты дано официальное указание об охране склада.
11 марта 1942 (среда) – день 263
Мастерские по-прежнему ведут напряженную работу по ремонту и восстановлению вышедшего из строя оружия. Из головы не выходит вчерашнее решение Радько об охране боеприпасов мастерами. Навязчиво в голову лезет мысль описать образ этого «уникального» человека. Изучил я его во всех деталях и тонкостях, и думаю характеристика будет вполне объективной. В отношении к подчиненным несправедлив. Дает ли указания или ведет беседу, никогда не смотрит в глаза собеседника. Тон беседы небрежительный, высокомерный, с начальствующим холодком, с подчеркнутым своим превосходством. Мало организован, много мнит о себе, свои действия считает непогрешимими. Лучшим методом своей работы считает держать подчиненных в страхе, прибегая к запугиванию. Это самодовольный тип с примитивным мышлением. В своих действиях, как правило, чрезмерно осторожен, самостоятельных решений избегает, его постоянно преследует боязнь отступить от буквы, если она даже ошибочно вкралась в слово. Зато малейший пустяк готов возвести в степень вопроса. Вчера он ровно час отчитывал арттехника Зинченко, за то, он, когда-то будучи в полковой батарее, отремонтировав днем орудие, на ночь остался там, чтобы проверить стрельбой отремонтированное им орудие. Он обвинял Зинченко в том, что он плохой техник, который не уверен в результатах своей работы без стрельбы. Зинченко сначала пытался оправдываться. Но Радько его оправдания назвал бредом. Зинченко, всегда отличавшийся высокой дисциплиной и выдержкой, взорвался, стал по команде «смирно» и членораздельно отчеканил: – Товарищ начальник, на бред отвечают только бредом, – откозырнул, четко повернулся и вышел из землянки. Не пожелал бы и своему врагу быть в подчинении и работать с таким начальником как Радько. Совершенно непонятно, откуда у него столько ядовитости. Он может часами «выливать грязь», придумывать несуществующие проступки у подчиненных. Все это он считает вершиной своей воспитательной работы. После срочной службы в армии, его еще два года воспитывали в Тульском оружейном училище. Видимо все же яд у него, как и пчелы – собственный, врожденный, и его воспитательная работа не пошла ему в прок. Мой приятель, знавший Радько, подшучивая, часто говорит мне, вот поработаешь с ним год, и ты станешь такой же гармонически развитой занудой. В действительности надо иметь колоссальные нервы, чтобы поддерживать необходимый микроклимат в нашей, без того беспокойной службе. Приходится постоянно сдерживать свои эмоции. В своих практических делах, стараюсь придерживаться требованиям обстановки и практической логики. Работаем с Радько вот уже 8-й месяц. Если в первой половине он, как-то пытался осчастливить меня своими придирками, то теперь я как бы не замечаю его. Наши взаимоотношения носят чисто уставной и деловой характер.
12 – 18 марта 1942 дни 264 – 270
Полк усиленно занимается совершенствованием обороны. Активных боевых действий стороны не проявляют. Обычная фронтовая жизнь в обороне. Пулеметная трескотня, разрывы снарядов и мин, снайперские выстрелы сторон уничтожают живую силу. С 13 марта полк приступил к выполнению распоряжения по тылу, в котором говорится, что в ближайшее время снабжение полка будет проходить в условиях весны по плохим дорогам, а поэтому до наступления весенней распутицы создать в полку запасы: продовольствия и фуража – 5 сутодач, боеприпасов – 1 б/к, горючего – одну заправку. Мастерские сегодня заканчивают ремонт подобранного на поле боя оружия. Дал задание оружейному технику отработать конструкцию охранной сигнализации подходов к размещению складов боеприпасов и мастерских, используя осветительные и сигнальные патроны и ракетницы. 14 марта опробовали сигнализацию. На токарных станках в ДАРМе были сделаны 20 стволов-ракетниц с простейшим спусковым механизмом. Территория склада по периметру окаймлялась малозаметными препятствиями, связанными с пусковыми устройствами. При задевании проволоки, вверх вздымают сигнальные или осветительные ракеты. Часовому тоже запрещалось входить во внутрь периметра. 14, 15, 16 марта ездил на дивизионный склад за боеприпасами. 16 марта артмастерские и склад боеприпасов из рудника Золотого переместились в Калиново. 17 и 18 марта снова делали землянку для мастерской и траншеи для боеприпасов. Неприятное сообщение Совинформбюро, что 12 марта нашими войсками оставлен г. Харьков. Изучили, опубликованное в газете 8 марта сообщение о введении персональных воинских званий инженерно-техническому составу артиллерии Красной Армии (от техника-лейтенанта до генерал-полковника инженерно-артиллерийской службы) В соответствии с этим положением, приказано, в двухмесячный срок представить всех лиц, имеющих воинские звания до воентехника 1-го ранга включительно и присвоить им новые. Этим же положением установлены сроки выслуги в воинских званиях для инженерно-технического состава артстрелковых частей, действующих на фронте: для техника-лейтенанта – 8 месяцев, старшего техника-лейтенанта – 1 год, инженер-капитана – 1 год, инженер-майора – 1 год и 6 месяцев, инженер-подполковника – 2 года.
19 марта 1942 (четверг) – день 271
1-й и 3-й СБ занимаются боевой и политической подготовкой. 2-ой СБ получил и занял участок обороны, сменив саперный батальон и кавалерийское подразделение. Мастера ремонтируют оружие в 1-ом и 3-ем СБ. На должность командира полка прибыл майор Левин А.С., бывший начальник штаба, с должности начальника 1-го отдела штаба 261-й СД. Вместо него вступил в должность майор Нешименко П.П. Майор Шевченко Д.П. настолько срочно убыл из полка, что мы не успели с ним попрощаться. И все-таки жалко такого боевого, вечно в движении конструктивного товарища, с буйным темпераментом, который давал ему волю проявить себя при каждой возможности. Действительно, он храбр, благороден и достойный гражданин своего Отечества. Его ум и храбрость производили на всех нас самое большое впечатление. В нем всегда оставался самый наилучший характер души. Ночью, возвращаясь с передовой, зашел в штаб полка. Здесь царит переполох. А произошло вот что. У штабных блиндажей топтались часовые, охраняя отдых бойцов и командиров. Стояла полная тишина. В одной из землянок произошёл взрыв. Дымом заволокло остальные землянки. В суматохе началась автоматная стрельба. Никто не мог понять, что случилось. Прояснилось лишь после того, как осмотрели землянку: здесь похозяйничали немецкие разведчики, незаметно пробравшиеся в землянку. Но находившиеся там два штабных писаря Соловьев и Игнатов пленить себя не дали – кто-то из них взорвал гранату. Оба писаря были смертельно ранены, тяжело ранены два немца, скончались позднее. Так никто и не знает сколько здесь побывало немцев.
20 – 25 марта 1942 дни 272 – 277
Наступала пора подготовки оружия к летнему периоду эксплуатации. Составил график перевода оружия на летнюю смазку. Согласовал с начартснабом и утвердил у командира полка майора Левина А.С. Графиком предусмотрены дни, часы проведения этой работы в каждом подразделении, обеспечение каждого подразделения необходимыми материалами, смазками, жидкостями… Всю эту работу предусматривалось закончить до 31 марта. По размеренному (как заведенный механизм) времени, весь личный состав во главе со мной, круглые сутки занимались этими вопросами. С утра, кто успевал засветло выйти с передовой, умывались, растирали тело снегом и полотенцем. И все равно, лица мастеров были усталыми, под глазами у каждого синяки, кожа обтягивает скулы… В весенние дни было труднее работать в подразделениях. Окопы и траншеи производят, довольно-таки неприятные впечатления. Еще труднее бойцам и командирам, постоянно находиться в сырых, с раскисшей липкой грязью окопах, ноги вязнут в глине. А еще труднее полковым разведчикам: они почти каждую ночь ползают по грязи по нейтральной зоне и все пока безрезультатно. Их группы захвата, группы обеспечения и блокирующая, возвращаются крайне утомленные и сердитые.
26 марта 1942 (четверг) – день 278
Мастерские продолжают проводить профилактические работы с оружием. Погода пасмурная, дороги стали труднопроходимыми, видимость плохая. Полк совершенствует в инженерном отношении принятый участок обороны. День и ночь ведутся земляные работы. Мастерские имеют хорошую землянку в два наката. Был в роте ПТР у ст. лейтенанта Большакова. Степан Яковлевич очень доволен, ознакомившись с распоряжением командира 261-й СД, в котором осуждается практика «дробления» рот ПТР, а также расчетов ПТР, а атаку, как стрелков. Договорились, завтра он соберет роту, и мы по графику обслужим ружья ПТР. Обеспеченность полка боеприпасами на сегодня неплохая. Она составляет: 45 мм выстрелы – 3 б/к, 76 мм выстрелы – 0,68 б/к, 50 мм мины – 2,3 б/к, 82 мм мины – 0,47 б/к. Мастера работают без какого-либо нажима. Все они безотказные и бесхитростные. На фронте практически можно выпить кто сколько захочет. Любой старшина роты может налить стакан водки мастеру. Но тем не менее пили сдержанно и незаметно. И не потому, что стеснялись начальства, а просто считали, что в этом не всегда бывает необходимость. Дела таких людей обычно не замечаются, доведется ли когда-нибудь кому вспомнить о них добрым словом.
27 марта 1942 (пятница) – день 279
Мастерские работали по утвержденному плану. Времени не хватает. Работаем днем и ночью под постоянным воздействием огневых средств противника, где бы ни был мастер – на переднем крае или в районе размещения мастерских. Об отдыхе думаем меньше всего. Шли отдохнуть на час-другой только тогда, когда было совсем невмоготу, работать становилось невозможно. Каждый из мастеров, да и мы, техники, воспрещали себе все то, что в жизни считается сомнительной репутацией. Никто из нас и не мыслил, чтобы выпить лишний стакан водки или встретить женщину… Каждый думал, как можно больше и лучше сделать для Победы, внести свой весомый вклад в борьбе с фашизмом. Конечно, каждому из нас хотелось и тепла, и отдыха и того, чтобы чувство голода не было постоянным нашим спутником.
28 марта 1942 (суббота) – день 280
С оружейными мастерами осматривали оружие во 2-м стрелковом батальоне и в роте автоматчиков полка. Хотя основной целью было осмотреть автоматы. Уж очень часто они стали отказывать в работе. Все автоматы, обнаруженные неисправными, были отремонтированы на месте. Я вошел в землянку к командиру роты автоматчиков ст. лейтенанту Головко. Вскоре за мной, в землянку, буквально ворвался, а вернее вкатился, маленький и толстый как мячик красноармеец в расстёгнутой ушанке, из-под которой выбивался пучок густых волос, свисающих на бровь, и с недельной щетиной по всему лицу. Глаза его блестели радостью; в них виделось торжество, его победа, успех. Он, как бы замер на пороге, приложив руку к головному убору. Он глазами искал старшего, кому доложить о себе, о том, что его сюда привело. Он доложил, что он, рядовой роты Перепегаев Дмитрий Иванович, тот самый, который неделю назад не вернулся из разведки, и что, видимо его посчитали убитым. Казалось, что он становился все легче и легче, как только слова срывались с его губ. Было видно, как постепенно разглаживались на его лице скорбные морщины, и вместе с ними исчезало тревожное выражение лица. И когда он закончил свой рассказ, черты его лица озарились спокойствием и миром. Конечно, он еще не знает, что будет проходить проверку органами контрразведки…
29 марта 1942 (воскресенье) – день 281
Был в штабе 261-й СД в Дмитриевке, куда они только сегодня переместились, еще не устроились. Сегодня оружейный техник Буйный и оружейные мастера Сосулин и Голубев возвращались с передовой. В Александровке они попали под сильный обстрел противника. В селе загорелось несколько домов. Пробегая мимо одного из них, Сосулин услышал детский плач. Он бросился к двери, но они были на запоре. Из щелей, из-под крыши валил едкий густой дым. Обстрел противником продолжался. Пренебрегая опасностью, они втроем бревном выбили дверь и бросились буквально в огонь. Казалось, войти уже невозможно. Горячий воздух, насыщенный дымом, обжигал им лицо и руки. Людей в доме не было слышно. Руками обшаривая пол, они ползком проникали все глубже и глубже в дом. Задыхаясь, в кромешной тьме, они искали людей. Но вот, рука одного, а потом другого натолкнулись на ребячьи тела, а вот и взрослые. Вскоре четверых вытащили они на свежий воздух. Девочек, Феню и Наташу, быстро привели в порядок. А вот две женщины, видимо их матери, были мертвы. Они были убиты осколками разорвавшегося в доме снаряда. Девочки были тут же эвакуированы. Молодцы мастера, и здесь себя проявили.
30 марта 1942 (понедельник) – день 282
До конца марта советские войска продвинулись на запад на фронте от Ленинграда до Черного моря до 300-400 км. Разгром немцев под Москвой вдохновил воинов на более решительную борьбу против фашистов. Артиллерийские, минометные и оружейные мастера работают с удвоенной энергией, воодушевленные победами Красной армии на других фронтах. Завтра мы должны закончить все работы по графику. Принимаем все меры, чтобы выполнить задание. Вот и закончилась зима. Незаметно, на Донбасс, пришла весна. Шумели и раскачивались под весенним ветром деревья. На глазах растаял снег. Но погода еще стоит капризная: ночью мороз, иногда с метелями, днем оттепель. Дороги испорчены. Часто красноармейцам приходится расчищать путь для транспорта лопатами, плечом выталкивать застрявшую технику, надсадно покрикивая: «Раз-два-взяли!». Ночью в иных местах скапливаются целые колонны машин, а водители с мерзнувшими руками, копаются в застывших моторах. Подразделения полка продолжают совершенствовать систему обороны. На всем участке углубляются и разветвляются траншеи, устраиваются землянки для отдыха личного состава, совершенствуется полоса минного поля; на танкоопасных направлениях устанавливаются металлические «ежи» и надолбы, изготовленные промышленными предприятиями Первомайска. Много вкладывается сил и средств в совершенствование полосы обороны на всю глубину с применением железобетона. Сегодня, скрепя сердце, отправил трех артмастеров в Первомайск в распоряжение начальника военно-технического снабжения дивизии, военного инженера 3-го ранга Лошака Бориса Осиповича, который возглавлял организацию производства противотанковых «ежей». Согласно приказания командира дивизии, эти люди откомандировывались на одну неделю.
31 марта 1942 (вторник) – день 283
Немцы на переднем крае обороны активности не проявляют. Активно действуют их снайпера. Они тоже совершенствуют систему обороны. С появлением разветвленной сети траншей не так стали страшны и снайпера. Теперь мы днем ходим по подразделениям уже по ходам сообщений, редко, когда приходится ползти.
1 апреля 1942 (среда) – день 284
Полк продолжает совершенствовать оборону. Артмастерские малочисленны. Объем работ для каждого увеличился, так как отправлены на изготовление «ежей» рядовые Золочев, барабанов и Чернов до 7 апреля. Был у Радько, просил пополнить мастерские до штата. Отказался. Был у ПНШ ст. лейтенанта Ковалева. Договорились, с первого же пополнения он даст возможность мне подобрать 4 человека. В полк прибыла комиссия (постоянная), созданная в дивизии для расследования причин и количества потерь военного имущества, в составе: военного инженера 2-го ранга Забашто Ф.А., ст. лейтенанта Гладуна и политрука Афонина. Комиссия имела целью рассмотреть на месте обстоятельства, приведшие к потерям вооружения в марте, указанным в представленном в дивизию акте. Комиссия засвидетельствовала причины потерь. Федор Алексеевич Забашто детально ознакомился с работой артмастерских и делопроизводством артснабжения полка.
2 апреля 1942 (четверг) – день 285
Вот пришла настоящая весна: зазеленели деревья, пробивается первая травка, пролился первый весенний дождик. Возвращаются с юга птицы. Преодолев громадные расстояния, по 100-150 км за день, из зимовья Франции и Англии грачи густой стаей спускаются на деревья. Отыскивают свои гнезда, осматривают и улучшают их. А те, которые не имели, начинают вить впервые – новые. Ото всюду слышатся птичьи голоса. Их песни и беспокойная перекличка дополняют фронтовую обстановку своим неугомонным звоном. Этот звон раздается и на солнечной лужайке, и на опушке леса. В этом звоне слышится выражение радости, восторга, прилетевших в свои родные края, дорогие сердцу. Пожалуй, нет такого воина, и даже очень усталого, чтобы не остановиться и не дослушать щебетание птиц или пенье соловья, начинающего с «Чок-чок…» и усиливающим коленцам одного за другим. Сейчас каждому бойцу хочется выйти из землянки, окопа или траншеи и полюбоваться этой ожившей вокруг природой. Но всегда ли это можно сделать, в условиях передовой…
3 апреля 1942 (пятница) – день 286
Проверили все снайперские винтовки. Часть отбраковали и заменили. Хорошо, что теперь имеется обменный фонд снайперских винтовок. Так работать становится интереснее. А весна все больше входит в свои права. И каждый из нас, несмотря на все трудности фронтовой обстановки, старается дожить до настоящей весны, до цветения деревьев. И это не только потому, что может быть удастся отогреться за всю холодную зиму. Вот уже подуло теплом и еще чем-то, растворенным в воздухе прекрасным и сладким. Это пришла весна: теплее греет солнце, с потоков уже сбежали ручьи, звонче зачирикали воробьи и закричали галки.
4 апреля 1942 (суббота) – день 287
С раннего утра и до обеда с минометными мастерами занимались в минометном батальоне: регулировали механизмы наведения, выверяли прицельные приспособления. Комбат лейтенант Бадаев Алексей Алексеевич приказал, чтобы нас накормили усиленным пайком. А по окончании работ пред обедом нам преподнесли и спиртное. Возвращаемся в мастерские втроем: я, минмастера Порошин А.Х., Девьяров И.А. Попали под артобстрел противника. Решили немного переждать. Противник перенес огонь и обрабатывал лес, который мы должны проходить. Обстрел прекратился, и мы двинули в этот лесок. Деревья поломаны, избиты осколками. Почему-то все трое не сговариваясь, обратили внимание на плачущую, избитую осколками березу. Со всех ее ран бежали капля за каплей, весенние, светлые крупные капли-слезинки. Жалко стало нам это дерево. Мы принялись забивать колышками осколочные отверстия и замазывать их пушечным салом. А некоторые раны пришлось забинтовать, израсходовав индивидуальный пакет. Останется ли береза жива? По одной столовой ложке мы выпили прохладного и приятного сока и двинулись в путь. Останется ли береза жива? По одной столовой ложке мы выпили прохладного и приятного сока и двинулись в путь.
5 апреля 1942 (воскресенье) – день 288
2-й стрелковый батальон с полковой ротой автоматчиков, находится в обороне южнее 1,5 км Кашановка. Полевая артиллерийская батарея на огневых позициях в районе «КЗ». 1-й и 3-й батальоны и другие подразделения полка, в том числе и тыловые, размещены в Руднике Золотом на отдыхе, и продолжают заниматься с личным составом по боевой и политической подготовке. В абсолютном значении слово «отдых» в данном случае сказать нельзя. Отдых, который был представлен для нас, заключается лишь в получении возможности выйти из самого близкого соприкосновения с немецким передним краем, на некоторое время избавиться от режущих ухо пролетающих пуль, получить возможность прожарить в бочке белье, обмундирование и смыть с себя грязь с потом. Вывод для этой цели, как правило, производится не далее, как в тыловой район полка, который всегда был в зоне досягаемости огня немецкой артиллерии. Как правило, в этот период мы пополнялись всеми видами имущества, оружием и боеприпасами. Вот и сейчас ремонтируем, и пристреливаем оружие. Принимаем и вооружаем пополнение. Идет напряженная учеба, изнуряющие полевые занятия. Пополнение учат наступать за огневым валом не более как в двухстах метрах, обкатывают танками, учат метать связки гранат и бутылки с горючей смесью.
6 апреля 1942 (понедельник) – день 289
Возвратились мастера из Первомайска, работавших на сварке «ежей». Из числа пополнения, прибывшего в полк, подобрал двух оружейных мастеров, имеющих практику в ремонте оружия: рядовые Коновалов П.С. и Брюхачев С.И., штаб разрешил направить в мастерские. Мастера и техники работают в подразделениях от зари до зари. Иногда приходится приказывать, чтобы поспали несколько часов. Хорошие, безотказные и инициативные ребята. Откровенно говоря, пробыв уже несколько дней в этом рудном поселке, совершенно некогда рассмотреть его. Знаю, что в Попаснянском районе Ворошиловградской области, в 5 км ж/д станции Марьевка. Где-то недалеко расположен завод железобетонных стоек.
7 апреля 1942 (вторник) – день 290
Служба артиллерийского снабжения полка принимает все меры к тому, чтобы все наличие боеприпасов полкового пункта находилось на колесах. Этот вопрос был предметом постоянного спора с работниками тыла (почти ежедневно). Нас с Радько поддерживали ПНШ по тылу ст. лейтенант Стешиц Аркадий Иванович, замкомандира транспортной роты воентехник 2 ранга Лушпий Кирилл Макарович. Против же были помкомполка по тылу Никулин Н.В., командир транспортной роты ст. лейтенант Питель Иван Прохорович и командир взвода транспортной роты Жигула Николай Федорович. Мы постоянно требовали, чтобы взвода подвоза боеприпасов не отвлекались от их основного предназначения, а выполняли возложенные на них функции. Существующее положение о подвозе боеприпасов сверху вниз, явно не выполнялось. Чаще всего, вопреки этому принципу, подвоз осуществлялся снизу, т.е. батальоны и полк получали боеприпасы с вышестоящих складов своим транспортом. И сегодня у нас с Никулиным был серьезный разговор. Был вынужден сказать ему, что по этому вопросу Вам и Радько надо еще раз встретиться с комиссаром.
8 апреля 1942 (среда) – день 291
Был в дивизии на шахте им. Крупской. Решил вопрос получения для полка пулеметов ДШК и Максима. Никаких ресурсов в дивизии нет. С начартснабжения дивизии Забашто Ф.А. завел разговор о принципе подвоза боеприпасов. Федор Алексеевич со мной согласился, что это нарушение принципа ничем не оправдано. В дивизии, по состоянию на 8 апреля, имелось 103 грузовых машины. Наш полк, имея всего 3 автомобиля, осуществил все перевозки боеприпасов только своим транспортом. Потом, склонившись за столом и подперев голову руками Забашто, словно онемев, смотрел потемневшими глазами в даль своих забот артснабженца. Я постарался больше не мешать ему, потихоньку удалился.
9 апреля 1942 (четверг) – день 292
И все-таки мы, артснабженцы, выполнили приказ о накоплении боеприпасов. Мы выпрашивали в дивизии боеприпасы, выпрашивали в полку транспорт для из вывоза, просили подразделения меньше расходовать, соблюдать установленный лимит… И так результат, на сегодня мы имеем: винтовочных патронов – 2,04 б/к, 45 мм выстрелы – 2,91 б/к, 76 мм выстрелы – 1,2 б/к, 50 мм мины – 1,3 б/к, 82 мм мины – 1,4 б/к, патронов к ПТР – 1,65 б/к, гранат – 1,65 боекомплекта. С полным основанием можно сказать – молодцы артснабженцы! Наш полк по обеспеченности боеприпасами значительно лучше, чем 974-й и 976-й СП.
10 апреля 1942 (пятница) – день 293
Нет конца ремонтным работам. Ежедневно возникают и новые, и повторяются старые неисправности. Все это порождается плохим уходом за оружием, большой нагрузкой на него (интенсивной эксплуатацией), недостатками конструктивного и производственного характера, да и не совсем качественного ремонта. А последнее, подчас, зависит больше из-за отсутствия должных условий в ремонте, запасных частей и, частично, от квалификации мастеров. Сегодня с мастерами рассмотрели (более детально) причины возникновения наиболее часто встречающихся неисправностей в оружии (пулемет ДП, ст. пулемет Максима). Пересмотрели каждую неисправность. Сделали анализ. Высказались и мастера, и техники. Пришли к единому мнению, что в большей степени вызывает неисправности - это плохой уход за оружием, не выполняются требования наставлений по этим видам. Решили рассмотреть в последующем, причины возникновения неисправностей остальных видов вооружения полка. Составил график.
11 апреля 1942 (суббота) – день 294
Снова все мастера до обеда находятся в подразделениях. Осматривают, ремонтируют, заменяют оружие. Сегодня что-то много отбраковано винтовок с раздутием ствола у дульной части. Основной причиной является то, что перед стрельбой винтовку не проверяют. Раздутие ствола получается при наличии в нем посторонних предметов во время стрельбы (куски грязи, а то и целая земляная пробка, получившаяся при утыкании ствола в стенку окопа). После обеда рассмотрели причины часто встречающихся неисправностей в винтовках, карабинах и снайперских винтовках. Сделали выводы и решили на что надо больше обращать внимание при ремонте, какую разъяснительную работу вести в подразделениях. До поздней ночи приводили в порядок склад боеприпасов. Делали дополнительные щели, охранную изгородь, пересчитывали и комплектовали штабеля по видам.
12 апреля 1942 (воскресенье) – день 295
Трофейная команда сегодня сдала целую кучу оружия. Весь личный состав мастерских рассортировывает, дефектует и ремонтирует оружие. За день отремонтировано 38 винтовок, 10 карабинов обр. 1938 г., 4 пулемета ДП, 1 пулемет Максима. Оружие, не подлежащее восстановлению, отправили попутной машиной, следующей на ДОП за вещевым имуществом. Рассмотрели (по графику) причины наиболее часто встречающихся неисправностей в автоматах ППШ, ППД, пистолетах ТТ и револьверах системы «Наган». Сделали выводы. По неисправностям в ППШ вряд ли можно кого винить, кроме производственников. Как защелка, так и крышка ствольной коробки были выполнены из металла, не позволяющего обеспечить жесткость. Они постоянно выгибались и автоматы отказывали в стрельбе.
13 апреля 1942 (понедельник) – день 296
Оружейники пристреливали отремонтированное вчера оружие. Потребовался целый день. Минометные мастера отремонтировали и отрегулировали десять 50 мм минометов. Артмастера побывали на батарее. К концу дня со своими неизменными инструментальными сумками мастера возвращались в свое собственное жилье. Как всегда, усталые, но чувствующие великую радость, как птицы после стихийных бедствий, вернувшиеся в свои гнезда. Каждый доволен тем, что он выполнил свою задачу в сложных боевых условиях. Как только переступали порог землянки, все недавние события предавали забвению. Прямо на материальной части минометов (82 и 50 мм) рассмотрели часто повторяющиеся неисправности. Тимофей Иванович Буйный предложил протачивать винты подъемного механизма с местной выработкой. Он сегодня же с двумя винтами направился в армейскую мастерскую.
14 апреля 1942 (вторник) – день 297
Снова занимаемся разбором, сортировкой и дефектацией оружия, поступившего вчера вечером от трофейной команды. Работы на два дня, не меньше. Сегодня отремонтировали: винтовок – 31, карабинов – 4, ружей ПТРД – 1, станковых пулеметов Максима – 2, немецких пулеметов МГ 34 – 8, 50 мм минометов – 4. Тимофей Иванович Буйный возвратился из армейской мастерской. Проточил два винта подъемных механизма и три прихватил дополнительно. Минмастеров направил в минбат для замены всех винтов с большой местной выработкой. Теперь наши минометы будут стрелять точнее. Вечером рассмотрели причины часто повторяющихся неисправностей 45 и 76 мм орудий. До полуночи писал проект приказа о неудовлетворительном уходе и сбережении оружия в подразделениях полка. В приказе были сформулированы часто повторяющиеся неисправности, причины, которыми они вызваны и указаны конкретные виновники. В числе упоминавшихся виновников были и комбаты, и комроты, и комвзводов.
15 апреля 1942 (среда) – день 298
Оружейники продолжают ремонтировать подобранное на поле боя вооружение. За день отремонтировали: винтовок – 17, карабинов – 6, пулеметов ДП – 2, пулеметов Максима – 2. Минометные мастера меняли винты подъемного механизма 82 мм миномета и регулировали их. Получилось очень хорошо. Добились наименьшей качки ствола. Был с проектом приказа о плохом содержании оружия у начальника артснабжения Радько П.А. Вместе с ним направились к НШ полка Лебедеву, который приказ подписал без исправлений. Однако майор Левин А.С. – командир полка, усилил взыскания на Позднякова и Ушакова, исправив своей рукой. Приказ был размножен и разошелся во все подразделения. С мастерами рассмотрели причины появления характерных неисправностей в ружьях ПТРД. Мастерам зачитал приказ командира полка. Договорились с мастерами, что каждый из них, где бы он не был, обязан проверять, как выполняется приказ по полку и ставить об этом в известность командиров подразделений.
16 – 17 апреля 1942 день 299 – 300
Закончил «отдых» и занятия подразделений полка в Золотом. В ночь на 17 апреля 1-й и 3-й СБ сменили 976-й полк и заняли рубеж обороны: (иск) выс. 264,6, выс. 207,1, центр Парусовка, выс.247,2, Преображенка. Тылы полка переместились в Калиново, а штаб полка – Красное Озеро. Здесь впервые мастерские разместились с тылом полка. Это вишневый сад. Теперь уже оружие ремонтировали под открытым небом в этом саду. Тут же вырыли землянку для мастерской и для отдыха личного состава. На это были потрачены 2 дня. К исходу 17 апреля мы начали обживать землянки и ремонтировать, уже накопившееся за два дня, неисправное оружие.
18 – 20 апреля 1942 день 301 – 303
Рано утром 18 апреля посыльный доложил, что меня срочно вызывает командир полка. Сказать, что это было для меня неожиданностью нельзя. Примерно, я уже знал по какому вопросу. Накануне, мы с другом, начхимом полка Витей Мясоедовым уже договорились, что я не буду возражать, если мне предложат вместе с ним выполнить боевое задание. Это касалось лично моего желания и ни в коей мере не входило в круг моих обязанностей. Но мне кажется, что меня поймет каждый фронтовик. Кто из нас не старался поквитаться с немцами не только за себя, но и за своих близких и друзей. У каждого из нас зарождалось ощущение неудовлетворенности собой. Всегда кажется, что ты чего-то не доделал, чтобы больше уничтожить немцев. Особенно такая мысль возникает у людей, которые не имеют непосредственного соприкосновения с противником, не прибегают к дуэльной стрельбе или рукопашным схваткам. Явился я к командиру полка. В землянке у майора Левина находился мой друг Витя Мясоедов, а на лежаке стоял, что-то вроде миномета на колесах, с коротким стволом. На затворе большие рукоятки, похожие на витые бараньи рога. Рядом лежало ядро. Все это напоминало какое-то орудие большой исторической давности. – Товарищ Ненашев, Вы знаете такое оружие? – обращаясь ко мне, спрашивает майор Левин. – Впервые вижу, – отвечаю ему. Он мне подает маленькую книжку – описание. Читаю и узнаю, что это ампуломет. В пластмассовых хрупких ампулах, которые он должен выбрасывать, находилась самовозгорающаяся жидкость. Предназначается ампуломет для борьбы с танками противника. Круглая, как мячик, ампула вставляется в ствол с дульной части, а выстреливалась специальным зарядом, в виде охотничьего патрона, вставленного с казенной части. Ампуломет этот поступил в полк по линии службы химзащиты. ГАУ к разработке ампуломета не имеет никакого отношения. От полка требуется дать срочное заключение о его войсковых испытаниях. Но к этому времени на участке, занимаемом полком, установилась стабильная оборона и танков противник не применял. Так что испытать ампуломет по танкам пока не представлялось возможным. Тогда командир полка принял решение использовать ампуломет для уничтожения трех домиков, находящихся в нейтральной полосе обороны на участке полка. Домики эти были деревянные, стандартные и располагались в одной линии перпендикулярно проволочным заграждениям нашим и противника. Сжечь дома на нейтральной зоне с помощью ампуломета было поручено начальнику химслужбы Мясоедову и мне. С собой мы взяли двух солдат со взвода химзащиты. С наступлением темноты в ночь с 18 на 19 апреля, через подготовленный саперами проход в проволочном заграждении, мы вчетвером с ампулометом проникли в нейтральную полосу обороны. Это была темная весенняя ночь. Только что оттаяла земля. Воздух был насыщен тяжелым, трудно переносимым трупным смрадом. Противник постоянно освещал подходы к его оборонительному рубежу. Поджигать мы решили с дома, который был ближе к противнику. Вынесли ампуломет в сторону от линии расположения домов. Залегли. Я занял место за ампулометом, зарядил охотничий патрон. Витя опустил ампулу в ствол, но она тут же разбилась в стволе, и ампуломет загорелся факелом, мы словно на экране. Противник, обнаружив непонятные для него действия, тут же обрушил на нас шквал пулеметного, а потом и минометного огня. Схватив ампуломет за дугу станка, я поволок его вместе с факелом за дом. Пламя удалось погасить, уткнув его ствол в землю. Мы залегли, прижавшись к земле. Рядом где-то (по запаху чувствовалось) лежали разлагающиеся прошлогодние человеческие трупы. Дышать было невозможно. Как только ампуломет остыл, мы решили операцию повторить. Отползаем теперь в противоположную сторону, на открытую местность. Ошибку мы свою поняли. Теперь решили перед заряжанием не придавать большого угла стволу. Зарядили нормально. Немцы ведут огонь только из пулеметов. Нажимаю на спусковой крючок, выстреливаю ампулу по дальнему домику. Секунда, вторая… Слышно отчетливый хлопок – ампула упала на распаханную землю и не разбилась. Досада. Противник снова засек вспышку нашего ампуломета. Теперь в нашу сторону полетела масса осветительных ракет и лавина пулеметного огня. Мы как на экране. Перебежками снова добираемся за дом. Мясоедов дает указание бойцам вести наблюдение за подходами к нашему дому. Обсудив наши дальнейшие действия, приходим к выводу – уничтожить домики без ампуломета. Приказ командира надо выполнять во что бы то не стало. Взяв по две ампулы, мы с Виктором, в сопровождении двух красноармейцев-автоматчиков, короткими перебежками, направились: он – к дальнему домику, я к среднему. Средний домик, по нашему уговору, должен поджигаться только после того, как ампулой будет подожжен дальний и Виктор вернется оттуда. Это нужно было для того, чтобы пламя не успело разгореться внутри дома, пока он не доползет до среднего дома. Время шло, а Виктор все не возвращался, а дом не загорался. Переживаю, не попал ли он в немецкую засаду. Вдруг, запыхавшись прибежал и сел прямо на разлагающийся труп. Кругом свист пуль, разрывы мин, вся местность освещена пожаром. Бросаем вовнутрь среднего дома две ампулы. Разбиваются. Вспыхнуло пламя. Убегаем к своему ближнему дому. Пламя разгорается все больше и больше. Видимость, как днем. Уйти к своему переднему краю невозможно. Залегли вчетвером в недалеке от дома. Дом сотрясается от разрывов. Его начало окутывать дымом, мы только теперь поняли, что он тоже загорелся. Оставаться вблизи дома нельзя. Горящие деревянные детали разлетались вокруг. Рядом падают горящие доски. Закопаться в землю – нет лопат. Нет на свете чувства, которое было бы таким прочным и чистым, как дружба двух фронтовиков, рожденная в боях, проведенная в минуты суровых испытаний, когда беспрерывные пулеметные трассы опускаются рядом с тобой, когда через каждые небольшие интервалы, а то и шквально, рвутся вокруг снаряды и мины. Как хорошо, когда в такие минуты, рядом с тобой товарищ, на которого можно положиться во всем, который не бросит в трудную минуту. С Виктором принимаем решение, во что бы то ни стало выйти из нейтральной зоны. Пока еще стелился дым, мы поползли по-пластунски, с ампулометом, к своему проволочному заграждению. Вот уже миновали заграждение, и тут нас заметил противник. Как мне показалось, он обрушил на нас всю мощь огня. Один из наших бойцов был ранен. Волоком тащим ампуломет и раненого бойца. Но огонь противника постепенно стал стихать под воздействием нашей артиллерии и минометов. Это было уже 19 апреля. Днем нас приняли командир и комиссар полка. 20 апреля мы скрупулёзно описывали боевые возможности ампуломета. Возникали вариант за вариантом. На подпись командиру полка мы представили вариант с вполне выдержанными заключениями о результатах испытаний. Но после отзыва, я, например, до конца войны не встречал подобного оружия борьбы с танками.
21 апреля 1942 (вторник) – день 304
Сегодня мы всем личным составом мастерских поздравили с утверждением в должности техников оружейного младшего и артиллерийского младшего, младших воентехников Буйного Тимофея Ивановича и Зинченко Дмитрия Антоновича. Всю ночь и половину дня знакомился с размещением подразделений по рубежу обороны, занятой полком. Мастера и техники тоже весь день были в подразделениях, осматривали и там же ремонтировали оружие. Очень приятно сознавать, что мастера и техники работают дружно, согласовано. Это и есть наша главная причина некоторых успехов в работе мастерской. Каждый мастер и техник – это люди с высокой политической сознательностью, каждый трудится, не считаясь ни с чем. Все как один безгранично преданы народу и партии Ленина-Сталина. Каждый из них прочувствовал войну на себе. Вместе с познаванием всех «прелестей» войны, с каждым днем росла и коммунистическая убежденность.
22 апреля 1942 (среда) – день 305
Мастерские настолько загружены, что некогда передохнуть. Недостает запасных частей. Закладываю пролетку для поездки на дивизионный склад и в дивизионные мастерские за запасными частями. В Первомайске, на одной из улиц, на завалинке, пригревшись весенним солнцем, сидела группа женщин, шелушивших семена подсолнуха. Пригласили нас посидеть с ними, рассказать о делах на передовой. После небольшой беседы, каждая стала приглашать к себе на обед, обещая накормить самым вкусным обедом. Говорю: «У кого куриный суп с лапшой – туда и пойдем!». Одна из женщин, показывая на разгуливающих у завалинки куриц, обещает в течение часа сделать суп. Мол, стреляйте. Начинаю отнекиваться, мол, мы пошутили, но теперь и женщины стали настаивать на своем. Сидя на завалинке, я выстрелил в курицу, находившуюся от меня метрах в двух. Курица подпрыгнула и продолжила кормиться. Думаю, промахнулся. Теперь почти в упор выстреливаю еще раз. Курица жива – здорова. Женщины хохочут. Смотрю в дуло пистолета, а там застрявшие пули. Виноваты были патроны: из-за давности порох разложился. Возникла мысль расстаться с таким пистолетом. А кушать пришлось наваристый украинский борщ.
23 апреля 1942 (четверг) – день 306
Только что с оружейником Сережей Сосулиным проверили все станковые пулеметы в стрелковом батальоне Позднякова А.И.. Все пулеметы приведены в боевую готовность. Несколько пулеметов из-за загрязнений работали с отказами. Решил поставить в известность комбата Позднякова, что в батальоне не выполняется приказ командира полка. Заходим с Сосулиным в землянку. Здесь размещается штаб батальона. На улице полночь, тучи низко висят над землей. Вот-вот зарядит дождь. В землянке горят пять светильников. Сравнительно светло. За столом сидят два старших лейтенанта над картой. Спрашиваю их, где можно видеть командира батальона. Никто из них не пошевельнулся. Они далеки от того, чтобы услышать мой вопрос. Слышу, за занавеской, басистый невидимый голос, который сообщает абоненту на другом конце провода о том, что батальон теснит противника, но вынуждены остановиться, так как отказали в работе пулеметы. Далее голос за занавеской сообщает, что его у нас не было. Чувствую, что речь идет обо мне. Включенный детекторный приемник пропищал, известив о наступившей полночи.
24 апреля 1942 (пятница) – день 307
Стою в землянке и чувствую себя чужаком, вторгшимся на редкость некстати. И мне показалось, что я хотел решить то, что является далеким от того, чем живут те люди, к которым я пришел. Я даже заметил, что на меня они посмотрели с превосходством людей, вынужденно оторвавшихся от более серьезной работы. Ловлю, плохо скрытые, их усмешки и недвусмысленный взгляд на часы. Несмотря на такое недружелюбие, я повторяю свой вопрос, где можно видеть комбата. Из-за занавески появляется ст. лейтенант Поздняков. Обращаясь ко мне с явным пренебрежением и превосходством, спрашивает, что мне от него нужно. Отвечаю, чтобы в батальоне выполнялся приказ командира полка, чтобы оружие содержалось в боевой готовности, чтобы Вы приняли необходимые меры к тому, чтобы за оружием ухаживали. В ответ он мне задает: «А чем же тогда Вам заниматься, в тылу прохлаждаться?». Произнося это, он победоносно переглянулся с находящимися в землянке старшими лейтенантами. Такое, я бы сказал, впервые услышанное от командира батальона, до предела возмутило меня. Говорю ему, что все пулеметы у Вас исправны, в чем я лично убедился, а об остальном поговорим у командира полка. Мы с Сосулиным вышли из землянки и направились в штаб полка. Командира полка не было. Он с начальником штаба уехал в дивизию.
25 апреля 1942 (суббота) – день 308
Полк удерживает прежний рубеж обороны, укрепляет его. Сегодня ходил ночью по снайперам. Проверял их винтовки. Жалуются на оптические прицелы. Прыгают нити перекрестия. Да, такие прицелы надо ремонтировать. Разговаривал со снайперами Мартьяновым и Скляром. Они за вчерашний день убили по одному немцу. Ну что – тоже хорошо. Все же не покидает мысль доложить подробно о вчерашнем разговоре с комбатом Поздняковым. Иду в штаб полка. Командир полка меня принял тут же. Внимательно выслушал. Ни слова не говоря вызвал начальника штаба полка и приказал немедленно составить проект приказа и объявить «выговор» ст. лейтенанту Позднякову за невыполнение его приказа и обман. Кроме того, он вызвал к телефону Позднякова и отчитал его за вчерашний доклад, не соответствующий действительности. Поздняков, в свою очередь, доложил, что он поверил командирам рот и сам не проверял. Командир полка майор Левин в заключение разговора с комбатом добавил, что товарищ Ненашев находится на службе боевой готовности и он обязан от вас требовать выполнения приказов, касающихся сбережения вооружения, а Ваша обязанность – беспрекословно выполнять его требования.
26 апреля 1942 (воскресенье) – день 309
Командир полка с комиссаром, очень внимательно заслушивали нас о состоянии вооружения в подразделениях и о наличии боеприпасов. На состояние оружия жалоб с подразделений совершенно не было. Неисправности возникавшие, устранялись оперативно. Обеспеченность боеприпасами недостаточная. Она составляет на сегодня: по винтпатронам – 2,7 б/к, по патронам ПТР – 0,47 б/к, по гранатам – 1,01 б/к, по минам 50 мм – 1,24 б/к, 82 мм – 0,31 б/к, по 45 мм выстрелам – 2,7 б/к, 76 мм выстрелам – 1,34 б/к. Перспектив получения пока нет. Командир полка напомнил случай нечестного доклада тов. Позднякова о том, что продвижение батальона было приостановлено из-за отказов пулеметов.
27 апреля 1942 (понедельник) – день 310
В штабе ознакомился с обстановкой. В 9:00 против фронта нашего полка в районе юго-восточнее Калиново – Попасная было замечено большое скопление противника, но огнем нашей артиллерии было рассеяно. Погода очень пасмурная, неприятная. Дул сильный, острый, по-весеннему колючий ветер, холодно. От траншеи к траншее и от одной роты к другой, я с мастерами перебираюсь, чтобы осмотреть и отремонтировать неисправное оружие. Лужи, оставшиеся после вчерашнего дождя, покрывались дрожащей рябью. Хмурое небо предвещало еще более густого и щедрого дождя, чем вчера. Сердитые тучи захватывали изредка мелькавшие, голубые просветы неба. Ветер становился с каждой минутой все злее, а небо более сумрачным. Вдруг немцы открыли ураганный пулеметный и минометный огонь. Слышался полет артиллерийских снарядов над головами. Они летели в глубину нашей обороны. Такой шквал продолжается час, два… В роте уже несколько убитых и раненых. За ремонтом оружия не заметили, как уже давно смеркалось. Полк отбивает третью или четвертую атаку противника. Когда стихла стрельба, мастера собрались в штабе батальона. Поужинав, мы двинулись к своему месту расположения. Это было уже за полночь.
28 апреля 1942 (вторник) – день 311
Неспокойная ночь и отвратительная погода, как бы напоминала нам об утрате веры в весну, в солнце, в теплые дни, в тихие вечера с небольшой прохладой. Все вокруг выглядело угрюмо, а земля под ногами – неприветливо. Изредка на нашем пути попадаются одиночки. Они поспешно идут к переднему краю, чтобы управиться пока темно. Осветила ракета. Было различимо, что на встречу шел высокий воин в длинной шинели, слегка пригибаясь. На груди у него был автомат. Нас он видимо не заметил. Что-то в нем было подозрительно. Мы все четверо присели. На освещенном ракетой горизонте было видно, как человек что-то тревожно высматривает. Появились и присоединились к нему еще два человека. Теперь они быстро идут в нашу сторону. Приготовились к бою. Не доходя до нас 50-ти метров подаю команду: «Стой, кто идет?»: Один из них продолжает идти и отвечает: «Свои!». Вместо ответа пароля раздается автоматная очередь. Перебегая, неизвестные стали удаляться правее. Открываем огонь из автоматов. Послышалось громыхание какой-то повозки, которая двигалась прямо на троих неизвестных. Но они по ней не сделали ни единого выстрела. Повозка уехала. Осветился горизонт. Видно, как трое продолжают убегать. Мастера Брюхачев С.И., Коновалов П.С. и Белозеров П.В. бросились преследовать их. Двое из неизвестных были убиты, а третий раненый пленен. В штабе полка мне сказали, что это были немецкие разведчики, заброшенные к нам в тыл. Я еще раз убедился, что автоматы нужны и мастерам. Я с автоматом не расставался.
29 апреля 1942 (среда) – день 312
Все-таки приказ командира полка, требовавший от подразделений резкого улучшения содержания оружия, сыграл определенную роль. К уходу и сбережению командиры подразделений заметно лучше стали относиться и проявлять заботу. До некоторой степени и нам становится легче работать. Сегодня полковой агитатор пришел в мастерские и обстоятельно проинформировал об обстановке, как на нашем участке, так и на других фронтах. Советские войска в течение до апреля продвинулись на запад до 350-400 км. Разгром немцев под Москвой вдохновил советский народ. Народы всего мира поняли, кто им может прийти на помощь и освободить их от фашистского ига. Полковому агитатору мастера задавали очень много вопросов и особенно те вопросы, которые мучали людей – о их родных краях. Агитатором разъяснялась нота Наркома иностранных дел Молотова «О чудовищных злодеяниях, зверствах и насилии немецко-фашистских захватчиков в оккупированных советских районах и об ответственности Германского правительства и командования за эти преступления». В ноте говорилось о всеобщем ограблении и полном разрушении городов, о захвате земель, о рабски-крепостническом труде и кабале, о насильственном уводе в Германию миллионов советских людей, о разрушении русской национальной культуры и национальных культур народов, об истреблении советского населения. С начхимом полка Мясоедовым на его пролетке ездили в Первомайск для решения служебных вопросов, а заодно и помылись в городской бане, сменили белье.
30 апреля 1942 (четверг) – день 313
Рано утром подошел ко мне старшина Ахмедов. Вид у него, вопреки всему, был почему-то грустный, унылый и расстроенный. Что случилось с этим немного беспечным, с избытком жизнерадостным и веселым товарищем? Как это могло случиться, что поблек его живой и веселый характер? Спрашиваю, что случилось. Оказывается, начальник вещевого имущества не дает ему комплекта нижнего белья и верхнего обмундирования для личного состава и у него расстраиваются все планы о подготовке к первомайскому празднику. Продукты и все другое он припас. А вот с этим вопросом не может справиться. Идем вместе со старшиной Ахмедовым к начальнику ОВС Михаилу Львовичу Зельцеру. На мою просьбу он замахал руками, мол, ничего я не дам Ахмедову, он и так получает всегда больше всех, а теперь просит полностью заменить обмундирование у всего личного состава. Договорились на половину. Остальную половину необходимого добыли у старшин рот. Ведь у них всегда запас. Еще и еще раз думаю, как все-таки мне Ахмедов помогает в работе. Он меня полностью высвободил от постоянных мучительных дум о том, что кто-то из мастеров может остаться голодным, разутым или раздетым. Сегодня по подразделениям не ходили: устроили банный день. Мылись у двухсотлитровой бочки, подогреваемой на костре. По времени решил не ограничивать, пусть хорошо помоются, подгонят обмундирование и вволю отоспятся.
1 и 2 мая 1942 дни 314 – 315
День 1-го мая выдался солнечным. Мастера под руководством техников работают половину времени в подразделениях, а в светлое время в расположении мастерских. Противник активности не проявляет. Ведет обычную ружейно-пулеметную стрельбу, методически ведет огонь из артиллерии и минометов. Мы в основном молчим: накапливаем боеприпасы. С начхимом полка Мясоедовым обошли за эти два дня много подразделений. Повидались с товарищами. А с Васей Гуртовым и хорошо встретили первомайский праздник. Он ведь теперь заместитель командира стрелкового батальона. Встречали праздник у ручейка, протекавшего у Калиновой балки. Этот прозрачный ручеек бойко журчал по каменистому ложу, изгибаясь в густом ивовом кустарнике. Разувшись, мы побродили по ручейку, выпили по стаканчику, вспомнили наши совместные боевые дела 1941 года. А немец все не перестает обстреливать балку. Разрывы снарядов и мин то приближаются, то удаляются. Жадно вчитывались в слова Наркома Обороны И. Сталина от 1 мая № 130.
3 и 4 мая 1942 дни 316 – 317
С мастерами работаем в подразделениях. Вызвали (во второй половине дня) к телефону. Командир полка майор Левин приказал срочно прибыть в минометный батальон и разобраться с разрывом миномета и причиной гибели расчета. Ох уж эти злополучные минометы, сколько же они принесли напрасных жертв. Все-таки конструктора должны что-нибудь сделать для того, чтобы предотвращать двойное заряжение. Разобрались на месте. Составили акт. Акт есть, а расчета в 4 человека как не бывало. Снова и снова с арттехником Зинченко обходим все расчеты, разъясняем им причину гибели расчета, убеждаем их что торопиться не надо. Мы отлично понимаем, что это будет продолжаться. Ведь расчеты ведут огонь чаще уставшие, и им не ведомо чувство предосторожности. Эту работу они выполняют чисто механически, а подчас неосознанно.
5 и 6 мая 1942 дни 318 – 319
5 мая я с техниками был в Первомайске. Целый день потребовался для того, чтобы по крупицам собрать необходимые нам запасные части для ремонта вооружения. Мы их выпрашивали в дивизионной артмастерской, на дивизионном складе, а подчас, просто снимали нужные нам детали с неисправного оружия, которое подлежало ремонту в дивизионных мастерских. 6 мая весь личный состав артмастерских был задействован на перемещении и укрытии полкового склада с боеприпасами и вооружением в Петроголенищево В автогужевой роте сегодня было много шума, в пути на дамбе ночью, опрокинулась машина с боеприпасами под откос, рассыпав два ящика с 82-миллиметровыми минами. Людских жертв не было. Причиной послужило то, что передние колёса стали неуправляемыми – отказало рулевое управление. Ну и досталось водителю… Кроме того, что его отчитали и командир роты старший лейтенант Питель, и командир взвода лейтенант Жигула, его ещё и пообещали отдать под суд военного трибунала. Шофёр стоял и дрожал, словно он находился на вибростенде. Было горько сознавать, что такое случилось с машиной. Кто виноват? Вмешиваться в этот разговор начальника с подчиненным было неэтично, и в то же время было его жалко, что над ним занесли руку правосудия, не разобравшись в причине. К тут же вспомнилось, почему родители не прибегают к таким громким и жестким словам, и ведь воспитывают детей не хуже, чем в армии. Родители всегда находят более простые слова убеждения, веками сложившегося дара.
7 мая 1942 четверг – день 320
Начартснабжения приказал мне собрать мины, с опрокинувшейся машины, а затем отправить их на дивизионной склад. У меня их не приняли и завернули обратно. Вернувшись, доложил об этом Радько. Пришли к выводу – в подразделения эти боеприпасы не выдавать. Составить акт о том, что они, после аварии, подлежат проверке. Такой акт представили в артснабжение дивизии. Последовал ответ лично Начальника артиллерии снова посмотреть и принять решение об их использовании на месте. И всё-таки мы их в подразделения не отдали. Их отвезла на пункт сбора трофейная команда нашего полка. А мы их списали в расход. Сегодня ещё раз побывал на ДОПе в Голубовке, ездил за боеприпасами. Вернулся уже в 00:00. В пути застал дождь. Тимофей Иванович мне предложил отдохнуть на чердаке, где мол есть хорошая постель. Запомнится мне это ночь надолго. Спать хотелось до безумия. Капли дождя обрабатывали крышу. Так приятны те минуты, когда лежишь, прислушиваешься к то резким, то частым дробным перестукам. Где-то недалеко рвутся снаряды, А вокруг белые вспышки молнии, а за ними вслед, грандиозные удары и прерывистые раскаты грома.
8 и 9 мая 1942 года (день 321 и 322)
Мастерские выполняют обычную каждодневную работу. Мастера загрузку имеют на полные 24 часа в сутки. Все очень похудели. Но каждый держался бодро. Сегодня в штабе на совещании командир полка майор Левин объявил нам приказание командира 261-й СД № 037, которым разрешено командирам полков оказывать содействие колхозам в весенней посевной кампании, тягловой силой, без ущерба боевой готовности. Объявил личному составу мастерских. Мастера, как один, изъявили желание восстановить один из двух заброшенных и разукомплектованных трактора, стоявших недалеко в поле. Чувствовалась, что весна и извечная связь с землей подействовала и на моих подчинённых мастеров. Я разрешил им это сделать. 8 мая немецкая армия перешла в наступление на Керченском полуострове. А самому тут же вспомнилось как в начале тридцатых годов, в наше село Стаево, первый раз прибыл трактор «Фордзон». Народ толпой высыпал поглядеть на чудо. Неугомонные мальчишки, вместе с дворовыми собачонками, бежали далеко на выход из села. Тогда все мы, кому удавалось забраться на трактор, представляли себя трактористами. Артмастер Барабанов вспомнил, как он всю зиму изучал трактор, и ранней весной стал работать на нем в поле – это было еще до действительной службы в армии.
10 мая 1942 (воскресенье) – день 323
Все до единого, задействованы на восстановлении трактора. Два мастера откомандированы в Первомайск для изготовления на токарных станках нескольких недостающих или поломанных деталей. Вместе с оружтехником Буйным Т.И вышли посмотреть на колхозные поля, где собираются работать колхозники. Мы долго с ним шли молча. Мне вспомнились годы жизни в Стаево. Это годы полны очарования, а поэтому навсегда останутся великой памятью. Я вспомнил таинственный лес, и просторы полей, запахи цветов и земли, летние теплые дожди и шум деревьев, синеву неба и парящих в нем птиц, леса в осеннем наряде и шуршанье осенней листвы, вкус дикой ежевики и лесных орехов. Вспомнил и вкус горячих блинчиков со сковороды, и толстых пшенных блинов, и русского хлебного кваса с мятой, и хлеба печеного на поду, и сливочной пшенной каши и кулеша, чеснока с яблоками, свеклой, морковью и капустой, обжаренные в русской печи, нарезанных кусочками тыквы и калиновой запаренной и пасхальных куличей, щей из крапивы и лебеды, блины из гнилого прошлогоднего картофеля или из собранного на весеннем поле колосков проса. А как вкусны печеная картошка, яблоки. А еще вкуснее зимой мороженные яблоки с чердака… Разрывы снарядов оборвали мысли о Стаево. Теперь хотелось знать, как же колхозники собираются работать в поле под обстрелом противника.
11 и 12 мая 1942 года (дни – 324 и 325)
В 9.00 11 мая все мастера направились в ближайший колхоз сдавать восстановленный им трактор. Возглавил этот акт оружейный техник младший воентехник Буйный Т.И. Колхозники тепло благодарили их за оказанное содействие. А в подарок от них получили 10 килограмм украинского сала, мешок подсолнечных семечек. 12 мая на Харьковском направлении войска Юго-Западного фронта, перешедшего в наступление, встретили сильное сопротивление. Контрудары противника из районов Краматорска и севернее Харькова и понесли тяжелое поражение в районе Барвенково. В районе Балаклеи врагу удалось окружить нашу 6-ю, 57-ю армию генерала Л.В. Бобкина. Это очень огорчило нас.
13 и 14 мая 1942 года (дни 326 и 327)
Из сообщений Совинформбюро наши войска в течение 13 и 14 мая, ввиду наступления превосходящих сил противника на Керченском полуострове, отходили на новые позиции. На Харьковском направлении наши войска продолжают успешно продвигаться в перед. С рядовым Сосулиным вышли в 3-ю стрелковую роту. Солнце уже клонилось к закату. В прозрачном воздухе стоял запах деревьев. Передний край безмолвен, хотя обе стороны были готовы в любую секунду открыть губительный огонь. В тишине послышалась щебетание воробьев. Я впервые услышал такую воробьиную трель, которую не отличить от трели соловьев. Видимо это был воробьиный солист. Вдруг воздух над головой вспороли снаряды. Забухали разрывы, постепенно приближаясь к нам. Где-то совсем рядом разорвался снаряд. Что-то вспыхнуло и затрещало. Оглянулся. Надломленный тополь падал прямо на нас. Рывком вперед покинул то место, где тут же свалился тяжёлый ствол дерево. Оказывается, можно погибнуть таким образом… В третью стрелковую роту, которой командует младший лейтенант Миргородский Г.К. Григорий Кириллович, предложил подождать с ним. Пока доели по котелку каши, договорились обо всех служебных вопросах. Он очень хороший собеседник. В нем чувствовалась твердая и привлекательная личность. Держался он свободно. У него большие пышные усы и, величиной с пятачок, островок коротко подстриженных волос на бороде. Обошли мы все взвода. Осмотрели пулеметы, подремонтировали. Зашли к Миргородскому. Писарь доложил, что его вызвали в контрразведку за какую-то корову.
15 и 16 мая 1942 года (дни 328 и 329)
В эти дни наши войска ведут усиленные бои на Харьковском направлении – продвигаются в перед. Был в Первомайске. В артснабжении дивизии решал вопросы, связанные с получением боеприпасов, автоматов и запасных частей. Удалось получить наряд на 76 мм снаряды и 82 мм мины. На ДАСе подобрал комплект необходимых запчастей. В Первомайске в результате бомбежки возникло несколько очагов пожара. Решил остановиться у сгоревшего здания библиотеки. В громадной куче догорали книги. Среди них по обрывкам были видны и учебники и художественные. Ничего, как мне показалось, не жалко, а вот книги… Ведь они в моей жизни всегда были недосягаемой мечтой. Невольно вспомнилось детство. В доме у нас никогда не было ни домашней библиотеки, ни уголка для книг дошкольника и школьника. Считался счастливцем тот, кто сумел приобрести поддержанные учебники. Чаще всего ученики ходили друг другу за учебниками. Было большой радостью, когда ученикам разрешали пользоваться в начале сельской библиотекой, и позднее и городской. За десятидневный срок… На пользование книгой, иногда успевали прочитать два-три ученика… А тут такое воровство. А сколько теперь, за время войны уничтожено таких библиотек с их книжным фондом…
17 и 18 мая 1942 года (дни 330 и 331)
Мастера и техники в подразделениях. Ночью с 17 на 18 я был в подразделениях 1-го СБ и в роте ПТР. Днем ездил на ДОП за получением боеприпасов. Привез 3 автомашины. Обеспеченность боеприпасами на 18 мая составила: – по винт патронам – 1,89; – по патронам ДШК – 1,0; – ПТР – 0,5; – по сигнальным патронам – 1,22; – по гранатам – 1,12; – по противотанковым гранатам – 2,1 (2.484 шт.); – по минам 50 мм – 0,8; – по 82 мм – 1,3; – по 45 мм выстрелам – 2,4; – по 76 мм выстрелами – 1,28 боевых комплекта. Возвращались с ДОПа снова к вечеру с оружейником Сосулиным, вышли на уже привычную ночную работу, покидая свою нору на ночь. Последнее время стали ходить не более, как в паре. Если свыше двух, то немцы открывают минометный огонь. По двоим, как правило, не стреляют. Ночь тихая, темная. Осветительные ракеты взлетают один за другой через строго разрешаемые промежутки времени, словно по программе временного механизма. Ночную мглу прошивают цветные строчки трассирующих пуль. Внезапно Сергей Сосулин падает – «Выругался»… Спрашиваю, – Что случилось? – Попал в окоп и, наверное, поломал ногу, – отвечает Сережа. Действительно перелом оказался солидным. Пришлось его вести до медпункта. Эвакуироваться категорически отказался. С загипсованной ногой и костылем он теперь работает в расположении мастерских.
19 и 20 мая 1942 года (дни 332 и 333)
Немецко-фашистские войска заняли город Керчь 19 мая. В этот же день ударная группа противника, действующая на Барвенковском выступе, вышла в тыл советским войскам. Дальнейшее наступление наших войск на Харьков прекращено. Радько передал мне через связного о неблагополучном положении дел с ручными и станковыми пулемётами в стрелковой роте Гильникова И.Н. Вечером с двумя оружейниками направились на передний край. В роте пришлось работать всю ночь. Не заметили, как рассвело. Теперь уже надо оставаться здесь до вечера. Пули беспрерывно вспахивают брустверы окопов и траншей, веером разбрасывая землю. Состоялся разговор с командиром роты Иваном Николаевичем о плохом содержании оружия в роте. Сказал ему, что все оружие ржавое, неухоженное и никто не занимается им. В том числе и сам командир роты не интересуется состоянием оружия. На мои замечания Иван Николаевич в раздражённом тоне отвечает, что, мол, каждому свое, есть артснабженцы, мастера, вот пусть и ходят, шевелят бойцов. Это страшно возмутило меня. Я потребовал от него срочно собрать командиров и дать им указания о немедленной чистке оружия. Это мое требование ротным выполнил. Но почувствовалось, что он посчитал это насилием над его честолюбием. В полку появился новый начальник штаба капитан Алферов.
21 и 22 мая 1942 года (дни 334 и 335)
Возвращаясь с переднего края, в пути я спросил оружейного мастера Брюхачева, несколько недель тому назад прибывшего в мое подразделения, как он освоился и как справляется с ремонтом оружия в подразделениях. – Как справляюсь? Ремонтируем, ремонтируем и не видно этому конца. Сегодня в роте все оружие отремонтируешь, а на другой день опять надо ремонтировать. – И чем же это можно все объяснить? – задаю ему вопрос. Минутное замешательство: – Не знаю. Я недавно ведь работаю. – и подумав, добавил. – А вообще-то не интересно так работать, уйду я лучше стрелком в роту. В голосе мастера отчетливо прозвучали нотки какой-то досады, безразличия. Ремонт он познал быстро и хорошо справлялся. Работы, трудной и кропотливой, связанной с постоянным хождением по передовой очень много. Однако не эта причина его разогревания. К свисту пуль и переползаниям от окопа к окопу он привык. Его не удовлетворяет работа, которая вызывалось, тем что бойцы не выполняли установленных требований, по-настоящему не ухаживали за оружием. Да, из этого разговора я понял, что виноваты и я и Радько. Мы примиренчески, со снисхождением, с ложной жалостью относимся к тем, кто плохо сберегает оружие и ухаживает за ним.
23 мая 1942года (суббота) – день 336
Войска сегодня, восприняли с болью в сердце, весть о поражении наших войск, прекративших 19 мая дальнейшее наступление на Харьков. Совинформбюро опубликовало сообщение, согласно которому потери советских войск на Западном фронте под Харьковом составили: 5.000 тысяч убитыми и 70.000 тысяч пропавшими без вести. Это более, чем горькое признание. Наши войска оставили Керченский полуостров. Был на редкость тихий солнечный, но не жаркий день. Особенно нарядно выглядела речка Луганка с окаменевшими берегами и кустарниковым плющом. Лег отдохнуть на два-три часа в землянке. Машинально открыл планшетку: из-за целлулоидных перегородок на меня смотрели лица с нескольких фотографий. Это родные и знакомые. Сразу же подумалось: увижу ли я еще свою Родину, родные места, где проходило мое детство? На этот раз мне приснился замысловатый, путанный и беспокойный сон: мне снилось, что я попал в плен. Немцам я сразу же заявил, что ничего не скажу, поэтому сразу же расстреливайте. Потом побег, но ноги еле передвигаются, набрасываются большие овчарки, рвут мое тело, обмундирование. Теперь немцы, те, которые меня пытались допрашивать, оказались у нас в плену. Один из них достал из кармана гранату и намерен ее взорвать. Бью его по руке, граната взорвалась. Я просыпаюсь. Около землянки взорвался еще один снаряд.
24 и 25 мая 1942года (дни 337 и 338)
На Харьковском направлении наши войска имеют некоторое продвижение, а на Изюм-Барвенковском отбивают атаки немцев. Личный состав мастерских ночью работал в подразделениях. Утром возвратились в свое расположение. Часть приступали к ремонту, а некоторые отдыхали. С переднего края зашел в штаб полка. Здесь толпился народ, надрывались телефонные зуммеры, то там, то здесь вели надсадный телефонный разговор начальники служб, помощники начальника штаба. Одни что-то срочно требовали сообщить им, другие передавали распоряжения командования и штаба. По всему чувствовалась, что здесь ждут каких-то частей. Я уточнил наличие личного состава в подразделениях, наличия вооружения по строевым запискам. Около 10 часов 25 мая к расположению штаба подъехали две «эмки» и «полуторка» с красноармейцами. Из легковушки вышли 6 человек. Знаков различия не видно – на всех накинуты солдатские плащ-палатки. О их командирской принадлежности можно было судить лишь по фуражкам и, хорошо подогнанным по ноге, хромовым сапогам. Командир полка майор Левин аж бежал на встречу прибывшим для доклада. Не добежав метров 10-ти, как начался минометный обстрел. Мины рвались вокруг группы людей. Шестерка снова вселилась в машину и, набирая скорость, удалились к лесному массиву. Говорят, здесь был командарм Коротеев К.А.
26 и 27 мая 1942 года (дни 339 и 440)
Погода жаркая. Изнуряет. Ходить приходиться много. Объем работы по ремонту не уменьшается, если не увеличивается. С приходом с переднего края (27 мая) прилег немного отдохнуть. Не покидает мысль о моей ответственности за организацию работы по восстановлению и профилактическому обслуживанию вооружения полка. Что-то не ладится: чем больше работаешь – а объём ремонтных работ растет. Требуются радикальные меры. Но какие, какие… Вот хотя бы такой вопрос. Уход и сбережение в основном зависит от требовательности более массового звена командиров взводов. Но быстротечность судьбы командиров взводов действительно ошеломляющая. Один бой и почти ни одного командира взвода. На место лейтенантов приходит младший начсостав, а то рядовые. Как правило эти люди не имеют практики командования и не обладают необходимой требовательностью. Вот это то и выводит нас артснабженцев из себя. Порой бывает трудно сладить со своими нервами. Нас раздражает все возможные отсутствия в подразделениях от установленных положений по уходу за оружием. Но мы иногда просто оказываемся бессильными и берем этот объем на себя. Не знаю, спал или не спал. Меня вызвал в штаб Радько. Уточнили наличие боеприпасов, вооружения, писали сводку в дивизию. Встретил друга Витю Мясоедова. Удивлен. На его петлицах нет эмблем химика. Это не похоже на всегда аккуратного, в этих вопросах, начхима. Оказывается, согласно указаний вышестоящих штабов, эмблемы сняты в целях сохранения секретности.
28 и 29 мая 1942 года (дни 341 и 342)
В мастерских побывал агитатор полка. Он провел беседу с мастерами. Он говорил, что на окровавленной нашей земле занялся триста сорок первый день войны. Началось второе лето войны. Более двухсот вражеских дивизий, более трех миллионов гитлеровцев рушат жизнь на нашей земле. После первых поражений под Москвой и в других театрах военных действий гитлеровское командование перебросило на восток еще 95 дивизий… На нашем участке фронта немцы боевой активности не проявляют. В полку на каждый миномет и орудие установлен лимит расхода боеприпасов. На одно орудие в сутки не более 6 снарядов. Шло накопление выстрелов и мин. Боеприпасы сосредотачивались на огневых позициях, выложенные на грунт. На Изюм-Барвенковском направлении наши войска отражают ожесточенные атаки танков и пехоты. На Харьковском направлении продвижение приостановлено.
30 и 31 мая 1942 года (дни 343 и 344)
Подводя итоги месяца подсчитали, что расход боеприпасов за май месяц составил в сутки в среднем: по винтпатронам – 23 тысячи штук., мин 50 мм – 72 штуки, 82 мм – 75 штук, выстрелов 45 мм – 65 штук, и 76 мм выстрелов 58 штук. Совинформбюро сообщало о боях на Харьковском направлении: в течение двух недель на этом участке проходили ожесточённые бои. В ходе боев немцы потеряли убитыми и пленными не менее 90 тысяч солдат и офицеров, 540 танков, не менее 1.511 орудий, до 200 самолетов. Наши войска в этих же боях потеряли убитыми до 5.000 тысяч человек, пропавших без вести 70 тысяч человек, 300 танков, 832 орудия и 124 самолета.
1-7 июня 1942 года (дни 345 – 351)
Приказом от 4 июня присвоено звание «снайпер» старшине Дудареву Николаю Максимовичу, а снайперу Шаманадзе В.Ш. уничтожившему 58 фашистов были вручены наручные часы и 300 рублей. Приказ подписан Командующим 12-й армией генералом Гречко, начальник штаба Ермолаевым и Членом Военного Совета Гольденштейном Я.В. С 5 по 7 июня в полку проводились сборы снайперов. Я с техниками и мастерами в эти дни был полностью задействован. Мы деффектовали, тщательно ремонтировали и пристреливали (вместе со снайперами) снайперские винтовки. Отлаживали спуск. Я и Буйный провели несколько занятий с ними. Многие винтовки отбраковали и заменили более лучшими по кучности боя и меткости. Сборы снайперов посетили командир дивизии генерал Ильин А.М. и комиссар дивизии полк комиссар Шлионский А.А. Они побеседовали почти с каждым снайпером. Я боялся, что будет много жалоб на снайперские винтовки, но этого не было. За последнее время отмечено, что снайпера повысили свою выучку и они теперь значительно реже становились жертвой немецких снайперов. Я был свидетелем, как снайпер, по просьбе Шлионского рассказал такую историю. Фамилия снайпера Жгутов. Ночью он в паре со снайпером Горшковым выбирали для себя новую позицию. В темноте сбились с пути и набрели на часового, охранявшего немецкий блиндаж. Бесшумно, ударом ножа Жгутов быстро покончил с часовым. Попытался войти в блиндаж, но дверь его была закрыта. Из трубы шел дымок, видимо, топилась печка. Что бы выкурить оттуда немцев Жгутов бросил в трубу свистящую ракету. Ракета просвистела, но обитатели землянки не хотели покидать ее. Не раздумывая долго, Горшков выдернул чеку, опустил лимонку (Ф-1) в трубу. Конечно, печка разнесена вдребезги, а что стало с обитателями землянки ему не известно.
8–14 июня 1942 года (дни 352 – 358)
12 июня опубликованы англо-советские и советско-американские переговоры о договоренности открыть второй фронт в Европе в 1942 году. Об этом узнал, будучи в артснабжении дивизии. В этот день начальник артснабжения 261-й стрелковой дивизии инженер-майор Забашто Федор Алексеевич откомандировался в распоряжения штаба 12-й армии, а его обязанности принял его помощник лейтенант Лобов Георгий Михайлович. По наряду дивизии получил с 1384-го артиллерийского склада 12-й армии (Ворошиловград, станция Красновка) 16 ручных пулеметов ДП, 6 станковых пулеметов «Максим» и 4 ружья ПТР. Личный состав мастерских работает и в подразделениях, и в мастерской. Чтобы не терять связь с подразделениями и постоянно быть в курсе дела с вооружением, в подразделение ходим через день. Это вполне устраивает нас и подразделения. В один день мы ремонтируем оружие из числа обменного фонда, а во второй ремонтируем или меняем оружие в подразделениях. 13 июня рано утром я проснулся не оттого отчего просыпался в раннем беззаботном детстве, а от того, что вокруг дрожала земля, а сверху наката сыпались комья земли. Выглядываю из землянки. Утро темное и пасмурное. Идет дождик. Небо кутается в тучи. Недалеко от землянки что-то выжидают две сороки. Сел на лежанку, снял сапоги, перемотал портянки. Вспомнил что с утра мне надо быть в штабе полка, позавтракаю у кого-нибудь там же. Двинулся в путь. Мелкие капли дождя мягко ложились на землю. Задумчиво стояли деревья. Обстрел прекратился. Казалось, что все деревья прислушиваются к этой тишине. Вскоре впереди себя я увидел двух красноармейцев, чем-то нагруженных. На тропинке уже встретилось несколько завалов, которые приходиться форсировать. Делаю попытку убыстрить шаг, чтобы догнать красноармейцев и вместе с ними держать путь. Вдруг буквально у меня на глазах около завала произошел сильный взрыв, разметав людей по сторонам. Что же это может быть. Что взорвалось: снаряд ли или они попали на минном поле. Подхожу вплотную. Узнать людей невозможно. Оторваны руки, ноги. Вокруг разбросаны таловые противопехотные шашки. Тут же стало все ясно. У красноармейцев какой-то заряд сработал в руках. Сообщив в штаб о случившемся, тут же находившийся полковой инженер Цариев сказал, что видимо, бойцы-саперы, которых сегодня ночью посылали на склад военно-технического имущества за взрывчатыми веществами для разведчиков. Как немного позднее стало известно это были рядовые саперы Кузнецов и Лопатин. По всей вероятности, у одного из них в руках сработала немецкая противотанковая мина, которую они (кроме других ВВ) получили на складе. 9-10 июня на Севастопольском участке фронта наши отбивают многократные танковые атаки противника. На Харьковском участке фронта завязались бои с перешедшими в наступление немецко-фашистскими войсками.
15 – 21 июня 1942 года (дни 359 – 365)
Личный состав артмастерских по-прежнему в подразделениях работает через день. Работы много. Условия содержания оружия, да и недостаточно тщательный уход за ним уставших от окопной жизни бойцов, часто вызывают отказы, появляются неисправности. Наша ремонтная служба должна быть постоянно начеку. И техники, и мастера это понимают хорошо, а поэтому вполне осознано воспринимают неизбежность появления неисправностей. Снова тщательно анализируем и выявляем истоки появления отказов, делаем все возможное, чтобы избавиться от них. Сегодня нескольким офицерам присвоены очередные воинские звания, среди них есть такие, которые в течение 6 месяцев получают уже третье звание. Никак не укладывается в голове, почему для инженерно-технических работников полка, сроки выслуги вдвое больше, чем для командного состава. Совершенно не понятно, почему проведена резкая граница между ними. Значит, есть категория начсостава в армии, которая ценнее в два раза. Разве инженерно-технические-работники неодинаковые с другими начальниками служб, например, с полковым инженером, с начхимом, с помощниками начальника штаба полка. Однако начальник артснабжения полка, который постоянно бывает в подразделениях и подвергаются точно такой же опасности или вероятности быть раненым или убитым, почему-то ценится значительно «дешевле» чем, допустим, командир транспортной роты, никогда не видевший передовой. Вот пример, за шесть месяцев командир взвода транспортной роты старшина Жигула Н.Ф. стал командиром транспортной роты и старшим лейтенантом. А начальник артснабжения Радько П.А. как был старшим техником лейтенантом, так и остался им. Совершенно гнилая логика, кем-то не удачно придуманная. Такая дискриминация технического состава думается, исходит от невежественного человека составителя такого положения. Такое положения иногда приводило к тому, что воинские звания стали некоторые получать вроде именительных подарков. Считаю несправедливостью кем-то была заложена и в денежном содержании работников артснабжения. Начальник артснабжения полка значительно меньше имеет оклад, нежели начальник химической службы, а ответственность несколько не меньше. Если не больше. 18 июня проходило заседание Верховного Совета СССР. С докладом о ратификации. «Договора между СССР и Соединенным Королевством Великобритании о союзе в войне против гитлеровской Германии и ее сообщников в Европе и о содружестве и взаимной помощи после войны» выступил Нарком Иностранных дел В.М. Молотов.
22 – 28 июня 1942 года (дни 366 – 372)
Ни противник, ни наш полк эту неделю особой активности не проявляли. Обе стороны все еще продолжают совершенствовать рубеж обороны. Рубеж обороны полка становятся уже крепостью. Тут уже появились и ДОТы и ДЗОТы и бронированные и бетонированные колпаки. На танкоопасных направлениях расставлены и ежи, и металлические надолбы. Для отдыха личного состава созданы более-менее сносные условия. Подразделения все чаще стали вывозиться для санитарной обработки и приведение в порядок вооружения и имущества. Уменьшилась эксплуатационная нагрузка на вооружения, стало меньше отказов, неисправностей. Да и появилось больше возможностей своевременно ухаживать за оружием. В подразделениях постоянно идут занятия по боевой и политической подготовке. Расход боеприпасов резко сократился. Чего нельзя сказать о противнике. Он постоянно, ежедневно обстреливает наши расположение из всех видов стрелкового оружия, артиллерии минометов. Однако жертв стало меньше так как весь личный состав надежно укрылся в землянке и передний край имеет хорошо разветвлённую сеть траншей и ходов сообщения. 28 июня с арттехником Зинченко Д.А. мы осмотрели материальную часть артиллерии в артбатарее и 82 мм минометы в минометном батальоне и возвратились в свое подразделение. Мы не могли не остановиться, проходя мимо речки Лугань. Это речушка чистая, незамутнённая с ярко чистой осокой и мелкими лопушками по берегам. А сквозь воду видно песок, белые и черные камушки, над галечником шныряют быстрые зеленые пескари, маленькие окуньки и плотички, поблёскивающие серебром. А над поверхностью воды освещенный солнцем гонялись друг за другом зеленоглазые, золоченные и синевато-голубые стрекозы. Все это напоминало мне мой родной край и тихую приветливую речушку Лесной Воронеж. Это был устойчивый теплый день. Я присел, чтобы полюбоваться. Моему примеру последовал и Зинченко. Вокруг нас мурава, сохранившая прохладу. Мы отдыхали, наслаждались тихим долгим днем, еще не перешедшим, в также, бесконечно долгий вечер и ночь. Потом решили утолить жажду, напиться этой чистой водички. Пили много и жадно. И тут же чуть поднявшись вверх по течению, метрах 10-ти, я обнаружил один, второй, третий труп. Все трое утопленников связаны веревками и на них положено несколько камней, чтобы они не всплыли. Это конечно, дело рук немцев, побывавших в этой местности. Одежда на труппах гражданская. Долго меня мутило, когда мне приходилось вспоминать о выпитой воде из реки Лугани.
29 – 30 июня 1942 года (дни 373 – 374)
В полк 29 июня прибыло много больших начальников, которые всю ночь на 30 июня знакомились с системой обороны на нашем участке. В числе посетивших наш полк были генералы Малиновский Р.Я. и Коротеев К.А. и еще целая свита. Их сопровождали командиры дивизий полковник Ильин, командир полка майор Левин и комиссар Шлионский. К этому времени на танкоопасных направлениях всюду были расстановлены противотанковые ежи. В большом количестве полк получил колючки, предназначенные для разбрасывания на дорогах. В июне были установлены дипломатические отношения СССР с Канадой, а США объявили войну Болгарии, Венгрии и Румынии. Противник начал наступление на Воронеж и в Донбассе. Жалко не удалось увидеть Малиновского и Коротеева. Возвращался из штаба. Зашел в лесочек. Слышу, по лесу гуляет кукушкина песня, заглушая птичьи голоса. Слушая кукушку, в памяти воспроизводиться прошлое, связанное с детством. Не покидает навязчивая мысль. Полк на сегодня укомплектован полностью, а вооружением нет. Прибывшее пополнения полк вооружал тем, что он смог собрать на поле боя и отремонтировать. Прошел год войны. И все дни этого года мы ощущаем потребность в таких необходимых видах оружия, без которых нельзя воевать с таким противником, как немец. Автоматов едва хватило вооружить роту автоматчиков. В стрелковых ротах их нет. Снайперскими винтовками довольствуемся теми, что сумели собрать в мастерских. Роту ПТР смогли создать лишь спустя год после начала войны, хотя ружья были отработаны до начала войны. Ни счетверенных зенитно-пулеметных установок, ни ДШК до полной потребности нет. Как же бороться с танками, когда в полку вместо 9 противотанковых пушек вот уже полгода в наличии только 2. Такое же положение и с 72 мм пушками. Из 4 положенных, в наличии 2. Надо полагать и артполк дивизионный не был сформирован в дивизии в течение года из-за отсутствия матчасти артиллерии. Нам стало известно, что немец развернул крупное наступление на широком фронте.
1 июля 1942 года (среда) – день 375
Личный состав мастерских по-прежнему работает в подразделениях. Через посыльного меня к 6.30 вызывает командир полка на развилку дорог в несколько сот метров от Калиновой балки. Явился вовремя. Прибыли туда же начхим капитан Цариев Л.К., комбат 76 мм пушек лейтенант Кропоткин И.К., командир роты связи лейтенант Мотин Н.Е. и заместитель по тылу Никулин Н.В. с начальником трофейной команды. Начинало светать. С пробуждением дня оживала природа. Ночной сумрак расползался, расширял горизонт видимости. Пробудились и обитатели леса. Стрекотали сороки, с карканьем взлетали и снова усаживались макушки деревьев вороны, где-то в кустах пищали синицы, вылезли из дупел дятлы. Командир полка почему-то задерживался. Прошел час, другой… Из-за горизонта поднялось солнце, озарив солнце ярким светом. Послышался прерывистый гул моторов немецких самолетов. Выходим на опушку леса. Было видно, как от одного из трех самолетов отделилась что-то вроде трех бомб. В воздухе стоял неимоверный сверлящий мозг визг, который издавал летящий предмет. Вскоре эти предметы приземлились и не взорвались. Появился и командир полка. Он видел, где упали сброшенные предметы. Скомандовал следовать за ним. Вскоре мы обнаружили смятую бочку из-под бензина с множеством в ней отверстий. Она-то и издавала истошный вой. Метрах в трехстах мы обнаружили разорванный мешок, а в нем лепешкой лежало бесформенное тело человека. Брызги и лужа крови говорили о том, что человек был сброшен живым. Третий предмет найти не удалось. Этот акт неимоверного зверства был зафиксирован юристами и корреспондентами. Командир полка занялся с корреспондентом и юристом. Встречу назначил на завтра.
2 июля 1942 года (четверг) – день 376
До обеда личный состав мастерских занимался ремонтом оружия в мастерских, а после обеда разошлись по подразделениям. Я к 7.30 прибыл на условленное место сбора. Собрались все те же лица, что и вчера. Командир полка перед нами поставил задачу организовать две ложные артиллерийские батареи. Все здесь должно быть, как на действующей ОП артиллерии, проверить, просматривается ли это с воздуха или с земли. Даже дал нам подробный инструктаж. Начхиму Цариеву по инженерному оборудованию огневых позиций, мне по изготовлению макетов орудий и обеспечением укупоркой из-под боеприпасов, командиру батареи и пом. по тылу обеспечить имитацию подвоза сюда боеприпасов, обеспечению брошенными кабинами и кузовами от автомобилей, что бы чувствовалось на батареях жизнь. Комбат 76 мм орудий обязывался установить охрану ложных огневых позиций и вести стрельбу из кочующих орудий с этих позиций. Мастерские приступили к изготовлению макетов орудий. По сообщению Совинформбюро идут бои на Курском, Белгородском и Волчанском направлениях и на Севастопольском участке фронта.
3 июля 1942 года (пятница) – день 377
3-го июля немецко-фашистским войскам, после 250 дневной осады, удалось овладеть Севастополем, что осложнила обстановку на Южном крае советского-германского фронта. Личный состав мастерских весь день занимался изготовлением макетов орудий. 8 стволов 76 мм пушек выточили на токарных станках из бревен в гражданских мастерских в Первомайске. Покрасили их. Из свалки собрали все что смогли: и ходовые части с механизмами наведения, с колесами и без колес. Все шло в дело. Особенно нужны были орудийные щиты. Удалось раздобыть 6 различных щитов, две сделали из досок и покрасили. Пока идет инженерное оборудование огневых позиций, мы с трофейной командой доделали свое дело: они нам подвозили все, что можно использовать, а мы компоновали макеты орудий.
4 июля 1942 года (суббота) – день 378
К исходу дня саперы закончили оборудование ложных огневых позиций батарей. С наступлением темноты на повозках транспортной роты мы доставили макеты на огневые позиции и вместе с командиром батареи установили их. Еще раз покрасили, сверху замаскировали. Трофейщики приволокли шесть разбитых автомашин и установили их в укрытия – аппарели. На въезде к ложным батареям было установлено по часовому. Майор Левин и начальник штаба Лебедев проверили ложные огневые позиции, остались довольные. Командир батареи 76 мм пушек получил указание от командира полка, как можно чаще навещать эти батареи, для чего составить спец. график ведения огня с них из кочующего орудия.
5 июля 1942 года (воскресенье) – день 379
Побывал в 1-м стрелковом батальоне и артбатарее. Жалобы на плохую работу оружия не поступали. Все командиры рот и батареи о мастерах отзываются хорошо. Всем им нравиться их неутомимость и веское чувство ответственности за порученное дело. Я тоже остался доволен теми результатами самоотверженной работы мастеров, которую они вкладывают в подразделениях изо дня в день под постоянным огнем противника. А младший воентехник Буйный Т.И. – это ведь настоящий рационалист. Он всегда вводит что-то новое, экспериментирует, находит более рациональные методы и приемы в работе. Всему этому его научила ранняя самостоятельность, большой жизненный путь, пройденный с немалыми огорчениями и заботами. Он начал свою трудовую деятельность с 10-летнего возраста. Бытие определило его сознание, волю, постоянное понимание необходимости нового и поступательного движения вперед. Ему около 45 лет, но он бодр, подтянут жизнерадостен. Способен работать с полной отдачей, более того, постоянно старался передать свой накопленный опыт другим. В воспитании подчинённых ему не нужно прибегать к придумыванию каких-то несуществующих примеров, у него есть свои жизненные примеры на всякий случай жизни, примеры, которые он пережил и прочувствовал сам.
6 июля 1942 года (понедельник) –день 380
Мастерские работали по графику. За день восстановили из обменного фонда три станковых пулемета Максим, шесть ручных пулеметов ДП, 12 снайперских винтовок, 2 миномета 82 мм. С оружейным техником Буйным Т.И. ездили в армейские артиллерийские ремонтные мастерские чтобы раздобыть дефицитные запасные части. Считаю, что это нам удалось сделать. Теперь мы обеспеченны на долгое время. При возвращении с АРМа в Первомайское, я повстречал одного знакомого командира роты. У него приобрел наручные часы. Почему приобрел, а не купил, потому что во фронтовых условиях сложилось так, что деньги почти не действовали. Существовал в основном прямой товарный обмен. Иногда он совершался с предварительным осмотром товаров, а чаще всего действовал принцип внезапного предложения «махнем, не глядя?». Так с использованием этого принципы я и приобрел часы. А выменял я их на немецкую зажигалку. Хотя это далеко не равноценно (и обидно моему меньшику), но разрыв бывает и еще больше. В этом и весь смысл внезапных предложений на обмен. Ожесточенные бои западнее Воронежа и юго-западней Старого Оскола. Оставлены несколько населенных пунктов.
7 июля 1942 года (вторник) – день 381
Личный состав мастерских работал по плану: восстанавливал вооружения запаса, предназначенного для обменного фонда. За день отремонтировали 36 винтовок и карабинов, 42 пистолета-пулемета ППШ. Пристреляли их. Я с начальником артснабжения Радько П.А. обходили все подразделения, проверяли наличие необходимых запасов боеприпасов, закрепление оружия за бойцами. Уточнили сводку о боеприпасах. Расхождение были, но незначительные. В минометном батальоне и артбатареи много боеприпасов, выложенных на грунт (было приказано готовиться к артподготовке). Сегодня житель с Калиново рассказал, что в одной из шахт нашли 5 спрятавшихся изменников Родины. Пищу им спускали по веревке в ствол шахты. Вышли из строя 76 мм полковая пушка и один пулемет ДШК.
8 июля 1942 года (среда) – день 382
Ехал на полуторке в армейскую артиллерийскую мастерскую. Дорога прекрасная, день солнечный, на небе ни облачка. В кузове полуторке лежали станковый пулемет ДШК и противотанковые устройства 76 мм полковой пушкой с пулевой пробоиной цилиндра. Переговорили с водителем о его родине, родных и о его довоенной гражданской жизни. Потом как-то невольно разговор прекратился и каждый из нас думал о чем-то своем. Я любовался величавой, бегущей и остающейся позади, равниной. Привлекали взор зеленые, холмистые и неоглядные пространство. Наш путь проходил по перелескам, по полянам, по оврагам, заросшим кустарникам, населенным пунктом с украинской чистотой и ухоженностью… Мы догнали колону автомашин с ранеными, эвакуирующими в тыл. А может быть это и переселение какого-то госпиталя. В колоне было 15-18 автомашин. Вдруг послышался знакомый вой падающей бомбы и почти сразу же взрыв… Бомба угодила в середину колоны. В стороны разлетелись человеческие тела и обломки автомашины. Быстро прижав машину к обочине, мы с рядовым Потаповым отбежали на двести – двести пятьдесят метров в поле и плотно улеглись на пахотное поле. Я лежал на спине и наблюдал, как стервятники один за другим заходили на колонну и сбрасывали бомбы, и обстреливали из пулеметов. В считанные минуты с колонной было покончено. Гудели машины, уцелевшие раненые расползлись по полю, а большинство их остались лежать теперь уж без движения, без признаков жизни. Уцелевшие, как только улетели самолеты, начали помогать друг другу. Мы с Потаповым погрузили в полуторку 15 раненых, уложив их плотно к друг другу в небольшом кузове. Хотелось забрать как можно больше. В ближайшем госпитале мы сдали раненых и просили их срочно выехать к месту гибели госпиталя для оказания помощи. Врачи быстро собрались и направились туда, где ждали их на помощь. Вернулись мы поздно ночью. Мне удалось заменить в армейской ремонтной мастерской, ДШК и противотанковое устройство на исправное. Наши войска оставили Старый Оскол.
9 июля 1942 года (четверг) – день 383
Оборона установилась стабильная. Все идет по плану. Полк имеет численный состав и все вооружение согласно штату. Мастерские укомплектованы по штату. Мастера квалифицированные. Работать с ними стало легче. Светит солнце, над землею парит, пахнет теплой прогревшейся землей. Над муравьиными кучами держится едкий запах усердно работающих муравьев. Только что отгремели грозовые дни. До деталей изучены дороги и тропки из Калиново в Червоное озеро (тыл полка и штаб полка), из Калиново в Первомайск (штаб 261-й СД) и в Голубовку, где размещался ДОП. В этот жаркий день решил первый раз поплескаться в реке Луганка. Не успел я войти в воду, как меня с берега окликнул какой-то капитан и приказал немедленно вылезти из воды. Выхожу из воды забираю обмундирование и, несмотря на него требование подойти к нему на противоположный берег реки, спокойно вышел и удалился. А капитана попросил идти туда, откуда пришел. Вскоре на берегу появился командир транспортного взвода лейтенант Жигула Н.Ф., что-то переговорили с капитаном, и тоже удалились. Казалось, что на этом конфликт был исчерпан. Во второй половине дня Тимофей Иванович Буйный организовал вареники. Он договорился с хозяйкой дома, в саду у которой мы размещались. Я впервые в своей жизни ел вареники, да еще с вишней и сметаной. Говорят, это самые настоящие вареники. После сытного обеда я ушел на берег речушки, посидеть в одиночестве, подумать, повспоминать. Но что-то ничего не идет в голову. Я вижу необыкновенное веселье, которые по-воробьиному проявляют скворцы. Видимо им уже пора улетать. В черной массе птиц заметно выделяются молоденькие, они держаться еще не смело. Вот вся стая дружно поднялась и кружиться в быстром вихре, то снижаясь к земле, то взмывая в высоту. Так они будут кружиться пока солнце не опуститься за горизонт. Они сейчас прощаются с родным гнездовьем и улетают в поля. Молодые, говорят, должны пораньше своих родителей двинуться к югу, а родители на зимовку полетят значительно позже июля, еще побывав у своих старых гнезд.
10 июля 1942 года (пятница) – день 384
Утром мне вручили предписание штаба (за подписью начальника штаба полка капитана Алферова) согласно которому я должен 11 июля явиться к секретарю Военного Совета 12-й армии. Цель командирования не указана. Начинаю догадываться. Иду в штаб. Капитан Алферов объяснил, что моего командирования в Военный Совет потребовал адъютант Командующего войсками 12-й Армии за инцидент на реке Луганка. Мою фамилию он узнал от лейтенанта Жигулы. День выдался исключительно спокойным. Стороны вели лишь редкий пулеметный огонь. Вызвали в штаб полка. Приказано подготовиться к скрытному совершению отхода с занимаемых рубежей обороны. Приказом по полку определены порядок и маршруты отхода. Назначили подразделения прикрытия. Все тыловые подразделения сосредотачивались в одном месте и были в готовности совершать отход под руководством помощника командира полка по тылу старшего лейтенанта Никулина. Под боеприпасы были выделены две автомашины ЗИС-5. Мне было приказано вместе с Радько быть при машинах. Мастерские под руководством оружейного техника Буйного Т.И. должны были двигаться в составе полкового обоза, во главе с командиром транспортной роты. Как только вечер стал переходить в ночь сине-серое и чистое небо наливалось чернотой, мы двинулись в путь. В землянке и на оставленной укупорке из-под боеприпасов в вишневом саду Калиново перед отходом мы успели поставить несколько сюрпризов. Один пулемет МГ-34 со снаряженной лентой, заряженным мы установили, жестко закрепив его, в землянке таким образом, что проводок, закрепленный за дверь землянки отжимал пружину спец. приспособления от спускового крючка. Достаточно было открыть дверь, как проводок ослабевал, и пружина надежно прижимала спусковой крючок в положении автоматической стрельбы в направлении входившего в землянку. Второй сюрприз заключался просто в минировании укупорки. Была использована противотанковая мина. Достаточно снять со штабеля верхний ящик, как мина взорвётся. Хозяйку дома мы предупредили, чтобы она не подходила ни к землянке, ни к штабелю. Наши войска оставили город Россошь.
11 июля 1942 года (суббота) – день 385
Автомобильная полковая колонна из 4-х автомашин движется вслед за обозом. Догоняет его и снова ожидает подхода штаба полка. Начальник тыла и все начальники служб его находятся с автоколонной. Таким образом мы постоянно поддерживаем связь со штабом полка. Наша колонна связующее звено между штабом и полковым обозом. Мы информированы о том, что наши подразделения скрытно от противника покинули оборонительный рубеж и следуют маршем под прикрытием арьергардных подразделений. В пути следования в направлениях к Ворошиловграду наша колона подвергалась сильной бомбардировке. Много убитых и раненых. В пути к нам подсоединяются бойцы и командиры, вышедшие из окружения, преодолев Северский Донец: оборванные, грязные… некоторые без оружия.
12 июля 1942 года (воскресенье) – день 386
Еду на машине, в кузове на ящиках с боеприпасами. Постоянно, неотступно одолевают думы. Сколько сил, средств затрачено на построение оборонительного рубежа и все так легко, без боя оставлено. Мастера во главе с техником Буйным на марше где-то впереди. А какие это замечательные люди: Буйный, Зинченко, Сосулин, Попов, Белозеров, Порошин, Девьяров, Корнев, Золочев, Барабанов, Чернов, Хамидов, Ахмедов, Якушев, Сериченко, Коновалов и Брюхачев. Любой из них, уверен, не покинет поля боя и будет драться до конца. Недаром командиры рот очень тепло отзываются о каждом из них. И действительно все они большие труженики, смелые, знающие свое дело люди. Все они стали подлинными проводниками технических знаний оружия в подразделениях. Только вчера от нас ушел старшина роты Ахмедов, он пожелал сам. На прощанье он сказал мне: – Закончиться война, приезжай в Азербайджан, самым дорогим гостем будешь, – с живостью и забавным акцентом добавил, – Знаешь какой у нас край? Отличное место! Сады, вино, пей как вода, абрикосы вкусные, нежный, как девушка! Наши войска оставили Кантемировку.
13 июля 1942 года (понедельник) – день 387
Снова подверглись бомбардировке. Много жертв. Пожалуй, днем уже двигаться невозможно. В небе постоянно самолеты противника, на низкой высоте обстреливают и обстреливают колоны. С каждым днем набираем темпы отхода, буквально бежим, стараемся оторваться от преследования противника, не завязывать бой, быстрее занять наиболее выгонный естественный рубеж обороны. И все-таки в штабе принимают решение усилить арьергардные подразделения, завязывают и ведут тяжёлые оборонительные бои с противником. Сегодня Радько приказал мне постоянно находиться и перемещаться со штабом полка, уточнять потребность в боеприпасах и при необходимости принимать соответствующие меры.
14 июля 1942 года (вторник) – день 388
Следую со штабом полка. Арьергардные подразделения пока питаются боеприпасами с батальонных пунктов. Взвода боепитания батальонов пополнили боеприпасами. Весь гужевой транспорт заполнен боеприпасами до предела. В основном идем пешим порядком. Редко удается подсесть на повозку – немного передохнуть. Во второй половине дня фашисты обрушились на нашу колонну, расстреливая из пулеметов. Под конец облета сбросили несколько бомб и улетели. В небе стихло. Устроились передохнуть в леске. Вот послышалась бесхитростная кукушкина песня. Слушая кукушку, в памяти пробегают годы детства, когда мы у кукушки спрашивали сколько лет жить осталось. Но каким временем сейчас пользуются кукушка… Может быть теперь надо у нее спрашивать сколько осталось минут или часов жить? Захотелось взглянуть на кукушку, но не так-то просто это сделать. Кукушка постоянно перелетает с место на место – она не любит сидеть на одном месте. Сейчас и нам уже пора выступать на марш.
15 июля 1942 года (среда) – день 389
Отвод войск осуществляется очень высокими темпами. За пять дней мы преодолели марш Калиново – Ирмино – Дозаково – Роскошное – Георгиевка. Сегодня наш полк вступил в Краснодон. С каждым днем все больше подразделений задействуется в число арьергардных и вступают в бой наседающем противником. После обеда почувствовал озноб и слабость. Чтоб это значило? На улице жарко, а меня знобит. Передал через связного, чтобы в мое расположение из мастерской прибыли оружейники с набором инструментов, рядовые Сосулин С.К., Попов К.В. и Белозеров П.В. Накрывшись лошадиной попоной, пролежал в повозке, прямо на ящиках с боеприпасами во взводе боепитания батальона, около четырех часов. Озноб прошел. Прибыли мастера. Пошли с ними по подразделениям, которые постоянно ведут бои с противником. Много идти не могу, ослаб. Первая же ротная походная кухня принимает нас как своих. Мастера не советуют мне ходить с ними по ротам. Возвращаюсь в штаб полка. Виктор Мясоедов пристраивает меня к химвзводу. На марше плетусь с ними, от времени к времени уточняю обстановку в штабе. Наши войска оставили Богучар и Миллерово. Итоги двухмесячных боев с 15 мая по 15 июля 1942 года: немцы потеряли 900 тысяч (в том числе убитыми 350 тыс., 2.000 орудий, 2.900 танков, 3.000 тысячи самолетов). Красная Армия потеряла 399 тысяч человек, 1.905 орудий, 940 танков, 1.354 самолетов.
16 июля 1942 года (четверг) – день 390
Утром Сосулин доложил, что тяжело ранен оружейник, рядовой Белозеров П.В. Ранен в живот осколком мины. Помощь оказана сразу же, и он эвакуирован в медсанбат. Хоть бы выжил. Очень жалко товарища. Попова К.В. направляю в полковой обоз в качестве связного с Радько. Срочно нужно пополнение боеприпасами к стрелковому оружию и минометом. Одновременно вызываю к себе оружейных мастеров рядовых Коновалова П.С. и Брюхачева С.И. Необходимое количество боеприпасов для батальонов по моей записке оставлено на пути нашего отхода в Мирном. Здесь же были оружейные мастера. Меня и командира саперного взвода вызвал командир полка майор Левин А.С. Спрашивает нас, что мы можем предложить для уничтожения зданий и сооружений, мостов. Сапер доложил свои возможности. Его дополнил своими предложениями начальник инженерной службы военный инженер 3-го ранга Цариев Л.К. Я попросил командира полка дать мне возможность подумать о «сюрпризах» и доложить завтра утром. Мастера контролируют работу вооружения. Я слежу за обеспеченностью боеприпасами.
17 июля 1942 года (пятница) – день 391
Подразделения полка с боями отошли в Ново-Александровку. Здесь мы встретили нашу полковую автоколонну. Разместились на окраине при выезде из Ново-Александровки. Прибыли и мастера Конавалов и Брюхачев. В полдень началась, невероятная по варварству, бомбежка скопления войск в населенном пункте. В этой суматохе от осколочного ранения в голову погиб рядовой оружейник Попов К.В. Похоронили здесь же. В 14.00 как по расписанию повторяется позавчерашний случай, меня знобит, у меня не попадает зуб на зуб. Мастера укладывают меня под деревцом, набрасывая на меня все, что у них было. Такая процедура продолжалась три часа. Встал как тень в штаб полка. Ведь командиру полка надо было доложить утром. Предлагаю использовать «сюрприз», связанный с обрядом, который уже имел место быть, когда изменники Родины встречали приход немцев. Майор Левин А.С. согласился. Просил ускорить это. Дал задание мастерам Сосулину, Брюхачеву и Коновалову. Бойцы опытные все будет сделано. За ночь они сделали все необходимое.
18 июля 1942 года (суббота) – день 392
В Медвежанке перед командиром полка майором Левиным я с мастерами поставил двухведерный самовар, полностью заполненный тротилом. На конфорке самовара стоял круглый поднос, а на нем большой круглый каравай (на поду печеный), накрытый рушником. На рушнике деревянная расписная солонка. Вместе вызванными разведчиками и с мастерами мы все это сооружения установили в ста метрах, не доезжая до села Медвежанки, на большом столе покрытой белой скатертью. Перед столом постелили длинную домотканную дорожку. Перед разведчиками стояла задача дождаться появления немцев, обстрелять их и отойти. Очевидец рассказал, как, не доезжая Медвежанки, остановилась механизированная колона. От них через несколько секунд отделилась группа офицеров. Подойдя к столу, они все остановились близ него. Один из офицеров поднял на подносе хлеб с солью. Здесь то и произошел сильнейший взрыв самовара. Какой был причинён ущерб немцам – разведчик не знает.
19 июля 1942 года (воскресенье) – день 393
Сегодня мы узнали принеприятнейшую весть: немцы заняли те районы Донбасса, которые мы удерживали совсем недавно, овладели важнейшим промышленным центром Ворошиловградом. Отступая, полк иногда прибегал к стремительным броскам с пережиданием и обходом населенных пунктов, используя дорожные посадки перелески и балки. Мы хорошо себе представляем, что немцы боятся отрываться от дорог и населенных пунктов, ну, а если сегодня воскресенье, то можно передохнуть и пополниться и нам. Немцы в первые месяцы войны, как правило, по воскресеньям и праздничным религиозным дням, отдыхали. Полк разместился на южной окраине населённого пункта Володарка. В 14.00 у меня начался приступ лихорадки. Снова уложила меня под несколько шинелей. Откуда ни возьмись – бомбежка. Бежать некуда и бесцельно. Где-то рядом ухнула бомба. Что-то ударило по ноге. Подтягиваю ногу. Ощупываю. Нет ни задника, ни каблука. Полк поднят по тревоге. Двинули в путь. Ковыляю и я. Вскоре мастера мне приносят сносные сапоги.
20 июля 1942 года (понедельник) – день 394
Путь держали на Александровку. Подразделения ведут арьергардные бои. С утра пополнили боеприпасами. Рота ПТР вот уже сегодня дважды останавливала наступающие мотомехчасти, подбив шесть бронетранспортеров. Активно работают минометчики и артиллеристы. Оружейные мастера постоянно находятся при мне (Коновалов, Брюхачев и Сосулин). В 12.00 миновали Александровку, на выходе полк сделал привал. Задымили кухни. Сережа Сосулин где-то раздобыл стакан спирта – советует выпить. Через силу выпиваю половину. Закружилось в голове. Снова бомбежка. На этот раз значительно интенсивнее, с несколькими заходами с пулемётным обстрелом. Кругом убитые и раненые. Плохо соображаю или от спирта, или от контузии. … Боец раненый в грудь просит воды. Снимаю фляжку с рядом лежащего убитого, поднимаю ему голову… выпивает всю фляжку до конца… но видимо, это его последние глотки воды… Убитых укладывают в канавы, воронки, засыпают землей. Раненых грузят на повозки. Перевязывать пока некогда, каждый, кто способен, делает это сам.
21 июля 1942 года (вторник) – день 395
Штаб полка за тылами движется в направлении на Глухова. Сергей Сосулин раздобыл пять противопехотных мин. Доложил свой план действия. Я об этом рассказал командиру полка. Санкционировал. Арьергардная группа и мастера при оставлении Глухова должны на обочинах дороги, в самом населенном пункте, на определенном расстоянии друг от друга расставить пять табуреток перед сиденьем которых были вмонтированы противотанковые мины. На табуретках ставились крынки с молоком, прикрытые чайными блюдечками. Достаточно было поднять крышечку с молоком, как противотанковая мина срабатывала. Вот приближается 14.00. Выпиваю полстакана спирта. Все равно одолевает дрожь. Одеваю шинель. Кружиться голова. Снова немецкие стервятники обстреливают колону. Наступило полное безразличие. Все разбегаются по обочинам дороги. Я сажусь в кювет. Разведчики очевидцы рассказывали, как в Глухово остановилась колона немцев. Почти одновременно по обе стороны раздались взрывы. Это и были сюрпризы.
22 июля 1942 года (среда) – день 396
На подходе к Алмазному, колонна снова подверглась варварской бомбардировке. Теперь мастерские лишились одновременно двух замечательных товарищей, отличных мастеров. От вражеской бомбы погибли рядовые Коновалов П.С. и Брюхачев С.И. Находившийся с нами Сережа Сосулин и я остались невредимыми. Верно, здорово оглохли. Командир полка требует доложить о наличии боеприпасов в батальонах и на батареи. На этот раз я не курсе дела. Посылаю Сережу Сосулина по взводам боепитания. Но он долго не возвращается. Больше никакой связи с подразделениями нет. В Алмазном догоняем нашу автоколонну. Связываюсь с Радько. Прошу оставить на каждый стрелковый батальон ящиков по 20-30 винтпатронов и ручных гранат, а также пополнить артиллеристов и минометчиков. К себе прошу прислать мастеров Порошина А.Х., Девьярова И.В. и Корнеева И.Х. В мастерских теперь вместе с техниками осталось всего 8 человек. Буйный, Зинченко, Золочев, Барабанов, Чернов, Хамидов, Сериченко и Якушев.
23 июля 1942 года (четверг) – день 397
В пяти километрах от города Шахты подразделения полка с полкового обоза пополнились боеприпасами. Тылы полка направились в Шахты. В пути, в результате авианалета противника, погибли три артмастера: рядовые Сериченко Г.Д., Хамидов З.С. и Барабанов З.Б. Теперь с мастерской следовало два техника (Буйный и Зинченко), два артмастера (Золочев и Чернов) и ездовой Якушев. Со мной при штабе полка четыре мастера (Сосулин, Порошин, Девьяров, Корнев). Саперы получили указания от командира полка при отходе минировать школы, здания общественных учреждений, колодцы, водозаборные колонки, водонапорные вышки. Готовились к 14.00. Озноб есть, но терпеть можно. Вот уже третий день совершенно не хочется кушать. Чувствую исхудал. Ноги еле переставляю. Но ведь впереди еще много надо сил. За 12 дней с боями мы совершили отход до города Шахты. Полк начал отход, полностью укомплектованный личным составом. Теперь от него осталось не больше половины. Установить пока было трудно. Не знает об этом и штаб полка. Мы входили в город Шахты. Пожары вздымались во всех концах города, огненная буря свирепствовала всюду. Взрывались цистерны с бензином. Языки пламени метались над городом. Загорелись мельница и элеватор. Трескавшееся зерно шумело проливным дождем. Скручивались листья на деревьях, пепел заметал улицы. Воняло живым мясом, палёной шерстью, мазутом, керосином, маслом. Миновав этот кромешный ад, полк, стремительно отходил в направлении Старочеркасское.
24 июля 1942 года (пятница) – день 398
Всем подразделениям полка объявлено, что Старочеркасское является пунктом сосредоточении нашего полка. По пути к этой станице видимо, хорошо знающий эту станицу рассказывал, что она расположена на заиленных землях, на низменном и очень часто затопляемом берегу, что это старинная станица в каком-то веке была главным административным центром казачества и в ней много памятников старины: дома Степана Разина и Кондратия Булавина. Здесь в Монастырском урочище братская могила 200 красноармейцев, погибших в гражданскую войну. Вступили в станицу уже к вечеру. С каждым часом сюда прибывает много войск. Станица была в огне. Что-то взрывалось. Высоко поднимались клубы дыма и огня. Люди толпами бросаются из стороны в сторону. Суматоха, паника, плач детей. Люди с небольшими пожитками пытаются найти выход из создавшего положения, отыскать более безопасное место, найти укрытия. В воздухе постоянно кружат «Рамы», «Хейнкели» и «Юнкерсы». Они бомбят скопление людей, машин, подвод. Трещат зенитные пулеметы, бухают зенитные орудия. В Старочеркасской мы с Мясоедовым поймали двух оседланных лошадей. Они охотно подчинились нам. Увидев меня на коне, помощник командира полка по тылу Никулин приказал мне разведать переправу через Дон. Еле державшись в седле, направился к берегу Дона, а потом вдоль берега к небольшой железнодорожной станции. Здесь творилось что-то невероятное: растаскивали содержимое вагонов. Стреляли по цистернам со спиртом, каждый хотел быть обладателем своей струей для личного ее пользования. Собирали спирт и в ведра, и в каски, в котелки, и просто подставленные лодочкой ладони. Тут же выпивали. Эта стихия не управляемая. Единственное было поджечь цистерну – но этого, пожалуй, сделать мало кто бы решился в это время. Видневшийся деревянный мост был полуразрушен: пролеты перекошены, проезжая часть полотна под углом накренилась к воде. По залитому водой настилу ползли, а некоторые держась за уцелевшие перила осторожно передвигались по мосту. Противник ведет артиллерийский огонь. Автогужевому транспорту не перебраться. Налетели самолеты и еще раз отбомбились по полуразрушенному мосту. Высокие столбы воды, опускаясь, накрывали мост, смывая с него цепляющих людей. Под мостом карабкались, барахтались люди, цепляясь за опоры. Возвращаюсь в расположения полка что бы доложить об обстановке на переправе. Но ни полка, ни дивизии на месте не было. Они снялись и ушли на еще уцелевшую (южную) переправу. Возвращаюсь на уже разведанный мною мост. Многие конники пытаются переправиться с лошадью вплавь. Они мечутся перед мостом. Лошади не хотят прыгать в воду, их толкают тянут за уздцы, некоторые уже плывут, а другие с трудом выбираются на противоположном берегу, а некоторым не было суждено вступить на то берег… К мосту в это время подъехал и порывисто соскочил с машины высокий с широкой грудью, крепкой шеей и развитыми мускулистыми руками, что говорило о его необыкновенной силе, общевойсковой офицер – майор. Он взял на себя командование переправой. Во-первых, он начал ликвидировать затор на мосту. По его команде были сброшены с моста повозки, двуколки мешавшие передвигаться людям по наклонному мосту. Один командир начал переправляться по мосту вместе с лошадью. Я пошел с лошадью под уздцы следом за ним. Настил моста был сырым и мокрым. Рассчитываю на брус-поребрики, которые позволят задержаться лошади от соскальзывания. Прошли метров сто. Снова налетели три звена «Юнкерсов», бомбят и обстреливают мост. Нас с лошадью обкатило ливневым выбросом массы воды. Лошадь моя не удержалась, сорвалась в низ. Едва успев выпустить из рук уздечку. Лошадь под водой. Через секунды она вынырнула около сваи. Но почему-то отплыть никак не может. Вижу, уздечкой зацепилась за костыль в свое. Не раздумывая, в полном обмундировании, прыгаю с моста. Подплываю к лошади. Освобождаю уздечку. Почувствовав свободу, лошадь быстро развернулась и поплыла на тот же ближайший берег. С большим трудом удалось заставить ее плыть на противоположный берег. Плывем мучительно долго. Почувствовав под ногами дно, лошадь остановилась, и с места ее сдвинуть было невозможно, какие бы я усилия ни применял. Бомбежка моста продолжается. Рухнул в воду целый пролет. Люди мечутся по берегу. Каждый прикидывает свои возможности на преодоления Дона вплавь. Некоторые решались, но это были единицы. Смотрю на плывущих и представляю себе, как у некоторых начинает сводить судорогой руки и ноги. Мышцы дубеют от напряжения. Его постоянно тянет ко дну, как камень. Дробно стучат зубы, дышится с трудом. Грудь словно стянуло железным обручем. И вот расходует самые последние силы что бы выкарабкаться на отмель берега… Вот моя лошадь, отдышавшись, делает несколько шагов вперед, повинуясь моей команде. Так и пошагали мы с ней потихоньку к станице Ольгинской. На берегу людей уже не оставалось. Берег стал мертвым. Стемнело.
25 июля 1942 года (суббота) – день 399
В надежде найти свой полк, направляюсь в станцию Ольгинскую. Где-то правее в плавнях замечается движение людей и транспорта. Добираюсь в самую гущу скопления, чувствуется, что здесь полевое управления штаба. У одной из штабных машин стоял суровый, плечистый человек в темной куртке, с пистолетом в руке. Хотел было обратиться, но заметив его раздражённый вид, предпочел обратиться к кому-либо другому. Обращаюсь к майору, докладываю ему кто я такой и что разыскиваю свою часть. – Идите со мной, – говорит он, сейчас я вам найду работу. Идем по линии железной дороги, что северо-восточнее ст. им Ленина. Не доходя сотни две-три до полустанка, что расположен примерно на середине между станцией Ольгинская и ст. им Ленина видны штабеля с боеприпасами. На встречу подбегает младший командир и докладывает майору что у них все в порядке. «С сего часа старший лейтенант», – сказал майор, кивая в мою сторону, – будет вашим начальником будете выполнять все его распоряжения. У майора высокий рост, приятный баритон, в нем чувствовался апломб. Видимо принадлежит к числу тех, которые производит внушительное впечатление. Когда он говорил о моей задаче, то создавалось такое впечатление, будто именно он самый большой начальник и что от него персонально зависит успех боя на этом участке. Получив такое задание, я даже ничем не мог ему возразить. Все данные обо мне майор записал в свой блокнот. В обязанности мне вменялось отпускать боеприпасы тому, кто будет приезжать за ними. В случае угрожаемого положения боеприпасы нужно поджечь. Сколько и каких боеприпасов находиться здесь никто толком не знал. Здесь было два красноармейца и один младший командир. Рядом со штабелями находилась насколько тюков пакли и четыре пять ящиков с бутылками «КС». Через некоторое время прибыл красноармеец и вручил мне письмо со штампом и печатью, в котором говорилось, что я являюсь представителем артснабжения 12-й А и мне поручено распоряжаться складом боеприпасов. Подпись под письмом секретаря Военного Совета армии. Красноармеец мне сообщил, что на КП только сейчас прибыл пьяный ефрейтор и нагло заявил, что ночью немцы будут здесь. Потом он рассказал, что с КП только что увезли раненых Командующего 12-й Армии Гречко и командира 261-й СД какого-то генерала. Всю ночь знакомлюсь с наличием запасов боеприпасов. Всего здесь было тридцать полувагонных штабелей. Паклю разложили на штабеля, придавили ее сверху ящиками. Бутылки с КС разложили по штабелям.
26 июля 1942 года (воскресенье) – день 400
Ждем ночь. Вот уж наступило утро. К нам никто не приезжает. Вокруг ни одной души. Штаб Армии видимо еще ночью снялся. Рассматриваю в бинокль окрестности. Никаких признаков жизни. Началась артиллерийская стрельба и бомбежка где-то севернее Ростова. Вскоре снова все стихло. В поле зрения появились колоны машин и танков. Что делать с боеприпасами. Поджигать или еще рано. Спросить не у кого. Решать только самому. Машу рукой и командую – «Зажигай!». Справились быстро. По обочине железной дороги уходим в Ольгинскую. Наши войска покидают станицу. В бинокль видна картина: танки противника растекаются в право и в лево, выстраиваются в боевой порядок для атаки. В панике беженцы шарахаются в разные стороны. Из шлейфов пыли, взымаемой гусеницами, роем вылетали мотоциклисты и обогнав танки, начали охотиться за людьми. Доносились очереди их пулеметов. Из-за танков вслед за мотоциклистами устремились вперед бронетранспортеры с пехотой. С их бортов тоже ударил шквал огня по мечущимся в смертном страхе людям. Ударили несколько залпов «Катюши». Все рассыпалось, смешалось… Где немцы, где наши войска, где эвакуированные понять трудно. Бомбы и снаряды засыпают станицу Ольгинскую. Зловещий визг падающих бомб заставляет людей бросаться на землю и снова бежать. Всюду валяются люди и нельзя разобраться кто из них живой, а кто мертвый. Здесь погибало сотни людей, лошадей, всюду валялись и стонали раненые. Кто еще был способен, бежали в поисках убежища. Со звоном вылетают из оконных рам стекла, заваливаются строения, хороня под собой людей… Кругом бомбы, огонь, гарь, дым, страх, последние вздохи людей… Привязываю лошадь за дерево возле дома. Сам перебегаю на противоположную сторону, чтобы лучше наблюдать за ходом бомбежки. Совсем где-то рядом разрывается бомба. Видимо большой мощности. Ржание лошадей. Подбегаю к ней. Последние предсмертельные конвульсии покидают ее. Жалко боевого друга – коня. Снимаю седло. Может быть пригодиться. Несу на себе. Тяжело. Осиливаю километра два. Бросаю седло в кювет. Кто-то тут же подбирает его. Бреду по пыльной дороге долго, долго… Хочется кушать… Очень ослаб. Немного отдохнуть бы. Со мной двое солдат. Младший командир где-то потерялся.
27 июля 1942 года (понедельник) – день 401
Словно тени движемся по обочинам дорог. По дороге двигаться почти невозможно: сплошным потоком идут эвакуированные с телегами и со скарбом. Среди них небольшие группки военнослужащих, кто с оружием, кто без него. Следуемые со мной солдаты раздобыли краюху хлеба. Съели на ходу. Отдыхать некогда. Немец где-то совсем рядом: слышен шум моторов и пулеметная стрельба. Мое беспокойство: найти артснабжение 12-й Армии и доложить об уничтоженных боеприпасах в районе станции Ольгинской, вторая – найти свой полк. Прихожу к выводу пешим порядком нам штаба Армии не догнать. Это был летний знойный день. Взвихренная ветром, носилось сухая душистая пыль над фронтовыми дорогами, оседала на лицах, окрашивала в белое пилотки, сапоги, гимнастерки. Непрерывным потоком откатывались на восток наша боевая техника отходили утомленные бойцы. А над всем этим: над побуревшей от солнца степью, над зеленеющими деревьями, над озерами и светлыми степными реками – висел нудный прерывистый вой фашистских бомбардировщиков. Мотомеханизированные войска висели на плечах. То на одном, то на другом участке потрепанные в боях подразделения спешно занимают оборону. Но вражеские танки сходу вводились в бой, снимая едва успевшую перегруппироваться часть и занять оборонительный участок. Передохнуть хотя бы часик другой. Но времени совершенно нет. Можно оказаться в тылу противника. Хотя и медленно, но движемся вперед, вперед… После упорных боев наши войска оставили города Новочеркасск и Ростов.
28 июля 1942 года (вторник) – день 402
Движемся и днем, и ночью. Все-таки опасно. Можно и угодить в плен. Только в воскресенье можно было передохнуть. Но не так уж много. Надо выиграть время. Пока немцы отдыхают, оторваться от них как можно больше. Но танки снова нас нагоняли, а иногда передовые отряды и обгоняли нас. Мои силы иссякли. Видимо малярия давала знать. Надо же ей привязаться ко мне. Ноги подкашиваются, отказываются передвигаться. Ой, как надо подкрепиться, ведь несколько суток так по-настоящему и ни разу не покушали. Теперь к нам подсоединились еще два воина. Нас пятеро. Я старший. Заметно, что отходившие группы дробятся на более мелкие, но не больше пяти. Решили в первом же населенном пункте подкрепить свои силы: поесть, отдохнуть. При подходе к населенному пункту, уже было темно и силы нас покидали окончательно. Ноги еле, еле передвигались. Но вселении слышна немецкая речь, суета. Огорчены. Идем в обход села. Подходим к свинарнику. Без всякой предварительной разведки заходим в конюшню. На нас смотрит маленького расточка с веснушками на лице девочка лет пятнадцати-шестнадцати. Видимо перепугалась нас. Объясняем, что мы командиры Красной Армии. Очень голодные. Нет ли возможности покушать. Она развела ручонками – мол ничего нет. А само дрожит. Кто-то из нашей группы обнаруживает, что в соседнем помещении вариться для свиней картошка. Она уже почти была готова. Подходим к котлу. Выхватываем из котла недоваренную картошку. Перекидывая с руки на руку, отправляем в рот. Жадно жуем, без хлеба. Соль оказалась в куче, в углу свинарника, видимо, подобранная лопатой вместе с землей. Девочка, прижавшись к притолоке, с удивлёнными глазами смотрит на нас. Я прошу ее закрыть двери свинарника на запоры изнутри. Она выполняет нашу просьбу. Наевшись картошки (объев свиней) мы все пятеро завалились на сеновал. Предупредили девочку, если появиться немцы нас разбудить немедленно. Она обещала это сделать. Стало известно о сдаче Ростова и Новочеркасска. (по радио предали, что 23 июля шли бои на Севастопольском и Харьковском направлениях, а 28 июля на Курском и Севастопольском).
29 июля 1942 года (среда) – день 403
Совершенно не помню, как заснул. Невозможно определить, сколько прибывал во власти сна. В свинарнике шум. Не сразу доходит происходящее. Вскакиваю как ужаленный. Остальные тоже на ногах. Выбегаем из свинарника. Сплошная темень, хоть глаз выколи. Придерживаясь друг за друга, отбегаем от свинарника. Пытаемся уточнить, что же произошло. В итоге выясняется, в свинарник прибыли колхозники во главе с председателем. Пытались под покровом ночи угнать свиней от немцев. Удалось ли им это сделать, нам так и не удалось узнать. Мы снова в пути. Идем значительно бодрее, хотя усталость чувствовалась во всем: болят все мышцы ног, рук, поясницы… Движемся до глубокой ночи. Мучает жажда голода. Направление держим на Сальск. Мне подсказали, что 12-ю Армию надо искать на реке Егорлык, в районе Жуковское. Что, мол, имеет задачу прикрывать Ставропольское направление.
30 июля 1942 года (четверг) –день 404
Ночью решили, во что бы ни стало подкрепиться, иначе потеряем способность к движению. Удастся ли догнать своих. Подошли к небольшому хуторку. Подходим к крайнему домику. Стучусь в окошко. Никаких признаков жизни. Послышался в глубине хаты кашель. Шлепанье обуви. Вот кто-то подошел к двери и остановился, прислушиваясь. Снова повторяю стук. Тут же загремел засов, со скрипом открылась дверь и один за другим последовали два пистолетных выстрела. Дверь мгновенно захлопнулась. Делаю несколько ответных выстрелов в дверь. Сразу же все стихло. Так что же случилось, кто есть в этом доме. После некоторых мер предосторожности входим в дом. На полу лежит хозяйка дома дрожа от страха, всхлипывая. В углу хаты раскрытая постель, но она вроде бы пуста. Рядом с постелью на табуретке лежат зубные щетки, баночки с кремом, стоят флаконы с дешевым одеколоном и другая парфюмерия и косметическая мелочь. На непокрытом столе стоят рюмки пустые и не допитые, две бутылки из-под местного вина и открытая бутылка французского коньяка. Снова оглядываюсь на постель. Она вдруг зашевелилась. Вскидываю пистолет в сторону постели. Приоткрывается одеяло. На высоких подушках, утопая в пуховой перине, лежит молодая обнаженная по грудь женщина. Ее холеное лицо, длинными светлыми волосами, было бледное, бледное. Большие, с густыми ресницами голубые глаза раскрылись было навстречу вошедшим, но сразу же зажмурились как бы от яркого света или от неизомерного освещения. Изящно очернённые ноздри, полные алые губы, шея и грудь непрестанно поднимались в частом, нервном дыхании, и так же беспокойно сжимались тонкие пальцы. Выбегаем во двор. По двору ходит здоровенная немецкая овчарка с ошейником, не обращая на нас никакого внимания, и даже позволила себе выполнить собачий ритуал. Опасность от собаки не меньше, чем от немца. Тут же пристреливаю ее. Мы узнали, что немец (майор) будущий комендант района, поторопился со своей фрау прибыть в только что занятый немцами хутор. Но он сбежал. Немку мы увели с собой, прихватив у хозяйки немного пищи. Днем немку передали подполковнику, следовавшему на автомашине Эмка – видимо какой-то начальник. По р. Егорлык движемся на Жуковское.
31 июля 1942 года (пятница) –день 405
Сколько радости: сегодня утром у хранилищ зерносовхоза встретил своих подчинённых мастеров. Они продолжали двигаться в составе колоны тыла полка. Здесь были младшие воентехники Буйный Т.И. и Зинченко Д.А., мастера рядовые Золочев, Чернов, Сосулин и ездовой Якушев. Мастера (по рассказам Сосулина) Порошин, Девьяров и Корнеев пропали без вести. Весь состав мастерской со мной составляет 7 человек. Здесь же повстречал своего начальника Радько П.А. и пом. командира полка по тылу ст. лейтенанта Никулина. Доложил им о своих злоключениях, показал свой мандат, выданный военным советом 12-й Армии. Много радости принесла и встреча с начхимом Витей Мясоедовым. К этому времени связь штаба полка с подразделениями была потеряна. Тыл не знал где находиться штаб полка и командование. С тыловой колонной оказалось много командиров подразделений, растерявших своих подчинённых и ряд начальников служб полка. Помощник командира полка Никулин взял на себя инициативу по сколачиванию подразделений. Всех бойцов свели в единое подразделение, назначили командиров взводов и рот. В мастерской остались лишь я, Буйный и ездовой Якушев. В короткие сроки произвели перевооружение. Обеспечили каждого патронами, гранатами. Радько развернул полковой пункт боепитания, разбросав ящики с боеприпасами под видом пчелиных домиков на пасеке. Но ни артбатарея, ни минбатальон не объявились. Принятые меры связаться со штабом полка к положительным результатам не привели. Решили остаться на месте ночь, а утром принять окончательное решение. Я проспал пять часов словно убитым. Проснулся в полночь. Хотелось кушать. Казалось, съел бы ежа, хоть с колючкой. На выручку пришел ездовой Якушев. Пол каравая с водой и солью осилил я. Тут же ослаб и вряд ли сразу бы мог двигаться.
1 августа 1942 года (суббота) – день 406
По команде помощника командира полка Никулина колонна выстроилась и подготовилась к движению. Боеприпасы погружены на автомашинах и на повозках. Подана команда на движение в направлении на Кропоткин. Не успели мы сделать и несколько метров, как на нашу колонну тучей налетели немецкие стервятники. Один за другим самолеты пикируя, сбрасывали бомбы и поливали пулеметным огнем. Укрыться было негде. Я побежал, к стоявшей у стены зернохранилища грузовой машине. Незнакомый мне водитель, сидевший за рулем, освободил свое место, открыл дверцу и пригласил меня сесть в кабину. В один из заходов пулеметная очередь прошила кабину нашего автомобиля, и две пули угодили в голову и в живот шофера. Хранилище с зерном и автомашина вскоре заполыхали огненным пламенем. Я выпал из кабины и покатился по земле, чтобы загасить загоревшуюся на мне гимнастерку. Стервятники отбомбились, улетели. Собрали убитых и раненых. Убитых захоронили. Раненых разместили по машинам и повозкам. Колонна снова двинулась в путь. Начались споры, куда держать путь. Одни утверждали, что надо двигаться на Тихорецк, другие на Кропоткин. На самом же деле, как было видно по карте, двигались в общем направлении на Отрадо-Ольгинское. Движемся целый день в надежде, что завтра, в воскресенье, хоть немного передохнем. Ведь немцы в воскресенье будут отдыхать.
2 августа 1942 года (воскресенье) – день 407
Ночью немного передохнули. Нашлись кое-какие запасы и покушать. Мастерские теперь неотступно следуют со взводом химзащиты. А нас в мастерской всего-то четверо. Я окончательно ослаб. Видимо все-таки малярия давала о себе знать. Радько и Никулин разместили меня на «полуторку» ГАЗ-АА, груженную инженерным имуществом. Старшим на этой машине был полковой инженер, военинженер 3-го ранга Цариев Л.К. Вскоре на эту же машину прописался Витя Мясоедов и полковой автотехник. Следовать на автомашине куда легче. Но вот снова налет немецких самолетов. Покидаем машину. Разбегаемся по полю. Залегли. Лежу на спине. Наблюдаю, как среди белого дня, самолет ПО-2, спасаясь от преследующего «Юнкерса», пошел на посадку, и именно снижается прямо на то место на лугу, где я лежу. Признаюсь, испытание довольно-таки неприятное, по моим расчетам ПО-2 должен сесть именно на меня. Еще одно мгновенье, и он раздавит меня как букашку. Но обошлось все благополучно. Где-то в десяти-пятнадцати метрах самолет пропахал костылем. Остатки потрепанного обоза приводили себя в порядок. Снова готовимся к продолжению движения в направлении на Кропоткин. Далеко по недостоверным слухам 12-я Армия сосредотачивается для занятия обороны по реке Кубань. Ни о штабе полка, ни о дивизии нам ничего неизвестно.
3 августа 1942 года (понедельник) – день 408
Движемся вслепую. Закончились топографические карты. В пути повстречался, как он назвал себя офицер связи, бывшего Южного фронта. Он заверил пом. командира Никулина, что 12-я Армия со своими дивизиями сосредотачивается на рубеже реки Егорлык и имеет задачу оборонять Ставрополь. Теперь мы уверенно путь держим на Ставрополь. Мы обрели надежду найти свой полк, свою дивизию. Я еще не терял надежду найти штаб 12-й Армии и доложить о складе боеприпасов у ст. Ольгинской. Наша полуторка забарахлила. Что-то случилось с зажиганием. Нарушилась работа в коробке скоростей. Автотехник возиться с машиной, а Цариев, Мясоедов и я помогаем, чем можем. На ремонт затрачено более 10-и часов. Полковой обоз, как нам известно, движется в направлении Ставрополя. Не успели мы отъехать после ремонта и трех километров, как спустил задний скат. Запасок не оказалось. Зачищали, заклеивали, монтировали… Поздно ночью двинулись вслед за обозом. К рассвету мы преодолели несколько километров. Но полностью обоза еще не догнали. Никаких признаков прохождения его нет. Видимо где-то разошлись наши пути. Ничего не остается как держать путь на Ставрополь. Местные жители рассказывают, что ночью здесь была сильная перестрелка. Палили всю ночь. Неужели прорвались и опередили немцы. А может быть это всего лишь десант.
4 августа 1942 года (вторник) – день 409
На машине продвигаемся очень медленно. Едим по полям, полевым дорогам злаково-разнотравной степи на черноземных почвах. То они сменяются ковыльно-пыльной степью на темно-светло-колированных почвах. На полях, а вернее на токах, колхозники завершают осенне-уборочные работы. А по основным магистральным дорогам движутся потоки беженцев. Наша «полуторка» все чаще и чаще стала выходить из строя. Хоть выбрасывай. В пути нам, пожалуй, стали знакомыми все тракторные мастерские и кузницы. Но упорно продвигаемся от селения к селению в общем направлении на Ставрополь. Двигаться автомашиной по основным дорогам совершенно невозможно. Дороги забиты эвакуированным населением. Беженцы, подводы и тачки с пожитками, инвалиды, раненые, старики и младенцы, гурты скота. На обочине дорог труппы людей, скота, воронки от авиабомб. По дороге бредут даже навьюченные малолетние дети. Идут колоны с демонтированным на заводах оборудованием. Весь поток движется напряженно, прикладывая последние силы, только бы уйти от наседавших фашистов. В этом сплошном потоке все слилось воедино и плач людей и рев скота. Среди людей полная растерянность и неразбериха. Люди охвачены невероятными слухами о выброшенных немцами десантов. В Ставрополь въехали поздно ночью. Но город не спал, а шумел словно разворошенная муравьиная куча. Много времени потеряли на поиск военной комендатуры. И напрасно. Там совершенно не имеют никакого представления о дислокации 12-й Армии и тем более 261-й СД. Не задерживаюсь в городе, следуем строго на юг. В 35-ти километрах делаем остановку на окраине какого-то населенного пункта. Отдыхаем в кабине, в кузове. Ходить по домам ночью посчитали неудобным. Тем более что связано с заготовкой продуктов.
5 августа 1942 года (среда) – день 410
Рано утром разжились продуктами. Теперь снова в путь. Но по основным дорогам ехать невозможно. Дороги забиты людским потоком. Движемся по обочине дороги. Вот за три часа противник с самолетов трижды беспощадно расстреливает совершенно беззащитных мирных людей: детей, женщин и стариков и все только потому, что они не хотят оставаться в оккупации под немецкой пятой. А может быть и не поэтому. Ему не нужны люди, воспитанные Советской властью. Весь поток неорганизованной колонны, то сужался, то по мере наступления опасности с воздуха, снова растекался по обочинам дороги. Откуда-то выскочило несколько бронетранспортеров в камуфлированной окраске. Автоматчики прямо с транспортеров в упор начали расстреливать колону из автоматов и пулеметов… Шум, раздирающий душу крик. Мольба… Все, кто в колоне был с оружием, залегли в кюветы. Оказали сопротивление, фашисты развернулись и удалились. Это было где-то в километрах 20-ти от Ставрополя. Да, вот она жестокость войны во всей ее красе со всеми ее жестокостями. Что ни пулеметная очередь – это десятки жизней, разрушенные судьбы, небывалая сумятица в душах… Здесь зарождался страх, менялся облик всего сущего. Глубина страданий людей не поддается никаким измерениям… Здесь и муки матерей потерявших детей, и тоска умиравшего юноши, подкошенного пулей, и трагедия война на глазах которого погибла его семья и ранее сотни погибших солдат… Трудно и даже невозможно объять все это мыслью, чувством… И у всех нас воинов одна мысль: остановить врага, выстоять, а если расстаться с жизнью, то прежде успеть узнать, как держится товарищи и справа и слева. А как там в Москве, в Кремле, что предпринимается…
6 августа 1942 года (четверг) – день 411
Едем по дороге вдоль строившегося Невинномысского канала. Людской поток беженцев не иссякает. Нам удается утром перебраться с машиной на северную часть канала. Здесь высокая насыпь земли, вынутая из ложи канала. Это где-то на полпути от Ставрополя до Воронцова. На обратном скате (северном) насыпи Невинномысского канала с оружием лежало несколько красноармейцев и командиров. Сойдя с машины, мы тоже залегли в общую цепь. В недалеке от себя увидел убитого бойца, впереди которого лежало противотанковое ружье. Оттащил убитого с насыпи вниз. Осмотренное ружье оказалась негодным, с разорванной ствольной коробкой. В метрах в 30 от меня копошился солдат с противотанковым ружьем системы Дегтярёва ПТРД. Подхожу к нему. Солдат клянет всех, кроме конструктора (так как видимо его не знает), что никак не может открыть затвор. Зная этот, присущий для ружья недостаток, решил помочь ему, прибегнув к услугам камня. В сумке у бойца оказались ершик и смазка. Через несколько минут ружье было в боевой готовности. Он поблагодарил меня. Покурили с ним. Разговорились. Оказался мне земляком. Из Грязей, что в 60 километрах от Мичуринска. Четверо детей. До призыва в армию, работал осмотрщиком вагонов. Очень обеспокоен тем, как жена теперь справляется с детьми. Наверное, голодают… Наша машина окончательно забарахлила. Автотехник останавливал проходящие полуторки, что-то выпрашивает у водителей, потом копается в машине. Я, Цариев и Мясоедов на насыпи с бойцами какого-то собранного подразделения. Солдаты друг друга не знают, командиры тоже не знают своих солдат. Но надежда на насыпь канала большая. Здесь противника можно остановить. Людской поток по дороге не уменьшается. Это сплошная лента. Кто-то из гражданских поделился с нами хлебом и салом. Мы поужинали и почти всю ночь продремали на земляном отвале канала. Утренний холод заставил подняться и размяться.
7 августа 1942 года (пятница) – день 412
Автотехник обещает машину восстановить не ранее как к 11 часам. Людской поток неиссякаем. Широкая лента потока лишь сужается для прохода по узкому проходу через канал. С насыпи это выглядело как движение конвейерной ленты, плотно заполненной людьми. Часам к 10 колона заметно начала редеть, а в метрах пятистах она стала рассыпаться по обе стороны дороги. Повторяется вчерашняя трагедия. Немецкие бронетранспортёры с камуфляжной окраской врезались в колонну людей, ведут непрерывный пулеметный огонь по скоплению людей. Обстреливают и насыпь канала. Подбегаю к земляку, который лежал за ружьем ПТРД. Но что такое – он спит… Оттаскиваю его от ружья. Забираю сумку с патронами. Ружье заряжено. Прикладываюсь плотно к ружью, словно сливаюсь с ним воедино. Навожу ружью на цель. Долго, долго держу бронетранспортер в прицеле. Остается не более 200 метров. Слышу, кто-то торопит сзади, что бы я открыл огонь. Но боюсь промазать. 150-120 метров, выстрел… Страшно сильная боль в плече – результат неподогнаности ружья по плечу. Блеск на транспортере – думаю ведет огнь. Но теперь перезарядив ружье, навожу и снова произвожу выстрел, но теперь уже по остановившейся машине. Не сломал ли ключицу, нетерпимая боль. Но об этом ли сейчас думать. Переношу огонь на следующую. Останавливается и вторая. Вперед вырывается третья бронемашина, поливая пулеметным огнем по насыпи канала. Вот уже где-то совсем рядом она разворачивается по дороге влево, вдоль канала. Делаю один за другим два выстрела по машине. Останавливается. Наши открыли пулеметный, винтовочный и автоматный огонь. Плечо сильно онемело. Не чувствует боли. Веду огонь по четвертому бронетранспортеру. Следом шедшие бронетранспортеры быстро развернулись и скрылись из поля зрения. Эвакуированные снова начинают стекаться с обочин на дорогу. Быстро растет походная колонна. Пытаюсь зарядить ружье. Но патрон не входит в патронник. Обнаруживаю поперечный обрыв дульца гильзы. В инструментальной сумке у бойца экстрактора не оказалось. Хоть плачь от досады. Иду по насыпи в надежде найти инструмент от ружья ПТРД. Но ничего. Нашел кусок ржавой проволоки и не большое зубило в запасах полуторки. Занялся извлечением дульца гильзы. Кормили нас снова эвакуированные. Давали нам, что у кого было. Наша полуторка и к ночи готова не будет. Уснул прямо на бруствере. Проснулся я, когда уже было совсем темно. Ныло плечо. Рукой не пошевельнуть. Думаю, что перебита ключица.
8 августа 1942 года (суббота) – день 413
Один из командиров, оборонявшийся на рубеже канала, по званию старший лейтенант, послал нескольких бойцов к подбитым бронетранспортерам, проверить, нельзя ли там поживиться продуктами, а заодно уточнить, нельзя ли их пулеметы использовать для обороны рубежа. Это было в полночь. Вернувшись, бойцы доложили, что в машинах боеприпасов очень мало. В ближайшую бронемашину я пошёл сам. В ней было два убитых немца. Патронов оказалось очень много. Все они находились в лентах и в коробках. К утру во всех четырех подбитых бронемашинах находились наши бойцы, в готовности открыть пулеметный огонь по врагу из их же пулеметов. Руководил этим старший лейтенант. Беженцы в основном шли одиночками. Наступила тишина. В 12.00 послышался нарастающий гул моторов. На полном ходу, поднимая клубы дыма пыли, с лязгами гусениц, появилась танковая колонна с крестами. Не доходя до подбитых бронетранспортеров, танковая колонна раздвоилась. Одна из них направилась влево, а другая вправо, вдоль канала. Сделал я несколько, видимо неудачных, выстрелов из ПТР. Патроны закончились. Танки обходили нас. Самый старший здесь оказался (по званию) военный инженер 3-го ранга Цариев Л.К. Решил отходить. «Полуторка» готова. Солнце лучами освещало гребень насыпи Невинномысского канала. День был на исходе. С собой в «полуторку» забрали всех (10 бойцов и 1 командир) кто был здесь, и двинулись в направлении на Минеральные Воды, в надежде отыскать свою 261-ю СД, или хотя бы штаб 12-й Армии.
9 августа 1942 года (воскресенье) – день 414
Поздно ночью мы въехали в Минеральные Воды. В то время вряд ли нам хотелось думать о его замечательных горах и лесах, прославленных курортов и целебных источниках. Все наши мысли сводились к тому, как быстрее найти свой полк, дивизию, армию. Город был охвачен паникой. Население растаскивало складские запасы, содержимое магазинов. Из полуподвального склада и наш автотехник прихватил несколько связок колбасы, бутыль водки и два ящика хозяйственного мыла. Все это заложили в пустую деревянную бочку и погрузили в машину. При выезде из города, на одной из улиц мы обнаружили брошенный пикап («эмка»). Машина стояла на дисках задних колес, а за ними прослеживался чёткий след дисков по булыжной мостовой. Проверив пикап, автотехник быстро снял вторые скаты с полуторки, одел их на пикап. Теперь двумя машинами двинулись в путь: одной управлял Цариев, другой автотехник. Нам посоветовали искать нашу армию в районе Пятигорска.
10 августа 1942 года (понедельник) – день 415
В Пятигорск мы въехали во второй половине дня. Здесь уже чувствовалась более спокойная обстановка. Здесь никто из отходящих, особенно командиров, не мог оставаться незамеченным. Патрули военной комендатуры были по-настоящему бдительны. Стоило нам появиться в городе, как на нас обратили внимание. Остановили и попросили предъявить документы, после чего предложили следовать вместе с ними в военную комендатуру. После нескольких вопросов, заданных нашему автотехнику, комендант города приказал передать пикап его хозяину. Хозяином же оказался, находившийся здесь же в комендатуре, какой-то профессор с бородкой. Он объяснил коменданту, что его пикап не был брошен, а он лишь временно отлучился от него в поисках резины для колес. Снимать с пикапа поставленную нашу резину комендант не разрешил. В переданной машине осталось все содержимое: и бутыль с водкой и колбаса. Хозяйственное мыло в ящиках оставалась на полуторке. Взяли лишь с собой немного колбасы. Комендант города о 12-й Армии никаких сведений не имел. Посоветовал добраться до Прохладного, а там все будет ясно. Долго мы еще бродили по улицам в поисках полуторки с капитаном Цариевым. Нашли лишь поздно вечером. Мои беспокойства сводились за отчет о боеприпасах склада под Ольгинской, и в какой-то мере за мастерские, в которых оставались, по сути, два техника: Буйный, Зинченко и ездовой Якушев. По сообщениям Совинформбюро продолжаются ожесточенные бои в районах Клетская, северо-восточнее Котельниково, а также в районах Армавир, Краснодар и Майкоп.
11 августа 1942 года (вторник) – день 416
На пути к Прохладному приходилась часто останавливаться, ремонтировать машину, подкреплять свои силы. Это было село, утопающее в зелени. Оно не знало войны. Селяне заканчивали уборку урожая, увозили с токов зерно, семена подсолнуха. Попросили помочь перевезти им несколько мешков зерна. Это мы сделали: загрузили, перевезли и разгрузили. В знак благодарности нас настойчиво стали просить по присутствовать в одном из дворов на свадьбе, которая должна начаться через час-два. Перед целой ватагой женщин-парламентеров мы устоять не могли – согласились. А главное, согласился наш старший военный инженер 3-го ранга Цариев Л.К. Во дворе, под открытым небом накрыли столы; за столами уже сидели гости. Как положено на переднем плане жених с невестой. Здесь о войне пока не видано. Но сидеть в такое время за праздничным столом, например, мне было страшно неудобно. Видимо это же испытывали остальные. Один за другим мы незаметно покидаем двор со свадебным столом, удаляемся к машине. Заводим машину и переезжаем в другой конец села. Решили прямо в кузове, с сеном отдохнуть. Проснулись мы лишь, когда стало светать.
12 августа 1942 года (среда) – день 417
С утра обнаружилось, что мы не сможем двигаться, так как у машины поломаны коренные листы рессор. Видимо это случилось вчера при перевозке мешков с зерном. Снова поиск мастерских кузни, различное начальство. Весь день ушел на эти вопросы и на приобретении продуктов питания. Нас безвозмездно угощали, кормили в каждом доме. А вот с собой продуктов почему-то не особенно жаловали. Весь день и до глубокой ночи восстанавливаем машину. К нам подсоединились для этой цели и местные умельцы. Эту ночь мы не сомкнули глаз. Задерживаться было нельзя ни на минуты. Не позволяет ни совесть, ни воинский долг.
13 августа 1942 года (четверг) – день 418
Наступило утро. Нужно было запастись продуктами, хотя бы на завтрак и двигаться в путь. Запасаться продуктами – обязанность наша с Виктором Мясоедовым. Да, это было и правильно. Цариев Л.К. и автотехник по возрасту значительно старше нас. Нам с Мясоедовым вместе нет еще 40 лет. Их же возраст приближался к 40 у каждого. Пока мы двигались все вместе, военного инженера 3-го ранга Цариева Л.К. все мы считали старшим и по воинскому званию, и по должности. Он нам поручал самую различную работу, и мы беспрекословно выполняли ее, как требование старшего. Все, пожалуй, было вполне логично. Где-то в 10.00 Цариев послал нас с Мясоедовым для приобретения у населения продуктов. Мы двинулись в путь, по домам. Уговариваем хозяев продать нам хлеба, яиц, творога, сметаны, молока… Нам давали всякие продукты, но, когда доходило дело до расчета деньгами, с нами даже и не хотели разговаривать на эту тему. Почти от каждого можно было слышать, что у них такие же сыновья на фронте… А чаще всего нас приглашали к столу и угощали всем тем, что у них было. Мы всюду ощущали высокую степень гостеприимства. И на этот раз нас пригласили пообедать вместе с хозяевами. Но мы не одни, с нами еще двое, предупреждали мы хозяйку. Она попросила пригласить и остальных. Уложив яйца в фуражки, мы с Виктором направились к машине, чтобы отнести яйца и пригласить на обед Цариева и автотехника. Выйдя из палисадника, мы увидели клубы пыли, удалявшейся от нас полуторки. Машина быстро удалялась из села. Считаем, что это очередная шутка. Ждем час, второй, третий…. Но это уже было не шутка. Нам стало ясно, что мы оставлены. Видимо от нас надо было избавиться… Но почему, какой в этом умысел этих умудренных опытных людей. В кузове автомашины остались наши автоматы со снаряженными магазинами, полевые сумки с различными бумагами, личными письмами, фотографиями родных, близких, знакомых, любимых… И все-таки мы надеемся на честность, человечность Цариева. Остаемся в селе ночевать, должны же они вернуться за нами.
14 августа 1942 года (пятница) – день 419
С самого раннего утра в пути. Перед выходом подкрепились сырыми яйцами с хлебом. Мы налегке: кирзовые сапоги, солдатское летнее обмундирование, пилотка, командирский ремень с кобурой и пистолет ТТ… Вышли на большак, чтобы двигаться на Прохладное. Но вскоре нашелся попутчик, который убедил нас, что 12-ю Армию надо искать где-то районе Нальчика. Меняем решения, держим путь на Малку. Двигаемся без отдыха. Кушаем, а вернее жуем хлеб и выпиваем остатки сырых яиц, прямо на ходу. Впереди виднелись горы затянутой синей дымкой, и мы прикидываем. Неужели нам придется добираться до этих гор. С наступлением темноты мы теперь ориентируемся на лучи прожекторов, тщательно ощупывающих бездонно-черное небо. В пути мы пытаемся уточнить дислокацию 12-й армии, но все безрезультатно. Об этом никто не имел никакого понятия. Отходят группы солдат и одиночки. Длинной вереницей следуют эвакуированное население. Но люди тоже плохо представляют, где их ждет пристанище… Удалось из третьих рук получить сводку Совинформбюро (не знаю на сколько точно) идут бои в районах Котельниково, Клетская, Минеральные Воды, Черкесск и Краснодар.
15 августа 1942 года (суббота) – день 420
На подходе к Малке, глубокой ночью, поднялась паника. Колонна, двигавшаяся на Малку, зашумела, заволновалось, начала растекаться по обочинам от дороги. Каждый друг другу задавал вопрос, что же случилось. Одни говорят, что немцы, выбросили десант и заняли Малку, другие утверждали, что на хвосте колоны движутся немецкие моторизованные части с танками и с минуты на минуту должны проследовать по этой дороге на Малку. Уходим с Виктором на обочину. Выбираем удобное место. Немецкая колонна не заставила себя ждать. Отсиживаемся пока не прекратилась трескотня мотоциклетных моторов, скрежет гусениц и выхлопы немецких танков, гудки автомашин, прорвавших и следуя в глубину Северного Кавказа. Через некоторое время было слышно, что завязался ожесточенный бой с прорвавшейся группой немцев. Чем кончался бой и дошли ли немецкие войска до Малки нам неизвестно. Решаем изменить направление нашего отхода на Баксан. Теперь движемся в надежде здесь-то мы встретим воинские части, через которые все же можно уточнить местонахождение более крупных штабов осведомленных в обстановке более широких масштабов. Но до Баксана мы не дошли. В одном из населенных пунктов мы заметили, что-то вроде учреждения. Заходим. В доме страшная духота, вонь, стоны и ругань раненых, нехватка кислорода, дышать невозможно… Голод и усталость обостряют собственные мрачные мысли. Детали нашего бытия, которые были тривиальными до этого, теперь возводились в степень, казались многозначительными, воздушными и большими бедами. Прежде эти думы касались нашего будущего, дальнейшего. И все же что будет дальше, если мы в день отходим по несколько десятков километров: Донбасс, Кубань, Ставрополь, Кавказ… Может быть только … Иран? Здесь находились остатки раненных, эвакуированных медсанбатом. С ними самый старший оставался только санинструктор, который смог только назвать номер медсанбата и не знал номера дивизии.
16 августа 1942 года (воскресенье) – день 421
На окраину Баксана мы вступили уже ночью. Решили поспрашивать, где размещается комендатура. Но никто не знал. И была ли она здесь. Дома, учреждения и магазины уныло глядели на нас с выбитыми окнами и распахнутыми дверями, везде и всюду валялись ящики, бумаги, мешки, тачки, тряпье… Улицы пустые. Не видно людей в гражданском платье. Изредка лишь пробегают бойцы и командиры. По дороге, проходившей рядом, еще тянулись обозы с беженцами, грузовики с ранеными, гурты угоняющегося скота… Наш поиск не дает результатов: оставшиеся воины принадлежат 110-й кавалерийской дивизии, которые разрознены на мелкие группы и ищут свои части. Решаем путь держать на Прохладный, райцентр Кабардинской АССР на реке Малка (бассейн Терека). Но в пути нас попутчики переубеждают, что надо двигаться в штаб Северной группы войск в направлении Орджоникидзе. Соглашаемся и весь день движемся в направлении на Майское. Противник вот уже трижды за день бомбил загруженную людским потоком дорогу. С наступлением темноты снова двинулись в путь. Наши войска оставили Майкоп.
17 августа 1942 года (понедельник) – день 422
В полночь мы встречаем командира с нарукавной повязкой. Подходим к нему. Оказывается, начальник заградотряда. Рассказываем ему, что и кто мы такие. Предлагает направиться не на Майское и Орджоникидзе, а в Прохладный, где имеется военная комендатура и сборный пункт отходивших войск Южного фронта. Приказано всем сосредотачиваться там. Довольные таким поворотом дела устремляемся на Прохладный. Теперь нас собралась целая группа. Здесь были бойцы и командиры других дивизий 12-й Армии. Несколько бойцов оказалось с 974-го стрелкового полка нашей дивизии. Самолеты противника все время бомбят скопление людей, движущихся по дороге. Сегодня бомба угодила совсем почти рядом в 20-15 метрах от того места, где мы лежали с Мясоедовым в кювете. Около двух десятков убитых военных и гражданских и много раненых. Мы с Виктором целы и ни вередимы. Убитых волоком стаскиваем в воронку. Нашлись солдаты с лопатами. Закопали. А кто в этой могиле? Капсул с данными ни у кого нет.
18 августа 1942 года (вторник) – день 423
В нескольких километрах от Прохладного остановились, чтобы привести себя в порядок, помыться в реке Малка. Теперь нас собралась целая группа. В группе объявился подполковник Горюнов, представитель штаба армии. Он начал сколачивать группу. Все мы разошлись по дорогам и тоже приглашали воинов присоединиться к нашей группе. Горюнов перед всеми поставил задачу в течение двух-трех дней собирать отходивших воинов. К вечеру наша группа уже составила 250 человек. Но ни продовольствия, ни оружия в распоряжении подполковника Горюнова не было. К исходу дня все воины были переписаны, разбиты на взвода и роты и направлены в Прохладный в распоряжение начальника гарнизона. По дороге в Прохладный их должны накормить жители селений, которые они проходили. В группе подполковника Горюнова нас оставалось 15 человек начальствующего состава. Наша задача снова собирать отходивших воинов. Сказал, что будет здесь находиться два дня, потом он нас отправит в распоряжение отдела кадров 44-й Армии. О дислокации 12-й Армии он не имеет никакого понятия. Сегодня мы услышали сообщение о совещании глав правительств СССР и Великобритании в Москве.
19 августа 1942 года (среда) – день 424
Рано утром расходимся по дорогам, тропинкам… В надежде собрать и приобщить к своей группе воинов. Много (большинство) воинов идет без оружия. Но присоединиться к нашей группе желают безоговорочно. Видимо уже тоже надоело бродить поодиночке, да и совесть, обязанность, присяга обязывает его сделать это. Мне удалось присоединить к нашей группе около 20 человек. А всего уже к обеду наша группа имела 160 воинов, но ведь их надо кормить. А где взять пищу? Горюнов снова формирует две роты и под командой назначенный им командиров направляет в Прохладный. В обед с Виктором двинулись в ближайшее строение, в виде кошары, в надежде найти местного жителя и попросить, что бы он накормил нас. Это нам удалось. Мы отведали даже баранины, по большому куску с лепешками. Теперь не грех и отдохнуть в холодке, на лесной полянке. Где-то совсем рядом журчит горный ручеек. Утомленные и разморенные летним зноем и только что принятой пищей ложимся на травку, закинув руки под голову. Можно и помечтать. Но вот той же полянке появились две осторожные и хитрые птицы – сороки. Это о них в народе говорят, слагают легенды, сказки о том, что они все видят, все слышат, то есть вездесущи. Что они всегда готовы поднять тревогу, оповестить лесных жителей об опасности. Как было бы хорошо сейчас найти общий язык с сорокой и получить от нее заверение что она сделает это и сейчас, разбудит нас в момент наступления опасности. А может быть они с этой целью и опустились на нашей полянке. Глаза смыкаются я во власти глубокого сна. Мой приятель тоже. Что ж доверимся сорокам. Солнце пошло на закат. Идем снова выполнять свое задание, собирать отходивших бойцов и командиров. Работаем до поздней ночи, пока людской поток на дорогах прекратился. Видимо люди разошлись по сторонам, чтобы передохнуть от знойного и нелегкого дня. Ночью снова сформированы две роты и отправлены в Прохладное. После упорных боев наши войска оставили Краснодар.
20 августа 1942 года (четверг) – день 425
Виктор Мясоедов – мой друг, исхудал до неузнаваемости: кожа и кости. Он мне говорит, что я такой же. Сегодня у местного жителя не только покушали, но и побрились его бритвой. Своих у нас нет. Они остались в наших полевых сумках у Цариева. Подполковник Горюнов объявил, что сегодня вечером мы должны все перебраться в Прохладный. Но до обеда надо еще собрать военнослужащих. Его приказание выполняется беспрекословно. К обеду набрали и сформировали роту из 56 человек. Вообще-то этой работой должны заниматься заградительные отряды, но, видимо их не хватает. С Виктором пошли на поиски пищи. Нельзя же, да и не удобно к одному хозяину ходить кушать. Находим другого. Просим продать. Никаких разговоров накормили. Денег не берет. Спасибо. Вспоминаем вчерашний день обеденного отдыха на полянке с сороками. Повторим? Повторим. Ложимся по своим местам. Сороки тут как тут. Все-таки интересно, в чем кроется секрет. Встаю, иду в путанные заросли по берегу ручейка. Вот видны бесформенные нагромождения сучков. Подхожу ближе. Внутри гнездо, вылепленное из глины и земли с пуховой подстилкой. Гнездо представляет собой крышу – купол. Возвращаюсь на свое место. Думаю, вот в чем секрет сорочиной охраны нас. Вскоре сороки вернулись снова. Их черно-белое оперение, зеленовато-синие крылья, темно-зеленый хвост, снежно-белое брюшко… Глаза смежаются… А хорошо бы сейчас стать сорокой … узнал бы обстановку, нашел своих, корму сколько хочешь… Живут они парами… Все-таки будем надеяться своим стрекотаньем сороки подадут сигнал тревоги, если появится опасность. Поздно, к полночи мы двинулись в Прохладное. Договорились, что встретимся в средней школе, утром. Мы с Виктором вышли вдвоем.
21 августа 1942 года (пятница) – день 426
Утром, по шпалам линии железной дороги, мы вступили в Прохладный. Прежде всего нас интересовала пища. В магазинах было совершенно пусто. В харчевне еще подавали винегрет. Когда мы входили в город, к нам присоединилось несколько человек начальствующего состава. С ними были две девушки – связистки, в военной форме. По всему чувствовалось, что немцы вот-вот нагрянут в город. Полным ходом шла эвакуация войск и жителей. Ходили слухи, что немцы обходят Прохладный. День был жаркий. Долго пришлось заниматься поиском пищи. Изнуренные длительным переходом под палящими лучами солнца, мы, по разрешению хозяина дома, разместились в сарае. В прохладе нас одолела дремоты и мы, ложась, крепко уснули.
22 августа 1942 года (суббота) – день 427
Проснулись мы уже, когда лучи солнца стали проглядывать в щели сарая. Встали, умылись. Хозяин накормил нас супом с хлебом. В городе было тихо, тихо… Пышные деревья с развесными кронами, а также высокие декоративные кустарники палисадах скрывали угрюмые дома, бросали густую тень на мостовые. Не было видно ни одного военнослужащего. Где-то вдали затрещали пулеметы. По улице пробежало несколько наших красноармейцев, и улица снова опустела. Побежали и мы. Перебегая от дома к дому, направились к железнодорожному вокзалу. Военной комендатуры там уже не было. На станционном пути стоял поезд с пассажирскими вагонами и паровозом на порах. Дежурный по станции нам подсказал, что поезд сейчас отправиться и пойдет на Моздок. Недолго раздумывая, вскакиваем в вагон. По вагонам проходим в голову поезда, в надежде встретить знакомых военнослужащих. Встретили военнослужащих девушек. Поезд делает мало остановок. На каждой остановке люди с боем пробираются в вагоны, на крыши, висят на поручнях, стоят на буферах. В Моздоке поезд не остановился. Его остановили лишь в нескольких километрах от него. На станции Моздок не оставалось ни вагонов, ни паровозов. Ходят слухи что Моздок занят противником и что мы просто случайно миновали его. Вот поезд проходит станцию Ищерская. Немцы, только что отбомбили станцию. Объявляют, что поезд дальше не пойдет. Люди начали рассыпаться в разные стороны. Вдруг вагоны дрогнули. Поезд пошел на выход с Ищерской. Теперь мы двигались на Гудермес, часто делая остановки на перегонах. Была полночь, но никто из нас даже не вздремнул.
23 августа 1942 года (воскресенье) – день 428
Наш поезд приближался к Гудермесу. Из-за бомбежки поезд вынужден был останавливаться на перегоне. На одной из остановок двое мужчин в форме железнодорожников вошли в наш набитый до отказа вагон. Сразу же почему-то потребовали билеты от девушек в военной форме. Естественно, билетов у них не было и быть не могло. «Контролеры» подняли не вероятный шум, требуя, чтобы девушки на первой же остановке покинули поезд. Кстати, ни у кого из пассажиров билетов не было. Кассы на всем пути поезда уже не работали. Другие пассажиры возмутились действиями «контролёров». В это время мы с Мясоедовым были вынуждены вмешаться и попросить «контролёров» выйти в тамбур, чтобы там с ними продолжить разговор. Мы подъехали к станции Гудермес. «Контролёры» торопливо покинули вагон, а через некоторое время в вагон вошли два капитана и предъявив свои удостоверения оперативных уполномоченных особого отдела потребовали от нас и двух военных девушек следовать за ними. Как мы поняли, эти два капитана размещались в комнате линейного отделения железнодорожной милиции. Нам предложили сдать оружие. Мы с Виктором положили на стол свои пистолеты. У девушек оружия не было. Коровинский же пистолет у меня остался в кармане. После проверки документов, нам отдали оружие и разрешили идти. Девушкам приказано остаться. Выходя из комнаты, я нечаянно выронил из кармана Коровинский пистолет. Один из уполномоченных заметил это и потребовал от меня сдать его. Меня задержали, как выразился капитан, для доподлинной проверки личности. Заодно задержали и моего приятеля. Поезд ушел. У нас снова отобрали пистолеты и ремни. Послышались разрывы снарядов, пулеметная стрельба. Капитан запросил по телефону разрешения на выезд, видимо, у своего старшего начальника. О нас с Мясоедовым ничего не доложили. Вскоре нас посадили кузов полуторки. С нами сел один из капитанов. Второй был в кабине. От капитана мы узнали, что направляемся в Хасавьюрт. В Хасавьюрте нас посадили в подвал и, в течение длительного времени, к нам никто не приходил, как бы о нас совершенно забыли. С крыши землянки, как и на шахте, просачивалась грунтовая вода, с определенным интервалом крупными каплями падало на одно и то же место. Пахло гнильем, нам было холодно…
24 августа 1942 года (понедельник) – день 429
Сегодня нас с Виктором, поодиночке, вызывали в контрразведку. Расспросили подробно, при каких обстоятельствах отстали от части. Какие намерения имели, двигаясь по избранному нами маршруту. Я еще раз предъявил удостоверение личности, удостоверение военного совета о назначении меня ответственным за склад боеприпасов в станции Ольгинская, и предписание штаба полка о направлении меня в военный совет 12-й Армии. Объясняю, что ни у кого не могу уточнить, где находится штаб 12-й Армии, так как мне необходимо отчитаться за боеприпасы. Все предъявленные мною документы внимательно просмотрели и вернули. Сказали, идите в подвал и пришлите старшего лейтенанта Мясоедова. Подвал никто не охранял. Через 15-20 минут вернулся в подвал и Виктор. Дверь подвала на замок закрыта не была. Раскрываем дверь. Выходим из подвала и садимся рядом со входом в него. Солнце режет глаза. Считаем, что нас проверяют, не побежим ли мы. Уже сутки во рту не было ни крошки. Через дорогу куриться солдатская кухня. Виктор пошел к повару. Нам дали две миски каши. Съели. Осмелели. Ищем «особистов». Их и след простыл. Но у них наши ремни и пистолеты с кобурами. Вскоре в Хасавьюрте мы повстречали нескольких бойцов и командиров 261-й стрелковой дивизии и частности, с нашего полка. Нам сказали, что наш командир полка майор Левин то же был здесь и выехал в Махачкалу. Вскоре мы убедились, что действительно все отходившие бойцы и командиры были обязаны явиться в отдел кадров 44-й Армии. Вместе с группой оставшихся бойцов и командиров из Хасавьюрта двинулись мы в Махачкалу. Товарищи нас обеспечили поясными ремнями.
25 августа 1942 года (вторник) – день 430
В пути в Махачкалу нас обогнала полуторка. На ее кузове находились те, два нам знакомых капитана из особого отдела. Я подал знак остановиться. Капитан, сидевший в кузове машины, помахал нам рукой как хорошим знакомым. Лично считаю, что не что иное, как надругательство над армейскими командирами, контрразведчиками, получивших слишком большую и бесконтрольную власть. Прибыли мы в Махачкалу во второй половине дня. Уже начало смеркаться. Разместили нас в каком-то здании, имевшем только недостроенные стены, перегородки, без крыши. Нам объявили, что все побывавшие в окружении, одиночки, отбившиеся от частей, должны будут пройти специальную проверку. Таких людей здесь было тысячи: оборванные, грязные, голодные… Здесь были даже в гражданской одежде. Командовал всем этим старший лейтенант. А назывался он по должности – начальник сборно-пересыльного пункта бывших военных в плену и в окружении противника.
26 августа 1942 года (среда) – день 431
Сегодня мы прошли специальную проверку. На этой комиссии я доложил коротко, но всю цепочку событий. В том числе и пребывание в контрразведке, где забрали пистолет «ТТ». Комиссия состояла из пяти старших командиров. Один из них что-то быстро записывал. Здесь мне сказали, что наш командир полка майор Левин только что прошел проверку и направлен в распоряжение отдела кадров (разумеется, 44-й Армии). Комиссия меня направила также в резерв (в распоряжение) отдела кадров. Так закончился путь отхода из Донбасса до Махачкалы. Все резервисты размещались уже теперь в здании общеобразовательной школы. Бои за Пятигорск продолжались с 16 августа по 25 августа. Шли ожесточенные бои в районах юго-восточнее Клетской, северо-западнее Сталинграда, северо-восточнее Котельниково, а также в районах Прохладный, Моздок и южнее Краснодара. На Западном и Калининском фронтах наши войска перешли в наступление и прорвали оборону противника. Немецкие войска отброшены на 40-50 километров.
27 августа 1942 года (четверг) – день 432
Утром общее построение. Нам зачитали приказ наркома обороны № 227. Этот приказ вышел уже давно, еще, когда немецко-фашистские войска в июле вышли к Дону и завязали бои в районе Воронежа, полностью заняли Крым, прорвали оборону между Доном и сев. Донцом, захватили Ростов, форсировали Дон. Гитлеровцы рвались к Волге и на Кавказ. Основной смысл, который был заложен в этом приказе – это стоять насмерть, ни шагу назад. От нас всех требовалось, чтобы мы все прониклись сознанием того, что дальше отступать нельзя, что речь идет о жизни и смерти Советского Государства, о жизни и смерти народов нашей страны. В приказе говорилось: «… До последней капли крови защищать каждую позицию … цепляться за каждый клочок советской земли и отстаивать его до последней возможности…». После зачитки приказа перед фронтом нашего строя появилась автомашина. В кузове ее сидело четыре человека. Люди спрыгнули с машины, которая сразу же удалилась. Перед строем предстали два мужчины атлетического телосложения средних лет, в армейских сапогах, брюках галифе, в майке, без головных уборов. Поодаль стояло три командира. Вскоре один приблизился к строю и начал читать приговор военного трибунала, согласно которому два командира стрелковых рот за бегство с поля боя и мародерство приговаривались к высшей мере наказания – расстрелу. Приговор трибунала приведен в исполнение. Приговорённых поставили перед заранее подготовленной траншеей, затылком к нашему строю. Два рядом стоявших офицера НКВД выхватили из кобур пистолеты и почти в упор, дважды выстрелили в затылок каждому осужденному. Один из них зашатался и упал навзничь, разбросав тяжёлые руки. Пряди русых волос свисли на окровавленный лоб. Но большое сильное тело неохотно расставалось с жизнью, оно еще шевелилось. С них моментально стащили сапоги, тела их перекатили в траншею и начали закапывать. Видел я уже много смертей, не раз смерти смотрел в глаза, видел десятки и сотни убитых, убивал сам, но такого подавляющего, угнетенного чувства я никогда не испытывал. Было такое чувство будто в чем-то повинен и я. Эта мысль постоянно долго преследует меня. Но ответить на этот вопрос не могу, в чем именно моя вина, может быть это вина общая всех нас. Душевная боль была тупой, неопределенной, беспредметной, но постоянно угнетающей. Эта душевная боль несравнима с любой физической. В 11.30 нам объявили отбой.
28 августа 1942 года (пятница) – день 433
Лежали все на полу. Устроились, кто как мог. Вскоре задремал. Вдруг кто-то начал пинать меня ногой, заставлял подняться. Таким образом, было поднято восемь человек. Среди них был и мой друг Мясоедов. Приказано следовать за майором, разбудившим нас. Что все это значит? Совершенно не понимаю. Заводит нас в особняк. Судя по помещению и снующим там щеголеватым командиром, одетым в хорошо подогнанном обмундировании, чувствовалось, что приемная большого начальника. Майор потребовал от нас поправить нашу далеко не соответствующею требованиям Устава одежду и военную выправку. Теперь нам сказали, что мы идем в кабинет Командующего войсками 44-й Армии к генералу Петрову. Сразу же мелькнула мысль, наверное, для отправки в разведку, в тыл к противнику. Заходим в кабинет. Генерал Петров подал знак садиться. Несколько секунд молчания. Командующий устало, тихо сказал: – По основным дорогам в полосе нашей армии движутся тысячи измученных эвакуированных женщин, детей и стариков. Железнодорожная линия забита эшелонами с заводским оборудованием и беженцами. Работая с предельным напряжением, дорога не в состоянии пропустить все составы, и они стоят на запасных путях, дожидаясь своей очереди. Все это лишает нас возможности маневрировать войсками и осуществлять в должном объёме подвоз боеприпасов. Пристань в Махачкале переполнена людьми, ожидающими эвакуации. Военный совет принял решение организовать на дорогах контрольно-пропускные или заградительные пункты, которые будут поддерживать порядок на дорогах. От командующего нам стало известно, что бронетанковые и моторизованные пехотные части немцев начали распространяться в направлении Кизляра с целью перехвата железной дороги Кизляр – Астрахань. На линии станции Ищерская, Моздок, Прохладный и далее по реке Баксан организовался фронт. На Кавказ наступала группа армии «А», которой командовал генерал-фельдмаршал Лист. 44-я армия, в том числе 30-я и 110-я кавдивизии под командованием генерал-майора Б.А. Погребова, обороняется на правом фланге группы войск на фронте Бирючев, Аду-Юрт. Кавдивизии и бронепоезда с пехотными подразделениями обороняют железную дорогу Кизляр – Астрахань. В задачи и обязанности нашей группы входило: организовать контрольно-пропускные пункты с заградительным режимом на отрезке по дороге Хасавьюрт – Чирюрт. В задачу входило – проверка документов, а в случае необходимости – при возникновении подозрений – и личных вещей как у гражданских, так и у военнослужащих, независимо от занимаемых должностей и званий. Проверка всего проходившего гужевого и автотранспорта; задерживать и доставлять на сборные пункты самостоятельно уходящих в тыл красноармейцев, командиров; предельная разгрузка всего транспорта, двигающего на восток. Очищением, в случае необходимости, дорог от беженцев; направление на пересыльный пункт лиц, ранее имевших бронь или отсрочку от призыва в армию. Всех военнослужащих, отставших от воинских частей должны направляться в действующие части по указанию отдела укомплектования 44-й Армии. Категорически запрещалось направлять военнослужащих в тыл, за исключением тех, которые требовали дальнейшей фильтрации. До конца дня в штабе нам готовили мандаты. Обговаривали вопросы взаимодействия с пересыльным пунктом и другие. Поздно вечером наш отряд был доставлен на машине Пикап на участок дороги Хасавьюрт – Чирюрт.
29 августа 1942 года (суббота) – день 434
С утра отряд приступил к исполнению обязанностей. Кого только нет на дороге. Труднопроходимая дорога Чирюрт – Хасавьюрт представляла собой сплошной людской поток. Двигались и пешком, и на велосипедах, на повозках и на автомашинах. А некоторые везли на тачках свои домашние вещи. В это время противник почти весь день обстреливает нашу территорию, особенно Баба-Юрт, Гудермес, Чирюрт, Хасавьюрт. Штаб 44-й Армии в это время размещался в Хасавьюрте. В первый же день работы участок нашей дороге подвергся зверской бомбардировки. Вот ведущий бомбардировщик первый сорвался в крутом пике и с пронзительным ревом стал падать прямо, как показалось мне, прямо на наш пункт. И будто тяжёлый пресс начал втискивать тело в землю. Стервятник рос на глазах, увеличивался в размерах; его высокий нарастающий вой набирал все больше силы и делался нестерпимым. В прозрачном решётчато-округлом носу бомбардировщика виднелось две головы в черных шлемах. От брюха самолета оторвалось несколько темных капель. Самолет, показав на крыльях черные кресты в белых угольниках вышел из пике и взмылься в верх, а вместо него уже падал вдогонку свистящий бомбами второй самолет. Как-то трудно оценить обстановку и дать начало всех начал, когда с неба рушиться смерть, а вокруг пылают дома, кричат раненые, мечутся обезумевшие от ужаса, полураздетые дети и женщины. И когда ты сам при этом не защищен, ни от страха, ни от пуль и осколков, а от тебя ждут решений и спасательных действий – тех самых, которые и являются началом всех начал. К тому же наши задачи, не совсем подходящие для эвакуированных в данный момент. Мы должны задерживать всех тех, кто способен нести службу в Красной Армии, отрывать их в этой обстановке от их семей, в глазах которых он до настоящего времени являлся их первым спасителем. Среди задержанных контрольным постом были и директора заводов, фабрик и учреждений, артисты и инженеры, служащие. Сегодня задержали директора Ростовской табачной фабрики, ехавшего на поезде, загруженном папиросами «Казбек». У него была бронь. Пришлось ему расстаться и с повозкой, и с папиросами, и с бронью. Он направлен на пересыльный пункт. Многие задержанные плача умоляли, просили разрешить им отвезти и устроить малолетних детей, которые находились вместе с ними. Жалко и детей, и родителей. И все же, где с детьми были, кроме отца, мать или другие родственники, то отца направляли на сборный пункт. Если же с детьми был только отец, то мы его не задерживали. Этим сразу же начали пользоваться и другие отцы, которые объясняли, что мать детей потерялась в дороге, а других родственников нет. Делаем снисхождение и им. Таким мы советовали двигаться не по основным дорогам, а в обход других контрольных пунктов. Ой, как тяжел день. Лучше вести бой с противником. Дежурим по очереди. Задерживаем много одиночек и групп, отходивших из состава 110-й кавалерийской дивизии.
30 августа 1942 года (воскресенье) – день 435
Ох, как не по моему характеру эта работа. Приходиться с особым сожалением относиться почти ко всем беженцам. Меня не трудно уговорить сделать кому-либо снисхождение. У меня особенно выдавалась жалость, когда на меня смотрит глаза доверчивого ребенка, чья душа еще проста и наивна, ведь он в полном доверии к взрослым. Этому ребенку чужды ложь и обман, он верит взрослому, который его опекает и сопровождает. Были дети и повзрослей, которым стали знакомым горе и тяготы, связанные с войной, о чем говорили их тоненькие ручонки, ввалившиеся глазки, смотревшие весьма печально. Наш армейский заградительный отряд, который находился на пересечении грунтовых дорог Хасавюрт – Чирюрт и Мунам-Аул – Андрей-Аул только за сегодняшний день задержал и сдал на пересыльный пункт для фильтрации: среднего начальствующего состава – 46, младшего начальствующего состава – 117, рядовых – 311 человек, лиц призывного возраста – 71, снято бронь у 110 человек; изъято лошадей верховых – 36, повозок с парной упряжкой – 6, винтовок 170, пистолетов и револьверов – 72. Анализируя свою работу, я убедился, что на моем дежурстве на посту было меньше всего задержанных. Поток мужчин после контрольного пункта нисколько не уменьшался. Сам убеждаюсь, что пользы от меня здесь абсолютно никакой. Долго и много вариантов мы обсудили с Виктором Мясоедовым. Главное прикидывали наиболее убедительные варианты, которые бы позволили нам избавиться от этой несвойственной нам работы. Много перебрали вариантов, пока не съели полное лукошко винограда, которым нас угостил сторож виноградного сада. Гроздья тяжёлые и душистые, ягоды крупные, с кислинкой, и такие сочные, что можно было захлебнуться соком. Как только покончили с виноградом мы с ним сели на попутную автомашину и выехали в управление 44-й Армии, предварительно доложив начальнику заградотряда.
31 августа 1942 года (понедельник) – день 436
Рано утром я представился начальнику отдела кадров управления начальника артиллерии 44-й Армии. Доложил ему, когда я прибыл в резерв армии, как попал в заградотряда. Тем не менее, начальник отдела кадров меня отругал за то, что я не доложил ему после фильтрации. В тот же час, вопрос о моем нежелательном пребывании в заградотряде был разрешен с начальником общевойскового отдела кадров, меня представили начальнику артснабжения 44-й Армии подполковнику Печеному и исполняющему обязанности начальника артиллерии полковнику Каврайскому. Я получил предписание на должность начальника артиллерийского снабжения, вновь формируемого в Хасавьюрте отдельного армейского кавалерийского полка. 1-го сентября мне предложено явиться в полк. Мой друг Виктор Мясоедов был отправлен в резерв начальника химвойск 44-й Армии. Наступил час нашего расставания. Встретились мы с ним 1 августа 1941 и расстанемся 31 августа 1942. Это тяжелейший путь нашего командирского становления. Мы долго молча стояли на берегу моря. Каждый из нас переживал наше расставание. Вдали открытого моря виднелась черная полоса, а над ней черное небо, усеянное яркими звездами, изредка некоторые из них падали, мгновенно исчезая вместе с огненным хвостом. На прощанье мы едва наскребли с ним денег на бутылку шампанского. Вино пили вместе со слезами, со слезами и расставались. Развели нас в этот день фронтовые пути. Кто из нас гарантировал, что может, когда-нибудь встретимся. В Хасавьюрте совершенно случайно встретил оружейного мастера рядового Сосулина Сергея, который рассказал…
Мало мы тогда знали о том, что делалось в тылу нашей страны в эти напряженные дни. Мы начали чувствовать, что нет-нет, да стали появляться новые виды и образцы вооружения. Только позже мы стали ощущать, что конструктора и промышленность продолжали напряженно работать над совершенствованием оружия, над повышением его огневых возможностей. Шла усиленная разработка более эффективных средств борьбы с танками противника. Именно в 1941-1942 годах с этой целью были разработаны 76-мм пушка образца 1942 года (ЗИС-3), 45-мм пушка с удлиненным стволом (М-42), 57-мм пушка (ЗИС-2), противотанковое однозарядное ружье Дягтерева, ряд других образцов. Мы технические работники самостоятельно изучали все то, что вновь вводилось на вооружение и были в готовности решать вопросы связанные с эксплуатацией вооружения. Мы проводили занятия по изучению новых образцов, осваивали их ремонт. В начале войны шла коренная перестройка промышленности. Вот что по этому поводу говорится в «истории войны 1941-1945 год» (часть 2, Воениздат МО СССР, 1961): «В производстве артиллерийского и стрелкового вооружения большое внимание уделялось увеличению выпуска автоматического пехотного оружия, минометов, противотанковых и зенитных средств борьбы, орудий мелких и средних калибров, в особенности пушечной артиллерии. По сравнению с первым полугодием 1941 г., производство ручных и станковых пулеметов увеличилось в 2,5 раза, пистолетов-пулеметов – в 8 раз, минометов всех калибров – более чем в 1,5 раз. Война потребовала развертывания в больших размерах производства артиллерии, в особенности истребительной противотанковой артиллерии, на которую легла основная тяжесть борьбы с танками противника. Известно, что незадолго до войны промышленность прекратила выпуск 76-мм дивизионных пушек. Эта серьезная ошибка была исправлена уже в первые недели войны, когда в оборонительных боях появилась острая потребность в орудиях таких систем. 12 апреля 1941 г. ГКО принял решение развернуть производство 76-мм полковых и дивизионных пушек, а уже через полмесяца начался их массовый выпуск. За один только декабрь 1941 промышленность дала фронту 1150 таких пушек, а за всю вторую половину 1941 года – свыше 4 тыс. (Наш же полк более имел всего 2 орудия вместо 4 полковых пушек, а артполк ни одного орудия). Очень быстро было налажено производство и 45-мм противотанковых пушек. Во втором полугодии 1941 года их было выпущено столько же, сколько за весь 1940 год. Выпуск полевых орудий во втором полугодии 1941 года по сравнению с первым вырос в 3 раза. Хорошим средством борьбы с танками явились противотанковые ружья, которые до войны вообще не производились. Их серийный выпуск начался во второй половине 1941 года. До конца 1941 года было изготовлено 18.152 противотанковых ружей. Во много раз возросло производство зенитной артиллерии, в особенности 85-мм пушек. Промышленность освоила массовое производство реактивных минометных установок. Из месяца в месяц наращивались темпы выпуска стрелкового вооружения и боеприпасов. Так, выпуск снарядов для сухопутной артиллерии во второй половине 1941 года вырос по сравнению с первым полугодием в 2,5 раза. После успешного испытания в Смоленском сражении наземных установок реактивных минометов производство мин для этих установок значительно расширилось. К началу 1942 года реактивных снарядов было выпущено в 5 раз больше, чем предусматривалось предвоенным планом.» (стр. 159-160) «К концу 1942 года КА получила первые самоходные пушки СУ-76 и СУ-122, а с 1943 года начался массовый выпуск различных калибров. Все большую роль в боевых действиях играли реактивные минометы БМ-8 и БМ-13 «Катюши». Выпуск установок реактивных минометов начался в 1941 году, а в 1942 на вооружение КА поступило 3.237 шт. Артиллерийским и стрелковым вооружением, выпущенным в 1942 году, можно было оснастить 535 стрелковых и кавалерийских дивизий, 342 артполка и 57 воздушно-десантных частей. Быстрый рост производства вооружения давал возможность уже в 1942 году обеспечивать им не только новые формирования, но и частично военные округа, где шла подготовка запасных частей, накапливался маневренный запас вооружения на военных базах и складах.» (стр. 511-512) «В 1942 году Н.Н. Кузнецов создал для тяжелой полевой артиллерии снаряды «М-30», обладавшие большой мощностью. Разрушительная сила новых установок была огромной: они уничтожали ДЗОТы, убежища, укрепления, окопы, сносили кирпичные здания, выводили из строя целые подразделения части врага. Инженеры И.С. Бурмистров и В.И. Константинов изобрели 37-мм и 45-мм подкалиберные бронебойные снаряды. Их бронебойная сила была в полтора раза выше пробивной силы, существовавших до этого, бронебойных снарядов. В тяжелые месяцы осени 1941 года на вооружение КА поступило противотанковое ружье системы С.Г. Самсонова.» (стр. 540) «С ростом производства вооружения увеличивалась потребность в боеприпасах. Между тем, промышленность боеприпасов по-прежнему испытывала большие трудности. Недостаток производственных площадей, перебои с металлом (калиброванная сталь), нехватка топлива, электроэнергии, режущих инструментов и упаковки для готовой продукции очень осложняли работу многих заводов. Летом 1942 года из-за недостатка сырья – азотной кислоты, целлюлозы – в очень тяжелом положении оказались пороховые заводы. 24 августа 1942 года ГКО принял решение о расширении существовавших и строящихся новых заводов, вырабатывающих азотную кислоту и аммиак. Энергичное приведение в жизнь этого решения улучшило снабжение азотно-кислотных предприятий, производивших порох. Дополнительно были привлечены к выпуску боеприпасов многие предприятия других отраслей, в т.ч. легкой и пищевой. В конце 1942 года определился перелом и в выпуске боеприпасов. Особенно быстро увеличилось производство реактивных снарядов и мин.» (стр.511-512). Да, мало что нам было известно в то время. Мы единственно знали требовать положенное вооружение и необходимое количество боеприпасов для укрощения врага. Только в послевоенные годы, описанные трудности проливают свет на эти дела. В том же, 2 томе говорится: «Подъем, достигнутый промышленностью в первые три месяца войны, сменился скоро резким падением производства… в связи с эвакуацией, число заводов и предприятий, выпускавших военную продукцию, сократилось. Валовая продукция промышленности СССР с июля по ноябрь 1941 года в целом сократилась в 2 раза. В последние два месяца 1941 года уровень производства почти всех отраслей промышленности был самым низким за весь период Великой Отечественной войны.» (стр.160) «Главным образом, по этим причинам не был выполнен и план производства вооружения. К 1 декабря 1941 года из общего количества демонтированных заводов, на место прибыло лишь 38 процентов предприятий Наркомата вооружений. Из них, вступила в строй лишь половина.» (стр. 160-161) На вопрос корреспондента газеты «Правда», П. Студеникина (газета «Правда» № 124(20728) от 4 мая 1975 года, статья «Передовая тыла») как обстояло дело с обеспечением Красной Армии боеприпасами, особенно в первые месяцы войны, ответил П.Н. Горемыкин, возглавлявший накануне и в первые годы войны Наркомат боеприпасов. Он сказал: «Обстановка в то время для нас была крайне тревожной. И снарядов, и патронов на первые месяцы у нас имелось достаточно. Однако большая часть этих запасов, сконцентрированных в западных районах страны, неподалеку от границы, была захвачена врагом буквально в первые дни. Многие заводы, производящие боеприпасы, размещались на юге, в центральных и западных районах. 303 предприятия потеряли мы к октябрю 1941 года. На этих заводах производилось в месяц более 8 миллионов снарядов, около 3 млн. мин, 2 млн. авиабомб, около 8 млн. взрывателей, 2,2 млн. ручных гранат, около 8 млн. кг порохов… Особенно тревожное состояние в пороховой промышленности. 5 из 8 заводов пришлось эвакуировать на восток страны. Вы представляете, что означало остаться в то время без пороха?! – Что же было сделано, чтобы выйти из этого трудного положения? – Буквально с первых дней войны Госплан СССР привела к производству боеприпасов многие заводы и фабрики других отраслей. Так, например, в 1941 году 332 предприятия, в 1942 году – 1.108, в 1943 – 1.300предприятий различных наркоматов стали производить боеприпасы. Часовые, автомобильные, моторные, станкостроительные заводы выпускали взрыватели, предприятия химической промышленности освоили производство взрывчатых веществ, противотанковых гранат, порохов, зарядов для реактивных снарядов. Почти все предприятия промышленной, швейной и пищевой отрасли легкой промышленности были переведены на производство оружия и боеприпасов. В июле 1941 г. было принято решение о резком увеличении производства реактивных установок и снарядов к ним, применение которых под Оршей, вызвало у врагов панический ужас. 65 московских предприятий в срочном порядке освоили выпуск «Катюш». Заказы Наркомата боеприпасов выполняли многие гиганты тяжелой индустрии. Быстро строились новые заводы и цеха. Но положение в 1941 году оставалось сложным. Помню, в начале октября меня вызвали в ЦК партии. Обсуждался серьезный вопрос: полностью прекратилась поставка патронов и снарядов для авиационных пушек и пулеметов. На производстве авиавыстрелов у нас специализировалось два завода. Их пришлось эвакуировать. Они находились где-то на пути на Урал. На совещании были намечены меры, которые позволили уже через две недели приступить на новом месте к выпуску авиационных снарядов. Одним словом, коллективы наших заводов выдержали испытания 1941 года. Выпуск боеприпасов возрастал из месяца в месяц. Этому, конечно, во многом способствовали героизм, небывалый энтузиазм рабочих, инженерно-технических работников. «…Если в 1940 году промышленность боеприпасов выпустила более 17 млн. снарядов, около 8 млн. авиабомб, более 18 млн. мин, то в 1944 году было произведено 94.768 тыс. снарядов, 10.518 тыс. авиабомб, 78.630 тыс. мин, 48.650 тыс. гранат.» Данные Истории ВОВ 1941-1945, ч. 2, стр.384 Производство вооружения и боеприпасов в 1941-1942 гг. составило: Артстрелковое вооружение – 1941 год – 1942 год Минометы – 4000 – 10000 Зенитно-арт. и авиавооружение – 23.000 – 57.000 Орудия калибра свыше 75 мм – 7.000 – 12.000 Боеприпасы (тыс. тонн) – 540 – 1.270
1 сентября 1942 года (вторник) – день 437
Во второй половине дня, я, уже в новом моем полку, где я должен как можно быстрее вжиться и вработаться. Это мое, как говорят в армии, новое место службы. Полк переживал самую начальную стадию формирования. В полку было лишь командование, несколько офицеров полка и подразделений. Прошу ознакомить меня с приказом о сроках формирования полка. Ознакомился с приказом армии. Задача поставлена сложная, сроки сжатые. Штаб полка и два эскадрона мы должны сформировать за пять дней. Полное формирование полка закончить к 8 сентября. Очень странно, приказом предусмотрено формирования обеспечить лишь на 40 процентов потребности в шашках, винтовках, пулеметах, минометах. Непонятно, зачем же формировать части, которые не могут быть обеспечены вооружением. Это заранее небоеспособные части. Но приказ есть приказ. Ознакомившись с приказом 44-й А, сразу бегу в артснабжение 44-й А, чтобы решить вопросы снабжения. Сегодня я нигде не ночевал. И не думал об этом. Артснабженца 44-й А мне сказали, что я слишком тороплив. Надо подождать, пока будут подсчитаны ресурсы. Терпеливо, всю ночь, хожу по улицам Хасавюрта. Мыслей много, а дела мало. Буду ходить, буду просить, буду требовать, пока не решу вопросы вооружения.
2 сентября 1942 года (среда) – день 438
Утром снова в артснабжении 44-й А. Удалось добраться даже до самого заместителя командующего по артиллерии-начальника артснабжения подполковника Печеного М.К. Ничего не обещает на ближайшее время. Приказано раньше трех дней у них не появляться и не надоедать, а то ничего не дадут. В штабе полка знакомлюсь с другими документами, с постановлением Военного Совета 44-й А, которое предусматривает формирование еще одного эскадрона из национальностей Дагестанской АССР. Приказы за приказами, а вооружения нет. Не выдерживаю, сделанного мне запрета появляться в артснабжении армии. Иду снова. Думаю, к кому лучше обратиться, чтобы меньше отругали. Захожу к замкомандующего артиллерией полковнику Каврайскому. Обстоятельно, как мне кажется, докладываю о своих проблемах. Он тут же приглашает подполковника Печеного. Вот уж чего не ожидал… Промахнулся. И, конечно же, получил внушение за настырность. В полк, штат отдельного армейского полка еще не поступил. Даже заявки на вооружение не могу составить. Обещали завтра дать в полк штаты. Присмотрел себе место для размещения будущего полкового склада и артмастерской. В полк поступает начальствующий состав в основном из резерва 44-й А или прямо с курсов младших лейтенантов. Сегодня познакомился с командиром 3-го эскадрона Гончаровым Дмитрием Петроивичем, командиром батареи 82-мм минометов мл. лейтенантом Перепелкиным Павлом Вакуловичем и командиром 1-го взвода 4 эскадрона мл. лейтенантом Хамидовым Азфизоном Магомедовичем. Все они значительно старше меня, лет на 15-20. С убытием капитана Караева К.Р. в распоряжение 44-й А по ходатайству комполка ВрИО замкомандира назначен капитан Гончаров Д.П.
3 сентября 1942 года (четверг) – день 439
Поступили штаты в полк. В штабе толкотня. Пока их изучает командование полка. Дошла очередь и до меня. Многое в штатах кажется новым, совершенно незнакомым, а подчас и странным. Новой для меня была и сама штатная структура. Она резко отличается от структуры стрелкового полка. Штатом предусмотрены 4 сабельных эскадрона, пулеметный эскадрон, полковая артиллерийская батарея, батарея 82-мм минометов, взвод ПВО и подразделения обслуживания (хозвзвод, комендантский взвод, санитарная часть и др.). Сабельный эскадрон состоит из 4-х сабельных взводов, взводов ПТР и 50-мм минометов. В пульэскадроне 4 пульвзвода; в 82-мм батарее два огневых взвода, в артбатарее по два огневых взвода 76-мм и 45-мм пушек и взвод управления. Очень огорчен (когда тщетно пытался найти в штате артмастерскую) отсутствием артмастерской. Не был предусмотрен и завделопроизводством артснабжения (или писарь). Штатом предусмотрены всего лишь: начальник артснабжения полка, арттехник полка: во хозвзводе один оружейный пулеметный мастер, в полковой артбатарее – мастер орудийный и лабораторист. Такое положение вызвало недоумение и тревогу за положение дел. Всю вторую половину дня до поздней ночи составляю различные заявки на вооружение, боеприпасы, на приборы, ЗИПы, инструменты, различные ведомости, завожу книгу учета… Совинформбюро сообщило, что идут ожесточенные бои северо-западнее и юго-западнее Сталинграда, а также северо-западнее Новороссийска.
4 сентября 1942 года (пятница) – день 440
В полк поступают каждый час все новые пополнения начсостава и с ходу требуют у меня оружие. В связи с этим я сегодня объяснился с только что прибывшим в полк командиром 4-го эскадрона ст. лейтенантом Влащинским Николаем Андреевичем. Беспрестанно атакуют командиры взводов – требуют личное оружие. Каждого из таких посетителей регистрирую: командир 4-го взвода 1-го эскадрона мл. лейтенант Гавурский Степан Иванович, командир 1-го взвода 2-го эскадрона мл. лейтенант Чуприков Михаил Максимович, командир 1-го взвода 2-го эскадрона мл. лейтенант Жиляев Дмитрий Тихонович, командир 3-го взвода 4-го эскадрона Каразанов Юрий Васильевич, командиры 1-го и 2-го взводов пульэскадрона Добриков Павел Михайлович и Садков Григорий Иванович. Одолевают мысли, как же я справлюсь в такой обстановке один. Вооружения в кавалерийском полку, хотя положено намного меньше, чем стрелковом, но его надо получить, подготовить и вооружить подразделения, а потом постоянно обслуживать. Личного состава в кавполку было положено меньше в 2,5 раза от стрелкового. Однако потребуют постоянного технического обслуживания положенные полку по штату винтовок – более 830 шт., винтовок снайперских – 32, ручные и станковые пулеметы – 48, зенитно-пулеметные установки и ружья ПТР – 23, 45-мм и 76-мм орудия – 8, 82-мм и 50-мм минометы – 22, свыше 150 единиц оптических приборов, а обеспечение боеприпасами… Иду к помначштабу полка ст. л-ту Благовещенскому. Владимир Павлович моментально решает вопрос по моему предложению. В мое распоряжение с сегодняшнего дня поступает оружейный мастер с хозвзвода, пять солдат с полковой артиллерийской батареи, в том числе артмастер и лабороторист. Таким образом, в моем распоряжении 7 человек. Одного назначаю писарем артснабжения полка. Теперь можно и разворачивать работу более активно.
5 сентября 1942 года (суббота) – день 441
Весь день неистовствуют самолеты противника. Бомбят населенные пункты, скопления людей и транспорта на дорогах. Сегодня уже много раз облетали Хасавюрт и обстреливали из пулеметов. По дорогам двигаться невозможно – они загружены сплошным людским потоком. Наш полк расположился в лесу севернее Хасавюрта. В полк начало поступать пополнение личного состава. Раздумывать некогда. Назойливо толкаюсь в артснабжении 44-й А, выпрашиваю положенное полку вооружение, ссылаясь на приказ командующего войсками, который требует к 8 сентября закончить формирование. Но наряды получить не удается. Выезжаю с коноводом на отделения полевого армейского склада № 1371 в Хасавюрт, чтобы разведать, не прибыло ли в армию обещанное вооружение. Познакомился с работниками армейского артсклада, его начальником капитаном Абрамовым Р.Я., заместителем капитаном Спиридоновым Г.И. и старшим техником лейтенантом Савчуком М.М. Под большим предупреждением начальник отдела вооружения 1371-го ПААС ст. техник лейтенант Жеребченко Г.Е. рассказал, что есть кое-что из требующегося для полка вооружения, но оно все неисправное, из числа подобранного на поле боя. Полевые армейские артмастерские еще не развернулись и отремонтировать не могут. Снова возвращаюсь в артснабжение армии. Упрашиваю начальника отделения вооружения разрешить мне лично выбрать оружие для полка из числа неисправного, имеющегося в отделе ПААС 1371. Наконец-то, уговорил. Забираю от него записку начальнику ПААС и всех, теперь мне непосредственно подчиненных. До поздней ночи копаюсь, можно сказать, в свалке вооружения. Я отбираю пока по внешнему виду. Бойцы складывают винтовки в штабеля. Работаем до тех пор, пока уже стемнело совсем и работать было невозможно. С Жеребченко договариваюсь закончить работу завтра утром. Работой за день недоволен.
6 сентября 1942 года (воскресенье) – день 442
Чуть забрезжил рассвет. ПНШ Благовещенский дает в мое распоряжение единственную в полку машину ЗИС-5. С бойцами выезжаю в отделение ПААС 1371. Снова разбираю штабеля, уложенные вчера. Снова осмотр поверхностный: лишь бы был ствол с затвором. Приклады все равно найдем. Таким образом набрал 311 винтовок и карабинов (среди них и драгунские, и пехотные), 5 пулеметов ДП, 2 пулемета Максима, один 82-мм миномет, 5 минометов 50-мм, разнокалиберных шашек кавалерийских. Посчитали, записали, погрузили в автомашину навалом. Догрузили еще неучтенным, явно негодным оружием. Вместе с Жеребченко являемся в артснабжение армии, оформляем наряд. Расписываюсь в получении и уезжаю. На пути встречаю (случайно) начальника заградотряда, у которого несколько дней назад проходил службу (ст. лейтенант Зеленков). Говорит, что на их пересыльном пункте скопилось небольшое количество оружия. Отвожу его в заградотряд. Под расписку забираю у него 93 винтовки, 2 пулемета ДП, тачанку с пулеметом Максима, 32 револьвера и пистолета и 18 автоматов ППШ… Клад. Возвращаюсь в полк. Пока бойцы разгружают оружие, еще раз дефектую его. Мне помогает оружейный мастер Старожилов. Бегу в штаб. Докладываю ПНШ Благовещенскому. Командир полка с заместителем уехали куда-то за пополнением. Владимир Павлович советует подождать командира полка майора Нижерадзе Н.Н. Я ему еще не представлялся. Заканчиваю до конца дня рассортировку оружия. Теперь отобрано совершенно негодного большая куча. Еще раз пересматриваю и ее, с целью, что можно взять от нее для запчастей.
7 сентября 1942 года (понедельник) – день 443
За день побывал в артснабжении армии. Нарядов на получение вооружения не дали. Дали письменное распоряжение на сдачу в ремонт. Винтовок – 130, шашек – 62, ППШ – 16, пулеметов ДП – 6, Максима – 2, минометов 50-мм – 8, 82-мм – 1. Удовлетворили мою просьбу в том, что при наличии в армейской мастерской этих видов оружия, мне дали их взамен неисправных. Операция удалась. Вчера из 3-й стрелковой бригады с пополнением прибыло еще 90 винтовок. С заградотряда от ст. лейтенанта Зеленцова сегодня привез еще 12 винтовок, две снайперские винтовки, 4 ППШ, 2 ручных пулемета ДП, 11 шашек и револьверов – 12 шт. Штабом приказано в первую очередь вооружить 2-й эскадрон. Командир 2-го эскадрона Лебединский Иван Фадеевич и его командиры взводов младшие лейтенанты Чуприков М.М. и Польский М.П., Жиляев Д.Т., и Польский Н.П. придирчиво принимают вооружение эскадрона. Особенно выражает свое недовольство командир 3-го взвода Польский Николай Павлович. Мои разъяснения о положении дел с вооружением его не касаются. Что в наших силах, производим ремонт. Но это не ремонт. Все-таки надо что-то делать. Техника, положенного по штату еще нет. А где его взять…?
8 сентября 1942 года (вторник) – день 444
В артснабжении армии получил наряд на получение боеприпасов, в основном к стрелковому оружию. Мин пока нет и скоро выдать не обещают. По наряду армии с армейского склада получил три 82-мм миномета, три 50-мм миномета, 12 ружей ПТРД, шашек – 98, револьверов – 17 шт. Учитывая, что полк на сегодня обеспечен личным и конским составом всего лишь на 38%, то вооружением он располагает вооружить еще такое же пополнение. Обеспеченность оружием на сегодня составляет: в винтовках – 64%, автоматах – 28%, пулеметах – 40%, станковых – 25%, ружьями ПТР – 60%, минометами – 100%, шашками – 24%, личным оружием – 50%. Сегодня в спешке вооружили 1-й и 3-й эскадроны, батарею 82-мм минометов, пульэскадрон. В штабе полка предупредили, что некоторые эскадроны не сегодня-завтра получат указания на выполнение боевой задачи. Начальствующий состав требует пистолеты ТТ и револьверы. Но их нигде нет. Очень хорошие впечатления произвели лейтенант Михайлюк С.Т. – командир пульэскадрона. Семен Тихонович очень хорошо разбирается в устройстве станкового пулемета Максима. Чувствуется – будет хорошим командиром взвода ПТР мл. лейтенант Басов. С какой любовью Григорий Данилович принимал ружья ПТР. Мои замечания по будущей эксплуатации воспринял серьезно. 82-мм минометы принимал заместитель командира батареи по строевой части мл. лейтенант Дудин Яков Иванович. Очень беспокоится за их некомплектность. Недоставало лотков для мин, ЗИПов.
9 сентября 1942 года (среда) – день 445
С ПААС № 1371 удалось получить 11 винтовок, 8 ружей ПТР, 50 шашек и 14 револьверов «Наган». От заградотряда и пересыльного пункта получил 17 винтовок, 9 автоматов, 3 ручных пулемета, 2 пулемета Максима, револьверов и пистолетов – 26. Предметом моего постоянного беспокойства теперь являются отсутствующие в полку снайперские винтовки, ручные и станковые пулеметы, зенитные комплексы и артиллерия. В артснабжении армии меня предупредили, что пушек можно не ожидать, их не будет. Не будет и снайперских винтовок. Станковые пулеметы начала войны сохраняются. Что все же случилось с этими видами вооружения. Почему же их не достает…
10 сентября 1942 года (четверг) – день 446
За эти дни пребывания в полку я хорошо познакомился со всеми его подразделениями. Уже сложилось и первое впечатление о коллективе, о его боевой готовности. Кавалеристы, как мне представилось, люди общительные и найти с командирами подразделений общий язык не составляло большого труда. Как-то мне говорили, что кавалеристы очень много любят говорить за атаки в конном строю с шашкой наголо. Что же, может в этом и есть доля правды. Действительно, о своем прошлом они, все до одного, говорили с восторгом о, когда-то, настоящим использованием кавалерии. И очень неохотно говорили об использовании ее по пехотному. По картинам гражданской войны я это представлял примерно так: это крик, ругань, матерщина, улюлюканье, испуганное ржание лошадей. Вот населенный пункт, только что взятый конниками. Над домами стелется едкий дым, горят камышовые крыши, а по полю носятся взбесившиеся лошади, волоча за собой бывшего седока; по только-что бывшему полю боя бродят казаки и ищут своих. Выстрелами из оружия добивают еще живых, барахтающихся в крови лошадей… Но кавалеристов видимо надо было понимать. Ведь в этом и заключалась основная суть кавалерии, ее задачи. Надо полагать, что теперь им придётся меньше и меньше иметь дело с рубкой. Сегодня ездил за боеприпасами в Тлох. Привез мины, патроны, гранаты. Передо мной стал вопрос об организации склада боеприпасов. Попутно заезжал и на ПААС 1371 и в отделение склада в Хасавюрте. Мы ежедневно ревностно и жадно следим за развитием боевой обстановки на других фронтах. В это время шли тяжелые бои под Новороссийском, западнее и юго-западнее Сталинграда, в районе Моздока. В Новороссийске идут уличные бои.
11 сентября 1942 года (пятница) – день 447
Получилось как-то так, что я за десять дней пребывания в полку не был принят ни командиром полка, ни комиссаром. Ежедневно взаимодействовал с ПНШ капитаном Благовещенским В.П. Сегодня в полк поступила из армии выписка из приказа о моем назначении начальником артснабжения полка. Видимо это и послужило тому, что меня вызвали к командиру полка майору Нижерадзе. Тут же я познакомился и с заместителем командира полка. Мне понравились эти опытные кавалерийские начальники. Отнеслись ко мне заботливо, по-отечески. Внимательно выслушали, где и в качестве кого был в боевых действиях, как обстоит дело с вооружением и боеприпасами в полку в настоящий момент. Тут же мне сказали, мол, не беда, что не знаешь кавалерии. Обещали во всем помогать. Ну а мне, как говорится, «новорожденному и тигр не страшен». Ведь я пока о кавалерии имею смутное представление. Сказали они мне много хорошего о бывших начальниках боепитания, с которыми им приходилось работать ранее. Оба они мне дали ценные советы по работе. Утвердили мои предложения в отношении организации подвижного артсклада в виде артпарка. Суть предложения сводилась к тому: в хозвзводе автотранспорт для подвоза боеприпасов отсутствовал. Автомашин в полку положено 9, а имелась 1. Я предложил, в хозвзводе содержать три гужевых взвода (за счет положенных, в несуществующей артбатарее, 12 повозок) и один автотранспортный взвод. Начальника хозвзвода называть командиром артпарка. Боеприпасы содержать в подвижных запасах. Одобрили предложение о создании артмастерской в основном за счет артбатареи. Командир полка спросил обеспечили ли меня коноводом и лошадьми. После многодневных боев нашими войсками оставлен г. Новороссийск.
12 сентября 1942 года (суббота) – день 448
Сегодня в штабе меня ознакомили с приказом о моем назначении. Вчера командир полка меня поставил в известность, что полк в любую минуту может быть поднят по тревоге и получить боевую задачу. Очень коротко сказал о сложности оперативной обстановки. Что в Ногайской и Калмыцких степях между Закавказским и Сталинградским фронтами имеется большой разрыв. Там нет войск. Полк видимо будет использоваться для глубинной разведки, совершая по этим степям длительные рейды. Будет прикрывать очень важный участок железной дороги Астрахань – Кизляр. Позиционной обороны здесь нет. Как наши части, так и противника, находятся в постоянном движении. Уж очень плохо меня стали принимать в артснабжении армии. Говорят – «мешаешь нам работать». Когда будет вооружение – вызовем. Больше не появляйтесь. Все-таки оставляю им заявку на недостающее полку вооружение за подписью командира полка. Недостает на сегодня: винтовок – 273, винтовок снайперских – 32, автоматов – 77, пулеметов ДП – 16, Максима – 10, зенитных пулеметов – 3, шашек – 660,револьверов – 11 и пушек – 8. Вспоминаю, были бы мои орлы – мастера с 261-й СД 978-го СП, мы бы с ними за неделю пополнились стрелковым оружием. Но мастерские создавать надо заново. Вот уже несколько дней в подразделениях присматриваю готовых мастеров. Пока безрезультатно. Придется готовить самому. Составил расписание занятий. Провел беседу. Объявил, что будем готовиться стать оружейными мастерами. Теперь у меня в подчинении, кроме коновода – 9 человек. Готовых мастеров 3-4 человека. В заградотряде и пересыльном пункте оружие не дали. Говорят, сдавать все надо на армейский склад. Отругали за меня.
13 сентября 1942 года (воскресенье) – день 449
Два эскадрона сабельных и пулеметный получили боевую задачу и выдвинулись для совершения глубинной разведки. Ходят упорные слухи о действиях изменников Дагестанских националистов. Якобы, вооружившись целым воинским подразделением ушли в горы, по пути проявляя зверства в отношении советских и партийных работников. Ходят и другие упорные слухи. Якобы ими уничтожены преследовавшие их подразделения НКВД. С каждым днем я все больше приобщаюсь к кавалерийским делам, изучаю их устои, а также сложившиеся в этом, в прошлом легендарном, роде войск. В подразделениях я заметил, что каждый настоящий кавалерист считал первой необходимостью обзавестись хорошей, и непременно красивой кавалерийской шашкой. Хорошая шашка считалась такая, у которой сильно изгибалась и восстанавливала свое первоначальное положение лезвия клинка, легкий клинок с хорошо заточенным обоюдоострым концом. Клинок непременно должен рубить, а не рвать подвешенные полоски бумаги. Он должен прочно удерживаться в ножнах и не выпадать из них под собственным весом. И лучше всего, если шашка является образцом индивидуального изготовления, напоминающая форму меча, с рисунками, орнаментами на лезвии рукоятке и душке эфеса. В полку было много личных фамильных шашек, когда-то принадлежавших знатным казакам. При первой же возможности любой казак обменяет на такую шашку свою штатную образца 1927 года, которая была на вооружении кавалерии Красной Армии. Командиры подразделений, при первом же знакомстве, как правило, просили меня при возможности подобрать им хорошую шашку. Остальные подразделения полка усиленно готовятся к глубокому рейду. Мне приказано все запасы вооружения и боеприпасов содержать на колесах, подвижными. Все-таки два часа, а провожу с мастерами занятие по изучению ремонта оружия. Раскрепил будущих мастеров по уже имеющим опыт мастерам. На других фронтах, особенно последние дни начались тяжелые оборонительные бои в Сталинграде.
14 сентября 1942 года (понедельник) – день 450
Стоят жаркие дни. Даже ночью температура +20-27°С. Вернулись эскадроны с глубокого рейда. Разгромили несколько немецких комендатур, приволокли пленных немецких офицеров, несколько изменников из Туркестанского батальона, сейфы с бумагами… Жертв с нашей стороны нет. Рассказывают, что в степях они встретили очень потрепанные части 110-й и 30-й кавдивизии, входившие в состав отдельного кавкорпуса генерала Пархоменко. Стрелковое оружие для кавалериста по старой традиции было на втором месте после шашки. И это они, пожалуй, считали делом профессиональной чести, как некоторые врачи считают неразборчивость своего почерка. И это несмотря на то, что условия, в которых раньше действовала кавалерия, резко изменились. Ей теперь придется действовать пехотным порядком. Осматриваю оружие. Нахожу, что все-таки плохо ухаживают. Требую, настоятельно, устранить недостатки. Заставляю чистить целыми подразделениями под командой командиров взводов. Иные обижаются, другие нет. Был в артснабжении армии. Оружия нет. Слухи о действовавшей банде изменников подтверждаются. Рота НКВД из Хасавюрта ими, якобы, была уничтожена. Теперь начсостав артснабжения будут присваивать воинские звания, начиная с капитана с приставкой «артиллерийско-технической службы». С оружмастерами провел двухчасовое занятие и кроме того, практически в пульроте показал, как надо производить осмотр пулемета Максима и устранять неисправности.
15 сентября 1942 года (вторник) – день 451
Ночью предполагается выход полка в рейд по тылам противника. Полк готовится выйти в полном составе во главе со штабом. На старом месте дислокации не должно остаться и признака, что здесь стояла часть. Весь день с мастерами проверяем оружие в подразделениях. При необходимости заставляем чистить и ремонтируем. Убеждаюсь, что потребность в ремонте оружия была нисколько не меньшая, чем в стрелковом полку. Объяснялось это, прежде всего более жесткими условиями эксплуатации оружия в кавалерии. Чаще всего требовали ремонта ст. пулеметы Максима и шашки обр. 1927 г. Шашки здесь выходили из строя буквально десятками: ломаются ножны и реже лезвия клинков. Особенно много ножен ломалось при посадке в седло. Настоящим бичом было и то, что кавалеристы никак не хотят понимать наши элементарные требования, чтобы не затыкать пробками и тряпками стволы оружия. Перед стрельбой они, как правило, забывали вытаскивать затычки, и это являлось причиной раздутия стволов с дульной части. Стрельба из такого оружия уже не имела смысла, она была неточной. При каждом очередном осмотре, как и сегодня, мы отбраковывали десятки таких винтовок и карабинов. Еще и еще раз проводили разъяснительную работу, показывали людям, как это происходит… и к чему приводит. Уж очень крепко пришлось поговорить по этому вопросу с командиром 4-го взвода 3-го эскадрона мл. лейтенантом Заварзиным Василием Ивановичем. Только в его взводе мы отбраковали по этой причине 5 винтовок. С наступлением темноты полк снялся и направился в рейд по маршруту, известному только штабу полка, а может быть только командованию. Нам маршрут неизвестен. Карт у нас нет. В задачу полка входило собрать данные о расположении и прибытии свежих резервов противника. Да и чтобы не жилось противнику спокойно, а в результате должны были явиться непременно с «языком». В полку было известно, что почти во всех населенных пунктах контролируемом района немцами, они разместили свои, хотя и малочисленные, гарнизоны регулярных войск, комендатуры, полиции. Двигаемся долго, тихо. Совершаем рейд на территории, контролируемой противником. Передовой отряд завязал бой. Перестрелка усиливалась. Это было в 24.00. От командира полка узнали, что 110-я кавдивизия совершает марш в район Моздока.
16 сентября 1942 года (среда) – день 452
Полк развернулся в боевой порядок и сразу же завязался бой. Сабельные эскадроны 2-й и 3-й окружили большую группу немцев. Ведут ожесточенный бой. Управление полка со взводом 1-го эскадрона и комендантским взводом двигались отдельной колонной. Поступила команда спешиться и занять оборону. Коноводы увели коней. Развернулись в боевой порядок и уже вели бой пульэскадрон, минбатарея 82-мм минометов. Заняли оборону на чистом ровном песчаном поле. На горизонте появились силуэты. Стало отчетливо видно, как немцы, расползаясь по полю, готовятся к решительной атаке. Ползут не поднимаясь. Приказано без команды огонь не открывать. Вот они уже в 100-70 метрах. Огня не ведут ни та ни другая сторона. Сжимаю автомат до боли в руках. У меня к нему три дисковых магазина. Ощущаю биение сердца. В ушах с болью отдается биение сердца. Напряженность предельная. – Огонь! – скомандовал комполка майор Нижерадзе. Затрещали винтовки и автоматы. Прижимаю автомат к плечу, тщательно прицеливаюсь в ползущую тень. Короткая очередь, но тень ползет. Вдруг, как один, немцы встали и бросились в атаку. Даю очередь по одному, другому, третьему… кажется они еще продолжают бежать. Один из них вдруг приостановился, попятился назад и упал. Прицеливаюсь в скрюченного немца, бегущего впереди всех и размахивающего автоматом. Даю короткую очередь. Вот он уже и совсем близко, но выронил автомат и стал медленно садиться, словно делая урок приседания. Запускаю очередь за очередью… Увлекся так, что не вижу, как бьют фашистов мои соседи. Сменяю магазин. Бой длился всего лишь несколько минут. Немцы не выдержали, дрогнули и пустились наутек, делая крутые зигзаги. Наше управление потеряло 6 человек, но зато на поле боя мы тогда насчитали 60 человек убитых и раненых немцев. Из них 10 раненых мы подобрали у уложили в тавричанки. Все они были в сильном опьянении. У каждого во фляге был ром. Быстро собрали все оружие, боеприпасы, личные и служебные документы, карты. Этой процедурой занимался сабельный взвод 1-го эскадрона. В качестве трофеев собрали 50 автоматов, три ручных пулемета, 5 браунингов. Командир взвода лейтенант Гавурский С.И. высыпал из фуражки целую кучу наручных часов. Майор Нижерадзе приказал тут же раздать часы начальствующему составу, у кого их не было. Мне достались массивные с четырьмя крышками и большой цепочкой карманные часы Павел Буре. Возвратились мы в Хасавюрт во второй половине дня, когда уже начало смеркаться. До полуночи с коноводом блудили в поисках артснабжения 44-й Армии; побывали в Хасавюрте, на ВПУ в Гудермесе, и даже, во втором эшелоне в Султан-Зангил-юрте. И все безрезультатно. Вооружения нет и не ожидается. Наш полк в армии пока считается в стадии формирования, хотя и воюет.
17 сентября 1942 года (четверг) – день 453
Вчера в артснабжении армии выпросил разрешение на передачу полку вооружения, сосредотачиваемого в 3-х армейских заградотрядах и пересыльных пунктах. Разрешили уточнить количество вооружения в 50-м армейском запасном полку, который только вчера вошел в состав 44-й А и артвооружение армии данными еще не располагало. Полк размещался в с. Нечаевка. Рано утром доложил командиру полка. Нижерадзе, связавшись с отделом укомплектования армии упросил их отобрать кавалеристов из запасного стрелкового полка. На полуторке мы, с и.о. заместителем командира полка капитаном Гончаровым Д.П. направились в запасной полк и заградотряды. В запасном полку удалось отобрать 220 красноармейцев. При отборе речь шла не о кавалеристах, а о людях, умеющих ездить верхом. Команду направили в Хасавюрт пешим порядком. Удалось заполучить 110 винтовок (в том числе с заградотрядов – 50), автоматов ППШ – 30 (10), ручных пулеметов ДП – 16, пулеметов максима – 4, шашек – 21 и револьверов – 15. В 14.00 меня начало знобить. Повторился приступ малярии. Очень внимательно отнесся ко мне Дмитрий Петрович. В полуторку наложил сено, и меня увезли. Он всегда и всюду старается равным среди подчиненных. Он исключительный знаток кавалерийского дела. Еще в гражданскую войну командовал кавдивизионом. Вопросами снабжения занимался вдумчиво, серьезно и даже педантично. Но по всему чувствовалось, что он больше тяготеет к строевой службе. В полуживом виде меня привез капитан Гончаров в Хасавюрт уже поздно ночью.
18 сентября 1942 года (пятница) – день 454
Получил наряды на получение 4-х 76-мм пушек обр. 1927 г. Сегодня же батарея получила эти орудия, занимаются подгонкой артаммуниции, комплектуют подразделения, расчеты. Оказываю им помощь. По всему видно, что 45-мм пушек долго не будет. ПТР тоже пока нет. Нет и гранат РПГ-41. В первой же беседе, комполка рекомендовал мне больше уделять внимания работе, связанной с подвозом, хранением, эшелонированием боеприпасов, больше уделять внимания работе артпарка и транспортного подразделения подвоза. Это подразделение, как бы впитывает в себе функции двух подразделений: полкового артсклада и транспортного подразделения подвоза. Это и полковой пункт боепитания полка. Здесь создаются подвижные запасы боеприпасов и артимущества. В артпарке три транспортных отделения: два гужевых и одно автомобильное, в котором были положены 6 автомашин ЗИС-5. Фактически имелось 2 машины. Однако все полковые запасы были на колесах. На грунт боеприпасы выкладывались, когда требовался транспорт для подвоза. В подразделения полка боеприпасы подаем только своим транспортом. Артпарк (или хозвзвод) возглавляет мл. лейтенант Молоканов Виктор Агафонович. В артпарке (хозвзводе) размещались и небольшие запасы вооружения, артимущества, запасные части и инструменты. В вопросах снабжения боеприпасами, постоянной моей заботой было создание, как можно большего, резерва боеприпасов. Я постоянно пытался и доводил обеспеченность полка боеприпасами сверх установленного лимита (по крайней мере, иметь на руках наряды на получение боеприпасов). Я постоянно осуществляю контроль за установленным лимитом боеприпасов. Все оружейные и артиллерийские мастера, писарь, коновод постоянно были моими спутниками. Находились они на всех видах довольствия попеременно, то в артпарке, то в комендантском взводе. Каждый мастер имеет при себе необходимый набор инструментов для проведения мелкого ремонта оружия непосредственно в подразделениях. Более сложные работы по ремонту выполнялись в хозвзводе, инструментом, который возился в штатной двуконной повозке. Группу мастеров возглавляет добросовестный и опытный оружейный мастер Соболев Григорий Фомич. Делопроизводство артснабжения ведет ряд. Гайворонский Евгений Ильич – не только знающий свое дело писарь, но и лучший исполнитель частушек. Он и пел, и мастерски рассказывал забавные истории, которые спазмами перехватывали горло слушателей. Он везде был впереди.
19 сентября 1942 года (суббота) – день 455
Верховую езду я ещё не постиг. Но старался подражать настоящим кавалеристам – забираться в седло, держаться в нём. Мне всё время кажется, что шашка создана только для того, чтобы мешать свободному продвижению её хозяину. Думаю, что если в бою у меня оставался единственный выход воспользоваться шашкой, то я вряд ли смог бы это сделать. Умение работать ею – это большое искусство, большая физическая тренировка. В этом я убеждаюсь всё больше с каждым днём. Хоть я кавалерист никудышный, однако, нисколько не мешает мечтать о казачьем обмундировании: горной барашковой, как у Чапаева, шапки с красным верхом, о башлыке, галифе с лампасами и о тёплой кавалерийской Бурке. Да мало ли, что было в составе экипировки настоящего казака: там и кинжалы, газыри, плётки, особые седла, недоуздки, стремена, шпоры, сабли. Хотя бы и на кирзовых сапогах, но, чтобы были шпоры. Приобрёл для себя самую лёгкую шашку, только не знаю её принадлежности: фамильная или придворная, а может быть индивидуального исполнения. Верховая лошадь мне досталась надо полагать такая, которая по каким-либо соображениям не устраивала, чуть-чуть понимающего в них, толк. Я в них ровным счётом ничего не понимаю и принял, выделенного мне коня как должное. Некоторые товарищи, ради шутки, а может быть и всерьёз, советовали поменяться лошадьми с моим коноводом, у которого, по их мнению, лошадь была значительно лучше моей. Весь день подразделения полка готовились глубокому рейду в тыл противника. Проводил подготовку и я. Проверил эшелонирование боеприпасов, их погрузку. Проверил полковую артбатарею 76-мм пушек и 82-мм минометов, укомплектованность пулеметных тачанок. Весь день в подразделениях. Провел инструктаж с мастерами. Определил их место на марше: арт-мастер, рядовой Старожилов Пётр Иванович – с артбатареей; мастер, рядовой Козельцев Иван Сергеевич – с батареей 82-мм минометов; лабораторист, рядовой Кузнецов Борис Петрович – с артпарком (хозвзводом); писарь, рядовой Гайворонский Евгений Ильич – с комендантским взводом; оружейные мастера Соболев Григорий Фомич, Солёнов Григорий Иванович и Безроднов Пётр Агафонович вместе с коневодом Уталиевым – со мной, при штабе полка. В 17:00 полк поднят по тревоге и вышел на марш. Наступила ночь, мы продолжаем движение.
20 сентября 1942 года (воскресенье) – день 456
Параллельно нашему движению колонны движется и колонна противника к нам в тыл. Слышны привычные нам звуки конницы: ржание лошадей, скрипы колес повозок и рессор тачанок. Но ожесточенного и молчаливого боя, как бывает в этих случаях, не следовало. Мы считаем, что стороны не решаются завязывать бой, потому что не знают сил своих противников. Позднее от командира полка мы узнали, что на его запрос в оперотдел 44-й Армии запретил завязывать бой, а приказал продолжать двигаться для выполнения поставленной задачи, а на встречу группы немцев высылается разведэскадрон. В час ночи мы достигли крупного населённого пункта. На входе остановились, но передовой отряд не появлялся. Ночь совершенно безлунная, тёмная. Послышался скрип колодезного журавля и звон пустого ведра. Несколько человек, отделившись от общей колонны направляются к колодцу. Различаем 2 лошадей и солдата в немецкой форме. Солдат оказался узбеком-изменником, ездовым у немецкого военного коменданта. Ведёт нас к дому военного коменданта. Свободно входим в дом. За столом бражничает пьяный майор комендант с девицей. Комендант был моментально разоружен и крепко связан. Но немка быстро, как растворилась, скрылась в темноте. Найти её не удалось. Погрузили на повозку комендантский сейф, весь его скарб, собрали два десятка полицейских и несколько немецких приспешников, привезли всех их привязали всех их к тачанкам и возвращаемся домой. На обратном пути снова повстречали немецкую колонну. Но без приказа боя не завязали. Возвратившись на прежнее место дислокации без потерь. Штаб армии стало искать трудно. Теперь он размещается только в лесу. Говорят, есть приказ о категорическом размещение штабов и войск населённых пунктах. Сегодня проискал артснабжение всю ночь. Но опять бесполезно. Сейчас я добиваюсь получить пулемёты Максима и зенитные установки.
21 сентября 1942 года (понедельник) – день 457
Не успели отдохнуть, как полк снова поднят по тревоге. Снова в рейд в тыл противника. Каждое подразделение каждый командир уже знают свои места, и время на организацию марша почти не требуется. Глубокой ночью зашли в населённый пункт. Местные жители показали размещение немецкой комендатуры. В комендатуре обнаружен только полицейский, охранявший комендатуру и повозку с вещами коменданта. Полк обшаривал селение. Искали немцев, полицейских, изменников. В комендатуре я обнаружил три ящика с толовыми шашками. Погрузив их на повозки, я прихватил с собой несколько шашек. С собой у меня было несколько немецких, с длинной ручкой гранат и запалов. Из комендатуры вытащили сейф и погрузили на повозку. Со своими мастерами рядовыми Соболевым, Соленовым и Безродным приступили к излюбленному мною минированию, постановке сюрпризов. Одну шашку с запалом вложили в письменный стол комендатуры. Заряд должен сработать при открывании ящика стола. Связку из двух шашек использовали для минирования колодца во дворе комендатуры. Здесь заряд должен был сработать при самом начале опускания бадьи в колодец. А отобранная у полицейского винтовка была установлена в сенях комендатуры на самострел. То есть выстрел из неё должен произойти в сторону открывания двери. На этот раз коменданта и его сотрудников найти в селе не удалось. Только когда мы вернулись к постоянному месту дислокации, я вспомнил, что мне сегодня исполнилось 20 лет. Думаю, сказать кому-либо или не надо. Нет, всё-таки, как-то надо отметить. Подхожу к начфину полка старшему лейтенанту Поцелуеву. Прошу у него дать в счёт следующего довольствия несколько деньжонок. Спрашивает – А зачем они тебе? Пришлось признаться. Конечно, денег мне Фёдор Сергеевич не дал и вскоре куда-то ушёл. Я пошёл к своему приятелю начхиму младшему воентехнику Путилину Петру, только что прибывшему в полк. Вскоре я был вызван командиру полка майору Нижерадзе. У него в палатке было человек 15 начальствующего состава. Николай Николаевич поздравил меня, пожелал успехов, поблагодарил за службу. На этом официальная часть закончилась. Многие товарищи пришли поздравить меня. Нашлось и выпить, и закусить. В этом деятельное участие приняли Фёдор Сергеевич Поцелуев, Виктор Агафонович Молоканов (командир хозвзвода), ветврач Ладо Степан Иванович, Пальчун Дмитрий Иванович, Гончаров Дмитрий Петрович и ещё ряд товарищей. Поздравили меня в тот день и секретарь парторганизации полка старший политрук Алёхин.
22 сентября 1942 года (вторник) – день 458
С раннего утра я пребываю в Червлёную, в артснабжение армии. Снова прошу станковые пулеметы Максима и 3 зенитных установки. Говорят – нет. Только собрался идти до коня, меня позвал начальник отделения боеприпасов. Взяв за рукав, потащил меня к Печеному, и предлагает меня послать куда-то для доставки сигнальных патронов. Ничего не понимаю. Полковник Печёный даёт согласие. Я получаю задание срочно выехать верхом на окраину Червлёной и ожидать там представителя артснабжения армии. Вскоре встретились с ним. Вижу, началась погрузка ящиков с сигнальными и осветительными патронами в самолёт ПО-2. Погрузили и несколько ракетниц. Мне было приказано вылететь этим самолетом и, по команде лётчика, выбросить груз с самолёта. Лётчик, мол, знает куда лететь и где сбрасывать. Он уже бывал там несколько раз. Коновод оставался с лошадьми до моего возвращения. Это был мой первый случай в жизни, когда я сидел в самолёте. Дул сильный ветер. После небольшого разбега самолёт поднялся в воздух. Летим низко, самолёт делает крен то на левое, то на правое крыло. На сердце лёгкие, приятные замирания. Вдруг погода испортилась. Резкий, холодный ветер низко над землёй гнал рваные облака, далеко в сторону сносил косые полосы дождь. Маленький самолёт храбро продвигается вперёд, изредка подавая воздушные ямы и снова взбирается на крутые горки. Вот уже льёт дождь, усиливаясь, переходит в настоящий ливень. За ворот и льётся холодная дождевая вода. Ужасно холодно. Вижу внизу небольшое скопление конницы. Лётчик подаёт мне команду на выброс груза. С задачей справляюсь быстро. Самолёт делает крутой разворот. Мы легли на обратный курс. Лётчик сделал вираж, пошёл на снижение. Приземлился. Снова возвращаюсь в артснабжение армии. Получил наряды на один б/к боеприпасов к 76 мм орудиям. Мне объяснили, что сигнальные ракеты доставлены партизанам. Полк поднят по тревоге. Вышел маршем в тыл к противнику точка движемся быстро. Говорят, сегодня пойдём недалеко. Действительно, в 23:00 мы уже в населённом пункте. Каждое подразделение делает своё дело. Немецкий гарнизон успел покинуть село. В одном из дворов, по разрешению майора Нижерадзе, мы заминировали топку походной немецкой кухни, подложив под топку противотанковую мину взрыватель сблокирован с дверцей топки. Здесь же, во дворе, заминировали землянку.
23 сентября 1942 года (среда) – день 459
Из очередного рейда вернулись на рассвете. Люди и кони уставшие, нужен отдых. После 2-х часового отдыха мастера разошлись по подразделениям. Особой заботой артснабжения были ручные и станковые пулеметы, 50-мм и 82-мм минометы, ружья ПТР и автоматы. Теперь в обязанностях всех мастеров не только технический осмотр и устранение неисправностей, но и контроль за правильной эксплуатацией и обеспеченностью боеприпасами. К исходу дня заслуживаю каждого мастера о проделанной работе, подводим итоги работы, намечаем планы на завтра. Приступы малярии повторяются ровно через сутки в 14:00 поначалу приступов можно сверять часы. Просят прийти на батарею, но не могу. Лежу в ознобе и, пожалуй, мало что соображаю. Вечером, уставший, исхудалый, еле стоя на ногах, явился по вызову к замкомандира полка капитану Гончарову. Дмитрий Петрович, после моего доклада о прибытии, предложил сесть. Видимо, я должен был получить какая-то либо задание по службе или ответить на какие-то вопросы. Но мой вид не позволил ему сделать это. Вскоре появился полковой врач Иосиф Давыдович Китиашвили. Он приказал ему что-то принести. Я не разобрался в этом. Мне предложили выпить, особенно настаивал Дмитрий Петрович, кружку какой-то тягучий противной смеси. Чего там в этой смеси только не было: и водка, и хинин, и яичный желток, и чеснок… Долго я прицеливался, но никак не мог насмелиться… Гончаров же с Китиашвили в это время крутой, пахнущий таежностью чай, заваренный листьями черной смородины. Думаю, а может быть нежная жалость старого мудреца и поможет. Еле-еле заставляю затолкать содержимое в желудок. Это был для меня урок полной покорности. Не всегда можно выпить такой коктейль. Через несколько минут мне показалось, что вот-вот, вслед за коктейлем, я выброшу все свои внутренности. И всё же надеюсь, что это явится исцелением. С Иосифом Давыдовичем мы побеседовали по душам. От него я сегодня узнал, что он в 1903 года рождения, грузин, уроженец Хашури. В 1936 году он окончил медицинский институт, после чего работал заведующим врачебным пунктом, госсанинспектором, заведующим тропической станции и госинспекции города Хашури. В Красную Армию он призван в июне 1941 погода, на второй же день начала войны. До прибытия к нам в полк он был командиром санвзвода в горнострелковой дивизии, дислоцировавшейся в то время в Иране. А вообще-то, его трудовая жизнь началась ещё раньше. Он в 1923 году окончил гуманитарный техникум при Хашурской мужской гимназии. В 1926 году он закончил Горейский педагогический институт и работал заведующим трудовой школы, председателем профсоюза работников просвещения. Он активно участвовал в общественной жизни, был комсомольским вожаком, депутатом горсовета.
24 сентября 1942 года (четверг) – день 460
Начало поступать пополнение личного состава. В числе пополнения были люди самых различных народностей и национальностей. Потомственных Казаков было очень мало, единицы. На вооружение начали поступать рослые монгольские лошадки. За год войны уже освоился в вопросах до формирования на ходу. Дела мои идут как будто уверенно. Вооружение полка требовало основательной работы с ним. Оружейные мастера работают день и ночь, чтобы привести в порядок вооружение. Очень много хлопот приносят нам 50-миллиметровые ротные миномёты. В неделю раз-два их надо было осматривать, а большую часть из них ремонтировать. В них часто случались осечки при открытых кранах, застревала мина в стволе при её опускании, тугая работа подъёмного и поворотного механизма, выравниватели. А то вдруг перестает энергично работать амортизатор. Как правило, наведение после выстрела часто сбивалось. Часто встречались: заедание крана и прорыв газов при закрытом кране. Это, пожалуй, самое характерная для них неисправность. Во всех трёх взводах всех эскадронов я уже несколько раз (и сегодня ещё) вынужден проводить занятия с личным составом взводов. Сначала командиры взводов на меня обижались, а теперь уже находим общий язык, и они благодарны нам за оказываемую им помощь в содержании оружия. Идут ожесточенные бои в районах Сталинграда, Моздока и Сенявино. 110-я кавдивизия овладела Терекли-Мектеб. Созданная подвижная группа, на десяти грузовых машинах, пытается одолеть и захватить совхоз № 7.
25 сентября 1942 года (пятница) – день 461
Находясь в стадии формирования полк получает задачу за задачей от управления 44-й Армии и находится в постоянном движении. За время сначала формирования, он успел побывать во многих населённых пунктах Ногайской степи и Дагестана. Однако основной его базой была северная окраина Хасавюрта. По вопросам пополнения вооружения и обеспечения боеприпасами я, почти ежедневно, бываю в артснабжении армии, 50-м армейском запасном стрелковом полку, в отделении ПААС № 1371. Побывал я там и сегодня. Недостающего вооружения получить не удаётся. В артснабжении армии объясняют, что всё имеющееся у них в наличии вооружение и поступающее идёт на формирование другого кавалерийского полка капитана Степанова, формируемого в Кизляре. Удивительно, но ожидаемый приступ малярии сегодня не наступил. Не лекарство ли Гончарова помогло. Неужели это и есть избавление. Вечером в штабе полка встретил партизан, побывавших в тех населенных пунктах, куда совершал рейд наш полк. Рассказывают, что из винтовки, установленной на самострел, убит комендант, а у колодца во дворе подорвалась два полицейских. О заминированной кухне им ничего неизвестно, так как гарнизон немцев из-за этого селения переехал и увез с собой походную кухню. В 18.00 полк в полном составе снялся и снова двинулся в рейд. Рейды трудные не только для нас, но и для наших боевых коней. Броски в тыл врага составляют от 40 до 80 км. Из них более 60% двигались в седле, остальной путь по пешему. Но практически это требование (уставное) иногда не выполнялось. В серую холодную погоду, при большом ветре, пригоревший в седле дремлешь на ходу, а лошадь тебя везёт, везёт… А бывают случаи, когда не услышав негромкую команду спешиться, в ночной тишине продолжаешь оставаться в седле. Да, так и дотянешь очередной команды по коням. Из информации штаба полка стало известно, что гитлеровцы захватили Котляровское, Майское, Пришибскую, обеспечив небольшой плацдарм на западном берегу Терека. В то же время подвижная группа 110-й Дивизии овладела усадьбой совхоза № 7 Моздокского.
26 сентября 1942 года (суббота) – день 462
Побывав в двух населённых пунктах, не встретив немецких гарнизонов, полк возвращался к прежнему месту дислокации. Приятно, в седле, одолела дремота. Снится, что я летаю, ощущаю лёгкость в теле и восторженное замирание сердца. После такого сна обычно хочется летать и наяву. Теперь организм не требовал много сна. Вспоминаю первые дни войны, когда удавалось немного поспать, то после такого сна чувствовал себя разбитым, вялым, усталым. Прошёл год войны, может быть, организм и мозг уже адаптировались? Приспособились к условиям постоянного, высокого напряжения? Теперь уменьшились кошмарные сновидения, а условия для отдыха нисколько не улучшились. Просыпаюсь от громкой команды призывающий к бою. Вижу, спешиваются все, спешиваюсь и я. Коноводы уводят коней. Залегли. Где-то правее эскадрон завязал бой. Уточняется обстановка. После небольшой перестрелки снова в седлах, движемся по ранее намеченному маршруту. Выяснилось, что первый эскадрон, составлявший передовой отряд, повстречался с колонной немецких грузовых машин и автоматчиков. С ходу вступил в бой. Из противотанковых ружей были подбиты несколько автомашин, автоматчики уничтожены и частично рассеяны по полю. Взято несколько пленных солдат и изменников Родины, действовавших в совхозе № 7. Потери в полку составили 12 бойцов, в том числе 3 помкомвзвода. После небольшого отдыха, главным образом для лошадей, я отправился с коноводом Уталиевым в артснабжение 44-й Армии. Поездка безрезультатна. Подразделения после ночного рейда приводят себя в порядок. Совершенно неожиданно для полка началась бомбёжка. Немецкие самолёты свирепствовали, сбрасывая смертоносный груз, и обстреливали из пулеметов расположение. Это было кошмарное зрелище. В бомбежке участвуют более 2 десятков самолетов противника. Потери в полку невосполнимые. Масса трупов и людей и лошадей. Все, кто остался жив, остаются осваиваются с обстановкой. Полк потерял по всему видно не менее половины своего состава. Так дорого доставшегося формирования. Большие потери и в вооружении.
27 сентября 1942 года (воскресенье) – день 463
Немецкие войска активизировали свои действия. Сегодня они захватили Эльхотово. До утра не можем посчитать наши потери. Следует уточнение за уточнением. Прибыл представитель штаба артиллерии 44-й Армии. Вручил командиру полка приказание командующего войсками 44-й Армии о передаче 76-мм полковой батареи (орудия, личный состав, лошадей, артаммуницию и боеприпасы) в полном составе 50-му отдельному армейскому запасному стрелковому полку. Срок передачи до 29 сентября. Потери вооружения составили: винтовок – 167, автоматов ППШ – 63, ручных пулемётов ДП – 22, станковых пулеметов Максима – 1, ружей ПТР – 1, 50-мм минометов – 14 штук. Потери внушительные. Даже есть потери в шашках – 32 штуки. Что это – неизбежность войны? – за какой-то час потерять почти четверть личного состава. Можно ли об этом сказать, что это в рамках закона ведения вооруженного боя, войны. Можно ли и как научиться чтобы люди были способны защититься от пуль, осколков бомб, снарядов, мин, сабельных ударов. Мастера приводят в порядок оставшееся оружие: винтовки – 503, ППШ – 10, ручной пулемёт ДП – 10, Максима – 9, ПТР – 19, 82-мм миномет – 6, 50-мм – 2, шашек – 270, револьверы и пистолеты – 100. Все разбитое вооружение сегодня отправил на полевой армейский склад № 1371 в Хасавюрт, а часть, на его отделения в Гудермес. Подвижная группа 110-й Кавалерийской Дивизии освободила населённый пункт Ага-Батыр.
28 сентября 1942 года (понедельник) – день 464
Продолжаем производить осмотр вооружения и его ремонт. Готовлю ведомости на передачу 76-мм пушек в 50-й запасной полк. Вызвал Нижерадзе. Приказал мне лично доставить 76 мм батарею в Гудермес, к утру передать её в запасной полк. Ночь в пути к Гудермесу. Давая указания, майор Нижерадзе был очень чем-то обеспокоен. Хотя мне чаще приходилось его видеть всегда спокойным, подтянутым и выдержанным. Он выше среднего роста, немного худощав. Говорит негромко, речь его немного с кавказским акцентом, хотя русским владеет хорошо. Он всегда внимателен к докладам подчинённых, никогда не кричит, обладает независимым характером волевого командира. Редко казался усталым и немного раздраженным. Причин для такого настроения всегда хватало. К таким как я, молодым командирам, он всегда относился с истинно отеческой заботой и теплотой. Были моменты, когда у меня не всё получалось, так, как бы хотелось, он на это внимания не обращал, и даже не повышал голоса. В таких отношениях я как-то особенно стараюсь свои ошибки не повторять, запоминаю их надолго. Я чувствовал, что майор Нижерадзе относится чаще ко мне даже с симпатией, давая мне возможность сохранять мою должностную самостоятельность. Это помогает мне формироваться в служебном отношении. О состоянии вооружения и обеспеченности полка боеприпасами я докладывал ему ежедневно. Нередко он проявлял интерес к эшелонированию боеприпасов, о возможностях дополнительного получения вооружения для пополнения. Интересовали его и другие вопросы. Обычная кратко ему докладывал по всем вопросам своей службы и вручал ему справку, выполненную в виде книжечки на ватмане, в которой отражались последние данные о вооружении, о боеприпасах по подразделениям и за полк в целом. Боеприпасы указывали в штуках и в боекомплектах. В справке можно было найти данные о количестве вооружения, положенного по штату в подразделениях и за полк. Справку с устаревшими данными я у него забрал. Носил он такую справку постоянно при себе, в нагрудном кармане. Часто бывало и так, что, когда командир полка вызывал меня, не дожидаясь установившегося времени моего доклада. Готовиться к докладу мне почти никогда не требовалось, все данные по службе я знал на память. Да, пожалуй, запомнится надолго этот ровно спокойный тон, постоянность твёрдого мнения. Неожиданности и опасности войны воспринимает внешние равнодушно. Приятно работать с таким командиром полка. Из информации узнаём, что вот уже месяц идут упорные бои за Грозный, но наши войска успешно отражают атаки врага.
29 сентября 1942 года (вторник) – день 465
Рано утром, как и было приказано, батарею 76-мм пушек передал по акту и по ведомостям запасному полку. Времени много не заняло. Жалко было расставаться с артиллерией. Но, приказ есть приказ. Возвращаемся с Уталиевым в полк. Одолевают размышления по поводу моей лошади, которая вот уже как месяц служит мне верой и правдой, а товарищи нет-нет да и отпустят шутку по её поводу. Но чем дальше, тем больше я привязывался к ней. Менять мне боевого коня было жалко. Если совсем недавно лошадь для меня была почти безразлична, то теперь я уже нахожу в ней что-то хорошее, и с каждым днём появляется больше жалости к ней, а соответственно и забота о ней. Вот только теперь я замечаю, что у моей лошади черная, большая и волнистая грива. Что лошадь спокойная и большая на высоких ногах. Глаза у неё сливовые, влажные, и смотрит она настороженно, словно при чувствует какую-то опасность. На лбу у неё звёздочка, вернее светлое пятно-лошадиная родинка. Когда она не скачет и не трусит рысью, а движется другой походью – идёт словно под музыку. Прежде чем припустить ногу, какое-то время держит на весу кончиком копыта вниз, раскачиваясь, словно в танце. Хотя и мало у нас было занятий по верховой езде, но я уже, как мне кажется, чувствовал, что в седле сижу уверенно и даже представительно: с поднятым подбородком, ноги не кажутся короткими и упираются в стремена. Кажется, что, еще сидя верхом на лошади, я обрел большую силу и ничего мне не страшно. На пути все больше и больше стали встречаться кубанские казаки. Говорят, где-то севернее, на Моздокском направлении действует прославленный казачий корпус. Мне нравится их форма одежды. Я высказал об этом своему коноводу Уталиеву. Все послеобеденное время с мастерами находимся в подразделениях, приводим в порядок оружие. К вечеру были организованы похороны. Конечно, убитых уже не было видно нигде. Они были зарыты в общей могиле. Проходил общий полковой митинг. Здесь личный состав поклялся отдать все свои силы, умения для уничтожения врага.
30 сентября 1942 года (среда) – день 466
Вызвали в штаб полка. Владимир Павлович Благовещенский – ПНШ, просил меня подготовиться к вооружению ожидаемого пополнения личным и конным составом. Долго не раздумывая, отправляюсь с коноводом Уталиевым в артснабжение 44-й А снова выпрашивать вооружение. Удалось получить наряд на 250 шашек обр. 1927 г. В этот же день мы их получили. В артснабжении армии составляю заявку на необходимое полку, недостающее по табелю. А не достает до табеля: винтовок – 330, снайперских – 32, ППШ – 110, ДП – 22, Максим – 7, зенитных пулеметов – 3 установки, ружей ПТР – 1, 50 мм минометов – 14 и шашек – 420. Включил в заявку и артиллерийские орудия 76 мм и 45 мм по 4 шт. (так как из табеля по штату полка они исключены не были) и на все артприборы. Пока ничего не обещают. По возвращении в полк коновод Уталиев попросил разрешение зайти в один из домов населенного пункта. Я разрешил. Через некоторое время он выходит вместе с хозяином и просят меня спешиться и подойти к ним. Хозяин предложил нам покушать фруктов. Тут же Уталиев заговорил о казачьем обмундировании. Из казачьей экипировки у меня были шпоры и шашка. Речь шла за кубанку, башлык, лампасы. Вопрос решился очень быстро. За несколько минут пришиты лампасы и изготовили башлык. Вот с чердака хозяин снял мерлушковую шкурку, неизвестно сколько лет пролежавшую там. Кубанка с красивым мехом была готова за 2 часа. Хозяину я подарил мой трофейный серебряный портсигар. От денег категорически отказался. Теперь, остается мечтой казацкая бурка. Но ее приобрести фактически невозможно. В расположение полка я въехал в казацком обмундировании, это вызвало много комплиментов в мой адрес со стороны товарищей. Кто-то из остряков рядом с моим конем как бы для сравнения поставили верхового в казацкой форме. Это был мл. лейтенант Степанков Василий Илларионович, командир 1-го взвода 1-го эскадрона. Сегодня у нашего полка забрали несколько офицеров и бойцов калмыцкой национальности на формирование Калмыцкой 110-й КД.
1 октября 1942 года (четверг) – день 467
Несмотря на низкую обеспеченность вооружением и слабую выручку прибывающего пополнения личного состава, полка весь месяц, постоянно, находясь в движении, выполнял боевые задания армии по прикрытию направления железнодорожной магистрали Астрахань – Кизляр и Терекли – Мектеб. Любую остановку он использовал для проведения боевой и политической подготовки, проводилось боевые стрельбы, обучение верховой езде. В эскадронах проводились политические занятия с поступающим составом, также проводились занятия по конной выездке. Постоянные занятия и практические перемещения помогли мне научиться хорошо двигаться в седле. Теперь я мог преодолевать большие расстояния. Я начал понимать, что, сидя на коне, с ним надо научиться сливаться в единое целое, чтобы и он понял тебя. Настоящий всадник дополняет коня, а конь всадника. Привязанность к коню теперь уже требует наибольшего проявления заботы о нём. Повышаю и требовательность к коноводу. До кавалерийского полка я, почему-то, всегда считал слишком уж старорежимным и старомодным, когда кто-либо из командиров носил шпоры, да ещё со звоном. Теперь моё мнение о шпорах менялась. Я понял, что они кавалеристу необходимы. Даже разрешал мастерам делать для некоторых командиров изящные, красивые шпоры из винтовочный шомполов. На других фронтах обстановка нас радует. Начавшийся в середине сентября, героическая оборона Сталинграда, продолжается. Сталинградский фронт перемалывает гитлеровскую машину в Котляровская, Майская, Пришибская. Идут бои на западном берегу Терека. Наши войска видимо играют немаловажную роль в общей борьбе с врагом.
2 октября 1942 года (пятница) – день 468
Всех начальников служб и командиров подразделений вызвали на совещание командира, полка на котором объявили, что наш отдельный армейский кавполк, в полном составе, по приказу Командующего Северной группой войск Закавказского фронта передается в состав 110-й отдельной Калмыцкой кавалерийской дивизии, которая начала формироваться в Кизляре. В этой дивизии пока не было ни личного состава, ни лошадей, ни вооружения. Согласно приказа, она должна сформироваться к 25 октября 1942 года численностью свыше 5.000 человек. Из сообщения сделанного представителям 110-й КД было видно, что наш полк единственный из 3-х, положенных по штату, имеет относительно хорошую обеспеченность и боевой опыт. Личным составом мы обеспеченны более чем на 70%: не недостаёт лишь некоторых видов вооружения. Остальные полки только приступили к формированию. Начальник арттехснабжения 110-й КД воентехник 1-го ранга Трак Иосиф Яковлевич и зав. делопроизводством снабжения дивизии техник интендант 2-го ранга Здоровецкий Фёдор Степанович ознакомились по учетным данным с собственностью полка, вооружением и боеприпасами. Записали необходимые им данные. Начальник АТС Трак сказал, что касается получения в артснабжении армии аттестата, пока никаких указаний нет. Следовательно, наш полк всеми видами вооружения и боеприпасами будет довольствоваться, как и прежде в армии. Посоветовал чаще наведываться в Гудермес в артснабжение. Полк поднят по тревоге и совершает марш в район Ново-Воскресенское. На марше мы узнали, что на правый фланг Северной группы войск перемещается 4-й Гвардейский КККК, преодолев 150-ти километровый марш по безводным районам.
Считаю здесь уместным напомнить оперативную обстановку на фронтах и коснутья несколько истории 110-й кавдивизии, в которую наш полк должен войти и получить титул, теперь уже линейного полка стрелковой дивизии. 110-я кавалерийская дивизия после ее первого формирования вступила в бой с врагом на рубеже реки Дон, когда враг рвался на Кавказ. После упорных боев на реках Дон и Маныч дивизия с боями отходила в направление на Сальск, Башанту, Ворошиловск, Моздок. При отходе управление дивизии потеряло связь со своими 273-м и 292-м кавалерийскими полками (дивизия была двухполкового состава). В результате основные силы дивизии (292 и 273 КП) отошли в направлении Майкопа и влились в другие части. Вот что по этому вопросу доносил письмом № 001 от 2 сентября командир дивизии полковник Хомутников Командующему Сталинградским военным округом генерал-лейтенанту Герасименко: «… при отходе дивизия неоднократно подвергалась бомбежке с воздуха и танковыми атаками противника, из-за чего отдельные подразделения дивизии, разбившись на группы, двигались по указанному маршруту. Некоторые из этих групп, в силу создавшейся оперативной обстановки, разбившись на малые группы – одиночки и потеряв связь со своими подразделениями, разбрелись по территории Калмыцкой АССР…». (ф. 110 КД, оп. 13380, д. 32) Вместе со 110 КД отходили и Кабардино-Балкарская дивизия 30-я кавдивизия и отдельный кавполк. 110 КД при отходе повернула на юг, Кабардино-Балкарская на северо-восток. Чечено-Ингушский полк находился в резерве 28 А. В Постановлении Военного Совета северной группы войск ЗКФ от 18 августа 1942 г. № 05 говорилось: «… с целью не допустить оставления молодых возрастов на территории Калмыцкой АССР, могущей быть временно оккупированной фашистской армией, и для создания противодействия врагу на территории Калмыцкой АССР совет постановляет провести по Калмыцкой республике следующие мероприятия: 1. Мобилизовать всех мужчин, родившихся в 1923, 1924, и 1925 годах и организовать из этого состава Калмыцкую кавдивиизию. Из числа мобилизованных в первую очередь доукомплектовать 110 КД по заявке командования дивизии. 2. Организовать на территории каждого улуса республики конные отряды самообороны по борьбе с десантами противника и мелкими группами, прорвавшегося на территорию Калмыцкой АССР. 3. Имеющимся оружием на территории республики вооружить отряды самообороны. 4. Общее руководство и организацию отрядов самообороны возложить на заместителя командира 110 КД полковника Хомутникова… Командующий Северной группой ЗКФ ген. л-т Масленников Член Военного Совета Северной группы войск ЗКФ полковой комиссар Фоминых» (ф. 110 КД, оп. 13380, д. 57, л 3) Как видно из этого Постановления командование Северной группой войск ЗКФ предусматривало за счет ресурсов Калмыцкой республики доукомплектовать 110 КД сформировать новую Калмыцкую кавдивизию, да еще и создать отряды самообороны 27 августа 1942 г. 110 КД включается в состав 44 А, а полковник Хомутников допускается к исполнению должности командира дивизии. Управление 44 А немедленно принимает самые энергичные меры по укомплектованию 110 КД вооружением и личным составом. Об этом говорит приказание войскам 44 А № 068 от 27 августа 1942 г., согласно которому в войсках армии выявлялись кавалеристы для 110 КД. И даже здесь говорилось об обеспечении дивизии седлами в количестве 2.000 шт. из Орджоникидзе и холодным оружием. (ф. 44 А, д. 2, оп 9418, л. 18) Командир 110 КД полковник Хомутников в течение августа и сентября 1942 г. Принимает самые настойчивые и энергичные меры к выполнению Постановления Военного Совета. Он просит правительство Калмыкии «…принять меры к сбору разбежавшихся по домам солдат 110 КД в отряды и направить ему в подчинение…» (ф. 110 КД, оп. 13380, д. 57, л. 12-13) В тоже время от командира 110 КД штаб ЗКФ просит сформировать к 20 сентября один кавдивизион за счет ресурсов Калмыцкой АССР. 8 сентября полковник Хомутников просит командующего 44 А об оказании ему помощи в укомплектовании дивизии. Он пишет: «… в дивизии 1.754 чел. С Астраханской группы прибывает 500 человек. Мобилизовать по территории Калмыцкой АССР не представляется возможным, так как люди и лошади эвакуированы в Астраханскую область на левый берег Волги…» (ф. 110 КД, оп. 13380, д. 57) Дальнейшие попытки командования дивизии доукомплектовать части до полной штатной численности 5.104 чел. и 5.812 лошадей за счет ресурсов Калмыцкой АССЗ успеха не имели. 28 сентября согласно боевого распоряжения Северной группы войск ЗКФ № 035 110-я кавдивизия обязывалась личный и конский состав передать на доукомплектование 30-й кавдивизии. Оставшийся личный состав направлялся в распоряжение полковника Хомутникова, формировавшего 110-ю Калмыцкую кавдивизию в г. Кизляре. В соответствии с этим же распоряжением прибывающие кавполки 44 и 58 А обращались на доукомплектование 30 кавдивизии. (ф.110кд, оп.13380, д.57, л.19) 29 сентября в соответствии с приказом отдельному кавкорпусу № 04, на основании боевого распоряжения штаба Северной группы войск ЗКФ от 22 сентября 1942 г. № 135/оп 110-я КД расформировывалась Расформирование должно было быть закончено к 18.00 30.09.1942г. (ф. 110 КД, оп. 13380, д. 57, л. 20) В 30 КД из 110 КД было передано личного состава 1.400 человек, в том числе рядовых – 800, младший начсостав – 300, и начсостава – 300. Полностью было передано все вооружение, повозки и тачанки. 2 октября 1942 года в соответствии с приказом войскам 44 А № 0156/УК на формирование 110 КД обращались уже, по сути, готовые армейские кавполки, имевшие в своем составе менее 3% личного состава калмыцкой национальности. К концу сентября 4 КККК сосредоточился в районе Старощедринской для использования его для непосредственного воздействия на тылы Моздокской группировки противника. Для действия по тылам противника в районе Элисты и горных районах Туапсинского направления на правом фланге фронта он был переброшен сюда. Между флангами ЗКФ и Сталинградского фронта разрыв более 200 км. У противника между левым флангом 1 танковой армии и Сталинградским фронтом был тоже разрыв. Противник левый фланг прикрывал небольшими моторизованными отрядами и одним полком. В Левокумске, Владимировке и Ачикумыс находились слабые гарнизоны противника. Командование ЗКФ решило на этом направлении использовать 4 КККК для нанесения ударов во фланг 1 ТА и выхода ей в тыл. Этим предполагалось прикрыть ж.д. Кизляр-Астрахань и отвлечь внимание противника от Малгобеко-Моздокского направления. Удар корпуса должен был послужить началом наступления 9 А и 10 гв. СК. Если бы эта операция удалась, то войска 1-й ТА оказались бы под угрозой окружения. 17 сентября полковник Хомутников убыл в распоряжение Северной группы войск ЗКФ, а в командование 110 КД вступил полковник Терентьев (ф. 110 КД, оп. 13380, д. 32). 110 КД и 30 КД входили в состав отдельного кавкорпуса, которым командовал полковник Головской, п/п-к Шумков, НШ п/п-к Близнюк. (ф. 110 КД, оп. 13380, д. 57)
3 октября 1942 года (суббота) – день 469
В 5.30 полк совершил марш из Хасавюрта в Ново-Восресенский и приступил к боевой обстановке. Сегодня на автомашине посетил артснабжение армии. Мне разъяснили что наш полк вошел в оперативное подчинение 110 КД и на всех видах довольствия остается в армии. Побывал и на ПААС № 1371. Получил боеприпасы, запасные части для ремонта вооружения. Полк встретил на марше. Теперь путь лежал уже не в Ново-Воскресенское, а в Бороздинское, что в 15 км от Кизляра по реке Терек, в районе богатом виноградом. Этот трудный 200 км марш мы должны совершить к исходу 5 октября. Мы переходим на штаты линейного кавполка отдельной кавдивизии. Численность полка будет меньшей.
4 октября 1942 года (воскресенье) – день 470
Полк на марше в Бороздинское. На дневке. Получен приказ командарма. В нем сказано, что наш полк в оперативном подчинении кавдивизии (Кизляр) и на него возлагается прикрытие направления Терекли-Мектеб. Обещают пополнить автоматами и седлами. На марше встречаются группы конников 4-го гв. КККК, совершавших 150 км марш по труднопроходимым дорогам. Люди усталые. Лошади еле передвигают ноги. Несмотря на личную усталость, мне приходится постоянно объезжать все подразделения. Интересуюсь состоянием вооружения и боеприпасов. В рейд полк вышел еще ночью. Но вот уже забрезжил рассвет. Сначала нас мягко окутал плотный густой утренний туман, и мы ничего не могли разглядеть на расстоянии 15 метров. Когда же утреннее робкое солнце разогнало туман, мы увидели, на правом фланге полка три движущиеся немецкие бронемашины. Местность совершенно скрытная, незащищенная. По цепочке прошла команда развернуться полку к бою. Буквально за 10 минут бронетранспортеры были подбиты нашими пэтэрщиками. Отличился в этом взвод, которым командовал мл. лейтенант Басов Г.Д. Мне уже неоднократно приходилось встречаться с Григорием Даниловичем. Это замечательный командир. Его расчеты быстрее всех в полку освоили противотанковые ружья. Во взводе высокая дисциплина и хорошая обстановка. На марше удалось установить, что полевой армейский артсклад 1371 и артснабжение 44 А продолжают дислоцироваться в Хасавюрте.
5 октября 1942 года (понедельник) – день 471
Полк сосредоточился в Бороздинское. Приводится в порядок. Подразделения размещаются в отведенных районах. На совещании нам объявили, что завтра полку предстоит сдавать инспекторскую проверку. В полк прибудут большие начальники. Готовимся всю ночь. Подразделения начали готовить мишенную обстановку, трибуну для начальства… А мы, вооруженцы – осматриваем и ремонтируем оружие, приводим свое хозяйство в порядок. В обед полк построен для осмотра. На импровизированной трибуне перед строем полка разместились: Правительство Калмыцкой АССР, Председатель Совнаркома Калмыцкой республики Н.Л. Гаряев, генерал Городовиков, командир дивизии Хомутников, его заместители, начальник штаба, большая группа гостей из Азербайджанской ССР. На смотре каждому из нас предстояло показать свою выучку верховой езде: проскакать на коне, показать рубку и преодолеть препятствие. Подошла очередь отличиться и мне. Лошадь, сделав свечу, стремительно ринулась на преодоление препятствия. На полном скаку я сумел срубить одну мишень, но случился полный конфуз перед препятствием, перед стеной из лозы, лошадь резко увильнула в сторону, и я мешком вылетел из седла через препятствие. Вот так я показал свою выучку, думаю, может, виновата лошадь, а не я? Сильно переживаю неудачу. Подвел полк. Мои переживания понял, находившийся в то время в полку, помощник начальника артснабжения воентехник 2 ранга Романенко Петр Данилович. Он меня успокаивал. Мол, не это главное для артснабженца. А все-таки это не оправдание. А сам думаю, хорошо, что не разрубил круп у лошади. Ведь мне не раз приходилось видеть, как шашкой во время рубки, разваливается круп лошади. Шашка ведь не ногайка.
6 октября 1942 года (вторник) – день 472
Немного с опозданием, но все равно, полк получил с армейского склада 216 шашек кавалерийских. Теперь весь личный состав шашками обеспечен полностью. По подразделениям ходит замкомдив по строевой подготовке Бишбаев Мацак Танхаевич, начштаба майор Теврюков Илья Альбертович, замкомдив по тылу Букадел Сергей Леонович, начальник артиллерии дивизии майор Бобров Николай Васильевич и много начальников служб дивизии. Сегодня нам объявили, что нашему полку присваивается номер – 273-й кавалерийский полк. Полк поднят по тревоге и вышел на марш в направлении Терекли-Мертеб. В конном строю полк должен совершить полуторасуточный семидесяти пяти километровый марш в труднейших условиях по песчаному бездорожью, с ограниченными запасами продовольствия, воды, фуража… Вспоминаю на марше, а где же теперь мой родной 978-й СП 261-й СД, где он ведет бой, кто остался жив из товарищей, друзей… Вдруг поднялся неимоверной силы ветер. Он не давал дышать: поднимая крупинки песка, бросая его в лицо. Люди обливались потом. С потом выходили и последние силы. Утомленные бойцы изнемогали. Постоянно мучает жажда. Но пить категорически запрещено, так как только недавно от выпитой из колодца воды переболели поголовно весь личный состав и лошади. Вымотанные и хмурые красноармейцы угрюмо тащились, как в похоронной процессии. Тут-то командиры начинают объезжать свои подразделения, шевелить, подбадривать… На небольшой высоте пролетел самолет «Фоке Вульф». Как только скрылась «рама», тут же появились пять бомбардировщиков. Полк в мгновение, по команде, рассыпался по степи. Полетели бомбы и застрочили пулеметы. На этот раз полк понес сравнительно небольшие потери: убито 5 человек, 18 лошадей. Ранено 10 человек.
7 октября 1942 года (среда) – день 473
Осенний день, только что занимался, часы показывали 4.00. серая и мокрая погода, темное небо, ветер хлещет мелким дождем. Над необъятными песчаными просторами низко нависают тучи, готовые, казалось, рассыпаться черной пылью. Кругом и во всем смертельная тоска. Наш марш проходит по безмолвным и необозримым полям, вечно разбитым песчаным дорогам, без единого деревца, по скучным поселениям и хмурым лицам жителей. Об отдыхе никто и думать не может. Командир полка торопит полк для выдвижения на рубеж выполнения боевой задачи. Закончился фураж. Нет воды. Полк движется все медленнее и медленнее. Совершенно случайно, днем, повстречались в пути с бывшим командиром 978-го СП 261-й СД, теперь уже подполковником Левиным Александром Соломоновичем. Теперь он начальник курсов младших лейтенантов в Хасавюрте. Рассказал он, что в Армавире был контужен и ничего не знает о судьбе полка. Приглашает на преподавательскую работу. Нет, не по мне эта работа. Я уже привык в войсках работать. Сегодня интересовался по поводу своей лошади у ветеринара. Меня волновал вопрос: почему-то лошадь стала западать на передние ноги. Несколько неожиданных таких западаний заставляли меня лететь через голову лошади. Ветврач полка военврач 3-го ранга Степан Иванович Ладо и ветфельдшер Дмитрий Иванович Пальчун оказывается в курсе дела о болезни моей лошади. Эта лошадь, оказывается, уже проявляла признаки этой болезни. Вот почему, такая красивая на вид лошадь досталась неопытному коннику. И все-таки только теперь до меня дошло, что причиной того, что лошадь не пошла на преодоление препятствия – это ее давняя начавшаяся болезнь. Когда я ездил на ней спокойно, западаний не проявлялось. Теперь же при прыжке через канаву – она не выдерживала и западала. Штаб 110-й КД в Таловке. Подразделения занимаются боевой и политической подготовкой.
8 октября 1942 года (четверг) – день 474
Лишь к исходу дня полк, совершивший тяжелый марш, вошел в соприкосновение с противником и завязал бой за овладение Терекли-Мектеб. Идет дождь. Погасли осенние краски деревьев. Земля пахнет порохом, гарью. Бой завязался ожесточенный. Наши эскадроны ворвались на улицы селения, и теснят немецкий батальон. Наблюдатели докладывают командиру полка, что по фронту движутся немецкие танки и пехота противника. Сейчас все надежды на стойкость и выдержку расчетов ПТР. Сейчас можно с уверенностью сказать, что подготовлены они хорошо. Особенно проявляют активность расчеты подразделения, которым командует мл. лейтенант Басов Григорий Данилович. Басов скомандовал вести огонь, когда головной немецкий танк был в 200 метрах. Танк ведет огонь из орудия и пулеметов. Это ожесточило расчеты ПТР, и они ведут огонь без умолку. С наблюдательного пункта полка было отчетливо видно. Как в 100 метрах от огневых позиций ПТР остановился танк и не может двигаться. Экипаж пытается покинуть танк, но тут же уничтожается огнем наших воинов. Вслед этому танку подходят еще два. Они двигаются осторожно. Один из них подбит из ружья. Второй находит гибель прямо на огневой позиции от бутылки с горючей смесью. Остальные два танка повернули назад. Однако при развороте один из них еще был подбит. Лишь одному из пяти удалось уйти безнаказанно. В этом бою бойцами были подбиты еще и 4 бронемашины, взяты трофеи: 6 крупнокалиберных пулемета, 4 шестиствольных миномета и много стрелкового оружия. В этом бою погибло более 20 воинов нашего полка. Среди них были командир взвода лейтенант Иванов, помкомвзвода Силин и Ежков, солдаты Морозов, Александров… Они, как и все, шли в атаку «За Родину, за Сталина!» Да, символы Родина, Сталин – духовная ценность, с которой идут воины на штурм врага, пренебрегая смертью. Артснабженцы немедленно приступили к приведению в порядок трофейного оружия и к организации его использования в бою.
9 октября 1942 года (пятница) – день 475
Заняв Терекли-Мектеб, 273-й КП сразу же приступил к совершенствованию обороны в инженерном отношении, ведению разведки в глубине обороны противника. Служба артснабжения подвела свои итоги, пополнила подразделения боеприпасами. Приступила к осмотру и восстановлению трофейного оружия. Командиры взводов ПТР подводят итоги вчерашнего боя. Даже зашел спор, чей взвод подбил больше танков и бронемашин. Командир полка этот спор решил по-своему. Он представил к награждению многих пэтээровцев со всех взводов. Подразделения в непогоду обосновываются на новом месте. Сегодня мы узнали, что в армии отменяется институт комиссаров и вводится единоначалие. Теперь наш комиссар полка Даниленко Василий Антонович будет называться заместителем командира полка по политической части. Очень хорошо, радостно восприняли воины весть о введении краткосрочного отдыха. Это в такое-то тяжелое время. Значит вверху знают больше нас наши возможности. Это новое проявление заботы о воинах. Директива подписана И.В. Сталиным. Просто не верилось, что кто-то может побывать у себя на Родине, дома, видеть своих детей, близких родственников, друзей…
10 октября 1942 года (суббота) – день 476
С утра на совещании у командира полка. Н.Н. Нижерадзе подвел итоги боевых действий подразделений по освобождению Терекли-Мектеб. Поставил новые задачи. Получили указания по маскировке и скрытому размещению личного состава, лошадей, боеприпасов и других видов снабжения. С Виктором Агафоновичем Молокановым, командиром хозвзвода идем по восточной окраине Терекли-Мектеб, чтобы подобрать место для размещения взвода и, соответственно, подвижных запасов боеприпасов. Увидев за школой два небольших ставка, у нас обоих, интуитивно, одновременно возникло желание порыбачить и поесть ухи. Предвкушая запах ухи, мы вместо рыболовных снастей решили применить недозволенный лов, с применением гранаты. Как только мы дошли до берега одного из ставков, немцы начали артобстрел. Залегли. Вскоре два снаряда угодили прямо в это небольшой водоем, выбросив столбы воды с грязью. Тщательно осматриваем водоем. Как видно, рыба здесь не живет. Огорченные возвращаемся. На встречу нам торопится секретарь парторганизации старший политрук Алехин. Мы рассказали о случившемся. – Не может быть, чтобы здесь не было рыбы, – говорит Алехин, – давайте проверим во втором ставке. – Гранаты есть и это сделать не трудно, – отвечаю ему, – вынимая из кармана гранату Ф-1. Бросаю две гранаты одна за другой. Ждем всплытия рыбы. Но она явно не хотела нам показываться. Уха, для всех нас, так и осталась мечтой. Ознакомился с приказом НКО о совершенствовании тактического применения минометов, в котором сказано о недооценки применения минометного огня. Минометы 82 мм и 120 мм приближают подразделения на одну ступень, расформировав минометные батальоны в СП и миндивизион в дивизии. Нашего полка реорганизация не касается, а в части применения – да.
11 октября 1942 года (воскресенье) – день 477
Сегодня снова совещание. Командир полка поставил боевые задачи командирам подразделений. По приказу его, должил об обеспеченности боеприпасами и о состоянии вооружения. Майор Нижерадзе потребовал до обеспечить подразделения боеприпасами, особенно 1-й и 3-й эскадроны. Замкомполка по политчасти Василий Антонович Даниленко выступил перед начсоставом. Обрисовал общую обстановку, обстановку на фронтах. Призвал коммунистов откликнуться на заботу нашей партии о введении отпуска воинам. Зачитал наш приказ о предании суду военного трибунала, за оставление полка, бывшего командира 273-го КП капитана Тарасюка. Сегодня опубликован Указ Президиума Верховного Совета СССР и приказ Наркома Обороны «Об установлении полного единоначалия и упразднении института военных комиссаров в Красной Армии». С окончанием совещания мы принимаем пищу у походной кухни, расположившейся на открытом воздухе. Прибежал разведчик и доложил, что где-то. Немцам удалось обойти наши позиции, и они движутся слева. Начался артналет. Немцы решили обработать полк артиллерией и минометами. Где-то совсем рядом застрочили пулеметы. Укрыться негде. Местность совершенно открытая. Люди бросились к ставку. Но немец перенес огонь и сюда. Люди бросились в ледяную воду, доходившую до подбородка. От автоматных очередей запузырилась вода. Люди бросились вплавь. Лишь у нескольких человек из штаба полка нашлись автоматы. Мы залегли и повели огонь по наступающему противнику. Потеряв нескольких солдат, немцы стали удирать восвояси. Немцы снова открыли беглый артналет. Разрыв совсем рядом. Огонь ослепил. Сразу вокруг воцарилась тишина, хотя было видно, как поблизости рвутся снаряды и мины. Ощущаю неимоверную головную боль. Я начал терять сознание…
12 октября 1942 года (понедельник) – день 478
Вызвали в артснабжение дивизии. Интересовались состоянием вооружения, наличием боеприпасов. Потребовали представить копии сводок, которые я представляю в артснабжение 44-й А. Из разговоров в управлении, дивизия продолжает формироваться. Что командир дивизии проявляет большую настойчивость в быстрейшем укомплектовании дивизии. Но дела идут плохо из-за ограниченных ресурсов Лаганского, Долбанского и Приволжского улусов, оставшихся незанятыми противником. С вооружением обстояло еще хуже. На северном Кавказе и Закавказских республиках не было никаких резервов вооружения. Гроза продолжается весь день и весь вечер. То и дело вокруг озаряется зелеными вспышками. Гром гуляет по всему небосводу, а молнии то здесь, то там штопором ввинчиваются в землю. До нитки промокнув, с Уталиевым возвращаемся в полк.
13 октября 1942 года (вторник) – день 479
В полку объявлена готовность к совершению марша. Конкретных указаний еще не было. Приказано никуда не отлучаться. Подчиненные мне мастера, писарь, коновод, все находятся при мне. Провел с ними беседу. Познакомил их с обстановкой на фронтах, о наших служебных делах. Ждем команду на марш и мне представляется, что мы снова в широких просторах безводных Ногайских и Калмыцких степях, с труднопроходимыми дорогами и самой бедной растительностью. В глубокой задумчивости и мои подчиненные. О чем они думают сейчас, кто они такие в прошлом… Чтобы глубже познакомиться, да и скоротать время, я попросил, чтобы каждый рассказал о своей довоенной жизни и самую (на взгляд каждого) интересную историю. Начали со старшего оружейного мастера, старшего сержанта Соболева Григория Фомича. Он рассказал, что до войны работал слесарем-сборщиком и кузнецом в ст. Егорлыцкой. У него семья. Двое детей. Семья эвакуирована в Среднюю Азию. Вот уже несколько месяцев он ничего не знает о ней. Очень переживает за детишек 5 и 7 летнего возраста. Конечно, ему сейчас не до интересных историй. Его волнуют его переживания… Затем слово предоставили писарю Гайворонскому. Евгений Ильич уроженец Пензенской области. Семья – жена и трое детей – 4, 6, 10 лет. Письма пишут часто. Переехали в село, что бы легче прокормить детей. Он, до нашего полка, уже побывал в нескольких частях. Он рядовой стрелок. Побывал под Уманью в окружении. Рассказывал об интересных историях, связанных с выходом из окружения. О взаимной выручке, о помощи раненым. Был ранен. Лечился в Воронежском госпитале. Потом очередь дошла до оружейного мастера рядового Соленого. Григорий Иванович огляделся кругом, вздохнул и заговорил тихо и неторопливо. – Эта история мне крепко засела в памяти и, видимо, на всю жизнь запомнится, – заговорил Соленов. Случилось это под Харьковом. Он поведал, что будучи в окружении, лично видел как немцы расстреливали группу, человек в 100 стариков, женщин и детей. Особенно ярко в памяти – расстрел женщины с грудным ребенком на руках. Рассказали многое о себе и мастера Безроднов Павел Агафонович, Козельцев Иван Сергеевич и Кузнецов Борис Петрович. Лишь коновод рядовой Уталиев ограничился сообщением, что он уроженец Ногайской степи, жил до войны под Астраханью. Холост. Команд пока не поступало. Так мы заснули, там, где кто сидел, под впечатлением только что проведенного совещания об установлении дипломатических отношений между СССР и Австралией.
14 октября 1942 года (среда) – день 480
Полк понемногу получает пополнение личного и конского состава. Оружия много не достает. Выезжаю в артснабжение армии. Выслушав очередную надоедливую просьбу об отпуске полку недостающего вооружения, начальник артснабжения армии подполковник Печеный видимо в шутку мне сказал: – Где же я возьму Вам оружие, если его нет. Чтобы Вы дали бы мне, ели бы я, допустим, попросил у Вас машину арбузов, если у Вас нет бахчи? Потолкался я в артснабжении армии и ни с чем направляюсь к себе. По пути мне удалось в совхозе выпросить несколько десятков арбузов. Возвращаюсь снова в артснабжение армии. Докладываю Печеному, что арбузы доставлены. Он сделал удивленные глаза. Я напомнил ему о нашем разговоре. – Да, придется и нам искать оружие, – заключил он. Вскоре получил наряд на 120 винтовок, ППШ – 16, ДП – 2, Максим – 1, 50 мм минометы – 6. Предупредили, что оружие может быть неисправным. Даю согласие. Вышел из артснабжения. Вскоре меня зовут обратно. Печеный приказал вместе с ним следовать к Командующему войсками 44-й А. Он зашел к Командующему, а я остался в приемной. Позвали к Командующему и меня. Доложился по форме. Взглянув в мою сторону, командующий спросил: – Почему с вашим полком нет связи? Почему молчит Нижерадзе? Если он не считает нужным держать связь со штабом армии, то нам такой командир не нужен. Так и передайте ему. Обращаясь к Печеному, он приказал, что пока им никакого вооружения не выдавать, а мне сказал, что я могу быть свободным. Печеный мне приказал подождать его в приемной. Вышел Печеный, похваляясь бутылкой вина, которую держал в руках. Вот, мол, как нужно жить с Командующим. Требует от меня наряды. Говорю, что я машину с нарядами сразу же отправил, что машина сейчас в путина ПААС. Печеный рассердился. Приказал начальнику отделения сообщить на ПААС, чтобы оружие не выдавали. Бегу к машине. Тороплю водителя, который совсем некстати занялся ремонтом. Наконец-то двинулись в путь.
15 октября 1942 года (четверг) – день 481
Ночью прибыл на ПААС № 1371. Ожидаю рассвета. Направляюсь к начальнику ПААС майору АТС Абрамову Р.Я. Предъявляю ему наряд. Ожидаю вынесения им приговора на мои наряды. Но по всему было видно, что до него команда артснабжения не дошла. Он наложил резолюцию. Бегу к начальнику отделения ст. лейтенанту Жеребцову Г.Е. Быстро погрузив вооружение, покидаем склад. Прибыв в полк, требования командующего армией командиру полка, я, конечно, передал, но в более мягких выражениях. В тот же день, все полученное вооружение было выдано в подразделения. Командиры и бойцы пристреливали оружие, изучали его бой, оружейные мастера производили ремонт. На моих плечах лежала организация и обеспечение всем тем, что для этого требовалось.
16 октября 1942 года (пятница) – день 482
Совершенствуя оборону, подразделения полка продолжают заниматься боевой и политической подготовкой. Сегодня с мастерами обходим подразделения: производим осмотр и ремонт оружия, помогаем завести надлежащий учет и закрепление оружия за бойцами. На совещании начальствующего состава полка сегодня, как никогда до этого не делали, разъяснили сложившуюся обстановку на фронте Северо-Западной группы войск ЗКФ. Мы узнали, что части 4-го КККК вошли в соприкосновение с противником в районе Абдул-Газа, Махмут-Мектеб и Березкин. Разгромив там гарнизоны, корпус продолжает движение на Ачикулак. Что Ачикулак – это сильно укрепленный населенный пункт, имеет большой гарнизон войск. Что 4-й КККК – это большая сила, способная справиться с противником на этих участках фронта.
17 октября 1942 года (суббота) – день 483
Сегодня на совещании, командир полка майор Нижерадзе, довел до начальствующего состава об обстановке на нашем участке фронта. Он рассказал, что в районе Андрей-Курган и Ачикулак идут упорные бои с вновь прибывшими частями немецкой армии, усиленные танковыми частями. Предупредил. Чтобы мы были в полной готовности к совершению марша для выполнения срочной боевой задачи. Тем не менее, обратил наше внимание на продолжение совершенствования занимаемого рубежа обороны в инженерном отношении. С минометным мастером Козельцовым Иваном Сергеевичем проверили состояния 82 мм и 50 мм минометов. Отрегулировали механизмы наведения. Заставили расчеты при нас сделать неполную разборку, очистить детали от нагара и смазать. Вместе с командирами взводов провели выверку прицельных приспособлений минометов. Рассказал расчетам и практически показал, как это нужно делать. Рядовой Кузнецов Борис Петрович проверил состояние мин, их подготовку для стрельбы. После приведения в порядок 82 мм минометов комбат Перепелкин Павел Валентинович собрал всех командиров взводов и своих заместителей (по политчасти – Терентьева Григория Прокофьевича, по строевой части – Дудина Якова Ивановича, командиров взводов Мальшакова Семена Ивановича, Огоньжаняна Гаса Андреевича) и предоставил мне слово. Я рассказал о недостатках, которые были выявлены проверкой и в результате чего они появились. После, Павел Валентинович сделал серьезные внушения командирам взводов. Итак, все 6 82 мм и 8 50 мм минометов готовы выполнить боевую задачу. Поблагодарили, я и командиры рот, нашего минмастера Козельцева. Иван Сергеевич – это человек природного ума. Он отлично выполняет свои обязанности. Умеет, как-то особо, строить хорошие отношения не только с товарищами, но и с его прямыми и непосредственными начальниками. И мне кажется, это ему удается потому, что он добросовестно выполняет свои обязанности. Он высокий, представительный, иногда любит позубоскалить. Воздали похвалу и нашему долговязому Адонису, мастеру Борису Петровичу. Он, как всегда, немного сконфузился. А в его запавших, открытых глазах просматривалась хроническая усталость. Ведь он всегда безупречен в выполнении им служебного воинского долга.
18 октября 1942 года (воскресенье) – день 484
С утра в штабе полка. Толком никто обстановки не знает. Но от штаба 110-й КД есть предупреждение быть в особой готовности, встретить возможное появление танков противника, что противник перешел в наступление в районе Ачикулака, применив танковые части и много артиллерии. Действует и авиация противника. Подразделения полка штабом предупреждаются об улучшении маскировки. С оружмастером Соленовым Г.И. обходим все взвода ПТР, проверяем ружья и их состояние, вплоть до подгонки прикладов к стрелку. Ружья проверены, приведены расчетами в надлежащий порядок, готовы к борьбе с танками. В тоже время, старший сержант Соболев Г.Ф. с оружмастером Безродновым П.А. обошли все пулеметные тачанки, проверили и подготовили пулеметы Максима. Каждую тачанку обеспечили (по распоряжению комполка) еще по 4 коробки со снаряженными лентами. В районе Терекли-Мектеб сегодня несколько раз появлялись самолеты противника, но не бомбили и не обстреливали. Видимо работают на другой участок фронта. Во все подразделения выдали достаточное количество гранат, и ручных, и противотанковых. После обхода подразделений я возвращался в свое расположение с артмастером рядовым Лазаревым. Познакомился с ним поближе. Зовут его Максимом. Возраст немногим больше 35 лет. Уроженец г. Сочи. Жил до войны с семьей на ж/д тупике. Среднего роста, сильный, спокойный, уравновешенный. До нашего полка проходил службу в морской пехоте. Его рассказ прервал протяжный трубный крик. Крики быстро умножались. Мы невольно взглянули на небо и увидели необычную картину: журавлиный клинообразный строй рассыпался, к нему подлетел немецкий стервятник – «Юнкерс». Мне вспомнилось, что еще с давних времен эта птица вызывала симпатии людей. Этим вечным героям сказок, песен и былин посвящены проникновенные и уважительные строки. Верно, мне никогда не приходилось близко видеть этих птиц, тем более их гнездование. Я только видел их в небе, как наступающий взвод – углом вперед. Этому строю птиц позавидовал бы самый придирчивый старшина, ведущий роту или батарею в столовую на принятие пищи. Их появление в хрустально-голубом небе на моей родине – в черноземной полосе – означало осенний отлет на юг. Лазарев, как бы в продолжение моей думы, пояснил, что эта птица очень мирная, она не имеет врагов, кроме человека, и что она очень доверчива, что ему приходилось видеть лично самому на Дальнем Востоке. Я тут же подумал – значит врагом № 1 и для журавлей сегодня является немец. Вечером я слушал доклад о проделанной работе Безродновым. Невольно я присматривался к нему, к этому понятливому и проявляющему интерес к изучению вооружения. Ему постоянно сопутствовали успехи в делах. Он застенчив. Пожалуй, один из тех мастеров, кто пользуется исключительным и достойным уважением среди личного состава подразделений полка.
19 октября 1942 года (понедельник) – день 485
Был в артснабжении армии. Прошу до обеспечить полк вооружением. Со мной не хотят даже разговаривать. Объясняют, что есть части, которым сейчас вооружение нужнее, и то не могут обеспечить. Получаю наряд на боеприпасы. Это на всякий случай, так как обеспечить подвижными средствами это количество полк не в состоянии. Вернулся в полк с нарядом. Это будет моим резервом. И все же 82 мм мин в полку всего один боекомплект. Желательно обзавестись нарядом на еще один. В армии узнал, что в районе Ачикулак – Урожайное противник проявил большую активность, теснит части конников 4-го КККК. Якобы уже заняты и Владимировка, и Урожайное. Бои ожесточенные (конники ведут борьбу с танками). Немцы рвутся к железнодорожной магистрали Астрахань – Кизляр. Мастера работали в подразделениях. Осматривали и приводили в технически исправное состояние стрелковое оружие: винтовки, автоматы, пулеметы. Теперь каждый из мастеров считает своей обязанностью интересоваться обеспеченностью подразделений боеприпасами. В артснабжении армии договорился. Что донесения о боеприпасах буду представлять не ежедневно (как положено), а в случае значительных изменений в их наличии, так как каждый день ездить в армию обременительно, да еще и попусту. Последние дни расход примерно такой: по патронам – 10-15 тысяч в день, по минам – 50-70 шт. Расход по минам в пределах установленного в армии лимита.
20 октября 1942 года (вторник) – день 486
Полк совершенствует рубеж обороны в инженерном отношении. На нашем участке противник не проявляет большой активности. Лишь методично, каждый день, обстреливает расположение нашего полка артиллерийским и минометным огнем. Ведет и автоматно-пулеметную стрельбу. Действуют снайпера противника. У нас в полку всего 2 снайперские винтовки вместо 32, положенных по штату. Одновременно полк занимается боевой и политической подготовкой. Война войной, а занятия само собой. Без этого нельзя. Майор Нижерадзе сегодня ознакомил нас с обстановкой на правом фланге: противник приостановлен, части 4-го КККК ведут ожесточенные бои, несут большие потери, изматывая свежие части противника.
21 октября 1942 года (среда) – день 487
По распоряжению командира полка, взвод химической защиты, личный состав хозяйственного и комендантского взвода, все оружмастера отрываем укрытия для повозок с боеприпасами, для лошадей. Весь начальствующий состав, в том числе и я, работаем здесь же. Одновременно отрываем несколько щелей на случай бомбежки. Для мастеров сооружаем блиндаж с лежанками для отдыха. Мы основательно обживаем Терекли-Мектеб. Вот уже несколько дней идет дождь. Кругом грязь. Неуютно. Деревья, не успевшие еще сбросить листву, стояли, прижавшись к друг другу, пряча от холодного дождя, ветви. Изредка кружились и рассыпались по мокрой земле, жесткие, сморщенные листья. Они кажутся заржавевшими осколками. На совещании в полку от майора Даниленко А.А. узнал, что солдат комендантского взвода осужден судом военного Трибунала за случайное убийство мальчика из охотничьего ружья. Можно все пережить, но нет конца нашим переживаниям за убитого мальчика. Все мы были страшно возмущены.
22 октября 1942 года (четверг) – день 488
Находясь в Терекли-Мектеб, полк уже несколько раз отправлял по одному-два эскадрона в глубинную разведку на нашем участке. Сплошного фронта видимо нет. Основой обороны являются узлы обороны. Приказано подготовиться к ночному рейду двум эскадронам и управлению полка. Рейд будет возглавляться командиром полка майором Нижерадзе. Правее нас проводили рейд 9-я кавдивизия одним полком. С нами вместе в рейд шли и партизаны. Как и в ранее проходивших рейдах результаты одни и те же. Это разгром комендатур, захват документов, пленных и изменников Родины. Так было и сегодня. Привезли коменданта-майора с его сейфом, переводчицу «фрейлен», старосту и 4-х полицаев. Пасмурно. Идет дождь. По возвращению из рейда, мне довелось увидеть сотни валявшихся трупов в зарослях неубранной кукурузы. Это были мужчины в гражданском платье. Насколько достоверно, но говорят, что это работа партизан, которые расправлялись с изменниками Родины, понесли потери и своих партизан. Что это были буддистские элементы калмыцкой национальности, поднятые на борьбу с советской властью, прибывшими на оккупированную немцами столицу Калмыкии – Элисту, эмигрантом князем Тундутовым, который принимал все меры к сколачиванию калмыцких отрядов для немецкой армии.
23 октября 1942 года (пятница) – день 489
После каждого ночного рейда, личный состав, как правило, без отдыха, занимает свой участок обороны и снова несет боевую службу. Так было и сегодня. Дожди не прекращаются. Авиация противника активности не проявляет, но артиллерия и минометы работают постоянно, обстреливая расположение полка. В управлении полка повстречался с лейтенантом – уполномоченным контрразведки. Просил меня зайти с ним в пустующую землянку командира полка (он был вызван в дивизию). Уполномоченный интересовался состоянием учета и отчетности по вооружению и боеприпасам. Не было ли больших потерь вооружения и боеприпасов. Поинтересовался, кто работает в артснабжении кроме меня, их характеристиками. Подробно рассказал ему, ответил на интересующие вопросы. Далее, уполномоченный рассказал мне, что отмечаются случаи, когда чеченцы и ингуши входят в контакт с некоторыми военнослужащими и склоняют их к продаже им оружия и боеприпасов. За один боевой винтовочный или автоматный патрон они платят наличными по 3 рубля, а за автомат ППШ – тысячу рублей. Он предупредил меня о необходимости усиления контроля за учетом оружия и боеприпасов в подразделениях полка и если мне станет известно об их утрате, то сообщать ему незамедлительно. Все было, как говорится, нормально. Разговор чисто деловой. Вдруг он просит меня соглашаться на продажу оружия и боеприпасов, если ко мне будут обращаться по этому поводу. Затягивая сделку о продаже сообщить об этом в контрразведку. Не подумав, я скоропалительно дал согласие.
24 октября 1942 года (суббота) – день 490
Вот уже сутки не выходит из головы наш разговор с уполномоченным из контрразведки. Во-первых, по поводу измены на Кавказе много ходит среди воинов непроверенных слухов, но слухи были невероятные, с замысловатыми догадками и нелепыми предсказаниями. Все вертелось вокруг измены. Но ведь эти разговоры в конечном итоге играют на руки врага, вызывают о отдельных личностей пораженческие, панические настроения в предвидении краха. Во-вторых, об опрометчивости в согласии. Допустим. Я дам согласие продать оружие и боеприпасы. Запрошу как можно больше денег. Могут и поверить. Ведь вовлечь меня в это дело изменникам Родины было бы выгодно. А сумею ли я сыграть роль продажного, скрыть себя самого, такого какой я на самом деле? Допустим, все это случится так, как задумал уполномоченный. О задании говорили мы только вдвоем с ним. Предположим, его не станет. А меня привлекут к трибуналу. Попробуй, докажи, что работал по заданию уполномоченного. Нет. Дудки… Я лучше арестую того, кто предложит мне продать ему оружие и боеприпасы, а при сопротивлении применю оружие. Так и решил.
25 октября 1942 года (воскресенье) – день 491
Мастеров направил по подразделениям с заданием. Сам выехал в артснабжение 110-й КД. Приказано прибыть лично с копиями донесений об обеспеченности вооружением и боеприпасами, подлинники которых мой отправлялись в артснабжение армии. Сверив наличие, нашел расхождение по учетным данным ровно на то количество, которое мною было получено от армии 15 октября. В штабе 110-й КД начальствующий состав проявляет недовольство, что укомплектованию дивизии «верха» не придают значения. В соответствии с приказом войскам фронта, дивизия должна была закончить свое формирование к 25 октября. Но за 20 дней мало что изменилось. Отдельные части и подразделения лишь обозначены небольшим количеством личного состава, занимаются боевой подготовкой. Лишь наш, 273-й КП, находясь в непосредственном соприкосновении с противником постоянно ведет оборонительные бои и совершает глубинные рейды в тылы противника из района Терекли-Мектеб. На сегодня укомплектованность полка от штатной потребности составляет: по личному составу – 80%, по конскому – 65%, по стрелково-пулеметному оружию – около 70%.
26 октября 1942 года (понедельник) – день 492
С капитаном Гончаровым Д.П. – заместителем командира полка объезжаем и обходим все подразделения. Он интересуется и вопросами вооружения и боеприпасов. Обеспеченность полка боеприпасами хорошая – более двух боекомплектов. Трофейное вооружение, захваченное у противника в Терекли-Мектеб. Было приведено в порядок и теперь находится в действии. В эскадронах используется больше сотни немецких автоматов и 10 пулеметов МГ-34. На огневых позициях установлены 4 шестиствольных миномета с некоторым запасом мин. На огневых позициях 1-го, 2-го и 3-го эскадронов были установлены три немецких крупнокалиберных пулемета с большим запасом боеприпасов. Капитан Гончаров остался доволен результатом осмотра вооружения и боеприпасов. Особенно ему понравилось, что введено в действие трофейное оружие, восполняющее (до некоторой степени) недостающего пулеметного и автоматного огня.
27 октября 1942 года (вторник) – день 493
Все мои старания дополучить от армии недостающее вооружение не имеют успеха. В полку почти нет автоматов ППШ, ручных пулеметов ДП, больше половины станковых пулеметов Максима, ни одной зенитной установки, ни одной 45 мм и 76 мм пушки. На нашем участке действовало много партизанских отрядов. Они снабжали наш полк данными о противнике, о его боевой технике, помогали пополняться лошадьми, иногда и продовольствием. Иногда партизанам помогали и мы, иностранным оружием и боеприпасами. Сегодня от командира полка пришли два партизана с его запиской, в которой он пишет, чтобы я изыскал возможность найти 4-5 револьверов или пистолетов, десяток немецких винтовок и боеприпасов к ним. Пока я читал, передо мной стояла пожилая женщина, в очках на крупном красноватом носе с синими прожилками и кудлатый гражданин с бородой, особого покроя. Сразу же мелькнула мысль, а не те ли самые граждане, о которых мне говорил контрразведчик? Прошу их прийти за оружием через три часа, пока я соберу его в подразделениях. А сам направляюсь в штаб, узнать, действительно ли записка написана почерком Нижерадзе. Да, почерк был действительно Нижерадзе, о чем подтвердил его адъютант лейтенант Станкевич В.М. Оружие и боеприпасы партизанам были выданы. В армии удалось получить наряды на мины к отечественным минометам и к немецким шестиствольным, большое количество патронов. Общий груз составил 15 тонн. По сообщению Совинформбюро идут бои в районе Сталинграда и северо-восточнее Туапсе.
28 октября 1942 года (среда) – день 494
Почти ежедневно беспрестанно идут сильные дожди. Дороги исключительно труднопроходимые, особенно для обоза. Создалось крайне затруднительное положение с подвозом полку продовольствия, фуража и боеприпасов. В полку вместо положенных шести грузовых автомобиля, есть всего только один и тот неисправный. По ходатайству командования в распоряжение полка со 110-й КД были выделены для этих целей три ЗИС-5. Необходимо было вывозить с армейских складов несколько тонн муки и овса, и столько же тонн боеприпасов. За автомашинами я ездил в штаб 110-й КД в Таловку. С помощником комполка Зайцевым мы быстро пришли к согласию. Вывозить будем в равных долях ежедневно: боеприпасы, муку, овес. Сегодня доставил по такому тяжелому рейсу всего одну машину боеприпасов. С начальником отделения ПААС 1371 договорился, что завтра все боеприпасы догрузят на армейский транспорт и доставят на место. Сегодня встретился с уполномоченным контрразведки. Спрашивает, нет ли чего нового. Отвечаю, нет, но есть необходимость встретиться и поговорить. Договорились о встрече завтра в штабе полка.
29 октября 1942 года (четверг) – день 495
Сегодня мы встретились с уполномоченным контрразведки. Высказал я ему свои сомнения в отношении вхождения в контакт с изменниками, с целью их обезвреживания. В обед мы с ним уже были в отделе контрразведки дивизии. Из рассказа начальника отдела мне стало известно, что, вторгаясь на Кавказ, гитлеровцы рассчитывали на «нелояльность» кавказских народов к Советской власти и особенно расчет брали на мусульманский народ: казахов, киргизов, башкир. На Кавказе сейчас они пытаются создать мусульманские части для участия в операциях на Кавказе и в дальнейшем на Среднем Востоке. Фашистам, в ряде случаев, удается установить контакт с отдельными элементами, это отщепенцами и трусами. Мне показали листовку, в которой немецкий генерал Руфф предлагает горцам подготовиться для встречи германских войск, которые «несут всем освобождение от коммунистов и евреев, а многочисленным народам Кавказа – от векового ига России». Гитлеровец призывает их оказывать всяческое содействие. Вряд ли этот закоренелый фашист понимает, что не может склонить народы, которые на себе почувствовали блага Советской власти. Это расчет только на неполноценных людей или на людей с червоточиной. Начальник отдела этот расчет генерала Руффа образно сравнил с яблоней, которую тряхни в любое время и с него упадут яблоки с червоточиной, так называемые падалицы. И очень редко, когда падают, увлекают за собой хорошие плоды. Вот из таких «падалиц» в Карачаевском районе из горцев Северного Кавказа, мусульман – чеченцев, ингушей, карачаевцев, балкарцев был создан Карачаевский национальный комитет. То же самое происходит и в Кабардино-Балкарии. Наибольшее число сочувствующих находится среди народностей Чечено-Ингушской АССР. Советское правительство знает о стремлениях немцев уже давно. Начальник отдела подал мне вырезку из газеты «Правда» от 1 сентября 1942 г., в которой говорится: «Горские народы… братья, храбрые джигиты, рожденные в горах Кавказа и на вольных просторах Дона, Кубани, Терека и Сунжи, в степях Калмыкии и Ставропольщины, поднимайтесь на смертный бой. Пусть равнины Северного Кавказа и подступы к Кавказским горам станут могилой для немецких разбойников!». На эти призывы народы начали формировать многочисленные партизанские отряды, много вкладывавших в перемалывание сил противника. Наш разговор длился не менее 2-х часов. Весь разговор наш был сведен к проявлению моей личной бдительности, к бдительности моих подчиненных, к усилению контроля за учетом оружия, за наличием его в подразделениях.
30 октября 1942 года (пятница) – день 496
С утра с мастерами находился в подразделениях. Находился в районе расположения 2-го эскадрона; вели разговор делового характера с командиров эскадрона лейтенантом Лебединским Иваном Фадеевичем. Распрощавшись с ним, я направился в 1-й эскадрон. Не успел я сделать шагов 20-30, как в нескольких метрах от меня разорвался немецкий снаряд. Я лег. И вдруг, теперь совсем где-то радом разорвался еще один. Я потерял сознание. Пришел в себя, как мне сказали, минут через 40. По счастливой случайности остался цел и невредим. Ноги, руки двигаются. Видимо находился в мертвой зоне разлета осколков. Сильно болит голова, сильное недомогание, обнаруживаю, что я не могу произносить слова и совершенно ничего не слышу. С карандашом и бумагой в руках. Пишу свою просьбу и умоляю полкового врача, военврача 3 ранга Китиашвили, не эвакуировать меня в госпиталь. По моей просьбе, капитан Гончаров разрешил меня оставить на некоторое время и если не будет лучше, то без разговора, меня отправят в госпиталь. Разместился я в хозвзводе. Проходят часы, замечаю, что начинаются вспышки нервозности, до пота. Думаю, пока не буду показываться на глаза начальству. Артмастера, писарь и коновод со мной. Объясняемся посредством карандаша и бумаги. Сегодня я снова встретился с полковым врачом Китиашвили. Я начал объясняться с ним на бумаге, он делает то же самое. Я представляю, по нашему прежнему с ним разговору, как он говорил, с непринужденностью, высказывал все, что у него на душе. У него постоянно живые и напряженные глаза. Он всегда весел, мягок и добр. Это человек удивительной внутренней красоты, благородства и спокойного мужества. У него широкое сердце и великая любовь к людям. Предпочитает людей простых, общительных, разговорчивых. Но удастся ли мне с ним поговорить по душам и услышать его голос.
31 октября 1942 года (суббота) – день 497
Весь октябрь 273-й КП оборонял участок в районе Терекли-Мектеб до начала ноября. Партизанские отряды оказывали помощь подразделениям полка, давали данные о противнике, его боевой технике, помогали пополняться лошадьми, обеспечивали продовольствием. Изо дня в день полк нес потери. Наносил потери и противнику. Полк поднят по тревоге. Некоторые подразделения остались оборонять опорный пункт. Полк вытянулся по опушке леса и начал вытягиваться в колонну. Подул сильный ветер, не давал дышать поднимал и, откуда-то гнал, крупинки песка, бросал их в лицо, за ворот. И вот, откуда ни возьмись вылетела тройка немецких самолетов и начала обстреливать. Полк вмиг рассредоточился и спрятался в лесу. Жертв, к нашему счастью, не было. Полку было приказано оставаться на прежних рубежах и выполнять прежнюю задачу.
1 ноября 1942 года (воскресенье) – день 498
Штаб полка сегодня ориентировал начальствующий состав на повышенную готовность к отражению танковых атак противника и к возможному совершению длительного марша. Что 4-й КККК атакует противника в районе Ачикулак. Писарь был в артснабжении дивизии. Капитан Трак Иосиф Яковлевич, просмотрев наши донесения, выразил мнение, что 273-й КП единственный обеспечен хорошо и боеспособный, другие же еще не сформированы. Личный состав дивизии собирают буквально по единицам. Кроме нашего полка, в дивизии еще место двух сабельных полков – 3 сабельных эскадрона, и то вооруженных одной винтовкой на троих. Что на пополнение прибывают разболтанные и невоспитанные люди. Когда обо всем этом Гайворонский изложил мне на бумаге, я подумал, не «падалицы» ли прибывают на пополнение, о которых мне говорили в контрразведке.
2 ноября 1942 года (понедельник) – день 499
Полк поднят по тревоге и вышел в рейд на территорию, контролируемую противником где-то в первом часу ночи. Кругом ничего не видно, кроме идущего впереди, и крупа лошади, впереди отбивающей походную дробь. На обратном пути нас застал рассвет. Полк, не дойдя до своего постоянного места дислокации, разместился в лесу. В безветрии дремлют деревья. Задремали бойцы, командиры, лошади, привязанные к деревьям. Прилег на ветки, набросанные на землю, и я. Вижу скворца, и не верю своим глазам. Почему он здесь? Может быть, ему помешала война и он остался здесь зимовать? Но откуда у него такая закалка? Но мои мысли прерывает нарастающий, прерывистый гул немецких самолетов. Вдруг, с пронзительным воем летят на землю бомбы. Этот вой вызывает неимоверное напряжение мышц и вдавливает в землю, хотя никто из нас и не думает быть убитым. Все проходит благополучно для полка. Потерь почти нет. Не успели стервятники застать полк на марше.
3 ноября 1942 года (вторник) – день 500
Нам стало известно, что кавкорпусу не удалось захватить Ачикулак. Понеся большие потери, корпус перешел к оборонительным боям. Рядовой Гайворонский привел ко мне командира 2-го взвода 3-го эскадрона ст. сержанта Красникова М.Я. Из записки Гайворонского я понял, что Матвей Яковлевич убедительно просит отремонтировать сильно поврежденные ножны фамильной шашки, доставшейся ему по наследству от его деда. Клинок гибкий, легкий, с ажурной рукояткой и дужкой эфеса. На лезвии клинка вытравлены инициалы деда. Металлические ножны тоже имеют очень красивую гравировку. Отремонтировать, конечно, будет не легко. Придется делать специальный шаблон-клинок. Ну как не помочь человеку… Отремонтировать ножны поручил старшему оружейному мастеру Соболеву.
4 ноября 1942 года (среда) – день 501
Весь день ремонтировали оружие в полковой мастерской. Мастерскую посетил помначштаба части ст. лейтенант Агафонов В.М. Обратился ко мне с каким-то вопросом, но я молчал. Он выразил удивление. Подал ему кусочек бумажки и карандаш. Видимо он меня понял без слов, что я контужен и не говорю. В записке он просит заменить его револьвер на пистолет ТТ. Но последних в наличии нет. Отдаю ему свой пистолет с кобурой, а у него взял револьвер. В знак благодарности он пожал мне руку и уехал. Сегодня за день отремонтировали 30 винтовок, 2 пулемета ДП, пулемет Максима и 30 шашек обр.1927 г.
5 ноября 1942 года (четверг) – день 502
Отремонтировали 20 винтовок, один пулемет ДП и 43 шашки. Мастерскую посетил помначштаба полка ст. лейтенант Байрамов А.Г. Поздоровавшись, Алекпер Гусейнович мне вручил бумажку напечатанную на машинке. Читаю: «Старшему технику лейтенанту Ненашеву М.М. командир полка приказал: не позднее 6-го ноября с/г убыть в армейский госпиталь: на излечение по поводу контузии. НШ Монахов.» Кроме того, Алекпер Гусейнович подал мне второй экземпляр этого же приказания и пальцем показал, где расписаться за получение первого экземпляра. А потом мне на бумажке написал, что сейчас самое время подлечиться, так как обстановка на Кавказе везде стабилизировалась. Немцы всюду, в том числе и в районе Нальчика, перешли к обороне.
6 ноября 1942 года (пятница) – день 503
Рядовой Гайворонский мне принес записку, в которой сообщает, что он по радио прослушал доклад И.В. Сталина на торжественном заседании Московского совета депутатов трудящихся, в связи с XXV годовщиной Октябрьской революции. Я знал, что в полку, еще до доклада, была широко развернута подготовка к этому знаменательному событию: весь партполитический аппарат пока, агитаторы в подразделениях проводили беседы, читали газеты, лекции, выпускались информационные листки прямо от руки.
7 ноября 1942 года (суббота) – день 504
Пошла вторая неделя. Головная боль почти прекратилась, чуть обнаружилось появление слуха. Стараюсь показать себя бодрым и способным выполнять свои должностные функции. Но с речью ничего не получается. В одиночестве пытаюсь произносить слова. Но слов не получается. Всю неделю я избегаю встречи как с командованием, так и с нашими полковыми врачами. Справку об обеспеченности вооружением и боеприпасами командиру полка отправлял с писарем Гайворонским, который вручал ее через адъютанта командиру полка.
8 ноября 1942 года (воскресенье) – день 505
Рано утром, я с коноводом Уталиевым направились на поиски армейского госпиталя. Всю дорогу размышляю над тем, как миновать госпитализацию. Ведь наши полковые врачи говорят, что слух и речь восстановятся без всякого лечения. Это лишь дело времени. В пути к Хасавюрту к нам присоединился старший лейтенант, такого же возраста, что и я. Объяснились с ним по бумажке. Он связист с 30-й кавдивизии, доставляет пакет в штаб тыла. Армейский госпиталь отыскать труда не составило. Я попросил старшего лейтенанта с моими документами вместо меня зайти в госпиталь и попросить, чтобы на моем направлении, кто-нибудь из врачей написал, что в лечении я не нуждаюсь и скрепить это печатью. Он согласился, забрал мои документы и скрылся в помещении госпиталя. Ровно через 40 минут старший лейтенант вернулся и отдал все мои документы. Я сразу же взглянул на направление. Над круглой печатью и росписью было неразборчивым почерком написано; «В госпитализации не нуждается». Обрадовавшись, я обнял Леонида и расцеловал. А вот записка, которую он написал по моей просьбе. «Зашел к дежурному врачу, который меня направил к в/врачу 2-го ранга ординатору Говорову Владимиру Васильевичу. Я объяснил ему, что был контужен десять дней назад, но последствий после контузии никаких не чувствую, если не считать небольшую глухоту на левое ухо. Прибыл проконсультироваться и получить совет в отношении лечения уха. А что касается госпитализации, то это перепутал писарь. Задал он несколько вопросов, терял ли я сознание, была ли рвота и другие. Ответил, что нет. После этого, без разговора, написал на направлении свое заключение. Вот и все». К вечеру мы уже скакали к себе в полк. В дороге Уталиев мне написал, что перед нашим выездом из госпиталя, в полку поднялся переполох из-за того, что несколько бойцов с оружием дезертировали из 2-го эскадрона. Мастера за день отремонтировали 15 винтовок и 39 шашек.
9 ноября 1942 года (понедельник) – день 506
Совинформбюро сообщило, что идут бои в районе Сталинграда, северо-восточнее Туапсе и юго-восточнее Нальчика. Радостно сознавать, что нашим войскам удается инициативу взять в свои руки. Получил записку от писаря Гайворонского, о том, что в 3-й эскадрон прибыл новый командир ст. лейтенант Яковлев М.П. и осмотрев вооружение остался очень недовольным его состоянием. Принимаю решение пойти в 3-й эскадрон и познакомиться с таким комэском, который при приеме поинтересовался состоянием вооружения. Такого командира надо поддержать. Со мной два мастера. Познакомился с Марком Порфирьевичем (конечно, по бумажке). Узнал о его замечаниях. С мастерами осмотрели все оружие, отремонтировали на месте. Командиры взводов организовали его капитальную чистку. Работали по приведению оружия до поздней ночи. Очень понравился мне новый командир эскадрона. Марк Порфирьевич пригласил меня отдохнуть в его землянке. Я не отказался. Но заснуть оказалось не так-то просто. Впереди где-то рвались снаряды, мины, вздрагивала земля, осыпалась с наката землянки. А когда обстрел прекратился, на землянку обрушилась целая лавина хлесткого дождя. На лежанку струйкой сбегала грязная вода. Ну это еще не еда, хотя и неприятно. Сон все-таки одолел. Начались кошмарные сновидения, то я переплываю Волгу с ледяной водой, то мои ноги вмерзают в лед, и я их не могу вытащить и пошевелить ими. Ну, конечно, традиционный сон, который меня одолевает еще с раннего детства: будто я прыгаю по крышам высоченных домов и при этом каждый раз проявляю неуверенность в том, смогу ли я пролететь птицей большое расстояние между ними. И я прыгал, хотя с каждым прыжком подступал страх. Но все кончилось удачно.
10 ноября 1942 года (вторник) – день 507
В штаб полка решил не показываться до тех пор, пока не вспомнят обо мне и не вызовут. Весь день с мастерами обходим подразделения, проверяем их готовность к совершению предстоящего марша: ремонтируем оружие, пополняем подвижные запасы боеприпасов, сверяем учетные данные с наличием вооружения и боеприпасов. С утра отправил на армейский склад в Хасавюрт все излишествующее и ненужное артимущество, а также вооружение, не подлежащее восстановлению. Лично проверил состояние вооружения в 1-м эскадроне. В командование эскадроном только что вступил бывший командир взвода ст. лейтенант Пугач П.С. На удивление, ни Петр Сергеевич, ни его командиры взводов, ни на шаг не отходили от меня пока я осматривал вооружение. А командиры взводов: 3-го Жарченко Андрей Андреевич, и ПТР – мл. лейтенант Емельянов Дмитрий Иванович даже пытались изучить и применить методику осмотра оружия, которой я пользовался. Мне очень хотелось помочь им в этом нужном деле, но, к сожалению, мог только показывать. Побывал и во взводе ПТР 4-го эскадрона у мл. лейтенанта Петровского А.И. Он только что принял взвод. Я поинтересовался тем, как он оценивает состояние ружей ПТР. Он уже успел осмотреть их и был в полном курсе дела. Алексей Иванович, даже показал мне обнаруженные им неисправности. Чувствуется – толковый командир взвода.
11 ноября 1942 года (среда) – день 508
Полк на марше. Занимается утро. Подходим к озеру. Замечаю, ка птица. Сидевшая на кочке, забеспокоилась, втянула шею и, очевидно, издала долгий и протяжный крик. Этот сигнал опасности, который мне на этот раз не довелось услышать, немедля приняли другие птицы. Озеро вмиг опустело, и в воздух поднялась вся птичья стая. Она закружила, и как мне представляется, закричала, оглушая озерную тишину. У меня эта безмолвная стая вызвала сожаление, что мы явились к ним не прошеными гостями. Пока я увлекся наблюдением за птицами, незаметно, ко мне подъехали начальник штаба полка ст. лейтенант Монахов с группой штабных работников. Он что-то мне сказал. Я интуитивно полез в карман и достал направление в госпиталь и отдал ему. Он задал мне еще вопрос, но я продолжал отмалчиваться. Он взял мою планшетку, положил ее на свои колени и на клочке бумаги размашисто написал: «Ничего не понимаю, Напиши объяснение по поездке в госпиталь и передай мне для доклада майору Нижерадзе». Прочитав, я кивнул в знак своего согласия. Напишу с прибытием на место.
12 ноября 1942 года (четверг) – день 509
В штаб поступило сообщение о том, что в 12 км от расположения полка в лесу разбросано много различного оружия. Комполка майор Нижерадзе Н.Н. приказал срочно создать группу и прочесать указанный лес. Старшим группы назначен заместитель командира 2-го эскадрона лейтенант Касюк Павел Кондратьевич. В состав группы включены 4-й взвод 2-го эскадрона во главе с лейтенантом Авезовым Джуманыком, 1-й взвод 3-го эскадрона во главе с мл. лейтенантом Кравцовым Павлом Семеновичем, 3-й взвод 3-го эскадрона во главе с лейтенантом Зубриловым Александром Александровичем. Мне и полковому врачу Брандману Лейзеру Мелеховичу приказано находиться с группой. До леса добрались в конном строю, а прочесывание проводили пешим порядком. В результате прочесывания было обнаружено и подобрано более 50 разложившихся трупов, лиц в гражданской одежде, 98 винтовок, 6 ручных пулеметов, 2 снайперских винтовки, станковый пулемет Максима без станка и без затвора, более 5 тысяч патронов россыпью и двести ручных гранат. В полку ходит упорный слух о том, что, якобы, какой-то большой чин – то ли командующий армией, то ли комкор, за трусость предан суду Военного Трибунала.
13 ноября 1942 года (пятница) – день 510
Из числа подобранного 12 ноября оружия, мастерами отремонтировано за день: винтовок – 25, ДП – 2 , шашек – 17. Приведены в порядок гранаты и патроны. Хожу и не чувствую под собой ног. Я бесконечно рад: начал слышать разговорную речь, хотя и нет как до контузии. Надеюсь, слух восстановится полностью. Сегодня присутствовал на совещании у командира полка. Начальствующий состав ознакомлен с задачей полка, с рядом приказов командования. Нам зачитали, в том числе были и приказы о введении в довольствие шоколада для некурящих и др. Перед службами поставлена задача довести запасы всех видов довольствия до норм. Сегодня как-то стихийно возник разговор, почему наш полк входит в состав Калмыцкой дивизии, тогда как в полку всего три калмыка начальствующего состава и 12 бойцов и младшего начальствующего состава. Считаю этот разговор не серьезным. Каков бы ни был состав по национальности, все равно цементирующим звеном во всех боях всегда были русские.
14 ноября 1942 года (суббота) – день 511
Мастера продолжали ремонт подобранного в лесу вооружения. За день отремонтировано: винтовок – 21, пулеметов ДП – 2, и шашек – 24. Сегодня штаб полка проявил инициативу в том, чтобы прежней группой, в том же составе что и 12 ноября, прочесать лес 15-20 км юго-восточнее расположения полка. Но в этом благодатном лесу, не было обнаружено каких-либо признаков военной деятельности людей. По всему было видно, что чьи-то хлопотливые, хозяйские руки хорошо поработали до войны или в начале ее. Мне довелось увидеть несколько осиновых колод, которые обычно расставляли для животных с солью-лизунцом, почерневшие от времени кормушки для косачей и ветхие лотки для фуража. А над кормушками остались признаки навесов. В центре леса мы осмотрели заброшенный вместительный дом, колодец и сарай для скотины. Видимо до войны здесь была база охотничьего хозяйства. Прочесывая лес, никто из нас не встретил ни животных, ни зверей, ни птиц… Очевидно, они, почуяв опасность, ушли туда, где их не может достать пуля, не беспокоит война. Когда мы возвращались в расположение полка, то уже начали спускаться синие сумерки. В лесу стояла полная тишина. Лес дремал. Откуда ни возьмись, выскочили три «Юнкерса» и вмиг обстреляли нашу группу. Бойцы рассыпались по полю, так что следующий заход не достиг успеха. Убито три бойца, четыре лошади, ранено шесть бойцов и десять лошадей.
15 ноября 1942 года (воскресенье) – день 512
Был с мастерами в 1-м и во 2-м эскадроне. Не дают покоя 50 мм минометы. Уж очень часто они отказывают в работе. Командир взвода 50 мм минометов 1 эскадрона мл. лейтенант Монастырев Николай Сергеевич исключительно добросовестно выполняет уставные требования. Он с любовью относится к оружию, и оно всегда у него отлично обслужено. Но без вмешательства артснабженцев никак не обойтись. Перебрали и отремонтировали все минометы. Николай Сергеевич член ВКП(б), харьковчанин, 1920 года рождения, очень внимательный и приятный человек. После, побывали во взводе ПТР 2-го эскадрона, которым командует лейтенант Бурба Михаил Григорьевич. Очень энергичный и знающий свое дело командир. Он член ВЛКСМ, 1921 года рождения. Вместе с ним я осмотрел все наличие противотанковых ружей. В одном из них я нашел раздутие ствола с дульной части. Ружье, безусловно, уже к стрельбе по целям не пригодно. Это ЧП. В беседе с расчетом установил, что последний раз из этого ружья два дня назад. Показали мне и место откуда велась стрельба. Обвинять командира взвода было бы грешно, так как он исключительно добросовестно относится к содержанию ружей. Предполагаю, что причиной явилось попадание в ствол постороннего предмета, затянутого в ствол вакуумом во время стрельбы. Ружье сегодня заменили на исправное. В эскадронах всюду разговоры о переименовании должностей и воинских званий замполитрукам. Большинству им присвоены воинские звания «Старшина», а должность стала называться помощник заместителя командира. В беседе со мной мл. лейтенант Монастырев Н.С. рассказал, что он прибыл в полк из Кировобада, а вообще его боевой путь начался с первого дня войны, в составе кавполка в Киевском военном округе. Он мне показал свою шубу. Сшита она кустарем. От нее за несколько метров тянуло тухлым мясом. Сшита она была из невыделанной овчины, видимо, кем-то из воинов.
16 ноября 1942 года (понедельник) – день 513
В мастерских продолжается ремонт подобранного вооружения. За день отремонтировано: винтовок – 30, пулеметов ДП – 2, шашек – 17 шт. 20 винтовок из числа подобранных, оказались негодными и восстановлению не подлежат (с раздутием стволов). Вызван на совещание, которое проводил с начсоставом комполка Н.Н. Нижерадзе. На совещании речь шла о том, как выйти из создавшегося положения. Дело в том, что в полку большой некомплект лошадей. Хотя и отправлен представитель полка в Ленкорань за получением монгольских лошадок, но время не ждет. Полку ежедневно ставятся все новые и новые задачи по разведке тылов противника: люди и кони не имеют времени на отдых. Слово было предоставлено помначштаба ст. лейтенанту Коваленко Дмитрию Ивановичу, который доложил мероприятия, предложенные замкомандира полка капитаном Гончаровым о создании полуэскадрона на велосипедах. От службы артснабжения требуется продумать и быстро осуществить изготовление приспособления для крепления на велосипедах оружия и запаса боеприпасов, которые позволяли бы возможность быстрого изготовления к стрельбе. Вопросы, связанные с креплением запасов боеприпасов, были решены сравнительно легко: для этой цели были приспособлены коробки из-под магазинов к пулеметам ДП. Для крепления же оружия требуются разъемные хомуты, а чтобы их изготовить требуется много времени. К их изготовлению приступили сегодня же. Настроение у меня приподнятое. Возвращаясь с совещания, я неожиданно для себя произнес несколько слов. Этот день я более стараюсь быть один, чтобы как можно больше говорить самим с собой, произносить сложные слова.
17 ноября 1942 года (вторник) – день 514
Отремонтировали 10 шашек и, наконец-то, удалось восстановить подобранный некомплектный пулемет Максима. Из стреляных артиллерийских гильз к исходу суток закончили изготовление необходимого количества разъемных хомутов для крепления к велосипедам винтовок и пулеметов ДП. Сегодня я лично об этом доложил командиру полка. Он поблагодарил меня за оперативность, поинтересовался состоянием моего здоровья. Сказал, что он переживал за мою контузию. После бессонной ночи, я днем прилег отдохнуть. Сразу же погрузился в дремоту. Вижу во сне, как будто закончилась война и я вернулся домой в Стаево. В доме, где жила мать, собралось много людей. Среди них и родственники, и жители села. Не успел я зайти в дом, как люди наперебой просят рассказать о близких им людях, где они, как они себя чувствуют, когда вернутся… В избу шел нескончаемый поток все новых и новых людей, желающих узнать то же самое, причем каждый из них говорил: «Здравствуй милый, с приездом! Ну, вылитый мать…» Об этом странном сновидении я сегодня же написал своим родным в Стаево. Странном, потому что о конце войны, в то время, из нас никто не думал.
18 ноября 1942 года (среда) – день 515
На партийном собрании рассматривался вопрос об авангардной роли коммунистов. Небольшой доклад сделал командир полка майор Нижерадзе. В докладе был упомянут целый ряд коммунистов, как положительной оценкой, так и по недостаткам. Это вызвало большое оживление. Многие пожелали выступить. О моем выступлении не могло идти речи, так как еще разговариваю не совсем внятно, медленно. Доклад мне очень понравился. Из выступлений, наиболее ярким, было выступление замкомандира полка по политчасти майора Даниленко В.А. Свое выступление Василий Антонович посвятил воспитанию молодых бойцов, только что прибывших в полк. Он считает, что именно этот контингент бойцов и их возраст имеет острую потребность в доверии к ним, допуске риска, права на ошибку, постоянных самоиспытаний. Однако, Василий Антонович считает, что это ни в коей мере не значит, что такие действия должны быть бесконтрольными со стороны командиров и начальствующего состава. Однако, некоторые из них не всегда помнят необходимость своего влияния на молодежь. Особенно пагубно сказывается, когда некоторые командиры перед ними фальшивят, хитрят, приспосабливаются под их характер, проявляя податливость, а не твердость. В воспитании этой категории солдат нужна предельная открытость и смелое слово, высокая и справедливая требовательность. Только в этом случае в подразделении могут быть созданы чуткость и взаимопонимание между подчиненными и начальником. Это выступления Василия Антоновича заставило лично меня призадуматься. В подтверждение его слов, я вспомнил много случаев, когда мы действительно не применяем деликатного, утонченного подхода в воспитании молодых бойцов. Все-таки, в подразделениях чаще слышатся окрики, шаблонный и черствый подход к волеизъявлению молодежи, ограничивающих ее от задорных действий и больших возможностей. В своем выступлении Гончарова сегодня снова напомнил об Указе Верховного Совета СССР и приказе № 307 Народного Комиссара Обороны по введении в армии полного единоначалия. Он подчеркнул, что эти документы направлены, прежде всего, на повышение авторитета командиров и дальнейшее укрепление боеспособности войск, на усиление бдительности и боевой готовности, на развитие у командиров, политработников и всего личного состава армии наступательного порыва. В настоящее время все политработники переаттестовываются на присвоение им воинских званий. Что эта мера создает возможность навести в армии железный порядок, в том, как лучше вести бой (когда часто решают дело минуты) должен решать командир единолично. В ответе за все он должен быть один.
19 ноября 1942 года (четверг) – день 516
Войска Юго-Западного и Донского фронтов, по сообщению радио, перешли в решительное наступление под Сталинградом. Сегодня нам стало известно, что 110-я кавдивизия из состава 44-й А исключена, и вошла в состав 4-го гвардейского КККК. Из Ленкорани пригнали маленьких монгольских лошадок. Получили небольшое пополнение и личного состава, для вооружения которых, так пригодилось подобранное и отремонтированное оружие. Велосипедам все-таки отставка не дана. Их раздали по подразделениям. Теперь на них будут доставлять донесения, связисты с их помощью будут наводить проволочную связь, а в ряде случаев будут использоваться для подвоза боеприпасов, продовольствия, фуража. Ведь коней-то в полку недостает еще много. Все оружейные мастера, писарь артснабжения теперь передвигаются только на велосипедах. Кони переданы все в подразделения. Получил письмо от матери. Пишет, что колхозники и в настоящее время работают от зари до зари. Одни еще на току молотят хлеб, другие, по заданию, вяжут теплые варежки, носки для фронта, некоторые занимаются утеплением коровников, свинарников… Бедные женщины, им крепко достается… Пожалуй ничуть не меньше, чем нам. Ведь они уже слышат там стрельбу. Ведь Воронеж совсем рядом, а Мичуринск уже не раз подвергался варварской бомбежке гитлеровцами.
20 ноября 1942 года (пятница) – день 517
Совинформбюро сообщило, что в последний час наши войска нанесли удар по группе немецко-фашистских войск в районе Владикавказа. После похода с мастерами по подразделения полка, в дороге нас догнал на коне военный фельдшер медпункта Резник И.А. О нем в полку знали, как о выдержанном, тактичном, обладающим чуткостью и внимательностью. Он поинтересовался моим здоровьем. Я поделился с ним о том, что меня волновало: медленно восстанавливается слух и речь. Так мы и расстались. Через 3-4 часа прискакал посыльный, который передал, что майор Нижерадзе меня вызывает в медпункт. Являюсь незамедлительно. Зашел в палатку. Ищу глазами командира полка, чтобы доложится о прибытии. Но его не обнаруживаю. Среди присутствующих в палатке находятся Резник И.А., ст. врач полка Китиашвили Д.И., врач медпункта Брандман Л.М. и незнакомый мне врач, как тут же выяснилось, что это был начальник санслужбы 110-й КД Коган Александр Борисович. Александр Борисович очень внимательно выслушал меня, задал целую кучу вопросов. После чего, обращаясь к Китиашвили, он спросил, почему меня не госпитализировали сразу же после контузии. Тут-то Брандман и подал Когану направление, в котором говорилось, что госпитализация не требуется. Александр Борисович очень возмутился, негодуя на того врача, который сделал эту приписку. Мне стало неудобно, и я вынужден был признаться в подделке по этому вопросу. Говорили об этом долго, много, посмеялись. Потом Коган дал советы и указания по наблюдению за мной. Выходя из палатки, я все понял. Встречу эту организовал Иван Андреевич Резник и никакого комполка там и не было.
21 ноября 1942 года (суббота) – день 518
Явился к комполка по вызову. Майор Нижерадзе приказал связаться с командиром 3-го эскадрона по поводу найденных им артиллерийских снарядов. Скачем с коноводом в эскадрон. Встречает Марк Порфирьевич Яковлев – командир эскадрона. Ни говоря ни слова, подводит меня к неглубоко отрытой траншее со свежевыброшенной у нее землей. На дне траншеи я увидел, обросший ржавчиной и землей артиллерийский снаряд. Аккуратно очищаю его малой саперной лопаткой. В снаряде обнаруживается трубка-взрыватель. Осторожно выкапываю еще три снаряда. Затем проволочным щупом проверил слой земли. Там чувствовался металл. Стало ясно, что здесь подземный склад боеприпасов времен Гражданской войны. Но есть ли смысл раскапывать и считать сколько там снарядов? Кому это нужно? Тем более подвергать опасности людей, которые будут работать на раскопке. О находке и о наших предложениях с комэском доложили командиру полка. Он дал согласие на подрыв склада на месте. В мое распоряжение дали трех саперов с необходимым количеством тола и подрывную электрическую машинку. Эскадрон отвели в безопасную зону. В несколько наклонно вырытых шурфов (до соприкосновения со снарядами) заложили заряды. Взрыв оказался приличным: образовалась воронка 15 метров в диаметре и 2,5 метров глубиной. Но беда была в том, что не все снаряды сдетонировали: они были разбросаны далеко вокруг образовавшейся воронки. А теперь-то их собирать еще опасней. Приспособили длинные канаты с петлей и начали их снова затаскивать в воронку. Наши попытки трижды подорвать их успеха не имели. Видимо взрывчатое вещество разложилось, и было неспособно воспринять детонацию. Пришлось в таком виде их снова закопать. На эту работу ушел весь день.
22 ноября 1942 года (воскресенье) – день 519
Явился к комполка по вызову. В землянке несколько человек. Здесь были комполка, начальник штаба, адъютант и неизвестный мне представительный полковник-кавалерист, видимо, с вышестоящего штаба. Командир полка подал мне знак подождать его. Вскоре полковника проводили, а меня пригласили в землянку. Предложили сесть. Потом ординарец всем раздал железные кружки. Ну, думаю, сейчас будут поить водкой. Вскоре мои опасения развеялись. По кружкам разливали крепко заваренный чай. О причине вызова догадаться невозможно. Николай Николаевич Нижерадзе вдруг повел разговор о каких-то чайных плантациях, о сборе листков и почек с чайных кустов, о том, как собранные листы обрабатывают, чтобы заварка получалась ароматной. Потом, как в калейдоскопе, разговор перешел на создание какой-то конной армии на Северном Кавказе. Затем комполка спрашивает сам себя, а будет ли это лучше использования ее как самостоятельного рода войск. Когда чаепитие подходило к концу майор Нижерадзе спросил меня. Могу ли я достать автоматов 30-50 для создания, так необходимого полку, взвода автоматчиков. – Попытаюсь товарищ майор, – отвечаю, – а чтобы ускорить это вопрос прошу дать в мое распоряжение мотоцикл с коляской дня на три-четыре. – Это не проблема, – заключил наш разговор комполка. Вечером же. Со старшим оружейным мастером Соболевым на мотоцикле мы отправились в артснабжение 44-й А. Состоялся разговор с начальником отделения вооружения. Я попросил его выдать полку 30-50 автоматов ППШ. Но он сделал удивленные глаза. На моей заявке написал выдать 5 автоматов. В комнатах, где размещались артснабженцы, было темно. Помощник начальника отделения, который выписывал наряд, заглядывая в заявку, переспросил меня. Так сколько надо автоматов. Отвечаю: «50». Так потом всеми, вплоть до артснабжения армии наряд был подписан на 50 автоматов, вместо 5.
23 ноября 1942 года (понедельник) – день 520
Наконец-то сегодня в полк прибыл, положенный по штату, арттехник полка мл. воентехник Красилов Алексей Иванович. Теперь мне будет легче, он возглавит мастерскую. Наша беседа с ним была недолгой, но за это короткое время мы уже лично знаем друг друга. Разговор носил откровенный характер, в котором он поведал мне о своей жизни. Я узнал его полную биографию. Война его застала в рядах Красной Армии. Он сержант инженерно-саперного батальона, старший сержант и помомвзвода в учебном батальоне. С марта по август обучался в Ижевске в Ленинградском арттехническом училище. Первое впечатление производит хорошее. Сегодня мы узнали о необычном для военных случае. Начальник штаба пока ст. лейтенант Монахов подписал аттестационный материал и представил в дивизию на присвоение начхиму полка мл. воентехникуу Путилину П.Г. старшего лейтенанта, минуя звание лейтенант. Интересно, присвоят или нет? До обеда ездил за получением автоматов Приказание командира полка выполнено. Нижерадзе подал мне руку. – Спасибо за усердие, но как тебе удалось раздобыть столько автоматов? – улыбаясь, задал он мне вопрос. Рассказал я ему подробности этого дела. Мол, просто дело случая, заслуг моих в этом нет.
24 ноября 1942 года (вторник) – день 521
Совинформбюро сообщает об успешном наступлении наших войск под Сталинградом. Прорвав оборону противника в районе Серафимович наши войска за три дня боев продвинулись на 60-70 км. Заняты г. Калач, ст. Кривомузгинская, станция и город Абганерово. За три дня боев захвачено 13 тысяч пленных и 360 орудий. Наступление продолжается: заняли г. Суровикино, населённые пункты: Зимовкий, Камышино, Ближняя Перекопия, Трехостровская, Сиротинская, Томилино, Аксайская, Уманцево, Садовый. По вызову прибыл в артснабжение 110-й КД. Всю дорогу думал об одном, неужели начальник артснабжения дивизии капитан Трак узнал о получении мной автоматов из 44-й А помимо его. Оказалось, его нет. Он с помощником срочно убыл в другие полки и вернутся не скоро. Я переговорил с писарем. Он мне рассказал о некоторых делах в артснабжении дивизии, о нехватке вооружения. Слушая его, думал, что все, кто работают в артснабжении, работают с «огоньком», стараются глубже проанализировать информацию, вдумчиво, стараются шире и достовернее информировать своих собратьев. И все-таки я решил доложить начальнику артиллерии дивизии Боброву Н.В. Докладываю ему о наших артснабженческих трудностях, и вижу, что он как бы старается выглядеть как начальник, который способен понять артснабженцев, если и не согласен с ними. Я понимаю его, что он, прежде всего, заинтересован в обеспечении артиллерийских подразделений. Но в дивизии нет матчасти артиллерии, ни необходимого количества минометов. Он ищет себе работу или хотел бы чем-то себя занять. Он мне рассказал, что комдив полковник Хомутников очень деятельный, пытается укомплектовать дивизию до штата, но ничего у него не получается. Он вхож и в СНК Калмыцкой АССР, и к инспектору кавалерии Городовикову. Но нет ресурсов. Все что появляется из матчасти артиллерии, отдают корпусу Кириченко. Так я толком и не узнал, по какому вопросу меня вызывали.
25 ноября 1942 года (среда) – день 522
Совинформбюро сообщает, что в районе Сталинграда наши войска продолжают наступление и заняли ж/д станцию Рычковский, Ново-Максимовский, Старо-Михайловский и ряд населенных пунктов. По свое инициативе докладываю командиру полка о состоянии вооружения. Он внимательно меня выслушивает. Немного подумав, он сказал, чтобы я повторил свой доклад в присутствии командиров подразделений, которые соберутся здесь через полчаса на совещание. Мои сообщения о состоянии вооружения командиры подразделений слушали внимательно. После доклада двое из них подняли руки, чтобы спросить слово. Но Николай Николаевич предоставляет слово не им, а своему заместителю по строевой части капитану Гончарову. Дмитрий Петрович очень резкой критике подверг командира пулеметного эскадрона и минометной батареи, которые плохо воспитывают у подчиненных чувство постоянной заботы о содержании оружия в боеготовом состоянии. Он привел ряд конкретных примеров из своего личного наблюдения. Слушаю и думаю, вот это действительно командиры, которые так болезненно относятся к плохому содержанию вооружения. После выступления Дмитрия Петровича, попросил слово командир минометной батареи мл. лейтенант Перепелкин П.В. Но командир полка совещание ведет целенаправленно, не допуская полемики. Он слово передал своему заместителю по политической части майору Даниленко В.А. Василий Антонович, как бы обобщая наши оба выступления, придал им сугубо политический характер, связывая это с выполнением Присяги и Уставов. Он убедительно показал, что все эти требования не прихоть начальника артснабжения, а это воинский долг, долг перед Родиной – беречь оружие всегда в боевой готовности. После него подвел итог всему комполка. Николай Николаевич потребовал от всех командиров, внять тому, что здесь говорилось и навсегда покончить с безобразным отношением к уходу и сбережению вооружения. Молодец майор Нижерадзе! Далее на совещании решались другие вопросы.
26 ноября 1942 года (четверг) – день 523
Встречался с помощником начальника артснабжения 110-й КД техником-лейтенантом Романенко Петром Даниловичем. Он поведал мне, что его должность сокращена. Но он продолжает работать на этой должности, официально по приказу занимая должность командира артбатареи. Наступление под Сталинградом продолжается. Если так пойдет и дальше, нам тоже придется наступать. 24 ноября мой вызов имел целью поговорить о том, что можно забрать из вооружения у меня для усиления 293-го КП. И сейчас такой разговор состоялся. Пришлось доложить, что у нас тоже четверть полка остается невооруженным, на самом же деле весь личный состав был вооружен хорошо. Но излишков не было. Сегодня замечательный день впервые за долгое время выглянувшее солнце, словно по заказу, одарило воинов полка своим теплом. Высыпавшие из душных и прокуренных землянок и хат бойцы и командиры ожидали фронтовых новостей, новой боевой задачи, бродили по расположению полка, встречались со знакомыми однополчанами, обменивались шутками, вспоминая минувшие боевые дела. Веселое оживление вызвало сообщение Совинформбюро, в котором об успешном наступлении наших войск под Сталинградом. В это время, в небе, незамеченными проплыли два немецких стервятника «Фоке-Вульфа» А через несколько минут 5 «Юнкерсов» обрушились на полк и принялись обрабатывать, не в меру разгулявшихся воинов нашего полка. На расположение полка сброшено свыше 15 бомб. Самолеты сделали по два захода, обстреливая из пулеметов скопление наших войск. Не знаю во что обошлось гулянье под выглянувшим южным солнцем, но жертвы в полку есть.
27 ноября 1942 года (пятница) – день 524
Совинформбюро сообщило о наступлении наших войск на Центральном фронте. Наши войска перешли в наступление в районе восточнее г. Великие Луки и западнее г. Ржева. В ходе наступления освобождено свыше 300 населенных пунктов. Прерваны железные дороги Великие Луки – Невель, Великие Луки – Новосокольники, Ржев – Вязьма. После политинформации мы вели с мастерами непринужденную беседу. В это время к нам заглянул и ввязался в беседу замкомандира 1-го эскадрона лейтенант Бармотин М.Т. Это человек более чем 30-ти летнего возраста, имеет определенный опыт партийной и политической работы. Беседа была откровенной, уважительной. Кто-то из мастеров поднял вопрос, почему в 1-м эскадроне, до комэска Пугача, оружие содержалось в безобразном состоянии. Михаил Тимофеевич признал, что это действительно так. А причиной, в основном, было то, что не каждый командир выдерживает испытание властью и даже маленькой. Не каждому дано по своим деловым и общечеловеческим качествам утвердить себя в коллективе, снискать уважение людей. Если же этого нет, то и то и приказы командира теряют свою весомость, падает требовательность, а соответственно, и дисциплина. Снова поднялся вопрос о ранах войны, излечимых и неизлечимых. Потом еще много говорили о жестокостях войны, о лишениях наших тружеников в тылу, которые отдают все для того, чтобы победить врага. Вспомнили и ряд историй из довоенной жизни. После политинформации и беседы приступили к ремонту оружия. Сегодня отремонтировали ножны шашки Красникова. Он остался очень доволен тому, что сохранили ему дорогую память о его деде. Сегодня, кажется, всем можно и отдохнуть. Погода стоит тихая, над гаснущей зарей алеет легкая дымка ноябрьских дней. Из далека доносится пулеметная и ружейная стрельба. Это ведут бой соседи нашего полка. А здесь тихо, и я привычно стал думать о доме, о том, как складывается общая обстановка на фронтах. Вчерашняя бомбежка обошлась полку: убитых – 15, раненых – 27, убитых лошадей – 17.
28 ноября 1942 года (суббота) – день 525
Со всем личным составом мастерских проверяли, ремонтировали оружие в 3-ем эскадроне. Не нравится мне отношение личного состава в этом эскадроне из-за плохого ухода. Попросил исполняющего обязанности командира эскадрона ст. лейтенанта Музалевского И.С., чтобы он провел соответствующую работу с командирами взводов по материалам моей проверки. Иван Семенович собрал всех командиров взводов и сделав им внушение, потребовал лично и ежедневно проверять во взводах оружие. Может быть, это поможет. Возвращаясь с эскадрона, мы всем личным составом решили несколько минут передохнуть в лесу. Завязалась беседа, стали каждый вспоминать о своих родных краях. – Да, разве здесь леса, – говорит оружмастер Соленов, – их в сравнении с таежными можно назвать кустами. Там – стена деревьев. А зимой, вот в эту пору, эти джунгли заваливает снегом. Он настолько глубок, что в нем можно бесследно утонуть. Нет, вряд ли кто из вас представляет, что такое тайга. Тот, кто побывал там, полазил по ней зимой и летом, то можно считать, что этот человек прошел огонь и воду, войну и его можно сравнить с опытным и изощренным разведчиком. – А ты-то лазил сам по этим лесам-джунглям, – неожиданно задал вопрос Гайворонский. – Нет, не пришлось, меня призвали в армию. Этот ответ вызвал дружный смех присутствующих. Но не таков Соленов. Он умеет придерживать, оставлять про запас козырную карту, а потом, в решительный момент, бросить ее на стол. – По джунглям мне довелось лазить всего лишь три зимы и три лета. – говорит Соленов, – но разве это время дает право считать себя настоящим таежником.
29 ноября 1942 года (воскресенье) – день 526
В течение ноября полк от артснабжения армии получил еще по несколько единиц стрелкового оружия и минометов. Полк имел и пополнения, и потери и в личном составе, и в вооружении. Дивизия забрала в полку 82 мм минометы, а взамен им дала недостающие 50 мм минометы. Полк получил 7,71 мм иностранную зенитно-пулеметную установку «Брен». Видимо, поступившую в СССР по Ленд-лизу. Изучал ее несколько дней. Потом учил расчет во главе с командиров взвода ПВО мл. лейтенантом Талаховым Хаджи Кавизизариковичем правилам ее эксплуатации. Талахов очень сердится и нервничает по поводу громоздкости устройства и неудобства ее обслуживания. Помогал мне осваивать установку «Брен» и артмастер рядовой Старожилов П.И. Мне с ним легко и хорошо. Работу он выполняет спокойно. У него всегда масса толковых идей. По натуре он очень эмоциональный человек, имеет много единомышленников. Петр Иванович предложил свои услуги на несколько дней остаться в качестве номера расчета, чтобы помочь основательно ее освоить расчетом. Я согласился. Вот этот поступок действительно достоин поощрения и всяческого уважения к Петру Ивановичу.
30 ноября 1942 года (понедельник) – день 527
Ноябрьские дни не баловали нас, особенно в последних числах. Часто шипели и стучали дожди, свистела мокрая и снежная пыль. Постоянная изморось и холод, недостаток пищи и бессонные ночи буквально изнуряли и нас, и коней. Достаточно было привалиться на землю, как сразу же засыпали. В населенных пунктах, как правило, находились не по долгу, все больше в степи, в поле. Было несколько попыток делать землянки силами мастеров, но для этого у нас не хватало сил. Пытались применять противотанковые мины или тол для выброса земли. Это немного облегчало наш труд. Но для землянок, чаще всего, не находилось перекрытий. Ведь ни в Ногайской, ни в Калмыцкой степях, ни в Ставрополье нет деревьев, один бурьян. Поэтому наши землянки представляли открытые щели, а в стенках делались лежанки или «лисьи норы». В щели и на лежанки набрасывали бурьян, а сверху прикрывались плащ-накидками, концы которых закрепляли колышками, а сверху тоже клали бурьян. Однажды использовали кузов сгоревшей «Эмки». Иногда устанавливали и печки, каминного типа. Трубы делали из цинковых коробок из-под патронов. В каминах сжигали и бурьян, и тол. Но тротиловые шашки очень сильно коптили. Больше сжигали патронные ящики. Из щелей вылезали чумазыми, и все же это считалось наиболее лучшим отдыхом. Делали две «щели», на четыре лежанки каждая. Это нас вполне обеспечивало. Иногда даже обходились и одной. Мастера часто ходили по подразделениям. Кроме того, необходимо было нести службу по охране лошадей и корма для них. В противном случае тут же уведут и лошадей, и, с большим трудом добытый, овес Человеческий инстинкт оседлости все же давал о себе знать, как было жалко, когда приходилось покидать обжитое место, напоминающее мне, чем-то, домашним уютом. А может быть это только потому, что в устройстве землянок, окопов и щелей был заложен определенный труд. А сколько возникало случаев сделать, и тут же покинуть эти сооружения – не сосчитать. Первой радостью для нас в 1942 году была ноябрьская сводка, в которой говорилось, что в результате перехода Советских войск 19 ноября в контрнаступление в районе Калача соединились наши фронта, взяв в кольцо большую группировку противника.
1 декабря 1942 года (вторник) – день 528
На улице подморозило. Жидкая кашица под ногами схватилась, смерзлась. Землю присыпало тонким снежком. Наша одежда покрылась жёсткой плёнкой. Обледенели и дороги. Лошади, взламывая наледь, хлюпая, плелись по вязкой, и еще не успевшей подмёрзнуть почве. В населённый пункт мы вошли ночью. Разведотряд доложил, что в селе находится около 50 полицейских и 5 немецких военнослужащих, как показали жители. На каждый дом была назначена группа захвата немцев и изменников. Через несколько минут вверх взмыла красная ракета, означающая о начале операции. Сразу же послышалось перестрелка. Вскоре, по населённому пункту немцы начали вести артогонь. Один из снарядов влетел в дом и разорвался. Осколками смертельно ранены мать и отец, а лежавшая между ними, пятилетняя дочка осталась невредимой. Она сидела в кроватке тихо-тихо плакала. Полк возвращался с ночного рейда с небольшими трофеями оружия и боеприпасов. Были приконвоированы 40 полицаев и 5 немцев. Бойцы и командиры с ликованием восприняли весть о продолжающемся наступлении наших войск под Сталинградом и на Центральном фронте.
2 декабря 1942 года (среда) – день 529
С армейского склада доставил 2 машины ЗИС-5 боеприпасов. По пути случился курьёз. Сидя в кабине машины, я почувствовал, что меня что-то пощипывает всё больше и больше. Думаю, это от долгого сидения. Впереди у обочины дороги хлопотали у костра солдаты. Решил я остановиться, размяться и постоять немного у костра, погреть ноги. Подошёл к костру и, не успев поднять ногу, тут же, как спичка на мне вспыхнула одежда, шинель и брюки. Солдаты, тут же, свалили меня и забросали своими шинелями, загасив пламя. Оказалось, что в пути отвернулась крышка бензобака, находящегося под сиденьем. При движении бензин расплескался, изрядно промочил сиденье, шинель и ватные брюки. Так ведь можно запросто сгореть.
3 декабря 1942 года (четверг) – день 530
По традиции, установившейся в полку, нам представили вновь прибывшего на должность командира 2-го взвода 4-го эскадрона лейтенанта Буфалова Леонида Матвеевича, уже немолодого, но ещё энергичного человека. После совещания у командира полка обошёл с мастерами ряд подразделений: произвели проверку и мелкий ремонт оружия. Был на партсобрании. Прихожу к выводу, что все-все собрания, хотя и имеют разные повестки дня, сводятся к одной более важной и более ответственной задаче – к воспитанию людей в духе непоколебимой стойкости, укреплении уверенности у личного состава, что мы должны, мы можем выстоять, удержать занимаемые рубежи и не допустить гитлеровцев дальше. Партия требует от каждого из нас строжайшую воинскую дисциплину и железную выдержку. И на сегодняшним партийном собрании весь разговор шёл вокруг призывов: «Каждый обязан драться до последнего дыхания!!!», «Сделать оборону неприступной крепостью!!!». Зам командира по политической части майор Даниленко несколько раз за собрание направлял высказывающихся в русло, определённое повесткой дня. Делал это умело и безобидно. Нравится он мне своим уважительным отношением к людям, умение незаметно дать дельный совет. В своём выступлении он и на этот раз не забыл напомнить коммунистам о сохранности оружия, об обеспеченности боеприпасами. В лице Василия Антоновича я вижу талантливого воспитателя и опытного политработника.
4 декабря 1942 года (пятница) – день 531
Отправив мастеров в подразделения, с коноводом Уталиевым выехали на лошадях в надежде в поселениях найти корм для лошадей. Мы посетили несколько населённых пунктов, но ни овса, ни сена приобрести не могли. Жалко было смотреть на истощавших лошадей. Разжились мы лишь несколькими лепёшками, большую часть которых скормили лошадям. Но это было капля в море. На обратном пути наше внимание привлекла одиноко стоявшая в степи скирда с соломой. Подъехав к ней, спешились, и дали волю нашим лошадям покопаться в соломе. Сами начали обследовать стог. Не составило трудности заметить, что в скирде есть лазы, что здесь кто-то побывал. Обнаружил внутри наподобие 2 гротов. Можно уже становится в рост. В темноте руками ощупываю вокруг. Обнаружил два мешка с овсом, несколько консервных банок ящики с патронами и ручными гранатами, станковый пулемёт и две ручные гранаты, три противотанковых ружья ПТР, кучу винтовок. Нам крупно повезло. Забрав один мешок с овсом, мы принялись кормить лошадей. Их торбы быстро опустошались. Теперь, когда мы продолжаем исследовать, наши лошади стоят смирно, уставив умные морды в стог сена. И когда овес в торбе подходил к концу, они своё негодование выражали протяжным ржанием и щёлканьем хвостом. Решили скакать до пулеметного эскадрона, чтобы немедленно прийти сюда с тачанками. Более часа потребовалось, чтобы снова вернуться. Вслед за нами прибыли три тачанки с расчётами. Пока грузили трофеи, я ещё раз обследовал таинственное жильё со складом. Вскоре, в стенке грота нащупал рыхлость, легко выдернул охапку с соломой, и рука ощутила пустоту. На мою команду – «Вылезай», ответа не последовало. Из пистолета произвожу два выстрела. Просовываю руку в нишу и нащупываю там постель. Вытаскиваю подстилку. Охватывает волнение – бурка! Вторая подстилка тоже бурка! Нам с коноводом повезло! Погрузив находки, мы неторопливо вернулись в полк. Кому же принадлежит это всё – загадка. Этим вопросом занялся уполномоченный. Тщательно производит досмотр найденного (конечно, кроме бурок, которые мы не пожелали отдать на исследование). Пополнится оружием и боеприпасами на этот раз помогла нам забота о своих лошадях. Сегодня ещё раз убедился в благоразумие и мозговитость коновода Уталиева. Он работяга. Хороший наездник. Лошадей любит. Не беда, что его экспансивный характер с восточным нравом, а с глухим тембром голоса, кажется немного жестковатым. Он человек благодарный.
5 декабря 1942 года (суббота) – день 532
По распоряжению начальства 110-й КД полк передал в дивизию 30 винтовок, два ружья ПТР, станковый пулемет и два ручных. Короче, всё чтобы нами была найдено. Капитан Трак объяснил мне, что дивизия едва на 50% обеспечена оружием. Сегодня снова имеем встречу со старшим лейтенантом Влащицким. Николай Андреевич коренастый, черноволосый весельчак. Быстро освоился среди товарищей. Хотя и прошло всего 2 дня, а он уже считался старым, общим другом. Я позавидовал ему весёлому характеру и быстрому сближению с людьми. Вспоминая тяжелое время первого года войны, и сопоставляя с полугодовалым пребыванием на Северном Кавказе, мне кажется, что войска, вопреки всему, ощущают ещё больше трудностей во всём. Здесь острее ощущается нехватка всех видов вооружения и боеприпасов и особенно в полевой, зенитной артиллерии. В небе редко появляются над полем боя наши самолёты. Да и танки редкие гости на поле боя. Во всём чувствуется, что наши войска сильно обескровливание и измотаны. Держатся только на отчаянной храбрости и ценой неимоверных усилий добиваются успехов в атаках, в удержании рубежа обороны. Хотя, может быть, это мне так кажется?
6 декабря 1942 года (воскресенье) – день 533
Сегодня очень удачный день. В армии получил 130 автоматов ППШ, даже сверх штата. Доволен этим и командир полка майор Нижерадзе. Тут же выдали автоматы в эскадроны. Автоматического огня прибавилось намного. Как бы у нас их ни отобрала дивизия. Надо было съездить в артпарк 110-й КД, но до ж/д станции Таловка добираться по такой дороге нелегко. Планирую эту поездку на завтра. Направляюсь в подразделения. В пути, неожиданно, с неба посыпались листовки. Подбираю несколько из них. Все они отпечатаны типографским способом. По содержанию нельзя сказать, чтобы их писал неопытный человек. Автор, используя знания психологии некоторых людей, пытается вразумить плохо разбирающихся в политике о неотвратимости победы германской армии. Это повторяется без конца. Одна из листовок под названием «Торжественный призыв к обманутым Сталиным» говорится о том, что якобы дни Советской Армии и власти сочтены. Что Сталин из кожи вон лезет, чтобы доказать обратное. Но уже все наркоматы и заводы промышленности России сворачивают свою работу. У них иссякло сырьё, нет специалистов и рабочих рук. И далее, автор этой гнусной листовки призывает подумать, ещё раз и не боясь таких солдат сдаваться в плен, так как их солдаты будут вам первыми друзьями. Только они помогут обрести сдавшимся в плен, спокойную и светлую жизнь. Вот и подумай об этих наглецах. Ведь без всякой доказательности, нагло идут на искажение действительного, фактического положения дел. Какая же здесь политика – это просто шарлатанство зарвавшегося политика.
7 декабря 1942 года (понедельник) – день 534
Погода пасмурная. Дороги развезло. Верхом на лошадях, с коноводом побывали в дивизионном артпарке. Приобрёл некоторые запасные части для восстановления, вышедшего из строя, стрелкового оружия. На обратном пути к нам присоединился, вновь назначенный в полк, на должность командира взвода 50-миллиметровых минометов в 3-й эскадрон младший лейтенант Сотников В.В. Он года моложе меня точка назначения получил после прохождения курсов Минометчиков. В пути мне впервые довелось услышать о буддийских храмах. Вдалеке от дороги стояла пагода с остроконечным шпилем, а чуть дальше крошечная придорожная часовня. Решил посмотреть, чем они отличаются от церквей. Солдату трудно, а иногда некогда снимать сапоги, чтобы соблюсти уважение местного обычая, когда заходишь подобные учреждения. Мы заскочили туда на секунду, чтобы познакомиться с неведомым для нас. Пагода была пустой. Мы рассмотрели непривлекательное изображение Будды. Безусловно, никто из нас и не подумал, что здесь надо класть цветы и зажигать благовония свечи.
8 декабря 1942 года (вторник) – день 535
Идёт дождь со снегом. Дует сильный западный ветер. В этот день мы познакомились, с вновь прибывшим в полк, начальником штаба полка капитаном Тухарели Давидом Васильевичем. Ездил машиной в артпарк 110-й КД в Таловку за минами к шестиствольному немецкому миномёту. Привёз полную машину. В артпарке мне сказали, что 110-я КД теперь входит в состав 4-го Гвардейского КККК. Сегодня в полку, от ран скончался командир второго взвода 2 эскадрона Младший лейтенант Жиляев Дмитрий Тихонович. Хоронили торжественно с воинскими почестями. В эскадронах, с сегодняшнего дня, создание ударных и стремительных групп. Я и техник Красилов с мастерами занимаемся их обеспечением. Возникли новые задачи: что предпринять, чтобы группы имели повышенный запас боеприпасов. Эти группы ведь будут выполнять боевую задачу в отрыве от основных сил полка. Пришлось обеспечить их дополнительным количеством пулеметных лент и дисков. Всё это требуется разместить и укрепить на тачанках. Меня радует, как начальника то, что техники и мастера работают с вдохновением с полным напряжением сил.
9 декабря 1942 года (среда) – день 536
Артснабженцам часто приходилось доказывать свою правоту, будучи в 978-м СП 261-й СД. Хотя и значительно реже, но бывали случаи и здесь. Считаю, реже они потому, что здесь службой артснабжения руководит сам командир полка. Тем не менее, случилось и сегодня. Замкомандира полка по тылу капитан Зайцев, в самый ответственный момент, встал в позу амбиции, видите ли, он не может выделить транспорт для подвоза боеприпасов только потому, что я ему об этом ничего ему не сказал командир полка. Это повлекло за собой задержку с подводом боеприпасов на целых 6 часов. Не слишком ли дорогой ценой может обернуться подобная амбиция в более сложной боевой обстановке. Моя совесть прямо скажу – бунтует. И всё же оправдание может быть одно: недоработанность штатной структуры, нет уверенного толкования о месте и роли службы артснабжения в частях. И всё же, я глубоко верю, чем дальше, тем отчетливее вышестоящее начальство начнёт осознавать, что с должностной недооценкой службы снабжения надо кончать, и это единственный путь, хотят они того или не хотят службу делать более самостоятельной, путём придания ей транспортных средств подвоза. Хотя все эти заметки отражали мои первые впечатления, но они останутся надолго горькими воспоминаниями. Я не фаталист и никогда не верил и не верю в сверхъестественное. Однако я верю в то, что, как и во всём, человеческий разум победит Найдутся умные командиры, которые поймут истоки всех бед и трудностей в службе снабжения и покончит с ними. Это, в первую очередь, пересмотрят целесообразность её подчинённости начальнику артиллерии. Служба должна находиться в руках командира части, соединения.
10 декабря 1942 года (четверг) – день 537
Полк к исходу дня поднят по тревоге, быстро вытянулся в колонну и вышел маршем в тыл к противнику. Задача прежняя: разведка тыла противника, захватить пленных, изменников Родины. Полк движется в полной темноте. Слышны лишь цоканье копыт, редко ржание лошадей, скрип повозок и тачанок. В колоннах люди словно спят, ни произносит ни одного слова. Сегодня полк, как никогда, выполнял задачу на большую глубину в тыл противника. В полночь мы ещё не добрались до намеченного населённого пункта. С утра и до объявления тревоги, с личным составом мастеров проводил занятия по подготовке их на взаимозаменяемость. В соответствии с решением собрания в полку начала создаваться снайперская команда. В подразделениях отыскивать бывшие охотники, ворошиловские стрелки, бывшие активисты стрелковых секций ОСОВИАХИМа. В команду собрано 12 человек. А снайперских винтовок в полку всего 2. Согласно расписания, в этой команде, я должен ежедневно, в течении двух недель, проводить по 2-3 часовому занятию. В программе их обучения: научиться выслеживать противника, выбирать основные и запасные позиции, умело маскировать их, метко безошибочно поражать цели, правильно приводить винтовку к нормальному бою.
11 декабря 1942 года (пятница) – день 538
Полк в первом часу ночи обшарил населённый пункт. Гитлеровцев здесь не оказалось, прихватили старосту села. Полк возвращался к прежнему месту дислокации. Начало светать. Вдруг пронзительный сигнал к развертыванию к бою. Не успели как следует развернуться, как противник врезался в наше подразделение, и началась рукопашная схватка. Что-то не похоже на противника, ведь он всегда избегает рукопашного боя. Потасовка идёт вовсю. У меня автомат. Применить его как огнестрельное оружие просто невозможно. Справа сцепились и покатились по земле наш боец и немец. Подбегаю, и что есть силы убью в затылок немцу, окованным сталью прикладом автомата. Мне показалось, что послышался какой-то до этого неведомый треск черепа. Фриц расцепился с бойцом и откинул голову навзничь. Боец ему для надёжности добавил ещё. Оглядываюсь кругом. Всё уже покончено. Рукопашная схватка длилась считанные секунды. За всё прошедшее до этого время войны, мне, по роду службы, не приходилось участвовать в таком виде боя, хотя и был свидетелем этого. А сегодня я, можно сказать, испытал на себе. Но что же за чудо произошло. Ведь рукопашный бой не удел тактики немцев. Оказалось, что это было казачья сотня изменников Родины в немецкой форме и случайно, по недоразумению, вклинились в нашу полосу. Для них был единственный выход отбиваться. Днём провёл занятия со снайперами. Мастера раздобыли ещё три снайперские винтовки. Сегодня два снайпера впервые готовятся выйти переднему краю, чтобы получить первую практику применения полученных ими знаний. Они должны на деле показать свою ловкость, проворство, способность пролежать несколько часов в засаде в эту холодную и пасмурную погоду. Но подобранным в команду людям это не страшно. Личный состав команды – это закалённые и здоровые сибиряки и уральцы.
12 декабря 1942 года (суббота) – день 539
Получено приказание направить в распоряжение артснабжения дивизии имеющуюся автомашину и 12 артиллерийских лошадей для получения 45 мм и 76 мм орудий с отделения склада 44-й армии. Приказано выехать и мне. Когда же мы прибыли на ПААС 1371, то там уже никаких орудий не было. Все орудия предназначены для 110-й КД забрал 4-й КККК. Так мы снова остаёмся без артиллерии. Когда я вернулся в штаб 110-й КД, меня встретил начальник штаба дивизии полковник Теврюков, спросив кто я, приказал зайти к нему. До этого я с начарттехснабжения Траком договорился ехать в штаб Северной группы войск и пожаловаться на «партизанские» действия 4-го корпуса, который забрал предназначенные нам орудия. Ждать пришлось несколько часов. Готовились списки начсостава 110-й КД, которые я должен доставить штаб Северной группы. Списки доставил, а решить вопрос с получением артиллерийских орудий ничего не получилось. Орудии на складах больше не было, а у кого оказались орудия, как я понял, штабу группы безразлично, 4-й КККК или 110-я КД. Возвратился я ни с чем, если не считать, что раздобыл 3 снайперских немецких винтовки. Теперь в полку 6 винтовок, то есть одна на двоих. К исходу дня вернулась с переднего края первая пара снайперов с вестью открытия ими счёта: 2 уничтоженных гитлеровца. Занятия со снайперами произвёл арттехник Красилов. Он же провёл занятие с мастерами.
13 декабря 1942 года (воскресенье) – день 540
Боевая обстановка в полосе действия полка и наших соседей становится всё стабильнее. О соседях мы постоянно знаем из информации наших штабных работников. Для полка это стабилизация не говорит ничего. Ведь ему, кроме оборонительного рубежа или опорного пункта, надо по-прежнему совершать рейды по тылам противника. Поэтому уставший личный состав подразделений, и в этом случае стабилизации, не мог получать нужного отдыха и по-прежнему держатся на пределе. Неважно осуществляются и артснабженческие дела. Сам усталый, и работаешь с людьми до предела уставшими. Иногда, да, пожалуй, часто, на этой почве возникают конфликтные ситуации. Вот и сегодня, на повышенных тонах произошёл неприятный разговор арттехника Красилова с заместителем командира пулеметной роты. Красилов, найдя непорядок в содержании пулемётов, потребовал привести их в боевую готовность: вычистить, смазать, залить охлаждающую жидкость, снарядить ленты. – Вам больше нечего делать, – заявил ему замкомэскадрона, – вот Вы ходите, мешаете работать. У меня люди валятся с ног. – А если сейчас потребуется отразить налёт противника, кто его будет отражать? Свежие люди или эти же самые, – спросил Красилов, – а пулемёт это не готовы. Лишь под большим нажимом удалось заставить привести пулемёты в боевую готовность, а потом дать отдых людям. Сегодня, на ходу, «обмыли» присвоение очередного воинского звания «старший лейтенант» адъютанту комполка Станкевичу Валентину Михайловичу. Одновременно отметили его повышение в должности – он назначен командиром эскадрона.
14 декабря 1942 года (понедельник) – день 541
Сегодня, на партийном собрании, шёл разговор о том, что, чтобы успешно бить фашистов одной храбрости недостаточно, нужно уметь воевать. Мол, война – это тоже работа, которую надо выполнять с душой. Немного странно, но это действительно так. Собрание потребовало от коммунистов, чтобы каждый находил время, и одевал военным делом, без чего ныне нельзя победить фашиста. После собрания я посоветовался с личным составом артснабжения, довёл до него решение партийного собрания. Тут же решили взять на себя обязательства, чтобы в своей практической деятельности не допускать случаев отказа в работе оружия и овладеть в течение полутора месяцев смежными специальностями с тем, чтобы каждый мог заменить другого. Также приняли обязательство на более широкое развёртывание пропаганды технических знаний оружия и ухода за ним, на содействие развитию снайперского движения в полку. Составил расписание занятий с мастерами на подготовку их на взаимозаменяемость. Предусмотрено проводить больше практических занятий. Сегодня же и состоялось первое занятие. В течение двух часов изучали пулемёт Максима.
15 декабря 1942 года (вторник) – день 542
На совещании у командира полка, сегодня, замполит представил начальствующему составу группу, прибывших в полк политработников, в их числе: старший политрук Мещеряков Иван Андреевич, 1899 года рождения, назначенный на должность секретаря парторганизации; лейтенант Гевель Григорий Васильевич, 1918 года рождения, прибывший на должность секретаря комсомольской организации полка, старший лейтенант Ширин Иван Евлампиевич, 1915 года, замкомандира 3-го эскадрона по политчасти; старший лейтенант Меремуков Аслан_Герей Коншаович, 1904 года рождения, замкомандира 2-го эскадрона по политчасти. Сегодня, состоялась случайная встреча с сотрудником дивизионной газеты «Красный кавалерист» с лейтенантом Чурюмовым Сергеем Микояновичем. Я поинтересовался у него, нельзя ли на страницах газеты помещать статьи, направленные на воспитание чувства ответственности за сохранность оружия, за бережное отношение к нему. – Почему же, – сказал Сергей Микоянович, – мы охотно будем это делать, если вы будете нас обеспечивать интересным, содержательным материалом. – Могу предоставить такой материал, вот сейчас, как говорится, не отходя от кассы, – говорю ему и, достав из планшетки, передаю ему листок. Здесь были наброски материала для приказа по полку. – Очень хороший материал, – пробежав глазами по бумаге, сказал сотрудник газеты, – но здесь недостаёт того, что могло бы явиться эталоном, на кого можно было бы равняться и к чему стремиться. Даю ему и такой материал. Он благодарит и обещает поместить в газету. Одновременно он дал мне ряд советов, как надо писать, чтобы газета беспрепятственно могла поместить заметку, и чтобы от этой заметки была польза делу. На этом мы расстались.
16 декабря 1942 года (среда) – день 543
Полк получил боевое распоряжение на выполнение задачи по захвату населённого пункта Ачикулак. Этот населённый пункт всем нам давно известен. Здесь велись, пожалуй, самые активные боевые действия. Целый корпус не мог справиться с Ачикулаком. Он переходил уже много раз из рук в руки, и терпели поражение одна за другой дивизии. В конце дня полк вошел в соприкосновение с противником и завязал бой. Противник подпустил наши эскадроны на близкое расстояние и начал вести сильный артиллерийский, миномётный, и пулемётный огонь. Прижал 2-й и 3-й эскадроны к земле. 1-й эскадрон, действовавшей на левом фланге, сумел с ходу захватить юго-восточную окраину Ачикулака и территорию МТС. Полк понес большие потери. 16.12.42 110-я КД вступила в боевые действия с противником в районе Каясула – Ачикулак. В составе дивизии 2.734 чел., в т.ч., русских – 1.430 (53%), калмыков – 316 (12%), украинцев – 300 (11%), белорусов – 106 (4%), грузин – 119, армян – 112, азербайджанцев – 91, остальных национальностей – 9%. Членов и кандидатов в партию – 303, ВЛКСМ – 350. Винтовок – 55%, ручных пулеметов – 65%, минометов – 70%, орудий и боеприпасов к минометам нет. (ф. 110 КД, оп. 13380с, д. 55, л. 105) 110-я КД выведена из состава 4-го гв. КККК и вошла в оперативное подчинение 151-й СД. До подхода 151-й СД – 110-я КД удерживала рубеж Махмуд-Мектеб, Тукуй-Мектеб, Каясула. По приказу 4-го КККК (пока не перешли в подчинение 151-й СД) 273-му КП было приказано занять Ачикулак, в котором, якобы, нет противника. Операцией руководил начальник разведки корпуса полковник Иванов. 273-й КП предпринял наступление: 1-й эскадрон слева, 2-й в центре и 3-й справа. Сразу же выяснилось, что противник имеет хорошо укрепленную оборону. Он подпустил подразделения 273-го КП на близкое расстояние, и открыв мощный огонь, прижал к земле 2-й и 3-й эскадроны. В это время 1-й эскадрон захватил южную и восточную окраину Ачикулака, территорию МТС. Полк в течение дня стойко отражал натиск противника, но с наступлением темноты, был вынужден отойти на исходные позиции на 2-3 км от Ачикулака. В этом бою погибли старший лейтенант Пугач Петр Сергеевич, командир 3-го взвода мл. лейтенант Соловьев, командир пулеметного расчета Абхаидзе, рядовой взвода ПТР Алимбаев, связист Денисенко, сапер Думбалиев, медсестра Поддубная, командир взвода ПТР Емельянов Дмитрий Иванович… Враг старался удержать Ачикулак из-за дороги Моздок-Ачикулак, позволявшей противнику обеспечить быстрый маневр моторизованными войсками по фронту.
17 декабря 1942 года (четверг) – день 544
Командный пункт нашего полка размещается на изрытой разрывами, исполосованной танковыми гусеницами, безымянной высоте перед Ачикулаком. Фашисты контратаковали наши подразделения, бросая в наступление полтора десятка танков, бросали беспрерывно. Стреляли по ним из противотанковых ружей бойцы, один-на-один выходили с танками, бросая в них связки гранат и бутылки с зажигательной жидкостью. Уцелевшие танки скрывались в лощине, за курганом, а немного погодя, снова осторожно выползали и занимали позиции за своими же подбитым танками-собратьями. Где-то недалеко, слева нашего фланга, действовала танковая группа наших войск. Я впервые наблюдал, как немцы справлялись с американскими танками «Шерман». Это небольшие, но высокие боевые машины, горели ярким пламенем, освещая горизонт ночного неба. Здесь же, впервые, мне довелось увидеть сгоревшие трупы танковых экипажей. Тела их выглядели настолько маленькими, что напоминали пяти-шестилетнего ребёнка. Полк нес большие потери. Как видно, противник подтянул свежие силы, которые вступили в бой, перешёл в контрнаступление. Первый эскадрон решительным приступом ворвался на окраину Ачикулака, дальше не мог продвинуться ни на шаг. Этот узел сопротивления противника показал себя мощным узлом, с которым полку не справится. Здесь же, с немцами вместе сражался батальон изменников Родины. В одном раненом боец нашего полка опознал своего родного брата. Брат-изменник, встретившись взглядами с братом, попросил дать ему воды. Но вместо воды получил пулю. Боец забрал у него документы и доложил своему командиру. Командир полка, заметив в бинокль движение группы людей на правом фланге, подозвал меня и приказал быстро на броневике выехать туда для уточнения обстановки. Не успев оббежать высотку, на которой находился командный пункт, как майор Нижерадзе подал мне знак остановиться и подойти к нему. Когда я подбегал к командиру полка, в это время в броневике, занял место командир взвода пулеметного эскадрона младший лейтенант Добриков Павел Михайлович, и сразу же направился выполнять поручение вместо меня. А мне же комполка приказал срочно подать боеприпасы в эскадроны и 82 мм батарею. Написав записку, я срочно послал, находившегося со мной, писаря Гайворонского в хозвзвод. Было видно, как броневик подъезжал к назначенному пункту. Вдруг показалось несколько вспышек, дымок, выстрел по броне – по броневику вели огонь из противотанковых ружей. Броневик развернулся и на полной скорости возвратился на командный пункт. Командир пулеметного взвода был уже мёртв. Пуля, прошив легкую броню, через сердце, вышла под лопаткой, образовав большую рваную рану на выходе. В ночь с 17 на 18.12 противник подтянул два батальона и два эскадрона конницы, открыл сильный огонь артиллерии и перешел в контратаку. Неся большие потери, полк отступил в восточном направлении и занял оборону. Погиб командир взвода пулеметного эскадрона младший лейтенант Добриков Павел Михайлович На белой коже зияла темная, с неровными краями рана. Из глубины ее выступал свежий, вишневый сгусток крови. Двое солдат несли его тело, прикрытое солдатской шинелью; из-под полы торчали начищенные хромовые сапоги со шпорами. Это, пожалуй, единственный ритуал, когда в армии нарушается субординация: старшие сами приходят проститься, а младшие закапывают старшего. Замполит – душеприказчик, такова уж его должность. Так оборвалась жизнь нашего товарища, весельчака и балагура. С чувством большой скорби мы прощались с товарищем по оружию. Хоронили его тут же. Все свершилось за считанные минуты. Хотя в армии не принято задавать вопросы, из-за кого, отчего, почему кто-то жив, а кто-то убит. Ведь поехал бы я, меня могла бы постигнуть такая же участь. После похорон я встретил машину и повозки с боеприпасами. Обеспечили ими все подразделения.
18 декабря 1942 года (пятница) – день 545
Не дожидаясь указаний на подвоз боеприпасов, я, с утра, послал Гайворонского за боеприпасами. Во взвод снабжения теперь были прикомандированы ещё две автомашины ЗИС-5. По всем расчётам автомашины с боеприпасами должны подойти к командному пункту к 14:00. Бой был ожесточённый. В этом бою воинами полка была применены, известные всему миру, Русская смекалка и отвага. На КП прибежал командир взвода лейтенант Климчук и докладывает комполка, что нет воды, нечем заливать кожуха пулемётов. Всем взводом мочатся в них, и не хватает, а также совершенно отсутствует связь с соседями. Но командир полка назвал его трусом и снова выпроводил в подразделение. А вслед за ним послал бойцов с термосами, наполненными водой, и с ящиками с патронами. Но и не обошлось на этот раз без курьезов. Только что назначенный, бывший адъютант комполка, на должность командира эскадрона старший лейтенант Станкевич не сумел показать себя в бою. Его эскадрон начал без команды отходить. Видимо к этому времени его воля ещё не обрела командирская твёрдости и он, попав в непривычное для него состояние, когда между чувствами мыслями и обстановкой, в которой он оказался, не было единства. Он не сумел показать своих командирских качеств, за что придётся отчитываться перед судом Военного Трибунала. Зная его хорошо на адъютантской работе, как-то долго не выходила из головы его судьба и его поступок. Всё-таки применить к нему какое-либо мягкое слово нельзя. Он явно струсил. Храбрый человек тоже не лишён чувства боязни, но он без ропота и не с раздвоенными чувствами идёт на выполнение задания, и у него не появляются мысли остановиться перед тем, если ему и угрожает смерть. Да, он должен ответить за нарушение данной им клятвы и присяги. Как у нас сейчас некоторые говорят о нём, что Станкевич суеверный. Но что его заставило быть суеверным? Как мы прикидываем, это ещё раз говорит о том, что он всё же обладает трусостью. Ведь суеверие – это и есть, как говорят, прикрытая трусость. Когда он прибежал на КП, бросив эскадрон, лицо его было бледным и обезображенным большими кровоподтеками у правого глаза, с разбухшими губами. Он дрожал, словно побывал в холодильной камере. Командир Эскадрона, командиром эскадрона он стал с 7 декабря. В 1940 году он окончил КУКС, был замкомэскадрона, адъютантом командира полка, начальником полковой школы. До войны он был артистом цирка и кино в городе Баку, 1911 года рождения. Это высокий подтянутый офицер. Лицо его было острое, худое, с резкими чертами фигура – тонкая, хрупкая, большие открытые глаза под густыми бровями, с небольшими кавказскими усиками, нос с горбинкой. Прибыл он к нам в полк с должности помкоменданта города Махачкалы. Противник открыл сильный огонь артиллерии и перешел в контратаку. Неся большие потери, полк был вынужден начать отход в восточном направлении и занять оборону в двух-трёх километрах по гребню высот. До начала отхода полка, с коноводом Уталиевым, я направился навстречу машинам с боеприпасами. Двигались мы, не торопясь, под впечатлением неудачно складывающегося боя. Наконец-то на горизонте появились ожидаемые нами машины, гружённые боеприпасами. Машины очень тяжело и медленно двигались по разбитому песчаному грунту, паря радиаторами. Старшим двух машин ЗИС-5 был помкомвзвода снабжения младший командир Пугачев. Во второй машине, вместе с водителем, сидела санитарка. Сдав свою лошадь коноводу, я сел в кабину второй машины, а санитарка перешла в кабину первой машины и разместилась вместе с Пугачевым и двинулись в путь. Подъезжая к командному пункту полка, который я покинул не более 2 часов назад, заметил, что ни людей, ни коней там уже и нет в помине. Что могло случиться? Не заблудились ли мы? Да здесь и блудить-то негде. Вижу, нам навстречу, метрах в 500-х, движется танк. Пытаюсь опознать его принадлежность. Впереди идущая машина остановилась, остановились и мы. Примерно с расстояния 300 м, танк начал обстреливать нас из пушки. Я с водителем выскочил из кабины, и залегли метрах в 100 в воронку. Вскоре загорелись обе автомашины. Танк на полном ходу зацепил и опрокинул, начавшую гореть, нашу автомашину. Ящики с боеприпасами рассыпались. Танк резко развернулся и 150-200 м от нас остановился. Из танка выскочили два немца, подхватили санитарку и опустили её в люк танка. Ни у меня, ни у шофёра на этот раз не было ни винтовки, не автомата. Так быстро удалился. Ещё три танка в семистах метрах от нас бороздили поле, там, где был передний край нашего полка. Автомашины догорали, несколько снарядов разорвалось и разбросало взрывом остальные. Подползли к первой машине. В кювете лежали убитые водитель и Пугачев. С водителем двинулись вправо – искать полк. Скоро к нам присоединился коновод Уталиев с лошадьми. Он, оказывается, был свидетелем, как немецкий танк расправился с нами. Через 2 часа мы нашли свой полк. Он теперь занимал рубеж в 3 километрах восточнее Ачикулака по гребню высот. О происшествии доложил командиру и комиссару полка
19 декабря 1942 года (суббота) – день 546
Сегодня, с самого утра, уполномоченный контрразведки дотошно домогается узнать о вчерашнем случае нашей встречи с танками. Он больше всего уточняет время, когда погрузились, сколько были в пути, где я встретил автомашины, почему перешёл в автомашину, почему долго везли боеприпасы. Пришлось мне ему доказывать, что в подводе боеприпасов существуют «инкубационный период», и что времени на подвоз было затрачено ровно столько, сколько это позволяли транспортные и дорожные возможности. Сегодня в полку потери 50-миллиметровых минометов. Командиру взвода 50-миллиметровых минометов первое эскадрона Монастырёву не было поручено провести разведку боем. Однако, взвод заблудился и попал в расположении немцев. Расчёты погибли полностью, утрачено 4 миномёта и 2 брички с минами. К 20:00 наш полк занял оборону в районе Новый Джамал и Махач-аул. Обратился с просьбой командир 4 взвода пульэскадрона младший лейтенант Джимбеев Б.Б. с просьбой, проверить у него во взводе всё оружие. Я с Соболевым осмотрел пулемёты, нашли ряд неисправностей. Устранили. Бадма Босхомджиевич остался очень благодарен.
20 декабря 1942 года (воскресенье) – день 547
Штаб сегодня побывал и в овощесовхозе № 7, и в Каясуле, и в Камыш-Буруне. Какова была цель такого нашего передвижения совершенно непонятно. Может быть, искали воду? В подразделениях полка отмечаются случаи отравления питьевой водой в районе Каясула. Такие жалобы поступили штаб почти от всех подразделений полка. Полк продолжает уточнять потери в личном составе, в конях, в вооружении. Потери оказались большими особенно в личном составе – около 200 человек. Было утрачено на поле боя: винтовок – 121, пулемётов ДП – 2, станковых пулеметов – 3, ружья ПТР – 2, миномет 82-мм – 1 и 50 мм – 6 штук, боеприпасов – 2 автомашины. В артснабжение армии отвёз акт на списание, утраченного вооружения в бою, одновременно, транспортом армии, привёз две автомашины боеприпасов. Ещё, на руках имеется наряд, на получение 5 тонн боеприпасов. Пока торопиться не буду. Они будут сверхподвижными запасами. Наши войска, ведя наступление в районе среднего течения Дона, продвинулись на 50-90 км, заняли свыше 200 населённых пунктов, в том числе города Новая Калитва, Кантемировка, Богучар, и районные центры Талы, Родченское, Боковская. Сегодня в полк доставлены листовки, выпущенные редакцией газеты «Красный кавалерист», по материалам, которые я несколько дней тому назад передал сотруднику газеты, Чурюмову. Хорошо. Это даже лучше, что листовкой. Обычно их читают от корки до корки.
21 декабря 1942 года (понедельник) – день 548
Управление полка сегодня занимается привидением своего хозяйства в порядок. Подразделения занимают оборону. Около 100 лошадей в Камыш-Буруне были собраны и подверглись иммунизации. Проводилось это мероприятие ветеринарной службой, совершенно на открытой и незащищенной местности. Стояла ясная погода. Вот появился разведчик «Фоке Вульф» и быстро удалился. Через несколько минут появилось несколько «Хейнкелей», которые выбросили несколько контейнеров, которые раскрываясь, рассыпали мелкие бомбы. Они рвались так часто и с таким треском, что будто бы работал автоматический миномёт и рвались мины. Противнику не составило большого труда с помощью авиации в течение нескольких минут покончить с тем, что особенно дорого кавалерийскому полку. Бомбёжка представляла ужасное зрелище. Лишь немногим животным, оторвавшимся от привязи, удалось спастись бегством от места бомбёжки. Рядом с нами располагалась база партизанского отряда. В этот день партизаны возвращались из тыла противника и шумно готовили себе обед. При налёте авиации разбежались в укрытие. Воспользовавшись этим, мои подчинённые беспрепятственно набрали на их кухне десяток ощипанных куриц и принесли в своё расположение. Как они выразились, что куриный бульон способствует исцелению болезней. Действительно, за последнюю неделю все мы сильно истощили, кушать почти ничего не было. Еле одну пшённую кашу. Хлеб не всегда был.
22 декабря 1942 года (вторник) – день 549
По сообщению радио, наши войска продолжают развивать наступательные действия в районе среднего Дона. 110-я кавдивизия имеет задачу прикрытия действий 5-го и 4-го кавкорпусов с севера, в направлении Морозовский, Ачикулак, Сунженское. За последнюю неделю произошло 3 несчастных случая. Погибли 3 солдата от самопроизвольных выстрелов от автоматов ППШ. Причиной явилось то, что владельцы этого оружия забывают вставить затвор на защёлку, а при ударе приклада об землю происходит выстрел. Посоветовавшись с заместителем командира полка по политчасти, пришли к выводу, что необходимо ещё раз, в подразделениях, провести по этому вопросу разъяснительную работу. Василий Агафонович Даниленко согласился издать по этому же вопросу листовку и предупредительную наклейку на автомате. В машинописной листовке, изданной сегодня, говорится: «За последнюю неделю, в результате небрежного обращения с автоматами ППШ, произошли три несчастных случая со смертельным исходом. Товарищи солдаты!!! Будьте внимательны и осторожны! Ставьте затворы автоматов на защёлку!». Все мастера и арттехник Красилов, находясь в подразделениях, вели разъяснительную работу. На крышки автоматов наклеили полоски бумаги с текстом: «Не забудь про защёлку!»
23 декабря 1942 года (среда) – день 550
Мл. воентехник Красилов Алексей Иванович с мастерами занимается в подразделениях. В моем распоряжении остались только коновод, писарь и завскладом. Алексей Иванович с первых дней начал проявлять большую инициативу и активность в работе. Быстро освоился с обстановкой, познакомился с начальствующим составом. Это меня радовало. Большую часть работы, которую занимали эксплуатационные и ремонтные работы, будет осуществлять Алексей Иванович. С первых дней его пребывания, я почувствовал, что теперь больше времени смогу уделять вопросам обеспечения полка вооружением и боеприпасами, улучшать учет в подразделениях и в полку, обеспечивать своевременное представление положенной отчетности в вышестоящие штабы. Сегодня Красилов, с моего согласия, штаб привлек для проведения со взводами ПТР, в которых поменялись и личный состав, и командиры. Сегодня приключился такой курьез. После проведения разъяснительной работы в химвзводе о правилах и мерах предосторожности при обращении с оружием, спустя полчаса, рядовой Кожевников решил убедиться лично, может ли произойти самопроизвольный выстрел при ударе приклада автомата о землю. Эта проверка стоила ему жизни. По этому вопросу майор Даниленко вызвал меня и командира взвода химзащиты мл. лейтенанта Орлова. Василий Агафонович пообещал провести партийное расследование и при необходимости привлечь Орлова к партийной ответственности.
24 декабря 1942 года (четверг) – день 551
Последние дни особенно одолевает голод. Все мысли – где бы добыть что-либо покушать. Да так, чтобы накушаться досыта. С питанием, как в Ногайской, так и в Сальской степях, где приходилось действовать полку, было очень голодно. И, не только нам, но и нашим боевым коням. Если кому-то удавалось приобрести мешок овса для лошади, то это было большое счастье. Но уж отходить от этого мешка было невозможно ни на минуту, его сразу же украли бы свою же товарищи. Было достаточно зазеваться, как с лошади могли снять торбу с овсом. Поэтому постоянной заботой было не только достать корм для лошадей, но и не допустить, чтобы его украли. В корм для лошадей иногда использовали солому, и даже старую с крыши. Недозволенными методами снабжения овсом приходилось иногда заниматься и мне, давая соответствующие указания коноводу, упрекая его в том, что он не может доставать овёс, как это делают другие коноводы. Проворчал что-то про себя Уталиев, приступал к выполнению задания, также обстоятельно, с той же методичностью, которую он привык вносить в любую работу. Он обошёл всех устроившихся на ночлег, поговорил с другими коноводами, и ночью у нас было полтора мешка овса. Когда лошади наши сыты, мы тоже себя чувствовали лучше. В армии сегодня удалось получить наряд на 20 пистолетов ТТ и 14 26 мм сигнальных пистолетов. Алексей Иванович Красилов сегодня проверял оружие в двух дивизионах, выявленные неисправности мастера устранили на месте. Он лично провел занятия со взводом ПТР 3-го эскадрона. Сегодня я еще раз убедился в его скромности. А как он яростно и болезненно относятся к чванству, к спеси, к хвастовству. Сам он человек большого сердца, уважает людей, обладает хорошими знаниями стрелкового оружия. Он первый поборник соблюдения, установленных требований, Уставов и Присяги. Это цельный и непосредственный человек, не знающий ни рисовки, ни позы, не резонерства.
25 декабря 1942 года (пятница) – день 552
После того как я узнал о болезни своей лошади, у меня к ней появилось больше жалости. Теперь я стал смело ездить на лошади, и ещё больше убеждался в болезни её передних ног. Я стал больше консультироваться с ветеринарным врачом, врачом 3-го ранга Ладо. Достаточно было заговорить с ним о коне, то считай разговор затянется насколько угодно, до бесконечности, так Степан Иванович был влюблён в своё дело. Последнее время я уже перестал обращаться к нему по поводу лечения коня. Пригревшись в седле, я направлялся в артснабжение 44-й А. Лошадь, мерно вышагивая по совершенно ровной дороге. Резкое её западание на передние ноги привело меня в движение, и я очутился у её передних ног. Встал, отряхнулся, посмотрел лошади в глаза. Мне показалось, что она смотрела на меня виноватым взглядом. Взяв под уздцы, я долго шагал с ней вместе по обочине дороги. Меня снова одолевает забота как бы накормить её. Овса у нас уже не было. Сено тоже мечта. Прибегнуть можно только к соломе – к той, которая неизвестно сколько лет называлась – «крыша жилья». Заночевали в артснабжении армии. Удалось выпросить 200 мин 82 мм. Ну что ж, и это дело. Совинформбюро сообщило о переходе наших войск в районе юго-восточнее Нальчика в наступление. Сломя сопротивление противника, наши войска продвинулись на 18-20 км.
26 декабря 1942 года (суббота) – день 553
Возвращаемся в Тукуй-Мектеб, в расположение полка. Мы очень голодны. Почти сутки ничего не было во рту. Коновод Уталиев уроженец Ногайской степи, он свободно может изъясняться со всеми народностями Ногайской степи и Калмыкии. Это позволяло ему легче, чем другим, приобрести иногда корм для лошадей, а иногда и кусок варёного мяса с лепёшкой. В пути он предложил мне заехать в одно из жилищ и отдохнуть после такого длительного марша, погреться. Я согласился. Лошадей привязали так, чтобы их всё время можно было видеть из окна жилища. Подвесили торбы, с только что раздобытым овсом, а сами зашли в жилье. Посередине на полу сидела женщина на овчинной шкуре ворсом вниз. Между ног у неё стояла примитивная мельница. Одной рукой она засыпала в приёмник мельнице зерно, а другой вращалась за ручку верхней жернов. Мука сыпалась на овчинную шкуру. Вокруг хозяйки дома, занимавшийся помолом зерна, сидело шестеро малышей, один меньше другого. Жарко топилась, степным бурьяном, печка, с вмазанным в неё, чугунным котлом. В котле варился раздробленный на 4 части барашек. Мы с Уталиевым, не раздеваясь сели на полу у двери, притулившись к притолокам. Под мерный скрип жернова мной овладела дремота, и я быстро заснул. Вижу во сне, что на меня стеной движутся вши. От этого ужасного зрелища я проснулся. В это время хозяйка, отставив мельницу в сторону, сгребла муку в одну кучу, сделала в ней воронку. Налив в воронку воды, хозяйка принялась замешивать тесто. Разделив тесто на несколько частей, и обваляв каждую в муке, стала поочередно их натирать и раскладывать на своей ноге. Каждая полученная лепёшка укладывалась в сковородку. Прикрывала такой же сковородкой, помещала прямо в топку печи. Так пеклись все лепёшки до последней, по несколько лепешек, хозяйка просто бросала на корпус печки, и они прилипали к нему. А когда отваливались от него, значит были готовы к употреблению. После того как из котла была извлечена баранина, в отвар хозяйка влила молока, положила заварку чая. Чай готов. Она принялась нас угощать: дала нам по чашке чая, зачерпнутого из котла, по куску мяса и по 2, только что испечённых лепёшки. От лепёшек я сразу отказался. Хозяйка настаивала угоститься лепёшками её приготовления. Взял лепёшки и спрятал в карман, объясняя, что скушаю в дороге. Мясо я съел, но чай мне показался очень солёным, и я, под предлогом, что он очень горячий, оставил чашку остужать. Уталиев, хозяйка и её дети, всё это время уплетали, с большим аппетитом, причмокивая, и не менее половины ведерного котла, выпили чаю. Ощущаю в желудке пустоту и чувство голода. Я не выдержал такого испытания. Под предлогом посмотреть лошадей, я вышел на улицу. Поблагодарив хозяйку, мы вскоре направились в 1-й эскадрон. На этот раз туда меня влекли не столько служебные дела, сколько чувство голода и надежда разжиться у старшины куском хлеба и соли.
27 декабря 1942 года (воскресенье) – день 554
Совинформбюро сообщает, что наши войска продолжают наступление в районе среднего Дона и юго-западнее Сталинграда. С самого утра немец предпринял яростные атаки на участке обороны 1-го эскадрона. Эскадрон успешно отбивает одну атаку за другой. Вдруг случилась беда, почти одновременно вышли из строя два правофланговых пулемета Максима, принадлежащие 2-му пульвзводу пульэскадрона. Находившейся там, старший оружейный мастер Соболев не растерялся и показал на что он способен: под градом пуль он быстро справился с неисправностью 1 пулемета и начал вести огонь по противнику. Но расчёт перехватил у него пулемёт и продолжал успешно бить немцев в следующем огнём. Переползая к другому пулемету, Соболева ранило в ногу. Но от своего намерения – исправить второй пулемёт, он не отказался. Добравшись до него, он застал при пулемёте, двух раненых и не способных вести огонь, бойцов. Фашисты находились в нескольких шагах, когда он лёг за пулемёт. Пулемёт заработал. Атака была отбита. Так, до конца дня старший сержант Соболев оставался при пулемёте. О подвиге мастера Соболева концу дня узнал весь личный состав полка из рукописной листовки, изданной партийным бюро полка. Один экземпляр такой листовки был отправлен родным Соболева. Мы сегодня заслушали приказ о присвоении звания военного техника 2-го ранга, начхиму полка Путилину П.Г. Вслед за поздравлением его начальником штаба полка Муковозом К.А. поздравили его и мы.
28 декабря 1942 года (понедельник) – день 555
Всё внимание воинов полка приковано к утренним и вечерним сообщениям Совинформбюро, начинающегося словами: «… в районе Сталинград…». Нет такого воина, которого не интересовала, и не волновала бы эта сводка. Сегодня на собрании принимались в партию несколько человек. У всех как у одного, в заявлениях написано: «Хочу идти в бой коммунистом, хочу навсегда связать свою судьбу с Ленинской партией, быть её верным сыном!!!». Принято 10 бойцов и командиров. Все они отчётливо понимают, что вступление в партию не сулит, и не может судить им абсолютно никаких выгод. А наоборот, став коммунистами, каждый из них взял на себя еще большую, добровольную обязанность быть первым в бою, личным примером бесстрашия и мужества, вести за собой других, постоянно находиться там, где всего труднее. Несмотря на то, что для кандидатов в действующих частях, вместо годичного, установлен трёхмесячный стаж кандидатского стажа, отбор и приём идёт со всей строгостью индивидуального подхода. Принимаются только те, кто делом доказал свою верность принципам Марксизма-Ленинизма, свою безупречную преданность Социалистическому Отечеству.
29 декабря 1942 года (вторник) – день 556
Из сообщений радио услышали радостную весть, что наши войска заняли Котельниково, вышли на линию Новая Калитва – Миллерово – Тормосин. Это создает угрозу войскам противника, находящимся на Северном Кавказе. Сегодня миномётный мастер рядовой Лазарев Михаил проявил мужество и геройство. Возвращаясь из снабжения полка в расположение батареи, он неожиданно встретился с тремя гитлеровскими разведчиками, блуждающими у нас в тылу. Лазарев не растерялся, вступил в неравный бой. Ему удалось из автомата уничтожить одного гитлеровца, но был ранен и сам. Гитлеровцы видимо решили его взять живым, приближались к нему. Подпустив их на расстоянии 10 шагов, он расстрелял их из автомата в упор. Нестерпимо болела рана, хотелось пить. От жажды потрескались губы. Обессилевший, он впал в беспамятство. Очнувшись, он начал пробираться в расположение батареи. Мучительно долго полз, чтобы не замерзнуть. Его, счастью недалеко от места схватки, исхудалого, с воспаленной раной, подобрал конный связной и доставил в санчасть. О подвиге Михаила сегодня же издана машинописная листовка и доведена до всех подразделений полка.
30 декабря 1942 года (среда) – день 557
Обеспечил подразделения полка боеприпасами до полных норм подвижных запасов. Охватил все подразделения лично. Проверил эшелонирование боеприпасов. Отдыхаю после трудов праведных, в только что сооруженной землянке. Долго лежу, прислушиваясь к разрывам снарядов. Так и задремал. Часом позже, меня разбудил огромной силы взрыв. Совсем рядом разорвалась бомба. Дверь землянки, словно ураганной волной, выдавило в землянку. Она хлёстко ударилась о земляную стенку, а вслед за ней ворвался и сам ураган с дымом и гарью. Полк поднят по тревоге. Последовала команда подготовиться к уничтожению группы порвавшихся танков, направляющихся на расположение 2-го эскадрона. Полк оказался в чрезвычайно трудном положении. Вся надежда на гранаты и ружья ПТР. Во взводе младшего лейтенанта Босова три ружья. Он скомандовал, чтобы расчёты без его команды огня не открывали. Сам лег за ружьё в качестве стрелка. Танки быстро приближались. Первым открыл огонь Басов, когда танки приблизились до 100 м. Это послужило сигналом для остальных двух расчётов. Охваченный пламенем остановился один танк, второй. Но третьему и четвертому удалось наползти на один расчёт и раздавить его. Оба немецких танков получили возмездие уже будучи в боевых порядках полка. Один связкой гранат, а другой из ружья ПТР младшего лейтенанта Басова. После этого полк поднялся в контратаку и в течение двух часов напряжённого боя справился с уничтожением вражеской пехоты, заняв его боевые порядки. Младший лейтенант Басов много раз встречался один на один с фашистской бронёй и это закалило его характер и ещё более твёрдую и неприступную броню.
31 декабря 1942 года (четверг) – день 559
Обстановка на фронтах: юго-восточнее Нальчика наши войска укрепляют занимаемые рубежи и частью сил ведут наступательные бои. 28-я А генерал-лейтенанта Герасименко начала решительное наступление по освобождению территории Калмыцкой АССР, завязала бой за город Элиста и освободила его. В центральных газетах Совинформбюро сообщало об успехах наших войск под Сталинградом, что шестинедельные бои на подступах к Сталинграду завершились освобождением более полутора тысяч населённых пунктов, окружением плотным кольцом 22-х дивизий противника. Теперь в помощь агитаторам всё больше стало поступать листовок, выпускаемых политорганами, в которых рассказывается о деяниях гитлеровцев, о подвигах наших воинов, об успехах на других фронтах. Эти листовки получили уважительное признание командиров, агитаторов, которым по долгу службы необходимо воспитывать личный состав. За последнее время чувствуется резкое улучшение в постановке партийно-политической работы в войсках. Перед личным составом стали больше выступать армейские и дивизионные лекторы, агитаторы. Они выступают с докладами о международном положении, о героической работе тружеников тыла, о положении на фронтах Великой Отечественной войны. Возобновились политические занятия, на которых изучаются самые различные темы: военная присяга, сила Советского оружия, положение на фронтах, о задачах Красной Армии, о неизбежности разгрома гитлеровской Германии, о боевых традициях кавалерии, о мерах партии по восстановлению народного хозяйства и многие другие вопросы. Как и во всех подразделениях, в службе снабжения постоянно ведётся воспитательная работа. Политзанятия веду лично. Особенно заметное оживление в партполитработе получила агитационная работа. В ход шли боевые листки, листки-молнии, рукописные и печатные листовки, в которых подробно рассказывается о боевых делах воинах. Такая информация раньше другой попадает к нам, и поэтому пользуются большой популярностью. По поручению партбюро сегодня сделал наброску тезисов для листовки по теме: «Сила Советского оружия». Совинформбюро сообщило, что юго-восточнее Нальчика наши войска укрепляли занятый рубеж и частью сил вели наступательные бои.
1943
1 января 1943 (четверг) – день 559
Из приказа командира 151-й СД от 01.01.1943: «… 2. Справа 110 КД частей нет. 110 КД согласно боевого приказа Командующего Северной группой войск ЗКФ обеспечивает недопущение противника с севера, северо-запада, ведя активную разведку в указанных направлениях, имея ввиду овладеть Иргаклы, Степное. 3. 151 СД и 110 КД отряд северного заграждения, имеет задачу обеспечить правый фланг наступающих частей северной группы войск с севера, северо-запада. К исходу 1.1.1943 овладеть рубежом Киров – Тарский. Командир 151 СД полковник Саркисян.»
2 января 1943 (суббота) – день 560
На некоторых участках фронта наши войска перешли в наступление. Сегодня стало известно, что освобожден Кизляр. Красилов А.И. с мастерами ежедневно в подразделениях. Приводят в порядок вооружение. Поставлена задача – все вооружение должно в течение 3-х дней пройти через руки мастеров и отремонтировано. Я, с сегодняшнего дня, занялся созданием повышенных запасов боеприпасов в подразделениях. Полковой транспорт полностью загружен боеприпасами. Обошел сегодня подразделения, проверил размещение и содержание боеприпасов. На руках имею наряд на получение с армейского склада различных видов боеприпасов. Это является некоторым заделом в обеспеченности. Сегодня у нас с Уталиевым украли бурки. Кто-то, видимо, давно за ними охотился. Все это произошло за считанные минуты, стоило коноводу отлучиться от лошадей по своей надобности. Из послевоенной литературы известно, что после разгрома немецко-фашистских войск под Сталинградом, обстановка на Северном Кавказе решительно изменилась в нашу пользу. Теперь была создана непосредственная возможность выхода Южного фронта (бывшего Сталинградского) в тыл немецкой группы армий «А», засевшей на Тереке. В Кавказских горах и у Новороссийска, и перехвата путей наиболее вероятного отступления через Дон и Донбасс. Южный фронт развернул наступление на Ростовском направлении, заставив противника уже вчера начать отвод своих войск из района Моздок на северо-запад. 2 января наши войска начали преследование противника, овладев Кизляром и Нижне-Боковичем. Преследование шло на 320 км фронте. На правом крыле СГВ севернее Каясула до Сунженское и южнее действовала 4-й КККК, преследуя 3-ю ТД и часть сил 13-й ТД 40-го танкового корпуса противника.
3 января 1943 (воскресенье) – день 561
Весь день подразделения полка приводили себя в порядок, готовились для наступательных боевых действий. Еще и еще раз ходим по подразделениям, выясняем, уточняем, дообеспечиваем, ремонтируем… Ночью полк перешел в наступление на Ачикулак. Наступаем на правом фланге дивизии. На подступах к Ачикулаку завязался ожесточенный и упорный бой. Немцы обрушились всеми имевшимися у низ средствами. Они вели огонь из артиллерии, минометов, танков, бронетранспортеров, пулеметов… Не повторился ли тот день, когда полку дорого досталось наступление на Ачикулак. Да и только ли полку? Здесь большие потери в людях понесли и соединения 4-го гв. КККК. Из сообщения Совинформбюро мы узнали, что наши войска овладели железной дорогой Моздок и Малгобек, выбили немцев из нескольких населенных пунктов. Наши войска вышли к Тереку, выбили врага из Моздока и Малгобека. Началось общее преследование врага на участке фронта в 320 км. На правом крыле СГВ севернее Каясула до Сунженское и южнее действовала 4-й гв. КККК. Перед ним отходил корпус особого назначения «Ф». Южнее наступала 44-я А – преследовала 3-ю ТД и часть сил 13-й ТД 40-го танкового корпуса противника. 110-я КД снова находилась в оперативном подчинении 4-го гв. КККК и обороняла участок Ачикулак, Иргаклы, Степное. В дивизии артиллерии не было. Калмыки воодушевлены освобождением Калмыкии: Элиста, Утта, Халхут, Яшкуль. 110-я КД просит наступление начать раньше, используя внезапность. Ночью, 3.01.1943 получен приказ о наступлении в направлении Ачикулак, Прасковею, Буденновск, Благодарное, Петровское и далее на Башанту. 273-й и 311-й КП – в первом эшелоне, 292-й КП во втором. Ближайшая задача: овладеть Ачикулаком, Иргаклы, Степное. 273-й КП наносил удар на правом фланге на Ачикулак. 311-й КП на левом фланге по гарнизону немецких войск на линии Ямангой – Иргаклы – Степное и освободить их. 292-й КП во втором эшелоне – обеспечивает правый фланг дивизии так как там войск не было. Слева – 9-я КД генерала Тутаринова. На подступах к Ачикулаку в ночь с 3 на 4.01 немцы открыли ураганный огонь. Завязался бой. Но немцы контратак не предпринимали (не было горючего). Все их машины стали трофеями.
4 января 1943 (понедельник) – день 562
На этот раз полк взял Ачикулак с большими трофеями немецкой техники, в том числе, были захвачены два 105 мм орудия с большим запасом боеприпасов. Из плена освобождена санитарка, которая 18 декабря была пленена немцами при подвозе боеприпасов. Оставленные противником орудия арттехником и мастерами были приведены в порядок. Командир полка приказал начальнику штаба срочно уточнить в подразделениях, нет ли в них артиллеристов. К вечеру штаб располагал данными, что в полку имеется 10 артиллеристов, ранее проходивших службу в артиллерии. Командиру взвода Дудину приказано организовать артвзвод. В полку шел отбор лошадей для артиллерии. Я срочно выехал в артснабжение 110-й КД. В 311-м КП имелось два комплекта артамуниции. Получил указание дивизии и в это же день амуницию получил. Майор Нижерадзе мне приказал оказать содействие и всяческую помощь в организации артиллерийского подразделения. Из сообщения Совинформбюро: наши войска после решительной атаки овладели городом и ж/д станцией Нальчик. На Северном Кавказе с 24 декабря по 4 января1943 года взято: танков – 15, орудий – 109. Потери противника составили свыше 11 тысяч человек.
5 января 1943 (вторник) – день 563
Подразделения полка с боями успешно продвигаются, преследуя противника. Мастера, артехник Красилов и я вплотную занимаемся укомплектованием и сколачиванием этой двух орудийной батареи. Весь день шла подгонка артамуниции. Комплектовал взвод снабжения и подвоза боеприпасов. Все трофейные снаряды были погружены на 12 парных повозок. К исходу дня два орудия с расчетами и приличным запасом боеприпасов были на марше. Насколько позволило время мы с Красиловым рассказали расчетам особенности и отличия от наших орудий. К исходу дня в Левопадинском, я доложил комполка о сформировании двухорудийной батареи. Он поблагодарил меня и приказал прислать к нему лейтенанта Дудина Я.И. События развиваются быстро. Уже сегодня взят Нальчик, освобождены Майское и Котляровское.
6 января 1943 (среда) – день 564
Проверив обеспеченность боеприпасами подразделений, принял меры к пополнению ими. Лейтенант Дудин попросил меня помочь ему провести из орудий стрельбу боевыми снарядами в учебных целях. Я дал согласие. Вечером мы произвели несколько выстрелов в сторону противника и несколько выстрелов прямой наводкой по разрушенной конюшне. Все операции производили сами расчеты. Сплошная метель, сильный снег не позволяли наблюдать разрывы наших снарядов. В такой обстановке казалось. Что мы находимся в совершенно плоских и необитаемых степях. Из вечернего сообщения Совинформбюро: В районе среднего Дона заняты населенные пункты Каргальско-Белянский, Вербовский, Маринская, Камышевская, Ясырев, Большая Орловка, Чертковская. На Северном Кавказе: Ново-Осетиновская, Красноградская, Урожайное, Матвеевский, Кызбурун, Бакан, … ж/д станции Аполонская и Солдатская.
7 января 1943 (четверг) – день 565
Подул небывалой силы ветер. В воздухе появились капельки воды, поднятые ветром с поверхности рек и озёр. Потом пошёл дождь со снегом. Одежда быстро намокает. Лошади то и дело, вздрагивая стряхивают с себя воду. Попоны, наброшенные на лошадей, быстро намокают и вряд ли согревают их. Через несколько времени, когда стих ветер, повалил густой и липкий снег. Он хлёстко бьёт в лицо. Дальнейшее движение невозможно. Поступила команда сделать короткий привал. Мы с коноводом к этому времени оказались в расположении 1-го эскадрона. Бойцы проворно устраиваются на отдых. Из двух солдатских накидок они сооружают шалаши-палатки и забираются под них. Однако лежать в них нельзя. Земля сырая, промозглая. Отдыхают сидя: кто на оружии, кто на коробках из-под пулеметных лент, на ящиках, на вещмешках. Мы с коноводом бодрствуем, и буквально, через несколько минут становимся свидетелями того, что от эскадрона остались видными лишь табун лошадей и несколько бойцов. В поле виднелись лишь небольшие снежные комочки – это шалаши-палатки, заваленные снегом. Вскоре поступила команда всем начальникам служб и командирам подразделений явиться в штаб полка. Штаб полка расположен в скирде соломы. Когда я подъехал к скирде, то сразу же бросилось в глаза движение людей, а среди них, почему то, шмыганье жирных, голохвостых крыс. Не галлюцинация ли? Нет, это так и есть. Здесь, на полевом стане, полкилометра южнее Сухопадинской, начальник штаба полка капитан Тухарели зачитал нам приказ по 273-му КП от 7 января 1943 года, в параграфе втором которого, говорилось: «За оставление на поле боя под Степногорской станкового пулемета, командира первого эскадрона старшего лейтенанта Воденко и командира пулеметного взвода Климчука отстранить от занимаемых должностей и отдать под суд. Младшего лейтенанта Ракитина допустить временно к исполнению обязанности командира 1-го эскадрона».
8 января 1943 (пятница) – день 566
По вызову прибыл в штаб полка. По прибытию в штаб мне навстречу вышел круглолицый упитанный лет 35 старший лейтенант в новом и хорошо подобном обмундировании и до блеска начищенных хромовых сапогах. Он подал мне руку и, не выпуская её, потянул меня в комнату, где размещался замкомандира полка капитан Гончаров, но в комнате его не оказалось. Я почувствовал необычность ситуации. Что за человек, почему он так фамильярно ведёт себя? Начал он с вопросов о состоянии моего здоровья после контузии. Закурили, спрашиваю, кто он такой? Отвечает, что следователь прокуратуры дивизии. Снова идёт разговор на отвлечённые темы, лишь к концу нашей беседы, он, как бы попутно, поинтересовался: восстановлены ли пулемёты Максима во взводе лейтенанта Климчука, которые он оставил на поле боя. Отвечаю, что пулемёты, оставленные Климчуком, были подобраны солдатами нашего же полка, мною они осмотрены. Пулеметы в полной технической исправности, снова находятся в том же взводе. Только теперь я понял, что шло расследование случая оставления пулемётов на поле боя лейтенантом Климчуком.
9 января 1943 (суббота) – день 567
С наступлением темноты, командир 1-го эскадрона Младший лейтенант Ракитин, получил боевую задачу: скрытно подобраться к вражескому опорному пункту на пути городу Будённовск и внезапной атакой уничтожить и пленить гарнизон. Эскадрон действовал быстро и самоотверженно. Пользуясь темнотой, бойцы в пешем порядке вплотную подошли к вражеской позиции, дружно атаковали гитлеровцев, находившихся в окопах, затем стремительно прорвались ко второй линии обороны. Гитлеровцы заметались по траншее, завязалась рукопашная схватка. Особенно храбро сражался командир эскадрона Ракитин. Сопротивление врага на этом участке было сломлено, а когда гитлеровцы стали поспешно отходить, они попали под пулемётный огонь. В этом бою, в паузах между атаками, оружейный мастер рядовой Солёнов переползал из одного взвода в другой, обеспечивая бесперебойную работу пулемётов. В этом бою ему пришлось быть и как мастером, и как подносчиком патронов, и как бойцом, участвовать в рукопашном бою.
10 января 1943 (воскресенье) – день 568
В ночь с 10 на 11 января 273-й КП, с первым батальоном 311-го КП, завязали бой за овладение Прасковеей. Началась редкая, ружейная перестрелка, когда полк уже вышел на одну из улиц Прасковеи. Это было ночью. Пять лет назад я был здесь, когда ещё считался мальчишкой. Задачей моей было – накушаться винограда и арбузов. По той же дороге, с крутым косогором, я несколько раз ходил на бахчу. Теперь передо мной совершенно иная задача: меня теперь волнуют вопросы обеспечения подразделений боеприпасами, чтобы чётко и безотказно работало вооружение. Находимся с мастерами, писарем и техником при штабе полка. Все они истинные мои помощники. Когда мы вошли в Прасковею, через несколько минут началось сплошная стрельба, с гиком понеслись по улице нашей конники. На чердаке затрещал пулемет, а потом ударила пушка. Из окон домов посыпались стёкла, шла пальба из автоматов. Противник, воспользовавшись продукцией Прасковейского винного завода, не рассчитали своих возможностей и потеряли чувство времени, не успели покинуть Прасковею, ослабили своё хранение, что дало нам возможность зайти в село и застать их врасплох. Теперь они пытаются принять все меры для выхода из создавшегося положения. Они яростно палят из окон куда попало, всюду трещат винтовочные, пулеметные, автоматные и пистолетные выстрелы, рвутся гранаты. Через село летят снаряды…
11 января 1943 (понедельник) – день 569
Полночь миновала. Я с мастерами в штабе. Созданная 2-х орудийная батарея здесь же. Вскоре был ранен и эвакуирован лейтенант Дудин. Батарея осталась обезглавленной. Идут уличные бои. Противник пытается вырваться из Прасковеи. Послышался шум моторов. Беру командование орудиями на себя. Приказывал орудия развернуть на обочине Центральной дороги и подготовиться к встрече танков противника. Через несколько минут, без заражённых фар, на дороге появились гусеничные машины. Но именно какие, не видно. Орудия заряжены и грубо наведены в сторону шума моторов. Шум приближается. Вот уже где-то рядом. Командую – Огонь!!! С первого же выстрела загорается факел первая машина. Стало видно, что это большой немецкий бронетранспортер. Два других ведут пулемётный огонь, пытаясь обойти горящую машину. Но вскоре и их постигла участь первой. Орудия провели беглый огонь по бронетранспортёрам, пытавшимся развернуться, чтобы уйти в обход. Бойцам не терпится осмотреть подбитые и оставленные немцами бронетранспортеры. Разрешил двоим. Через несколько минут они притащили на батарею ящики с шоколадом. Весь личный состав, в том числе и мастера, а они теперь на батарее, жуют шоколад. Ожидаем, что немцы повторят попытку прорваться. Но пока шума моторов нет. Видимо их всего была 8 бронетранспортеров. Теперь 5 из них брошены исправными. Ко мне подошёл гражданин, с возмущением рассказывает о том, что рядом, 40 м от нас, в доме пьянствуют немцы с женщинами. Беру 2-х мастеров, и направляемся с ними к дому. Стучу ногой дверь. Через некоторое время открывается дверь, и раздаются, один за одним, выстрелы. Дверь захлопывается. Все живы и здоровы. Приказываю Соболеву бросить гранату в окно. Но граната была противотанковой, и она сработала при ударе о стекло. Соболева легко ранило. Зло взяло. Подбегаю к орудию. Выпускаем два снаряда беглым. Видим, как деревянный домик как бы подпрыгивает. Снаряды были бронебойными. Они прошли дом и угодили в огород. Бревном выбиваем двери, одну, вторую… Перед нами предстала такая картина: три офицера немца сидели на полу прижавшись к углам, а рядом с ними распластавшись навзничь, на полу лежали их возлюбленные. Вдруг чёрная тень прыжком метнулась из-за двери в тёмный угол. И тотчас оттуда засверкали, и загремели выстрелы, засвистели пули, посыпалась штукатурка, воздух наполнился пылью и гарью пороха. Это был четвёртый. На всё это ушло, может быть, несколько секунд, но они потребовали высокого напряжения. Холодный пот склеил волосы под папахой, дышать стало трудно. Два немца в этой схватке были убиты, a 2-е подняли руки и были пленены. Один из них, майор с мясистыми и отвислыми щеками и морщинистыми лбом, был похож на породистого бульдога со своими наградами. Второй теперь кажется смирным и покорным, с опущенными глазами стоял навытяжку, готовый отчеканит ответ на любой вопрос. Полк до рассвета прочесывает все дома и улицы. Бойцы вытаскивают почти из каждого дома засевших там немцев и изменников Родины. Утром, когда закончилось прочесывание, выстроили всех пленных – среди них более ста изменников Родины. Это была казачья сотня, во главе сотенным, молодым лейтенантом, до войны закончившим Урюпинское пехотное училище. Пленных немцев было более 200. Не могу утверждать, по решению ли трибунала или по волевому решению какой-либо служебной инстанции, а может быть и самостоятельному решению командира полка, все изменники утром в центре села, у колодца, несмотря на их слёзы и мольбы о прощении, были расстреляны и на повозках их трупы вывезли за село. Пленных немцев, всех до единого, отправили на пункт сбора пленных. Командир полка, узнав о ранении лейтенанта Дудина, приказал мне временно возглавить батарею, по совместительству. На окраине села Прасковея противником были брошены четыре 105 мм орудия и около 800 артиллерийских выстрелов к ним. Вместе с мастерами и Красиловым мы направились туда. Два орудия стояли с подорванными стволами. Это насторожило. Проверяем. Два других оказались заминированы, чтобы сработала – достаточно было открыть затвор орудия. Принимая меры предосторожности, разминировал последовательно оба орудия. Мастерам нашлась работа. Эти орудия тоже были неисправны. При ремонте использовались узлы и детали от орудий с подорванными стволами. Все боеприпасы были пригодны к стрельбе. Теперь требовалось к этим орудиям организовать конную тягу и подготовить расчёты. Проще оказалось решить второй вопрос. Расчёты были укомплектованы, сегодня же, частично за счёт имевшихся в батареях, а остальные из эскадронов, в которых нашлись и бывшие наводчики, и заряжающие, и подносчики… Половина боекомплекта выстрелов была оставлена при орудиях, остальные переданы в хозвзвод. Хуже решался вопрос с конной тягой. Не было артамуниции. Пришлось в срочном порядке, по ремешку собирать и обозной упряжки. Для комплектования амуниции были привлечены шорники, которые оказали большую помощь в создании двух комплектов. Они шили, ушивали ремешки прямо на лошадях. Артиллерийская батарея теперь имела уже четыре орудия и большое количество боеприпасов к ним. Верно, трофейные орудия никогда не являлись полноценными орудиями, как по возможностям их восстановления, так и по ограниченному количеству выстрелов к ним. В данном же случае есть полная надежда, в ходе наступления пополниться ими. Сегодня вечером я передал батарею, прибывшему по просьбе командира полка и распоряжению дивизии из 311-го КП, лейтенанту-артиллеристу Спирину Евгению Петровичу. Теперь я всецело должен заняться чисто своими служебными обязанностями. У меня хороший помощник Алексей Красилов. Он уже обошёл с мастерами все подразделения. Успел привести в порядок 12 трофейных пулемётов МГ-34 и распределил их по эскадронам на усиление. В артбатарею тоже дали два пулемета МГ-34. С первого же часа пребывания полка в Прасковее, начали отмечаться случаи, когда бойцы или командиры появлялись в нетрезвом виде, устраивали небольшие «спектакли». Майор Нижерадзе и майор Даниленко решили закрыть доступ к винному заводу Прасковейского винзавода. Этот завод, с большими запасами в нём вина, при отходе немцами был подготовлен для подрыва, но внезапность занятия Прасковеи не позволила им осуществить свои планы. На войне всегда было закономерным, когда у воина появлялось окно между боями, он сразу же преображается, становится словоохотливым, оживлённым, и даже способным немного пошкодить, повеселиться. Уставший от штурмов, от переползаний от укрытия к укрытию под разрывами снарядов и мин, от лютой стужи, от жарких схваток с врагом, воины, как правило, неохотно вспоминают о пережитом. Он хочет выпить небольшую чарочку и более откровенно поделиться с товарищами о будущей жизни, о труде, учёбе, о любви, о своих родных и близких, с которыми он уже давно не виделся. И в это время на охрану винзавода был поставлен взвод химзащиты, но уже к полудню почти весь личный состав взвода и других подразделений полка выпили не по одной «стременной» – как говорят кавалеристы. На охрану было поставлено подразделение с 1-го эскадрона. Но вскоре повторилось то же самое. Командование принимает решение поставить на охрану воинов девушек. Несколько часов они стояли на посту, что называется насмерть. Но их упорства хватило ненадолго, дрогнули ряды этих неумолим их женщин. Вино снова полилось в подразделения полка. Не знаю явилось ли это причиной или простым совпадением, но наш полк скрытно вытягивается в колонну для совершения походного движения в направлении на Будённовск. Уже вечерело. Я с техником и мастерами обходим подразделения с целью проверки наличия необходимых запасов боеприпасов. Да вовремя обнаружена следующая беспечность и халатность. Боеприпасов в положенных нормах почти ни у кого не оказалось. Повозки и тачанки приторочены к седлам, загружены различными ёмкостями с вином. Отсутствие боеприпасов в положенных нормах командиры подразделения объясняют тем, что они были израсходованы при освобождении Прасковеи. Немедленно проверяем все места стоянок подразделений. Обнаруживаем большое количество боеприпасов, оставленных ими. Докладываю об этом командиру полка майору Нижерадзе и комиссару майору Даниленко. Принимаются незамедлительное меры: собраны все оставшиеся боеприпасы и дополучены необходимые запасы до установленных норм. Но с вином никто упорно не хотел расставаться. Каждый старался сохранить запасы вина. Иные распивали его тут же. Повозки и тачанки перегружены. Когда колонна двинулась вперёд, то ещё долго были слышны пьяные разговоры, ругань, смех и песни. Совершала марш, когда-то прославившийся в боях род войск – Кавалерия. Колонна двигалась пешим порядком. Было морозно. Те, кто был пьян, быстро протрезвели. Но в колонне наблюдалось постоянное, беспорядочное перемещение людей. Это двигались те, кто искал «живительную влагу». С наступлением темноты все громкие разговоры в колонне стихли, хмель вышел, наступило полное протрезвление в полку. В Прасковее полком была оставлена команда, которая должна была передать винзавод местным властям. Под ответственность этой команды было передано всё трофейное вооружение и техника, взятые у противника. Команде была поставлена задача: восстановить несколько трофейных немецких бронетранспортеров. Сегодня в штабе полка стало известно, что Прасковею обороняла крупная полицейская группа, состоявшая из двух эскадронов, под руководством начальника полиции Комарицкого. Эти эскадроны должны были войти, в формируемую немцами на захваченной территории, казачью армию. Но примкнувших казаков оказалось немного и формирование армии не осуществилось. Делая эти записи, часто задумываюсь над тем, а как близко к истине я смог выразить лично увиденное. А может быть, со стороны боевые дела выглядели по-другому? Всё ли записал? А может быть и такое, что трудно понимаемо будет другим. Описывая Прасковею спустя 5 дней. Может что-то и несущественно, но главное она виденное мною и запомненное на всю жизнь.
12 января 1943 (вторник) – день 570
Не выходит из головы, обнаруженная вчера, халатность некоторых командиров, допустивших оставление боеприпасов. Вот бы, где надо было поработать оперуполномоченному контрразведки. Конечно, к этому безобразию привела пьянка. Но почему же на мой доклад так обиделись некоторые командиры. Обиделись, прежде всего, командиры, не кадровые, а приписники. Это отмечалось и раньше. Приписники, чаще всего, контроль за исполнением ими приказов и уставов воспринимали недружелюбно. Считают, что этим им мешают, а не помогают. На этой почве такие недальновидные командиры считают, что тот, кто в боевых подразделениях, тот действительно военный, а кто в штабе или службах – это сплошные бюрократы. Тема вечная. Убеждаюсь, что такие обиды возникают и потому, что мы мало предъявляем требовательности к командирам подразделений. Мешает этому ложный стыд много требовать со строевых командиров. Да, но это зависит только от самого себя. Надо переломить индукцию собственного отношения к этому вопросу и недалеко откладывать. Командование меня в этом поддержит. Сегодня бросили боеприпасы, могут оставить их и завтра, если оставить это безнаказанным. Ведь послабление со стороны руководителей химслужбы привели к тому, что вместо противогазов теперь воины носят только сумку от них, используемую для хранения провианта и запасов. Теперь не помогают никакие уговоры и угрозы. Нарушение приняло массовый характер. Полк развернуться в боевой порядок, вошёл в Будённовск и завязал уличные бои. Пошли в дело и ручные гранаты. Немцы удрали, не успев подорвать ряд объектов, подготовленных к взрыву. Подразделения пополнились боеприпасами, особенно много было израсходовано ручных гранат. Полк, в Будённовске не задерживаясь, начал преследовать отходящего противника на Благодарное. Из вечерней сводки: на Северном Кавказе наши войска овладели городом и железнодорожной станцией Ессентуки и крупными населёнными пунктами Ессентукская, Левокумский, Кадрас, Николаевская. Лейтенант Жарченко из села Покойное привёл пленных, в их числе 2 офицера и 10 солдат.
13 января 1943 (среда) – день 571
Немцы старались теперь, как можно дальше оторваться от наших войск. В качестве арьергарда данных подразделений они теперь оставляли ненужных им изменников Родины. Здесь, в Благодарное, тоже оборонялись два эскадрона изменников-казаков и мотопехота немцев. Здесь немцам пришлось оставить много бронемашин, грузовых машин. Полк пополнился тремя тачанками с пулемётами Максима. Преследуем противника, по сути, без отдыха. Бойцы и командиры, насквозь продутые буранными снегами валились с ног от усталости. Как только поступает команда «Привал», не успев расставить охранение, как бойцы засыпают, словно уходя в бездну. Лишь часть их греется у костров, выбрасывающих дымное пламя в чёрное небо. Но долго останавливаться нельзя. Бойцы могут примерзнуть. Как только сыграют подъём, всё снова оживает, начинается движение людей, слышатся шумные разговоры. Ржут лошади, звенят котелки, дымят походные кухни. Как таковая, несуществующая артбатарея полка, лишилась последнего офицера, который значился в ней заместителем командира батареи по политчасти лейтенанта Аголояна Арарата Мацацковича. Он запнулся за телефонный провод и сломал себе ногу. Привезли старичка костоправа, думали, что просто вывихнул ногу, но оказалось значительно серьёзнее. Отправили Аголояна в медсанбат.
14 января 1943 (четверг) – день 572
В только что освобожденном населённом пункте Благодарная, я с заместителем командира пулеметного эскадрона младшим лейтенантом Поляковым И.П. объезжаем все пулемётные взводы. За время отъезда мы встретились и имели разговор с несколькими освобожденными жителями этого села. Чувствуется, что народ оживился. Хотя и с опаской, и некоторым недоверием смотрят на нас. Во всяком случае, не наблюдается горячих восторгов весёлого говора. Люди тихие, задумчивые. Видимо они вспоминают пережитые ими дни оккупации. Вот подошла к нам пожилая и беловолосая, заплаканная женщина. Она поведала нам, что она еврейка, но при немцах выдавала себя за гречанку. А 2 дня тому назад, при бегстве, 6 немцев изнасиловали её. Было как-то неловко слышать такое гнусное дело. Как видно из разговоров с жителями, люди не умирали здесь с голоду, но и не жили жизнью людей. По всему видно, нам и впредь придётся сталкиваться с опорными пунктами и укреплениями. Немцы продолжаются с чрезвычайным фанатизмом оборонять каждую улицу, каждый переулок, каждый дом. Для этой цели, как видно, они оставляют сильные отряды с танками и минометами. В числе арьергарда много изменников Родины, полицаи и казачьей сотни. Для наших частей приказ, как я понимаю, не снижать темпы наступления, стремительно обходить их отряды прикрытия, пробиваться к основным силам, отрезать пути отхода, окружить и уничтожить.
15 января 1943 (пятница) – день 573
Полк преследует противника в направлении Петровское. Стоял морозный, ветреный день. Вдруг начался такой силы буран, что за несколько шагов нельзя было разглядеть человека. Ноги не держат, хочется спать прямо в седле, на ходу. Поступила команда остановиться на отдых. Буран немного утих. Вижу, солдаты бегут к скирде с соломой. Бегу и я. Не раздумывая, забираюсь в солому, в труху изъеденную мышами. Не беда, лишь бы немного поспать. Сразу ухожу в бездну. Засыпаю. Чувствую, что что-то меня беспокоит, но окончательно проснуться не могу. Только теперь понимаю, что за воротом шинели, под шинелью, в сапогах лазают мыши. Сразу же проходит дремота, я вскакиваю, отряхиваюсь и пулей убегаю от скирды. Обнаруживаю землянку, кем-то переделанную из погреба. Протискиваюсь в нее. Дышать нечем. Кто-то, не выдержав, открывает дверь и в переполненную землянку врываются белые клубы морозного воздуха. Но тут же становится холодно и раздается яростная брань. Дверь снова закрывается, и люди снова задыхаясь, кричат и все начинается сначала. Не выдерживаю и здесь. Покидаю землянку. Уже полночь. Да, вот когда пригодилась бы бурка. В ней можно было спать прямо на снегу. Все коноводы были при лошадях: кто спал прямо в седле. Привязав другого коня к своей руке, чтобы постоянно чувствовать его присутствие. А то чего доброго – украдут! Выезжаем с Уталиевым сделать разминку. Лошади тоже постыли. Проехав несколько метров, обнаруживаем небольшой домик. Связист, только что прослушавший вечернее сообщение, поведал что на Северном Кавказе заняты Благодарное, Александровское, населенные пункты Садовое, Нагутское, Белешевская.
16 января 1943 (суббота) – день 574
Решаю, во что бы то не стало забраться, в давно уже до предела переполненный домик. Открываю дверь. Свет керосиновой лампы еле просматривается сквозь смрад табачного дыма. Кое-как протолкнулся. Заваливаюсь в общую кучу, свалку. На кого-то лег я, потом легли и на меня. Ходят, как по трупам, ибо другого способа добраться до двери, нет. Кто-то монотонно рассказывает, кто-то спорит, кто-то кашляет и ругается. Где-то за перегородкой заплакал ребенок, на улице залаяла собака. Не смог я выдержать и этого испытания. Болело все тело, как будто я побывал в мясорубке. Решил лучше не спать. Еле выбрался из дома. С Уталиевым на лошадях решили съездить в ближайшее селение, чтобы раздобыть для них корм. Опустив головы, лошади четко и мерно под ношей седоков, шагают вперед. А бока у них запалые, будто с выдавленными внутренностями. Вот и колодец. Решили напоить лошадей. Жалко на них смотреть. Они дрожат, бьют копытами от нетерпения, в ведро лезут сразу обе морды. По пути, недалеко от дороги, я обнаружил холмики, а в одном из них торчала из-под снега труба. Подъехали к ним. Обнаружили землянку-одну, вторую… Зашли в одну из них. Не землянка – дворец! Но в землянке пахло чем-то, не имеющим названия. Пол устлан пером из подушек. Видимо немцы утепляли себя, засовывая перья за пазуху и в брюки, как они это часто делали. Стены обшиты досками, кирпичная печка окрашена в грязно-красный цвет, а стенки ее разделены полосками на квадраты. В землянке две железных кровати с сеткой. Обнаруживаю под одной из них противотанковую мину. Чтобы ее взорвать, достаточно сесть на сетку кровати. Разминировал. Более внимательно осматриваю вторую землянку. Здесь обнаруживаю заминированную печь. В этой землянке еще стоял запах терпкого одеколона в смеси с порошком от вшей, который применяли немцы. Мы возвратились в полк узнать обстановку. Дивизия ориентировала полк задержаться до подхода отставших тылов. Возможно, здесь будем находиться сутки. Забрал с собой всех мастеров, писаря и снова вернулись в землянки. Топить их не стали. Установив дежурство, мы завалились спать. Но что-то стало тревожно на сердце. Я вскочил и поскакал в штаб полк. Полк по эскадронам разбросали по селениям. Ожидают указаний. Посетил артбатарею. С батареей находится и арттехник Красилов.
17 января 1943 (воскресенье) – день 575
Вернулся в землянку, где размещались в мастера. Они сходили пообедать и снова спали до моего прихода. В землянке стала теплее. Топили печку соломой. Теперь, я более спокойный, завалился спать. За дверью землянки металась пурга, слышались где-то далеко разрывы снарядов или бомб. Коноводу Уталиеву приказал через каждые 3 часа ездить в штаб и узнавать обстановку. Штаб размещается в Сухая Буйвола. Мне показалось, что я начал дремать, когда скрипнула дверь на ржавых петлях, в землянку ворвалась облака морозного пора, и вслед за ним и коновод Уталиев Он сообщил мне, что меня вызывает командир полка. В пути я перебрал все свои грехи, но ничего не мог вспомнить такого, за что меня надо было бы отругать. Поэтому еду «на ковёр» твёрдой поступью. Вхожу в дом. Осматриваюсь с мороза. Вижу, рядом с командиром полка, сидит невысокий, худощавый, со спокойным и усталыми глазами, лет 40, полковник-кавалерист. Казалось, что он только встал с постели и не имел ни минуты привести себя в порядок. Его лица уже несколько дней не касалась бритва. Сильно поношенная шинель висела на нём мешком, волосы всклокоченные. Позднее мне стало известно, что это был представитель 4-го КККК. Попросив у него, разрешения обратиться к майору Нижерадзе, я доложил о своём прибытии. Командир полка майор Нижерадзе немногословен. Он поставил передо мной задачу: срочно выехать в Прасковею и привезти оттуда восстановленные трофейные бронетранспортеры. В моё распоряжение выделялся трофейный мотоцикл с коляской. А мотоциклиста я должен найти сам. Поручив все свои снабженческие дела младшему технику Красилову, я приступил к подготовке поездки. Хорошим мотоциклистом оказался старший оружейный мастер Соболев. Мотоцикл, который выделили мне, оказался неисправным. Пришлось его ремонтировать. Выехали лишь в полночь, когда полк снова вышел на марш в направлении на Петровское. Нравится мне майор Нижерадзе, его всегда чёткая, практическая направленность в работе, в руководстве полком, старания, как можно быстрее реализовать и воплотить в жизнь запланированное. Из различных источников мне стало известно, что 28-я А форсировала реку Маныч и освободила железнодорожную станцию Дивное; 9-я А освободила Черкесск; успешно наступают наши войска южнее Воронежа.
18 января 1943 (понедельник) – день 576
Ехать на мотоцикле в такую морозную и ветреную погоду было очень тяжело. Холод пронизывал до костей. Часто приходилось останавливаться в населённых пунктах, то для обогрева, то для поиска бензина или пищи. С большим трудом добрались мы до Прасковеи, лишь к наступлению темноты. Бронетранспортеры мы застали там же, где они стояли, на холмике при въезде в Прасковею, но команду военнослужащих, оставшуюся для восстановления, так и не нашли. Разыскал я в Прасковее семью Галушкиных, которую я смутно помнил от посещения Прасковеи в 1939 году. Сам Галушкин работал вместе с моим отцом на Прасковейском винзаводе. Это семья меня хорошо помнила, встретили нас Соболевым, хорошо угощали всем, чем могли. В запасе у них оказалось и Прасковейское вино. Хозяин пообещал завтра сводить нас на винзавод и показать его размещение, систему минирования. Весь вечер, до глубокой ночи Галушкины нам рассказывали о пережитом за время оккупации, о зверствах немцев и изменников Родины. Пожалуй, это впервые мы с Соболем уснули в постелях в нормальных мирных условиях. В пути мы от военнослужащих узнали, что на Северном Кавказе занят город Черкесск, железнодорожная станция и населённые пункты Суркуль, Красноярский и другие, а наш 273-й КП должен быть в населённом пункте Кугуты.
19 января 1943 (вторник) – день 577
Долго пришлось разыскивать команду. Она разбилась по домам поодиночке. Старшим этой команды был младший лейтенант Улиткин Владимир Моисеевич. Разыскали его, он был под хмельком, навеселе. Попросил его собрать команду. Он отказался. Говорит, это невозможно, что он не знает где кто находится. Может только сделать это завтра. Спрашиваю: «В каком состоянии бронетранспортеры?». Он рассказал, что пытались их ремонтировать, но при таких холодах этого сделать невозможно. Кроме того, аккумуляторы вышли из строя. Младший лейтенант Улиткин предложил мне осмотреть отличную, по его словам, тачанку со станковым пулеметом Максима. Да, тачанка хорошая. Есть и лошади. А история её такая. Как только полк покинул Прасковею, к младшему лейтенанту пришёл местный житель и сделал заявление, что у него во дворе оставлена тачанка с пулемётом и лошадьми. Что он вот уже сутки кормит лошадей, а хозяева не приходят. Когда же разобрались, то узнали, что этот тачанка брошена эскадроном изменников. Посоветовавшись, мы решили эту тачанку срочно направить вдогонку полку. Снарядили бойца и отправили. Потребовав от младшего лейтенанта Улиткина собрать команду к 8:00 завтра, мы ушли на обед к Галушкиным. Всё-таки к вечеру команда собралась. поговорил с бойцами о важности и необходимости восстановления бронетранспортеров. По совету Галушкина я обратился к местным властям оказать содействие в восстановлении их. Председатель совета обещал оказывать всяческое содействие. Бойцы заверили, что они с завтрашнего дня начнут подбирать аккумуляторы и примут все меры к их восстановлению. Ехать в полк ночью не решились. Выезжать будем завтра рано утром. Заночевали снова у Галушкиных.
20 января 1943 (среда) – день 578
Рано утром, поблагодарив гостеприимных Галушкиных, мы с Соболевым выехали в полк. Где он теперь? Видимо уже далеко продвинулся. Придется искать. На улице стало еще холоднее. Ехать почти невозможно. Еле дотягиваем до следующего населенного пункта. Согреваемся и снова едем. К вечеру мы сумели добраться только до с. Петровское, а вернее 2-3 км не доезжая до него. Закончился бензин. Мотор заглох. Мы оказались на продуваемой сильным, морозным ветром дороге. Толкаем мотоцикл, лишь бы двигаться вперед. Кое как дотащили мотоцикл до с. Петровское. Нужен бензин, требуется покушать и согреться. Но нас никто не пускает-боятся. Разговаривают с нами только через форточки. Наконец-то, одна старушка сжалилась над нами, пустила в хату. Де еще и накормила отваренной картошкой с хлебом. Она подсказала, что недалеко от села много машин немецких брошено. Может быть, в них есть бензин?
21 января 1943 (четверг) – день 579
Утром облазили все немецкие машины. Баки их были пусты. Но вскоре нам удалось заправиться от встречной машины. Из Петровское мы выехали в направлении Башанта. Километрах в 8 от Петровская из небольшого лесочка по мотоциклу кто-то произвёл автоматную очередь. Люлька мотоцикла получила две пробоины. Мы целые и невредимые. Это непременно, кто-то остался здесь из числа изменников. К обеду мы въехали в расположение нашего полка в Тахта. Прямо с мотоцикла я пошёл на доклад. Войдя в землянку, доложился по форме о своём прибытии. Майор Нижерадзе, сидевший за столом, сделал мне знак бокалом, мол, садись. В просторной землянке чадила к верху, сплюснутая артиллерийская гильза, приспособленная под светильник. Но её слабый свет не в силах одолеть сумрак землянки. В печке мерцал огонь, свистел и гудел ветер над землянкой. Майор Нижерадзе, как бы изучая, долго и пристально смотрел на меня. Сросшиеся на переносице, густые брови, все волосы, которых топорщились, как наэлектризованные, придавали ему серьёзной и даже грозный вид. Мне кажется, он уже понял, что я приехал ни с чем. Коротко доложил ему обстановку, конечно, утаив о пьянке. Иначе могут старшего команды отдать под суд. И тем не менее, Николай Николаевич страшно возмутился бездействием команды.
22 января 1943 (пятница) – день 580
Провожаем нашего заместителя командира полка по политической части майора Даниленко Василия Антоновича к новому месту службы. Прощаясь, мы сожалели, что он от нас уходит – опытный и внимательный политработник. Когда приходилось с ним беседовать, Василий Антонович всегда старался придать беседе разговор, как бы на равных. Он сравнительно молод, среднего роста, с прямым открытым немного жёстким взглядом. На собеседника он смотрит неподвижным взглядом, с небольшим прищуром, всегда очень пристально. От этого с его лица не сходит выражение крайней напряжённости. Почти никогда не разглаживается складка между бровями. А когда задаёт вопросы, то наклоняется и заглянув в глаза доверительно понижает голос. На меня Василий Антонович производил очень хорошее впечатление. В нашей совместной работе я убедился в его большом самообладании, храбрости, в его умении внимательно выслушивать приглашенных, а если требовалось, то и сразу же оказать необходимую поддержку. В нем чувствовался человек волевой и упорный. При первом же удобном случае он проводил с нами, начальствующим составом, увлекательные беседы. Делал он это умело. Чувствовалось его богатая практика партийной работы. Когда позволяло время-то он изливал на наши головы всю обстановку на всех фронтах и даже всю мировую, скорее перебирая чуть не все государства. Он безусловно наделён интуицией и склонностью к обобщению явлений разрозненные факты им составлялись в единую цепь. Становилось предельно понятно всё то, что он доводил до нас. Пожелали Мы Василию Антоновичу доброго пути и быть всегда таким, какой он есть. Сегодня 110-я КД вступила на территорию Калмыкии. Штаб дивизии разместился в Башанте. К вечеру мы узнали, что 28-я армия освободила город Сальск.
23 января 1943 (суббота) – день 581
Немцы отступают поспешно, но всё же не настолько, чтобы не успевали полностью или частично не уничтожать села станицы и другие сооружения. Перед полком постоянно стояла задача – при преследовании противника использовать внезапность входа в населённые пункты, особенно в ночное время, не давать возможность противнику отрываться, постоянно навязывать ему бой. В населённых пунктах, которые мы освобождали, почти не задерживались. Теперь все чаще стали появляться сожжённые населённые пункты. Сегодня перед рассветом мы вошли в населённый пункт. Деревушка стояла тихая, глухая, лишь изредка слышался лай собак, и то такой короткий, как бы им кто-то запрещал лаять. К утру ударил сильный мороз, заглянули с начхимом военным техником 2-го ранга Путилиным Петром в одну избу, в другую. Пусто, холодно неуютно. Но солдатское чутьё не подвело нас. Людей мы стали находить в погребах, в сараях. Люди прятались от разъярённых отступающих немцев. Идём по улице. Дым из трубы одного из домов стелется по улице. Чувствуется какой-то специфический запах, но разобрать не можем. Может быть, хозяин что-либо сжигает до нашего прихода? Заходим в дом. Видим незамысловатое устройство самогонного аппарата. Большой змеевик опущен в бочку с водой. Хозяин тут же начал извиняться, что он не успел, нам освободителям, приготовить самогон. Что к этой работе приступил только тогда, когда убедился, что немцы покинули деревню. Мол, есть первачок, но он ещё горячий. Но на этот раз не отказались мы и от горячего, уж очень мы намерзлись. Да и не хотелось обидеть внимательного хозяина. Из сообщения Совинформбюро: освобождён Армавир, Разгульная, железнодорожная станция Изобильная, Отрадное, Советское. 28-я А, освободив Сальск и Николаевку, сходилось с войсками 44-й А. Конно-механизированная группа Кириченко освободила станцию Целинная. 110-я КД к вечеру вступила в Поливное.
24 января 1943 (воскресенье) – день 582
При первой возможности арттехник Красилов, я и мастера, перебираемся от эскадрона к эскадрону, проверяем состояние вооружения, ремонтируем, интересуемся наличием боеприпасов. Пополняем ими подразделения. Обнаружил, что в эскадроне боеприпасы на исходе. Спрашиваю старшину, почему не беспокоится за своевременное получение боеприпасов. Отвечает: «Не успел». Принял меры к пополнению. Зашёл к командиру эскадрона, моему приятелю, старшему лейтенанту Бурба поговорить по этому вопросу. В натопленной хате и командиры взводов, и командир эскадрона режутся в очко. Говорю командиру эскадрона, что у него в эскадроне нет боеприпасов, и спрашиваю, чем он собирается воевать. «Не мешай нам играть», – говорит Бульба, даже не посмотрев в мою сторону. Он этим вывел меня из себя. Наступаю валенком на колоду карт и требую от него принять меры к получению боеприпасов. Подействовало. Он вызвал старшину и дал ему разгон. Я остался в эскадроне ждать, пока подвезут патроны и 50 мм мины. Старший лейтенант Бурба Михаил Григорьевич обладает внешностью тяжелоатлета. Мечтательный юноша. Среди товарищей он прослыл завзятым весельчаком и остряком. Он легко и с эффектом может отвлечь всех присутствующих от всех других дел, рассказывая анекдоты или занимательные истории. На этот раз втянул и меня сыграть с ним в очко. Обыграли они меня до нитки. В дополнение к деньгам я проиграл и трофейные часы «Павел Буре». Я вышел из игры как раз в то время, когда подвезли боеприпасы. Сообщение Совинформбюро: на Северном Кавказе занят Микоян-шахар, Удобная, населённые пункты Донское, Зеленчук-Мостовой.
25 января 1943 (понедельник) – день 583
Впереди расстилается широкая, бесконечная равнина, перехваченная цепью небольших холмиков. Степь сбрасывала с себя утренние полутени, ветерком с морозцем обжигала задубевшую кожу лица. Мы подходили к Средегорлык. Усталые, небритые, с воспаленными от недосыпания глазами, пропитанные гарью, неразговорчивые и мрачные. Мы прошагали немало километров, преследуя противника и навязывая ему бой. Усталость скопилось, как в аккумуляторе. Люди засыпали на ходу, шагали в полусне, с закрытыми глазами, держась рукой за стремена, за повозку, за тачанку или за соседа. Лишь ненависть к врагу за сожженные им села, заставляли бойца, встряхнуться ото сна. Воины с унынием смотрели на одиноко торчавшие печные трубы, разбросанные, закопчённые кирпичи, на грязные остатки обгоревшей изгороди. Из вечерней сводки: на Северном Кавказе заняты Белая Глина, Кармалинская, Фельдмаршальский, Привальный, Новокубанская. 110-я КД начала сосредотачиваться в Среднем Егорлыке и приводится в порядок.
26 января 1943 (вторник) – день 584
Сегодня мне впервые удалось более близко встретиться с новым помощником командира полка по тылу со старшим лейтенантом Шучиновым Нюрюпом Шучиновичем. Рождения он 1908 года. Уроженец Орджоникидзевского края Левокумского района. Член ВКП(б). Прибыл в полк из 30-й кавалерийской дивизии с должности начальника ПФС где-то в начале декабря 1942 года. В ряды Советской Армии он был призван в начале войны. Он небольшого роста, но не широкоплечий, скорее худощавый. Жёсткие и тёмные волосы лицо калмыцкого крестьянина, чёрные, внимательные глаза, и руки с сильными кистями, и натруженными в мозолях, ладонями. По нему было видно, что он привычен ездить и верхом, и ходить пешком, спать под овчиной под открытым небом. Вперед мы беседовали о несовершенстве транспортирования средств подвоза в кавалерии, о том, что дивизией не выполняется принятый принцип подвоза боеприпасов сверху вниз. Когда закончились у нас с ним чисто делового характера разговоры, я попросил Нюрюпа Шучиновича рассказать о Калмыкии, и почему его народы выбрали себе такие плохие земли. Шучинов поведал историю, что калмыки – это выходцы из Центральной Азии, раньше проживавшие в Джунгарии. Занимались они исключительно кочевым скотоводством. В XVII веке они пришли со своим скотом в Междуречье Урала, Волги и Дона. Однако вскоре воинствующие феодалы Китая, Монголии и Казахстана заставили калмыков откочевать к нижнему течению Дона и Волги. Во второй половине XVIII века здесь и была образовано Калмыцкое ханство. А если рассматривать ещё раньше времена до нашей эры, то территория Калмыкии была заселена скифами, аланами и сарматами. В XIII веке территория Калмыкии входила в состав Золотой Орды, в XV веке в Астраханское ханство, присоединившееся к России. Товарищ Шучинов сказал, что есть и такие исторические данные, как будто, царь Алексей Михайлович разрешил калмыкам занять пустующие земли западнее от Волги и Каспийского моря. Калмыки в то время обитали в Тибете. Чтобы занять эти земли, калмыкам потребовалось преодолеть этот путь через Сибирь в течение 5 лет. Из сводки Совинформбюро: Наши войска полностью овладели городом Воронеж. Войска Закавказского фронта освободили Песчанокопское, Молотовское, Красную Поляну, Новомихайловское, Безопасное, Краснооктябрьский, Воскресенское. Штаб 110-й КД в Среднем Егорлыке.
27 января 1943 (среда) – день 585
Трофейный мотоцикл пока остается в распоряжении артснабжения. На нем теперь Соболев доставляет донесения в артснабжении 44-й А и в артснабжение дивизии. Артснабжение армии стало труднее искать. Я уже несколько дней не представлял донесения о боеприпасах и вооружении. Об аттестате никто не ведет даже и речи. Может быть, нас просто забыли? Сегодня Соболева и арттехника Красилова посылал на мотоцикле в артснабжение 44-й А. Поломался в пути мотоцикл, привезли его с попутной машиной в кузове. Соболев большой любитель-охотник. Где-то напал на токующих глухарей на неубранном поле за лесопосадкой. Привез трех глухарей на ужин. За ужином Соболев рассказал, что он до войны увлекался охотой и особенно осенью, когда наступают первые крепкие заморозки. А когда на поля выпадает много снега, и он покрывается тонкой ледяной коркой, глухарям становится трудно искать корм. Они обречены на голодание. Тогда они ищут себе более сильных партнеров в добывании пищи. Глухарей в это время можно увидеть ищущими пищу там, где прошли косули или лоси, разрывая снег в поисках пищи. Теперь они не отстают от сильных животных, способных разрыть снег и добраться до неубранных хлебных колосков. Если же не представляется и такой возможности, то глухари переходят на некалорийную пищу, добываемую на деревьях, жадно набивая свои пустые зобы… Пока вели разговор о глухарях, наш ужин подходил к концу, и мы сожалели, что он мало привез этой вкусной и калорийной пищи. Совинформбюро сообщило, что в районе Сталинграда в основном закончена ликвидация немецко-фашистских войск. Войска СКФ заняли Ново-Александровскую, Средний Егорлык, Григориоколисское, Отрадно-Ольгинское.
28 января 1943 (четверг) – день 586
Доставив донесение о боеприпасах в артснабжение дивизии, Соболев с коноводом Уталиевым вернулись с целой связкой тетеревов и четырех глухарей. За приготовление ужина по всем правилам взялся рядовой Гайворонский. Евгений Ильич договорился с хозяевами дома, они нам помогают готовить пищу. Ужин получился в поздние часы. За столом Соболев продолжал свой любимый рассказ про жизнь птиц и животных. Все присутствующие, уплетая птицу и картошку, не перебивая, слушали его. – Чем сильнее морозы, глубже снег, тем труднее становится не только людям, а и лесным обитателям, – медленно говорил он. – Они перекочевывают на новые места за много километров. Тетерева, глухари, синицы, чечетки и снегири всегда живут большими шумными семьями, табунками. Даже косули и лоси редко зимой ходят одиночками. Если услышишь перестук дятла, то там внизу деревьев, обязательно крутятся другие птицы. Они кормятся наростом-куржаком, которые дятел сбивает с деревьев при долбежке по стволу. Про птиц и зверей он мог говорить сколько угодно. Но ужин был съеден и нам было пора расходиться по своим делам. Из сводки Совинформбюро: освобождены ж/д станция Курганная, Ново-Покровское, Гулькевичи, Ильинская. Петропавловская, Михайловская, Отрадо-Кубанское. Как же благоприятно действовали такие сообщения на личный состав. Лица их озарялись, разглаживались морщины. Смотрю на Соболева, этого невысокого, убежденного мастерового. Я знаю, что он завтра будет работать и нести службу еще лучше. Хотя он свое дело знает и всегда выполняет хорошо. А весь его вид говорит за его кротость и большую гуманность.
29 января 1943 (пятница) – день 587
Сержант Соболев и рядовой Гайворонский заметно повеселели, они получили из дома по несколько писем. Семья Соболева благополучно добралась до города Фрунзе и им дали кровь. Жена устроилась в детский садик. Двое малышей теперь при ней. Жена Гайворонского пишет, что работает по мере возможности в колхозе. Меняет барахло на продукты, ведь надо содержать троих маленьких детей. Сегодня ездил в артпарк 110-й КД, вместо Уталиева, в качестве коновода со мной был оружейный мастер рядовой Солёнов. Раздобыл необходимые запчасти для ремонта станковых пулеметов. Мы возвращаемся домой. Погода стояла тихая, располагающая к воспоминаниям. Вспомнил, что Солёнов был в окружении под Харьковом. Я спросил его, а какой местности он уроженец. Попросил его рассказать о его довоенной жизни и работе, о боях, в которых он был до нашего полка. Потихоньку, обстоятельно он начал свой рассказ, что работал он до призыва в армию спасательной службе на различных угольных шахтах Донбасса. Что ему известны почти все шахты. В одних он проходил практику, в других приходилось вести спасательные работы. Теперь, коснувшись своей специальности, он не умолкал. Казалось, если даже перестать его слушать, он с таким же жаром будет рассказывать и рассказывать. Ему просто сейчас не до слушателей. Он вспоминал мельчайшие подробности о своей довоенной работе, в которую был сильно влюблён. Перебивая его, я спросил, а видел ли он до войны Алексея Стаханова? Отвечает, что он с ним работал в шахте Ирмино и хорошо его знает. Далее я его попросил подробнее рассказать, как он выходил из окружения под Харьковом. Тут он как бы сделал небольшую паузу для того, чтобы разграничить рассказ о мирной жизни и о боевых делах. Он рассказал один случай, который имел место быть при его выходе из окружения. Выходил он из окружения в составе группы из 12 человек, во главе со старшим лейтенантом Степановым. Друг друга они до этого не знали. Старшего лейтенанта Степанова лицо не сохранилось в памяти. Ведь наши лица были настолько грязными, что вряд ли что могло остаться впечатляющим. Помнится только то, что он требовательный взыскательный, в общем, настоящий командир. Голодные изнурённый боями и жарким солнцем мы подходили к реке Северский Донец. Не в далеке виднелся деревянный мост. Группа залегла. Видим, на мосту прохаживающегося немца, автоматом на груди. Старший лейтенант, показывая на часового и обращаясь ко мне, приказывает снять без шума. Ползу осторожно и мучительно долго. Кажется, целую вечность. Подползаю к мосту почти вплотную. Захватывает дух. Поднимаюсь и бросаюсь на часового, притулившегося к перилам моста. Вдруг сзади раздаётся за спиной зычный голос: «Хальт!», и холодный металл прижался между моих лопаток. Ничего не остаётся. Нажимаю на спусковой крючок и прошиваю очередью часового. И в то же время получаю сильнейший удар по голове. Я очнулся, захлёбываясь водой. Страшная боль в голове. Но шум и стрельбу различаю отчётливо. Отталкиваюсь от берега и плыву под мост. Обхватив свою руками, я стал соображать, что же происходит. От сваи к свае потихоньку перебираюсь к противоположному берегу. Добравшись до противоположного берега, перевернулся на спину, выставив из воды только глаза и нос, и отдался течению. Через некоторое время я заплыл в камыши. Пробираюсь к берегу. Осматриваюсь, у моста стоит группа немцев. Своих ни одного. К моему удивлению, весь в грязи, вылезает старший лейтенант Степанов. Радости моей не было границ. Выбравшись из воды, отжались и двинулись с ним в путь. В пути он мне рассказал подробности. Когда он дал мне задание снять часового, сам же с группой пополз вслед за мной. Когда произошёл выстрел и удар прикладом по моей голове, он всадил в спину немца нож. Но тут же несколько немцев спешили на помощь. Старший лейтенант, пропустив группу по мосту, сам начал вести огонь по приближающимся немцам. Завязался настоящий бой. Он был вынужден выброситься с моста в воду и добираться вплавь до этого же берега. Вскоре соединились со своей группой. Они думали, что мы погибли. Внимательно выслушал этого костлявого исхудавшего человека. А что если бы дать ему отдохнуть деньков 5-6. Это была бы косая сажень в плечах. Этот человек, с врождённой обычностью русского характера, с неподкупной простотой и добродушием, поведал бы сотни таких историй. Сводка Совинформбюро принесла нам очередную радостную весть: освобождены город Кропоткин и райцентр Темиргаевская.
30 января 1943 (суббота) – день 588
В Среднем Егорлыке мне довелось вести разговор с несколькими местными жителями. А вот с одним гражданином калмыцкой национальности состоялся такой разговор. – Какое счастье, что пришли вы, но, если Вы только знали, как остро чувствует каждый из нас свой долг перед вами, – говорит он, – Я например, не знаю, чем бы мог искупить свою вину в том, что я оставался здесь и очень мало сделал для Победы. И вот ещё что, вы знаете, я думаю, – мой собеседник как бы запнулся, и потом сразу же выпалил, – я думал, что если между нами было хорошо налажена связь, информация о делах Красной Армии, то гитлеровцы были бы изгнан из нашей земли значительно раньше. Мы помогли бы это сделать. – А почему же вы не вступили в партизанский отряд? – задаю ему вопрос. – Не так-то легко связаться было с партизанами, – отвечает он – А пытались найти связь с партизанами? – снова задаю вопрос, – и как это попытка осуществлялась? – Видимо не принял всех мер чтобы вступить в связь с партизанами, – как бы заключил наш рассказ гражданин Джимбиев. На станицу уже спустились томительные и нудные, длинные январские ночи, но спать не хотелось. Хозяин где-то раздобыл немного спиртного. Теперь он стал более словоохотлив и даже с азартом вёл рассказ, как гитлеровцы вывозили на запад ценности, как станица переживала страшное гитлеровское лихолетье.
31 января 1943 (воскресенье) – день 589
Сегодня снова столкнулся с фактом безразличия некоторых командиров подразделений со своевременностью обеспеченности боеприпасами. Может быть в этом я виноват сам. Это теперь меня начала возмещать, я чаще стал горячиться. Всё чаще меня возмущали и нерадивое отношение начальствующего состава к содержанию вооружения. Это же первейшая обязанность каждого командира содержать оружие всегда в боевой готовности. Неужели основной расчёт на шашку?.. Большинство командиров подразделений были с большим жизненным опытом, чем я. Поэтому они, как правило, после моей проверки старались упредить меня в докладе командиру полка о результатах проверки, и как правило, их упреждающий доклад, имея основную цель уменьшить значение вскрытых недостатков и обвинить меня в излишней требовательности, достигал от определённой цели. Это ещё больше меня выводило из терпения. В этом, прежде всего, я видел большую несправедливость. В тех случаях, когда я узнавал об этом от командира полка, докладывая ему, я проявлял горячность. Майор Нижерадзе уже несколько раз, в том числе и сегодня, напомнил мне, не знаю чье, изреченье, примерно такого содержания: «Если тебя ложно обвиняют, тут-то твой выстрел в обвинителя опасен, он может прозвучать как признание вины». И обычно добавлял: «А вы повышайте к ним ещё больше требовательности, тогда они меньше будут жаловаться на вас». Надо отдать должное майору Нижерадзе, за то, что он, в вопросах содержания оружия, командирам подразделений предъявлял самую высокую требовательность. На совещаниях неоднократно обращал внимание командиров, что указания и требования начальника артснабжения, в части ухода и сбережения оружия, должны выполняться безоговорочно. В вопросах службы артснабжения, я всегда нахожу поддержку от командира полка, значит действительно, я сам недорабатываю в этом. Именно, надо повысить свою требовательность и не оставлять безнаказанным ни одного случая грубого нарушения уставных требований в содержание вооружения. Неправду говорят некоторые, что старики не доверяют молодым. Николай Николаевич Нижерадзе по возрасту мне отец, но я этого никогда не замечал. Наоборот, чувствую, что он старается мне дать больше самостоятельности в работе. Об этом говорит то, что службой артснабжения он руководит сам. Дело в том, что в отдельном армейском кавалерийском полку, начальник снабжения являлся подчинённым помкомандира полка по снабжению. Должности начальника артиллерии полка не было, как это было в 1939-40 годах. С 1940 года снабжение подчинено начальнику артиллерии, возведя их в ранг заместителей начальников артиллерии по снабжению. Ещё в начале формирования, командир полка, по моему докладу признал, что если я буду подчиняться ему непосредственно, то вопросы будут решаться более оперативно и грамотно. С помкомполка по тылу мы были в добрых отношениях. Некоторые невежественные люди в полку пытались принизить роль службы снабжения тем, что мол, боеприпасы выдавать по нормам, одинаково. Вот, мол, и всё.
1 февраля 1943 (понедельник) – день 590
Полк движется походной колонной. Вот уже видны силуэты домиков, темневших на открытой местности, поросшей лишь редким бурьяном. Проходя по Калмыкии, я не встречал войлочных кибиток, из отверстия которых, валил бы дым. В населённом пункте мы разошлись по домам, чтобы обогреться. Я с коноводом, по его рекомендации, зашли, по его мнению, в самую чистую и опрятную хатенку, где можно побаловаться «Джамбо» (калмыцким чаем). Когда мы зашли в хату, хозяйка пристально осмотрела нас. После нескольких слов произнесённые Уталиевым по-калмыцки, видимо сжалилась над нами. Это только потому, что увидела она на нас, покрытое наледью обмундирование и небритые лица. Посреди хаты на полу около хозяйки сидит самая старшая дочь с раскосыми восточными глазами и маленькими твёрдыми грудями. Грязная, но по местным представлениям, как это мне объяснил Уталиев, она была красавица. Вот только у неё недоставало пышных ягодиц. Хозяйка произнесла длинную речь, и из перевода Утолиева я понял, что она извиняется за то, что не может нас угостить бараниной. Есть два барашка, но она их бережёт на «Шулюму» – Калмыцкое национальное блюдо в религиозный праздник Калмыкии «Цаган Сара» – это Праздник весны во второй половине февраля. А сейчас она нам предлагает чай по-калмыцки. Кроме того, она нам предложила чёрный каракуль для кубанки, видя, что наши уже не имеют никакого вида. Хозяйка жаловалась, что этой зимой в Калмыкии погибло много овец в бурю (Шурган). «Мель Шульма!», – в сердцах хозяйка ругала немцев, которые прошли по Калмыкии как Шурган. И действительно, во всех освобожденных нами районах, эта немецкая саранча, на своём пути, съела всё живое. Да разве только это!.. Для них выгода прежде всего. Здесь убивали мирных жителей, чтобы собрать побольше зубных золотых коронок, человеческих волос, одежды и обуви.
2-5 февраля 1943 (вторник - пятница) – дни 591-594
…
6 февраля 1943 (суббота) – день 595
За 35 дней непрерывного преследования, отступающего с боями, противника, выбивая его неожиданными налётами из населённых пунктов, наш полк прошёл около 800 км. Это примерно по 25 км в сутки. За это время совершенно отсутствовала возможность помыть личный состав или хотя бы поспать в раздетом виде. Насекомые заедают. На пути движения был случай, когда мы проходили озерко с термальной водой горячим источником. Забавная картина: кругом снег, а раздетые бойцы догола, вошли в воду и плескаются в ней. Тела сверху обжигает морозный воздух, а нижнюю часть – горячая вода. Рискнул искупаться и я. Позднее и пожалел. На чистом теле стало больше неприятных ощущений, от ползающих по нему насекомых. Так мы покидаем Северный Кавказ. Когда-то мы учили в школе и ещё помнится, что горная система большого Кавказа, расположенная между Чёрным и Каспийским морями, от Таманского до Апшеронского полуострова, сопровождается сплошными хребтами разделенными долинами. Самые высокие из хребтов, это Боковой – 5000 м и Скалистый – 3500 м. Но увидеть близко эти белые громады вершин в далёком небе нам так и не удалось. Мы лишь видели горы издалека, а на них синеватый, вечнозелёный лес, опирающийся своей кромкой в небо и сливающийся с его голубизной. Мы начали боевые действия за Северный Кавказ в самую благодатную пору на Северном Кавказе. Это ранняя осень. Но нам не пришлось замечать, и тем более пользоваться, ласковым, щедрым солнцем и буйной зеленью. Дни пролетали незаметно, в делах. В памяти больше остались боевые дела: в трудных погодных условиях, в сырость, в слякоть; промокшие и озябшие.
7 февраля 1943 (воскресенье) – день 596
На совещании, от майора Нижерадзе мы узнали, что в соответствии с решением Закавказского фронта, 110-я Кавалерийская дивизия передаётся на доукомплектование 4-го кубанского корпуса. Наш 273-й полк, в полном составе, должен быть подготовлен к передаче в 10-ю гвардейскую Кубанскую дивизию. Весь день мы с Красиловым, писарем, кладовщиком и мастерами уточняли, подсчитывали и составляли ведомости на передачу вооружения и боеприпасов. К вечеру все ведомости и акты на передачу всего артиллерийского имущества были заготовлены и доложены командиру полка майору Нижерадзе. Николай Николаевич утвердил необходимые документы. А завтра я должен встретиться с начальником артснабжения 10-й Кубанской казачьей дивизии и договориться, каким образом будет приниматься вооружение и боеприпасы. Было тяжело расставаться с полком. За несколько месяцев трудных испытаний, непрерывных боёв, он стал мне родным домом. На фронте, где на каждом шагу подстерегает опасность, где прожитый, порой, день равен году, а то и вечности. Особенно быстро сближаешься с людьми, у которых и думы, и надежды были едины. Немало моих товарищей погибло в боях в этом полку. От некоторых из них я слышал их последние слова… Арттехник Красилов немного времени был моим помощником, но оставил о себе самые благоприятные воспоминания, как человек незаурядных способностей. За этот короткий период существования полка, методы и формы работы службы снабжения начали стабилизироваться, выработаны некоторые каноны, исходящие из обстановки, из личного общения с подразделениями, индивидуальной работы на местах. Я всё больше убеждаюсь, что труд артснабженца, по факту, не менее важен и ответственен, чем труд любого воина, командира или политработника.
8 февраля 1943 (понедельник) – день 597
С утра разыскал начальника артснабжения 10-й кавдивизии. Доложился. Вручаю ему акты на передачу в дивизию, имеющихся вооружения и боеприпасов в нашем полку. Он выразил недоумение, мол, за что я буду расписываться, если я этого ничего не видел. Никаких росписей. Завделу приказал учесть вооружение, показав его в очередной сводке 4-й КККК. Такое положение дел меня не устраивает. Возвращаюсь в полк и докладываю об этом командиру полка майору Нижерадзе. Но Николай Николаевич махнул рукой. К этому времени все эскадроны уже убыли в разные полки 10-й КД вместе с оружием. Снова иду с писарем Гайворонским к начальнику артснабжения 10-й КД. Договорились, что я писаря Гайворонского вместе с книгами учета вооружения, боеприпасов и другой документацией передаю в его распоряжение, а потом, когда будет время, они со всем разберутся. А сейчас полки уходят по льду через Дон. Я остался не у дел. Все должности в службе артснабжения были укомплектованы. Начальник артиллерии 10-й КД предложил мне должность командира пушечной батареи 12-го конно-пехотного дивизиона. В этой батарее пушек нет и батареи, как таковой, не существует. Исполнять же буду обязанности помощника начальника артснабжения дивизии. Выхода не было. Я согласился. Так началась моя служба в 10 гвардейской кавалерийской дивизии. Расформирование полку прошло в такой спешке, что мы не успели попрощаться друг с другом, с товарищами. Артмастера переданы в артполк дивизии. Теперь постоянно я мог видеться лишь с бывшим писарем полка Гайворонским. Он по-прежнему, с кипучей энергией ведет работу по учету вооружения и боеприпасов. Он любит музыку. Уже ищет здесь возможность выступить в художественной самодеятельности со своими традиционными частушками, сказками и юморесками… Совинформбюро сообщило о занятии нашими войсками г. Белгорода.
9 февраля 1943 (вторник) – день 598
Полк был разбросан подразделениями по всем полкам 10-й КД. Части этой дивизии спешно готовятся для перехода по льду через Дон и Мертвый Донец, чтобы перерезать немцам путь отхода на Таганрог. Сейчас эта задача считается первоочередной. По заданию начальника артснабжения дивизии я хожу по полкам, уточняю наличие подвижных запасов боеприпасов, осматриваю вооружение, ремонтирую. Скучно и неприветливо встречают в такое время проверяющих, да еще и не знакомых. Приходится знакомиться на ходу, не вызывать у командиров подразделений отрицательных эмоций. У них сейчас самое важное – подковать лошадей. В ночь полки дивизии начали форсировать Дон по льду. Наше счастье, что небо закрыто густой, почти непроницаемой облачностью и противник еще не разгадал замысел нашего командования. Штаб дивизии и тылы оставались пока на этой стороне Дона. Проводив части на марш, артснабженцы дивизии решили отдохнуть в развернутой палатке артпарка. Здесь мне и довелось познакомиться с начальником артснабжения 4-го КККК полковником _________. Познакомившись с ним, я рассказал ему о своей должностной неустроенности. Он пообещал, в скором времени решить вопрос о возобновлении, якобы по недоразумению, сокращенной должности помощника артснабжения в кавалерийских дивизиях. А сейчас, мол, надо поработать на этой должности, числясь замкомбатом, в конноартиллерийском дивизионе. Потом начальник артснабжения корпуса _________ поинтересовался, какое училище я заканчивал и откуда родом. Услышав, что я уроженец и выпускник Тамбовщины, он почему-то задал мне вопрос, о том, чем знаменита Тамбовщина? Не задумываясь я ответил, что наша Тамбовщина знаменита просторами полей, лесами и белыми садами, в пору их цветения. Каждый Тамбовчанин горд тем, что он живет в самом Центре России.
10 февраля 1943 (среда) – день 599
Сегодня возвратился по льду начальник артснабжения полка, который рассказал нам как немцы, пронюхав наше форсирование, открыли ураганный минометный, артиллерийский и пулеметный огонь по коннице. Но было уже поздно. Большая часть дивизии уже находилась на противоположном берегу и завязала ожесточенный бой. И никакой огонь не мог остановить остальных воинов, хотя вокруг был нарушен лед и в любую минуту можно угодить под него. Слушал этот рассказ, один из присутствующих бойцов, как бы шутя высказался, что все-таки наше командование не щадит бойцов, не дорожит их жизнями, зачем, мол, идти на большой риск. Непринужденно завязался серьезный разговор. Многие высказались, что на войне без риска невозможно победить. Некоторые сказали, что они знают свое командование как первых поборников за предотвращение напрасных жертв, которые всегда всем сердцем переживают потери солдат и офицеров. К слову пришлось, и я рассказал об одном случае в полку. Дело было летом. Штаб полка занял небольшой домик на опушке леса. Его высокая крыша виднелась над кустарником и была видна со стороны противника. Я был свидетелем разговора командира полка с командиром комендантского взвода. – Почему не сняли крышу? – обращаясь к командиру взвода, строго спросил командир полка, – Вы что, хотите, чтобы одной мины немцы накрыли штаб? Командир взвода молчит. Но тут бесцеремонно, с кавказским акцентом и показывая пальцем, в разговор вмешивается солдат с комендантского взвода. – Товарищ комполка! Виноваты мы, – и показывая пальцем под крышу, продолжает, – Посмотрите, там ласточкины гнезда и птенцы-подлетыши. Они через два-три дня улетят. Вот мы их и пожалели. Командир полка нахмурился, махнул рукой и вошел в домик. А через несколько минут штаб покинул домик и разместился в лесу. Нетрудно сделать выводы: нашему советскому человеку, с чистой русской душой не ведома жестокость, и он жалеет не только человека, но и другие живые существа.
11 февраля 1943 (четверг) – день 600
Еще в полдень было тихо, солнечно. А к вечеру разразился ураган с мокрым снегом. Температура упала до нуля градусов. С нескольких домов ураганом сорвало крыши. Не прошло и десяти минут как ветер стих и люди вышли из укрытий на улицу, чтобы осмотреть и ликвидировать проделки стихии. Но не тут-то было – противник начал массированный налет огнем артиллерии. Появилось несколько очагов пожаров. Село заволокло дымом, воздух наполнился гарью и смрадом. Обстрел продолжался более 2-х часов. На площадке, где размещался дивизионный артпарк, разорвалось три снаряда. На этот раз обошлось без ущерба, если не считать того, что один снаряд угодил в штабель со смазочными материалами. Штабель загорелся. Возникший пожар быстро локализовали. Личный состав артпарка не дал ему распространиться на штабеля с боеприпасами и вооружением. Получил указание доставить в части дивизии по льду, на трех автомашинах, боеприпасы. Загрузились быстро и, под покровом ночи, двинулся в путь. Предупрежден об опасности движения по льду, так как на пути появилось много участков с нарушенным ледяным покровом, в результате бомбежек и обстрелов.
12 февраля 1943 (пятница) – день 601
Доставил в части дивизии боеприпасы без особых происшествий, за исключение того, что по приближению к частям, дважды колонна попадала под артиллерийский и минометный обстрел. Две машины изрядно побиты осколками, выбиты стекла. На кабинах и на бортах зияют пробоины. Но все это поправимо. Обратно возвращался по льду, но уже в светлое время дня. Машины дважды подвергались пулеметному обстрелу огнем с самолетов противника. Возвратившись в расположение второго эшелона дивизии, я с ходу получил новое указание о доставке следующей партии боеприпасов конноартиллерийскому дивизиону и трем сабельным полкам. На этот раз колонна состояла из четырех «полуторок». Следую в колонне с третьей машиной. В первой – командир взвода артпарка ст. сержант Персольцев. Двигались не свыше 7-10 км/час. Где-то на полпути ледяной дороги первая машина угодила в пролом во льду и затонула вместе с экипажем. Мучительно долго ждем, когда из воды покажутся водитель и Персольцев. Но они не появились – не успели покинуть кабину до того, как их поглотила пучина. Теперь мы движемся еще медленнее. К противоположному берегу мы прибыли, когда уже было совсем светло.
13 февраля 1943 (суббота) – день 602
Минуло 600 дней войны. Вспоминается моя короткая, но насыщенная боевыми делами, почти шестимесячная служба в кавалерии. В эти полгода были достигнуты большие успехи и на других фронтах. Блестяще были завершены такие операции как, Великолукская и Ржевско-Сычёвская. В январе 1943 войска Ленинградского и Волховского фронтов прорвали блокаду Ленинграда. За немногим более чем полтора года войны все мы увидели кровь, страдания, смерть, в их самых немыслимых проявлениях. Мы ещё глубже начали воспринимать, что гитлеризм – это край гибели нашей Советской страны. Минувший год, это радость и горе, возникновение и крушение надежд, новое их возникновение: разгрома гитлеровцев под Москвой, успехи Западного фронта. Далее неудачи в Крыму, неудачи при прорыве блокады Ленинграда, эвакуация промышленности, майское поражение в Керчи и под Харьковом, отход к Воронежу и Новороссийску, к берегам Волги, на Северный Кавказ. Победа под Сталинградом, освобождение Кавказа. 1942 год – год непрерывного напряжения, год военных, политических и нравственных побед армии, народа, партии и Советской власти. Сегодня Совинформбюро сообщило, что наши войска овладели городами Краснодар, Шахты, Красноармейская, Ворошиловск и Новочеркасск. Доставил боеприпасы частям дивизии, когда уже было совсем светло. Конноартиллерийский дивизион, который так ожидал боеприпасы, снова остался без единого снаряда. Надо срочно принимать меры к их подвозу. Быстро выгружаем машины и движемся обратно, интервал между машинами 150-200 м., едем со скоростью 20 км/час. Еду на головной машине, через определенное время наблюдаю за двумя следующими за нами машинами. Вдруг замечаю, что последней машины не стал. Разворачиваемся и движемся назад. В трехстах метрах во льдинах показалась голова человека. Опять несчастье, наша последняя машина, отклонившаяся от направления следования впереди идущих машин, попала в пролом. Но водитель, уже, будучи в пучине, успел покинуть кабину. Бросаем ему трос потихоньку вытаскиваем. Раздели догола и одели во всё сухое, что можно было снять с нас, оставшихся троих. Усадили его в кабину и снова в путь. С прибытием обстоятельно доложил о происшедшем, полагал, что мне здорово попадёт. Да, признаться, я и сам чувствовал, что я в какой-то мере тоже виноват, а именно, что не предотвратил ЧП. Вопреки всему, к моему большому удивлению, начальник снабжения дивизии разрешил мне ночь отдыхать.
14 февраля 1943 (воскресенье) – день 603
Рано утром разбудил посыльный. Мне приказано, срочно, с колонной из 6 автомашин, направиться на полевой армейский артиллерийский склад. До него мы добрались лишь исходу первой половины дня. Как неимоверно хочется кушать. Но не до этого. Надо хотя бы получить боеприпасы и загрузится, а потом уже думать о желудке. К сожалению, нужных нам боеприпасов на ПААС не оказалось. Они ещё не прибыли с фронтового склада. Надо ждать, а сколько времени, тоже никто не знает. Колонну разместил в населённом пункте. Разместились все в одном небольшом однокомнатном русском доме, со скромной обстановкой. Стол, лавка вдоль стены, в углу ажурная икона с изображением Николая Угодника и, подвешенная к потолку, лампада на цепочке. На тумбочке в этом же углу под салфеткой лежит книга священного писания «Ветхого и Нового Завета». Это книга объемистая, с заложенным крестом на твердой обложке. Короче, в домике мирный и чуть патриархальный уклад. Вот, после долгого отсутствия, явилась хозяйка. От неё мы узнали, что её единственный сын пропал на фронте без вести. Она предложила нам попробовать чайку. Хотя для нас это и нежелательно, так как как разовьет ещё больше аппетит. Но поскольку не видим других перспектив, соглашаемся на чай. Нельзя представить, с каким траурным видом мы пили чай ещё и ещё раз промывали, без того много раз до этого, промытый желудок. Пока мы совершали эту операцию, хозяйка куда-то снова отучилась. Какая же была радость, когда она явилась в дом с чугунком, а на чугунке лежал в большой круглый каравай чёрного, ржаного хлеба. Лицо хозяйки озарено радостью не менее, чем у нас. Эту еду, по всей вероятности, она раздобыла у соседей. Поставив чугунок, она пригласила нас к столу. Но я возразил, что без неё мы не сядем. Согласилась, но прежде, чем сесть за стол, она молча подошла к иконе, зашептала молитву и крестилась, пристально глядя на икону. Разобрать слов молитвы или просьбы невозможно, донеслись лишь знакомые слова ещё с детства, которые произносила бабушка: «Господи Иисусе Христе, сыне Божий, помилуй меня грешную…». Она непременно просит вернуть ее сына. Как всегда, в коллективе находятся инициаторы, и на этот раз такой нашёлся. Хлеб разрезан по количеству сидящих за столом людей и поровну всем разложена варёная картошка. Во второй половине дня закончили погрузку боеприпасов, и к исходу дня они доставлены в дивизию. Не успев, как говорится, сойти с машины, я снова получил задание: доставить сигнальные патроны и противотанковые гранаты к штабу дивизии в Политотдельское.
15 февраля 1943 (понедельник) – день 604
Довлеет надо мной моя служебная неопределенность. Числюсь в одном месте, а работаю в другом. В силы необходимости знакомлюсь с аппаратом снабжения Дивизии, полков, артпарка, быстро вхожу в курс дела. Начальник снабжения дивизии больше находится с артпарком. Я сегодня должен был быть в дивизии. Никакими данными о составе вооружения и боеприпасов не располагаю. Штаб Дивизии в Политотдельское. Сижу мрачный и подавленный, как неприкаянный. Тоска одолевает меня и не с кем поделиться. Думаю, неужели это так и будет продолжаться. Нет, я этого допустить не должен. Я должен получить вполне определенную должность. Пусть это будет в полку или в артпарке… Будет значительно лучше, если меня направят в общевойсковую армию, а там найдут мне должность. Решаю завтра начинать зондировать почву. Вечерело. В сумеречном небе произошло столкновение в воздухе ПО-2 и «Хейнкеля». Вспышка озарила небо, оба самолёта загорелись одновременно, как факелы разлетались в стремительном падении. Было ли это намеренное столкновение я не знаю. Авиаторам, наверное, уже известно. Буквально через несколько минут после этой воздушной картины мы наблюдали другое зрелище: снаряд точно угодил немецкому бомбардировщику в фюзеляж. От взрыва самолёт как бы вздрогнул, перевернулся кабины вниз и летел так несколько метров, и задрав хвост завертелся по спирали, и как мощный бур врезался в землю, выпустив огромное черное облако копоти. Вскоре, самолёт взорвался. Двое лётчиков выброшены из кабины. Тела их были настолько сплюснуты, казалось, что они побывали под многотонным прессом. К штабу дивизии прибыл в 6:00. Здесь же, боеприпасы разобрали ожидающие представители от частей. Машины отправил в артпарк, а сам остался, как мне приказано, здесь при штабе дивизии.
16 февраля 1943 (вторник) – день 605
Обращаюсь к начальнику артиллерии дивизии с просьбой откомандировать меня в распоряжение отдела кадров 4-го КККК. Он собственно и не возражает, и не даёт согласия. Такая неопределенность позволила мне направиться в отдел кадров 4-го КККК. Просьба моя заключается в том, чтобы меня направили для прохождения дальнейшей службы по специальности. Если нет такой возможности в кавалерии, то направить меня в общевойсковую армию. Начальник отдела кадров, видимо опытный человек, и он сразу же понял, чего я хочу. Он быстро написал отношение начальнику штаба 10-й КД, в котором говорилось, чтобы меня откомандировали, как за штатного, в распоряжение отдела кадров 4-го КККК. Довольный, я возвращался в дивизию. Теперь я шагаю по Ростовской области. Здесь вот уже подлинно русское и небо, и деревья. Здесь речушки, заросли ивы. Изредка начали попадаться тёмные и молчаливые дубы, знакомые с детства русские дороги, избы, сараи и изгороди из плетня… В сёлах тишина и безлюдье. Глядя на них, я думал, и где же сейчас все эти люди, которые веками здесь жили, сеяли, убирали поля, растили детей. Понятно какая-то часть из них в армии и в своё время эвакуировать в тыл. Но где же основная масса? Неужели все уничтожены и угнаны в Германию. А ведь сколько таких сел побывало под кованым сапогом извергов. Становится от такой мысли не по себе. А когда-то именно из этих сёл и деревень выходили в мир великие, озабоченные людской долей, и, наверное, прославившиеся передовики, новаторы, труженики колхозного производства, а может быть и писатели, и композиторы и архитекторы.
17 февраля 1943 (среда) – день 606
Утром я получил официальное предписание штаба дивизии об откомандировании меня в распоряжение отдела кадров 4-го КККК. С этим документом я ознакомил только начальника артиллерии дивизии и ушел. Начальник артехснабжения был артпарке, я с ним не виделся. Во второй половине дня я уже был в отделе кадров 4-го КККК. Сказали, завтра подойти и со мной вопрос будет решён окончательно. Мне удалось разместиться в доме, где уже было два офицера, но ни они, ни хозяева не возражали принять меня. Эти два майора и хозяйка вели непринуждённый разговор. Пока я раздевался, понял, что речь идёт о том, что война делает человека грубым безжалостным чёрствым. Один из собеседников это отвергает. Он говорил долго, много, примерно так, что не может это утверждать, склонен считать, что это не совсем так. Что уже давно доказано, что Советскому воину не противоположны жалость и философские раздумья. В то же время ему не чужды ни любовь, ни поэзия, ни искусство. Отрицательные факторы войны, прежде всего, калечат психику человека. У некоторых это протекает внешне более выражено, а у других умеющих сдерживать внешнее проявление эмоций, что в большей степени отражается на его состоянии здоровья. В последнем случае люди изнашивается значительно быстрее. – Я согласен, – начал говорить другой, – что человек прошедший и испытавший всю горечь войны делается несколько иным, отличным от тех, кому не пришлось испытать этого. Большинство людей, прошедших настоящее пекло Гражданской войны, которых мне пришлось знать, в мирное время – это люди всегда и во всём по-деловому принципиальные, не дружат с мелочностью, обладают повышенной решительностью и разумной инициативой. Это, как правило, люди, с мягким и добрым сердцем, готовы в любую минуту прийти на помощь попавшему в беду человеку. – Я очень много знаю и сейчас таких людей, – перебивая, сказал второй майор, – Я имею в виду, которые прошли самые сложные и тяжёлые исполненные благородства и борьбы эти полтора года войны. За это время почти все, до неузнаваемости возмужали и повзрослели. В 19-20-летнем возрасте им уже доверяют командовать ротами, батареями, батальонами и дивизионами, а иногда и полками. У таких людей, как правило, было трудное детство, которое прошло в горе и лишениях. То есть эти люди прошли через несчастье и видели много и все они, как правило, очень добрые. А их волевая устремленность всегда базируется на мягком сердце, хотя ему приходилось убивать вражеских солдат и офицеров. Поэтому я тоже не могу согласиться с тем, что страдания делают человека чёрствым. Хозяйка, очень внимательно слушая разговор двух командиров, спросила: – А как некоторые воины находят время для романов? – А на этот вопрос, пожалуй, нам лучше ответит старший лейтенант, он у нас самый молодой, – обращаясь ко мне, сказал майор – Не знаю, если есть такие случаи, то они, по-моему, настолько редки. В звене рота-полк вряд ли можно привести пример. За 600 прошедших дней войны, – отвечаю я, – за серьёзными боевыми делами, где требовалось приложение огромного количества энергии, вряд ли кто думает о женщинах. Но лично я не исключаю возникновение романа там, где этому позволят обстоятельства. А сейчас мне кажется, кто и способен думать о женщине, то этим и ограничен. Потом собеседники повели речь о том, что сражаться с опасностью намного легче, чем постоянно думать о ней. Как я понял, оба майора были политработниками и часто дело имели с передним краем противника.
18 февраля 1943 (четверг) – день 607
Мне сказали, чтобы я пришёл концу дня. Сейчас уточняют вакантные должности в других частях и соединениях корпуса. Ну что же, торопиться некуда. Подожду. Вспоминается (невольно) Северный Кавказ. Отчётливо помню, как я прибыл туда и как убывал оттуда. Прибыл я в него ранней осенью, когда ещё ласково светило солнце. Каспийское море, горы, сплошь в густой зелени. Когда был в Махачкале, на берегу моря, слышал шорох набегающих волн, шуршание мелкой гальки. Я ощутил тогда, как мелкая галька и песок, гонимые порывистым ветром, больно били по лицу. У моря был всего один раз, не более 2 часов. Мимоходом побывал в прибрежном парке. Вокруг было очень красиво. Парк с пушистыми деревьями и газонами показался мне тогда сказочным миром неподвижности и тишины, а совсем рядом шумела бойкая улица. Помню, расставаясь с другом Мясоедовым, мы провалились, на минутку, в густые высокие ромашки, заложив под голову руки, и мечтательно смотрели в небо. Но долго так лежать, у нас не было времени. Мы нужны фронту… Побывать в горах нам тоже не пришлось. Короткое формирование и боевые действия впереди. Больше в памяти сохранилось, как дрожала под ногами песчаная земля от непрерывных разрывов и осыпались стенки окопов щелей. После обеда мне вручают предписание о направлении меня в отдел кадров 51-й А. Исходом дела очень доволен. Теперь я попаду в свою стихию, ведь пробыв почти полгода в кавалерии, я ни разу не видел ни зенитных пулеметов, ни снайперских винтовок, ни одного орудия (кроме трофейного), ни 120 мм полковых минометов. А ведь это было положено и в кавалерии. Значит, мне было ресурсов.
19 февраля 1943 (пятница) – день 608
Разыскиваю 51-ю А. Говорят должна быть в городе Шахты. Бреду пешком. Попутного транспорта нет. Оказывается, капризная погода даже может быть и здесь. Вдруг подул холодный ветер. Пурга усиливалась каждой минутой. Всё потонуло в снежной круговерти, только к вечеру ветер разорвал снежные тучи, разогнал их и утих. Из глубокой бездны выглянуло солнце. В небе проносились самолёты, где-то вдали «бахали» зенитки. Шёл я налегке. У меня с собой никогда не было ничего. Все умещалось в полевой командирской сумке и планшетке. Когда я ступил на окраину города Шахты, наступили сумерки. Теперь же, крупный мокрый снег лениво кружится, в пробивающихся из окон домов, лучах света, и тонким мягким пластом ложиться на крыши, на плечи, на шапки. Усталый, примерзший, я попросился к хозяевам дома отдохнуть. Приютили меня, накормили и постелили постель. Проспал я ровно 12 часов. Хозяева будить не осмелились, так как я очень сладко спал.
20 февраля 1943 (суббота) – день 609
Чувствую себя виноватым за недозволенную вольность, проспать 12 часов подряд. Это было только в детстве. Штаб армии разыскать трудностей не составило. Это можно было определить по полковому транспорту и, по оставленным на каждом шагу, постам и более чистой одежде штабных работников. В отделе кадров артиллерии со мной побеседовал начальник отдела майор Серёгин. В основном эта беседа сводилась к моим ответом на его вопросы о моей прежней службе. О моём желании, в смысле назначения, меня не спрашивал, а может быть сейчас вообще этот вопрос задавать бессмысленно. Направлять надо туда, где нужны, где вакантные должности. Да и вряд ли в моём характере выпрашивать должность. Куда пошлют – значит так надо. Через несколько часов мне выдали предписание, согласно которому, я направлялся помощником начальника Артснабжения по вооружению 87 стрелковой дивизии. Рассказали примерно, как до неё добраться. Поблагодарив начальника отдела кадров, я снова направился в путь. Иду снова пешком. Снежные сугробы подернулись тонкой ледяной коркой. На деревьях иней. Бреду весь остаток дня, не останавливаясь. В обед вышло солнце, пригрело. По дорогам и тропинкам начала разливаться тёмная жижица из грязи и оттаявшего снега. На земле была оттепель, но с неба вновь, что есть силы, посыпало оттаявшую землю хлопьями новых порций снега. Шагаю по обочинам дороги, по целине снежного покрова, стараясь не наступать в лужи. Мои валенки уже пропитались до предела. Но теперь и под снегом появились целые лужи. Валенки промокли насквозь, ноги отказываются передвигаться от такой тяжести. Попутных машин всё нет. В полночь, в небольшой деревеньке, меня приютили хозяева, накормили, обсушили. Валенки на всю ночь положили в жарко натопленную печь.
21 февраля 1943 (воскресенье) – день 610
Рано утром я проснулся от сильного кашля, всё-таки видимо простыл. Валенки мои так и не просушились. Но всё же меня мне не везло. Я не могу устроиться на попутную машину, которая меня бы довезла в расположение 87-й СД. Снова бреду пешим порядком. Находясь в пути, постоянно преследовала мысль, а как у меня пойдёт работа в помощниках? Ведь я уже привык к самостоятельной работе. Может быть, попроситься снова на полк. Ведь обязанности начальника снабжения полка многообразнее и объёмнее. Он отвечает за боевую и специальную подготовку, за политическую подготовку всего подчинённого ему личного состава, за его воспитание, за воинскую дисциплину и политико-моральное состояние, за своевременное обеспечение полка всеми видами артиллерийского вооружения и боеприпасами к нему, и артиллерийским имуществом, за содержание их в порядке и исправности. Начальнику артиллерийского снабжения всегда было над чем работать ежедневно и ежечасно. Вечно не хватает времени даже на отдых, и действительно, он обязан постоянно организовывать своевременное истребование, получение, осмотр артиллерийского вооружения, боеприпасов и имущества, поступающего в полк, выдавать их подразделениям полка. Его вечно беспокоят вопросы, связанные с организацией хранения, сбережения и учёта. А сколько занимают в работе вопросы постоянного контроля за правильной эксплуатацией хранением и сбережения. Выполняя только эту условную функцию, он должен безвылазно находиться в подразделениях. Как известно, всем командирам обычно нравилось, когда им делаешь замечание по-плохому содержанию вооружения в своих подразделениях или добиваешься устранения недостатков. Очень много времени у начальника артиллерийского снабжения занимают и такие важные вопросы, как проведение занятий с командным составом, по изучению новых образцов техники организации проверки боя оружия, руководство учёбы личного состава мастерских, подготовки артиллерии, минометных подразделений в стрельбе. Много и других сопутствующих работ выполняет служба. А её начальник, в равной степени со всеми командирами, обязан хорошо ориентироваться в тактических вопросах и постоянно быть в курсе боевой обстановки и оперативно, грамотно решать вопросы снабжения, сообразуясь с обстановкой. Об обязанностях помощника по вооружению полка никакого представления. Да и они вряд ли где-то описаны. Сколько ещё впереди ожидает нас испытаний, фронтовых напряжений? Трудно ответить, думаю, что победы, после победы под Сталинградом, будут множиться, и они будут необратимыми. Быстро сгущаются сумерки. Где-то вдали показались признаки жилья. Надо торопиться, но ноги совсем отказывают нести уставшее тело. Смутно помню, как я добрался до жилья.
22 февраля 1943 (понедельник) – день 611
Проснулся я от жары. Открыл глаза, стараюсь понять, где я и почему здесь. В избе совершенно пусто. У стоянки стоит стол и лавка, русская печка, как паровоз, обдает жаром. Мои валенки пятками вверх сушатся на загнетке. В памяти начинаю воспроизводить вчерашнее. Кашель разрывает грудь, безбожно болит голова, а тело, словно побывало в кипящей воде, горит. Чувствую, что моё отяжелевшие тело всё больше срастается с полом, а набухшие, стопудовые веки смыкаются, кружится голова… Смутно помню тусклый свет керосиновой лампы, двух женщин, хлопочущих возле меня, кружку чем-то пахнущего чая. Потом приснился сон, будто стою я, выпятив грудь вперёд, а фрицы одновременно, из нескольких пулемётов, по мне ведут огонь, но все пули рикошетят, веером разлетаются во все стороны. – Нет, фрицы, – говорю я им, – не удастся вам прошить меня. Это хорошо, что понапрасну расходуете боеприпасы. Потом вдруг поднялся сильный ветер и пурга. Люди валятся с ног, снежный ураган загоняет людей в укрытия. Весь транспорт встал на прикол. Мучительно переживаю за подвоз боеприпасов, так как быть, как выйти из этого затруднительного положения. Вызывает новый командир дивизии, которого я ещё не знаю. Объявляет на совещании, что все немцев, вместе с Гитлером, смело ураганом в море, и боеприпасы больше не потребуется. Видимо на этом мои беспокойства и закончились.
23 февраля 1943 (вторник) – день 612
Кто-то пытается меня взять за горло, сжать своими большими и крючковатыми пальцами руками. Оказать сопротивление нет сил, руки и ноги отказали в движениях, стали неуправляемыми. Просыпаюсь. Я с головой закрыт шубой. Здесь пахнет чем-то невыносимым, и густой запах пропитавшейся потом овчины, и тухлым мясом, и лекарством… Сбрасываю шубу, сажусь спиной к стенке. Ужасно хочется пить. Хозяйка спрашивает, чем мне помочь. Прошу у неё пить. С большой жадностью выпиваю две литровые кружки воды. Хозяйка советуют оставить место в желудке для самогонки, которую сегодня придётся выпить за нашу доблестную Красную Армию. Действительно, сегодня же наш большой праздник. Но тут же мною овладело беспокойство за место службы, куда я должен прибыть. Однако и думать было нечего, чтобы снова продолжить свой путь. Я сильно ослаб, температура упорно держится. Утром я съел две картофелины и выпил кружку молока. Снова улёгся в постель. В обед разбудила хозяйка и просит пожаловать к столу. В доме появилось много женщин. Здесь были едва шустрых старичка, много детишек. Мне было стыдно показаться в таком виде, в каком я пребывал: из мятый, небритый и непричесанный. За печкой, буквально на ходу, я оскоблил свою бороду, умылся, расправил обмундирование, подтянул ремешок, причесался и сел за званый стол. Пили много кружек: и за Красную Армию, и за её Победы, за отцов и матерей, за братьев и сестёр, за скорую и окончательную Победу. Завязавшийся за столом оживлённый разговор, вскоре перешёл в оплакивание каждым своего несчастья, горе, беды, которые принесла проклятая война. Но вдруг снова оживление, кто-то принёс ещё бутылку от Матрёны, а кто-то побежал доставать ещё бутылку от Гавриловны. Уж такой характер русского человека. За столом мне долго сидеть не пришлось. У меня снова начался неимоверный жар, потом озноб. Я извинился и лёг на свою лежанку.
24 февраля 1943 (среда) – день 613
Вопреки календарю, зима не желает сдавать своих позиций. Рано утром обрушилась пурга. Вскоре она перешла в обильный и недлительный снегопад. Часам к 12:00 начало разведриваться. Я решил, во что бы то ни стало найти попутную машину и добраться в дивизию. Поблагодарив хозяйку за гостеприимство, я вышел на обочину в надежде найти попутную машину. Слабость не позволяла набрать темпы движения. Шёл я медленно. Проскочило несколько машин и всей не попутные. Остановился передохнуть. Слышится журчание ручейка, но его не видно. Он где-то бежит скрытно, под толщей снега. Снова иду по обочины. Из-за леска выбегает полуторка. Она движется мне навстречу. Делаю шаг в сторону, чтобы не попасть под брызги от колёс и тут же проваливаюсь в кювет. В воде по пояс. Ноги словно сковало. Пытаюсь выбраться и не могу. Вокруг ни души. Полуторка уже успела укатить и виднелась где-то далеко, на косогоре. Кое-как выбрался на дорогу, снял валенки, вылил из них воду. Отжал шинель и положил её на снег. Наступив на шинель, я тщательно выжимал воду из портянок. Снова оделся и зашагал по дороге. Останавливаться нельзя. Можно замёрзнуть. Впереди показалась деревня. Иду напрямик, но сколько же потребуется сил, чтобы дойти до неё. А они уже на исходе. Хоть ползи ползком. Ноги ступают не твёрдо, подкашиваются, кажется, если я присяду, то подняться не хватит сил. Стараюсь отвлечь себя от усталости, смотрю по сторонам. Вот на репейнике и на какой-то высокой траве висят, как спелые яблоки, красногрудые снегири, а кругом, на белом снегу, видна россыпь семян этих растений. Но взор мой всё же прикован к видневшемуся селению, до которого не более 500 м. Уже начал усиливаться мороз. Как бы не упасть, иначе уже не встать. Наконец-то наступаю на порожек самого крайнего дома. Становлюсь на колени и стучусь в дверь. Вокруг тишина. Терпеливо жду ответа, но его нет и нет. Интуитивно опускаюсь на порожек, вытягиваю ноги, они совсем одеревенели, ничего не чувствуют. Я задремал. Сколько это продолжалось я не знаю. Проснулся я от того, что меня кто-то тормошит за плечо. Открыл глаза. Передо мной склонилась женское лицо. На плечах женщины рваный полушубок. С её помощью я поднялся, и мы побрели с ней к соседнему домику. Единственно запомнилось, как зайдя в избу, я растворился в жарко натопленной хате, заметив только огнедышащую лежанку, на которой сушились несколько пар валенок, уложенных пятками вверх…
25 февраля 1943 (четверг) – день 614
Проснулся и не могу понять, где я. Рядом со мной сидит военврач третьего ранга и гражданский старичок. Оказалось, что я доставлен этим стариком на санях в соседнюю деревню, где располагался армейский госпиталь. Вскоре мне сказали, что у меня воспаление лёгких. Что уже соседи начали пичкать лекарствами и делать укол за уколом. Что это психологическая и телесная усталость вызвали мою болезнь. Неужели иссякла моя воля. Началось моё знакомство с госпитальной обстановкой. Это происходило тогда, когда я на время приходил в себя. Как мне сказали, что госпиталь расположен в школе. Но что-то обстановка мне кажется далеко не школьная. Здесь не видно ни парт, ни досок, ни шкафов. Но вскоре обнаруживаю на подоконнике, вырезанные перочинным ножом, имена, фамилии, даты. Первый признак проделок школьников. Очевидно, здесь активно поработали фашисты. Они за время оккупации сожгли всё, что годилось для топки. Ведь школа при них не работала. Чувствую то жар, то озноб. Кажется, что, уколы делают так часто, один за другим. Пока я ни с кем не знаком, хотя и чувствую: кругом меня больные, раненые. Они окают, вздыхают, бредят или что-то рассказывают друг другу, но меня часто одолевает истома. Не пойму сплю я или просто в забытьи.
26 февраля 1943 (пятница) – день 615
С рассветом мне захотелось пить. Вспомнил о своей планшетке, цела ли она? Ведь в ней много моих блокнотиков с ежедневными записями. Планшетка оказалась под моей подушкой. Расстегнув её, обнаружил в уголках под целлулоидом воду. Осматриваю блокнотики. Да, некоторые из них изрядно пострадали, но ещё можно читать, хотя и крайние к обрезу буквы расплылись. Но это не страшно. Будет время – восстановлю. А вот ещё идёт и сестра со шприцем к верху иглой, чтобы ввести мне очередную порцию лекарства. Ещё издалека она подаёт мне знак ложиться в постель. Требования её выполняют беспрекословно. Сделав укол, она сообщила мне, что меня сегодня думают хорошо накормить. А если получится, то еще и «остограмить». Под впечатлением доброго и ласкового отношения расслабляюсь и быстро засыпаю. Как немного надо больному и беспомощному. Сестра утром сказала правду. Перед обедом мне дали 150 г. водки, хорошо накормили в завтрак и в обед. После обеда я спал мертвецким сном. На ужин меня не будили. Уколы делали в сонном виде.
27 февраля 1943 (суббота) – день 616
Утром я себя почувствовал значительно лучше. Температуры как будто бы нет. Впору уже и вставать. Ну что же, встал. Несколько часов хожу по госпиталю, нахожу собеседников. Ложиться в постель боюсь. Познакомился со всеми соседями по палате. Дело пошло веселей, уколы хожу делать в сестринскую.
28 февраля 1943 (воскресенье) – день 617
Уже сегодня я почувствовал себя совсем хорошо. Теперь наверняка я доберусь до дивизии. Однако мои попытки выписаться из госпиталя не находят поддержки со стороны врачей. После обеда весь госпитальный персонал в движении. Началась эвакуация больных и раненых во фронтовые госпиталя. Выздоровевших направляют в части. С медсанбатов прибывают новые партии раненых и больных. Это первый признак подготовки наших войск к наступлению, когда госпиталя и медсанбаты освобождаются от больных и раненых. Воспользовавшись суматохой, которая царила в госпитале, я пристроился к команде выздоравливающих. С помощью знакомой мне сестры, без труда получил справку о том, что я с 25 февраля находился на излечении в госпитале по поводу двустороннего воспаления лёгких. К госпиталю постоянно подходят автомашины с ранеными и больными. Вот появились две долгожданные автомашины из 87-й СД. На дверцах кабин этих машин, в четырёхугольнике, по диагонали, нарисован автомат ППШ. Об этих отличительных знаках мне сказала сестра эвакоотделения госпиталя, Валя. К моменту выписки я успел поменять свои валенки на довольно-таки сносные, кирзовые сапоги. Теперь мне не страшны и талые воды. Пристроившись в кабину одной из машин, мы двинулись на полевой армейский склад боеприпасов. Дороги разбиты, труднопроходимые. Машины, нагреваясь, медленно ползут по дороге паря радиаторами. В кабину проникают лучи солнца, пригревают. Снега на полях осталось мало, а ручейки всё бегут и бегут, по предложенным ими же пути, к речушкам, балкам, оврагом. А вот мощный поток, образованный мелкими ручейками, падает с отвесного берега на зимний панцирь речушки. Машины долго движутся по косогору среди редкого ольховника. Повсюду клочки талого и просевшего снега. Ведущая машина остановилась. Вышедший из её кабины старший лейтенант, приглашает меня размяться. Тоже выхожу из машины. Какая же прелесть вокруг. Густая россыпь сиреневых подснежников, словно чьей-то рукой натыканных в землю. Среди сиреневых, есть и лиловые подснежники, а пахнут они одинаково весной и солнцем. Довелось нам увидеть и стайку гусей, заморившихся в полёте, и решивших, как и мы, немного передохнуть. Здесь-то впервые я и познакомился с начальником дивизионного артиллерийского склада 87-й СД старшим техником лейтенантом Азаровым. А когда прибыли на ПААС № 2221, мы там застали начальника артснабжения 87-й СД майора Макарова. Я ему доложился. Он забрал у меня предписание и повёл в дом, в котором он остановился. До поздней ночи мы разговаривали. За это время он поведал мне об артснабженческих делах в дивизии, о выполняемой дивизией задачи в настоящее время, познакомил с историей дивизии. Что дивизия была сформирована в 1942 году в Дальневосточном фронте в Приморском крае. Далее передислоцировалась в 1942 в район Камышино, далее участвовала в боях под Сталинградом, в составе 62-й Армии. 15 февраля 1943 года дивизия освободила Большие Салы, 16 февраля Александровку, 17 февраля овладела Политотдельским. 18 февраля Ряженой, 23 февраля Новосёловской. По настоящее время дивизия ведёт оборонительные бои западнее Ряженое (на скате трех безымянных курганов). В конце нашего разговора он предложил мне остаться на ПААС в качестве представителя 87-й СД, чтобы получить и доставить в ближайшие дни боеприпасы, занаряженные Военным Советом армии. Объяснил это мне тем, что сейчас возникли большие трудности. Артснабженцы дивизии разбросаны по всему пути боевых действий дивизии. Больше количество боеприпасов, из-за отсутствия транспорта, оставлено в Больших Салах. Вот уже несколько недель находится колонна с боеприпасами, во главе с помощником начальника артснабжения дивизии, где-то в пути. Видимо застряли на разбитых дорогах. Обстановка на фронтах складывается неплохой. Войска Юго-Западного и Южного фронтов очистили от противника большую излучины Дона и овладели Ворошиловградом, Краматорском, Ростовом. В то же время Закавказский и Северо-Кавказский фронта разгромили немецко-фашистские группировку в Нальчике в Ставропольской и Краснодарской операциях, освободили большую часть Северного Кавказа и продвинулись с боями на 500-600 км. За январь-февраль войска Воронежского и Брянского фронтов полностью разбили Острожско-Россошанскую и Воронежско-Косторненскую группировки немецких, итальянских и венгерских войск, и, развивая наступление, в первой половине февраля освободили Курск, Белгород и Харьков. Войска вышли к реке Миус.
Из архивных документов архива Министерства обороны – город Подольск (фонд 87 СД опись 1 дело 1 формуляр дивизии): «Стало известно, 87-я СД сформирована на основании Приказа Верховного Главнокомандующего от 23 февраля 1942 № 55. 3 февраля 1942 военный совет Дальневосточного фронта, по приказу Ставки Верховного Главнокомандующего, принял решение о формировании 420-й СД в составе: 1-й Особой Краснознаменной Армии (предписания ДВФ от 23 февраля 1942 № орг/1/00509. В связи с тем, что ранее сформированная 87-я СД была преобразована в 13-ю гвардейскую, номер этой дивизии был присвоен 420-й СД (Приказ 1-й Краснознамённой армии № 037 от 26 марта 1942). Периодом 1-го формирования в Приморском крае Уссурийской области в городе Спасск-Дальний считается 6 по 15 марта 1942 года. Переформирование дивизии проводится по 10 июля 1942 в составе 10-й резервной армии НКО СССР, а позднее под названием 5-й ударной армии. С 10 по 13 июля 1942 дивизия погрузилась в эшелоны и выехала на Сталинградский фронт. 31 июля 1942 находится в действующей армии на Сталинградском фронте в составе 62-й армии, 1-й Гвардейской армии и 24-й армии. Выгрузилась дивизия на станции Заплавное, Капустин Яр, и сосредоточилась в лесах в районе Красный Буксир. Переправившись через Волгу, поступили в подчинение 57-й армии, и сосредоточились в районе Верхнкумской, Нижнекамском, Громославка, Васильевкой, и Конкина. С 12 декабря дивизия вошла в состав 51-й армии. Состав Дивизии 1378-й, 1379-й, 1382-й СП, 1058-й АП, 448-й ОПТАД, 226-я ОРР, отдельно учебная Стрелковая рота, 357-й ОСБ, 926-й ОБС, 447-я ОРС, 235-я ОРХЗ, 523-й ОМСБ, 484-я Полевая хлебопекарня, 597-й ветеринарный лазарет, штабная батарея командующего артиллерией, 573-я АТР, 1870-я ППС, и 1188-я ПКГ. Совершив марш, дивизия сосредоточилась в районе Литонский, Выездинский, Зимовкой, на левом берегу Дона. 8 августа дивизия переправляется через Дон, и в тот же день сосредоточилась в районе Малой Клетской. 9 августа 1942 дивизия передаётся в подчинение 62-й армии и тут же совершает марш в направлении Зимовской и Вертячий, Песковатка, и занимает оборону на рубеже Илларионавская, Марьиновская, лагерь имени Ворошилова, а немного позднее, перегруппировавшись, занимает оборону на берегу Дона западнее Песковатки. Дивизия вела бои в селе Большие Россошки, а к 19 августа дивизия заняла оборону в районе Котлубани и Балки Тонкая. А немногим позднее в районе Рассошки, Алдошкин Курган и на высоте 76,3 и 57,9, затем дивизия вела бои в районе Кузьмичи, Сталинграда, под Верхнекамском. Дивизия вела бои за Зимовники, штурмовала Маныч и вела бои в районе Ростова. Наступая, дивизия с боями занимает Касиновская, 2-й конзавод, колхоз имени Военсовета СКВО, Мельников, Толстовка, Толованово, Попов, Жуково-Татарский, Раково-Таврический, Красный Луч, Средние Ходули и посёлок Наумен, Орловка, Новый Койсуг, ст. Хомутовская, а 7 февраля части дивизии заняли станицу Ольгинская на левом берегу Дона. Началась борьба за Ростов. В 7:00 8 февраля дивизия перешла в наступление, форсировала Дон, но была вынуждена отойти снова на левый берег Дона. 7 дней дивизия атаковала Аксайское. В дивизии осталось 70 активных штыков. С 12 февраля по 14 февраля, в течение 3 дней, дивизия пополняется, и в ночь на 14 февраля, с боем овладевает Аксайское и Орджоникидзе. Преследуя противника, части дивизии освободили Щепкин, Большие Салы, Александровку, Кирпичёво-Александровский и, 17 февраля, с боем овладели райцентром Политотдельская. В течение 5 дней идут бои заряженная 23 февраля 1943 был взят Новосёловский, а к полудню и Ряженое. До конца февраля дивизия вела оборонительные бои на скате 3 безымянных курганов западнее Ряженое. Под Сталинградом 87-я СД, в составе 51-й армии под командованием Н.И. Труфанова, начала боевые действия 20 ноября 1942 года прорывая оборону противника с плацдармов на Перешейках между озёрами Сарпа, Цаца и Барманчак и основными силами развивала наступление на северо-запад, в общем направлении на Абганерово.»
1 марта 1943 (понедельник) – день 618
С утра до самого вечера, с небольшими перерывами, шёл обильный снегопад. А с 18:00 началась морось, температура днём -1°. Всюду неуютно, холодно, погреться негде. ПААС № 2221 только начал устраиваться. Землянка с обогревом только у начальника подполковника Полевичек М.Е., и та, вечно забита людьми. Приходится для короткого отдыха устраиваться между штабелями с боеприпасами. Весь день подбираю более ходовые запасные части, инструмент, которые могут пригодиться при ремонте вооружения в моей новой части. Время за этой кропотливой работой пробегает незаметно. К исходу дня собрал целый штабель ящиков с запасными частями. В учетно-операционном отделении ознакомился с отпуском боеприпасов для 87-й СД, тут же пробежал по всем штабелям, уточнил их месторасположение. Теперь остаётся ждать прибытия автотранспорта. Поздно вечером направился близлежащую деревню там из-за ночевал.
2 марта 1943 (вторник) – день 619
Рано утром явился на ПААС. В 10:30 пошёл сильный снегопад, плохая видимость. Может быть, это хорошо, так как избавлены от возможности подвергнуться бомбёжке. В 11:00 появились пять ЗИСов из 87-й СД за получением боеприпасов. Сопровождал колонну старший техник лейтенант Азаров. За час колонна машин загружена, ящики с запасными частями разложены во все машины. Колонна направилась в дивизию. Мне приказано пока оставаться на ПААСе с прежней задачей. Уточнив разрядку на отпуск нашей дивизии боеприпасов, и ознакомившись с наличием их на ПААС, я приступил к осмотру разбитого и подобранного на поле боя вооружения, сосредоточенного на эвакоплощадке. Несмотря на дождливую погоду и низкую температуру воздуха мне удалось до вечера собрать 50 оптических прицелов, требующих ремонта, с кронштейнами. 20 винтовок с оптическими прицелами оказались пригодными для стрельбы, после проведения войскового ремонта. Думаю, что снайперские винтовки для дивизии не будут лишними. После трудов праведных поздно вечером ушёл в деревню на отдых. Прошел вдоль села в самый конец. Где бы найти не занятый, подобными мне постояльцами, дом. Зашёл в дом. Меня обдало запахом жареной баранины с чесноком. За столом сидели трое малолетних ребятишек, пожилая женщина и старик. Ребятишек не различить: кто из них девчонки или мальчики. Пригласили к столу, но я вежливо отказался, чтобы не объедать малышей. Ели они с варёную баранью шкуру и немного обжаренную с чесноком. Хлеба у них на столе не было. Хозяйка поведала мне о своем семейном человеческом горе. Она ни слова не говорила о своей житейской неустроенности, о необеспеченности и плохих условиях жизни. Она лишь говорила о том горе матери, горе жены, которому никто не в силах помочь. У них недавно погиб на фронте глава семьи. С каким уважением она говорила о своём сыне. Это был человек, который старался помочь всем чем мог, не прося ни у кого ничего.
3 марта 1943 (среда) – день 620
Ранним утром, снова как на работу, возвращаюсь на ПААС. По календарю уже третий день весны, но на улице ещё по-зимнему метёт позёмка, а к ночи крепчает мороз, но по всему чувствуется, вот-вот, на смену зимы придёт весна. На крышах домов горы снега, а с карнизов их частоколом свешиваются ледяные сталактиты. В хорошее время добрый хозяин по весне не поленился бы залезть на крышу, чтобы сбросить с неё снег. Пройдя село от её окраины до окраины, не увидел, чтобы кто-то сбрасывал этот снег. Видимо, оставшимся в домах старикам, женщинам и малолетним детям, сделать это не под силу. Да и до того ли, теперь, когда с минуты на минуту, в дом может угодить вражеская бомба, а что касается метровых сосулек, то вряд ли они сейчас кому угрожают. Ведь дети сидят дома, в погребах: на улицу выходить не разрешают. В обед, запорошенные снегом, появились 6 автомашин ЗИС с 87-й СД, которые незамедлительно были загружены и отправлены обратно. Отправил и ящики со снайперскими винтовками и с оптическими прицелами. В записке к начальнику от снабжения дивизии майору Макарову попросил оставить все как есть, а с прибытием, я займусь снайперскими делами. Сегодня ещё подобрал на свалке 35 оптических прицелов с кронштейнами. Отдых снова в близлежащим селении.
4 марта 1943 (четверг) – день 621
За ночь много намело снега. Температура воздуха минусовая - 3° - 6°. Зима не желает сдавать своих позиций. Сегодня отправил в дивизию 7 машин ЗИС-5 с боеприпасами и несколько десятков снайперских оптических прицелов. Через старшего техника лейтенанта Азарова передал просьбу, чтобы мне разрешили выехать в дивизию хотя бы для того, чтобы оформить своё прибытие к новому месту службы, а потом уж можно и представительствовать от дивизии. Мои обязанности здесь, на ПААС, довольно-таки примитивны, это ещё усугубляется и тем, что совершенно не в курсе дел с потребностями дивизии во всех видах артиллерийского снабжения. Трудно ориентироваться и проявлять свою инициативу. Так работать неинтересно. В порядке своей личной инициативы, сегодня, договорился с начальником ПААС, подполковником Полевичек М.И., отгрузить для дивизии 5 автомашин с боеприпасами, транспортом артиллерийского, армейского автобата, в счёт предназначенных отпуску 5 марта. Что мне завтра скажут по поводу этой инициативы из дивизии?
5 марта 1943 (пятница) – день 622
Утро выдалось особенно морозным, -11° холода. Ожидаю прибытия транспорта из дивизии, но уже вечереет, а его всё нет и нет. Договариваюсь с начальником ПААС отправить, предназначенные по разрядке армии на вывоз в течение 3 дней, с учётом поступления в армию, 15 автомашин боеприпасов автотранспортом армии. Автомашины загрузили в 19:00. Я хотел проявить личную инициативу и возглавить эту колонну. Но, перед самым выходом колонны в рейс, явился начартснабжения 87-й СД майор Макаров. Он высоко оценил мою инициативу и попросил остаться ещё на несколько дней. Лопнули моей мечты как мыльный пузырь.
6 марта 1943 (суббота) – день 623
Погода немного помягчела, утром -2° холода. На ПААС по-прежнему неуютно. Вот уже третий день здесь затихла Боевая работа по разгрузке прибывающих эшелонов. Получалось какая-то задержка с их подачей. Скопилось много людей из дивизий и частей армии с автотранспортом, ожидают прибытия боеприпасов. Наша дивизия выбрала свои боеприпасы на 2-3 дня раньше. Особых дел для меня сегодня не оказалось, и я решил после обеда пойти в село, чтобы отдохнуть. Над землёй повисла густая дымка. Поравнялась со мной полуторка, остановилась. Из кабины вышел капитан. Подойдя ко мне, он спросил, что я здесь делаю. Отрекомендовался помощником начальника отдела кадров артиллерии 51-й армии Агаповым. Я предъявил предписание о моём назначении в 87-й СД и объяснил причину моего пребывания на ПААС № 2221. Владимир Иванович предложил мне забраться в кузов машины и следовать с ним. Он объезжал армейские артиллерийские части, а к вечеру доставил меня в штаб 87-й стрелковой дивизии. Но в этот день мне не пришлось с кем-либо познакомиться.
7 марта 1943 (воскресенье) – день 624
Начальник 4-го отделения штаба 87-й СД майор Ушаков П.С. и начальник артснабжения дивизии майор Макаров М.П. утром представили меня командующему артиллерией дивизии подполковнику Шадрину. Последний, посоветовал Михаилу Петровичу больше загружать меня в работе, как более молодого и энергичного. На этом моё представление начальству закончилось. В тот же час приступаю к ознакомлению с положением дел в артснабжении дивизии. В дивизии значатся два помощника начальника арснабжения: инженер майор Филипцев Я. А и капитан Щербаков А.И. Но оба они где-то в пути с запасами боеприпасов и вооружения, оставленными в ходе продвижения дивизии. Сегодня же прибыл на должность заведующего делопроизводством артснабжения дивизии из 357-го саперного батальона старшина Ложкин А. И. После длительных боёв, которые вела дивизия, начиная от Сталинграда, безусловно, учёт вооружения и боеприпасов желал самого пристального внимания. Короче его надо было заводить заново. С этого и началась моя работа со старшиной Ложкиным.
8 марта 1943 (понедельник) – день 625
87-я СД получила Приказ командования о сосредоточении в районе Большие Салы и передачи её в резерв фронта. Погода стоит отвратительная: утром дымка, а после неё повис сплошной туман. Под ногами мокрый снег, количество которого добавляется с каждым днём. Температура воздуха +1°. Артснабжение разместилось в холодной и, давным-давно не топленой хате. Майор Макаров предоставил в моё распоряжение все документы учёта и отчётности, которыми он располагал. Начали с делопроизводителем их систематизацию, вывели примерно, что и у кого должно быть. Наметили план сверки учётных данных частями. Надо выяснить, что же оставалось частях из вооружения и боеприпасов. Сегодня сообщим этот план всем частям и отдельным подразделениям. Майор Макаров в разговоре старается ввести в курс всех дел, заочно познакомить с теми, с кем мне придётся взаимодействовать по службе, может быть, и не случайно Он рассказал много и красочно о подвигах и самоотверженном труде своего помощника по боеприпасам, инженера капитан Филипцева. Он не случайно упоминает, потому что мне кажется, что Михаил Петрович напомнил мне, что от меня требуется такая же инициативная настойчивость и самоотверженная работа. Он рассказал, как Филипцев Яков Алексеевич, будучи в боях под Сталинградом, организовал обеспечение частей дивизии боеприпасами. Под сильным воздействием авиации противника он лично, с другими воинами, по тонкому льду Волги, ползая на животе, чтобы не провалиться, впереди себя толкали ящики с боеприпасами, от берега до берега. Рассказывал о подвигах и других артснабженцев, особенностях взаимоотношений, сложившихся в ходе боевых действий между артснабженцами и другими службами дивизии
9 марта 1943 (вторник) – день 626
Уточняем наличие вооружения в отдельных подразделениях дивизии, но с большим трудом удаётся вызывать ответственных за учёт вооружения и боеприпасов. Приходится обходить самому и уточнять всё на месте. Удалось за день провести эту работу в разведроте, саперном батальоне и батальоне связи. День на исходе, но ни один начальник снабжения полка к нам не прибыл по вызову. Это вызывает возмущение. А как же работать с ними при такой постановке дисциплины в дальнейшем. Может быть, это порождено послаблениями со стороны майора Макарова? Но мои первые впечатления говорят об обратном. Ведь Михаил Петрович уже несколько лет подряд имеет дело с вооружением и боеприпасами. Он всей душой в службе снабжения. Его воля закалена на особый манер. Он, как мне кажется, непоколебим и твёрд. А если необходимо, то и беспощаден в требованиях к выполнению Устава, в части надлежащего содержания вооружения. В то же время он далёк от казуистики и бюрократизма. Я уже заметил, что он склонен делать скидку на послабление требовательности к содержанию оружия, вызванное различными условиями боевой деятельности, но лишь в той части, которая не ведёт к отказу его в бою. В то же время заметно, как он переживает свою за чувствительность и внутреннюю уступчивость. На улице пасмурно. Температура воздуха не поднимается выше 1°. Вечером всё кругом затянуто сплошным туманом.
10 марта 1943 (среда) – день 627
Сегодня позвонили майору Макарову начальники снабжения полков и просили продлить срок прибытия в дивизию на сверку учётных данных. Объясняют тем, что они сами не успели разобраться с этим делом. Это работа сейчас проводится. Установлен новый график. Дана отсрочка на сверку до 13 марта. С делопроизводителем старшиной Ложечкиным готовимся для заведения новых книг учёта. Составляем бланки актов на списание, утраченного в бою, вооружения, уточняем состав дивизионной комиссии. Готовим проект приказа командира дивизии о проведении перерасчёта вооружения и боеприпасов и о порядке списания утраченного. Дело осложняется тем, что нет бумаги, нет книг учёта. Лишь к вечеру мне удалось в автотранспортной роте раздобыть две трофейные книги учёта, а в типографии килограмма два обрезков от газетной бумаги. И этому довольны. На улице подморозило, весь день температура -3°.
11 марта 1943 (четверг) – день 628
В дивизию начало поступать пополнение личного состава. Его надо вооружать. Но мы еще не уточнили наличие вооружения в частях дивизии. Пытаюсь установить наличие вооружения по ежедневным сводкам, представляемым в строевое отделение дивизии. Данные нашего учета и данные сводок, как небо и земля. Ждать пока начальники артснабжения частей разберутся совершенно некогда. Решил идти по полкам и уточнять все вопросы на месте. Начал с 1378-го СП. Здесь удалось разобраться с наличием до конца дня. Начальник артснабжения полка капитан Макаров Ф.М. сумел правильно организовать эту работу и установить истинное положение дел. Он организовал круглосуточную работу артмастерских, которые восстанавливали, вышедшее из строя оружие, для поступающего пополнения. Покидал я полк с чувством глубокого удовлетворения, тем, что весь личный состав полка, с учетом пополнения, к исходу завтрашнего дня, будет полностью вооружен. Командованию полка и нам известно наличие вооружения вплоть до пистолета или револьвера. Дороги подморозило. Вокруг все затянуто сплошной дымкой. По дорогам на марше войска 2-й армии выдвигаемся к Ворошиловграду.
12 марта 1943 (пятница) – день 629
Мой выход в 1379-го СП так же был полезным. К исходу дня мы теперь знали не только о наличии вооружения, но и о его техническом состоянии. Исключительно добросовестно здесь работали начальник артснабжения полка капитан Ильин В.А. и офицеры артснабжения Воеводкин Г.Ф и Криницын Г.Е. Всё оставшееся в полку, прошло через руки артснабженцев. Хорошо организованная работа артмастерских позволила своевременно вооружать прибывающее пополнение. В течение двух дней все имеющиеся неисправное оружие будет восстановлено. В полку я познакомился с черновыми набросками акта на списание утраченного в бою вооружения. Лишь с полудня выглянуло солнце. Плюсовая температура начала разрушать дороги.
13 марта 1943 (суббота) – день 630
В 1382-ом СП меня встретил начальник артснабжения полка старший лейтенант Усов А.П. Под его руководством здесь также шла напряженная работа по восстановлению неисправного вооружения для пополнения и одновременно переучет и технический осмотр. Упорно, не читаясь с отдыхом, плодотворно трудятся старший техник-лейтенант Клыков И.Г., техник-лейтенант Волков А.Г., Власевский И.Н. и все мастера. Здесь мне бросилось в глаза высокая требовательность, безукоризненная внешняя подтянутость начартснаба Анатолия Петровича Усова. Коллектив мастеров и техников хорошо сколочен, задачи понимает правильно и не жалеет сил для внесения своего вклада в дело Победы. Предварительно рассмотрел черновик акта на списание утраченного вооружения в бою. Ночью температура минусовая (-2) и днем +2 - +5.
14 марта 1943 (воскресенье) – день 631
Удалось побывать и познакомиться в общих чертах с состоянием вооружения в 1058-го АП и 448-го ОИПТД. Установил истинные данные о наличии вооружения и о его техническом состоянии. Познакомился с офицерами артснабжения: начальником артснабжения артполка старшим техник-лейтенантом Поляковым И.А., начальником артмастерских старшим лейтенантом Меледенковым А.А., с техниками дивизионов Асяевым В.Ф., Ширяевым Г.А и Воробьевым А.И., с начальником артснабжения 448-го ОИПТД старшим техником лейтенантом Завидовым Н.П. В полку и в истребительном дивизионе весь личный состав вот уже несколько дней занимается приведением в порядок матчасти артиллерии, переводят ее для летних условий эксплуатации, ремонтируют, укомплектовывают необходимыми запчастями и инструментом. Помог сделать наброски акта на списание утраченного в бою оружия для предъявления полковой комиссии. Температура утром минусовая, днем плюсовая.
15 марта 1943 (понедельник) – день 632
После незначительного пополнения части дивизии совершают марш: Несветай, Генеральское, Ровеньки, Ребриково. Температура воздуха -1°. Отработано окончательное донесение о наличии состоянии вооружения в артснабжение 51-й А. Здесь теперь указаны уточненные потери, наличие в частях и на складах. Сверили свои данные с данными 4-го отделения и оперативного отдела дивизии. Марш маршем, а армия требует немедленно представить акты на списание утраченного в боях вооружения и боеприпасов. А это значит, ревизионная комиссия в составе: председателя командующего артиллерией подполковника Шадрина, представителя политотдела капитана Кушниренко В.Н., следователя дивизионный прокуратуры по согласованию с прокурором и старшего техника лейтенанта Ненашева М.А., должна собраться, объехать части, уточнить ряд обстоятельств, указанных в актах и засвидетельствовать эти акты. Собрав эти акты из частей необходимо составить сводный акт за дивизию и представить его на утверждение командиру дивизии и в последующем с его ходатайством представить военному совету армии. С трудом удалось собрать комиссию и приступить к этой работе. Артснабжению дивизии стало известно, что большинство частей, выступая на марше, не поднимают имеющиеся количество у них боеприпасов. Доводим до сведения об этом тревожном сигнале командующему артиллерией. Предлагаем, всё, что не поднимается частью, она должна вывести на дивизионный артсклад. Комдив это решение утверждает. Но к исходу дня мы убедились в том, что допустили грубую ошибку. Части, большую часть боеприпасов, постарались сдать на склад и оставили у себя самый минимум, тем самым сложить с себя ответственность за обеспечение боеприпасами. Почему никому из нас и не пришло в голову указать в распоряжении количество боеприпасов, которые должна иметь полки на марше. Поправить ошибку было некогда. Можно было только добиваться, чтобы полкам в помощь с дивизии выделили автотранспорт.
16 марта 1943 (вторник) – день 633
С самого утра объезжаем части дивизии, находившиеся на марше. Возглавляет нашу комиссию подполковник Шадрин. Задача комиссии освидетельствовать акты на утраченное вооружение, а у меня ещё дополнительно, установить наличие боеприпасов в частях и их транспортные возможности. К концу дня комиссии удалось собрать с 5 частей акты и засвидетельствовать их. Весь наличный транспорт частей, подводы и автомашины, к нашему сожалению, загрузились в основном вещевым имуществом, различными предметами хозяйственного обихода: железные печки, палатки, личные вещи. Половина транспортных средств под продовольствием. В полковых обозах боеприпасов не оказалось, в стрелковых полках не оказалось ни ручных, ни противотанковых гранат. Требуется срочно поправлять дела. Подполковник Шадрин и я ведём переговоры по вопросу усиления транспортных средств частей за счёт автороты дивизии. Капитан Тэпин В.П. упорно стоит на своем и считает самым правильным решением: передвигать дивизионный запасы вслед за частями перевалками. Спрашиваем: «А сколько машин реально может быть выделено для осуществления перевозки 30 машин боеприпасов таким способом?». Отвечает, что не больше 5-ти, следовательно, потребуется делать 6 рейсов, что практически ставит под угрозу оставление частей без боеприпасов, необходимых хотя бы на первые 2-3 часа боя. Так ни о чём и не договорились. С Командующим артиллерией прибыли на доклад к командиру дивизии Полковнику Эхохин М.С. Михаил Сергеевич внимательно выслушал нас и приказал обеспечить части в ходе марша боеприпасами из расчёта до норм подвижных запасов. Если они не способны поднять их сразу, пусть занимаются перевалкой сами. Кроме того, приказал выделить для погрузо-разгрузочных работ 20 бойцов с химроты. Приказание тут же было отдано частям за подписью начальника штаба дивизии подполковника Янова В.Г.
17 марта 1943 (среда) – день 634
Весна очень вяло вступает в свои права. Ночью заморозки, а днём +24 градуса тепла. До утра составляю сводные акты на утраченное вооружение за дивизию. Несколько часов затрачиваю на получение подписи членов комиссии и командира дивизии. На попутном транспорте направляюсь в артснабжение 51-й армии. После приведённой сверки донесения дивизии по вооружению, по учётным данным армии, оказались большие расхождения. Дивизия в ходе боёв не учла вооружение, поступившие с маршевыми ротами, предававшимися на пополнение. Наши акты оказались непригодными. Потери вооружения составили значительно больше, чем указано в актах. Пришлось возвращаться в дивизию для их переработки. Снова ночью занимаюсь этим вопросом. Начартснаб майор Макаров занимается подвозом боеприпасов частям, находившимся на марше.
18 марта 1943 (четверг) – день 635
Утром выпал снег, начал моросить дождь. Бегаю по членам комиссии – собираю подписи по актам. Наконец, у командира дивизии. Михаил Сергеевич отчитывает меня за недобросовестное составление актов. Не возражаю, молчу, лишь бы получить подпись. Выбегаю на «большак» и голосую попутную машину. Не останавливается. На ходу забираюсь в кузов и благополучно, хотя и до нитки вымокший, добираюсь в артснабжение армии. Работники отделения вооружения майор Заславский и капитан Гуляев придирчиво изучают каждую цифру акта. Наконец-то принимают. Довольный, возвращаюсь в дивизию. Тут же получаю задание осуществить подачу боеприпасов в 1058-й АП и 448-й ОИПТД и переместить вперёд оставшиеся боеприпасы на ДАСе. Подав боеприпасы частям, приступил к перемещению оставшихся 12 машин боеприпасов.
19 марта 1943 (пятница) – день 636
Полночь. Неприятная изморось. Сегодня для перемещения дивизионных запасов боеприпасов удалось заполучить автомашины, которыми все запасы поднимаются за один рейс, но бойцы с химроты отозваны. Грузить и разгружать никому. Собрал шоферов, кладовщиков, с целью обратиться к ним с просьбой, оказать помощь в погрузке и разгрузке. Объяснил им создавшуюся обстановку. Спрашиваю, есть ли у кого какие вопросы и согласны ли принять участие в погрузке? – А вы сами-то, товарищ старший лейтенант, пробовали когда-нибудь посидеть за баранкой 12-18 часов в сутки? – после долгого безмолвия, задаёт мне вопрос шофёр. – В армии, товарищ боец, принято, перед тем как задать вопрос, назвать своё звание и фамилию, – отвечаю ему. – Рядовой Головко, – нехотя и небрежно отвечает он. – Пробовал, товарищ Головко, сидеть за рулем и больше, чем 18 часов, – говорю ему. – Ну и как вы себя чувствовали, – оживлённо спрашивает он. – Очень хорошо отдохнул, – отвечаю, – ведь я не умею управлять автомобилем. Я просто отдыхал, облокотившись на руль, а Вы то ведь, профессионал. – Да что там говорить, если нужно, то будем загружать, – из заголовка ответил молодой паренёк. Шофёра на этом и порешили.
20 марта 1943 (суббота) – день 637
Совершив марш, части дивизии приступили к смене частей 61-й Гвардейской СД Юго-Западного фронта, на рубеже: исключая Ольховый, Южное, Елизаветовка, Треугольная роща, 1200 м западнее Малая Николаевка, высота имени Петровского, балка Чипилкина, высота 339,5, Колпаково, роща 2,5 км южнее Колпаково. Дивизия вошла в состав 54-го стрелкового корпуса 51-й армии. Дивизионные запасы артснарядов приблизились к батареям. Начались боевые действия. Прибыл приказ 51-й армии об от командирования в отдел кадров артиллерии начальника снабжения 1379-го стрелкового полка старшего техника лейтенанта Ильина Вячеслава Александровича. Он 1908 года рождения, планируется на должность начальника артснабжения соседней 99-й стрелковой дивизии.
21 марта 1943 (воскресенье) – день 638
Погода стоит неустойчивая: утром иней, днём повалил обильный снег. Температура утром и вечером минусовая, лишь днём она поднимается до +5 градусов. С утра, на попутных, добираюсь до артснабжения армии. Дороги забиты транспортом, движущимся в ту и другую сторону. По всему видно, большая часть транспорта обеспечивает перевозки боеприпасов и вооружения. Невольно напрашивается мысль о сложности процесса снабжения этими видами техники, о целостности комплекса. Это самостоятельное русло большой полноводной реки, по которой постоянно снует транспорт, в обе стороны. Причём, это русло в каждом звене, начиная от Главного Артиллерийского управления, начинает делиться, на целую сеть менее полноводных рукавов. В обратном направлении, по разветвленной сети, постоянно сосредотачиваются, вышедшие из строя вооружения, собранные на поле боя гильзы, укупорка.
22 марта 1943 (понедельник) – день 639
Осадки, в виде дождя и снега, не прекращаются. Температура ночью минусовая, днём до 5 градусов тепла. Ночью погрузили запас, и колонной из 15 автомашин, с армейского автобата направляемся в дивизию. По дороге подобрали голосующих офицеров. Одним из них оказался старший лейтенант Брызгалов Николай Васильевич, назначенный техником в 1378-й СП, и второй, старший лейтенант Подушко Андрей Дмитриевич, назначенный командиром роты автоматчиков 1378-го СП. Он только что вышел из госпиталя. Ранило его, когда он был командиром роты автоматчиков 52-й стрелковой бригады 22-й армии. Вспоминаются полтора первых года войны, когда нас постоянно обгоняли моторизованный немецкие части, а с неба, нередко, над светло-голубыми куполами, беззвучно спускались чёрные точки немецких десантников, забрасываемого в тылы наших войск. Кто их должен был уничтожить, когда войска, зачастую в паническом настроении? Другое дело сейчас, теперь противник испытывает чувство панического настроения. Попробуй он сейчас выбросить десант, на его уничтожение пойдёт каждый, кто к этому времени окажется здесь. Да, времена изменились.
23 марта 1943 (вторник) – день 640
С утра до вечера идёт сильный снегопад. Температура воздуха минусовая. Что за непонятный климат, весна никак не может пробить себе путь сквозь снежные заносы. Дивизия улучшает участок обороны в инженерном отношении, ведёт огневой бой. На артиллерийские выстрелы и мины введён жёсткий лимит расхода: от 3 до 8 выстрелов в сутки. Войска после длительных боёв и изнурительных переходов, в сложных погодных условиях, приводят себя в порядок. Артснабженцы более тщательно проводят технический осмотр вооружения, ремонтируют, приводят в порядок, приводят к нормальному бою, выверяют прицельные линии орудий, переводят артвооружение на летние условия эксплуатации. Артснабженцев дивизии сейчас волнуют вопросы другого порядка, и прежде всего, как вывезти, оставленные в прежних местах дислокации, боеприпасы и вооружение. После трёх с половиной тысяч 45 мм выстрелов и свыше 8000 ручных и противотанковых гранат, оставленных в Больших Салах и на станции Орловка, много там оставили и запасов вооружения дивизии. О выделении автотранспорта для их перевозки пока не может быть и речи.
24 марта 1943 (среда) – день 641
Наши войска оставили город Харьков и Белгород, и отошли за Северный Донец. Этим неприятным известием закончилась зимняя кампания 1942-1943 года. Утром и вечером валит снегопад, а днём дождь. Личный состав, превозмогая исключительную усталость, день и ночь осуществляет земляные работы, устраивают свой скромный быт. Нужны землянки для отдыха, вот ими-то сейчас и занимаются. Сегодня ночью противник пытался атаковать наши боевые позиции. Пришлось пренебречь лимитом и допустить больший расход мин и от выстрелов. Атаки противника успешно отражены с большими для него потерями. Необходимо срочно пополнить запасы. Майор Макаров взял на себя подачу боеприпасов с ДАСа в войска, а меня направил в армию, просить боеприпасы. Выехал я на «полуторке». Дороги исключительно труднопроходимые. В артснабжение армии добрался лишь в полночь.
25 марта 1943 (четверг) – день 642
Очень долго решался вопрос отпуска дивизии боеприпасов. Мне пришлось побывать и у начальника артснабжения армии, инженера подполковника Калиниченко, и у командующего артиллерией армии Телегина, и в оперативном отделе армии. Наконец-то, наскребли выстрелов и мин на 8 машин. Но армейского транспорта нет. Он весь занят на подтягивание армейских запасов. Связаться с дивизией по телефону или радио мне в армии не разрешили. Единственный выход загрузить полуторку и возвращаться в дивизию за транспортом. Так и поступаю. Добрался до второго эшелона дивизии в 00:00. О результатах поездки доложил майору Макарову. Наши попытки попасть к начальнику тыла не увенчались успехом.
26 марта 1943 (пятница) – день 643
Интендант 3-го ранга Тэпин В.П. принял нас в 10:00. Разговор шел как о вывозе боеприпасов с ПААСа – 8 машин, так и с прежних мест дислокации Большие Салы и Орловка. Валентин Пантелеймонович не преклонен. Он написал записку командиру автороты о выделении в распоряжение артснабжения дивизии двух ЗИС-5. Когда же мы с этой запиской прибыли в автороту, то там все наличие машин находилось в ремонте. Обещали выделить к концу следующего дня. Майор Макаров отправил меня на доклад к командующему артиллерией, и я приступил к сбору и составлению донесений о наличии и расходе, вооружении. Возвратился майор Макаров уже к исходу дня сильно обеспокоенный и расстроенный. Полковник Эхохин и подполковник Шадрин обещали разобраться с Тэпиным по транспорту и принять соответствующие меры.
27 марта 1943 (суббота) – день 644
Проходит день, но нас никто не вызывает. Уточняем учетные данные. Заслушиваем доклады, прибывающих начальников артснабжений полков. А на душе не спокойно Начартснаб дивизии майор Макаров направляется к командиру дивизии. Командир дивизии удивлен и рассержен, что до сего времени не выехали за боеприпасами. Отругал Макарова. Вместе с Макаровым идем в автороту, спрашиваем о занаряженных для нас 8 автомашин. Командир роты лейтенант Зелинский, ехидно улыбаясь, показывает на стоящие неисправные машины, мол, поезжайте. Идем к Тэпину. Он разводит руками, оказывая свое бессилие. Нет запчастей для ремонта. Просим его организовать транспорт частей для вывоза боеприпасов. Отвечает, что сделать этот можете и сами. Снова совершаем поход к командиру дивизии. Вызвали Тэпина. Более трех машин так и не нашли. В полночь я с этими машинами направился на ПААС № 2221.
28 марта 1943 (воскресенье) – день 645
До армейского склада добрался лишь к 14:00. Дороги исключительно развезло. Дневная температура повышается за последние три дня до 7-10 градусов. Еще в дороге созрел план, во что бы то не стало, добиться выделения армейского транспорта. Все сложилось благополучно. Начальник ПААС подполковник Полевичек выслушал о нашей беде, попросил подождать часик. За это время загрузил свои три машины. Через два часа добрая душа Михаила Ефимовича, с которым мы познакомились в начале месяца, нашел возможным, выделить целую колонну в 12 трехтонных автомашин, с учетом вывоза боеприпасов по дополнительной разнарядке. Выехала колонна в 19:00. Часто машины застревали в глубоких колеях разбитой дороги. Приходилось вытаскивать друг друга, а иногда упрашивать, попадавшиеся в пути, гусеничные тягачи. К колонне присоединились и три автомашины, вышедшие в путь ранее основной колонны. Теперь у нас 15 машин.
29 марта 1943 (понедельник) – день 646
Грязные, промокшие и голодные, изнуренные бессонницей шофера еще бойко вели машины, объезжая опасные места, зорко всматриваясь вперед. Ровно сутки потребовалось, чтобы преодолеть путь от ПААС до дивизии – это 102 км. Это настоящие испытания шоферов на их выдержку и выносливость. В пути никто не пожаловался на усталость и голод. Артвыстрелы предназначенные для 1058-го АП и 448-го ОИПТД были доставлены прямо на огневые позиции батарей. Остальные боеприпасы были выгружены на полковом складе 1378-го СП (дивизионный склад еще находился в Больших Салах). Обратным рейсом машины загрузились укупоркой, стреляными гильзами, ненужным имуществом и три машины – раненными из медсанбата. На одной из дивизионных машин направился для доклада командованию дивизии. У комдива Эхохина в это время находился комартиллерии Шадрин. Доложил о своих приключениях. Полковник Эхохин поблагодарил за инициативу и отпустил меня, чтобы боеприпасы довезти до других полков. Было уже 23:30.
30 марта 1943 (вторник) – день 647
В полночь решил дозвониться до 1379-го и 1382-го СП, сообщить им, чтобы они забирали свои боеприпасы от 1378-го СП. Попросил телефонистов, как только освободятся абоненты, сразу же соединить с полками. Вдруг зазвонил телефон, и телефонист говорит, что просят артснабженца. Отвечаю, что, старший лейтенант Ненашев, помощник начальника артснабжения дивизии, слушает. – Сидите там на теплой печке, щупаете баб, а что творится в частях с боеприпасами вас не касается, – еще в более раздражительном тоне, на высоких нотах, взахлеб сообщает трубка. – Кто со мной говори, – спокойно спрашиваю в трубку. – Говорит комполка майор Кочебин, – с пафосом вещает трубка. – У нас, к сожалению, нет ни теплой землянки, ни теплой, ни холодной печки, – отвечаю ему, – А что касается бабы, то, как мне известно, она сейчас сидит рядом с Вами, в вашей теплой землянке, отчего у Вас обе руки заняты, а трубку Вы держите подбородком. Во-вторых, Вы не в курсе обеспечения полка боеприпасами. Я уже знал до этого, что у майора Кочебина Сергея Семеновича в качестве «личной» телефонистки была некая Тося. После моего такого ответа голос в трубке больше не возобновился. К утру все боеприпасы, предназначенные 1379-му и 1382-му СП, были ими вывезены. Подполковник Шадрин рассказал забавную историю. Сегодня рано утром, на КП прибыл капитан Тэпин и при Шадрине доложил командиру дивизии о доставке им, 15 машин боеприпасов. Полковник Эхохин улыбнулся и сказал ему, что уже известно и что товарищ Тэпин заслуживает награды.
31 марта 1943 (среда) – день 648
Сообщение Совинформбюро: наши войска в низовьях Кубани заняли важнейший узел немецкой обороны Анастасиевская. Рано утром. мне предали через связного, что меня вызывает начальник штаба майор Титов В.Е. Быстро уточнил данные о наличии вооружения и боеприпасов, собрался в путь на КП дивизии. С Василием Евстигнеевичем я познакомился, как только прибыл в дивизию. Он был тогда начальником оперативного отдела. Это спокойный, уравновешенный и всегда уверенный в себе человек. с прибытием он приказал доложить ему о наличии боеприпасов по стрелковым полкам. Я понял, этот вопрос, вызван, не иначе, как звонком командира 1382-го СП. По порядку доложил. – А почему же майор Кочебин жалуется, что у него нет ни мин, ни артснарядов? – в упор рассматривая меня, задал вопрос Василий Евстигнеевич. – Значит он просто не в курсе дела, – отвечаю начальнику штаба. Майор Титов В.Е. тут же, по телефону вызвал майора Кочебина и спросил у него, от кого он получил такие тревожные данные, тогда как полк его обеспечен боеприпасами даже лучше, чем другие. В итоге оказалось, что сведения он получил от совершенно не сведущего начальника тыла полка капитана Манзевитного. Ни у начарта капитана Масалытина, ни у начартснабжения полка старшего лейтенанта Усова, он не поинтересовался о состоянии обеспеченности полка боеприпасами.
1 апреля 1943 (четверг) – день 649
Получена директива артиллерийского снабжения армии, которая требует развернуть конкурс на изобретение лучших приспособлений, способствующих улучшению качества ремонта вооружения и повышению производительности в ремонтных мастерских. К директиве приложен темник, определяющий направление в работе рационализаторов. На первый взгляд, мне показалось невероятным в боевых условиях заниматься этими делами. Но чем больше я вникал в суть требования директивы, я приходил к твердому убеждению, о необходимости и полезности данной работы. Ведь сейчас, как никогда, потребность в ремонте быстро возрастает. Это объясняется тем, что оружие уже длительное время находится в эксплуатации, не один раз ремонтированное в боевых условиях, имеет большой износ механизмов. Увеличивать штат ремонтных органов никто не собирается. Наоборот, штабы стремятся за счет обеспечивающих подразделений, увеличить количество активных штыков. Весь сегодняшний день и ночь потребовались для разработки более конкретных указаний частям по этому вопросу. На 9:00 завтра собираем по этому вопросу начальников артснабжения полков и начальников артмастерских.
2 апреля 1943 (пятница) – день 650
Совинформбюро сообщило, что на фронтах изменений не произошло. Части нашей дивизии, по-прежнему, занимаются укреплением оборонительного рубежа, совершенствуют военное мастерство. Офицеры артснабжения частей проводят занятия по изучению вооружения с командно-начальствующим составом, мастерские приводят вооружение в порядок. Совещание с начартснабами и начальниками мастерских начали вовремя. Рассмотрели ряд текущих вопросов обеспечения вооружением и боеприпасами. Эти вопросы были рассмотрены быстро, так как они для всех были обычными. Дальше пришлось затрачивать время по вопросу развертывания конкурса. Не все начальники быстро восприняли это как должное и необходимое. Пришлось много говорить и убеждать на конкретных примерах. Сколько мы теряем времени на ремонте каждой единицы вооружения и при этом качество ремонта оставляет желать лучшего. Конкурс объявлен до конца апреля. Первый смотр назначен 30 апреля сего года.
3 апреля 1943 (суббота) – день 651
Части дивизии продолжают оборудовать участок обороны, ведут огневой бой, несут небольшие потери. Активные действия ведут полковые и дивизионные разведчики. По просьбе командира разведроты осмотрел в роте вооружение. Несколько единиц отдельных образцов пришлось заменить на более новые или мало бывшие в употреблении. Разведчики попросили меня дать им в роту пару снайперских винтовок. Хотя винтовки им были не положены, я им выдал самые лучшие из лучших. Сегодня в роте произошел такой случай. Озабоченные и усталые командиры, в то время как я осматривал оружие, они осматривали личный состав: обувь, одежда, заглядывали в вещевые мешки. Перед строем с каждой минутой росла гора неположенного имущества, извлеченного из вещмешков. Здесь были и пистолеты, и патрона, и гранаты, и гармоники, и другие нетабельные безделушки. Подхожу к куче гранат Ф-1. Осматриваю и обнаруживаю, у одной гранаты нет чеки в запале. Но колпачок с рычагом еще как-то стопорится. И вдруг он подпрыгнул, раздался щелчок. Успеваю забросить гранату. Все обошлось хорошо. А если бы она сработала в вещмешке разведчика? А она бы непременно сработала. У некоторых, в результате ношения гранат на ремне, подкосились и стали ненадежными чеки. Пришлось все гранаты заменить новыми.
4 апреля 1943 (воскресенье) – день 652
Сообщение Совинформбюро: южнее Изюма наши войска ведут оборонительные бои. Сразу же напомнило о трагических днях лета 1942 года, когда наши войска, потерпели большую неудачу. С частями, с работой службы артиллерийского снабжения никак не удается познакомиться вплотную. Заедает текучка: подвоз боеприпасов, обеспечение вооружением прибывающего пополнения. Работаем с начартснабом майором Макаровым вдвоем, хотя кроме нас значатся еще два помощника, которые находятся в Больших Салах. Заведующий делопроизводством старшина Ложкин еще осваивается. Все же мне сегодня удалось побывать в подразделениях 1382-го СП, убедиться в фактическом содержании вооружения на переднем крае. Ближе познакомился с начартснабом старшим лейтенантом Усовым А.П. Чувствуется, что Анатолий Петрович деятельный, воспитанный и благожелательный офицер. Работу выполняет с душой. Не терпит возражений подчиненных. В распоряжениях точен и требует их беспрекословного выполнения. Умеет защитить подчиненных. Натура легко ранимая. Всякое незаслуженное обвинение в его адрес, стоят ему очень дорого и, пожалуй, останутся на всю жизнь. Ознакомился с работой артмастерских, с постановкой учета и отчетности.
5 апреля 1943 (понедельник) – день 653
Находился на КП и на НП дивизии. На командном пункте взаимодействовал с оперативным отделением и со штабом артиллерии по вопросу сбора сведений о расходе и наличии боеприпасов и составления оперативных сводок. Понравились мне спокойные и уравновешенные начальники подполковник Катилов Владимир Николаевич и НШ артиллерии майор Тяптин Яков Георгиевич. Доложил комартиллерии подполковнику Шадрину о наличии боеприпасов. На НП еле пробрался: приказано никого не пускать. Уговорил часового. После доклада я решил осмотреть через стереотрубу впередилежащую местность. Шадрин мне разрешил. Местность здесь изрезана балками, оврагами, заросшая кустарником. Виднеются лишь небольшие лесные островки. Среди всего я увидел линию окопов противника, более ничего. Обращаюсь к Шадрину за разрешением идти. Вдруг где-то поблизости разорвалась немецкая мина. Зашаталась на треноге стереотруба и упала. Осколками она выведена из строя. Через пять-десять минут Шадрину сообщили с артполка, что у них тоже разбита стереотруба на НП. Это случайность? Или противник обнаружил наши НП и прошелся по ним своими огневыми средствами. На дивизионном артскладе стереотруб не оказалось. Мне выделили «Виллис», и я срочно выехал в артснабжение армии. Лишь по распоряжению генерала Телегина мне выдали две БСТ с армейской артбригады.
6 апреля 1943 (вторник) – день 654
Утром доложил о прибытии со стереотрубами. Шадрин приказал трубы оставить в штабе артиллерии и ни в коем случае, не приезжать с ними на НП. Мол, это из-за тебя вчера трубы были разбиты. На НП меня встретил НШ дивизии майор Титов В.Е. и просил зайти к нему. Спрашивает, зачем я разведчикам дал две снайперские винтовки, ведь они им не положены. Спрашиваю, а что в этом особенного, если они есть в свободном наличии. Василий Евстигнеевич рассказал мне, что командир разведроты решил самостоятельно, в дневное время, взять «языка», разработав вариант с применением снайперских винтовок. Операция не удалась, и он потерял ранеными четыре человека. Предупредил меня, чтобы такие вещи я самостоятельно не делал. Отвечаю ему, что в конце концов, разведчики и помимо меня могли достать сколько угодно не только винтовок, но и пушек. В их стремлениях сдержать их бывает невозможно. В 14:00 выехал на «полуторке» в артснабжение армии за получением боеприпасов, в расчете, заполучить и доставить их армейским транспортом.
7 апреля 1943 (среда) – день 655
В армии удалось заполучить всего лишь 5 машин боеприпасов. Армейский транспорт получил с большим трудом. Все советуют рассчитывать только на свой дивизионный транспорт. Боеприпасы доставил на ОП 1058-го АП и 448-го ОИПТД, остальные в 1379-й СП. Машины отпустил, а сам остался в полку для ознакомления с работой артснабжения. Со старшим лейтенантом Ильиным В.А. решили осмотреть одну стрелковую роту, полковую артбатарею и артмастерские. Моросил весенний и еще прохладный дождик. Вместе с нами в стрелковую роту направился и оружейный мастер рядовой Копин. Не доходя до стрелковой роты 100 м, мы в балке, в которой протекал ручеек и наполнял свои промытые берега, решили смыть, налипшие на сапоги, куски глины. За этим занятием нас застала серия разрывов мин противника. Мы залегли. Но тут же заметили, что оружмастер Копин ранен. Тут же оказали ему медицинскую помощь: перевязали голову и ногу, и на себе потащили его до тыла стрелкового батальона. Эвакуировали, но в роте все же побывали. В артбатарею попасть не успели, но с работой артмастерских и с учетом оружия и боеприпасов ознакомился более подробно. Начартснабжения полка старший лейтенант Ильин Вячеслав Александрович, чувствуется, в работе активный, дотошный. Дела артснабжения ведет увлеченно. Благоприятный, доброжелательный. Постоять за дело службы умеет. При неудачах распаляется, манеры гражданские.
8 апреля 1943 (четверг) – день 656
Сообщение Совинформбюро: наши войска ведут бои южнее Балаклеи. Дивизия по-прежнему, ведет огневой бой, совершенствует систему оборонительного рубежа, ведет разведку. Ознакомился с работой артснабжения 1378-го СП. Командир полка, узнав о моем прибытии в полк, пожелал, чтобы я прибыл к нему на НП. Ознакомившись с работой артснабжения и артмастерских и учетом вооружения, мы с начальником артснабжения полка капитаном Макаровым Ф.М. прибыли на НП к командиру полка майору Тюрину А.И Андрея Ивановича интересовали вопросы обеспечения боеприпасами, особенно к артиллерии и минометам, и просил дать ему 20 снайперских винтовок. Он задумал в полку организовать снайперскую команду. Я рассказал о положении дел с боеприпасами и пообещал выдать винтовки. Здесь же мне довелось наблюдать, как воздушном бою был сбит наш истребитель. Летчик, покинувший горящий самолет, изо всех сил, извиваясь в воздухе и управляя стропами парашюта, старался приземлиться на нейтральной территории. Завязался огневой бой противоборствующих сторон: пошли в ход артиллерия, минометы, автоматическое оружие. А бедный пилот по несколько сантиметров в минуту, в этом огненном аду, все ползет и ползет к нашему переднему краю. Довелось увидеть и пилота. Когда он подполз к переднему краю и свалился в окоп, одежда на нем представляла собой сплошь клочья. На лице виднелись лишь глаза и зубы, остальное все слилось с одеждой. Когда ему помогли дойти до командира полка, то первой его просьбой было дать ему справку о том, что он на территории противника не был и он был сбит в воздушном бою. Как видно, то, чему он сейчас подвергся, уже им забыто, и он уже думает о новых полетах, чтобы уничтожать стервятников.
9 апреля 1943 (пятница) – день 657
Сообщение Совинформбюро: наши войска ведут бои южнее Балаклеи и Изюма. Задачи нашей дивизии прежние. Утром вышел в 1058-й АП, но попутно надо еще зайти в 1378-й СП к капитану Макарову. Погода становилась все пасмурнее. Воздух тяжелый, сырой. Чувствовалось, что туман вот-вот окутает землю. Одолевают думы о вчерашнем знакомстве с начартснабом Макаровым. Формулирую в уме впечатления, сложившиеся о нем. Боюсь ошибиться, ведь это первое впечатление. Он небольшого роста, плотный. Чувствуется, дело артснабжения знает хорошо. Много работает сам. Но обладает чрезмерно мягким характером, что иногда не позволяет ему предъявить там, где это нужно, должную требовательность к командирам подразделений, к подчиненному личному составу. Однако это замечательной души человек. Он безответен и работящий, может прийти на помощь к другому человеку, может сделать работу вместо подчиненных. 1378-й СП вручил накладные на получение 20 снайперских винтовок и уточнил ход смотра конкурса на лучшие приспособления для ремонта. В 1058-ом АП начал проверку нулевых линий прицеливания и выверку прицельных приспособлений. Выявлен небольшой непорядок в этом вопросе. Пришлось остаться на завтра, чтобы организовать устранение этой серьёзной недоработки, как артснабженцев, так и командиров взводов и батарей.
10 апреля 1943 (суббота) – день 658
Рано утром, после моего доклада о состоянии матчасти артиллерии, командир 1058-го АП майор Бондарь И.К. в срочном порядке собрал всех командиров дивизионов, батарей и артснабженцев. Попросил меня повторить доклад. После этого Иван Калистратович потребовал от командного состава и от артвооруженцев, сегодня же, навести порядок. Он напомнил ряду командиров о плохой их стрельбе по целям, и что теперь ты ему ясно в чём кроется причина. Меня попросил показать командирам батареи и взводов, как правильно выбирать прицельные линии и прицельные приспособления. Я это охотно проделал во всех трех дивизионах до конца дня. Практически, к этому же времени, все орудия обрели меткость стрельбы. Несколько слов о начальнике снабжения артполка старшем лейтенанте Полякове И.А. Человек он добросовестный, предприимчивый и благоразумный. Работу выполняет с энтузиазмом, но ему явно не хватает технических знаний. Он среднего роста, с большими пышными усами на болезненном и усталом лице. В беседе искренний, характер дружеский и эмоциональный, подчинённых в обиду не дает, часто болеет. Принадлежит к числу упрямых и принципиальных натур, а в глазах постоянно видится его циничный гнев. Он с 1908 года рождения.
11 апреля 1943 (воскресенье) – день 659
Уточнял наличие вооружения и боеприпасов в частях и их состояние. Готовил очередные донесения в артснабжение армии, и справки об обеспеченности командиру дивизии и командующему артиллерией. Постоянно, в том числе тереблю артснабженцев, чтобы помнили, и занимались работой, связанной с конкурсом на лучшее приспособление. В 18:00 отбыл с донесением в армию. Попутно удалось добиться получения гаубичных и 76 мм дивизионных выстрелов. Три машины выделила армия. На обратном пути ко мне подошёл капитан и отрекомендовался, что он в дивизию и последует вместе со мной для инспектирования вооружения. Это оказался инспектор Артснабжения 51-й армии капитан Ефимов Александр. Это белобрысый здоровяк. Живой, собранный и дружелюбный, с немного загадочной улыбкой. Из разговора с ним я понял, о его домовитости не скажешь. Он всегда в дорогах, голосует, чтобы куда-то подъехать. Держится он с достоинством и изяществом. Светло-оливковый цвет его кожи, живые и напряжённые глаза придают ему молодому лицу более серьёзный вид.
12 апреля 1943 (понедельник) – день 660
Сегодня, на партийном собрании, мы услышали очень толковое выступление начальника штаба дивизии майора Титова. Он сказал, что в партийной работе по-прежнему бытуют укоренившиеся недостатки, плохая подготовка собраний, иногда проскальзывают малозначащие рассматриваемые вопросы, что к участию в определении повестки дня, выработки решений, слабо и робко привлекаются рядовые коммунисты. Ещё узок круг лиц, выступающий в прениях. Я зачарованно слушал его и думал, а смело он режет. Ведь это всё против работы партбюро, но начштаба не обошёл самокритикой и себя. Он привел массу примеров, когда приказы и распоряжения в штабе готовятся наспех, без должной их подготовки. Они подписываются им и комдивом. Чаще всего, бывают такие распоряжения, которые не подкрепляются соответствующими людскими и материальными возможностями. В выступлении он сказал: «Иногда мы заведомо знаем, что имеющееся количество боеприпасов, ни в коей мере не может обеспечить выполнение боевой задачи, подавить определенные цели, а всё же ставим такую задачу частям». Привел по этому вопросу несколько примеров, свидетельствующих о том, что всё это ведёт к резкому падению авторитета наших приказов, а соответственно, к участившимся случаям невыполнения их. Он призвал коммунистов не прятаться за бумажки, а открыто говорить о недостатках и упущениях в работе.
13 апреля 1943 (вторник) – день 661
Сегодня мне пришлось быть свидетелем, как комдив полковник Эхохин, по телефону, отчитывал командира 1378-го СП майора Быкова. Он его ругал за то, что тот самостоятельно принял решение и начал атаковать противника, проявив при этом ничем не оправданную лихость и геройство. – Вы наносите вред общему делу. До сегодня я верил в вашу разумность. Неужели вам было непонятно, что своими силами вы не можете нанести чувствительного удара с наименьшими потерями личного состава полка. Кому вы доложили свои расчёты? Почему проявили своеволие, и внесли анархию в установленный уставной порядок? Я отменяю Ваше решение и серьёзно накажу. Сейчас получите мой приказ, – распекал комдив. После чего комдив выслушал мой доклад об обеспеченности боеприпасами. Приказал немедленно выехать в 1378-й СП, уточнить, сколько и каких снарядов израсходовал этот полк на партизанскую операцию. Эти данные были необходимы, для готовящейся оперативным отделом, проекта приказа. Проверка установила, что израсходовано полком почти весь запас 76 мм полковых выстрелов и 82 мм мин. Пришлось срочно пополнять эти запасы. Из разговора с Быковым я понял, что у Георгия Фёдоровича служба артснабжения в почёте и в постоянном его поле зрения. Он оказывает ей необходимую поддержку, что значительно сказывается на её более успешной работе.
14 апреля 1943 (среда) – день 662
Наступает весна. Начали распускаться деревья, зацвела черёмуха. А реки всё никак не могут войти в свои берега. Первыми появились вестники и гонцы весны – грачи. Кто знает, где они зимовали? Может быть в логове фашистов в Германии или в Чехословакии. Сегодня я шёл по глубокой балке, заросший кустарником и небольшими деревьями, добираясь на доклад командующему артиллерии дивизии. Заметил, что появились и соловьи. Я услышал знакомую мне песнь, ещё по родным краям, соловьиную трель. Однако, мне не приходилось видеть этих нелюдимых солистов. Говорят, что они зимуют где-то в Африке, а поют только на своей Родине. Молодцы соловьи, что воспевают свою Родину. Хотя я видел и лучшую красоту окружающей природы, но теперь и эта ценится высоко, так как здесь красот немного и почти представляют редкость. Командующий артиллерией требует от нас принять все возможные меры для доведения запасов гаубичных и дивизионных выстрелов до 1,5 боекомплектов. Он считает, что наша артиллерия скована в своих действиях из-за недостатка этих видов снарядов, а целей противника с каждым днём прибавляется.
15 апреля 1943 (четверг) – день 663
87-я стрелковая дивизия имеет прежние задачи, занимается боевой подготовкой, проводит командно-штабные учения, совершенствованием управления войсками. Набросив на плечи плащ-палатку, прихватив сумки с инструментами, мы приближаемся к переднему краю. Нас четверо. Случай особый: в пулеметном батальоне дивизии вышли из строя чуть ли не все пулеметы. Об этом нам сообщил начальник пункта боепитания батальона лейтенант Вишняков В.Ф. и просил оказать содействие. Я вызвал трех оружейных мастеров из стрелковых полков. Злой ветер бьёт в лицо, все ближе и ближе вспышки наземных разрывов снарядов и мин. А теперь уже начали посвистывать пули где-то совсем рядом. Хорошо, что пулеметный батальон расположен сосредоточенно и это позволяет осмотреть пулеметы во всех его подразделениях. Осматриваем один за другим пулеметы Максима в первой роте. Болезнь старая – плохой уход. Возвратно-боевая пружина не обеспечивает автоматическое перезаряжание. Показываю расчету, как устранить задержку. Убеждаются в своей халатности и командиры взводов и роты. Так мы обошли все подразделения, проверили 32 пулемета Максима. Лишь 4 из них имели неисправности технического характера, требующие ремонта в мастерских. Нам удалось восстановить на месте и их. По моему докладу комбат отчитал командиров рот и некоторых взводов за их халатное отношение к уходу за пулеметами. Довольные проделанной работой, возвращаемся на КП дивизии. Но, не сделав нескольких шагов мы попали под шквальный минометный огонь противника. надо же такому случиться, но все три мастера получили по легкому осколочному ранению, но ни один из них не пожелал госпитализироваться. Я же отделался порванным рукавом фуфайки. Во время работы в пулеметном батальоне я очень был зол на лейтенанта Вишнякова, за его беспомощность, которую он допустил в этом вопросе. После длительной беседы с ним я установил, что он еще совсем молодой специалист, закончивший курсы оружейных техников, и опыта набраться еще не успел. Он 1922 года рождения. Среднего роста с миловидным, как у барышни, нежно – розовым лицом, пышущим здоровьем. Застенчив, часто краснеет. Руководит мастерами спокойно, без окриков и нравоучений. Инертен и малоподвижен. Сегодня убыл из дивизии, в распоряжение отдела кадров 51-й А, для назначения на новую должность начальник артснабжения капитан Макаров Михаил Петрович. У меня о нем остались самые хорошие впечатления. Этот неспокойный человек с бледным лицом и хворым видом, исхудавший, с ввалившимися глазами, целыми сутками на ногах: то он в частях дивизии, то в артснабжении армии, то на КП или НП. Мне довелось прочитать аттестационный материал, который написал на него командующий артиллерией подполковник Шадрин, представляя его к награждению орденом «Красная Звезда» от 9.02.1943: «… в боях с немецкими оккупантами в районах Верхне-Кумской, Зиовники, Куберле, Орловское, Манычский канал, Конзавод № 1, Попов, Жуково-Татарский…».
16 апреля 1943 (пятница) – день 664
В центральной печати опубликован Указ Президиума Верховного Совета СССР «О введении военного положения на всех железных дорогах» от 15 апреля 1943 года. Теперь рабочие и служащие ж/д транспорта за преступления по службе по решению трибунала будут увольняться с работы с направлением на фронт в штрафные роты, если они не подлежат более суровому наказанию. Видимо, это вызвано особыми обстоятельствами. Побывал в артснабжении армии. Получил наряд на гаубичные дивизионные выстрелы. Но в доставке армейским транспортом отказали. В 18:00 я сдал заявку на выделение автомашин ЗИС-5 в оперативное отделение тыла дивизии. Мне сказали, что заявка может быть рассмотрена лишь подаваемая на завтра. А сегодняшняя заявка уже не имеет силы, да и подаваться она должна за 12 часов. Попросил, чтобы во втором экземпляре заявки расписались в получении. Но никто этого делать не хочет. Возмущен бюрократизмом до предела. Иду к начальнику тыла Тэпину В.П. Он поддерживает, установленный в его вотчине, порядок. Тут же иду к прокурору дивизии и рассказываю ему о заведенном в тылу порядке. Он мне объяснил, что мои требования правильные, и он об этом будет говорить с Тэпиным. От прокурора я снова явился в оргплановое отделение тыла. Но здесь машинистка уже закончила печатать приказ начальника тыла о наложении на меня взыскания «выговор», за якобы, нетактичное поведение с начальником тыла Тэпиным. Всю закладку я тут же порвал, выбросил и направился к командиру дивизии для доклада.
17 апреля 1943 (суббота) – день 664
Из сообщений Совинформюбюро чувствуется, что последние дни участились налеты нашей авиации на города противника. Сегодня был совершен налет на города Данциг, Кенигсберг, Тильзит. Бомбили два часа. Как это понравится немцам? Дивизия по-прежнему ведет огневой бой, обороняет участок. Еще не рассвело, я прибыл к командующему артиллерией. Но в землянке его находился сменщик. Подполковник Шадрин отзывался, а вместо него прибыл из 98-й СД с должности замкомандующего артиллерией полковник Клецов Александр Николаевич. Доложил о цели своего визита. Направили меня к командиру дивизии полковнику Эхохину М.С. Михаил Сергеевич меня выслушал внимательно и тут же позвонил интенданту 3-го ранга Тэпину. Отчитал его за бюрократизм и рутинёрство, установленное его подчиненными. Снова возвращаюсь во второй эшелон. Беспрепятственно получаю 6 автомашин. В пути меня одолевает мысль, как же дальше так работать? Сколько сил, времени и нервов затрачивает порой человек по милости того, кто совершив ошибку, в пылу административной горячности, никак не желает признать ее и исправить. Эта амбиция бюрократа самая страшная и худшая из амбиций.
18 апреля 1943 (воскресенье) – день 666
Дивизия получила приказ № 0197 от 18.04.1943 о назначении военного инженера 3-го ранга (помощника командующего артиллерией дивизии по боеприпасам) помощником начальника отделения управления командующего артиллерией 51-й А – Филипцева Я.А. Яков Алексеевич сегодня же убыл к новому месту службы. К временному исполнению должности начальника артснабжения дивизии капитан Щербаков Андрей Иванович. Он уже не молод, 1901 года рождения. Из приписного состава. Уроженец Ростовской области, Романовского района, ст. Саленовская. До войны проживал в Новошахтинске. Сегодня познакомился с вновь прибывшим в дивизию на должность техника оружейного в 1379-й СП младшим лейтенантом Лебединым Василием Борисовичем. Он с 1922 года рождения, москвич. Был на докладе у нового командующего артиллерией Клецова А.Н. Он с 1897 года рождения. Служил в старой русской армии. Вид у него аристократический и, я бы сказал, антикварный. Высокий. Брюнет. Поджарый и длинноногий. чувствуется благовоспитанность, деликатность и тревожный, беспокойный характер. Поработаем – увидим. Как только я зашел к нему в землянку, он, смотря на меня, речитативом произнес: – Красавцы в кавалерии, тяжелоатлеты в артиллерии, форсунки в авиации, червяки в саперах, пьяницы во флоте, дураки в пехоте. А потом добавил: – Пора кубанку-то снимать. Во-первых, уже весна. А во-вторых, вы уже не в кавалерии, –улыбаясь мягко произнес он эти слова.
19 апреля 1943 (понедельник) – день 667
В 1378-м СП расследовал случай разрыва мины в стволе 82 мм миномета. Прежняя беда – двойное заряжание. Вышел из строя расчет полностью. Двое убиты, двое ранены. После осмотра места происшествия мы с начальником артмастерских лейтенантом Воеводкиным, решили осмотреть несколько станковых пулеметов в 1-ом стрелковом батальоне. Ползком, по-пластунски, добрались до хода сообщения. Начался шквальный минометный обстрел, реже рвались и артснаряды. Выбросив несколько тонн металла, орудия и минометы противника смолкли. Осматриваемся вокруг. Окопы, разбитые разрывами мин и снарядов, с обваленными стенками и «лисьими норами», уходившими под бруствер. По переднему краю прозвучала команда подготовиться к отражению атаки противника. Появились нарастающие волны немецких цепей и автоматная трескотня: справа, слева, впереди. Батальон занимал оборону выступом вперед. Заработала вся огневая система с обеих сторон. Мы с Геннадием Федоровичем заняли свои позиции. Рядом, в 20 шагах от нас, работал станковый пулемет Максима. Вдруг пулемет замолк. Вдруг слышим, как солдат клянет кого-то за то, что отказал пулемет. Воеводкин тут же выскочил из траншеи и быстро перебежал к пулемету. Я только расслышал слова наводчика, – Есть оружмастер, есть! – счастливым голосом закричал наводчик, кидаясь к Воеводкину, – будь другом, помоги! Отказал почему-то. Пулемет был быстро восстановлен и снова заработал. Атака противника была успешно отбита с большими для него потерями.
20 апреля 1943 (вторник) – день 668
Ночевал в 1378-м СП. Проверил работу мастерской. Познакомился с личным составом. Они уже приготовили несколько образцов приспособлений для ремонта оружия на конкурс. Познакомился с очень интересным человеком, оружейным мастером старшим сержантом Кудрявцевым Г.Я. Это очень старательный и бесстрашный воин. Гаврил Яковлевич стрелковое оружие знает хорошо. Быстро обнаруживает и качественно исправляет неисправности. Им придумано и сдано большое количество приспособлений. Он простосердечный человек, острый на язык. Его острота так и бьёт в самую точку. Чувствуется, в молодости был отчаянным. Ему не больше 45 лет. Но он уже имеет богатый жизненный опыт. Сам он по специальности – слесарь. Но последние три года перед войной по состоянию здоровья, работал колхозным пасечником. О пчелах говорит со знанием, как будто он побывал сам в пчелином рою и узнал его внутреннюю жизнь. Он убежденно считает пчел наделёнными большим разумом. А доказательством выдвигает то, что человечество не дало такого лекарственного средства, которое бы конкурировало по своим целебным свойствам с медом.
21 апреля 1943 (среда) – день 669
Из сообщения Совинформбюро узнали, что сегодня наша дальняя авиация снова совершила массированный налет на Тильзит. Как себя чувствуют гитлеровцы? Пришел праздник и на нашу улицу. Командующий артиллерией полковник Клецов приказал следовать с ним по артподразделениям дивизии для ознакомления. Сегодня побывали в 1058-м АП и 448-м ОИПТД. Чувствуется, что Александр Николаевич командует артиллерией спокойно и уверенно. Пока он знакомится со штабными делами, я с артснабженцами хожу по подразделениям, осматриваю вооружение и боеприпасы, оптические приборы. Большую часть недостатков требую устранять тут же. Вечером перед возвращением на КП дивизии, полковник Клецов приказал доложить ему о состоянии матчасти артиллерии в полку и ОИПТД. Выслушал внимательно и в завершение доклада сказал: – Чаще проверяйте их, и заставляйте их как следует ухаживать за орудиями, а то они забываются. И больше ни слова. Мне кажется, что должен был это сказать не мне, а командирам частей… Я не выдержал и сказал об этом Александру Николаевичу, снял очки, потер, и снова надел: – Мне много лет пришлось служить в армии, я знаю таких, которые всю жизнь прослужили при штабе, причем в ожидании в прихожей у начальства, – сказал он, – Вам надо чаще бывать в частях, а не в приемных…
22 апреля 1943 (четверг) – день 670
Сегодня снова, с полковником Клецовым, объезжали артбатареи стрелковых полков на «полуторке». Сегодня уже заметил за ним, что иногда он становится ворчливым. Но ненадолго. Видимо, сказываются годы. Службу артснабжения дивизии и ее деятельность, считает вполне достаточным знать по справке, выполненной в виде книжечки на ватмане. Докладов устных не любит и не допускает. Весь доклад сводится к обмену устаревшей справки на новую, которую он посмотрит потом, «на досуге». Старший техник лейтенант Щербаков А.И. рассказал, что ему сегодня в армии предложили должность начальника артснабжения 19-й отдельной минометной бригады. Он дал согласие. Считает, что в сорокалетнем возрасте ходить в помощниках неудобно. Он уже начал готовиться к отбытию к новому месту службы, и вся работа возложена на меня и завделопроизводством старшину Ложкина А.И.
23 апреля 1943 (пятница) – день 671
Дивизия, обороняя отведенный ей участок обороны, постоянно совершенствует его, личный состав занимается боевой подготовкой. Комдив приказал ежедневно с 6:00 до 7:00 заниматься строевыми тренажами. Все же вчера окончательно удалось разыскать среди личного состава дивизии бывших мастеров-оптиков. Нашлось три человека. Сегодня приказанием штаба они откомандированы к дивизионному артскладу и начнут ремонтировать, перебирать, подобранные мною в марте на ПААС № 2221 в свалке, оптические прицелы. В соответствии с распоряжением, на каждый полк возложено подготовить по 50 винтовок обр. 1891/30 г. с наилучшей кучностью боя и пригодных для использования их как снайперских винтовок. При 1378-м СП собрали начальников артснабжения стрелковых полков и рассказал о предстоящей задаче по подготовке снайперских винтовок. Одновременно рассмотрели текущие вопросы обеспечения частей вооружением и боеприпасами, в том числе и вопрос о ходе подготовки к смотру результатов конкурса на лучшие приспособления для ремонта. Возвратился в свое расположение ночью.
24 апреля 1943 (суббота) – день 672
Из сообщения Совинформбюро: Продолжаются бои местного значения южнее Балаклеи и Барвенково, в районе Белгорода и на Кубани. Ездил в армию в надежде обзавестись хотя бы небольшим количеством снайперских винтовок. В свободном наличии в армии их не оказалось. Я попросил начальника артснабжения армии подполковника Калиниченко Н.Т. чтобы меня, с заявкой на снайперские винтовки для армии, направили во фронт. Он дал согласие. В заявке была указана потребность в 640 штук, мне дали во фронте 74 штуки, а армия разрешила взять для дивизии 34 штуки. Это уже победа. Вернулся я поздно. Здесь меня ждали вновь прибывшие в дивизию: старший лейтенант Шевченко И.Т. – на должность помначартснабжения по боеприпасам и младший лейтенант Воскобойников А.И. на должность техника оружейного 1378-го СП. Он с 1923 года, окончил ускоренный курс Тульского оружейно-технического училища. Уроженец г. Севска Смоленской области. А на Шевченко пока личное дело не приходило. Известно, только что он прибыл с этой же должности из 302-й стрелковой дивизии. Ему 41 год. Только остается не выясненным, почему он перемещён. Это надо смотреть в личном деле.
25 апреля 1943 (воскресенье) – день 673
Совинформбюро сообщило, что западнее Ростова наши части вели огневой бой. Познакомился с личным делом старшего лейтенанта Шевченко И.Т. Образование у него среднетехническое. Он окончил в 1925 году Донской механический техникум. Затем, в 1927 году, Краснодарскую артшколу и курсы в 1937 году. Он уроженец Запорожской области, пос. Большой Токмак. Задолго до войны бросил семью, проживающую в Симферополе. У родного младшего брата отбил жену, Екатерину Михайловну, уроженку с. Кольцово, Назаровского района. До войны работал в управлении НКВД. За бегство с Керченского полуострова и мародерство, военным трибуналом был осужден к высшей мере наказания, с заменой штрафной ротой. По истечении срока пребывания в штрафной роте, снова был восстановлен в должности помначартснабжения 302-й СД. Изучая личное дело, мне вспомнился отец. Ведь он по годам почти ровесник Шевченко. Где он сейчас? Что теперь с ним? С таким человеком, как Шевченко, ухо надо держать востро. Этот пойдет на все, лишь бы спасти свою шкуру: он не пожалел семью, не пощадил младшего брата, не остался солидарным с теми, кто до последнего патрона сражался в Керчи…
26 апреля 1943 (понедельник) – день 674
Артснабжение дивизии разместилось в небольшом деревянном домике. В углу висела икона с распятием Христа. На комоде красуется большая кошка-копилка. В доме живет один старик, прикованный к постели. Он молчалив. Да и не совсем приятная обстановка в доме заставила нас найти другой угол. Вскоре мы оставили старика. Хозяйка рассказал, что он когда-то бросил свою семью, жил в свое удовольствие, избегая помощи детям. А теперь он больной и беспомощный, наверное, клянет себя за то, что когда-то допустил роковую ошибку, которую никак не исправить. Весь день занимался текущими делами. К вечеру я на попутках добираюсь до командующего артиллерии. Александр Николаевич Клецов приказывает мне срочно отправиться в артполк, проверить всю матчасть и при необходимости принять меры к устранению недостатков. Я понял, что завтра прибывает комиссия с армии, во главе с заместителем командующего войсками. Прямо с КП направляемся с помначштаба артиллерии капитаном Сумским Василием Степановичем. Это всегда веселый и неунывающий человек. Штабные документы отрабатывает быстро, грамотно, за что снискал уважение у командования дивизии. Он хороший товарищ.
27 апреля 1943 (вторник) – день 675
С раннего утра я осматриваю матчасть, тут же мастера и техники производят текущий ремонт. Навели образцовый порядок в маскировке огневых позиций, привели в порядок погребки с боеприпасами. Вся территория, занимаемая огневой позицией, убрана. Личный состав побрит, обмундирование и обувь начищены. Все как на параде в мирное время. В обед прибыла целая группа штабных офицеров во главе с замкомандующего войсками 51-й А генерал-майором Гороховым. Участники проверки разошлись по подразделениям. В составе этой комиссии был и уже знакомый инспектор артснабжения армии капитан Ефимов Александр. По линии артснабжения все обошлось хорошо. Но вот командиру майору Бондарь И.К досталось на орехи. Он получил выговор от замкомандующего войсками за медленное прохождение команды по открытию огня: команда прошла за 18 минут, вместо положенных 1-2 минут.
28 апреля 1943 (среда) – день 676
Из дивизии к новому месту службы убыл помначартснабжения дивизии старший лейтенант Щербаков. На меня возложено временное исполнение обязанностей начальника артснабжения дивизии. К 10:00 собираются в артснабжении дивизии начальники артмастерских полков с мастерами. Они привезли с собой стенды, на которых прикреплены изготовленные и разработанные ими приспособления для ремонта вооружения. Сверх всякого ожидания, навезли столько стендов, что с ними надо было долго разбираться. Пытаемся их обобщить по группам назначения и по видам вооружения. Работа очень интересная, но для этого надо много времени: ведь не только посмотреть на них, но и испробовать, как они практически отвечают требованиям. До глубокой ночи занимаемся стендами. Пишем описания для приспособлений. Из большого количества приспособлений отобрали, как наилучшие образцы других, дублирующих приспособлений. Всего отобрано для представления в армию 52 приспособления из 74.
29 апреля 1943 (четверг) – день 677
С утра приступили к завершению работы по подготовке стендов. Наша дивизия к исходу дня подготовила 6 стендов с подробными описаниями приспособлений. Получились неплохие. Из армии поступила команда: стенды представить в армейскую ремонтную мастерскую к 1 мая. Со стендами должен быть техник, который бы мог хорошо объяснить их применение и устройство. Самой подходящей кандидатурой оказался начальник артмастерской 1379-го СП старший лейтенант Воеводкин. Завтра он доставит стенды к месту назначения. Среди приспособлений есть и такие, которые позволяют использовать винтовки с раздутием ствола на расстоянии от дульного среза до 200 мм. В этом на фронте часто возникает необходимость. Как мы подсчитали, разработанные только нами приспособления, могут сократить время, потребное на ремонт отдельных видов оружия, до 25% с более высоким качеством.
30 апреля 1943 (пятница) – день 678
Проводив старшего лейтенанта Воеводкина со стендами на конкурс, мы ещё стояли у плетёной изгороди дома, в котором разместились артмастерские дивизии. Я заметил, из переулка, в которой свернула «полуторка» с Воеводкиным, медленно въезжала на широкую улицу села одноконная повозка. Возглавляет эту повозку красавиц-мерин, серый в яблоках, запряженный, в довольно-таки примитивную, крестьянскую бричку, с немудрёные амуницией. Повозочного пока не видно. Вот транспорт приближается. На бричке стало различаться нагромождение ящиков различной величины, и только как поравнялась с нами повозка, я увидел, что возница была девушка, в военной форме одежды, гордо восседавшая на бричке. Она небольшого росточка, худенькая, с небольшими, но открытыми, чёрными глазами и вздёрнутый носиком на небольшом круглом личике. Гимнастёрка и явно не по плечу. Безусловно, она не отличается красотой, но у неё есть что-то прекрасное, интересное… Сняв с головы кубанку и низко поклонившись, спрашиваю – Откуда братишка ящики вестимо? Девушка ловким движением натянула вожжи и остановила красавицу лошадь, пристала на облучок брички и приложив ручонка к пилотке, с явной усмешкой доложила: – Товарищ старший лейтенант казачьих войск, кладовщица 448-го ОИПТД рядовая Коваленко Мария выполняет приказание командования по доставке продуктов питания личному составу дивизиона. Тут же зардевшись, присела на бричку. – Нельзя ли у милой купчихи приобрести осьмушку табаку? Маша обернулась и стала копаться в ящиках, а я этим временем подтянул, ослабевший на лошади хомут и, как умел, затянул супонь, вытягивая сыромятной ремень. Думаю, до упряжки ли Марии, что она понимает в сбруе? Поблагодарив её за большую пачку «Тютюна», которую она мне дала, я спросил, в какое время и когда её можно здесь встречать. Коваленко Мария ответила, что ежедневно примерно в это же время, но уже табак она больше не даст, могу рассчитывать лишь на небольшую пачку папирос. На этом мы расстались. В 14:00 вызвал командир дивизии полковник Эхохин. Его интересовали вопросы об оружии для снайперов и о возможности увеличения в полках наличия ручных и станковых пулемётов. Обстоятельно доложив ему состояние дел, я попросил разрешения срочно выехать в артснабжение армии для разрешения поставленных вопросов. В артснабжении армии меня заверили, что в течение двух-трёх дней армейской артиллерийской мастерской будет отремонтировано 120 ручных пулеметов ДП и 32 станковых пулемета Максим. Все это я смогу получить из армейского склада.
1 мая 1943 (суббота) – день 679
Слушали приказ Верховного Главнокомандующего № 195 от 1 Мая 1943 года. Этот приказ требует повысить культуру работы войсковых штабов, добиться того, чтобы части и соединения Красной Армии стали образцовыми органами управления войсками. Поднять работу войсковых тылов на уровень требований, предъявляемых в современной войне, твёрдо помнить, что от полного и своевременного снабжения войск боеприпасами, снаряжением и продовольствием зависит исход боевых операций. Этот приказ вызвал огромный патриотический подъём. Бойцы, командиры, политработники дивизии на митингах заявляли: «Мы смело и уверенно идём навстречу решающим сражениям!», «Части дивизии с честью выполнит приказ товарища Сталина!». Результаты моей поездки в снабжение армии доложил командиру, который распорядился чтобы начальник штаба дивизии отдал приказание о подготовке 120 расчётов пулемётов ДП и 32 расчётов для Максима. Сегодня мне удалось прочитать личные дела всех наших снабженцев. Какое же однообразие. Всюду до неимоверности сжатые формулировки аттестации и характеристик. В них значится: «трудолюбив и настойчив», «своё дело знает и любит», «на военную службу принят добровольно», и так далее… А каждый из них уже воевал немало времени. Неужели ничего хорошего он не сделал. Решил при всех трудностях и занятости пройти по всем частям и поближе познакомиться со всем техническим составом службы артснабжения. Побывал в 1382-м СП. В артмастерских, когда зашёл разговор о комплектовании их личным составом, я спросил: «Бывают ли такие случаи, когда мастера просятся отправить их на передовую, или наоборот, когда солдаты просят и взять в мастерские?». – Первых бывает больше, – сказал мне начальник мастерских старший лейтенант Клыков Иван Георгиевич, и тут же мне рассказал такой случай, когда один боец сказал, что он артмастер. Его зачислили в мастерскую. А вскоре выяснилось, что он совершенно не знаком, даже со слесарной подготовкой. Пришлось его отправить в ту же роту, откуда он был взят. Но Фридман Г.Я. уговорил начштаба, чтобы его направили в артбатарею.
2 мая 1943 (воскресенье) – день 680
Сегодня переживали новую неприятность. Только подготовили делопроизводителя артснабжения дивизии Ложкина. Он вошёл в курс дела. Уже самостоятельно стал вести важный участок работы по учёту и отчётности. Это большое облегчение для начальника Артснабжения дивизии. Ложкину присвоено воинское звание младшего лейтенанта административной службы. Поступившими изменениями по штатам, эта должность ликвидируется и вводится старший писарь. Его надо искать, долго готовить. Сегодня же Ложкина откомандировали для дальнейшего прохождения службы в 573-ю автороту. Остаёмся пока без писаря. Занимаюсь подбором. Добился разрешения на временное прикомандирование одновременно двух-трёх кандидатов на должность старшего писаря, чтобы выявить из них наиболее способного. Занимаюсь с ними лично, так как Шевченко в учёте и отчётности совершенно не разбирается.
3 мая 1943 (понедельник) – день 681
Вывезли с армейской артиллерийской мастерской 120 ручных пулеметов ДП и 32 станковых пулемета Максима. Сегодня же, по разрядке штаба дивизии выдали их полкам. Поступили данные частей о том, что ими отобраны и подготовлены винтовки, пригодные для их использования с оптическими прицелами. Группа оптических мастеров при дивизионном складе перебрала, продефектовала все, имеющиеся на складе, оптические прицелы и приступила к их ремонту. Отремонтировано несколько единиц. На сегодня в стрелковых полках имеется 66 снайперских винтовок. 85 оптических прицелов в стадии ремонта, в том числе в армейской мастерской 25 штук.
4 мая 1943 (вторник) – день 682
Второй эшелон дивизии размещён в селе Орехово. Высшим командованием было приказано эвакуировать из прифронтовой полосы в 25 км всех местных жителей. Артснабжение разместилось в доме, который был пуст. Но сегодня к вечеру явился хозяин дома. Очень просит оставить в доме. Но это категорически запрещено. Он угостил нас мочеными яблоками из погреба, справились мы с ними быстро. Скоро я заметил, как хозяин, совсем ещё пригодную миску из-под яблок, выбросил на дорогу. Что за диковина? Но вскоре узнали, что наш хозяин старовер. Значит, ему крупно не повезло, так как после нас придётся выбрасывать всё, что было в доме. Несмотря на то, что население была предупреждено о том, что оно не имеет права уклоняться ни от эвакуации, ни от самой изнурительной работы (оборонительных работ), всё же гражданские люди тайком приходили на свои огороды, чтобы вести весенние работы, в дома за оставленной пищей. Сегодня из армии вернулся старший лейтенант Воеводкин. Доложил приятную для нас новость, что из всех стрелковых дивизий армии, мы в конкурсе получили первое место. 26 приспособлений, разработанных нашими мастерами и техниками, будут изготовлены армейскими ремонтными мастерскими и распределены в другие войска. Получим и мы целый ряд оригинальных приспособлений, разработанных другими частями соединениями мастерскими, польза конкурса большая.
5 мая 1943 (среда) – день 683
Из сообщения Совинформбюро: на Кубани, северо-восточнее Новороссийска, наши войска, в результате ожесточенных боёв, прорвали оборону противника на фронте в 25 км и овладели железнодорожным узлом Крымская и населёнными пунктами: Красный, Черноморский, Запорожский, Весёлый, Садовый, Благодарный, Мелиховский, Нижне-Греческий, Верхний Адагум, Неберджаевская. Сегодня начальник политотдела полковник Антонов объезжал подразделения, расположенные в селе Орехово. Вызвал меня. Приказал следовать с ним в 204-м ГАП, расположенный в районе Орехово. Здесь мне пришлось стать свидетелем пренеприятнейшего разговора полковника Антонова с командиром 204-го ГАП полковником Ларионовым. Оказалось, суть дела было в том, что полковник Антонов донёс Военному Совету о том, что якобы, 29-30 апреля и 1 Мая все орудия 204-го ГАПа, одновременно, были сняты с огневых позиций для ремонта. После чего по телефону армия поинтересовалась у полковника Ларионова. Он отверг это донесение полковника Антонова и написал Члену Военного Совета письмо, такого содержания (воспроизводится с оставленной в 204-го ГАП копии): «Доклад замкомандира дивизии по политчасти в штаб 51-й А о снятии орудий с огневых позиций, в количестве 12 орудий, невероятный и нелепый. Я лично ему советую заниматься полезной работой, а не пустозвонством. Командир 204-го ГАП гвардии полковник Ларионов».
6 мая 1943 (четверг) – день 684
Сегодня нас ознакомили с директивой Военного Совета Южного фронта от 5 мая 1943 за подписью Генерала Толбухина и Кириченко, требовавшей принять все меры к сохранению всего имущества населения, оставленного им при эвакуации в безопасную зону. Рано утром я прибыл из армии с колонной машин. Быстро разгрузился и собрался на одной из разгруженных машин ехать на КП для доклада командующему артиллерией и комдиву. Справа появилась и стала быстро расти чёрная туча. Под густыми прогалинами деревьев стало темно и сумрачно. Тучи уже затягивают весь небосвод. Наступила темень и мрак. И тут же разразилась гроза. Вздрагивает земля. Ослепительный свет и раскатистый грохот заставили залечь между деревьев. Последовал большой силы взрыв, и во все стороны полетели осколки металла и дерева. Не повезло. Молния угодила в штабель с 82-мм минами. 500 штук, как ни бывало. До конца дня личному составу дивизионного артсклада пришлось перемещать остальные запасы боеприпасов в другое место, так как на территории склада было много опасных неразорвавшихся мин. Мы обозначили их вешками и расстреляли из винтовок.
7 мая 1943 (пятница) – день 685
Совинформбюро сообщило, что наши войска ведут бои северо-восточнее Новороссийска. Бедная Новороссийская земля. Сколько же теперь скопилось там металла в виде осколков и пуль. Рано утром, после ночной работы по составлению донесений по вооружению и боеприпасам в армию и данных из оперсводок и боевых донесений, я прилёг отдохнуть. Невольно вспомнил о Марии Коваленко. Вот уже несколько дней подряд она заезжает к нашему дому. Но встретиться с ней не удаётся. В меру возможного она оставляет нам табак, а вчера из большой стеклянной бутылки налила нам 2 бутылки водки. Я сразу же заснул крепким утренним сном. Вряд ли разбудят разрывы снарядов, не говоря уж за подпаска Ваньку в рубашонке и коротеньких штанишках, своими искусными хлопками и стрельбой кнута, и выкриками «А ну пошла!», как это было в детстве. Мария Коваленко сегодня почему-то не появилась. А может быть у неё недостача табака и водки? Тогда в этом виноваты будем только мы – артснабженцы. Как нехорошо.
8 мая 1943 (суббота) – день 686
Закончили ремонт оптических прицелов к снайперским винтовкам. Сегодня розданы частям 85 прицелов с кронштейнами. Там их должны установить на винтовки и пристрелять. Теперь на сегодня в частях дивизии стало 151 снайперская винтовка. Большая сила. Доложил о готовности оружия для снайперов командиру дивизии и начальнику штаба дивизии. Михаил Сергеевич Эхохин поблагодарил артснабженцев, как он выразился «за проворность». Побывал на наблюдательном пункте у командующего артиллерией полковника Клецова. Доклад, обычная замена устаревшей справки справкой, с последними данными о вооружении и боеприпасах. Вася Сумской, по нарисованной панораме, мне рассказал об оборонительном участке и предложил всё это посмотреть через стереотрубу. Наш оборонительный участок проходит внизу, а фашистский по склону высотки. Их положение более выгодное. Огневой бой шёл беспрерывный. Гитлеровцы, занимавшие лес на холмах, защищаются с отчаянием обреченных. Из пушек они обстреливают и наш передний край, и нейтральную полосу, селение, где расположились полковые тылы. По ночам фашисты перетаскивает орудия, уцелевшие после огневых залпов «Катюш» на новые позиции, и продолжают обстрел. Требуется большое количество артвыстрелов, чтобы заставить замолчать противника, но они лимитированные.
9 мая 1943 (воскресенье) – день 687
По сообщению Совинформбюро: наша авиация активизирует свои действия, проводя налеты на аэродромы, железнодорожные узлы и станции противника. В каждом полку сегодня начались пятидневные сборы по подготовке расчётов автоматического оружия. Вызвано это значительным увеличением в частях автоматических видов оружия и слабой подготовкой расчётов. В основном охватываются расчёты ручных и станковых пулемётов, ружей ПТР и минометов. Все артснабженцы задействованы в проведении занятий с расчётами и командирами взводов и рот. Был в артснабжении армии. Разрешил ряд текущих вопросов снабжения боеприпасами и вооружением. Попросили зайти к начальнику отдела кадров, управления командующего артиллерией армии майору Серегину. Он объявил мне под расписку приказ командующего войсками 51-й армии о моём назначении помощником начальника снабжения 87-й СД по вооружению (№ 086 от 9 мая 1943). А я до сего времени и не знал, что такого приказа не было. Ведь в дивизии я работаю почти два с половиной месяца. Возвратившись домой, я объявил результаты конкурсного отбора на должность старшего писаря артснабжения. Им был оставлен сержант Королёв В.И. Остальных двоих направили писарями артснабжений стрелковых полков.
10 мая 1943 (понедельник) – день 688
Штаб дивизии от всех частей, служб и отделов потребовал повышения бдительности. Поступили данные, что диверсантами взорван мост через реку Северный Донец у г. Каменска. Потери личного состава дивизии за период с 29 апреля составили: убито – 16, ранено – 54, заболело и госпитализировано – 49. Итого 119 человек, в том числе начсостава – 4, младшего начсостава – 8, рядовых – 107. Среди этих потерь и оружмастер. Сегодня провел по 2-х часовому занятию с нештатными расчетами ружей ПТР в 1058-м АП и 448-м ОИПТД. Занятия завершились практической стрельбой из ружей по целям. Эти сборы будут продолжаться еще три дня. Здесь же проводятся с нештатными расчетами пулеметов ДП. Занятия ведут начальники артснабжений, начальники мастерских, арттехники дивизионов. Сегодня поинтересовался в ОИПТД о кладовщице рядовой Марии Коваленко. Оказалось, что она уже несколько дней назад переведена в дивизионный клуб и уже выступает в частях.
11 мая 1943 (вторник) – день 689
Бойцы и командиры с чувством глубокого возмущения восприняли злодеяния немцев в опубликованной ноте Народного Комиссара иностранных дел т. Молотова под названием: «О массовом насильственном увозе в немецко-фашистское рабство мирных советских граждан и об ответственности за это преступление Германских властей и частных лиц, эксплуатирующих подневольный труд советских граждан в Германии». В 18:00 в штабе дивизии проведено совещание, на котором присутствовали: полковник Клецов, НШ артиллерии Тяптин, капитан Тэпин и я. Совещание вел командир дивизии полковник Эхохин. Он заявил, от Военного Совета армии ему стало известно, что дивизия будет пополнена личным составом, групповыми видами вооружения и повышенным запасом боеприпасов. Конкретные данные будут сообщены дополнительно. А сейчас надо использовать время для подготовки к этим делам. Содержать это в глубокой тайне. Мне, как артснабженцу, необходимо провести целый ряд мероприятий, но делать это надо осторожно. На КП случайно повстречал Марию Коваленко. Поинтересовался, не повлияла ли недостача табака и водки на ее перевод в клуб. Мария долго и громко смеялась. – Неужели Вы верили в эту, собой же придуманную версию, – унимая смех, сказала она, – Я ведь давно уже просилась, чтобы меня перевели в клуб. Но тут ее позвали. Так мне и не удалось с ней поговорить.
12 мая 1943 (среда) – день 690
Совинформбюро: наши войска ведут бои северо-восточнее Новороссийска. В дивизии все внимание, проходившим в полках сборам по обучению расчетов пулеметов ДП, Максим, ПТР и минометов. Лично их ходом интересуется комдив и начштаба. Они постоянно объезжают части, вмешиваются в ход сборов. Сегодня получил письменное предписание лично проверить состояние вооружения в штрафных ротах, находящихся в составе нашей дивизии (8-я, 163-я и 219-я армейские штрафные роты). Побывал в 8-й АШР. Рота большая, оружия много. Но в основном, винтовки со штыком. Пулеметов нет. Рота имеет много гранат. Отбраковал 22 винтовки, непригодные к стрельбе, с раздутыми и погнутыми стволами. Сегодня же и пополнили их оружием. Народ в роте боевой. Во время пребывания в роте, неожиданно самолет выбросил кассеты с гранатами и минами. Вот совсем недалеко ударилась о землю одна из них, подпрыгнула, раскидывая во все стороны ее содержимое. Закипела гранатная трескотня, изнуряющая психику воинов.
13 мая 1943 (четверг) – день 691
Части дивизии получили указание на прочесывание населенных пунктов, имея задачу не допустить нахождения гражданских лиц в прифронтовой полосе. Населённый пункт Красные Поляны прочищала 226-я отдельная разведрота. Мне удалось увидеть, как они в этом населенном пункте извлекли из домов, чердаков, подвалов и погребов около 200 человек. Эти граждане не хотели покидать свои дома и тайком проводили огородные работы. Жалко людей. Ведь они боятся остаться без пищи, ведь огороды их единственные кормильцы. Но ничего не поделаешь. Проверил состояние вооружения в 163-й АШР. Отбраковал 30 винтовок. Заменил годными. Дообеспечили гранатами ручными и противотанковыми до 0,7 б/к. Побывал в некоторых подразделениях 1379-го СП, в которых проводятся сборы расчетов ПТР и минометов. Артснабженцы принимают самое деятельное участие в сборах. Их работой довольны командиры подразделений. Сегодня сборы заканчиваются. Одновременно знакомлюсь с размещением полковых пунктов боепитания, подъездными путями к ним, вопросами возможной лучшей маскировки.
14 мая 1943 (пятница) – день 692
Совинформбюро сообщило, что наши войска ведут бои северо-восточнее Новороссийска, в районе Лисичанска и южнее Балаклеи. В соответствии с приказом штаба армии, должна быть очищена 25 км прифронтовая полоса, а жители перемещены в тыл. О результатах выполнения этого приказа, сегодня командиру 87-й СД докладывал начальник гарнизона населённого пункта Красная Поляна подполковник Ворошуха. Он доложил, что в Красной Поляне на огородах и прочих хозяйственных работах занято до 80 человек местных жителей, спрятавшихся в лесах и болотах. Населения имеет беспрепятственный доступ в село. Никаких мер к выселению из балок и лесов не принято. Считающееся очищенным село Щетово, заселено 19 семьями. В селе Орехово, 13 мая, часть местных жителей, тоже пришло в село на огородные работы. Размещение частей дивизии: 1378-й СП – штаб в Новобулаховка, 1379-й СП – Колпаково, 1382-й СП – во втором эшелоне 5 км восточнее Красной Поляны, штаб 87-й СД – Красная Поляна, 2-й эшелон дивизии – Орехово. В район размещения дивизии прибыл 1 отряд собак-истребителей танков с 14 собаками, во главе с лейтенантом Резниченко. Отряд сразу же приступил к тренировкам. После доклада комдиву и командующему артиллерией о состоянии вооружения и боеприпасов и, получив указание, я возвращался в Орехово. На выходе из Красной Поляны случайно встретил Марию Коваленко. Ни у неё, ни у меня нет времени, чтобы основательно побеседовать. Сегодня удалось побеседовать не более получаса. Она приятная собеседница. Мне нравится её открытый взгляд на жизнь, оптимизм, весёлый, подвижный и конструктивный характер. Как мы разошлись, я, грешным делом, подумал, что я заметил, как будто она незаметно прощупывает меня, чтобы определить, какое место я могу занять в её будущей жизни. Тороплюсь в 219-ю АШР, надо закончить эту работу и доложить в артснабжение армии. Когда я добрался до землянки командира роты, то передо мной предстала неприличная для глаза картина. Двери землянки отброшены метров на десять. Накат землянки разбросан. Из обрушившийся землянки вырывается сизый дымок. Оказывается, минут 20 назад, немецкий тяжёлый снаряд угодил в землянку. Но, к счастью, в ней никого не было. Командир роты ходил по окопам и осматривал личный состав, беседовал с ним. В роте обнаружил 5 непригодных винтовок со сложным изгибом ствола, словно ими кто-то пользовался, как рычагом.
15 мая 1943 (суббота) – день 693
В частях дивизии проводятся мероприятия по приказу армии. Приводятся в порядок красноармейские книжки и удостоверения личности командного и начальствующего состава. Проводится поголовная проверка населённых пунктов в местах расположения частей, с целью выявления подозрительных элементов и дезертиров. Нам сегодня тоже заменили удостоверения личности. Со штабом артиллерии и с оперативным отделом сверили данные о наличии вооружения и боеприпасов. Эти данные им поступают по линии штабов в оперсводках. Расхождение колоссальное. Пришлось подготовить приказание дивизии, чтобы во всех сводках штабов данные о вооружении и боеприпасах были идентичные и согласованы с артснабжением полков. После обеда для личного состава первого эшелона состоялось выступление дивизионного клуба. Остался посмотреть и я. Получилось выступление неплохое. Труппа подобрана хорошо: есть певцы, рассказчики, танцоры, исполнители на баяне, аккордеоне, скрипке, на миниатюрных гармониках, на балалайке. Я впервые за войну увидел клоуна, в классическом широчайшим костюме и больших штиблетах. В этих шароварах помещалось до десятка мини гармоник, на которых исполнялись разные песни. Коваленко Мария пела «Синий платочек». Ей много и долго аплодировали, вызывали на бис. Когда она пела среди, зрителей слышался кашель, сморканье, бойцы упирались слёзы. Она явно нравилась публике. Устоит ли она перед лавиной славы? После выступления нам удалось поговорить всего лишь 10-15 минут. Она уехала выступать в полк.
16 мая 1943 (воскресенье) – день 694
Сияет солнце. Цветут сады, жужжат пчелы в бледно-розовых кудрях яблонь. Но вряд ли это сейчас приносит радость садоводам и пасечникам. Они не могут попасть к себе в сады к пчёлам. Вряд ли жители этих прифронтовых селений увидят урожай со своих приусадебных участков и яркую палитру красок на клумбах возле домов. Одному тянуть службу трудно. Шевченко оказался к тому же, и большим лодырем. Если он едет с колонной машин, то он обязательно организует ночёвку в середине пути, выбрав хорошую хату для отдыха. Он считает это как необходимое и должно. Скорей бы прислали начальника снабжения дивизии. Сегодня беседовал с пиротехником дивизионного артиллерийского склада, лейтенантом Курчаком Афанасем Дмитриевичем. Он с 1911 года рождения. Дальневосточник. В 1940 окончил курсы пиротехников. Это крепыш, среднего роста. Немногословный. Хорошо разбирается в пиротехнических делах. Подвижный с постоянно озабоченным видом. Работу выполняет чётко, свободно. Боеприпасы осматривает внимательно и даже скрупулёзно. Специальностью пиротехника гордится. Вспомнил про Марию Коваленко. Мне кажется, к нашим встречам я отношусь спокойно и, это видимо означает то, что я не открыл ещё в этих встречах для себя предмета моей любви.
17 мая 1943 (понедельник) – день 695
С доклада командиру дивизии, явился для получения указаний к командующему артиллерии полковнику Клецову. Он пристально смотрит в окно землянке. Видно, как в небе сгущаются тучи, усиливается ветер, надвигается ненастье. Теперь в окно смотрят все, кто находится здесь. Я ожидаю, что вот-вот взорвется нарыв и прорвется. Гром над головой расколол небо. Ещё сильнее задрожали листья на впереди стоящем ясене. Хлынул ливневый дождь. Вода нашла себе путь и побежала по стенкам землянки. Через 15 минут дождь прекратился. Небо понемногу начало проясняться. На грязных лужах появились солнечные блики. Все по-прежнему молчали точка. Каждый думал свою дому. – Знаете, где находится банно-прачечный комбинат? – обращаясь ко мне, спрашивает Александр Николаевич. – Да, знаю, – отвечаю ему. – Тогда поехали, надо помыться, – тихо сказал он. «Полуторка» без глушителя за 20 минут нас доставила на комбинат. Мы хорошо помылись. Надо было торопиться, чтобы не опоздать на партсобрание в управление дивизии. Я приглашён туда. Возвращаемся после полученного, необъяснимого удовольствия на КП дивизии. «Полуторку» без глушителя слышно далеко. Метров за 400 девушка, в военной форме, с узелком в руке сошла с дороги, чтобы пропустить этот необычный транспорт. Поравнявшись с пешеходом-воином, наша полуторка остановилась. Александр Николаевич пригласил девушку забраться в кузов и следовать с нами. Как я уточнил, ей нужно было в 4-е отделение штаба. Мы с ней уселись на канистру, около окна кабины. Но через пару километров машина остановилась, полковник Клецов, выйдя из кабины, потребовал, чтобы я сошёл с кузова. Я выполнил его требования. Пока раздумывал, что же случилось, он сел в кабину и машина набрала быстрый ход. Я остолбенел. Вперёд подумал, что это шутка. И только тогда, когда машина образовала шлейф выхлопных газов и начала скрываться из поля зрения, Я понял, что меня серьёзно оставили среди дороги. Если идти пешком, то мне ни за что не успеть на партсобрание. Надеюсь на попутную машину. Нет, не попалась. Пошёл пешком. К моему счастью, собрание запоздало на 15 минут. После собрания встретился с Марией Коваленко. Она бодрая, неунывающая. Побеседовать удалось 30 минут. В заключении нашего разговора она просила искать встреч не где-нибудь, а приходить к ней в дивизионный клуб, который размещается недалеко от медсанбата.
18 мая 1943 (вторник) – день 696
В ночь с 18 на 19 мая, 219-я армейская штрафная рота, на участке 1378-го СП, сменила 163-ю армейскую штрафную роту, которая сосредоточилась в лесу, 2 км юго-западнее окраины Красная Поляна и находится в распоряжение командира 1379-го СП. Артснабженцы 1379-го СП осматривают и приводят в порядок вооружение 163-й АШР. Сегодня решил ближе познакомиться с теми, с кем я непосредственно работаю, это работниками дивизионного артсклада. Начальник Артсклада старший техник лейтенант Азаров И.Г., 1908 года рождения. Дотошный и говорливый, всесторонне развитый. Характер дотошный и оптимистический. В обиду себя не даёт. Со светлой головой, трезвым умом. Горазд на выдумку. Руководит складом уверенно. Завскладом вооружения старший сержант Харак Иван Владимирович. Высокий блондин, спокойный и упорный. Большой педант. Учёт и хранение вооружения ведёт аккуратно, своё дело знает хорошо. Не разговорчив. Завскладом боеприпасов старший сержант Дорохов Иван Иванович, высокий и худощавый. Лицо продолговатое, с отвисшей нижней губой. Русоволосый. Удивительно стеснительный и безответный. Работает с увлечением. Бывают дни, когда ему приходится лично разгружать или загружать по 5-8 машин с боеприпасами. На этих людей вполне можно положиться.
19 мая 1943 (среда) – день 697
Изучив работу дивизионного склада, пришёл к выводу, что при складе крайне необходимо иметь минимум 5 рабочих для осуществления погрузочно-разгрузочных работ, которые бы в любую минуту могли заменить заведующих складов вооружения и боеприпасов. Ведь завскладами часто выезжают за получением боеприпасов и вооружения в армию, отвозят и сдают негодное оружие, стреляные гильзы и укупорку. Да и с охранной склада дело поставлено не на должном уровне. Обо всех своих бедах доложил начальнику штаба дивизии майору Титову. Василий Евстигнеевич разрешил мне подобрать самых здоровых 3 бойцов. К вечеру в артснабжение дивизии были прикомандированы три бойца; Алексей Пивоваров, Иван Кулиш и Фёдор Кирилов. Меня предупредили, что эти люди прикомандированы до первой тотализации. Я согласен.
20 мая 1943 (четверг) – день 698
Как ни старались в частях подготовить расчёты для ручных и станковых пулемётов, так и не смогли довести эту работу до конца. Из полученных от армии 120 ручных и 32 станковых, всего смогли освоить немногим больше половины. В полках недостаёт личного состава. На дивизионный склад вернулись из частей: ручных пулеметов – 68, станковых – 15. Необходимо пополнение. Сегодня передислоцируется наш сосед, подразделение собак-истребителей танков. С ним закончились тренировочные занятия. Их перебрасывают на танкоопасное направление. Тренировочные занятия представляет большой интерес. Командующий артиллерией сегодня познакомился с размещением артснабжения и дивизионного артсклада. Размещением склада, укрытием боеприпасов и вооружения, маскировкой остался доволен. Пообедал вместе с нами. Во время обеда я попросил полковника Клецова посодействовать, чтобы в распоряжение артснабжения выделили одну грузовую автомашину. Это повысит оперативность нашей работы, а в итоге у нас больше будет снарядов. Александр Николаевич долго молчал и уже перед отъездом сказал мне: «Ты видишь, на чём езжу», – показывает на свою «полуторку» без глушителя. Я попросил с ним добраться на КП, для доклада командиру дивизии о состоянии дел. Он разрешил и сказал, что будем докладывать вместе. На пути следования машина резко затормозила рядом с военной девушкой. Без слов она быстро забралась в кузов машины. Но теперь я уже знал, что это личная телефонистка Александра Николаевича, некая Соня. Садится с ней рядом на одну канистру побоялся. Как бы снова не идти пешком.
21 мая 1943 (пятница) – день 699
Почему-то захотелось описать более подробный образ помощника начальника артснабжения дивизии по боеприпасам, старшего техника лейтенанта Шевченко. Уж слишком в мрачных тонах он описан в своём личном деле. Попробую описать таким, какой он мне сдаётся. Среднего роста, тучный, со складным, круглым, как мяч, лицом и широкой базой глаз. Походка: тонкие ноги, вразлет. Седовласый. Расчётливый, хозяйственный человек. Все его движения продуманы, лишних не допускает. По характеру скрытный. По его словам, до войны работал пиротехником, в органах НКВД. Ему хочется казаться необыкновенно вежливым и любезным. Когда он говорит с начальством, его широкое, простонародное лицо, монгольского типа, как бы расплывается, приобретая улыбающуюся форму солнечного диска. Это он сопровождает непременно радостным восклицанием, всплесками рук и лёгким изгибом корпуса. Что касается его квалифицированности, то после его работы обязательно остаётся неразрешимая путаница. Это касается ведения учёта, отчётности и технических решений вопросов службы.
22 мая 1943 (суббота) – день 700
1378-й СП и его передний край: совхоз имени Петровского, Верховье балки Чаплина, Безымянная балка, западные скаты высоты 224,2, по высоте 263,4, высота 290,8. Ранним утром вызвал комдив. В его землянке уже сидели прокурор, председатель Военного трибунала и представитель политотдела. Нам приказано расследовать в 1378-м СП случай отказа в стрельбе противотанкового орудия, находящегося в засаде. В результате чего двум танкам противника удалось проутюжить передний край полка и раздавить орудие с расчётом. По докладу оставшегося в живых командира взвода, якобы орудие не могло вести огонь из-за неисправности затвора. С наступлением темноты мы вчетвером добрались до места происшествия. Осмотрели место, раздавленное орудие, опросили очевидцев произошедшего. Для более тщательного технического осмотра раздавленное орудие транспортировали в тыл полка. Тщательным осмотром установил, погнута сесть кронштейнов механизмов наведения, погнут ствол, забиты прицельные приспособления и ряд других неисправностей. В присутствии всех членов комиссии демонстрирую работу затвора с боевым выстрелом. Затвор работает чётко, без заедания. Прокурор просит сделать 400-500 заряжаний и разряжаний. Удовлетворяя его просьбу. Написал подробный акт технической экспертизы. Убеждён, что причина бездействия орудия была другой, а это уже дело следственных органов.
23 мая 1943 (воскресенье) – день 701
Перед поездкой в артснабжение армии, зная, что мне впервые придётся встретиться с военным инженером 3-го ранга Филипцевым, ознакомился с его реляцией, написанной начальником артснабжения дивизии, в связи с его представлением к правительственной награде. Написана это реляция 22 февраля 1943 года. Вот что в ней говорится: «… достоин награждения за самоотверженную работу по обеспечению боеприпасами. 6 августа 1942 года под пушечным и минометным обстрелом, доставил на передовые позиции 12 машин боеприпасов, в районе Больших Россошек Сталинградской области. С 20 по 24 августа 1942, рискуя жизнью, организовал сбор оружия на поле боя в районе Котлубань Сталинградской области. Собрал 715 винтовок, 12 пулеметов, 2 – 76 миллиметровых полковых пушки. 17 ноября 1942, несмотря на бомбёжку и обстрелы авиации противника, руководил переправой боеприпасов – 260 тонн через реку Волга, в районе Светлый Яр.» Состоялась встреча с Яковом Алексеевичем Филипцевым. Быстро решили текущие дела. Затем Яков Алексеевич много интересовался делами в дивизии. Ведь он с этой дивизией прошёл большой и славный путь. Она ему стала родной. Я убедился, что товарищ Филипцев, человек крупный, солидный. Он инженер горняк. Пройдя по дорогам войны основательно пропах порохом, и стал высококвалифицированным артснабженцем-боеприпасником. Умеет сильно чувствовать, сильно переживать, изредка отчаиваться, особенно когда складывается тяжёлая обстановка с обеспечением боеприпасами. Внешне он выглядит неторопливым, но с усложнением обстановки он быстро превращается в шустрого и неугомонного человека. В аппарате снабжения армии его считают образцом выполнения воинского долга. За короткое пребывание на этой должности он зарекомендовал себя человеком, постоянно вносящим рациональные методы в работу обеспечения войск армии боеприпасами. Человек он артельный, затейник и тонкий шутник, обладающий острым и трезвым умом. Долго не выходят из головы думы об этом удивительном человеке. Редко, когда в человеке сочетается столь много положительных качеств. Талантливые и работящие люди всегда ценятся. Но я заметил, что в армии это ни в коей мере не означает, что к этим людям допускается какое-либо снисхождение в вопросах выполнение ими уставных требований. Иногда даже наоборот, к ним предъявляется больший спрос. С глубоким удовлетворением я буду постоянно знакомиться с плодотворной деятельностью Якова Алексеевича.
24 мая 1943 (понедельник) – день 702
87-я СД занимает рубеж обороны: совхоз имени Петровского, хутор Орловский, совхоз Краснолучский, станция Колпакова. Штабы: 1382-й СП – Булаховка, 1378-й СП – Красная Поляна и 1379-й СП – Колпакова. Штаб 87-й СД село Луганчик (25 км от Орехова). Сегодня, будучи в 1378-м СП я узнал некоторые обстоятельства по делу раздавленного танком 45-мм орудия и его расчёта. Накануне с вечера, артиллерийский техник лейтенант Брызгалов Николай Васильевич с артмастером сержантом Гурасновым Павлом Михайловичем, ещё раз проверили все противотанковые орудия, находящиеся в засаде, выдвинутые перед передним краем. Все орудия, в том числе и эти, были проверены, отрегулированы механизмы наведения. Проверены и все артвыстрелы. Орудия были в полной готовности встретить противника прицельным огнем. В 6:00, перед рассветом, в автомастерскую полка, явился командира взвода 45-мм орудия сержант Фридман Григорий Яковлевич и заявил начальнику артмастерской лейтенанту Воеводкину о том, что его орудие неисправно: не работает механизм затвора. Следствием установлено, что танковая атака противника началась в 7:00, то есть тогда, когда командир взвода был в тылу полка. Каково же было моё удивление, когда я узнал, что Фридман – это есть тот лжемастер, о котором 1 Мая рассказывали мне. Познакомился с техником лейтенантом Брызгаловым и сержантом Гурасновым. Вот так характеризует их непосредственные и прямые начальники. Техник лейтенант Брызгалов, 1923 года рождения. Материальную часть артиллерии и её ремонта знает хорошо. Проявляют много инициативы в улучшении, организации ремонта вооружения. Его отличает от других высокая культура поведения, начитанность, вежливость. Он правдолюбив. Не терпит лжи. Если он становится очевидцем чего-то, приходит в ярость и негодование. Николай Васильевич хороший товарищ, общительный. Артмастер сержант Гураснов уже трижды отличался в боевой обстановке тем, что в критические моменты, он оказывался на огневых позициях артиллерии, заменял вышедших из строя бойцов расчёта орудия и восстанавливал повреждение. Он дважды представлялся к награждению. Один раз за то, что в критический момент, когда велись бои с танками противника, тут же, под разрывом снарядов, восстановил вышедшее из строя орудие и вёл из него стрельбу в составе орудийного расчета. Павел Михайлович замечательный специалист своего дела, скромный, вежливый. Характер мягкий. В бою бесстрашный.
25 мая 1943 (вторник) – день 703
По сообщению Совинформбюро: наши войска ведут бои северо-восточнее Новороссийска, в районе Лисичанска, южнее Изюма, западнее Ростова-на-Дону и южнее Балаклеи. 87-й СД по-прежнему обороняет тот же участок фронта. Сегодня побывал в 1379-м СП, познакомился с работой артмастерской, с учётом, отчётностью. В артснабжении полка проверил одну стрелковую роту и минроту. В миномётной роте были в то время, когда рота вела огонь по скоплению противника. Мне довелось наблюдать, как миномётный расчёт сержанта Иванова, действует умело, сноровисто, посылая мину за миной во вражеский стан. И всё-таки, я убедился, что не так-то трудно сбиться с установившегося ритма заряжания и допустить роковое двойное заряжание. Что же можно придумать, чтобы исключить это. Познакомился с начальником артмастерских лейтенантом Криницыным Гаврилом Егоровичем. Он с 1918 года рождения. Своё дело знает хорошо. Работа мастерских организована правильно. Чувствуется вниз сильный, спокойный и сноровистый начальник. Плечистый. Говорит колоритно. Походка пластичная.
26 мая 1943 (среда) – день 704
Осмотрел размещение дивизионного артсклада, организацию хранения боеприпасов и вооружения. Теперь можно улучшить хранение запасов, ведь у нас появились три бойца грузчика. Ведь опасно хранить так боеприпасы – не зарытые в землю. Прихожу к выводу: надо зарывать боеприпасы в землю. Когда грянет гром, будет поздно креститься. Сегодня же отобрали всё ненужное, негодное на складе, для завтрашней эвакуации на армейский склад. Выбрали невдалеке новое место для склада, с учётом местности, на которой потребуется меньший объём земляных работ и применения направленных взрывов при отрывке аппарелей. Перед личным составом склада поставлена конкретная задача: срок на проведение всех работ 5 дней, к исходу 31 мая. Старшему лейтенанту Шевченко поручено возглавить все работы по передислокации склада и укрытию запасов. Разработку охранной сигнализации взял на себя и сегодня же договорился с командиром 357-го сапёрного батальона майором Запруцким Александром Афанасьевичем о проведении некоторых работ и об обеспечении взрывными устройствами.
27 мая 1943 (четверг) – день 705
Личный состав дивизионного артиллерийского склада занимается устройством аппарелей для укрытия боеприпасов. Я выехал в артснабжение армии для решения вопросов обеспечения дивизии вооружением на случай пополнения. Попутно вывез на армейский склад все негодное и ненужное дивизии. В артснабжении армии встретился и познакомился еще с одним интересным человеком – с начальником 1-го отделения артснабжения армии майором Мусиным А.Н. Встретились мы с ним впервые, хотя его фамилию слышал уже давно. Передо мной стоял худощавый, белобрысый и очень еще молодой человек, с нежным, почти необветренным и немного улыбающимся лицом. На лице ни одной морщинки. В то же время лицо строгое, задумчивое. Видно, что он относится к людям, привыкшим думать только о серьезном и в одиночку. Из разговора с ним и с другими товарищами я понял, что Александр Николаевич человек удивительной скромности, старавшийся держаться в тени, ничего не ищущий для себя, но зато постоянно проявляет беспокойство за других. Видимо не случайно он является заместителем начальника артснабжения армии. Чувствуется в его действиях, что свою работу он знает, ведет себя уверенно, добросовестно. О положении дел с вооружением я от него получил полную и исчерпывающую информацию, необходимую для ориентации в своей практической работе.
28 мая 1943 (пятница) – день 706
С утра осмотрел ход работ по устройству укрытий для дивизионного артсклада. Подорвано и выброшено взрывом земля со всех 10 аппарелей. Производятся ручные работы и заготовка материалов для укрепления стен аппарелей. Весь личный состав работает с подъемом. Уже сложилось некоторое впечатление и о прикомандированных трех рабочих. Рядовой Пивоваров Алексей. Веселый паренек с открытой улыбкой и душой. Он готов поделиться с товарищами всем, что у него есть. Уважает старших. Вид простоватый. Ум пытливый. Скучает по своей профессии жестянщика. Непоседа. Он постоянно в работе с утра до поздней ночи, да еще и несет службу часового по охране склада. Ему 20 лет. Из него получится хороший завскладом. Рядовой Федор Кириллов. Ему 30 лет. Он атлетического сложения. Имеет ангельское терпение. Уже были случаи, когда он один за день загружал по 10-12 машин, причем в кратчайшие сроки. Образование 4 класса. Гражданская специальность – плотник. Командующий артиллерией полковник Клецов А.Н. и вновь прибывший на должность начштаба артиллерии майор Ребров Н.Г. меня сегодня пытали, что я за взрывы произвожу на дивизионном артскладе. Видимо кто-то доложил. Пришлось объяснить.
29 мая 1943 (суббота) – день 707
В составе 87-й СД три штрафных роты: 163-я, 219-я и 242-я (армейские) численностью по 260 человек каждая. Как я понял, из разговоров в штабе дивизии, они приносят командованию немало хлопот. Часто приходится расследовать всякие случаи, которые допускают бывшие тюремщики и преступники. По моей просьбе командир саперного батальона Александр Афанасьевич Закруцкий выделил 12 саперов, которые склад по периметру загородили колючей проволокой и помогли укрепить стенки аппарелей плетеньями из лозы. К наступлению темноты работы по инженерному оборудованию дивизионного артсклада закончены. Завтра будем перемещать запасы. Сегодня познакомился с третьим прикомандированным бойцом рядовым Иваном Кулиш. Это решительный и смелый боец. Если надо, не колеблясь, бросится на выручку попавшему в беду. Этому его научила таежная жизнь. Он страстный охотник. Крепкого телосложения. Обладает крепким здоровьем. Зоркий и наблюдательный, расторопный и любознательный. Отличный кулинар. Особенно хорошо умеет жарить картошку. Начальник тыла не удовлетворил мою заявку на выделение двух автомашин для перемещения склада. Причина отказа, якобы, я своевольничаю с перемещением. Договорился по телефону с командиром 1058-го АП майором Бондарем И.К., он утром пришлет два арттягача.
30 мая 1943 (воскресенье) – день 708
87-я СД занимает передний край обороны: Штеровка, Широкий, свх. Красно-Лучский, хутор Орловск. Части, ведя огневой бой одновременно занимаются боевой подготовкой. Весь день личный состав дивизионного артсклада и взвод 235-й роты химзащиты занимались перемещением 135 тонн боеприпасов и вооружения. Все артимущество размещено в хорошо оборудованных аппарелях. Замаскированная территория огорожена колючей проволокой и устроена охранная сигнализация. Сегодня в 18:00 доложил командующему артиллерией и командиру дивизии. Личный состав дивизионного артсклада приступил к устройству землянки для личного состава. Им помогают 5 бойцов из роты химзащиты.
31 мая 1943 (понедельник) – день 709
Неожиданно, во второй эшелон дивизии в Орехово, прибыла целая группа людей во главе с командиром дивизии полковником Эхохиным М.С. В составе группы: полковник Клецов, майор Титов, майор Ребров, полковник Антонов и другие. Вскоре группа в сопровождении начальника тыла интенданта 3-го ранга Тэпина направилась в наше расположение. Комдив пожелал посмотреть дивизионный артсклад. Я провел группу. Комдив и другие товарищи, кроме Тэпина остались довольны необычным для склада укрытием. – Товарищ Тэпин, Вам необходимо в течение 3-5 дней решить хранение других видов имущества подобным образом, – сказал Михаил Сергеевич и обернувшись ко мне сказал, – Молодцы артснабженцы! Тут же группа выехала. О комдиве я много наслышан, да и сам теперь могу составить о нем свое мнение: светлая голова, находчивый ум, строгий и властный. Лично исключительно дисциплинирован. Этого же требует от подчиненных. Он часто говорит, что командир, не требующий дисциплины и не соблюдающий ее сам, не может быть настоящим командиром или начальником. Справедливый. Прошло две недели, как последний раз встречался с Марией Коваленко. Нет ни минуты свободного времени для встречи. Я постоянно в разъездах: то в артснабжении армии, на складах или в мастерских, то на КП дивизии или армии. Мне известно, что Мария несколько раз приходила ко мне, но меня не заставала. Сегодня она пришла снова. Я случайно оказался на месте, и то, большим временем не располагал. Посидели, пошутили, посмеялись. И я направился для доклада на командный пункт, а попутно и проводил Марию. Договорились, что каждый из нас будет принимать все возможное и невозможное, чтобы встречи наши были чаще. При проводах познакомился с начальником дивизионного клуба капитаном Казаковым Иваном Васильевичем. Сегодня прибыл в дивизию капитан _________, с целью поговорить со мной, есть ли смысл соглашаться на предложенную ему, должность начальника артснабжения дивизии. Беседовали около двух часов. В итоге он пришел к выводу, что нет смысла ему уходить из дивизии, в которой он сейчас проходит службу.
1 июня 1943 (вторник) – день 710
Из сообщения Совинформбюро: Наши войска ведут бои в районе Лисичанска, западнее Ростова-на-Дону, в районе Севска, северо-восточнее Новороссийска, южнее Балаклеи. Дивизия продолжает вести огневой бой. Но, несмотря на постоянную канонаду и огнедышащую фронтовую обстановку, чувствуется и мощное дыхание природы, часто слышатся затяжные раскаты грома и небо прорезают зигзаги молний. Громадные чёрные тучи, то и дело скрывают солнце. Я, на КП дивизии, стою у телефонного аппарата, добиваюсь вызова к телефону начальников артиллерии полков. Вокруг омытая дождем высокая трава. В вечернем небе пылают бахромистые, оранжевые и жёлтые зарницы с синеватыми оттенками. Изредка, блики зарницы выглядят цветами радуги. Краски меняются как в калейдоскопе, проявляя как какое-то буйство. Это было время цветения колосовых. Вдруг в небе завязался жаркий воздушный бой. Наш истребитель явно пошёл на таран. От самолётов в разные стороны разлетелись какие-то предметы. Оба самолёта загорелись и штопором пошли в земле, оставляя шлейф. Через 2-3 минуты сбиты два немецких самолёта, которые в пике врезались в землю и взорвались.
2 июня 1943 (среда) – день 711
Вчера утром колонна 5 машин выехала на армейский склад за получением гаубичных артвыстрелов. Возглавил эту колонну старший техник лейтенант Шевченко. Уже 12:00, а колонна не вернулась. Вот уже стемнело. Меня обуревает беспокойство: может быть, что-то случилось? Выпрашиваю в автороте «полуторку» и направляюсь на армейский склад. В 23:00 на полпути мы с водителем заметили, притулившиеся к дому, грузовики с боеприпасами. Подъехали ближе. На дверцах кабин уже были различимы опознавательные знаки машин нашей дивизии (рисунок автомата в очередном квадрате). Захожу в дом. Нахожу Шевченко, лежащим в постели и наслаждающимся её теплом, а может быть и не только её теплом. Спрашиваю, почему вы остановились в деревне и заночевали? Отвечает, что они только к вечеру загрузились, сильно устали и решили отдохнуть. Потребовал немедленно подняться и срочно сопровождать колонну до артполка. О доставке боеприпасов доложить полковнику Клецову, а сам выехал на армейский склад.
3 июня 1943 (четверг) – день 712
На армейском складе боеприпасов мне сказали, что 5 машин для нашей дивизии были загружены в 14:00 1 июня, которые тут же убыли к месту назначения. Загрузил свою «полуторку» и выехал в дивизию, раздумывая, как мне поступить с Шевченко. Если этому делу дать ход, то его непременно будут судить. Решил об этом умолчать. Пока я ездил, противник уже несколько раз предпринимал танковые атаки. Но наступательный пыл его быстро усмирили. После того, как он потерял 10 танков и 3 самоходных орудия, он атаки прекратил. С моим прибытием полковник Клецов приказал мне лично и капитану Сумскому, отправиться в соответственно, в 1379-й и 1382-й СП, для уточнения на месте обстоятельств дел, по поступившему ночью, сигналу от них об отсутствии боеприпасов и выходе из строя вооружения. Из 1379-го СП сигнал был такой: командир полка у комдива попросил на его участке ввести резерв дивизии, мотивируя тем, что в танковой батарее сразу вышли из строя три 76-мм пушки, отсутствием снарядов к 45мм орудием и противотанковых гранат. Проверка показала, что и боеприпасов в полку было больше, чем достаточно. Действительно во время боя выводились огнём противника два орудия. Одно из них дважды. Но они тут же, техником лейтенантом Фирисановым и артмастером рядовым Волошиным, были тут же восстановлены и продолжали вести огонь. Не подтвердились тревожные сигналы и по 1382-му СП. Вот ведь как можно возвести поклёп.
4 июня 1943 (пятница) – день 713
Сегодня состоялся разговор с Иваном Терентьевичем Шевченко, о его поступке, заслуживающим преданию его, суду военного трибунала. Он здорово перетрусил. Начал меня просить не поднимать этого дела, что больше такого никогда не будет. Думаю, такому человеку ничего не стоит потом отказаться. Заставил его написать объяснение. Он явно не хотел писать. Поставил перед ним вопрос так: если он не напишет объяснение сейчас же, то буду вынужден дело передать на рассмотрение командования. Если напишет, то в этом случае я ещё подумаю, как поступить с ним. Хотя и безграмотное, но объяснение получил, в котором он пишет, что остановился в пути из-за большой усталости шоферов, которым он не мог отказать в просьбе. Я ему разъяснил, что этот рапорт и приложенное это объяснение будут храниться в запечатанном виде у одного из доверенных людей, в штабе дивизии, с указанием, когда и в каких случаях вскрывать пакет. Конечно, я не думаю этого делать.
5 июня 1943 (суббота) – день 714
Вот уже который день стоит изнурительная жара. Притихли лесные обитатели. Не слышно птичьих голосов. Лишь изредка подают голоса иволга и кукушка. В поисках прохлады с рядовым Кулеш Иваном забираемся в густой ельник. Рядом с ним полянка. Так и хочется завалиться в траву и отдохнуть, в богатых запахами, цветущих золотистых лютиков, красных клевера и гвоздики, журавельника и фиалок, голубой синюхи и белой сныти, саранки и Иван-чая. Земля парит, видимо в достатке получила и тепла, и влаги. Но ложиться не рискую, иначе сразу же усну. А для этого нет времени. Ведь мне надо ещё получить транспорт, прокатиться по длинному, избитому и изрытому воронками пути 90 км, только в один конец. Отдыхать придётся в кабине на ходу. Конечно, если не будет тревожить самолеты противника. Посыльный сообщил, что меня вызывает командир дивизии. Получил 10 автомашин и за боеприпасами направил старшего техника лейтенанта Шевченко. Намекнул ему, чтобы он не повторил недавнего случая. Сам же отправился на КП. Сегодня комдива очень интересовал вопрос, почему у нас в дивизии большой некомплект матчасти артиллерии. Действительно, у нас недостает 15 орудий 76 мм дивизионных и 6 гаубиц образца 1938 года. Дал мне задание изучить вопрос и доложить ему лично. Ночью я выехал в артснабжение армии для выяснения возможности обеспечения матчастью.
6 июня 1943 (воскресенье) – день 715
Вернувшись в штаб дивизии, я уточнил возможности создания расчетов для освоения дивизионных пушек и гаубиц. В 4-ом отделении пришли к выводу, что скомплектовать расчёты можно, но требуется их подготовка. Доложил командиру дивизии о возможности получения 16 76-мм орудия образца 1939 года и 6 гаубиц. Остальные вопросы просил, чтобы решил командующий артиллерией полковник Клецов и начальник штаба артиллерии майор Ребров. Комдив обещал мне дополнительно дать указание о получении орудий. Сегодня мы встретились с Николаем Гавриловичем Ребровым. Он получил указания от комдива и работает над изысканием возможностей освоения орудий до штатной потребности. С Николаем Гавриловичем работать приятно. Он грамотный артиллерист. Документы им отрабатываются всегда быстро, чётко и грамотно. Он пользуется уважением у командования и у подчинённых. Нас, артснабженцев, он постоянно закидывает данными о боевой обстановке, о целесообразности и более правильном распределении артвыстрелов и мин по частям.
7 июня 1943 (понедельник) – день 716
В 10:00 присутствовал на совещании у командира дивизии. Речь шла о повышении огневых возможностей дивизии за счёт пополнения дивизии до штатной потребности материальной частью артиллерии и минометов и групповыми видами стрелкового вооружения. На совещании получили указания кому, что необходимо сделать, почти каждый присутствующий. На совещании присутствовали: замкомандира дивизии подполковник Иванов Г.С., начальник штаба дивизии подполковник Янов В.Г., начальник 1-го отделения подполковник Катилов В.Н., 2-го отделения майор Шишканов П.П., 3-го отделения майор Сидоров Д.Т., 4-го отделения майор Ушаков П.С., 5-го отделения майор Банисов П.А., начальник инженерной службы майор Шредер Н.Ф., дивизионный врач военврач Кузнецов К.И., командиры полков: Быков Г.Ф., Кочебин С.С., Бондарь И.К. и ряд других товарищей. Мне приказано обеспечить получение матчасти артиллерии, артамуниции, артиллерийских приборов и боеприпасов. После совещания я сразу же выехал с официальной заявкой за подписью комдива на истребование материальной части артиллерии С заявкой, как и подобает, я явился к начальнику отделения вооружения майору Заславскому. Илья Абрамович посмотрел заявку, но поскольку здесь речь идёт о большом количестве матчасти, он посоветовал мне, обратиться к начальнику артснабжения армии военному инженеру 2-го ранга Калиниченко Н.Г. Зашёл к нему в дом. Он сидит на охапке дров шурует палкой в печке. Озарённый вспышками огня, он мне показался улыбающимся. Я уже слышал о нём многое. Что это здравомыслящий радушный и учтивый, честный и сочувствующий человек. Решения его грамотные и твёрдые. В достижении цели последователен. Выслушав мой доклад, он взял заявку, повертел в руках и сказал, что пойдёт решать этот вопрос у командующего артиллерией армии генерала Телегина. Когда мы вошли к нему, я увидел бодрого и подтянутого генерала, роста выше среднего, с прямой и гордой походкой. Вид у него афористичный. О нём говорят много хорошего. Что он благомыслящий, корректный, добропорядочный, инициативный и изобретательный. Очень грамотный артиллерист. Постоянно интересуется новой техникой, и даже в боевой обстановке находит время для её изучения. В этом вопросе он не даёт покоя артснабженцем. Начальнику артснабжения армии, как своему заместителю, в работе представляет полную свободу действий, не сковывает его инициативу. Внимательно рассмотрев заявку, генерал Телегин тут же позвонил командующему войсками армии и доложил ему об инициативе командира дивизии полковника Эхохина, о повышении огневых возможностей дивизии. После этого разговора он распорядился дать всё, что есть на складе и помочь нам во всём, что мы будем просить. Получив наряды, я подсчитал потребность в автотранспорте для перевозки и обратился к начальнику 1-го отделения артснабжения майору Мусину Александру Николаевичу. Он сделал такую заявку на автотранспорт на 8 и 9 июня. Я вернулся в дивизию, чтобы провести организационные работы.
8 июня 1943 (вторник) – день 717
Сформированные артбатареи, во главе с командиром артполка майором Бондарем, рано утром выехали на автомашинах на армейский артсклад в Лутугино, за получением материальной части артиллерии, артамуниции. Вместе с ними, своим ходом, из дивизий начали перегоняться артиллерийские лошади. Недостающее количество лошадей ветеринарный врач дивизии должен в течение дня получить из армейских частей и доставить их на ПААС № 2221 в Лутугино. Все артснабженцы 1058-го АП выехали на ПААС. Комдивом была поставлена задача, получить материальную часть артиллерии, скомплектовать упряжки, подогнать артамуницию, укомплектовать боеприпасами и походным порядком прибыть и занять огневые позиции не позднее, к исходу 10 июня. До позднего вечера получал материальную часть артиллерии. Тут же производился её технический осмотр: при обнаружении неисправностей или некомплектности они тут же устранялись армейской артиллерийской мастерской. Итак, получено: 16 – 76-мм орудия, 3 – 76-мм орудия ЗИС-3, 6 – 122-мм гаубиц. Получена матчасть артиллерии. Получено и вывезено на дивизионный склад 10 машин боеприпасов армейским транспортом.
9 июня 1943 (среда) – день 718
С раннего утра до позднего вечера идёт укомплектование расчётов конским составом, артамуницией, её подгонкой. В помощь вооружения полка подключились работники штаба артиллерии армии, наведался сюда и командующий артиллерией генерал Телегин. После обеда некоторые расчёты уже сделали пробные выезды. В 19:00 комполка майор Бондарь объявил, что полк выйдет на марш для занятия огневых позиций завтра в 4:00. На марше с полком будут следовать запасы боеприпасов автотранспортом. Я с колонной машин с боеприпасами возвратился в дивизию в 18:00. Обстоятельно доложил о вооружении артполка комдиву и полковнику Клецову. На должность начальника артснабжения дивизии прибыл старший техник лейтенант Лысенко Александр Никифорович. В общих чертах познакомился с ним. Он с 1914 года рождения, окончил Машиностроительный институт в 1938 году, а в 1940 ускоренный курс артакадемии. Уроженец Серговского района Ворошиловградской области. Женат. Жена проживает в городе Горьком. Роста выше среднего, с небольшим лицом и крупными немного выпученными глазами. Немногословен. Прибыл с должности начальника отдела хранения фронтового артиллерийского склада.
10 июня 1943 (четверг) – день 719
Сегодня за день, из армейского склада Лутугино, на дивизионный склад в Орехово, вывезено боеприпасов: 76-мм – 200, 50-мм мин – 1957, 45-мм выстрелов – 1.800, винтпатронов – 255.000, патронов ППШ – 230.000, патронов ПТР – 4.000 и гранат ручных – 8.570. Будучи на докладе у комдива и командующего артиллерией, познакомился с подполковником Яновым В.Г. (начальником штаба дивизии) и новым начальником 1-го отдела подполковником Коростелевым В.А., с вновь прибывшим, на должность начальника штаба артиллерии дивизии вместо майора Реброва, майором Новиковым Ф.П. и его помощником по комплектованию, капитаном Тютеревым Ф.Р. Подполковник Янов красивый подтянутый командир. Чувствуется кадровость в его выправке. Во второй половине дня артполк был остановлен на марше для отдыха из расчёта, что с наступлением темноты, он сразу же займёт огневые позиции и приступит к их оборудованию, к сколачиванию расчётов и к артстрелковой подготовке. Ночью полк занял огневые позиции. Артснабженцы обеспечивали всем необходимым запасом боеприпасов. Надеюсь, с прибытием начальника снабжения старшего техника лейтенанта Лысенко, мои обязанности будут организованы работой, связанной с вооружением, а боеприпасами будет заниматься Шевченко.
11 июня 1943 (пятница) – день 720
Сегодня на партийном собрании были рассмотрены вопросы: как выполняется коммунистами парторганизации приказ командира дивизии о повышении устойчивости участка обороны, занимаемого частями дивизии. Этим приказом поставлена задача: в течение кратчайшего времени сделать оборону неприступной. В докладе и выступлениях критиковались коммунисты, которые ещё слабо проводят в жизнь решения, о повышении огневых возможностей дивизии слабо и недостаточно проводятся занятия по обучению и сколачиванию расчётов групповых видов вооружения, еще недостаточно развита сеть оборонительных инженерных сооружений. Есть недостаточное количество оборудованных блиндажей для отдыха личного состава, плохо оборудованы полковые и дивизионы склады в инженерном отношении. Как положительный момент комдив в своём докладе отметил инициативу артснабженцев, которые хорошо оборудовали свой склад. В свете решения собрания от коммунистов артснабженцев тоже требуется ещё много сделать: более активно включиться в обучение личного состава, познанию вооружения, ухода и сбережения, в осуществлении укрытия полковых пунктов боевого питания, в организации своевременного ремонта выходящего из строя оружия.
12 июня 1943 (суббота) – день 721
Совинформбюро сообщает, что наша авиация произвела налеты на аэродромы противника. С утра в 1058-м АП, по заданию командующего артиллерией, со склада со штабом артиллерии проверяем ход подготовки орудийных расчетов. После обеда, в балке, для воинов артполка, даёт выступление дивизионный клуб. Побывал на выступление и я. С Марией Коваленко поговорить не удалось, лишь перебросились взглядом, когда она стояла на импровизированной сцене – на кузове грузовика. Смотрю на неё и думаю о ней, как о имеющей полную внутреннюю и внешнюю изящность, простоту и ласковость. Густые волнистые волосы и появившийся тёмный загар, на чуть ветряных румяных щеках. Грудная грубая гимнастёрка и, под стать ей, удлинённая юбка до икр. Кирзовые сапоги скрывают веселую, мягкую и добрую дивчину. Она сейчас выглядит неоперившимся птенцом. Даже чем-то набитые карманы гимнастёрки не производят вида на то, что под ними покоятся упругие девичьи груди. Возвратился поздно вечером.
13 июня 1943 (воскресенье) – день 722
Из сообщений Совинформбюро: наша бомбардировочная авиация бомбила железнодорожные узлы Гомель, Орёл, Брянск и станцию Карачев. Дивизия занимает прежние рубежи и имеет те же задачи. Сегодня был в 1378-м СП, проверял состояние вооружения и организацию его ремонта. Ближе познакомился с очень интересным человеком – начальником артмастерских старшим техником лейтенантом Клыковым Иваном Георгиевичем. Он с 1914 года рождения. 30 мая ему исполнилось 29 лет. По первому впечатлению моему, представилось, что Иван Георгиевич по специальности артист. Это высокий культуры человек. Неистовый поклонник оперы. Он не мыслит хотя бы минуты не набивать мелодию из какой-либо оперы. Это интеллектуал. Он начитан, имеет хороший музыкальный слух. В начале войны он окончил курсы военных техников оружейников. Призвание человека глубокого внутреннего долга, нисколько не мешает ему успешно трудиться в службе артснабжения. Со службой он сросся, именно глубокий внутренний долг определил его службу в армии. Он и сам не мыслит быть в армии кем-то другим. Полученные им знания он сполна применяет на практической работе. Он не гнушается и черновой работы – он осматривает, ремонтируют оружие, а если необходимо, то грузит и разгружает боеприпасы, ходит и ползает по переднему краю, чтобы устранить возникающие неисправности, разъяснить личному составу, как надо ухаживать за оружием. Он первый кандидат на выдвижение на высшую должность.
14 июня 1943 (понедельник) – день 723
Сегодня с утра снова в 1382-м СП проверял оружие в команде снайперов и их подготовку. Обнаружено много недостатков. Сейчас со снайперами в полку производят трёхдневные занятия. Активное участие в занятиях принимает техника оружейный лейтенант Волков Андрей Георгиевич. Он 1923 года рождения. Пышная шапка вьющихся, густых волос, увеличивает без того его высокий рост. Он строен, подтянут. Технически грамотный. Держится свободно и независимо. Во взгляде постоянный прищур глаз, говорит о его практическом восприятии информации, приказов. Он в любую минуту, с кем бы то ни было, может вступить в полемику или после этого будет выполнять то, что от него требуют. Работу по ремонту выполняет скрупулёзно, внимательно. Этого же требует и от мастеров. Характер спокойный, выдержанный. Его сложная улыбка выражает одновременно много чувств, но преобладающее в ней – недоверие. В полночь, когда мы уже улеглись спать, вдруг нам в избу вбегает человек в нижнем белье. В этом человеке сразу же узнал нашего командующего артиллерией полковника Клецова. Он тут же присел прямо на пол. Оказалось, у него сломана нога. Так в нижнем белье мы его и отправили на машине в медсанбат. Поиски его обмундирования результатов не дали. Не узнали мы и причины того, как он попал во второй эшелон дивизии в село Орехово.
15 июня 1943 (вторник) – день 724
В должность командующего артиллерией дивизии сегодня вступил бывший командир 1058-го артполка майор Бондарь. Мы, все кто знал Ивана Калистратовича, очень были довольны таким назначением. Работать с таким человеком приятно. Он всегда живой, активный, непоседливый. Грамотный артиллерист. С подчинёнными обходителен. В любой обстановке он находит время поговорить с подчинёнными по душам. Не терпит лжи и беспорядка. Имеет исключительный авторитет, как среди начальства, так и среди подчинённых. Подчинённым всегда предоставляет полную свободу. Инициативу поощряет. Он никогда не вспоминает и не говорит о своих храбрых поступках. Это черта присуща истинно храбрым людям, которые стараются не замечать своих храбрые проступки, и уж тем более, говорить о них по-всякому поводу. В должность командира 1058-го артполка заступил майор Цебенко Николай Кондратьевич он с 1914 года рождения. Только сегодня удалось разыскать обмундирование полковника Клецова. Все его личные вещи я отвёз ему в армейский госпиталь, где он уже находился. При встрече разговор не получился, поэтому узнать что-либо об обстоятельствах не удалось. Сегодня стало известно, что дивизионный прокурор дал санкцию на арест командира взвода сержанта Фридмана Г.Я., за проявленную им трусость и оставление взводов в ходе боя. Оказалось, что он покинул взвод, когда услышал гул танковых моторов, под видом, якобы сообщить об этом командиру стрелкового батальона. Расчет же ожидал команды на открытие огня по танкам. Смогли сделать только один выстрел по надвигающемуся на них танку противника. Танк противника пулемётным огнём вывел из строя расчёт орудия и тут же помял орудие вместе с расчётом. Сегодня с начальником штаба артиллерии были в полку, проверяли ход подготовки расчётов. Вполне удовлетворительно. Совершенствуются и огневые позиции.
16 июня 1943 (среда) – день 725
Ночью разразилась буря, сопровождаемая проливным дождём и градом. Вода хлынула в аппарели с боеприпасами, затопляя их. Все, кто был здесь, на дивизионном складе, бросились с лопатами, чтобы отвести потоки воды, устремившиеся в укрытие боеприпасов. Град с куриное яйцо больно стегал по голове, спине и плечам. Лишь к утру прекратился ливень. Промокшие до нитки и продрогшие, мы приступили к переборке штабелей, выливая из ящиков, попавшую в них воду. Лишь к исходу дня справившись с этой работой. В аппарелях сделали отводные канавки для воды, откопали их и вокруг. Днём погода разгулялась, и я позволил себе полтора часа отдохнуть на полянке. Невольно вспомнилось время детства, когда не знал куда пойти и чем развлечься. А всё это потому, что никто тебя не удерживал, иди куда угодно. Вот, бывало, лежишь на траве перед домом или в саду, читаешь книгу, жаришься на солнце, наслаждаешься истомой и ленью. Пока пробежишь одну страницу книги, сделаешь несколько дремотных клевков. А вокруг тепло хорошо
17 июня 1943 (четверг) – день 726
Совинформбюро: наши войска ведут бои в районе северо-западнее Мценска и в районе Белгорода. Поступило донесение о том, что сегодня ночью в первом батальоне 1378-го СП произошёл разрыв ствола 45-мм орудия. Направляюсь на расследование обстоятельств на месте. В небе быстро бегут облака, солнце жаркими пятнами лежит на крышах домов, а ветер метет обильный пух от одуванчиков. Неожиданно, небо стали обкладывать грозы, заворчал гром, но ни капли дождя не выпадает. Тороплюсь добраться до леса, чтобы укрыться на случай дождя. Когда я подошёл к лесу, то мягкая туча закрыла небо, пошёл редкий, но крупный дождь. Горько запахли лесные цветы. Вдруг, сверкнула молния вблизи, словно выстрел из орудия. Молния разрядилась на высокой сосне, стоящей со мной совсем рядом. Верхушка сосны повадилась вниз. Вспоминаю, что под деревом во время грозы стоять небезопасно. Выхожу на открытую поляну. В считанные секунды вымок до нитки. Бреду в полк, словно мокрая курица. Лишь к вечеру мы с начальником артснабжения полка лейтенантом Макаровым, добрались до места происшествия. Всю ночь мы беседовали с людьми, осмотрели место происшествия и возможные варианты причин, которые привели к разрыву ствола.
18 июня 1943 (пятница) – день 727
С актом и донесением о разрыве ствола орудия утром, я выехал в армию. В пути мы попали под бомбёжку. С десяток немецких самолётов уничтожили основную дорогу, по которой к переднему краю подавался личный состав, грузы, техника. Много принесли они жертв и вывели из строя различной техники. Всё-таки мало или совсем недостаточно прикрытия войск с воздуха, особенно в дни летнего солнцестояния, когда наступает самая короткая ночь. Уже зацвела липа. В сутках так мало осталось темного времени, что никак за это время не обернуться поездкой за грузами в армейские тылы. Эти проклятые рамы постоянно контролируют наши дороги и наводят самолёты на большие скопления войск и техники на дорогах. Скорее бы кончились эти белые ночи. Артснабжением армии создан целый консилиум для рассмотрения вопроса о разрыве ствола 45-мм орудия. В состав комиссии вошли: майор Заславский, капитан Гуляев, капитан Шульман, капитан Широков, капитан Футерман, майор Супрун и ряд других товарищей. Консилиум утвердил наш вывод о причине разрыва – это наличие постороннего предмета в стволе во время выстрела. Тут же составлено спецдонесение об этом в Главное Артиллерийское Управление.
19 июня 1943 (суббота) – день 728
Ночью надо бы было побывать в полках, но начальник мне с утра поручил войти во взаимодействие с тылом и выбить на завтра не менее 10 трехтонных автомашин. В очень спокойном и выдержанном тоне я начал защищать заявку на завтра в организационно-плановом отделении тыла. Разговор имел с начальником майором Урванцевым Иваном Фроловичем и его помощником капитаном Климовым Никитой Ивановичем. Люди они уже в возрасте. Иван Фролович мне показался артельным. Он старается не показывать себя начальником. У подчинённых он в авторитете, организационно-плановые вопросы тыла решает спокойно, уверенно. По всему видно, что характер у него спокойный и уживчивый. Как бы я ни старался заполучить вексель на получение 10 машин на завтра, не смог добиться окончательного решения. Оказывается, он может только сказать в полночь, когда ему будет известно техническое состояние автотранспорта. Так я оставил заявку и убыл в 1382-й СП для решения ряда вопросов организации ремонта оружия. Пообещался заглянуть к ним и узнать о решении, о выделении автотранспорта в полночь. В полночь я вернулся к товарищу Урванцеву, но он мне снова не может конкретно дать ответ, будут машины или нет. Всё зависит от командира автороты. Утром он сообщит, сколько машин могут идти в рейс.
20 июня 1943 (воскресенье) – день 729
Утром мне в организационно-плановом отделении тыла сказали, что сегодня машин не будет, так как по сообщению командира автороты старшего лейтенанта Зелинского, все машины технически неисправные и в рейс их посылать нельзя. Иду к Зеленскому, хочу с ним поговорить по-деловому, по-товарищески, из первых рук узнать о действительном состоянии дел. Станислав Викторович высокий, осанистый, с удлинённым лицом и увеличенной нижней челюстью. Имеет внешний вид вполне представительный. Голос басовитый. Его сверстники и подчинённые недолюбливают. Да есть за что – высокомерный, заносчивый, постоянно стремится подчеркнуть своё превосходство над другими, хотя и не имеет к тому ни малейших оснований. Смеётся громко, смотрит надменно. В дивизии могут укротить и подавить его спесивый характер только мормонский характер его сожительницы Ревекки Львовны Дондэ и сугубо товарищеские требования замкомандира по тылу интендант 3-го ранга Тэпина В.П. Когда я начал вести разговор с товарищем Зелинским, он с усмешкой смотрел то на меня, то на что-то извлеченное пальцем из носа. В этой, далеко не приятной обстановке, я получил те же данные, которыми располагал и Урванцев. Мы мирно расстались. Через несколько минут я направил кладовщика Дорохова и рядового Пивоварова с заданием, потихоньку установить данные по каждой машине, находящейся в парке автороты. Буквально через 2 часа я имел полный данные о состоянии автотранспорта по их номерам. Против каждого номера из 35 автомашин значились данные. Оказалось, неисправных машин, не могущих выйти в рейс – 12, остальные исправны, но водителям предоставлено время отдыха и для профилактических работ. Мне совершенно стало непонятно, почему же сразу все машины поставлены на профилактику и почему даётся такой длительный отдых для шофёров. Это я и хотел выяснить у замкомдива Тэпина В.П. Это стройный, подтянутый воин. Смахивает на кадрового офицера старой русской армии. Вид аристократический, с подчёркнутой важностью на лице. Я уже знаю, что он не терпит возражений и властью пользуется сполна. Общается и свободно ведёт беседу только с равными себе по должности и лишь исключением у него пользуются командир автороты товарищ Зелинский. Чувствуется, свою работу знает хорошо. В своих распоряжениях уверен. Высшего образования не имеет. Иногда делает много шума из ничего. В спокойном тоне я ему доложил, начиная от подданной вчера заявки и до фактического состояния автотранспорта. – Откуда у вас такие данные, товарищ Ненашев, – спрашивает он меня. – Каждый шофёр мне знаком, и я с каждым из них переговорил и получил данные, – отвечай ему. – Не знаю, я такими данными не располагаю. Проверю, – заключил он наш разговор. А вечером мне стало известно, в автороте, Зелинским собрал весь личный состав и предупредил, чтобы впредь никому не давали данные о состоянии своих машин.
21 июня 1943 (понедельник) – день 730
С командующим артиллерией дивизии майором Бондарем ездили в 1058-й артполк. Пока он решал свои дела с командиром и штабом полка, мы с начальником артснабжения старшим лейтенантом Поляковым И.А. и старшим лейтенантом Меледеньковым А.А. и техниками дивизионов осмотрели на выборку по несколько орудий в каждом дивизионе. Проверили и готовность боеприпасов к стрельбе. Вскоре, после 14:00, комполка майор Цебенко Н.К. позвонил в дивизион и пригласил меня прибыть к обеду. Прибыл вовремя: приглашённые усаживались за стол. Обед королевский: приготовлено со вкусом и порции что надо. Безусловно, такой обед не может обойтись без спиртного. После сытного обеда комполка Цебенко решил с ветерком отвезти нас до дивизии. Ловко забравшись в кабину полуторки Николай Кондратьевич с ходу завёл мотор и рванул с места в карьер так, что я еле устоял в кузове. Держась за кабину, я стоял обдуваемый приятным ветерком. Машина набрала предельную скорость. Вдруг она резко затормозила. Задние колёса оторвались от земли, и машина описала дугу, перевернувшись. Я ласточкой вылетел на дорогу. Когда я оглянулся, рядом со мной машина стояла вверх колёсами, а из кабины со стоном и руганью вылезают Цебенко и Бондарь. Всех троих нас попутной машиной доставили в медсанбат. У майора Цыбенко перелом ключицы. У майора Бондаря осколками лобового стекла повреждено лицо. Оно залито кровью и установить травму не удаётся. У меня нет кожи на ладонях и на правой скуле, болят рёбра. Вот так прокатились. В медсанбате нам обработали раны, сделали необходимые перевязки, и мы все трое разошлись по своим местам, как бы и ничего не случилось. Сегодня тылом были выделено 10 автомобилей. Убыли за получением боеприпасов. Возглавил колонну Шевченко.
22 июня 1943 (вторник) – день 731
Рано утром меня вызвал начальник политотдела дивизии полковник Антонов. Долго пытает о вчерашней аварии. По всему видно, что он хотел, чтобы эта авария была связана с пьянкой, но я уже знаю характер Тимофея Николаевича и понимаю, чего он добивается. Поэтому об обеде я совершенно умолчал. Любитель спиртного, он всё равно не поверил бы тому, что обедали без рюмки. В дивизии всем давно известен высокомерный и чванливый характер. Начпо часто бывает несправедлив. При первом же впечатлении он выглядит грозный фигурой. Говорит он тихим, отрывистый голосом. Когда даёт указания, то высоко поднимает плечи и во всю ширь разводит руками. Ему достаточно пропустить рюмочку, как он сейчас же возомнит себя трибуном, а если 2, то и он часто бывает волен в суждениях, не признавая преград и ограничений, что часто приводит к попиранию реального положения дел и целесообразности.
23 июня 1943 (среда) – день 732
Самые длинные дни и короткие ночи начали сравниваться. Наступило летнее солнцестояние. Отцвёл первоцвет, распустила кудрявые лепестки саранка. На лучах расцветает журавельник, забелели розетки ромашек. Пошли грозовые дожди. Пошли в рост крепкие красноголовики. Большинство пернатых вывели из гнёзд птенцов. Не слышится птичьего пения. Замолкла кукушка. Изредка подают свои голоса иволга, зарянка, канюк. На улице стоит неимоверная жара. Я составляю донесения, предусмотренные табелем. Но забинтованной рукой писать трудно. Вечером эти донесения я должен лично доставить в артснабжение армии. Признаться, не хочется ехать с перевязанным лицом и руками. Лишние расспросы неминуемы. Но начальник артснабжения дивизии старший техник лейтенант Лысенко, как бы без слов, понял меня и сказал, что отвезёт донесения сам. Сегодня вечером в Орехово для отдельных частей и подразделений дивизии силами дивизионного клуба давали концерт. Я непременно присутствовал. На сцене работали переборы баяна. Под его мелодии кружились и пели выступающие. Потом все аплодировали изо всех сил, девушки раскланивались. Одна из них подчёркнуто откланялась в мою сторону. Это была Мария Коваленко. После выступления нам удалось с ней поговорить всего лишь 20 минут. Они торопились выехать в полк, где должны были дать ещё концерт.
24 июня 1943 (четверг) – день 733
Был в 1379-м стрелковом полку. Интересовался ходом ремонта вооружения, уходом и сбережением оружия в подразделениях. Проверили состояние матчасти артиллерии и боеприпасов в полковой батарее. С прибытием в полк я около землянки ожидал прибытия начальника артснабжения полка. Я с ним ещё не знаком. Вдруг через несколько минут у входа землянки остановился верховой. Кто из них, лошадь или он, кого остановил, сказать трудно. Мне показалось, и ездок, и лошадь были в полудремоте. Воин спешился. Взяв лошадь за поводья, он стал искать глазами, где бы её привязать. Но поблизости подходящего ничего не было. Подойдя к артмастеру, он подал ему поводья, и тот без слов взял лошадь по узды. В землянку вошёл сухощавый и уже не молодой, лет 46, человек. Это и был начальник артснабжения полка старшей техник лейтенант Моргуненко Дмитрий Яковлевич. За тем мы познакомились ближе. В нём чувствуется большое добродушие. Он точен, исполнителем. Работает вдохновенно, последовательно. От подчинённых требует беспрекословности и доступен им. Характер интенсивный и немного взбудораженный.
25 июня 1943 (пятница) – день 734
Сегодня в жизни ряда артснабженцев, им присвоены очередные воинские звания: технику артиллерийскому 1382-го СП старшему лейтенанту Власевскому Иннокентию Николаевичу, оружейному технику 1058-го артполка Лебадину Василию Борисовичу, арттехнику 1379-го СП Фирисанову Анатолию Семёновичу и оружейному технику этого же полка Гудимову Николаю Ивановичу. Будучи в 1379-м СП, я поздравил товарищей Фирсанова и Гудимова и ближе познакомился с ними. Арттехник Фирисанов хрупкий, голенастый, златовласый, с лёгкой походкой человек. Анатолий Семёнович большой интеллектуал, с большим кругозором знаний. Внимателен к подчинённым. Проводит занятия или ведёт беседу толково, убедительно и даже картинно. Приказания или задания выполняет полно, точно и в срок. Оружейный техник Гудимов самоотверженный, толковый, интересный и красноречивый человек. Говорит экспрессивно. Ярый пропагандист знаний правил эксплуатации оружия в подразделениях. Оружие знает хорошо.
26 июня 1943 (суббота) – день 735
Командир дивизии отчитал командира 1-го батальона 1382-го СП и командира полка майора Кочебина Сергея Семёновича за произошедший в полку, из ряда вон выходящий, случай. Красноармейцы взвода ПТР этого батальона Мутьянов и Подпручин перешли на сторону противника. Об этом предварительно доложил военный прокурор дивизии капитан юстиции Бадин. Всё-таки не укладывается в голове, о чём думали люди, совершающие такие подлые акты. Может это больные люди или люди, которые совершили крупные преступления и должны нести суровую кару? Но попасть в лапы немцев, по-моему, не меньшая, а большая кара, которую бы изменник понес на Родине. Сегодня закончилась расформирование 438-го отдельного пулеметного батальона. Техник лейтенант Вишняков отчитался перед артснабжением дивизии за вооружение, боеприпасы и артимущество. Приказом дивизии допущен к исполнению должности начальника дивизионного артиллерийского склада вместо убывшего в распоряжение отдела кадров артиллерии армии старшего лейтенанта Азарова.
27 июня 1943 (воскресенье) – день 736
С утра и до темноты работаю на дивизионном складе: рассортировываю и дефектую оружие, скопившееся за несколько дней. Работаем без отдыха. Мне помогают рядовые Пивоваров Алексей и Кулиш Иван. Только после обеда позволили себе посидеть и в кругу сослуживцев послушать о чём-либо интересном. Как яростного охотника, мы попросили Кулиша рассказать что-либо об охоте. – Вы не знаете, что такое тетеревиная охота, – говорит Кулиш, – на ветках ельника и папоротника в замаскированном шалаше лежишь час-два, ожидаешь тока. Вот прямо перед тобой на полянке между деревьями появился токач. Он нахохливается, расправлял хвост дамским красивым веером. Гордо поднят его чёрный, с сединой зоб. Он делает замысловатое движение, описывая крылом землю, а вот и глухарка… У неё серые и золотые пёрышки на боках. Приближаются и другие самцы и копалушки. С вытянутой шеей и с выставленными клювами стрелой, токачи нападают на соперников. Так продолжается недолго. Даже стрелять жалко такую умную птицу. Доживём до осени, я покажу всем вам, как это красиво.
28 июня 1943 (понедельник) – день 737
Ездил на ПААС № 2221, в Семейкино, сдавать негодное, ненужное вооружение и артимущество. Авиация противника отбомбилась на Семейкино. Много домов загорелось, но тушить их было некому. Пожарище бушует, летят горящие головешки, с треском отщепляясь от горящих домов. Одна из таких головешек угодила в кузов нашей машины. Хорошо, что мы с водителем заметили, быстро сбросили и загасили, начавшие гореть, верхние ящики с боеприпасами. Сегодня на ПААС, в общих чертах, познакомился с новыми видами вооружения, видимо поступивших на испытание, как опытные образцы. Это 12,7 противотанковое ружьё системы Рукавишникова, 20-мм противотанковое ружьё (системы Рожкова-Ермолова и Слухоцкого) и 14,5-мм противотанковое ружьё системы Блюма. Всё это оружие в единственном экземпляре. Как мне сказали на складе, что разработка новых образцов ружей вызвана перевооружением противника на тяжёлые танки и самоходные орудия. И действительно, за последнее время роль в борьбе с тяжёлыми танками играли артиллерийские орудия. ПТРД и ПТС всё больше используются лишь против огневых точек, бронемашин и бронетранспортеров противника, поэтому-то, надо полагать, и идёт поиск конструкторов на разработку более мощных вооружений.
29 июня 1943 (вторник) – день 738
Сегодня в 19:00 замкомандира 87-й СД по политической части полковник Антонов провёл с офицерским составом управления дивизии беседу на тему: «Организационная структура партийных организаций Красной армии». На совещании начальник штаба дивизии подвёл итоги боевых действий снайперов и остановился на задачах развития снайперского движения. Подведены итоги боевых дел снайперов с 20 июня, то есть за 10 дней. 1382-й полк имеет 20 снайперов – уничтожено 123 немца, 1378-й полк имеет 29 снайперов, ими уничтожено 358 немцев и 1379-й полк имеет 65 снайперов – уничтожили 442 немца. В дивизию поступило несколько секретных приборов для бесшумной стрельбы из снайперских винтовок. Патроны для стрельбы с этими приборами специальные. Мне поручено лично обеспечивать снайперов дивизии этими приборами и патронами.
30 июня 1943 (среда) – день 739
Из сообщений Совинформбюро: наши войска ведут бои в районе Белгорода, западнее Ростова, в районах Лисичанска, Севска и южнее Балаклеи. Сегодня на базе 1378-го СП провели сбор-совещание офицеров артснабженцев всех частей. Основным вопросом на повестке дня совещания – выработка мер, способствующих дальнейшему улучшению содержания оружия и улучшению организации его ремонта. В совещании принимали участие начальники артснабжения полков, начальники артмастерских, оружейные и артиллерийские техники. На совещании обсудили действительное положение дел с уходом, сбережением и ремонтом. Выработали проект приказа командира дивизии по этому вопросу. После проведения совещания мы с начартснабом дивизии Лысенко решили снова обратиться к редактору газеты «Вперёд на врага!» с просьбой оказать нам содействие в борьбе за лучшую постановку ухода и сбережения. Первый раз я лично обратился в апреле месяце этого года к редактору этой газеты майору Лебедеву, но Илья Васильевич был далёк от понимания этой важной задачи, постоянного содержания вооружения в боевой готовности. Он категорически отказался помещать на страницах газеты вопросы популяризации лучшего опыта по уходу и сбережению. Теперь, к нашему удовлетворению, мы узнали, что товарищ Лебедев выбыл из дивизии, пробыв в ней немногим более 2 месяцев. Редактором дивизионной газеты стал майор Муравьев. Анатолий Ильич – это добрый и глубоко понимающий составные части боевой готовности, не только не отказал нам в помощи, а наоборот разработал вместе с нами тематику и постоянно подгонял нас, чтобы мы писали заметки вовремя. Сегодня же издал приказ командира дивизии, направленный на улучшение содержания вооружения в частях.
1 июля 1943 (четверг) – день 740
Был в артснабжении армии. Снова встретился с Филипцевым. Много и долго беседовали о делах дивизии. Ещё раз убеждаюсь, что Яков Алексеевич интересный и вдумчивый собеседник. Он всегда сосредоточен. Находит время для шуток. Он отзывчив. Открытые глаза и доверчивый взгляд выражает решительность и смелость. Он талантливый инженер, страстный пропагандист арттехники, умеющий собственным примером увлечь и вдохновить на глубокое постижение знаний этой техники. Он яркий инженер артснабженец. Много труда вкладывает в дело своевременного обеспечения частей и соединений армии. Проявляет большую обеспокоенность за своевременную подачу боеприпасов, проявляя при этом большую инициативу, применяя конструктивные смелые решения. Решив вопросы в армии, я загрузился боеприпасами и колонной в 21 автомашину направился в дивизию. В пути у меня не выходит из головы Яков Алексеевич. Этот человек – пример, на который надо равняться. Я вспомнил, как преподаватель социально-экономического цикла в Тамбовском арттехучилище старший политрук Федосеев много раз на занятиях подчеркивал каким, должен быть человек, чтобы он был полезным обществу, государству. Хорошо нам всем курсантам запомнилась, как он поднимал ладонь и загибая поочередности пальцы повторял: «Честность, любовь к труду, твёрдость характера, ум и знания» – вот эти пять канонов мы все помним наизусть. Вот и теперь я хочу дать анализ Филипцеву, сообразуясь с этими пятью факторами. Мне кажется, все они у него есть. На одной из остановок два командира взвода автороты обратились ко мне с просьбой, что если позволяет обстановка, то разрешить сделать 30 минутную остановку колонны. За это время они планируют сделать техосмотр машин и одновременно дать возможность шоферам искупаться в речушке, протекавшей в 150 м от дороги. Я разрешил. Машины рассредоточено поставили на опушке леса под деревьями. Купались и производили техосмотр повзводно, во главе с командиром взвода. Только расставили машины и один взвод шофёров начал раздеваться у речки, откуда ни возьмись, в наше расположение подъехал на Виллисе генерал-майор. Я доложил по всем правилам: кто мы, откуда, куда следуем и что делаем. Сразу же после этого я выслушал от неизвестного мне генерала отсчитывание. – Я прикажу, товарищ старший лейтенант, отдать вас под суд военного трибунала, – закончил он свою воспитательную работу. – А кто вы будете, товарищ генерал? – осмелился спросить я. – Генерал Попков. Тут я сразу же понял, что имею дело с замкомандующего войсками 51-й армии по тылу, М.П. Попковым. В 30 минут мы уложились и вытянулись колонной на марш.
2 июля 1943 (пятница) – день 741
Был на докладе у командующего артиллерией и у командира дивизии. Поменял устаревшую справку о наличии вооружения и боеприпасов. Командующий артиллерией всё нажимает об увеличении запасов гаубичных выстрелов. Придётся снова ехать в артснабжение армии и просить их. В штабе артиллерии, перелистывая одно из дел, я обнаружил копию представления на переаттестацию военного инженера 3-го ранга Филипцева. Вот что здесь написано: «… характер твёрдый, настойчивый и жизнерадостный. Это энергичный и всесторонне развитый инженер. Человек открытой души. Готов пожертвовать всем ради дружбы. Талантлив». Такую характеристику Якову Алексеевичу подписал командующий артиллерией подполковник Шадрин. Сегодня в артплановом отделении меня спросили, кто вчера ездил из артснабженцев за боеприпасами. Я почувствовал, что здесь уже известно о моей вчерашней остановке и купании шоферов в речке, но уклончиво ответил, что мол, как же могли ездить, если ни одной машины вчера нам не выделилось. Тогда мне старший лейтенант Климов рассказал, что вчера капитану Тэпину звонил Член Военного Совета генерал Попков и спрашивал, кто из артснабженцев сегодня сопровождает колонну, но капитан Тэпин не был в курсе дела, то ответил, что сегодня дивизия за боеприпасами не выезжала. На этом разговор закончился. Несколько слов о начальнике артснабжения дивизии. Старший техник лейтенант Костенко своё дело знает в совершенстве, руководит службой спокойно. С подчинёнными вежлив, немного замкнут. Обладает хорошей памятью, постоянно помнит, сколько и каких боеприпасов имеется в наличии в частях и на складах. Свою специальность любит и дорожит ею. По своему характеру романтический, подвижный. Сердится на подчинённых редко, это лишь по случаю, когда дивизионный артсклад, вопреки его доктрины, разместили далековато от медсанбата. Дело в том, как уже несколько дней, он познакомился с медсестрой эвакоотделения медсанбата Морозовой Асей. Она всё плотнее с каждым днём входит в его жизнь. Он пылко отзывается на проявленную любовь к нему со стороны Аси, оплачивает глубокой привязанностью. Он уже не может быть без неё и дня. Его именем, свободой, настроением и вкусами, Ася уже распоряжается, как само собой. С Асей он разговаривает мало, видимо их союз есть больше молчаливый. Вот и попробуйте разместиться вдалеке от медсанбата… Познакомились мы с ней ровно через 5 дней после прибытия Лысенко в дивизию. Познакомиться пришлось на улице, в селе Орехово, случайно. Она шла нам навстречу величественная, блистающая чистотой своей солдатской одежды. Она легка, изящна и удивительно красиво держит своё женственное тело. Уже на второй день на её лице можно было читать глубокое внутреннее удовлетворение и спокойствие.
3 июля 1943 (суббота) – день 742
Каждый вечер в штабе 1379-го стрелкового полка я встречаюсь со снайперами частей дивизии. Вопросы, которые приходится решать, самые различные: обеспечение спецпатронами, осмотр и ремонт винтовок, оптических прицелов и прибора глушителя. Здесь стало известно, что прошедшей ночью в нейтральной зоне в своём гнезде убит снайпер 1379-го полка рядовой Невзоров. Его тело и оружие с секретным прибором необходимо с наступлением темноты успеть вытащить, опередив немцам. К этому подготовилась группа из пяти человек, полковая и батальонная артиллерия, миномёты. Операция удалась. Снайпер Невзоров с оружием доставлен в штаб полка. Осмотр показал, что он убит, по всей вероятности, немецким снайпером. Значит Невзоров обнаружил себя чем-то. Проверка прибора глушителя показала, что при стрельбе из этой винтовки обнаруживается пламя, а слышимость произведённого выстрела повышенная. По наличию патронов установлено, что снайпером сделано 10 выстрелов. Прокладки в приборе имеют большие разрывы, отверстия при прохождении пули. Пришлось осматривать в срочном порядке все приборы глушителей и заменять резинки. Резинки-прокладки использовались от масок противогазов, и они обеспечивали основное назначение прибора не более, как на пять выстрелов. Это ограничивает работу снайперов.
4 июля 1943 (воскресенье) – день 743
Утром выехал в артснабжение армии для решения вопросов с глушителями к снайперским винтовкам. Доложил состояние дел начартснабжению армии инженер-подполковнику Калиниченко. Собрался консилиум. Провели испытание прибора. Пришли к выводу, что для приборов требуется более мягкая, эластичная резинка. Дано задание отдельным товарищем об изыскании такой резины. Срок одни сутки. Возвратился в расположение дивизии во второй половине дня, а к исходу светлого времени был уже в 1379-м стрелковом полку, где проводил работу со снайперами. Каждому рассказал о недостатке прибора глушителя и о необходимых мерах предосторожности, которые надо соблюдать при стрельбе. Эта работа продолжалась до глубокой ночи.
5 июля 1943 (понедельник) – день 744
Сообщение Совинформбюро: с утра наши войска на Орловско-Курском и Белгородском направлении ввели упорные бои. Противнику удалось незначительно вклиниться в нашу оборону. Наша дивизия имеет прежние задачи. Почти до самого рассвета работаю со снайперами, пока они не разошлись по своим «гнёздам». Сегодня снова довелось наблюдать как смело и даже дерзко действует женский авиационный полк. По ночам лётчики этого полка бороздят небо, всячески пытаясь выходить из луча фашистского прожектора. Уж очень много хлопот и беспокойств приносят эти самолёты-бипланы У-2, сбрасывая по ночам смертоносный груз. Фашисты презрительно называют их «Руссфанер». Слышал переговоры лётчиц по радио и сегодня. Слышал переговоры лётчиц с ведомыми и землёй. Когда возникла критическая ситуация, все кто слышал эти переговоры, никто не осуждал девушек, за те далеко не женские разговоры. Ведь они лётчики, а лётчиками у нас принято видеть мужчин, да они и сами хотят быть настоящими лётчиками, ни в чём не уступать мужчинам. Правда уже бывали случаи, когда бомбы сбрасывались и на свои боевые порядки, но в этом часто была не их вина. Всё же часто пехота по долгу не могла установить действительно свой передний край. Утром выехал в артснабжение армии по вопросу глушителей к снайперским винтовкам. Вернулся имея при себе 1500 необходимых резинок-прокладок и сразу же в 1379-й полк.
6 июля 1943 (вторник) – день 745
Совинформбюро сообщило, что атаки немцев на Орловском, Курском направлении отбиты, на Белгородском направлении немцы незначительно вклинились. Части 87-й СД размещены: 1382-й СП – Малая Николаевка и совхоз имени Петровского, 1379-й СП – Красная Поляна, 1378-й СП- второй эшелон дивизии в Орехово. С утра закончили осмотр и замену прокладок-резинок в приборах глушителях к снайперским винтовкам. Вызвал командир дивизии. Приказал, в каждую штрафную роту обеспечить по 5-10 снайперских винтовок. Инициатива исходит от командиров армейских штрафных рот. Желающих снайперами из числа штрафников оказалось много. Весь день до позднего вечера работаю штрафных ротах. Командиры штрафных рот и взводов, чувствуется, подобраны из числа самых волевых и опытных офицеров, способных управлять людьми, прошедшими тюрьмы лагеря и имеющими определённые своеобразное понимание свободы. При 163-й АШР проводятся сегодня сборы со снайперами-штрафниками. Мне спланировано провести с ними три занятия по 2 часа.
7 июля 1943 (среда) – день 746
Сообщение Совинформбюро: на Орловско-Курском и Белгородском направлении нашими войсками за день боёв подбитой и уничтожено до 520 немецких танков, сбито 229 самолётов противника. Всех нас радует такой размах боёв и нанесённый немцам урон. Видимо начались крупные бои. Провёл занятие со снайперами-штрафниками. После обеда выехал в артснабжение армии для решения текущих вопросов и для доставки необходимых донесений. Вот уже несколько дней практически не удаётся отдохнуть. Возвращаясь из артснабжения армии, мы с водителем рядовым Репиным, решили немного отдохнуть на берегу небольшой, но своеобразной и красивой речушки. А называется она… Не успели мы разуться, как налетела авиация противника и начала бомбить и обстреливать дорогу и примыкающие к ней небольшие лесные массивы. Сразу же после налёта к нам подошёл санинструктор, просит доставить несколько раненых в ближайший медсанбат. Не разгружая машину, на ящики с боеприпасами, уложили 10 раненых. Перегруженная машина еле дотянула до медсанбата.
8 июля 1943 (четверг) – день 747
Совинформбюро: на Орловско-Курском и Белгородском направлении, за день, нашими войсками подбито и уничтожено 304 танка, сбит 161 самолёт противника. Дивизия располагает следующим вооружением: винтовок – 4.103, автоматов ППШ – 1.868, ружей ПТР – 204, ручных пулемётов ДП – 225, станковых пулемётов – 100, 12,7-мм пулемётов – 4, 122-мм гаубиц – 6, 76-мм орудий – 27, 45-мм орудий – 34, 120-мм минометов – 14, 82-мм минометов – 76, 50-мм – 53. Личного состава в дивизии всего лишь 3.254 человека, 215 человек выздоравливающих. За день побывал в 1379-м СП, встречался со снайперами. Ближе познакомился с оружейным мастером сержантом Гладыревым Николаем Ивановичем. Это небольшого роста, осанистый, степенный, не знающий страха трудяга. Имеет свои цели и взгляды на жизнь. Работает безропотно. Универсальный специалист. Он хорошо разбирается в устройстве и ремонте почти всех видов вооружения.
9 июля 1943 (пятница) – день 748
В штрафной роте со снайперами провёл последнее занятие. В 1379-м СП встретился со снайперами частей дивизии, познакомился с двумя хорошими работягами-мастерами 1379-го СП сержантом Волошиным Иваном Михайловичем и младшим сержантам Черкуновым Николаем. Волошин – это энтузиаст артснабжения, большой души человек. Ремонтирует матчасть артиллерии, миномётов на огневых позициях, пренебрегая опасностью, подвергая себя риску. Это миляга, упорный в достижении цели. Не терпит празднословия. Походка величавая. Отзывчивый. А вот и второй мастер Чиркунов. Это молчаливый, и в то же время, артельный человек. Живет своим умом. Иногда впадает в разочарование и при высказывании имеет тенденции сгущать краски. Лицо холёное. Речь складная и доказательная. Работает строго по заранее обдуманному плану, отклонение от плана вызывает в нём гнев. Между собой эти два человека живут душа в душу. Мне рассказали, как в день рождения Волошина, его друг Чернов, где-то тайком изготовил заранее и вручил ему, искусно сплетённое из лозы, комфортабельное кресло. Оно небольшое, но удобное. Так Волошин и возит теперь за собой это миниатюрное кресло.
10 июля 1943 (суббота) – день 749
Совинформбюро: на Орловско-Курском и Белгородском направлениях, нашими войсками, за день уничтожено 272 танка и 83 самолета противника. Видимо идут жаркие бои. А наша дивизия всё стоит в обороне. Побывал в армейской ремонтной мастерской. Решил ряд вопросов с приобретением острый дефицитных ЗИПов и инструментов. Получил из ремонта 30 оптических прицелов к снайперским винтовкам. Я возвращался на «полуторке». В пути, в деревне остановились охладить мотор. По обеим сторонам проходивший в селе дороги рядами тянулись старые вязы. Под их раскидистыми ветвями, на дровах, рядом с колодцем сидело несколько мастериц подсолнечного досуга. Было слышно, как они громко ведут деловую беседу. С небольшого облачка начал накрапывать дождик. Но женщины упорно доказывали что-то друг другу. Началась между ними какая-то возня и драка. Мне не доводилось видеть дерущихся женщин. Я так оторопело смотрел на их растрёпанные косы, твердеющие от ярости лица и горящие жаждой мести глаза. Мы подошли к ним ближе, но наш приход их нисколько не смутил. Они продолжали начатое. Выяснилось, что одну женщину обвиняли в неверности мужу, находящемуся на фронте. Она же в свою очередь назвала мужа другой изменником Родины. Здесь тоже шла идеологическая война.
11 июля 1943 (воскресенье) – день 750
Совинформбюро сообщило, что бои и на Орловско-Курском, и Белгородском направлениях продолжаются. Наши войска успешно отражают атаки танков и пехоты противника. За день боёв уничтожено и подбито 162 танка и сбито 31 самолёт противника. Теперь стало ясно, что здесь идут необычайные бои с применением танков и авиации. На путях подвоза появилось больше людей, машин, техники. У нас видимо тоже что-то замышляется. Но пока ещё ничего неизвестно. Возвращаюсь из артснабжения армии. Чувствуется, меня и шофера одолевает усталость. И действительно, совсем нет времени для отдыха. Надо же было случиться, я вспомнил, что мы 7 июля с этим же водителем рядовым Репиным хотели отдохнуть у протекавшей речушки. Я напомнил ему. Свернули в сторону, теперь уже подальше от дороги. Разделись. Присев на бережке, мы опустили затекшие ноги в воду. Какая же благодать, как вода хорошо снимает усталость. Сразу же появились и бодрости настроение. На другом, крутом берегу стремительно летают, с пронзительным криком ласточки. – Смотри сколько ласточек, – показываю водителю. – Нет, товарищ старший лейтенант, это не ласточки, а стрижи, – отвечает он мне, – у ласточек крылья толще и короче, и они не пищат, а «гавкают». А это самые настоящие стрижи. В отличие от ласточек, стрижи не вьют гнёзда, а устраивают их стенках крутых берегов рек, в трещинах скал, в дуплах, под крышами домов. Вот эти отличия я до этого времени не знал. Прилёг на спину, наблюдаю, как стрижи в воздухе делают крутые виражи, ловят мошек на лету. Сколько же один за день преодолевают расстояний? Очевидно многою. Пока наблюдал за стрижами, я незаметно задремал, но было достаточно получаса такого отдыха для восстановления относительной бодрости. Когда же я стал подыматься, оказалась силы покидают меня. Я отполз немного от воды, в траве стал на колени. И тут я увидел такую красотищу: радугу на земле из цветов, не уступающую небесной. Цветы яркие, чистые, свежие, ароматные. Откуда-то из лесной части потянуло прохладой и запахом грибов. Я медленно опустил голову, уткнувшись носом в траву и тут же снова заснул. Так мне удалось ещё часок отдохнуть. Рядовой Репин предпочёл поспать за это время в кабине автомашины.
12 июля 1943 (понедельник) – день 751
Совинформбюро: на Орловско-Курском и особенно на Белгородском направлении бои продолжаются. Наши войска успешно отбивают атаки танков и пехоты противника. За день подбито и уничтожено 112 танков и 13 самолётов противника. Сегодня на совещании комдив объявил о пятидневной подготовке к решительному наступлению. Подготовку начать приказано немедленно. Начальник тыла, командующий артиллерией и присутствовавшие на совещании начартснаб Лысенко получили указание о принятии срочных мер к вывозу с армейского склада боеприпасов, в количестве утверждённом Военным Советом армии. На их вывоз дано трое суток. Артснабжением дивизии быстро подготовлен расчёт на номенклатурный вывоз боеприпасов, исходя из наличия видов боеприпасов в частях дивизии. В 15:00, то есть спустя 3 часа после совещания, тылу дана письменная заявка на выделение автотранспорта для вывоза 100 тонн боеприпасов в течение трёх суток. Находясь в штабе артиллерии, я довёл до каждого полка каких и сколько боеприпасов им будет дано в течение 3-х дней. Это всё указано, в мною подготовленном приказании командира дивизии. В этом же приказании от частей требуется заблаговременно позаботиться об укрытии поступающих боеприпасов в щели, бункеры. Контроль возложен на службу артснабжения. В 19:40 на КП, запыхавшись, прибежал возмущённый до глубины души начальник артснабжения дивизии Лысенко. Он докладывает командующему артиллерией, что на сегодняшнюю ночь, для подвоза боеприпасов, тылом выделяется всего три автомашины ЗИС-5. По нашим подсчётам, при существующим плече подвоза, за ночь, еле успеть вывести десятую часть отпущенных боеприпасов. Майор Бондарь и Лысенко об этом тут же доложили комдиву полковнику Эхохину. Михаил Сергеевич тут же, по телефону, дал указания принять все меры к вывозу в течение трёх суток. После этого указания к трём трехтонным автомашинам была добавлена одна полуторатонная.
13 июля 1943 (вторник) – день 752
Совинформбюро: продолжаются бои с пехотой и танками противника на Белгородском направлении, на Орловско-Курском направлении. За истекший день противник крупных попыток не предпринимал. Уничтожено 96 танков и 13 самолетов противника. Здесь развернуто величайшее танковое сражение. Перед фронтом 87-й СД противник прочно обороняет рубеж: восточные скаты высоты 278,5, 289,9, 243,3, 290,8, хутор Орловка, Ивановка. Задача 87-й СД овладеть рубежом Ивановка, Софиевка, шахта № 10. За ночь сделано два рейса. Вывезено всего лишь 7 трехтонных автомашин боеприпасов. Все они сразу же доставлены в части и на огневые позиции. На день машины не выделены: обслуживаются, отдыхают шофера. Артснабженцы в напряжении. Переживаем то, что срывается выполнение приказа командира дивизии, да ещё в такой ответственный момент. К вечеру нам стало известно, что автомашины, посланные после обеда для подвоза под фуражное и вещевое снабжение из рейса ещё не вернулись. Только с их прибытием и по истечении некоторого времени на отдых шоферам и техобслуживания они могут быть выделены нам для подвоза боеприпасов. Начартснаб Лысенко о случившемся докладывает командующему артиллерией. Тот его успокаивает, что мы больше всех волнуемся, ведь Тэпин не меньше тебя отвечает за своевременную доставку боеприпасов. Лысенко выехал снова второй эшелон. В дивизии, в первом эшелоне, сегодня вручали личному составу медали «За оборону Сталинграда». Получили эту медаль все непосредственные участники этих боёв. Все были удивлены, когда за получением медали «За оборону Сталинграда» прибыл в дивизию и бывший редактор дивизионной газеты «Вперёд на врага!» капитан Лебедев. В дивизии всем известно, что Лебедев прибыл в дивизию уже после сталинградских событий, в конце марта 1943 года и ушел из дивизии 12 июля 1943 г. Мне довелось прочитать характеристику на Лебедева, подписанную командиром и начальником штаба. Непонятно, зачем ему потребовалось надуманная характеристика, да еще в обход начальника политотдела дивизии полковника Антонова, которому он подчинялся непосредственно.
14 июля 1943 (среда) – день 753
Совинформбюро: Противник продолжает бои на Белгородском направлении. За истекший срок уничтожено 100 танков и 47 самолетов противника На совещании у командира дивизии, до командиров частей и начальников служб, кроме многих сведений и соответствующих указаний, довели и выдержку из доклада Командующего Воронежским фронтом в Ставке Верховного Главнокомандующего о результатах проведенных испытаний, эффективности применения собак для борьбы с танками противника: «… Собаки-истребители танков эффективное средство борьбы. 27 выпущенных собак уничтожили 15 танков». На этом совещании начартснаб доложил командующему артиллерий и командиру дивизии, что автомашины ни вчера днем, ни прошедшей ночью, для вывоза боеприпасов не выделялись. Тут же комдив потребовал от Тэпина доложить по этому вопросу. Каково же было наше возмущение, когда Валентин Пантелеймонович, не моргнув, доложил комдиву, что никакой заявки от артснабженцев не было, и якобы, Лысенко сказал ему, что все боеприпасы будут вывезены армейским транспортом. Комдив, ни сказав ни слова, подозвал к себе дивизионного прокурора и попросил разобраться с этим вопросом. В 20:00 выделено 8 автомашин для вывоза. Ввозом занимается Лысенко и его помощник по боеприпасам Шевченко. Я нахожусь на КП при штабе артиллерии. За ночь сделано два рейса.
15 июля 1943 (четверг) – день 754
Сообщение Совинформбюро: Наши войска, расположенные севернее и восточнее Орла, перешли в наступление. Севернее Орла прорвали оборонительную полосу в 40 км и за три дня напряженных боев продвинулись на 45 км. Освобождено 50 населенных пунктов, в том числе райцентр Ульяново. Восточнее Орла наши войска прорвали 30 км полосу и продвинулись на 25 км. Освобождено 60 населенных пунктов. С 1 июля по настоящее время 87-я СД занимается подготовкой к наступательным боям. В 12:00 для подвоза боеприпасов тылом выделено 12 автомашин (3-х тонных). Планируется за 2 рейса вывезти остальные боеприпасы. В 21:00 к командиру дивизии вызваны Тэпин, Бондарь и Лысенко. Прокурор в их присутствии доложил комдиву о неблаговидном поведении Тэпина. Как установил прокурор, заявка на выделение автотранспорта от артснабженцев, в оргплановом отделении тыла утеряна. Но это не имеет никакого значения. Тэпин имел прямое указание от комдива о вывозе боеприпасов в определенный срок. Сделав солидное внушение Тэпину, комдив приказал Лысенко все заявки подавать начальнику отделения Урванцеву под личную расписку и с указанием времени. А Тэпину приказано в течение 20 часов закончить вывоз боеприпасов. На этом аудиенция закончилась.
16 июля 1943 (пятница) – день 755
Сообщение Совинформбюро: На Орловском направлении наши войска продвинулись на 10-15км. Части дивизии прочно удерживают участок обороны, принятый 21 марта 1943 года от 61-й Гвардейской стрелковой дивизии. К исходу дня дивизия, находясь в составе 54-го СК 51-й А, перешла в наступление по прорыву сильно укреплённого рубежа обороны противника на рубеже: совхоз имени Петровского, высота 290,8, хутор Орловка. В составе силовой разведки участвуют 1/1379-го СП, два сапёрных завода 357-го ОСБ, 10 человек взвода пешей разведки. Поддерживающие – 2 и 3/1058-го АП, батарея ПА и батарея 120-мм минометов. К утру все боеприпасы с армейского склада вывезены. Сколько же требовалось нервов и усилий. А теперь можно было бы с успехом обойтись без этой нервотрепки. Со вчерашнего дня офицеры штаба артиллерии, и я находились в частях. Во второй половине дня мы возвращались на командный пункт. По дороге невольно вспомнилось, как готовилась и прошла артиллерийская подготовка. Чем ближе к началу артподготовки, тем сильнее охватывало волнение, и подступали тревожные мысли. В 3:30 врагу преподнесли сюрприз – началась мощная артподготовка. Все артиллеристы прикованы к телефонам, радиостанциям, стереотрубам, биноклям… Под грохот ствольной артиллерии рассекают небо яркие, хвостатые трассы «Катюш». Передний край все больше заволакивало клубами гари, копоти, пыли. Вот и наступило время переноса огня и начала атаки пехоты. Пехотинцы поднялись и пошли в атаку, но губительный огонь противника с флангов снова прижимает их к земле… Атака срывается за атакой. Артиллеристы пытаются раздавить огонь противника на флангах. Удаётся это лишь через некоторое время, но не менее губительный фронтальный огонь противника теперь возобновился. Значит время упущено. Командование обвиняет разведчиков и наблюдателей, которые своевременно не выявили огневую систему противника. На батареях остаётся лишь по несколько десятков снарядов на орудие. Их нужно сохранить, как на страховой или неприкосновенный запас, пока не будут поданы со складов запасы боеприпасов. Все артснабженцы занимаются восстановлением вышедшего из строя в бою вооружения.
17 июля 1943 (суббота) – день 756
Совинформбюро: на Орловском направлении наши войска продвинулись на 10-15 км. На Орловско-Курском направлении восстановлено положение, каким оно было на 5 июля. На Белгородском осуществляется поиск разведчиков. За день боёв уничтожено 168 танков и 106 самолетов. Части дивизии продолжают бой, продвигались вглубь обороны противника, несут большие потери, большой расход боеприпасов. Лысенко взаимодействуют с Тэпиным. Мне поручено держать связь со снабжением армии, с частями. По мнению Лысенко, Тэпин вроде бы начал шевелиться. Занимается тотализацией автотранспорта. К 2:00 сегодня была создана колонна из 24 различных марок автомашин. Колонну возглавил Лысенко, а к 12:00 боеприпасы были доставлены в части. Пока что каждая доставка ещё имеет много тормозов, которые при хорошем взаимодействии ряда должностных лиц могли бы быть легко устранимы. Надо иметь железные нервы. А что, если мы подчинялись по службе не командующему артиллерией, а начальнику тыла дивизии? Видимо трудности с доставкой сократились бы, а как решались бы технические вопросы? Да, видно точно так же, как и при полном невмешательстве командующего артиллерией. Значит есть смысл? Отдаст ли кто эту службу? Мне сдаётся, что любой из них «ляжет костьми», но не отдаст. А вообще-то, этот вопрос надо изучать.
18 июля 1943 (воскресенье) – день 757
Совинформбюро: на Орловском направлении наши войска продвинулись на 4-6 км. Уничтожено за день 78 танков и 137 самолетов. Части дивизии продолжают наступательные действия, но успеха не имеют. Наступление ведут 1379-й СП севернее Красная Поляна и 1382-й СП – Балка Погорелая. Расход боеприпасов большой, требуется срочно пополнять. Нет гаубичных выстрелов. Командующий артиллерией приказал мне связаться со снабжением армии и попросить гаубичные снаряды. Договорился с Яковом Алексеевичем Филипцевым. С тремя автомашинами артполка я срочно направился в армию за получением. В артснабжении армии я познакомился с разнарядкой на боеприпасы соединения. Меня удивило то, что разнарядки эти обсуждаются на Военном Совете Армии. Они утверждаются командующим войсками армии генерал-лейтенантом Захаровым, Халезовым, Дашевским и Телегиным. Мне кажется, это вовсе не от хорошей жизни. Не хватает боеприпасов. Боеприпасы, полученные с армейского склада, мной доставлены на огневые позиции дивизиона.
19 июля 1943 (понедельник) – день 758
Совинформбюро: на Орловском направлении наши войска продвинулись на 6-10 км, заняли севернее, восточнее, южнее Орла 130 населённых пунктов. Части дивизии заняли высоту 290,8. Дивизия приобрела господствующее положение над окружающей местностью и расположением укрепленных районов немцев. За период боя с 16.07 по 19.07 части дивизии нанесли противнику потери: убитыми и ранеными до 2.000 человек, подавлено 3 артиллерийских и 4 минометных батареи противника, уничтожено 24 тяжёлых и 36 ручных пулеметов, 16 ротных минометов. Наша дивизия находится в составе 54-го СК. Наши ежедневные заявки на 5-7 автомашин формально тылом удовлетворяются. Оргплановое отделение ещё с вечера даёт 573-й ОТР разрядку на выделение транспорта службам. Теперь же наша служба стала подвергаться дискриминации. В автороте, вот уже несколько дней, в первую очередь, и с лучшими техническим состоянием, выделяются автомашины только службам тыла, а нам всё остальное. В итоге машины в рейс выходят с опозданием от 1 до 15 часов. Как нам артснабженцем сдаётся, что это всё делается не без влияния или не без ведома замкомандира дивизии по тылу Тэпина. Командир транспортной роты техник лейтенант Зелинский строго оберегает распоряжение своего начальника тыла. Стыдно даже думать, теперь мы под влиянием этого несобранного командира роты. По сути, мы снова в осаде. До чего же несчастная служба. Опять напрашивается вопрос реорганизации нашей службы. Может быть пойти на компромисс, разделить её на две части: одну назвать по-прежнему, будет боепитанием заниматься и подчинить заместителю по тылу, а вторую технической службы вооружения с подчинением командующему артиллерией. В этом случае, пожалуй, оба останутся довольны. И дела вас подвозом боеприпасов пойдут значительно лучше. Во второй части разделённой службы, изменений пожалуй не наступит. Сегодня по нашей заявке выделили всего 5 машин вместо 8, и те с опозданием на 10 часов и худшего технического состояния.
20 июля 1943 (вторник) – день 759
Совинформбюро: наши войска освободили севернее и восточнее Орла 40 населённых пунктов, в том числе город Мценск и железнодорожную станцию Ворошилово. На Белгородском направлении южнее Орла войска успешно продвигаются. На юге, в Донбассе, южнее Изюма и с юго-запада Ворошиловграда завязались бои местного значения, имеющие тенденцию перерасти в серьезные бои. Наши форсировали реку Северский Донец, реку Миус, улучшили свои позиции. Дивизия ведет бои за улучшение своих позиций. По заданию командующего артиллерией сегодня проверял материальную часть в стрелковых полках, подготовку боеприпасов к стрельбе. Возвращался на командный пункт. Моим попутчиком оказался 45-летний солдат, связной. Как обычно, обменялись и сведениями о родных местах. Шли мы по лесочку… Здесь всё воскресло, прошлое возобновило то состояние, какое было когда-то, в ту минуту детства в Стаево. И действительно стоит присмотреться внимательнее к земной краске леса, то можно увидеть множество оттенков тёмного, густые бархатные, синие и даже белые, пушистые серёжки на осине. Всё как в родных краях детства. Солдат видимо тоже думал о своём родном крае. Неожиданно он повёл рассказ о том, что на днях получил письмо от престарелой матери, которая пишет: «… дорогой сыночек, я очень беспокоюсь за тебя…». Недаром в народе говорят, что мать и дети – это люди без возраста, её сын, в свою очередь, имеет 4 взрослых детей.
21 июля 1943 (среда) – день 760
Совинформбюро: на Орловском и Белгородском направлении наши успешно продвигаются. Заняли 90 населённых пунктов. На юге, в Донбассе, в районе южнее Изюма, юго-западнее Ворошиловграда продолжаются бои местного значения. С утра вызвал меня Лысенко и попросил составить отчётное донесение в артснабжение армии и корпуса и доставить их по назначению. Из армии возвращался на попутном транспорте. Забарахлила машина. Из леса ударил в лицо грозовой ветер и молния, обгоняя друг друга. Решил добежать до ближайшего населённого пункта и переждать дождь и грозу. Зашёл в крайний домик. Хозяйка и её свекор оказались людьми добрыми, встретили любезно, быстро накрыли стол. Пригласили к ужину. Ужинали мы, почти молча, не считая похвальных слов, которые я высказал хозяйке за огурчики с чесноком, за квашенную капусту и за грибной суп. Картошка, капуста, огурчики, чеснок – всё это с их приусадебного участка, который является основой существования их семьи из пяти человек. Мне невольно вспомнили детские годы в Стаево, где огород для нас был матерью-кормилицей.
22 июля 1943 (четверг) – день 761
В 1378-м стрелковом полку проводим проверку обстоятельств потери вооружения. По предварительному составленному в полку акту, потери с 15 июля полк понес большие. Предложено повторить сбор вооружения на поле боя и вывести окончательные потери с учётом подобранного. Особенно большие потери составляют в винтовках, автоматах, пулемётах и ружьях ПТР. Ближе познакомился со специалистом-оружейником, сержантом Ващенко Дмитрием Михайловичем. Это неугомонный рационализатор. Его предложения по совершенствованию способов и приёмов ремонта оружия постоянно находят применение в ремонтных органах других частей. Он постоянно что-то экспериментирует, уточняет, анализирует. Его положительный опыт передавался не только частям дивизии, но и за её пределы. Стало известно, что начальником штаба дивизии прибыл снова подполковник Титов, а Янов откомандирован в распоряжение армии.
23 июля 1943 (пятница) – день 762
87-я СД действует в Ворошиловградской области. Её район боевых действий: Котировка, Ольховка, Успенка, Вадено, Круглик, Красная Поляна, Орехово, Щетово, Колпаков. Уточнял обстоятельства потери вооружения 1379-го СП. Здесь потери, по отношению двух других стрелковых полков, незначительные. Они без напоминания продолжают сбор утраченного оружия на поле боя. Познакомился с двумя оружейными мастерами сержантом Войтенко Дмитрием Сафоновичем и младшим сержантом Марченко Павлом Георгиевичем. Дмитрий Сафронович серьёзный, быстрый. По натуре оптимист. Характер крутой. Непьющий. Большая умница. Ремонт стрелкового оружия знает и проводит хорошо. Задания выполняет точно и в срок, часто пренебрегая опасностью. Сержант Марченко нежный и открытый. Ясновидец. Всегда и во всём осведомлённый спорщик. Вид немного хмурый. Голос покупающий. Его рассказы уморительные. Как специалист подготовлен хорошо. Часто бывает в подразделении и на переднем крае – восстанавливает оружие.
24 июля 1943 (суббота) – день 763
Совинформбюро: обстановка на фронтах наращивается боевыми делами. Начались бои юго-западнее Краснодара. На Орловском направлении освобождена станция Змеевка. Части дивизии ведут боевые действия. Расход боеприпасов повышенный. Эксплуатационная нагрузка на вооружение большая. Начальники артснабжения частей всецело занимаются обеспечением боеприпасами. Начальники арт-мастерских, техники и мастера в подразделениях, восстанавливают выходящее из строя вооружение. Работают напряжённо. Объём работы большой. С командного пункта возвращаюсь во второй эшелон, чтобы заняться составлением актов на списание вооружения, утраченного и вышедшего из строя в бою. Так и тянет остановиться на лесной полянке присел. Всматриваюсь. Каких только здесь растений нет: и дягиль, и щавель, и зверобой, и Иван-чай. А цвета: и белый, и сиреневый, и золотистый, и малиновый, и жёлтый. А если прищуриться и посмотреть внимательнее, то всё это выглядит спектром цветов зелёного, оранжевого, белого, синего, красного… Посидеть бы ещё, да некогда. В артснабжении дивизии встретил Асю Морозову. Она несколько минут ожидает прихода Лысенко. Здесь я познакомился с ней поближе. Росточка она среднего, с плотным телом и высокой тяжёлой грудью, для перемещения которых, потребовались и более полные ноги. Походка величавая. Белое, чистое, с румянцем и правильными чертами, круглое лицо, с большими, открытыми, озорными глазами. Брюнетка. Голос немного сиповатый. Короче, гурия с южнорусским лицом. Чувствуется хорошее общее развитие. Общительная, остра на язык, со своей точкой зрения. Сегодня впервые армия потребовала представить донесения о количестве отремонтированного вооружения за период с 1 апреля по 1 августа, то есть за 4 месяца. В донесении требуют указать часто повторяющиеся неисправности и предложения по ликвидации этих недостатков. Подготовил распоряжение начальникам артснабжении частей.
25 июля 1943 (воскресенье) – день 764
Совинформбюро: на Орловском направлении освобождена станция Глазуновка. К вечеру удалось составить таблицу потерь. Задерживает 1382-й СП. Данные по 1382-му СП взял из черновика их акта. Подготовил акт на списание, в который включены безвозвратные потери: винтовок – 686, автоматов – 463, ручных пулеметов ДП – 104, станковых пулеметов – 21, ружей ПТР – 44, 50-мм минометов – 18. Акт подписали все члены комиссии и утвердил командир дивизии. За день подготовил всю необходимую отчётность и донесения, чтобы завтра доставить их в снабжение армии и провести сверку учётных данных дивизии с армией по основным видам вооружения.
26 июля 1943 (понедельник) – день 765
С утра находился в 1382-му СП с целью проверить и засвидетельствовать акт на списание подбитого вооружения в боях. С дивизионной комиссией представлен акт, составленный под председательством начальника артиллерии капитана Масалыкина и членами комиссии: начальником артснабжения старшим техником лейтенантом Усовым, помощником командира полка по снабжению капитаном Болотным, начальника оружмастерской лейтенантом Волковым и замначштаба капитаном Манзивитым, что в период с 17 июля по 20 июля 1943 года, ведя бои западнее совхоза имени Петровского за овладение высотой 249,6 1382-й СП понёс потери: винтовок – 163, винтовок снайперских – 11, карабинов – 29, револьверов – 8, автоматов ППШ – 130, 50-мм минометов – 6, ручных пулемётов ДП – 38, станковых пулемётов – 3, ружей ПТРД – 7, ружей ПТРС – 4, 26-мм сигнальных пистолетов – 3, биноклей – 4. Дивизионная комиссия после уточнения ряда обстоятельств засвидетельствовала факт потерь. После обеда выехал в артснабжение армии, отчитался и провёл сверху учётных данных. Выявились расхождения за счёт поступившего вооружения с маршевыми ротами, прибывшими на пополнение дивизии. Требуется составление дополнительного акта на предмет списания 180 винтовок и 10 ручных пулемётов.
27 июля 1943 (вторник) – день 766
Совинформбюро: На Орловском направлении наши продвинулись на 4-6 км и освободили 50 населённых пунктов. На Белгородском, на Ленинградском и на Донбассе идут поиски разведчиков и бои местного значения. Уточнил сведения о прибывших дивизию маршевых ротах с вооружением. Такие акты сохранились в делах 4-го отделения штаба, но нас с ними не знакомили. А маршевые роты расформировали и отдельными командами направляли в разные части дивизии. Тем более, начальники артснабжения частей об этом знали не всегда. Договорились с начальником 4-го отделения капитаном Ушаковым Петром Степановичем, что в дальнейшем, в такие дела будут посвящать и нас, артснабженцев. Составил и оформили дополнительный акт на списание 180 винтовок, 10 ручных пулеметов и отправили его с попутчиками в артснабжение Армии.
28 июля 1943 (среда) – день 767
Сегодня утром мы ориентировали начальников артснабжений частей, чтобы они, при смене, обратили особое внимание на контроль за подразделениями. Чтобы они не оставляли на прежних местах, рубежах вооружение, имущество и боеприпасы. По опыту мы уже знали, особенно сменившимися подразделениями оставляются боеприпасы, как правило, они считают, что мол, в этом ничего плохого нет, так как боеприпасы им теперь не нужны. Они будут отдыхать. А если не отдыхать, а снова получать боевой участок обороны? Артснабженцы разошлись по частям для организации контроля. Я был в 1382-м СП. Наше беспокойство было не напрасным. Мы столкнулись именно с тем, что и предполагали: на огневых позициях, в траншеях оставлено много имущества. Пришлось потребовать исправления. К исправлению привлекли и мастеров. Сегодня я увидел в работе оружейного мастера рядового Рыжкова Дмитрий Никитовича. Работящий, старательный. И весёлого, с открытым и простодушных лицом, оружейника рядового Редько Тимофея Фёдоровича, молодцевато независимого, и скрупулезного в работе; артмастера сержанта Сисина Дмитрия Петровича – бравого, общительного, хлопотливого и обязательного в работе.
29 июля 1943 (четверг) – день 768
Части 82-й СД начали смеяться 346-ю СД и сосредотачивается в районе Щетово, Лобовский, Картушина. Все офицеры артснабжения дивизии снова в частях, контролируем смену частей, начавшуюся вчера ночью. В 1379-м СП провели совещание с начальниками артмастерских и техниками. Цель совещания – уточнить, как идёт ход подготовки к разработке донесений о ходе ремонта, сведений о ремонте за 4 прошедших вместе месяца, и о часто повторяющихся дефектах. Заслушали старших техников лейтенантов Воеводина, Криницына, Волкова, Меледенького. Стало ясно, что каждый из них над этим вопросом работает, и 30-31.07 они представят полные сведения. Донесение о ремонте должно получиться впечатляющим, с внушительными цифрами отремонтированного. Я даже не ожидал.
30 июля 1943 (пятница) – день 769
Совинформбюро: юго-западнее Ворошиловграда наши войска отбивают атаки крупных сил пехоты и танков противника. На Орловском направлении наши войска продвигаются. Части дивизии заканчивают сдачу своего боевого участка 346-й СД. 1378-й, 1379-й и 1382-й СП сосредотачивают в балке Орехово, 1058-й АП в балке Грачёва, тылы в Орехово. Весь день занимаюсь анализом донесений от частей и составлением сводного донесения о ремонте вооружения. Анализ показывает, что за 4 месяца всё вооружение дивизии, в среднем, ремонтировалось дважды, а миномёты трижды и четырежды. В это число не входит количество вооружения, которое подвергалось профилактическому осмотру и переводу на сезонный режим работы. Каждому виду вооружения систематизированы характерные и часто повторяющиеся неисправности. Таких неисправностей больше всего в стрелковом и миномётном вооружении, и меньше в артсистемах. Надо полагать, артиллерийские орудия являют собой более отработанную конструкцию и менее подвержены неисправностям вызывающимися эксплуатацией.
31 июля 1943 (суббота) – день 770
Совинформбюро: на Донбассе наши войска успешно отбивают атаки противника. На Орловском направлении продвигаются вперёд. Части дивизии закончили сдачу своего боевого участка. Дивизия выведена из состава 51-й А и сосредоточилась в районе Нижний Нагольчик, высота 258, балка Нагольчик, балка Круглая, Дубровский. На совещании у командира дивизии стало известно, что наша дивизия должна войти в состав 5-й ударной армии. Всем начальникам снабженческих служб приказано – Срочно выехать в соответствующий органы 51-й А, получить аттестаты, и встать на все виды довольствия в 5-й УА. С этой целью, на попутной машине, я добрался до артснабжения армии, сдал необходимые донесения и быстро получил аттестат. К исходу дня я вернулся в дивизию с аттестатом. Быстро получить аттестат мне удалось лишь только потому, что недавно была проведена сверка учётных данных и оформление списания потерь. В целом, ряду служб сегодня пришлось вернуться из армии без аттестатов для до оформления актов на списание. В ночь на 1 августа я на попутных машинах добирался до артснабжения 5-й УА. Всю ночь был в пути.
1 августа 1943 (воскресенье) – день 771
Совинформбюро: Наши войска юго-западнее Ворошиловграда успешно отбивают атаки превосходящих сил пехоты и танков противника. На Орловском направлении продвинулись до 8-12 км и освободили свыше 100 населенных пунктов. 87-я СД вошла в состав 5-й ударной армии и заняла оборону на западной окраине Дмитриевки, пропустила через свои боевые порядки отходящие части 5-й ударной армии, преградила путь противнику и сразу же перешла в наступление, на сильно укреплённый рубеж обороны противника на реке Миус. Дивизии удалось прорвать оборону противника и вклиниться в неё. Рано утром я прибыл в расположение артснабжения. К моему удивлению, узнаю, что начальником артснабжения 5-й ударной армии, уже знакомый мне по 44-й армии, подполковник Печёный. Без каких-либо осложнений аттестаты приняты, и мне удалось получить наряды на получение артвыстрелов и мин. Однако о подвозе боеприпасов транспортом армии не могло быть и речи. Вывоз их необходимо производить транспортом дивизии. На попутных машинах возвращаюсь в дивизию. На дорогах всюду нескончаемый дорожный поток. За время нахождения в пути противник трижды бомбил колонны наших войск. При каждой бомбёжке дорожный поток сразу же растекался через кюветы, по обе стороны дороги и распадался на мелкие группы и одиночки, но каждая бомбёжка сопровождается большими жертвами людей и потерей техники. При всей неблагоприятной обстановке некогда думать об увиденном. Сейчас все мысли сосредоточены на подготовку операции, обеспечение боеприпасами. Подготовка операции ход наступления – это самая напряжённая работа службы артснабжения. В это время ни один её работник не имеет возможности отклониться от главного, хотя бы на минуту. Артснабженцы бегают, ездят, собирают данные, требуют, уговаривают, организуют подвоз всего, что требуют мгновения обстановки. Смотрят вперёд, как бы не проморгать, в чём-либо. Ведь допустим, бой с танками потребует кумулятивные и бронебойные снаряды, а уличный бой – ручные гранаты, они всегда должны быть под рукой, чтобы можно было осуществить манёвр и быструю их подачу туда, где они нужны. Не менее нас беспокоит и то, все ли вооружение будет безотказно работать. Через командира дивизии удалось заполучить от начальника тыла 15 автомашин для вывоза, отпущенных армией, боеприпасов. С колонной направился помощник начальника артснабжения дивизии Шевченко. Мне приказано находиться на командном пункте дивизии, следить за боевой обстановкой, за расходом боеприпасов и осуществлять оперативную связь со вторым эшелоном по всем вопросам службы артснабжения.
2 августа 1943 (понедельник) – день 772
Дивизия продолжает наступление. Сегодня занята высота 174,6 и 193,3. Уничтожено свыше 1.300 солдат и офицеров противника, подбито 7 танков, выведено из строя 5 артиллерийских и 3 миномётных батареи, уничтожено до 30 ручных станковых пулемётов. Рано утром прибыл на НП, для доклада командующему артиллерии. Майор Бондарь сидел за стереотрубой. Как я понял, ему явно было не до меня. После перегруппировки артиллерия ещё не закончила оборудование огневых позиций и привязку. Прильнув к окулярам стереотрубы, он, не отрываясь спросил, чем я его могу порадовать. В не далеке, в это время, разорвалось несколько снарядов. С бруствера посыпалась земля. Продолжая наблюдать за полем боя, Иван Калистратович поманил меня рукой, предоставил место за стереотрубой: – Взгляни вот туда, правее рощи и посчитай сколько надо снарядов, чтобы солидно пощекотать немцев, – шутя и дружески спросил он, – давай, как можно больше гаубичных и 120-миллиметровых мин. Да обязательно проверьте материальную часть артиллерии. Она должна быть в полной боевой готовности к исходу завтрашнего дня. 15 машин боеприпасов доставлено ночью.
3 августа 1943 (вторник) – день 773
Совинформбюро: под Ворошиловградом противник атаки прекратил. На Орловском направлении наши продвинулись на 6-10 км и заняли 50 населённых пунктов. В полночь докладываю майору Бондарю о прибытии боеприпасов и прошу его указаний о их эшелонировании. Его срочно позвали к телефону. Он долго говорит с комдивом. Я этим временем сел за стереотрубу. По переднему краю противника только что прошлась наша штурмовая авиация самолётов. Уже не видно, как дымится изрытая бомбами земля. Но вот в поле зрения возобновлённое движение противника и, как бы ничего не случилось, в окулярах побежали зелёные, жёлтые поля, берёзовые, дубовые рощицы, овраги, холмики, кучевые облака… Иван Калистратович мне посоветовал все вопросы, касающиеся распределения боеприпасов и установления порядка их эшелонирования, решить со штабом артиллерии. Со штабом артиллерии выработали оптимальный вариант эшелонирования боеприпасов. На огневых позициях содержать только подвижные запасы на тягачах, а при артподразделениях, участвующих в артподготовке, кроме того, всё потребное количество боеприпасов, выложенное на грунт. Определены и районы сосредоточения остальных запасов боеприпасов, которые можно оперативно подать к частям и подразделениям в ходе продвижения. Порядок эшелонирования боеприпасов доведён до частей и сообщён начальнику снабжения Лысенко.
4 августа 1943 (среда) – день 774
Все артснабженцы разошлись по частям. Я с Васей Сумским вышел в 1058-й АП. Части дивизии ведут бои за Дмитриевку. Слышен интенсивной огневой бой. Вот уже третий день идёт большой расход боеприпасов. Но к нашему удовлетворению, с артснабжением в ударной армии дело обстоит значительно лучше, так как гвардейские и ударные армии боеприпасами обеспечиваются в первую очередь. С появлением нас в полку, здесь начали строить догадки о предстоящей наступательной операции с мощной артподготовкой. Это мнение давно утвердилось в войсках, а сейчас оно усиливалось тем, что боеприпасы стали подаваться в больших количествах. И на этот раз, в частях, нам прямо говорили, что наше появление у них означает то, что через несколько дней дивизия перейдёт в решительное наступление. В этих случаях мы, как всегда, старались уходить от таких разговоров и вопросов, дабы не кривить душой и тем самым ущемлять достоинство и служебное положение задававших эти вопросы. С большим удовлетворением мы встретили весть об утверждении майора Бондаря в должности командующего артиллерией дивизии.
5 августа 1943 (четверг) – день 775
Дивизия продолжает вести бой за Дмитриевку. Артснабженцы не знают сегодня, какая работа на завтра будет важнее. Всё зависит от боевой обстановки. Наша работа неизменно связана с боевой обстановкой, с раскрытием всех её аспектов. Причём сведения о боевой обстановке должны носить не общий характер, а конкретное знание задач, которые предстоит выполнять частям и подразделения. Такие данные я ежедневно получаю от штаба артиллерии и оперативного отдела. Наношу обстановку на карту, сообразуясь с конкретной обстановкой. Уточняю и корректирую наши планы по обеспечению частей боеприпасами. Вот и сегодня, получая от штаба такие данные, я примостился у широкой двери землянки, выходившей в сторону русла реки. Я наносил на карту обстановку. Неожиданно появилась группа немецких самолётов и сбросила кассеты с гранатами, буквально засыпав ими расположение штаба. Срочно поступила команда, всему личному составу выйти на уничтожение разбросанных гранат. Возглавил эту работу начальника оперативного отдела. К исходу дня я выехал в артснабжение армии за получением нарядов на боеприпасы. С прибытием я обратился к подполковнику Печёному, как мне посоветовали его подчинённые. Но Печёный явно был не в духе. Он пробурчал себе, но что-то невнятное и, пожав мне руку, зашёл к себе в дом. Пришлось заночевать.
6 августа 1943 (пятница) – день 776
Совинформбюро: слушали приказ Верховного Главнокомандующего о том, что 5 августа войска Брянского фронта овладели городами Орёл и Белгород. В 24 часа 5 августа Москва салютует 12 артиллерийскими залпами из 120 орудий. Наступление на Брянском направлении продолжается. Войска севернее Белгорода перешли в наступление на Харьковском направлении, прорвав фронт 70 км и за 3 дня продвинулись на 60 км, освободив 150 населённых пунктов, в том числе город и железнодорожную станцию Золочёв. Дивизия ведет бои за овладение Дмитриевкой. Получив в артснабжении армии наряды на получение 45 тонн различных видов боеприпасов. Вместе с Лысенко направились к заму по тылу Тэпину по поводу выделения автотранспорта. Разговор Тэпина и Лысенко носил сухой и резкий характер. Нет ничего страшнее упорства закоренелого бюрократа. У Тепина в крови подавлять у людей инициативу, прибегая к грубому оскорблению. Предлагает вывести этот груз за 4-5 рейсов. Нас это не устраивает. Мы предлагаем ему организовать для вывоза транспорт частей, из расчёта вывоза не более как за 2 рейса. Я выехал в первый эшелон. Доложил командиру дивизии Полковнику Эхохину в кратких чертах всё то, о чём только что довелось узнать из разговора Лысенко с Тэпиным. Комдив приказал начальнику штаба вызвать к телефону Тэпина.
7 августа 1943 (суббота) – день 777
Совинформбюро: на Брянском и Харьковском направлениях наступление наших войск продолжается. Они продвинулись на 10-15 км, освободив свыше 670 населённых пунктов, в том числе город Гайворон. Сегодня мы изучали газетное сообщение Чрезвычайной Государственной Комиссии по установлению и расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков и их сообщников, и причинённого ими ущерба гражданам, колхозам, общественным организациям, государственным предприятиям и учреждениям СССР «О злодеяниях немецко-фашистских оккупантов в Ставропольском крае». Части 87-й СД в Дмитриевке ведут боевые действия. Комдив связался по телефону с Тэпиным лишь к 4:00. Разговор, как я заметил, полковник Эхохин вёл на повышенных тонах. – Товарищ Тэпин, поэтому бодливой корове Бог рогов не даёт, – ответил полковник Эхохин и продолжая там заключил, – мне с вами больше говорить не о чем. Выполняйте свои обязанности, как положено и примите меры к своевременному вывозу. Из этого разговора я понял, что Тэпин жаловался на Лысенко. Колонна автомашин во главе с начартснабом Лысенко выехала за боеприпасами в 9:00. Всего машин 20, а ведь оказывается, можно было выделить транспорт без вмешательства комдива. Я переживаю чувство глубокого огорчения, какого ещё никогда не переживал. Все мои представления о честности и справедливости сдвигаются к пропасти. А сколько подобных несправедливостей было за годы войны. Это теперь сливается в одно впечатление, эквивалентное показателям ограниченности ума.
8 августа 1943 (воскресенье) – день 778
Совинформбюро: наши войска продвинулись и освободили на Брянском направлении на 6-12 км и освободили 130 населённых пунктов, в том числе железнодорожную станцию Нарышкино; и на Харьковском направлении 10-15 км свыше 60 населённых пунктов, в том числе города Богодухов и Краснополье. Сегодня вечером я узнал радостную весть: приказом войсками фронта № 0636, подписанным генерал-полковником Толбухиным и Членом Военного Совета генерал-майором Кириченко, мне присвоено очередное воинское звание «капитан артиллерийско-технической службы». Этим же приказом присвоено звание капитана и второму помощнику начальника артснабжения дивизии Шевченко Ивану Терентьевичу. Возвратился во второй эшелон. Ожидаем прибытия колонны с боеприпасами. Пришла на встречу с Лысенко и Ася. Мы всегда рады её видеть. Сегодня она показалась мне пришельцем из мирной жизни, из жизни, где существует женская любовь и забота. Недаром воины говорят, что от сестринской ласки у бойца быстрее заживают раны. Невольно появляется надежда на выздоровление даже у тех, кого не может пощадить грозная гангрена. Много ли надо воину? Он бесконечно рад и обретает хорошее настроение – достаточно того, когда сестра поправит под ним подушку, принесет воды, поможет перевернуться на другой бок. Для нас же достаточно побалагурить с женщиной, обладающей острым языком, резкостью суждений и непримиримостью. Сегодня я задал вопрос Асе, о чём они говорили в первый вечер знакомства с Лысенко, когда остались одни. – Его вступительная тема, как и всех предшествующих на земле молодых людей, начиналась с погоды, – ответила Ася и долго-долго заразительно хохотала. Смеялись мы точно с прибытием Лысенко. Мы наспех отметили присвоение нам очередного воинского звания и уже капитаном и явился на доклад к командиру дивизии полковнику Эхохину и командующему артиллерией майору Бондарю. Они поздравили меня. Получена телеграмма об отпуске армией дополнительного количества боеприпасов. Срочно направляюсь во второй эшелон для организации их вывоза. Всего груз составляет 21 тонну. Я получил задание возглавить колонну в 10 автомашин и решить этот вопросов в артснабжении 5-й ударной армии. Ночь в пути.
9 августа 1943 (понедельник) – день 779
Совинформбюро: наши войска продвинулись на Брянском направлении на 6-12 км и на Харьковском направлении на 15-25 км. Освободили свыше 180 населённых пунктов, в том числе города Тростинец, Камышеваха и Рубежное. Получить боеприпасы удалось лишь во второй половине дня. В пути, на перегруженной дороге, нас застала бомбёжка. С огромной силой, на дороге и по обочинам, рвались авиабомбы различных калибров и строчили авиационные пулемёты. В ходу было всё то, что создано человеческим гением разрушения и уничтожения. После бомбёжки мы ещё долго не смогли двигаться. Посреди дороги догорал немецкий самолёт без крыльев. Это безжизненная масса препятствовала движению. Машины начали пробивать новый путь в объезд самолёта. Но вот уже скрылось солнце за горизонтом, наступили сумерки. Теперь можно смелее двигаться колонной, без опасения, что снова начнется бомбёжка. И всё-таки со всеми предосторожностями не удаётся организовать передвижение войск, подвоз грузов быстро, скрытно и с наименьшими потерями. Сегодня вечером поздравили начальника арт-снабжения 448-го ОИПТД Завидова с присвоением очередного воинское звание «капитан техслужбы».
10 августа 1943 (вторник) – день 780
Совинформбюро: войска Брянского и Харьковского направления продолжают продвижение. Освободили свыше 70 населенных пунктов, в том числе районные центры Хотынец, Липцы, Печенеги. Дивизия продолжает вести бой за овладение Дмитриевкой. С утра нахожусь в 1379-м СП, находящемся во втором эшелоне дивизии. Вновь прибывший, на должность командира полка, майор Халявицкий М.М. проводит смотр полка. Мне почему-то подумалось, не слишком ли в этом большая формальность? Об этом я высказался при офицерах, стоящих со мной рядом. Но тут же в разговор вмешался заместитель начальника политотдела майор Клипачёв В.Т.: – Это прежде всего характеристика командиру полка, – обращаясь ко мне, сказал Виктор Тимофеевич, – это прежде всего означает, что командир полка не боится заглянуть людям в глаза и увидеть, чем они живут, что думают, как они подготовлены к выполнению задачи. Нельзя не согласиться. Артснабженцы и мастера на смотре получили возможность более тщательно осмотреть оружие и боеприпасы, подремонтировать неисправное.
11 августа 1943 (среда) – день 781
Совинформбюро: на Брянском и Харьковском направлениях войска продвигаются. Освободили 120 населённых пунктов, в том числе города Атырка, Краснокутск и райцентр Сосково. Дивизия ведёт непрерывные бои, расходуя большое количество боеприпасов. Артснабженцы дивизии эти дни постоянно курсируют на маршрутах: дивизии-армия и дивизия-полк, обеспечивая всем необходимым боевые действия. Вечером у начальника тыла дивизии Тэпина состоялся банкет, по случаю присвоения ему очередного воинское звание майор интендантской службы. На банкете присутствовали все начальники отделов и служб тыла, начальник политотдела полковник Антонов. В полночь, на КП дивизии, где я находился, стало известно, что банкет был прерван на самом интересном месте. Когда у присутствующих развязались языки, начались задушевные разговоры, объяснения в уважительных чувствах друг к другу, в печной трубе дома, где происходило торжество, засвистели ракеты. Такие же ракеты фейерверком рассыпались вокруг дома, создавая впечатление падающих авиационных бомб. В недалеке послышалось несколько разрывов ручных гранат. Очевидцы рассказывают, что через несколько минут гости разбежались кто куда. Шутника так и не установили, да и до того ли было гостям, и тем более, устроителям торжества.
12 августа 1943 (четверг) – день 782
Совинформбюро: на Брянском и Харьковском направлениях освобождено 120 населённых пунктов, в том числе города Дмитровск-Орлов, Чугуев, и райцентр Котельва. По заданию командующего артиллерией весь день находился в 1378-м СП, проверял готовность артиллерии и боеприпасов, а заодно и побывал в артмастерской полка. Узнал о недавно случившейся неприятности в полку. Случай такой: оружейный мастер рядовой Прохоров получил ранение в кисть левой руки. Он тут же подвергся медицинскому обследованию на предмет установления, нет ли в этом умышленного действия, чтобы отправиться в тыл. Но медицинская экспертиза сразу же отмела все сомнения. И всё-таки, следователь прокуратуры настойчиво проводил расследование. А случилось это так: мастер Прохоров, будучи на переднем крае, ремонтировал пулемёт. После ремонта он выставил его на бруствер и стал проверять его стрельбой. Но произошла задержка. Мастер вытянул левую руку, чтобы ударить по магазину, и в это время, его кисть прошила пуля немецкого снайпера. Несмотря на то, что как рука, так и вражеская пуля двигались каждый своим путём. Но эти пути скрестились. Мне довелось побеседовать с командиром полка майором Быковым. Георгий Фёдорович очень лестно отозвался о работе артснабженцев: – Техники и мастера – это большие труженики, рискуют в несколько раз больше, переползая от окопа к окопу, чем любой из бойцов, сидевших в укрытии во время обороны, – сказал он.
13 августа 1943 (пятница) – день 783
Совинформбюро: на Брянском и Харьковском направлениях освобождено свыше 90 населённых пунктов, в том числе р.ц. Шабалыкино и Дергачи. Началось наступление из районов северо-западней и юго-восточнее Спас-Деменска, прорвана оборона по фронту 15 км и продвинулись на 17 км. За 3 дня освобождено свыше 100 населённых пунктов, в том числе город Спас-Деменск. Сегодня сделали анализ расхода боеприпасов частями дивизии за прошедшую неделю. В среднем суточный расход боеприпасов составляет 15-18 трёхтонных автомашин. Такое же количество ежедневно вывозится с армейских складов. Сегодня от матери получил письмо. Писалось оно и матерью и сестрой. Читая и перечитывая письмо, я в душе понимаю, как трудно матери приходится справляться с непосильной для неё работой и дома, и в колхозе. Видимо это и помогает ей на минутку забыться от никогда не затихавшей тоски о сыне, об опасностях, которым он подвергается на войне. Сестра кроме всего прочего сообщает, что в Туле завелась всякая нечисть, мешавшая жить: спекулянты, с воспалёнными от алкоголя глазами, бандиты, жулики всех мастей. И тут же, где-то в глубине мозга, ещё светла была мысль о том, как рано утром, бывало, уходил удить рыбу. Для ловли выбирали самые обрывистые берега, заросшие кустарником, тихие омуты, где цвели кувшинки, и в тёплой воде стояли краснопёрки, голавли, шеклеи… Ни спекулянтов, ни бандитов, ни воров не было в наших местах. Порождены они войной. Всем этим я поделился с товарищами. Зашёл вопрос о Мичуринске. Кто-то в шутку сказал: – Ну и что хорошего в Мичуринске, подумаешь Мичурин? – Мичуринск, не променяю ни на какой город, и не только потому, что там моя родина моих дедов и родителей, что это родина моего детства и отрочество и Родина знаменитых на весь мир селекционера Мичурина, выдающегося мастера советской живописи художника Герасимова. Этот старый русский уездный городок центральной полосы нашей страны, вобрал в себя наилучшие и характерные для всей России устои, привычки, черты характера, уроки трудового братства. – А что нарисовал ваш Герасимов? – спросили меня. – Во-первых, он запечатлел старый Козлов, с его покосившимися домиками, трактирами, непролазной грязью. Он создал бюст Карла Маркса, портреты основоположников научного коммунизма. Нарисовал портреты Мичурина и Ворошилова. Его кисти принадлежит картина «Голосуют за колхоз», ряд образов своих земляков, первых колхозников Тамбовщины. Может быть им и ещё что-нибудь создано. Будничного времени человек мало уделяет внимания тому, что его окружает. Человек всегда стремится познать великолепные новизны, в первую очередь, за пределами своего жилья. Здесь-то – Ну я всегда успею. Мичуринец, как правило, плохо знает Мичуринск, Ростовчанин – Ростов. Зато много больше знает о шедеврах других мест.
14 августа 1943 (суббота) – день 784
Совинформбюро: Наступление наших войск на Брянском, Харьковском направлении и из района Спас-Деменска продолжается. 87-я СД по-прежнему имеет ту же боевую задачу, ведёт огневой бой. Сегодня, совершенно случайно, встретил санинструктора сержанта Левонова Алексея, земляка из села Стаево. Он по болезни направляется в тыл страны. Я передал с ним 12 блокнотов с фронтовыми записками, которые он должен передать моей матери. Хотя они написаны в сутолоке боевой обстановки и с зашифрованными записями, которые раскрыть доступно только мне. Может быть, когда-нибудь придётся. По заданию командующего артиллерией проверял готовность артиллерии в 1058-м артполку. В ходе проверки выявлен ряд серьёзных недочётов. Устранение их организовано в ходе проверки. Вечером смотрел выступление дивизионного клуба. Каждый из нас уже не один раз слушал их выступление, но всё снова и снова, слушая простые и доходчивые слова фронтовых песен, узнаёшь в них свою судьбу, вспоминаешь и детство, и родных, и солнце, и простое, незамысловатое детское счастье. Теперь, всё больше и больше, каждый из нас понимает, ради чего мы здесь, на фронте, терпим определённые лишения и опасности. С Марией Коваленко встретиться не удалось
15 августа 1943 (воскресенье) – день 785
Совинформбюро: на Брянском направлении освобождён город Карачев. Дивизия по-прежнему ведет огневой бой. Завершилась реорганизация первичных партийных и комсомольских организаций. Вместо полковых, по решению ЦК ВКП(б), созданы первичные организации в батальонах и спецподразделениях. Они имеют целью приблизить партийное и комсомольское руководство непосредственно широким массам воинов, повысить уровень внутри партийной и политико-воспитательной работы. По разрешению политотдела присутствовал на партсобрании управления дивизии. Мне дали слово. Выступил я по самому наболевшему для артснабженцев вопросу – это о средствах подвоза боеприпасов, после выступления зам по тылу товарища Тэпина. Выступая на партсобрании, я сказал: – Мы от начальника тыла постоянно слышим, что транспорт в дивизии находится в хорошем техническом состоянии и, в основном, справляется с перевозками грузов. На самом же дело обстоит не совсем так. Мы живём только за счёт транспорта частей и арттягачей. В автороте же дивизии ремонтные работы организованы из ряда вон плохо. Мы этим отвлекаем транспорт частей, нарушаем и их работу. Выступая, я почему-то подумал, что не найду в этом единомышленников. Однако меня поддержал в своих выступлениях комдив полковник Эхохин и замкомдива полковник Иванов.
16 августа 1943 (понедельник) – день 786
Совинформбюро: на Брянском направлении освобождён город Жиздра, на Харьковском направлении отбивают контратаки из Спас-Деменска. Продвинулись на 8-12 км. Дивизия ведёт огневой бой, занимается боевой подготовкой. Был на докладе у командующего артиллерией Бондаря. Ему присвоено очередное воинское звание «подполковник». Все мы рады за него. Он всё больше мне нравится своей простотой обращения и смелыми действиями. Видно, и я ему пришёлся по душе, так как он полностью доверяет мне и моим докладам. Он всегда с интересом выслушивает мои доклады. Ездили с ним в артполк. По дороге наблюдали интересный случай – в воздушном бою сбит немецкий самолёт. К месту его приземления побежало несколько шоферов, оставив свои машины. Вот парашютист, сбросив себя парашют, стал убегать к лесу. Но наш боец нагнал его. Начался поединок. Поединок быстро закончился победой нашего солдата. Минуту-две мы оба молчали, потом волна безудержной радости захлестнула нас, когда мы увидели, как за шиворот боец тащит немца.
17 августа 1943 (вторник) – день 787
Совинформбюро: на Брянском направлении освобождено свыше 60 населенных пунктов. На Харьковском направлении отбивают контратаки из района Спас-Деменска. Приостановлено продвижение, улучшают свои позиции. 87-я СД ведет огневой бой. Будучи на докладе у командира дивизии, стал свидетелем, как комдив полковник Эхохин отчитывал начальника разведки дивизии майора Шишканова Петра Петровича, за неудачно разведку: – Пошли за шерстью, а вернулись стриженными, – допекал он его за потери разведчиков. Ездил на армейский склад 5-й УА, за боеприпасами. Привёз 12 автомашин. Доставили сразу же на огневые позиции батарей. В пути мы проезжали небольшое озеро, видимо пруд. Пока заливали воду в радиаторы, я наблюдал, как наше присутствие обеспокоило бедных чаек. Для них мы явились незваными гостями, но на нас не нападают, не пикируют, как это они делают с другим противником, побеспокоившими их. Они как бы понимают, что нас обратить в бегство им всё равно не удастся. Вот я впервые, почти совсем рядом, увидел озёрную чайку с её ярко красивыми лапами.
18 августа 1943 (среда) – день 788
Совинформбюро: наши войска на Брянском и Харьковском направлениях освободили свыше 90 населенных пунктов, в том числе город Змиев. 87-я СД приводит себя в порядок, улучшаются рубежи обороны, производится помывка личного состава, приводится порядок вооружение. Все артснабженцы дивизии и частей, за исключением капитана Шевченко, работают в подразделениях, выполняют свою нелегкую работу. Лишь один Шевченко остается с писарем на месте. Ему не по силу такая работа, как оказание частям помощи. Он технически безграмотен. Об этом знают в каждом полку. Поэтому не может принести никакой пользы, а хуже того, что-либо напутать. Начальник артснабжения дивизии Лысенко уже и не спрашивает с него так, как спрашивает остальных. Видимо еще имеет значение и то, что Шевченко перед начальником импонируют изысканностью манер, милой открытой улыбкой, и трогательной преданностью. Мне всё время, почему-то, черты лица Шевченко, и особенно торчащие скулы, напоминают предков воинов Батыя. Ему кстати подошла бы их роль – хозяев степных просторов Азии, скакавших на небольших лошадках, в поисках земель чужих богатств и счастья.
19 августа 1943 (четверг) – день 789
Совинформбюро: наши войска на Брянском и Харьковском направлении освободили свыше 50 населённых пунктов. Части дивизии продолжают приводиться в порядок. На боевом посту смертью храбрых, погиб в бою под Дмитриевкой, командир 87-й СД полковник Эхохин Михаил Сергеевич. Осколок мины оборвал жизнь этого замечательного человека и воина. В этот роковой день он был также бодр и жизнерадостен. Воины дивизии скорбят от трагической гибели любимого комдива, требовательного к себе и подчинённым. В нём сочетались высокие познания военного дела, организаторские способности и добросердечность. Он был исключительно внимателен к работе службы артиллерийского снабжения, не только требовал от неё хорошей работы, но и постоянно помогал ей, в том числе и советами. Михаил Сергеевич навсегда останется в сердцах тех, кому пришлось работать и воевать с этим замечательным человеком. Погиб командир 1379-го полка Панин, пропал без вести командир 1382-го подполковник Кочебин.
20 августа 1943 (пятница) – день 790
Совинформбюро: наши войска на Харьковском направлении продвинулись на 5-10 км и освободили свыше 20 населенных пунктов. Части дивизии заканчивают приводиться в порядок. Сегодня мы с радостью встретили весть о присвоении начартснабу Лысенко очередного воинского звания «инженер-капитана», а то я, например, как помощник его, себя чувствовал не совсем хорошо, имея более высокое звание, чем он. Теперь все выровнялось. Шевченко организовал сегодня торжество по данному случаю. Вот здесь у него получаются, как нельзя лучше. Появилась и водка, и вино, и неплохие закуски. На торжестве присутствовала и Ася Морозова. Безусловно, всё наше внимание приковано больше к ней, чем к виновнику торжества. Она за последнее время немного раздобрела. В глазах её появился блеск. Она всё больше обращается в красавицу. Она выигрывает среди других, своей непосредственной простотой и образом фронтовой жизни. Теперь мы уже знаем о ней больше. Она скромная, глубоко преданная Лысенко, верившая в его человечность. Жизнь она соединила с ним не зная, что такое артснабженец. Она, конечно, знает, что соединила свою судьбу с человеком непростого и покладистого характера. Сама она хлопотливая, с постоянным внутренним огоньком, болеет больше за других. Видимо это и отличает её от остальных. Она замечательная хирургическая сестра. А внешность её ладная, стройная. Она пребывает с вечной улыбкой на лице, с чёрными ворсинками бровей над угольными глазами. После двух-трех часов нашего торжества инженер-капитана Лысенко вызвали к командующему артиллерией. Я выехал с ним вместе. Сразу же после доклада, Иван Калистратович посоветовал Лысенко пойти и отдохнуть. В это время, в штабе артиллерии, находился младшей техник лейтенант, вновь прибывший на должность оружейного техника. Я с ним стал беседовать, а Лысенко направился во второй эшелон. Началась бомбежка. Осколком бомбы тут же смертельно был ранен в голову прибывший офицер, а у меня в руках осталось его предписание. Это был младший техник лейтенант Николаев Иван Алексеевич, только что, закончивший курсы. Это ещё совсем юный человек, с ясными и чистыми глазами, прямо смотревшими на окружающие его мир. Горящий мечтатель принести большую пользу в службе арснабжения. Но судьба не удостоила его осуществить свою мечту.
21 августа 1943 (суббота) – день 791
Совинформбюро: в Донбассе, юго-западнее Ворошиловграда, наши войска вели успешные бои местного значения. 87-я СД вошла в состав 55-го стрелкового корпуса, перешла в наступление и заняла села Герасимовка, Ново-Николаевка. После ночного похода по артподразделениям, перед началом артподготовки, мы собрались на наблюдательном пункте, чтобы доложить командующему артиллерией. Здесь же, на НП, находился вновь вступивший в должность командира дивизии подполковник Иванов Георгий Степанович. Он ещё совсем молод, ему всего 23 года. До этого мы его знали, как заместителя комдива. Это авторитетный, доброжелательный человек с жизнеутверждающим характером. Вид у него цветущий. Он решительный и храбрый. Начало артподготовки в 5:00. Готовимся к ней долго и тщательно. Матчасть артиллерии подвергалась тщательному осмотру и ремонту. Подготовлены боеприпасы. Пристрелены цели… Несмотря на то, что в эту подготовку каждый артснабженец вложил неимоверное количество сил, умения, творчества, и всё же, ожидая начала артподготовки, чувствуется какая-то внутренняя неудовлетворённость. Особенно, находясь на НП, ты кажешься теперь пассивным наблюдателем этого грандиозного зрелища – артподготовки. Хотя за время подготовки было затрачено колоссальное нервное напряжение, в течение многих дней и ночей, для того чтобы израсходовать все накопленные запасы за считанные минуты. Артиллерийская подготовка прошла удачно. Пехоте был расчищен путь для успешного наступления. На лицах командования дивизии можно было читать удовлетворённость тем, что не пропали их больше труды по организации наступательной операции. Части дивизия овладели оборонительным участком противника на всю его глубину. К исходу дня артснабжение дивизии доставило с полевого армейского склада 18 автомашин мин и артвыстрелов, пополнив части до норм подвижных запасов.
22 августа 1943 (воскресенье) – день 792
Совинформбюро: войска на Харьковском направлении продвинулись на 4-6 км и освободили 30 населённых пунктов. 87-я СД, продолжая наступление, заняла …. С продвижением частей усложняются и вопросы обеспечения боеприпасами. Напряжение в работе службы артснабжения нарастает с каждым часом. Усложняется тем, что ухудшается связь с частями. К телефону не подступиться – они заняты штабами. Для нас остаётся только личное общение с подразделениями и с дивизией. Теперь мы стараемся создавать больше запасы на дивизионном артиллерийском складе с тем, чтобы можно было по первому требованию частей отпускать им необходимое количество боеприпасов. Мне поручено находиться с командующим артиллерией. Обязанности прежние: координация всех вопросов, касающихся артиллерийского снабжения, осуществление связи с частями и со вторым эшелоном дивизии.
23 августа 1943 (понедельник) – день 793
Совинформбюро: освобождён город Харьков. Юго-западнее Ворошиловграда, за 3 дня боёв, наши войска продвинулись на 30-35 км и заняли 30 населённых пунктов, в том числе станцию Донецко-Абросимовку. 87-я СД продолжает наступление. Заняла Передриево. Невольно вспоминаются первые годы войны и, вместе с ними, те неудачи, которые являлись зачастую причиной отсутствия опытных командиров. Когда всюду чувствовались довоенные следы, оставленные «ежовой рукавицей». Теперь командный состав обрёл опыт, и выявились лица, способные организовывать бой, осуществлять смелые, умные и грамотные решения. В освобождённом населённом пункте мы снова увидели то, о чём трудно передать. Всё это плоды войны, со всеми её последствиями, высшей мерзостью, которую придумало само же человечество, сами же люди и расплачиваются за это. Но мы все видим как от все больше страдает фауна и флора. Человек никак не хочет ограничить себя от войны. Он постоянно ожесточает её формы ведения: от кулачного боя, до применения средств массового уничтожения. Проклятый гитлеризм со своим фюрером, тебя клянут дети освобождённого села, которых ты навеки оставил без родителей и их ласки.
24 августа 1943 (вторник) – день 794
87-я СД продолжает наступление. Заняли Никифоров и Ново-Павловск. Сегодня из рейса вернулось, из 12 автомашин, 7. Остальные сгорели в пути от бомбёжки самолётами противника. В армию снова отправили 9 автомашин, чтобы подвести гаубичных и дивизионных артвыстрелов. Нас всех сейчас радует то, что теперь уже никто не может сказать, что русские воюют только одним энтузиазмом, а немцы техникой. Наша техника и вооружение не уступает ни качеством, ни количеством. А энтузиазм не только остался прежним, но и значительно возрос. Противник изыскивает новые силы. Он будет биться до последнего издыхания, ибо ему уже сейчас ясно, какими жестокими слезами потребуется оплакивать позор побеждённого. В 1058-м АП, с появлением 76-мм орудий ЗИС-3 (образца 1942 года), можно слышать всё больше нареканий по поводу громоздкости, состоящих у них на вооружении, 76-мм дивизионных пушек (образца 1939 года) УСВ. Артиллеристы постоянно задают вопросы, когда заменят эти тяжёлые орудия на ЗИС-3. Вот таких возможностей пока не было. Промышленность не обеспечивает, чтобы допустить такую роскошь.
25 августа 1943 (среда) – день 795
Части 87-й СД продолжают наступление. Освободили шахты №№ 22, 15, 16, и 37. Вчера артиллеристы обратились к командующему артиллерией дивизии подполковнику Бондарю с жалобой, что многие орудия УСВ часто выходят из строя и не обеспечивают выполнение боевой задачи. Чуть ли не все требуют среднего ремонта. Мне приказано срочно разобраться с этими вопросами. С утра до вечера тщательно осматриваю все орудия. Неисправностей, требующих среднего ремонта не обнаружено. Орудия вполне боеспособные, имеют место лишь неисправности, требующие войскового ремонта силами полковой артиллерийской мастерской. Мне стало предельно ясно, что цель их жалобы – навсегда избавиться от этих орудий и получить современные лёгкие 76-мм орудия ЗИС-3. После проверки и обстоятельного доклада, я попросил командующего артиллерии провести разъяснительную работу в полку и сделать им соответствующее внушение. Иван Калистратович тут же позвонил командиру полка майору Цебенко и потребовал от него прекратить все разговоры с полку в отношении 76-мм пушек УСВ образца 1939 года. – Будете воевать тем, что вам дали и что имеет армия, – заключил он свою «разъяснительную работу».
26 августа 1943 (четверг) – день 796
Совинформбюро: наши войска западнее Харькова продолжают продвигаться. Части 87-й СД продолжают наступление. Заняли Коренной и Софьино-Бродское. С артполка привезли два 76-мм орудия УСВ. Одно из них с пулевой пробоиной, а второе с разрывом ствола с дульной части. Приказом по дивизии срочно создана комиссия для расследования причин выхода из строя орудий. В состав комиссии вошли инструктор политотдела капитан Трусенёв Н.И., я и инженер-капитан Лысенко. Технический осмотр орудий показал, что ствол разорван в результате разрыва снаряда в дульной части. Причиной могло быть наличие постороннего предмета в дульной части ствола при выстреле или же, преждевременное срабатывание взрывателя. Второе орудие вышло из строя по причине пробоины в противооткатных устройствах. В разрыве противооткатных устройств нами, в цилиндре, обнаружен сердечник от бронебойной винтовочной пули. С различных расстояний произвели несколько выстрелов из винтовки патроном с бронебойной пулей. Подобную пробойному получили лишь расстояние 30 м. Материалы расследования и технической экспертизы направили в прокуратуру дивизии и в артснабжение армии.
27 августа 1943 (пятница) – день 797
Совинформбюро: райцентр Котельва несколько раз переходил из рук в руки, снова взят. На Брянском направлении занят город Севск. Части 87-й СД продолжают наступление. Заняли Новый Донбасс и Весёлое. Нахожусь на командном пункте части. С боями заняли населённые пункты. Потребовалось большое количество ручных гранат. Руководствуясь имеющимся опытом, сразу же, с начала наступления, мы предусмотрительно подали в стрелковые полки до двух боекомплектов ручных гранат. Наши беспокойство оправдало себя. Однако не обошлось и без курьёза: первый стрелковый батальон 1379-го СП не справился с поставленной задачей по взятию населённого пункта, мотивируя это неудачу отсутствием ручных гранат и отсутствием артиллерийской поддержки. Сегодня же мы с помначштаба артиллерии капитаном Василием Сумским, по заданию подполковника Бондаря, побывали в этом батальоне и полку. Проверка установила, что гранат в батальоне и в полку было предостаточно. Что касается поддержки артиллерии, то выяснилось, что в этом и не было необходимости.
28 августа 1943 (суббота) – день 798
Совинформбюро: в Донбассе, в районе юго-западнее Ворошиловграда, и западнее и южнее Харькова и Брянска, наши войска продолжают наступление. Части 87-й СД продолжают продвигаться. Заняли Андреевку. Доставил 10 автомашин артвыстрелов и мин. Оставленные дивизией боеприпасы на прежнем месте дислокации дивизионного артклада, не вывозятся. Зам по тылу упорствует. Сегодня я выступил на партсобрании парторганизации тыла дивизии с критикой замком командира дивизии по тылу Тэпина В.П. В составе парторганизации тыла, за исключением меня артснабженца, все непосредственные подчинённые начальнику тыла. После моего выступления обрушился ливневый поток брани, обвиняя меня в необъективности суждения, что мол, автотранспорт всем службам тыла выделяется всегда, если не выделяется артснабженцам, то только по их вине. Они никогда не знают, что и сколько им надо вывозить, куда вывозить и тому подобное. Чего только нагородили. После такого собрания, у меня снова возникла мысль покончить со службой артснабжения. Я уже убедился, она не находит поддержки в некоторых частях, её работников ругают и в том случае, когда они совершенно невиновны и хуже того, когда они применили максимум усилий, чтобы преодолеть на их пути определенные препятствия и трудности. Спрашивают за конечные результаты: почему нет боеприпасов, почему отказало в стрельбе вооружение, и совершенно никого не интересует, какими усилиями, в итоге, обеспечивались все проводимые мероприятия, операции, необходимые огневыми средствами.
29 августа 1943 (воскресенье) – день 799
Совинформбюро: на Харьковском направлении, южнее Брянска и юго-западнее Ворошиловграда наши войска успешно продвигаются. Освобождено свыше 90 населённых пунктов, в том числе железнодорожный узел Люботин. 87-я СД, продолжая наступление, освободила Грибовку. Задача овладеть Герасимовкой, Курган Грушевка, Пересей, Зрубна. Мне ежедневно приходится преодолевать большие расстояния, как правило, на моей совести лежит обязанность взаимодействия с командованием дивизий, со вторым эшелоном и артснабженцем армии. Я не чувствую, что мне тяжело. Считаю, что так и нужно. Прекрасно понимаю и чаще возмущаюсь, что для второго помощника всё сходит с рук. На него не делают ставку, ибо знают, что он слепой исполнитель воли начальника. Он и не унывает, больше полагаясь на «авось кривая вывезет». Поднимаясь по служебной лестнице, не скрою, что я по-прежнему ощущаю ту внутреннюю удовлетворённость и, ей же вызванной, бодрость. Я постоянно ищу решения: как лучше приступить, выполнить свой служебный долг. На данной ступени стараюсь найти свою линию поведения, планы на будущее, найти наиболее целесообразные методы работы. И отчётливо понимаю, что руководство любым делом на войне сплетается из преодоления множества трудностей и трений. Каждый начальник или исполнитель обязан уметь вдохнуть веру в то дело, которым ты занят сам и твои товарищи. И совершенно не обязательно чтобы осуществляли за тобой контроль или будет ли оценён твой труд. Я удручён услышанным мною, от подчинённого рядового, бойца Пивоварова Лёши. В доверительной беседе он мне рассказал многое о себе и несколько замечаний по поводу отношения подчинённых ко мне. – Многие ребята боятся вас, – сказал мне Лёша, – они боятся вашего сурового взгляда, нахмуренных бровей. Я им уже много рассказывал о том, что действительно нелегко разглядеть за Вашим суровым взглядом большое, честное и полной любви к людям, сердце. Может быть действительно, моё суровое детство наложило отпечаток на мой внешний облик, мою эмоциональность. А как это поправить? Ведь в моём характере сделать всё, чтобы не повторить ошибок. А как сделать, чтобы меня видели таким, какой я есть в действительности?
30 августа 1943 (понедельник) – день 800
Совинформбюро: войска Южного фронта разгромили Таганрогскую группировку и 30 августа овладели городом Таганрог и 105 населенными пунктами. Ростовская область полностью освобождена. Южнее Брянска, юго-западнее и западнее Харькова наступление продолжается. 87-я СД продолжает наступление. Освободила Рассыпной. И вообще, войска, действовавшие в Донбассе, изо дня в день, набирают темпы наступления. Передовые отряды соединений буквально взламывают, заранее подготовленную немцами, оборону. Продвигаются дальше они, а вслед за ними, устремляются войска, закрепляя и расширяя фронт изгнания врага. Темп наступления высокий, противник не выдерживает его, оставляет свои позиции и технику. Нам, артснабженцам, приходится зорко следить за обеспеченностью боеприпасами и своевременно реагировать на восполнение израсходованного.
31 августа 1943 (вторник) – день 801
Совинформбюро: наши войска овладели городами Ельня, Глухов, Рыльск. Войска Южного фронта заканчивали ликвидацию окруженных частей в районе Таганрога. 87-я СД в наступлении. Задачи дивизии – быть в готовности нанесения удара в направлении Софьино-Бродское, Ново-Павловск. Сегодня на командном пункте состоялся разговор с замкомандира по тылу майором интендантской службы Тэпиным: – Вы, артснабженцы, обязаны повиноваться начальнику тыла, – заявил мне Валентин Пантелеймонович, и продолжая, сказал, – у вас основной начальник – это я, а не командующий артиллерией. – Если это для пользы дела, то мы согласны подчиняться кому угодно, – отвечаю ему, – но ваши высказывания чем-то напоминает «вассализм» средних веков, существовавший в Западной Европе. – Вы артснабженцы – демагоги, всегда что-нибудь придумаете, а мне заглядывать в середину века некогда, – парирует майор Тэпин. – Это когда феодал получал от другого сеньора надел земли, то первый должен был нести определённые повинности, в том числе и воинскую службу, – поясняю ему, – ведь это мы с Вами изучали в школе десятилетке. Присутствующий здесь же подполковник Бондарь рассмеялся и на этом наш диалог был закончен.
1 сентября 1943 (среда) – день 802
Совинформбюро: войска Южного фронта освободили Красный Луч, Снежная и станцию Штеровку; на Смоленском направлении город Дорогобуж; на Брянском город Комаричи. 87-я СД в наступлении, освободила Греко-Тимофеевку. Я в пути в артснабжение армии. Срочно нужны боеприпасы к дивизионной артиллерии. Тороплюсь. На степную равнину опустилась ночь. Тороплю водителя, надо успеть к утру восполнить расход боеприпасов в артполку. Имею задание доставить выстрелы любыми возможными и невозможными средствами. Весь автотранспорт, в том числе и наша машина, движется без включенных фар. Где-то в нескольких километрах от второго эшелона армии, мы терпим аварию. Машина врезалась на полном ходу в бензовоз. Погибли три человека, в том числе и шофёр машины, с которой я следовал. Бензовоз загорелся. Позднее сгорела и наша машина. Оставив место происшествия, я попутной машиной направился к месту моего назначения. В артснабжение прибыл ночью. Сегодня впервые мне удалось заполучить автотранспорт с армейского автобатальона, 12 автомашин. В 4:00 загрузились необходимыми боеприпасами и направились в дивизию. На пути подобрал тело погибшего водителя, чтобы доставить в автотранспортную роту дивизии. Сегодня в штабе артиллерии меня ознакомили с реляцией, написанной на инженер-капитана Лысенко, о представлении его к Ордену Отечественной войны второй степени. Реляция написана 29 августа 1943 года и подписана подполковником Бондарем. Вот что в ней написано: «Во время работы показал себя инициативным, образцовым командиром. В боях показал себя смелым и решительным начальником. Организовал бесперебойную и своевременную доставку боеприпасов непосредственно на огневые позиции батареи. Инициативно относится к сбору трофейного вооружения, руководит лично сам, под непосредственным огнём противника, командами по сбору вооружения. В результате чего, командами собрано артвооружения: 76-мм дивизионных пушек – 1, 76-мм полковых пушек – 4, 120-мм миномётов – 1, 82-мм миномётов – 2, 45-мм пушек – 3, 75-мм пушка – 6, 81-мм миномет – 9, пулеметов – 53, винтовок – 230. Все собранное вооружение было отремонтировано силами дивизионной мастерской и обращено на пополнение частей 87-й СД.
2 сентября 1943 (четверг) – день 803
Совинформбюро: войска Воронежского фронта освободили город Сумы, Брянского фронта – город Королевич, в Донбассе освобождены города Лисичанск, Ворошиловск, Чистяково, Новый Донбасс, районный центр Славяносербск и населённые пункты: Нижнее, Черкасское, Родаково, Петрово Красноселье, Красный Кут, и на побережье Азовского моря – город Будённовск. 87-я СД в наступлении, освободила Никитино. Задание командующего артиллерии дивизии, а вернее свой служебный долг, выполнил в срок. Начавшееся расследование работниками прокуратуры о потере машины и водителя меня меньше всего волнуют. Однако, майор интендантской службы Тэпин настаивает на привлечении меня к ответственности, как основного виновника. Он как бы хотел, хотя бы на некоторое время, побыть командиром соединения, чтобы восстановить справедливость в отношениях со службой артснабжения. А может быть это простая прихоть артснабженцев – быть везде первыми и сбросить себя «во-вторых», как это сложилось в жизни войск. Я верю – правда восторжествует, но на это потребуется годы. И это пройдёт тогда, когда высокий уровень развития техники окончательно отвергнет строевых командиров и когда они поймут, что без инженерно-технических работников они никто. Перспектива в этом может усматриваться только в рекультивации почвы, в росте технической базы вооружения и техники.
3 сентября 1943 (пятница) – день 804
Совинформбюро: освобождены на Донбассе – город Пролетарск, Верхняя, Попасная, Первомайск, Ирмино, Кадиевка, Парижская Коммуна, Зугрэс; населённые пункты Калиново, Криворожье, Брянский, Лозовая, Павловка, Алексеевка, Орловка и железнодорожные станции Камышеваха, Мануйловка, Зуевка; на Конотопском направлении город Шостка; На Воронежском: город Глухов, Путивль, Белополье, Ворожба. 87-я СД в наступлении. Взяты Ольховатка и Убежище. Повсюду виден зловещий почерк фашистов: изуродованные трупы людей-скелетов, обтянутых кожей, только что освобождённых из лагерей, испуганные и заплаканные дети, вылезавшие из подвалов. Служба артснабжения работает как по графику, особых отклонений от установленных канонов нет.
4 сентября 1943 (суббота) – день 805
Совинформбюро: освобождены на Донбассе: Дебальцево, Енакиево, Горловка, Никитовка, Иловайск, Калининск и населенные пункты Серебрянка, Резниковка, Троицкое, Луганская, Хацапетовка, Ольховатка, железнодорожная станция Соль, Пшеничная, Натальевка, Алмазная, Баржановка. Полностью освобождена Ворошиловградская область. На Конотопском направлении освобождён город Короп. Наступление юго-западнее Харькова, южнее Брянска и на Смоленском направлении продолжается. 87-я дивизия в наступлении, заняла Еленовку, и к 6:00 достигла Софьино-Раевка. В дивизию поступила телефонограмма о срочно в моём откомандировании в распоряжении отдела кадров корпуса. Кадровики дивизии подсказали, что кроме меня, вызывают ещё несколько офицеров, большинство которых с фамилиями, оканчивающимися на «ий». Предположительно, вывод связан с назначением для дальнейшего прохождения службы в польских частях, формируемых на нашей территории. Сказать, что это печалит или радует меня, не могу. Мне тяжело оставлять друзей и товарищей, с которыми я сжился в трудные дни военной обстановки. Откровенно я полюбил дивизию, её боевые дела и её личный состав. Считаю, что это дивизия заслуживает достойного места среди фронтовых соединений. Пока я размышлял над предстоящей разлукой, в дивизию поступил приказ о выводе дивизии из боя и передачи её в Резерв Фронта. Об этом мне сообщил командующий артиллерии дивизии подполковник Бондарь. Он же мне сообщил, что с завтрашнего дня мы выходим из подчинения корпуса, а поэтому я могу не являться по их вызову.
5 сентября 1943 (воскресенье) – день 806
Совинформбюро: на Донбассе освобождены города Артёмовск, Дзержинск, Комсомольск, Мослино. Наступление продолжается на Брянском, Конотопском, Харьковском и Смоленском направлении. 87-я СД, согласно распоряжения штаба Южного фронта, в виду малочисленности личного состава, выведена из боя в Резерв Фронта и получила приказ на совершение марша в направлении к Ворошиловграду. Об этом нас официально уведомил помощник начальника штаба дивизии. Я уже много слышал о помощнике начальника оперативного отдела дивизии майоре Коростелёве В.А. Приходилось и взаимодействовать с ним. Ему уже 36 лет от роду, со мной он тактичен, вежлив и внимательнен. Но я заметил, что часто бывает, груб с другими, стараясь показать свою власть. Разговаривая по телефону, он кричит во весь голос, как бы боясь, что его не услышат. Приветствовавших его офицеров, он удостаивает небрежным и не слишком учтивым монаршим кивком головы. Не в его привычке выслушивать офицеров. Любит читать нотации. Однако резко было бросается в глаза, когда ему приходится встречаться с высшим начальством. Он моментально перевоплощается, его голос становится неуверенным, вибрирующим. Перед артснабженцами Дивизии стала новая задача, проконтролировать, чтобы всё вооружение, боеприпасы и артимущество не были оставлены в местах боевых действий. Мы разошлись по полкам. Я направился в артполк. К моему удивлению, полк вышел из боя с пятью неисправными 76-мм орудиями УСВ образца 1939 года. У всех одна и та же причина выхода из строя – пулевые пробоины в цилиндрах противооткатных устройств. Усматриваю в этом сомнительную совместимость одновременного выхода из строя пяти орудий по одной и той же причине. По чистой случайности из артполка возвращаемся с медсестрой Лелей. Совершенно неожиданно она предложила мне свою дружбу, но я уже кое-что знал о Лёле. Во-первых, она принадлежит к числу людей, которые живут, закрывая глаза на всё, не вмешиваются ни в какие истории, и живут так, словно все окружающее её устроено наилучшим образом. Она ни в чём не придерживается строгих правил. Наряду с грубой солдатской одеждой, на ней всегда можно видеть и, не положенные по штату, шёлковые чулки и шарфик. Во всём чувствуется, что она не обременяет себя и предрассудками, о которых говорят, что они не отвечают нормам строгого поведения.
6 сентября 1943 (понедельник) – день 807
Совинформбюро: на Донбассе освобождены города Макеевка, Константиновка, Краматорская, Славянск, Дружковка, Часов Яр; на Бахмачском направлении освобожден город Конотоп; южнее Брянска наступление продолжается. 87-я СД вышла на марш, по маршруту: Еленовка – Убежище – Красная Звезда – Чистякова – Ново-Донбасс, Красный Луч, Колпаково, Красная Поляна, Щитово. Поставил в известность прокуратуру о случае выхода из строя пяти орудий в 1058-м АП. В то же время не выходит из головы слова, запечатлённые приказом по полку об артснабженцах. Командование полка констатирует, что «… самоотверженный труд арснабженцев, является доказательством верности присяги, глубокой преданности своему делу…», а на одном из совещаний с командирами подразделений командир полка майор Цебенко Николай Кондратьевич сказал, что «… артснабженцы, вместе со всеми воинами полка идут на все испытания. Они в вечном поиске, терзаниях. Живой и не гаснущей мыслью ставят на службу весь свой опыт и знания, не жалея своих сил.». Молодец Цебенко. Он очень хорошо понимает и оценивает нелёгкий труд артснабженцев.
7 сентября 1943 (вторник) – день 808
Совинформбюро: на Донбассе освобождены: железнодорожная станция Очеретино, Щегловка; наступление на Бахмачком, южнее Брянска и западнее и юго-западнее Харькова продолжается. 87-я СД на марше. Сегодня мы узнаём, что начавшие действовать военкоматы, собирают мужчин в освобождённых районах. Немало толпиться народа у райвоенкоматов. Среди них немало и людей, которые в своё время не хотели уходить с Батьковщины и оставались на ней при немцах. А теперь им предстоит фильтрация, а может быть и искупить свою вину в боях с фашистами, в штурмовых офицерских батальонах или других местах.
8 сентября 1943 (среда) – день 809
Совинформбюро: на Донбассе освобождён город Сталино, Красноармейская, Ясиноватая, Ново-Экономическая. Успешно развивается наступление на Бахмачском и Смоленском направлении, южнее Брянска и западнее и юго-западнее Харькова. 87-я СД на марше. Перемещаюсь вместе со штабом артиллерии. По словам инженер-капитана Лысенко, его помощник капитан Шевченко выехал в артснабжение 5-й УА за получением указаний и передачи донесений о вооружении и боеприпасах. Сегодня мне удалось побывать в некоторых местах, где мы оборонялись более года назад, в составе 978-го стрелкового полка 261-й дивизии. В Калиново я нашёл разрушенную землянку, с установленным в то время сюрпризом. Хозяйка рассказала, что в день нашего отхода, в июле 1942 года, взрывом было убито три немца.
9 сентября 1943 (четверг) – день 810
87-я СД на марше, к исходу дня сосредоточилась в Колпаково, Красная Поляна, Щитово. Теперь мне пребывание в первом эшелоне не требовалось обстановкой, и я присоединился к своим, во втором эшелоне. Мы остановились в редком лесу, где лихо погулял солдатский топор на обнажённых склонах холмов и увалов. Видимо до войны здесь также здорово поработали подсочники по сбору живицы. Почти на каждой сохранившейся сосне большие капы. После суточного отсутствия, капитан Шевченко, как он доложил капитану Лысенко, привёз 12 бутылей со «Стеолом-М» и две столитровых бочки со спецмазкой. Всю ночь готовлю акты на списание утраченного вооружения в боях. Собираем данные из частей, рассматриваем их на комиссии. Работа очень кропотливая.
10 сентября 1943 (пятница) – день 811
Совинформбюро: наши войска овладели городами Барвенково, Чаплино, Волноваха и Мариуполь. 87-я СД сосредоточилась для переформирования и вошла в состав 63-го стрелкового корпуса 58-й армии. С дивизионной комиссией побывал во всех частях. Уточнили обстоятельства, вызвавшие потери вооружения и боеприпасов. К исходу дня удалось отработать и утвердить акт о потерях, составить все необходимые донесения в артснабжение армии и со всеми документами выехать за получением аттестатов от 5-й ударной Армии. Итак, в составе 5-й ударной Армии и 55-го стрелкового корпуса, наша дивизия пробыла 1 месяц и 10 дней. Как обычно, добираюсь на попутных машинах. Артснабженцы армии очень внимательно отнеслись к сверке учётных данных, обнаружились расхождения в учётных данных по винтовкам и автоматам. Но это меня теперь не страшило: в актах на списание утраченного оружия, предусмотрительно не были проставлены цифры потерь по этим видам оружия. К полуночи я уже получил необходимые аттестаты и возвращаюсь к себе в дивизию.
11 сентября 1943 (суббота) – день 812
Совинформбюро: успешно развиваются события на Павлоградском, на Смоленском, западнее и юго-западней Сталино, севернее и южнее Брянска, юго-западнее Харькова. С аттестатами на вооружение и боеприпасы возвращаюсь в дивизию. Мне удалось подсесть в кузов попутной машины. Внезапно надвинулась чёрная дождевая туча и сбросила всё, что она накопила, буквально за считанные минуты. Я вымок до нитки. В 5:00, я, как мокрая курица, добрался до дивизии. Не успев обсушиться и обогреться, на дивизионной полуторке, я направился в артснабжение 58-й А, для сдачи аттестатов на довольствие по вооружению и боеприпасам. С задачей справился быстро и к 17:00 вернулся в расположение дивизии. Прошло уже много времени как мы не виделись с Марией Коваленко. Как когда-то договаривались с ней, направляюсь в дивизионный клуб. Встретил начальника клуба капитана Казакова. Иван Васильевич мне рассказал, что Мария теперь в клубе не работает, приказанием штаба откомандирована для нового прохождения службы в особый отдел дивизии. Внимательно разглядывал капитана. На его суровом, сухом, иконописного вида, увядшем лице, скрывается какая-то недомолвка, а в глубоко запавших глазах – тревога. На этом мы расстались с ним.
12 сентября 1943 (воскресенье) – день 813
Совинформбюро: дополнительно появились Рославльское и Прилукское направление. 63-й СК вышел из состава 58-й А. Теперь дивизия находиться в непосредственном оперативном подчинении Армии. Сегодня решил посвятить весь день осмотру вооружения, находящегося на дивизионном складе, с тем, чтобы выявить его действительное техническое состояние. Мне помогают рядовые Пивоваров, Кулиш и Кириллов, кладовщики сержант Дорохов И.И. и старшина Хорак. Нравится мне этот небольшой, но спаянный коллектив. У них уже появились общие интересы, порожденные условиями фронтовой жизни. В одном из перекуров, неожиданно для меня, рядовой Пивоваров задал мне вопрос, какой я национальности. Этот вопрос вызвал у меня недоумение. – Я плохо знаю свою родословное, генеалогическое дерево, – отвечаю подчиненным, – мне как-то не приходил в голову этот вопрос. Я и все мои родственники, которых я знал и знаю, вплоть до деда, были русскими. Родился я в центре Российской полосы. Фамилию Ненашев, продолжателем которой я являюсь, знаю от деда Василия Филипповича и его жены Арины Васильевны (моей бабушки). По линии моей матери знаю дедушку Трофима Васильевича и бабушку Евгению Степановну. – А мы почему-то посчитали, что Вы являетесь представителем кавказских народностей, – смеясь, говорит Пивоваров.
13 сентября 1943 (понедельник) – день 814
Совинформбюро: Наши успешно наступают западнее Сталино, на Нежинском, Прилукском и Рославльском направлениях. 87-я СД вошла в непосредственное подчинение командованию 58-й А. Артснабженцы частей и дивизии занимаемся техническим осмотром артиллерийского вооружения, его ремонтом и приведением в порядок. Я сегодня закончил осмотр вооружения на складе дивизии. Отбраковал и подготовил к отправке все ненужное и мешающее на складе. Завтра планируем отправить на армейский склад. Вечером направился в особый отдел, который располагается в особняке, обнесенном сплошным, глухим забором. Цель моего визита в столь загадочное заведение – узнать о судьбе Марии, что с ней, где она. Она ведь не машинистка, не делопроизводитель… Она может только петь. Солнце давно уже скрылось за горизонтом, когда я подошел к калитке забора. Часовой вызвал командира отделения охраны. Я попросил его вызвать Марию. Но он усмехнулся и поинтересовался моей личностью. Отрекомендовался двоюродным братом. Сержант ушел, а через несколько минут в калитке появился капитан, потребовал мое удостоверение. Возвращая его, он сказал, что рядовая Коваленко выполняет спецзадание и не может выйти ко мне. На мой вопрос как долго она будет на задании, он ответил, сколько потребуется, столько и будет. Откозырнув, я ушел от таинственного места за забором.
14 сентября 1943 (вторник) – день 815
Совинформбюро: Появилось новое направление – Павлоградское. Сегодня ездил в артснабжение армии и на полевой армейский склад в Ворошиловград. Встретился со знакомыми мне по 1941 году, начальником инспекции 12-й А, теперь подполковником Яскевичем – начальником артснабжения 58-й А. По пути в Ворошиловград случилось происшествие. На крюке «Студебеккера» было 76-мм орудие УСВ. Машина была загружена до предела негодным вооружением. В пути мы решили сделать остановку, и каково же было наше удивление, когда на прицепе орудия не оказалось. Водитель даже не почувствовал, когда оно в пути отцепилось. Шкворневая лапа осталась на крюке машины. Возвращаемся, по пройденному нами пути. На 10 км обнаруживаем орудие (в овраге) под откосом высокой насыпи автодороги. Пришлось мобилизовать местное население, чтобы вытащить орудие на дорогу. Возвратился из Армии поздно вечером. На дивизионном складе, как всегда, мне оставили ужин. Но сегодня было что-то необычное. К ужину мне, рядовой Пивоваров, подал кружку с водкой. На мой вопрос, где же они разжились этого зелья, мне никто не ответил. Здесь же присутствовал и капитан Шевченко. Я решил больше вопросов не задавать, а уточнить в более благоприятной обстановке.
15 сентября 1943 (среда) – день 816
Совинформбюро: Освобожден г. Нежин. Личный состав с большим воодушевлением отвечает на успехи наступающих фронтов, хорошими результатами боевой и политической подготовки. Одна победа за другой, с каждым днем все больше стабилизирует внешнее и внутреннее положение страны. Это радует нас всех. Получаю указание о подготовке к приему личного состава и вооружения. Сегодня я побывал в частях, интересовался ходом специальной подготовки с мастерами. Хорошо организована и проводится учеба в 1379-м СП и 1058-м АП, чего нельзя сказать о 1378-м СП и 448-м ОИПТД. Пришлось оказать помощь в организации технической учебы. Не понравилось мне отношение к организации техучебы мастеров со стороны начальника штаба 1058-го АП майора Яцука Семена Яковлевича. Он считает их учебу необязательной. Они должны работать в подразделениях, помогать приводить вооружение в порядок. После такого разговора у меня возникла мысль написать распоряжение командующего артиллерией. В штабе артиллерии мне сказали, что на меня представлен материал к награждению орденом «Отечественная война II степени». Материал направлен в отдел кадров 58-й А за № 082 от 15.09.1943 года.
16 сентября 1943 (четверг) – день 817
Совинформбюро: освобождены города Новороссийск и Новгород-Северский. Сегодня частям отдано распоряжение за подписью начальника штаба дивизии об организации и проведении технической учебы с личным составом артмастерских. На артснабжение дивизии возложена задача оказания помощи частям в организации учёбы и контроля за ходом учёбы. На партийном собрании управления речь шла о развёртывании и совершенствовании боевой подготовки в частях и подразделениях. Понравились выступления комдива полковника Иванова и подполковника Бондаря. Они критиковали некоторых начальников служб, начальника тыла. Критикуя майора Тэпина, комдив заявил, что он часто использует в своей работе логику чиновника, живущего только по указаниям; что такая логика никогда не была совместима с логикой партийного товарищества. А Иван Калистратович сказал, что у комдива появилось много советчиков по использованию артиллерии, которые свои сугубо личные наблюдения считают аксиомой. Такие непрошеные советчики зачастую источают заряды отрицательных эмоций, даже и в случае, когда их советы оказываются совершенно неприемлемыми. А проще можно понять так, что люди не сведущие в артиллерии, пытаются получать артиллеристов. Да, это мы арт-снабженцы ощущаем на себе каждодневно, к этому уже привыкли.
17 сентября 1943 (пятница) – день 818
Совинформбюро: освобождены города Брянск, Бежица и Осипенко (Бердянск). 87-я СД вышла на марш в новый район сосредоточения для формирования. Снова возникла масса неразрешённых вопросов. Выделенный в наше распоряжение автотранспорт, не может поднять скромные запасы вооружения и боеприпасов на дивизионном складе. Видимо эта история не будет иметь конца. На старом месте дислокации остаются только грузы артснабжения, все остальные службы в наилучшем положении. Нахожусь на командном пункте. При построении колонны на марш начальник штаба дивизии назначил меня старшим машины, в кузове которой находились работники АХЧ, со всеми запасами продовольствия и принадлежностями для приготовления пищи. Чтобы меньше попадало пыли, кузов был задраен на все застёжки. Категорически, при совершении марша, запрещено включать как фары, так и подфарники. Колонна движется в полной темноте. Движемся медленно и мучительно долго, стараемся не потерять из вида впереди идущую машину. Вдруг наша машина начала крениться вправо, потом её падение. Она стремительно перевернулась несколько раз. Мы с водителем успели поменяться местами. Наконец-то машина стала кверху колёсами. Дверцы кабины замяты, выйти невозможно. Выбиваем ногами лобовое стекло. Покидаем кабину. Послышались глухие стоны людей в кузове. Торопимся развязать кузовной тент, но узлы плохо поддаются. Разрезаем. Пытаемся найти людей в кузове, но они скрыты под сундуками и ящиками. С трудом вытаскиваем одного за другим. Две девушки-поварихи еле дышат, но всё же подают признаки жизни. Делаем им искусственное дыхание. Приходят в чувства. Ещё трое выбираются из кузова сами. Поднимаюсь на земляную, высокую дамбу, с которой мы совершили падение. С помощью проходившего мимо «Студебеккера» ставим нашу машину на колёса. Шофёр долго копается в моторе. Заливаем несколько литров бензина. Машина на ходу. Мы двинулись в путь. Через 2 часа нагоняем медсанбат. Весь личный состав сдаю в медсанбат для оказания им помощи. Мы с шофёром ограничились перевязкой друг друга.
18 сентября 1943 (суббота) – день 819
Совинформбюро: идут бои на Киевском, Запорожском, Мелитопольском, Днепропетровском, Полтавском, Красноградском, Смоленском и Рославльском направлении. На Запорожском и Мелитопольском занято свыше 110 населённых пунктов, в том числе Пологи, Ногайск, Верхний Токмак, Ново-Николаевка, Черниговка. 87-я стрелковая дивизия сосредоточилась в районе Куцербовка, Ионовка, Успенка, Новопавловка, Георгиевское и Шахта имени Ворошилова, Ворошиловградской области. Дивизия, находясь в составе 58-й А резерва Главного командования, начала доукомплектовываться личным составом и вооружением. Штаб Дивизии разместился в Куцербовке. Зашёл к командиру дивизии, доложить о положении дел с боеприпасами, ведь значительная часть их запасов осталась на прежнем месте дислокации. У домика, в котором размещался комдив полковник Георгий Степанович Иванов, под дождём стоял начальник политотдела полковник Антонов. По его фуражке стекали капельки дождевой воды, на его, малинового цвета пористый нос. - Здравствуйте Ненашев,- ответил на приветствие Тимофей Николаевич,- Опять наверное пришёл жаловаться на то, что не выделяют машины для перевозки боеприпасов,- улыбаясь, в шутливой форме обращаясь ко мне, сказал он. Так и вертелась на языке, напомнить ему о затасканном анекдоте, когда доктор узнавал своих пациентов не по лицу или внешнему облику, а по болезни, допустим, по геморрою. Но посчитал, что это будет нетактично по отношению к старшему начальнику. - Надо быть настойчивее и требовательней, тогда будут у вас и машины и боеприпасы наставительно сказал Тимофей Николаевич, и добавил,- в России есть поговорка: «за кукушкой пойдёшь, грибов найдешь». Не скрою, не совсем уловил смысла этой поговорки и её отношению к данному вопросу. Комдив, выслушав мой доклад, сказал, что он сегодня на совещании будет говорить об этом. Присутствовали на этом совещании и я с Лысенко. Речь в основном шла о подготовке к принятию пополнения личным составом и о его вооружении. На совещании присутствовали замкомдив полковник Ковтун В.М., начальник политотдела полковник Антонов, командующий артиллерией подполковник Бондарь, начальник штаба дивизии подполковник Янов В.Г., начоперативного отдела майор Коростелёв В.А., командир 1378-го СП майор Быков Г.Ф., 1379-го СП Халявицский М.М., 1382-го СП майор Ключников И.Н., 1058-го АП майор Цебенко Н.К., 448-го ОИПТД капитан Парасочка, зам. командира по тылу Тэпин В.П. В конце совещания комдив спросил майора Тэпина, когда он думает вывезти боеприпасы, оставленные на старом месте дислокации. Валентин Пантелеймонович доложил, что сегодня же пошлёт туда транспорт. На этот раз он слово сдержал. На совещании комдив, обращаясь к нам, рядом сидящим с Лысенко, спросил, а как думают артснабженцы улучшить содержание вооружения в частях, приводить его в порядок? После некоторого замешательства я встал: – Товарищ полковник, в нашем распоряжении есть ещё средство, которые мы не использовали в достаточной мере – это партийные собрания, – заявил я. Комдив одобрил моё предложение.
19 сентября 1943 (воскресенье) – день 820
Совинформбюро: несколько дней назад (с 11 по 15 сентября) форсирована река Десна. 87-я СД готовится к принятию личного состава и развертыванию боевой и политической подготовки. Производится расквартирование частей и подразделений. Устраиваемся и мы, артснабженцы. Дивизионный артсклад привязываем ближе к железнодорожной станции. Ведь предположительно, должно много поступить вооружения. Всю ночь до утра пировали по поводу убытия в распоряжение отдела кадров артиллерии, полюбившегося всем нам, помначальника штаба артиллерии капитана Сумского. Василия Степановича мы считали лучшим и офицером, и человеком. Это был ас-артиллерист. Теперь штаб артиллерии работает в составе четырёх офицеров: начальника штаба майора Новикова Ф.П., капитанов Волкова А.С., Бондарева и Тютерева.
20 сентября 1943 (понедельник) – день 821
Сегодня в 1058-м АП встретились с замначальника отдела дивизии подполковником Клипачёвым. Возвращались в дивизию тоже вместе. По дороге он мне задал вопрос, ездил ли я в город Сталино после его освобождения? Отвечаю, что нет, не ездил. Да там нам нечего было делать. Далее зашёл разговор про постоянно преследовавший меня вопрос – Это о честности, твёрдости характера, любви к труду, знанию своего дела и об уме. Виктор Тимофеевич оказался очень эрудированным в этих вопросах. Говорят, о твердости характера, мы пришли к единому убеждению, что это умение управлять своей волей, логикой, характером в действии. Однако применение логики оправдывает, когда она железная и базируется на правильной и безупречной отправной точке. Ум нужен для того, чтобы различать, что может приносить пользу и что не может. А знания человеку нужны для того, чтобы получать наилучшие результаты при наименьших затратах труда и сил. Но всё это может пойти насмарку, если человек не в ладах с совестью и любовью к труду. В первом случае, если человек не честный, он при всех других положительных качествах может не только не перенести пользу обществу, а и навредить ему. Во втором случае, если человек не трудолюбив, то он не может трудиться над более сложными, кажущимися непреодолимыми вопросами. Виктор Тимофеевич подчеркнул, что кроме всего этого, надо уметь строить правильные взаимоотношения с людьми. Так мы незаметно и добрались до своего расположения. И всё же меня тревожил вопрос подполковника Клипачёва о моей поездке в город Сталино после его освобождения. Я действительно там не был.
21 сентября 1943 (вторник) – день 822
Совинформбюро: Наши войска овладели городами: Духовщина, Ярцево, Прилуки, Ромны, Пирятин, Лубны, Ромодан, Миргород, Красноград, Павлоград, Трубачёвск. Сегодня весь день готовим базу для предстоящего приёма вооружения, отрываем аппарели, сооружаем другие земляные укрытия. Над этими вопросами работает весь личный состав дивизионного артсклада. После обеда личному составу от начальника артснабжения дивизии инженер-капитана Лысенко стало известно, что мне сегодня исполняется 21 год. Сегодня же я получил поздравительное письмо от матери и сестры. Вечером был устроен ужин. Появилась яичница и много водки. Это мой третий день рождения за войну. Первый я встретил в боях под Днепропетровском, второй, когда наша кавалерийская часть изгоняла противника Северного Кавказа. А сейчас – на формировании, почти в мирной обстановке.
22 сентября 1943 (среда) – день 823
Совинформбюро: наши войска овладели Черниговым. Успешно наступают войска Центрального фронта, Запорожского, Мелитопольского, Днепропетровского, Полтавского, Киевского, Гомельского направления и северо-западнее Смоленска. Обеспеченность дивизии составляет: положено личного состава – 9.374 человека, а в наличии всего лишь 3.096 человек, в том числе: начсостава – 666, младшего начсостава – 582, рядовых – 1.848 человек. Коней положено 828, а в наличии 538. Вооружение: винтовок – 1.866, ППШ – 800, ручных пулемётов – 77, станковых – 14, ДШК – 3, ружей ПТР – 70, 45-мм полковая пушка – 30, 76-мм дивизионная и полковая – 27, 122-мм гаубиц – 6, 82-мм минометов – 36 и 120-мм – 10. Со дня на день ожидаем поступления железнодорожного эшелона с вооружением. Пополнение личным составом уже началось. Сегодня совершенно случайно узнал о том, что капитан Шевченко, после освобождения города Сталино, с машиной побывал в этом городе. Где-то там прихватил 12 бутылей не «Стеола-М», а водки. Да, кроме того, ещё и две столитровых бочки спирта. Всё совершил в глубокой тайне от всех нас, ревниво охраняя добытые трофеи. Как коммунист не мог пройти мимо этого, из ряда вон выходящего действия. Лично проверяю всё наличие имущества на артскладе, но нахожу среди бутылей с жидкостями и смазками всего три бутыли с водкой. Куда же девалась остальное? Никто не знает. Нет, это безобразие. Лично даю команду одну бутыль отдать в штаб артиллерии, а одну адъютанту комдива.
23 сентября 1943 (четверг) – день 824
Сегодня на обеспечение доформирования 87-ю СД поступил и разгружен железнодорожный транспорт № 99/3473. С транспортом подано: винтовок – 2.800, снайперских винтовок – 150, автоматических винтовок АВТ – 500, карабинов – 375, пистолетов ТТ – 400, автоматов ППШ – 1.461, станковых пулеметов – 104, ручных пулеметов – 484, 26-мм сигнальных пистолетов – 150, ружей ПТРД – 90, и ПТРС – 92, шашек кавалерийских – 100, ножей – 500, минометов 50-мм – 56, 82-мм – 59, 120-мм на ходах – 10, 45-мм ПТП – 14, 45-мм обр. 1942г. – 12, 76-мм обр. 1927 г. – 3, 76-мм ЗИС-3 – 3, 122-мм гаубиц – 1, артамуниции парной – 26 комплектов, четверной – 3, буссолей БСТ – 13, БМТ – 15, буссолей облегченных – 15, биноклей – 200, компасов – 1000. У артснабженцев настоящая боевая работа. Все прибывшее вооружение надо осмотреть на техническое состояние, на комплектность. Уточнить вопросы, связанные с укомплектованием частей личным составом, правильно перераспределить имеющийся ресурс вооружения, не допустив укомплектование взводов, рот и батарей вооружением разной модернизации или различными образцами. Да мало ли возникло, и еще будет возникать, непредвиденных вопросов и сними связанных работ. Был на партсобрании управления дивизии. Собрание проходило с повесткой дня об авангардной роли коммунистов в организации и проведении боевой и политической подготовки частей. Расположились на живописнейшей полянке в лесу. Кругом золотистые венчики зверобоя и лютиков, звездочки гвоздик и розетки ромашек. Из густой, шелковистой травы изредка проглядывают листки и плети земляники. Все это сохранилось неизвестно почему, ведь осень на дворе. Обстановка явно располагает к отдыху. Но все коммунисты внимательно слушают доклад начальника штаба дивизии. Он нет-нет, да и отрывается от текста доклада, чтобы зорким взглядом окинуть впереди сидящих, и определить степень содержательности и доходчивости доклада. В выступлениях многие коммунисты говорили о крайней необходимости проведения более содержательных занятий с личным составом по изучению вооружения, обучения расчетов на взаимозаменяемость, о проведении боевых стрельб, гранатометания. Из собрания мне, как коммунисту, артснабженцу ясно, что и личному составу артснабжения предстоит много работы. Во-первых, надо обеспечить боевую подготовку всеми видами боеприпасов. Во-вторых, развернуть по-настоящему техническую подготовку и политзанятиям с личным составом артснабжения. В-третьих, все офицеры артснабжения должны включаться в проведение занятий с командирами взводов, рот и батальонов. При этом всем, надо организовать пристрелку вооружения и выверку прицельных приспособлений. В подразделениях не должно быть неисправного оружия. Отсюда и все наши планы работ с сегодняшнего дня. Они обширны и ответственны.
24 сентября 1943 (пятница) – день 825
Совинформбюро: Наши войска штурмом овладели г. Демидов, г. Полтавой, Унеча, Ново-Московском, Синельниково, Лозовой и Павлоградом. Вчера минул день осеннего равноденствия. Из-за леса, как бы устав после летней жары, солнце поднимается медленно и поздно. Его лучи несут меньше тепла, а поэтому холодные росы подолгу покоятся на листьях. Под черемухой и рябиной стали появляться опавшие листья. Ведь они раньше всех сбрасывают их. От этого лес начинает становиться светлее и прозрачнее, начинает бледнеть палитра земли. Артснабженцы, от зари до зари, занимаются своей нелегкой работой. Все мы задействованы на проведении занятий с командным составом. Я сегодня с офицерами штаба и управления дивизии провел четырехчасовое занятие по изучению ручного и станкового пулеметов. После занятий каждый отстрелял упражнение боевыми патронами. Сегодня Виктор Тимофеевич Клипачев меня снова, но уже более конкретно спросил, не привозили ли артснабженцы из Сталино водку. Я убедительно просил его, как коммунист коммуниста, поговорить об этом вопросе с помначартснабжения дивизии капитаном Шевченко И.Т. На этом разговор закончили.
25 сентября 1943 (суббота) – день 826
Совинформбюро: наши войска овладели г. Смоленском и Росславль. Сегодня капитан Шевченко побывал в политотделе дивизии на беседе у замначполитотдела подполковника Клипачева. Возвратившись из политотдела, Иван Терентьевич очень хвалил Виктора Тимофеевича, который с ним очень хорошо обошелся. Он даже заявил, что такой человек в мирное время, наверное, придя на работу, не забудет поздравить сотрудника со знаменательным событием, порадоваться за товарища, навестить его, ели он болен… И все же, о чем там шел разговор, он так и не сказал. Хотя уже давно получено очередное звание подполковник, «обмывали» это событие у командующего артиллерией Бондаря И.К. только сегодня. Приглашен на торжество и я. На торжестве было все командование дивизии и все начальники служб и отделов. Вечер прошел без всяких возвышенных и хвалебных тостов, а как мы привыкли, по-обычному, по-фронтовому. Я снова и снова убеждаюсь, может быть и по-мальчишески, но влюблен в Ивана Калистратовича, в его твердость характера, в человека, который всюду предпочитает истину, а не легенду…
26 сентября 1943 (воскресенье) – день 827
На совещании начальник штаба дивизии подполковник Янов объявил приказ командира дивизии полковника Иванова об отстранении от должности командира 448-го ОИПТД капитана Бондарева и предании его суду военного трибунала за то, что он, якобы, за 4 пары ботинок, 2 шинели и пару белья, выменял 18 литров самогона. Событие кажется невероятным. На фронте – это не в мирное время, когда можно позволить сознательное нарушение дисциплины, чтобы уйти от службы из армии. Ведь сейчас не мирное время, и об этом хорошо знает капитан Бондарев. Это может обернуться плохо для него… А последнее время он уже занимает должность помначштаба артиллерии дивизии. Не умещается в голове такое необычное событи… Сегодня снова проводил занятие по изучению материальной части минометов с командирами взводов и минометных рот. На занятиях присутствовали все офицеры штаба дивизии.
27 сентября 1943 (понедельник) – день 828
Вооружаем части недостающими образцами артиллерийской техники В 14:00 запланирован обед. Начартснаб Лысенко и его помощник капитан Шевченко выехали на армейский склад в Ворошиловград. Предположительно, что Лысенко выехал к знакомым или родным, в свои родные края, г. Серго Ворошиловградской области. За обедом рядовой Кулиш, как бы невзначай, глядя на сундучок, закрытый на замок, сказал, что в нем, капитан Шевченко держит много тысяч денег. Меня это заявление заинтересовало. Я приказал этот сундучок поставить на стол и вскрыть замок. Каково же было наше удивление: он был полностью набит бумажными денежными знаками. Не раздумывая, я попросил Кулиша разложить строго поровну на 14 кучек (по числу артснабженцев дивизии и работников артсклада, в том числе рядовых). Когда деньги были разложены, то оказалось, что каждому приходится по 10 тысяч рублей. Сундучок мы снова закрыли на замок, а деньги разложили по карманам, договорились что каждый их перешлет своей семье. Как рассказал рядовой Пивоваров, Кулиш и Кириллов, эти деньги появились у Шевченко от продажи трофейной водки, взятой им в г. Сталино.
28 сентября 1943 (вторник) – день 829
Совинформбюро: наши войска ведут успешное наступление на Кременчугском, Киевском, Гомельском, Могилевском и Витебском направлениях. На сегодня дивизия впервые полностью укомплектовалась противотанковыми ружьями, орудиями противотанковой и полковой артиллерии, минометами, начиная от 50-мми до 120-мм. Дивизия полностью обеспечена стрелково-пулеметным вооружением, автоматами ППШ и различными видами артиллерийских приборов. Мы в полной мере ощутили то, что наша промышленность уже может дать любые образцы вооружения и в достаточном количестве. Недополучили мы лишь 5 гаубиц обр. 1938 и 3 76-мм орудия ЗИС-3. По сути, одна из батарей в 1058-го АП полностью оказалась без матчасти. В одной из батарей остались три орудия 76-мм УСВ.
29 сентября 1943 (среда) – день 830
Совинформбюро: наши войска овладели гг. Кременчуг, Рудня и Кричев. Был в артснабжении 58-й А. Буквально выпросил наряд на получение четырех 76-мм пушек ЗИС-3. С прибытием в дивизию командующий артиллерией приказал эти орудия передать той батарее, у которой остались 76-мм УСВ, а орудия УСВ передать той батарее, которая осталась без матчасти. Считаю, решение справедливым. Это как бы в наказание им. Не знаю, может командующему артиллерией что-то известно, но нам знать не положено. Начальник артснабжения 58-й А подполковник Яскевич сегодня мне сказал, что я приказом командующего войсками 58-й А №19/н от 29 сентября 1943 г., награжден орденом «Красная Звезда», приятно было принимать поздравление. После поздравления он со мной побеседовал, расспросил о делах в дивизии, пожелал успехов в работе… Вспомнили с ним о встрече в 1942 году на Донбассе, у рудника Золотое, когда он проверял наш полк.
30 сентября 1943 (четверг) – день 831
Завершается вооружение частей всем необходимым. Заведен настоящий и скрупулёзный учет, как этого требует наставление. Много уделяем время обучению строевых командиров, технической подготовке личного состава артснабжения. Сегодня к нам прибыли два представителя Главного артиллерийского Управления с задачей: проконтролировать и оказать помощь в обеспечении дивизии вооружением, боеприпасами и имуществом. К ознакомлению с положением дел приступили немедленно. Проверяют обстоятельно, придирчиво. Пожалуй, действуют больше по законам мирного времени. никаких снисхождений на военные условия. Дают бой каждой мелочи, которые нам настолько примелькались, что мы их давно не видим. Своими требованиями они привели в движение не только артснабженцев, но и всколыхнули строевых офицеров. А мы, артснабженцы, с первого же дня потеряли всякий покой, хотя и в нашем скромном понимании.
1 октября 1943 (пятница) – день 832
Совинформбюро: наши войска овладели городом Чериков. На других фронтах хотя и затишье, но всё-таки успехи есть. Это радует нас всех. На дворе стоит октябрь. Хмуриться небо. Туча тяжело висит над землёй. Густой туман стелется над мокрыми полями. Я только что вернулся с командного пункта. Получил задание командования на обеспечение боевой подготовки. С начартснабом Лысенко решили лучше использовать для выполнения этой задачи его помощника, капитана Шевченко. После двухчасового поиска обнаруживаю его на речушке. Он бессмысленно уставился на поплавок, дожидается, когда клюнет какая-нибудь бродячая рыбка. Передаю ему требование начальника, но Иван Терентьевич и не думает торопиться. Он прекрасно усвоил, что ему могут простить всё, хотя бы за то, что он может легко и красиво козырнуть, мило улыбнуться. Ещё и ещё раз убеждаюсь, что перед собой вижу самую настоящую, передвижную «небокоптильню». Для него никогда не существовало и не существует понятия того, что ни требования, ни подозрения, ни ведомость или недомолвие ранит значительно больше, чем пуля… Сообщив требование начальника, я тот же час удалился. На пути у ветлазарета я заметил под сёдлами двух строевых лошадей, жующих овёс в торбах. Начальник лазарета мне разрешил взять одну из них, но не более как на 5-6 часов. Это меня устраивает. Согласовав вопрос с Лысенко, я направился в артснабжение 58-й А для решения вопросов. С решением вопросов уложился в срок.
2 октября 1943 (суббота) – день 833
Формирование частей дивизии продолжается. Представители Главного Артиллерийского Управления постоянно находятся в частях, помогают, контролируют. Я неотступно хожу за проверяющими, что ни шаг, то замечание. Больше молчу, не возражаю. Записываю. Если в силах и удаётся, то недостатки устраняем здесь же, на месте. После проверки все офицеры, техники и мастера-артснабженцы включаются в устранение недостатков. К исходу дня докладывают представителям ГАУ об устранении обнаруженных недостатков. Сегодня собирали на совещание начальников артснабжения частей дивизии. Решили многие вопросы, связанные с переформированием дивизии, с недостатками, которые были высказаны представителями ГАУ. Одновременно изучили поступивший в дивизию один пулемёт СГ-43. Цель была такова, чтобы каждый начальник артснабжения в последующем мог провести занятие у себя в части с командным и начальствующим составом. В связи с тем, что в мастерские вливалось много новых людей, мастеров, возникала необходимость проведения наиболее эффективных методов воспитательной работы. Охотно согласился провести наставническую беседу с начальниками артснабжения заместитель начальника политотдела подполковник Клипачёв В. Г. Этому человеку я всегда симпатизировал. И сейчас, не только я, но и все присутствующие остались им очень довольны. Начал он с примеров, взятых из жизни частей дивизии, заявляя, что в ряде подразделений не обходится без того, чтобы не возникали конфликты между начальником и подчинённым. Они возникают чаще всего там, где начальник проявляет неуважительное отношение к подчинённым, груб и несправедлив. Нельзя забывать о молодости. Ведь молодость – это время активного самоутверждения. Ей свойственны резкость суждений, бескомпромиссность поступков. Вот в этих случаях от начальника и требуется мудрость и душевность, так чтобы в конфликте стать на сторону справедливости, искать выход вместе со своими подчинёнными. От начальника требуется умение убедить молодого подчинённого искренностью, страстным отношением к требовательности и принципиальности молодых. Конечно, обидно сталкиваться с недоверием воспитуемых. Начальнику подразделения приходится заново, при любом переформировании, создавать живую сеть тончайших человеческих отношений: доверия, уважения, взыскательности, принципиальности, ненависти к врагу, идейную убеждённость, одержимость прекрасным и сложнейшие секреты мастерства.
3 октября 1943 (воскресенье) – день 834
Совинформбюро: идут наступательные бои на Гомельском и Могилёвском направлении. На остальных фронтах ведётся усиленная разведка и артперестрелка. Выезжал в Армию за получением вооружения. Попутно повёз в армейскую артиллерийскую мастерскую 76-мм дивизионную пушку образца 1939 года УСВ. Дорога на Ворошиловград хорошо накатанная, без особых ям и рытвин. Скорость сдержан 30-40 км/ч. Часто останавливаемся, чтобы посмотреть как ведёт себя орудие на крюке. На одной из таких остановок я на крюке машины увидел лишь шворневую втулку станины, орудия же не было. Повторился совсем недавний случай. Оказалось, мы не почувствовав, потеряли орудие 3 км назад. Оно скатилось под откос, разрушив бревенчатый сарай. Транспортировать теперь на крюке нельзя. Пришлось делать второй рейс, чтобы орудие транспортировать в кузове «Студебеккера» в разобранном виде. На это ушёл весь день, но зато не без пользы. Мне удалось заменить на исправные 26 пулемётов ДП, 6 пулемётов Максима, 180 автоматов и 210 винтовок. Это реальная нам помощь армейской артмастерской. Кроме того, сдал в ремонт 17 пулемётов ДП, 6 станковых пулемётов и 120 винтовок.
4 октября 1943 (понедельник) – день 835
Меня вызвал комдив. Начартснабжения Лысенко в это время находился в артснабжении армии. У домика, в котором размещается комдив, толпилась до десятка офицеров. Как только адъютант открыл входную дверь, мы гурьбой ввалились в избу. Полковник Иванов окинул взглядом вошедших остановив на мне взгляд. Он попросил остальных подождать на улице, а меня остаться у него. Георгий Степанович приказал доложить о состоянии дел с вооружением. Доложил я подробно по каждой части. Он себе сделал какие-то пометки в блокноте, потом я ответил ему ещё на ряд заданных им вопросов, в том числе и на вопрос нельзя ли приобрести сверх штата 12,7-мм пулемётов ДШК, штук 18, из расчёта их использования для поражения наземных целей противника. Мол, было бы очень хорошо их иметь, хотя бы по два на стрелковый батальон. Этот вопрос я расценил, как поставленную комдивом задачу. – Товарищ полковник, сделаем все возможное и невозможное, чтобы выполнить ваше задание, – ответил я ему и подумал, что на этом наш разговор уже закончен. Но комдив не торопится меня отпускать – Ну как, наладились деловые взаимоотношения артснабженцев с начальником тыла, – неожиданно спросил он. – Да мы, товарищ полковник, и не конфликтовали с ним. Ведь нам от него ничего не надо, кроме справедливого распределения транспортных средств для перевозки грузов различных служб, – сказал я, – хотя мы и вправе претендовать на первоочерёдность перевозки боеприпасов. Начальник тыла к нам не проявляет антипатии, но теперь уже нам больше чинит препятствия командир автороты Зелинский, его первый друг. – Вы не правы товарищ Ненашев, – мягко сказал комдив, – разве можно назвать дружбой, когда тайные дела одного из них становится общеизвестными другим. Это ложная дружба. Видимо комдив о чём-то знает больше, чего мне не положено знать. Сегодня же, перед каждым начальником артснабжения стрелкового полка поставлена задача на приобретение, на поиск пулемётов ДШК. Каждому из них я напомнил о своём опыте в прошлом, когда мне приходилось собирать их, извлекая из свалки.
5 октября 1943 (вторник) – день 836
Совинформбюро: наши войска наступают только на Витебском направлении. Доложив начартснабу Лысенко о поставленной комдивом задаче по усилению стрелковых батальонов крупнокалиберными пулемётами, я, автомашиной, направился на поиски. С собой взял рядовых Пивоварова, Кулиша, Кириллова и старшину Хорака. За день мы побывали на всех эвакоплощадках негодного вооружения и боеприпасов не только своей армии, но и соседней. Были и на фронтовом складе. В результате нашей поездки к исходу суток мы вернулись с некоторыми трофеями. В артснабжении армии мне удалось получить наряд на пять пулемётов ДШК. В кузове нашей машины навалом лежали 11 пулемётов ДШК и 15 стволов, подобранных на свалке полевых складов и мастерских.
6 октября 1943 (среда) – день 837
Вот уже прошло несколько дней, как в дивизии работают представители Главного Артиллерийского Управления. Сегодня ознакомился, с написанным ими, черновиком акта. Удивлён, что он написан в самом благожелательном виде. В нём отмечена большая проделанная работа артснабженцами по обеспечению переформирования дивизии, в котором сроки, оперативность в устранении, отмеченных в ходе проверки, недостатков, большой опыт и высокие знания артснабженцев частей и дивизий. В акте, как недостатки, были отмечены лишь узловые вопросы, рекомендации которых, в компетенции вышестоящих органов службы артснабжения. Утверждалось, что только такие проверки могут принести пользу. В этом и заключается настоящая истинная помощь вышестоящих штабов. С полевого армейского склада привёз большое количество запасных частей к ДШК и вчера выписанные, пять пулемётов.
7 октября 1943 (четверг) – день 838
Совинформбюро: заняты Тамань и Невель. Личный состав дивизии торжествуют успехи наших войск на этих участках. Представители ГАУ ознакомили командира дивизии и командующего артиллерией с актом, и сегодня же выехали в артснабжение 58-й А. Вместе с ними выехал и я. Начальник артснабжения подполковник Яскевич, ознакомившись с актом представителей ГАУ, вызвал начальника отделения вооружения и приказал немедленно изыскать возможность и доукомплектовать дивизию недостающими артиллерийскими приборами, пулемётами ДШК и 76-мм дивизионными пушками. Вскоре я получил наряды на получение всего недостающего вооружения дивизии. У начальника тыла Армии побывал на приёме и выпросил пять «Студебеккеров». Загрузил их на полевом армейском складе и армейской артмастерской вооружением, и, к исходу дня, доставил в дивизию. Вот это действительная помощь и оперативность. Всегда бы так работали все снабженческие органы и транспортные подразделения и части.
8 октября 1943 (пятница) – день 839
Совинформбюро: войска Северо-Кавказского фронта продолжали очищать северную часть Таманского полуострова. На Витебском направлении наступление продолжается. Из 11 крупнокалиберных пулемётов, взятых со свалок, в результате тщательного технического осмотра, оказались пригодные к восстановлению 7. Составил подробные дефектационные ведомости на них. Вызвал начальников артмастерских стрелковых полков. В каждый полк выдал пять исправных и семь требующих ремонта 12,7-мм пулемётов ДШК с необходимым количеством запасных частей к ним. Поставлена задача – в течение до 10 октября восстановить. Если чего не будет получаться, ставить меня в известность, но я уверен в пригодности пулемётов для ремонта. Теперь волнует вопрос, как добыть ещё 6 пулемётов. Сегодня снова побывал на полевом армейском складе, но безрезультатно.
9 октября 1943 (суббота) – день 840
Совинформбюро: полностью очищен Таманский полуостров. Наступление войск на Витебском направлении продолжается. Ночью пришла мысль, с утра съездить во фронтовую подвижную артиллерийскую мастерскую, а предварительно, произвести внешнее полное укомплектование четырёх пулемётов, не подлежащих восстановлению. И, таких же два, по пути прихватить с армейского склада. К обеду добрался до ПАМа. Начальник ПАМ дал разрешение сдать шесть пулемётов в ремонт, а с начальником оружейно-пулемётного цеха о выдаче мне взамен их, 6 отремонтированных. Операция завершилась удачно. К вечеру возвратился в дивизию, раздал полученные пулемёты по стрелковым полкам. Заодно поинтересовался ходом ремонта неисправных ДШК. Сегодня ночью все пулемёты будут исправными, укомплектованными и довыданы в стрелковые батальоны. Поздно вечером доложил командиру дивизии о выполнении его приказания. Он поинтересовался, как мне это удалось: – Молодец товарищ Ненашев, – и тут же поинтересовался по телефону, у командующего артиллерией, представлялся ли я к награде. Как я понял, Иван Калистратович доложил ему, что меня представляли к Ордену «Отечественной войны» II степени, но в какой-то инстанции исправили на «Красную Звезду». – Надо будет поправить это в следующий раз, – закончил разговор комдив. Тут же полковник Иванов вызвал начштаба дивизии и приказал подготовить распоряжение на подготовку расчётов ДШК. – Лучше это организовать путём проведения сборов этих расчётов при дивизии или при одном из полков, – как бы советуясь, сказал комдив. – Ты понимаешь, какую огневую силу обрели теперь наши стрелковые батальоны, – сказал Иванов, – теперь надо эту идею довести до конца, обучить расчёты. По секрету узнал от начальника 4-го отделения штаба дивизии о распоряжении командующего артиллерией 58-й А о моём откомандировании в распоряжение отдела кадров артиллерии, но комдив на распоряжении собственноручно написал: «Пока не откомандировывать, буду говорить с армейскими кадровиками».
10 октября 1943 (воскресенье) – день 841
Совинформбюро: наши войска овладели городом Добруш. На Витебском направлении наступление продолжается. Провёл четырёхчасовое занятие на сборах расчётов крупнокалиберных пулемётов по изучению материальной части. Весь день находился в артполку. По приказу комдива все офицеры штаба проверяют готовность подразделений к погрузке на железнодорожный транспорт. Мы, артснабженцы, проверяем готовность к перевозке матчасти артиллерии и оружия. Артполк пока погрузки не готов, но работы развёрнуты и идут полным ходом. До поздней ночи готовлю донесения по вооружению и боеприпасам в артснабжение 58-й А. Привожу в порядок книги учёта, готовлю их для предстоящей сверки с Армией. Хотя пока и нет официальных данных о выходе дивизии из состава 58-й А и направлению её в действующую армию, но по всему уже чувствуется, что со дня на день такое распоряжение поступит.
11 октября 1943 (понедельник) – день 842
С прибытием в артснабжение 58-й А мне сразу же сказали, что только хотели вызвать за получением аттестатов. Наша дивизия, согласно приказа Южного фронта, должна убыть в распоряжении 51-й А. До обеда получил необходимые аттестаты и возвратился в дивизию. До конца дня побывал в стрелковых полках, проверял готовность подразделений к погрузке на железнодорожный транспорт. Сегодня поближе познакомился с арттехником 1382-го СП Власевским Иннокентием Николаевичем. Он с 1922 года рождения, уроженец Амурской области. Сразу чувствуется, что работает с душой. Грамотной техник. Страстный сторонник восстановления оружия на местах, в подразделениях. В полковой же мастерской, по его убеждению, надо заниматься рассортировкой и дефектацией оружия, подобранного трофейной командой из медпункта. Мне удалось прочитать и копию наградного листа на «Красную Звезду». Вот что в листе написано и, 23 сентября 1943 года, подписано командиром полка майором Ключенко: «… показал себя мужественным, стойким, отлично исполняющим свою должность офицером. В период боёв, в районе села Дмитриевка, со 2 августа по 30 августа, доставлял под миномётным огнём противника, на передовую линию, боеприпасы для артбатареи. Постоянно находился на огневой позиции батареи. Быстро устранял повреждения в артсистемах, выходящих из строя от огня противника. 18 августа 1943 года, в районе высоты 176,6 Сталинской области, противник, при участии танков и пехоты, перешёл в контратаку. 3 45-мм наши пушки, отбивавшие контратаки немцев, были подбиты. Власевский оттянул подбитую матчасть на 300 м, быстро восстановил одну пушку, которая была выставлена на огневую позицию. Контратака немцев была отбита».
12 октября 1943 (вторник) – день 843
Совинформбюро: на Мелитопольском направлении, после трёхдневных боёв, наши войска прорвали сильно укреплённую, оборонительную полосу, севернее и южнее города Мелитополь, форсировали реку Молочная. Идут уличные бои в городе Мелитополь. 87-я СД, доукомплектовавшись личным составом и вооружением, приступила к погрузке в железнодорожный эшелон на станции Бразоль, для следования в распоряжение Южного фронта. Все артснабженцы частей и дивизии занимаются погрузкой боеприпасов и вооружения складов, контролируют правильность крепления вооружения на платформах, в вагонах. Сегодня отгрузились 1378-й СП и 1382-й СП с двумя артдивизионами. Офицеры артснабженцы осмотрели прежние места дислокации убывших частей. Обнаружено оставление этими частями стреляных гильз, укупорки и другого имущества.
13 октября 1943 (среда) – день 844
Части 87-й СД продолжают грузиться в ж/д эшелоны. Отгрузился 1379-й СП с одним дивизионом артполка. Сегодня, в первую очередь, проверяем старые места дислокации частей. Требуем всё ненужное сдать на дивизионный склад. Места дислокации отдельных частей и подразделений контролируют офицеры штаба дивизии.
14 октября 1943 (четверг) – день 845
Совинформбюро: наши войска штурмом овладели городом Запорожье. Идут уличные бои в городе Мелитополь. 87-я СД заканчивает погрузку в ж/д эшелоны. До 22:00 должны быть готовы к погрузке штаб и управление дивизии, 523-й ОМСБ, 447-я ОРС, 226-я ОРР, 235-й ОРХЗ и 448-й ОИПТД. Мне приказано следовать с последним эшелоном, с 448-м ОИПТД. Устроился в теплушке, в которой размещается штаб и командир дивизиона капитан Парасочко А.С. В первые же часы я заметил грустный вид командира. Мне в общих чертах уже известно, что давно ведётся следствие по делу оставлении 45-мм орудий дивизиона на поле боя, и ему грозят судом военного трибунала. Вот это то и не даёт покоя Алексею Спиридоновичу. Давно осталась позади станция погрузки. Поезд движется в состав Южного фронта в направлении город Мелитополь.
15 октября 1943 (пятница) – день 846
87-я СД в пути к фронту по железной дороге. Поближе, за время нахождения в пути, знакомлюсь с начсоставом противотанкового дивизиона. Начальник штаба дивизиона капитан Бурцев Леонид Николаевич. Это, пожалуй, один из начальников штабов, который проявляет постоянное беспокойство о содержании подвижных запасов боеприпасов и их пополнение. Начальник артиллерийского снабжения дивизиона капитан технической службы Завидов Николай Петрович. Великодушный, обходительный. Любит шутить. Он всегда осведомлён о боевой обстановке. Немного мнителен. Новое, неизведанное, делает чрезмерно осторожно и тем не менее, часто является, как в народе говорят, неудачливым. То у него произойдёт один случай, то другой… Единственный в дивизионе артиллерийский мастер рядовой Журуев Фёдор Матвеевич. Он уже не молод, ему 45 лет от роду. Призван он в городе Красноярске, в августе 1942 года. Он светловолосый, с хворым внешним видом. Говорит коротко, образно. Это инициативный артмастер и хозяйственный воин. С товарищами находит быстро общение. Немного скрытный. Жадный до знаний, пытливый. У него ясные мысли и строгие нравственные правила. Он уже не раз отличался храбростью, умением быстро восстанавливать орудия в ходе боя, под огнём противника.
16 октября 1943 (суббота) – день 847
87-я СД в пути к фронту, по железной дороге, вторые сутки качаются в железнодорожных вагонах, свыкнувшись с перестуком колёс. Вот уже и миновали станции Лутучино, Розаково, Ворошиловск, Дебальцево, Волноваху. Всю дорогу отсыпаемся. Стараемся набрать необходимые силы для предстоящих боёв. Днём в вагонах ведутся занятия по изучению уставов, наставлений, проводятся политзанятия, изучается стрелковое оружие. Через каждые 2-3 часа капитан Парасочко Алексей Спиридонович предлагает, находящимся в вагоне, спеть и непременно запивает сам: «… Споёмте друзья, ведь завтра в поход…». Несколько голосов подхватывали ее, и она звучала тихо и не всегда стройно. Мне не нравится такое мрачное настроение командира дивизиона. Улеглись на нарах спать. Я его спросил, почему он так тяжело переживает, в чём же всё же его обвиняют. Он долго молчал. Я не выдержал молчание и задал ему вопросы, может быть, он проявил какое-либо своеволие или непослушание, которое в армии всегда рассматривают как чрезвычайное происшествие. И только перед самым сном, Алексей Спиридонович поведал мне, что его обвиняют в оставлении дивизионом 3-х 45-мм орудий на поле боя и обещают судить военным трибуналом. Конкретно его обвиняют в том, что он не принял должных мер к расчётам, оставившим орудия на поле боя. Да поистине бунтарская, всегда неспокойная, планета Земля: здесь и война между странами, здесь же война в частях, война с паникерами, трусами, ворами и растратчиками… Вот с такими думами, под мерный стук колёс, я и уснул.
17 октября 1943 (воскресенье) – день 848
87-я СД совершив марш по железной дороге, по маршруту Лутучино, Розаково, Ворошиловск, Дебальцево, Волноваху, Верхний Токмак, выгрузилась и сосредоточилась в районе: Чернигово-Токмачанск, Шпарау, Гноденфельд, Мокрый Став, Веселое. Дивизия имеет 1,25 боекомплекта боеприпасов на все виды вооружения. Автогужевой транспорт, как в полках, так и в дивизии загружен до предела. Как части, так и дивизия складские запасы боеприпасов перевозят перевалкой, в два захода. Эта трудная задача осложняется и тем, что автотранспорт часто выходит из строя и подолгу находится в ремонте. Прошло уже много времени, а я все еще ничего не знаю о Марии Коваленко. А главное, и узнать-то не у кого… Надо обязательно встретиться с начальником особого отдела майором Кудрявцевым. Желательно встретить, конечно, ни где-нибудь, а в штабе дивизии.
18 октября 1943 (понедельник) – день 849
87-я СД от командования Южного фронта получила приказ на совершение 100-километрового марша. Дивизионные запасы боеприпасов планируем перемещать перевалкой. На командном пункте меня увидел комдив полковник Иванов и попросил минут через 10 зайти к нему. Когда я явился к нему, он с кем-то вёл разговор по телефону и со мной ещё не обменялся ни словом. Вскоре вслед за мной зашёл замкомдива по тылу майор Тэпин В.П. – Ко мне обратились разведчики и просят обеспечить их автоматами ППС, – говорит мне комдив, – можно ли изыскать такую возможность сейчас? – Дивизия ещё не стала на довольствие по вооружению и аттестаты находятся у нас, – отвечаю, – если это срочно, то мне нужна машина, чтобы срочно выехать в артснабжение 51-й А. – Как вы обеспечили артнабженцев транспортом на этот раз, опять, наверное, с капризами? – обращаясь к Тэпину, спросил комдив. – Товарищ полковник, вам капитан Ненашев снова доложил неправду, – не моргнув, отчеканил Тэпин – Откуда вы заключили, что Ненашев солгал, если он по этому вопросу и словом не обмолвился? – повысив голос, сказал комдив, – Это еще раз подтверждает ваше предвзятое отношение к артснабженцам. Надо товарищ Тэпин с этим кончать. Вы «из-за дерева не видите леса». С артснабженцев не только надо спрашивать, но и больше помогать. Ведь это от них успешной работы во многом зависит и успех операций. Что он усвоил из этих слов комдива понять трудно. С этими мыслями и настроением я возвращался к себе. Сквозь туманную ночь таврической осени – чёрное небо выдавало очередную порцию моросившего дождя. Не совсем светло и было на душе. Сегодня я и не заметил, что мой желудок весь день был пуст, как это и не раз бывало, в тощие дни войны.
19 октября 1943 (вторник) – день 850
Совинформбюро: Наши войска овладели городом Пятихатка. Части 87-й СД на марше для сосредоточения в Трушовке. Маршрут движения: Шкарнау, Гноденфельд Замостье, Елизаветталь, Новоспасское, ПОС № 2. На попутных добрался до артиллерийского снабжения 51-й А. В Армии уже ожидают прибытия нашей дивизии в её состав. Вижу снова всех знакомых артснабженцев – Филиппцева, Мусина. Автоматов ППС в армии очень мало. В основном ими вооружают сейчас танкистов. Зашёл в отдел кадров артиллерии и спросил, не назначаются ли в нашу дивизию офицеры, которые сегодня будут туда следовать. Мне повезло, с тремя младшими лейтенантами и пятнадцатью автоматами мы всю ночь добираемся до Чернигово-Токмачанска.
20 октября 1943 (среда) – день 851
Части 87-й СД на марше. Штаб в 6:00 в Чернигово-Токмачанске, а с 18:00 – в Посёлке № 3. Дивизия получила боевое распоряжение, согласно которому, её части к 7:00 25.10.43. должны сосредотачиваться: Вишневка, Грушёвка, Посёлок № 3, Ново-Покровский, где поступают в распоряжение 51-й А. 1058-й АП в Грушовке, а 448-й ОИПТД сосредоточен в Шкарнау, где должен находиться до особого распоряжения. Имущество и боеприпасы, не поднятые частями, сосредоточить в Шкарнау. ДОП и МСБ в Шкарнау. Идут непрерывные дожди. Дороги стали труднопроходимы. Приказано имущество укрыть в аппарелях. Автоматы ППС, по распоряжению комдива, сразу же передал в разведроту. Комдив поблагодарил, пожал мне руку и добавил: «Молодец!». На дивизионном артскладе кипит работа. Укрывать боеприпасы помогают бойцы 448-го ОИПТД.
21 октября 1943 (четверг) – день 852
Части 87-й СД на марше. КП дивизии в Посёлке № 3. Дороги труднопроходимые. Личный состав дивизионного артсклада утомлён до предела. За время марша ему пришлось одни и те же боеприпасы грузить и разгружать более 10 раз. И тем не менее, боеприпасы всё больше отстают от частей. Убеждаюсь ещё раз, что мы, из всех служб снабжения, в самых наихудших условиях. Случись непредвиденное соприкосновение с противником и ничем будет вести бой, а фактически дивизия боеприпасами обеспечена хорошо. Все дни марша, чуть ли не ежедневно, докладываем командующему артиллерией, просим его дать указание артиллеристам взять с собой, как можно больше боеприпасов. Даже начали привязывать ящики к станинам орудий. Таким образом, удаётся несколько уменьшить количество оставленных боеприпасов на очередных перевалках. Охрана, оставляемая на боеприпасах, не выдерживает никакой критики. Случись что-либо, начальнику артснабжения не миновать суда военного трибунала. Сегодня обо всех волнениях доложил начальнику политотдела полковнику Антонову. – Ну и что же, будете возить перевалками, – заключил он наш разговор. Моему возмущению нет границ. Но что поделать, ведь начальство всегда право. Вспоминаю позавчерашний разговор с инженер-майором Филипцевым. Он интересовался взаимоотношениями артснабженцев с замкомдивом по тылу. Я ему подробно рассказал о наших отношениях, в том числе и о кознях, которые чинит нам даже командир автороты старшей техник-лейтенант Зелинский, лучший друг Тэпина. – Дружба Тэпина с Зелинским не имеет под собой здоровую почву, – сказал мне Филипцев, – А такие союзы всегда не прочные. Эта дружба будет до первого случая, когда кто-либо из них обожжётся… Дружба тут же лопнет, если прокуратура заинтересуется их неблаговидными делами. Тогда Тэпину не помогут ни его располагающая внешность, ни изысканные манеры, ни выразительные жесты и искренние пожатие плечами.
22 октября 1943 (пятница) – день 853
Совинформбюро: наши войска начали продвижение севернее города Мелитополя. Части 87-й СД, совершив 100-километровый марш, сосредоточились в районе Приазовский, Ново-Покровская, Грушовка и Вишнёвка. Боевой и личный состав дивизии (в числителе положено по штатам и табелям, в знаменателе фактическое наличие): личного состава 9.395/7.044, в том числе, офицеров 822/760 младшего начсостава 2.499/1.292, рядовых 6.074/4.992, винтовок 5.731/3.705, ППШ 2.110/2.160, ручных пулемётов ДП 494/494, станковых пулемётов 81/84, ружей ПТР 170/161, миномётов 50-мм 81/29, 82-мм 81/74, 120-мм 18/21, 122-мм гаубиц 12/12, 76-мм ПА 12/12, 76 мм ДА 24/20, 45-мм ПТП 48/30. В дивизии, как видно, не достаёт теперь уже 4 дивизионных пушки и много 45-миллиметровых ПТП. 4-е 76-мм орудия образца 1939 года УСВ вышли из строя на марше. Они оттранспортированы вчера в армейскую артиллерийскую мастерскую. Мне поручено разведать в артснабжении армии, нельзя ли, вместо орудий УСВ получить орудие ЗИС-3, а заодно и как обстоят дела с 45-мм орудиями. Как только я появился в артснабжении армии, меня словно здесь уже ждали – сразу же за рукав доставили к начальнику артснабжения армии инженер-подполковнику Калиниченко. – Знаешь, зачем тебя вызвали? – спрашивает Николай Трофимович. – Нет, не знаю. Меня никто не вызывал, я приехал сам. – Подготовься держать ответ перед командующим войсками армии, по вопросу выведенных из строя, 6-ти 76-мм пушек образца 1939 года УСВ. Сведения исходят от политорганов. – Да, я в курсе, – отвечаю ему, – об этом ставились в известность уполномоченные контрразведки. Через несколько минут нас с Калиниченко позвали к командующему армией. В просторной хате, над картой, разостланной на большом столе, сидели генерал-лейтенант Крейзер, Член Военного Совета генерал Уранов, начальник штаба армии генерал Дашевский, командующий артиллерией генерал Телегин, начальник тыла генерал Попков и ещё несколько человек, которых я никогда не видел, может быть, они все Члены Военного Совета. О прибытии доложил Николай Трофимович. Я только представился. Прямо скажу, по телу пробежала дрожь, я стоял, ни жив, ни мёртв. Ведь мне никогда не приходилось видеть столько генералов. – Подождите в приёмной, мы вас вызовем, – сказал генерал Крейзер, махнув рукой и даже не посмотрев в нашу сторону. Мы вышли в приёмную. Увидев генерала Попкова, я сразу же расстроился. А что, если меня он узнает по нашей встрече. Минула полночь, а мы всё ждём в приёмной.
23 октября 1943 (суббота) – день 854
Совинформбюро: наши войска овладели г. Мелитополь (91-я и 347-я СД). 87-я СД входит в состав 51-й А и занимает оборону: Удачное, высота 26,6 и 36,5, южнее Мелитополя. К командующему нас позвали только в 3:00. – Расскажите капитан, Военному Совету подробно, как вы умышленно выводили из строя 76-мм орудия, – сверля пронзающим взглядом, задал мне вопрос генерал Крейзер. После такого вопроса у меня даже выступил пот и задрожали ноги. – Товарищ командующий, я лично орудия из строя не выводил. Несмотря на недоброжелательное к этим орудиям отношение со стороны артиллеристов, мы артснабженцы, стараемся сохранить эти орудия в артполку, – скоропалительно, задыхаясь, ответил я. – Скажите тогда, кто их выводит из строя? – задал мне вопрос Член Военного Совета Уранов. – На этот вопрос. товарищ генерал, я ответить не могу, так как этим вопросом занимались прокуратура и органы контрразведки, и они, надо полагать, располагают необходимыми данными. Командарм приказал генералу Телегину разобраться со мной. Генерал Телегин приказал мне дожидаться его и никуда не уезжать.
24 октября 1943 (воскресенье) – день 855
87-я СД ведет успешные бои на южной окраине Мелитополя и преследует отступающего противника в направлении Куйбышево. Ожидаю генерала Телегина больше суток. Он где-то в войсках. Принял меня и Калиниченко в 9:00. Прямо с ходу он спросил меня: – Когда вы поставили в известность органы контрразведки? – Сразу же после выхода из строя первых двух орудий, по причине пробоин в противооткатных устройствах. Это и вызвало у меня подозрение. – А что за эксперименты Вы проводили, расстреливая из винтовки противооткатные устройства? – уже на повышенном тоне задал вопрос генерал. – Это была идея уполномоченного контрразведки. Он хотел уточнить, с какого расстояния из винтовки можно сделать точно такую же пробоину в цилиндре противооткатного устройства. Стреляли мы уже по негодному цилиндру. – Вчера Вы сказали о недоброжелательности артиллеристов к орудию УСВ, так чем это вызвано? – задал мне вопрос подтянутый, черноволосый полковник (позднее я узнал, что это был начальник политотдела армии Выборных И.С.). – Это вызвано тем, что на смену этому орудию пришло почти в два раза легче 76-мм ЗИС-3. Оно проще по устройству и удобнее в эксплуатации, с хорошими тактико-боевыми и техническими характеристиками. Поэтому офицеры стремятся заполучить орудия ЗИС-3, прибегая, к разного рода, оправданиям, лишь бы избавиться от орудий УСВ. Лишь в обед я вернулся в дивизию. Штаб дивизии находился на марше из Приазовского в совхоз, что 2 км юго-западнее Константиновки. О своих приключениях доложил командующему артиллерией подполковнику Бондарю И.К. Действительно, моя поездка в армию, преследовавшая цель «добыть шерсти, а вернулся стриженным». Бывает же так в жизни…
25 октября 1943 (понедельник) – день 856
Совинформбюро: наши войска овладели г. Днепропетровском и Днепродзержинском. 87-я СД снимается с занимаемого рубежа обороны и сосредотачивается в районе: Удачная, высота 26,6 и 36,5 и с 24:00 входит в состав 10-го СК, имея задачу с утра 26.10.43 наступать в направлении высоты 56,6, Ново-Николаевка, совхоз Утлюк, высота 55,2. Дожди, дожди… На дорогах пробки, застрявшие машины, которые вытащить можно только танком, и то не всегда. Проверив, как идут дела на дивизионном складе, я зашел в лесок перекурить. Лес уже оскудел. Наверное, чтобы увидеть глухаря, охотнику нужно отшагать по местным тропам не один километр. Присел на пенек. Вспоминаю разговор с членами Военного Совета. Причем здесь артснабженцы? Если уж спрашивать, так надо было с командующего артиллерией. Неужели прокуратура и контрразведка не докопались до виновных? Видимо так и есть. Так легко и оказаться подставным виновником. Вечерний шорох леса мне показался жалобным шепотом на войну.
26 октября 1943 (вторник) – день 857
Совинформбюро: наши войска продолжают развивать наступление на север, запад и юго-запад от г. Мелитополя. 87-я СД ведет успешный бой, преследуя отходящего противника. Командующий артиллерией потребовал подвезти дивизионных и гаубичных выстрелов. Они у нас есть на дивизионном складе, но нет транспорта. Арттягачи с артполка снять нельзя: полк в движении. Попутным транспортом выезжаю в артснабжение 51-й А. Прошу Якова Алексеевича Филиппцева помочь нашей беде. Выстрелы, хотя и немного (5 машин) он может дать, а транспорт надо просить в штабе тыла. Идем с ним в штаб тыла. Категорический отказ. Пробиваемся на прием к генералу Попкову М.В. Дает распоряжение выделить 5 «Студебеккеров». Понравилась мне его простота обращения и обстановка на его рабочем месте. На кухонном столе, вместо традиционной гильзы, стоял тяжелый канделябр с огарком сальной свечи. Его должно быть не чистили лет сто. Мне сразу же бросилось в глаза, что мы имеем дело с большим знатоком вопросов снабжения и человеческой, большой, практической сметки. Вот были бы все такие начальники тылов.
27 октября 1943 (среда) – день 858
Совинформбюро: наши войска начали преследование противника от Днепра до Азовского моря. 87-я СД преследует отходящего противника. Дуют сильные ветра с крутым холодком. Порывистые ветры обивают на рябинах, березах, дубах последние листы. А птицы, которые думают остаться зимовать, взъерошиваются. Чувствуется, что неугомонные ветры принесут и белые снега. С захлебистым гульканьем гудят пустые скворушки. На дворе свежо и неспокойно, все в ожидании зимы. Нахожусь под впечатлением разговора с командармом. И думаю, все зависит от того, как и с какой точки зрения рассматривает вопрос. Ведь пчелу можно рассматривать с точки зрения, что она может только ужалить, не упомянув и не вспомнив о ее пользе для человека. О водопаде, как стремительной опасности при падении в него, и ни слова о возможном извлечении его возможностей для получения электроэнергии. Но это все отвлечение от службы. А как обстоят дела с обеспеченностью боеприпасами, как работает вооружение? Это постоянно волнующий вопрос.
28 октября 1943 (четверг) – день 859
87-я СД с боями преследует отходящего противника. На улице тишина. Влажная изморось опустилась на землю. Звуки стрельбы на переднем крае боев тонут в вязкой вате тумана. Начальники артснабжения частей один за другим приезжают, выпрашивают необходимые боеприпасы, как это делаем и мы, находясь в артснабжении армии. Самыми ходовыми идут 76-мм полковые и дивизионные выстрелы, 82-мм мины. В дивизионной автороте нет ни одного «Студебеккера». Договорился с командующим артиллерией, чтобы с артполка выделили 4 «Студебеккера», для подвоза ему же, 76-мм дивизионных выстрелов. А вместо тягачей, из автороты на это время, прикомандировать 4 машины ЗИС-5. Боеприпасы необходимо было вывезти с прежнего места дислокации, где они были оставлены дивизионным складом. Расстояние свыше 60 км. Это расстояние преодолели лишь за 10 часов. Часто пришлось вытаскивать застревавшие машины. Шофера измучились основательно. Пока загружались машины, шоферам я разрешил отдохнуть в одной из хат. Через час-полтора я зашел посмотреть, как устроились и отдыхают шофера. Какое же было мое удивление, ни один из них не спал. Они, как подсолнечные грызуны, сидели вокруг стола и щелкали семечки. На столе лежала горка семечек. Рядом с шоферами сидел уже пожилой человек – хозяин дома. На горнушке я увидел историческую уникальную редкость – деревянную колотушку. Мне сразу же вспомнилось мое раннее детство, и я слышал, как ночью, по улице села, ходил дежурный и слышался характерный стук колотушки. Может быть, хозяин этого дома был последним дежурным до начала войны. Вряд ли во время войны дежурили с колотушкой.
29 октября 1943 (пятница) – день 860
87-я СД с боями преследует отходящего противника. Далеко еще засветло, как мы, загруженные боеприпасами, выехали обратно. На полпути засела первая машина, потом, помогавшая выбраться первой, засела и вторая. Третья машина решила объехать, чтобы вытащить первую, тоже основательно засела. Не помогают никакие подкладывания под колеса, ни лопаты. Машины как бы срослись с землей. Через два часа появилась колонна из 5 танков и двух бронемашин. Чувствую, что передвигается какое-то начальство со штабом. Становлюсь перед танком, показываю на застрявшие машины, а вслед за ними, собравшиеся еще целую колонну. Танк остановился, из люка появился танкист, по сапожничьи матерится и требует уйти с дороги. Не ухожу. Танк двигавшийся последним вдруг стал обходить застрявшие машины. Потом сдал назад. Я понял, что он по радио получил от командира задание. Так, одну за другой машины извлекли из трясины. Из первого танка, видимо командирского, вылез высокий, очень худой грузин с тонким лицом и маленькими усиками, с печальными глазами. Узнать, кто он по званию нельзя. Его погоны скрывала солдатская накидка.
30 октября 1943 (суббота) – день 861
Совинформбюро: В течении 30 октября в районе р. Днепр и побережья Сиваша наши войска продвинулись на 15-35 км и овладели г. Геническ. Идут бои в излучине Днепра, юго-западнее Днепропетровска и на Криворожском направлении. 87-я СД с боями преследует отходящего противника. Командный пункт дивизии обосновался в Беляевке, а второй эшелон – в Ново-Троицком. Большое количество дивизионных запасов боеприпасов и артимущества остались на старом месте дислокации в Мелитополе. Никаких перспектив, чтобы их вывезти в ближайшие дни. В качестве охранника там остался рядовой Кириллов. Он не имеет ни продуктов, ни возможности отойти от боеприпасов, чтобы найти себе пищу. Когда мы проходили Асканию Нова, мы видели, как из кювета, у самых колес машины, вдруг взмыл фазан и преспокойно уселся на дороге. Справа вдруг засияло алое зарево. Мы остановились. Вокруг сказочная красота. Вскоре, над кустами ивняка, бесшумно пронеслась стая уток, пробежала группа диких козочек…
31 октября 1943 (воскресенье) – день 862
Совинформбюро: Наши войска заняли Сивашское и Ново-Троицкое. 87-я СД с боями преследует отходящего противника, отбивает сильные контратаки танков противника на рубеже: уч. Партизан, уч. им. Ворошилова, Хлебороб, Ново-Николаевка, Агалман Запорожской области и преследует отступающего противника в направлении Аскания-Нова, Григорьевка. Для отражения танковых контратак противника требуется много бронебойных и подкалиберных снарядов, противотанковых гранат и патронов к ружьям ПТР. При таком напряженном бое боеприпасов явно недостаточно, их всего в дивизии не более 0,5 боекомплекта. остальные оставлены в различных районах прежних мест дислокации в 100-150 км. Начартснаб дивизии капитан Лысенко постоянно обивает пороги замком по тылу Тэпину. Но транспорт для вывоза оставленных боеприпасов не выделяется. Валентин Пантелеймонович спокойно предлагает Лысенко обратиться по этому вопросу к командующему артиллерией, который может послать арттягачи, или в артснабжение армии, чтобы они отпустили дополнительное количество боеприпасов и доставили их армейским автотранспортом. Лысенко направился к комдиву и командующему артиллерией жаловаться на Тэпина и решать вопрос вывоза оставленных дивизией боеприпасов. Я выехал в артснабжение армии. Еще теплилась какая-то надежда на помощь армии. Я не ошибся. Инженер-капитан Филипцев Я.А. и замначальника артснабжения майор Мусин А.Н., и я вместе с ними, направились к замкомандарму по тылу генералу Попкову. И на этот раз генерал Попков оказал свое внимание. Он выделил10 высоко проходимых автомашин. Но тут же, на клочке бумажки написал майору Тэпину записку. Дословное ее содержание таково: «Тов. Тэпин! Вы постоянно занимаетесь вымогательством у армии транспорта и «не ударили палец о палец», чтобы свой автотранспорт содержать в надлежащем техническом состоянии. Примите срочные меры к сбору оставленных Вами боеприпасов по всему маршруту движения дивизии. Больше транспорта от армии Вы не получите. Попков».
1 ноября 1943 (понедельник) – день 863
Совинформбюро: на Перекопском перешейке наши войска стремительным ударом опрокинули противостоящие части противника, преодолели Турецкий Вал и прорвались к Армянску. Таким образом, пути отхода по суше для войск противника, расположенных в Крыму, отрезаны нашими войсками. 87-я СД ведёт наступательные бои. Доложил командующему артиллерией о доставке боеприпасов. Тут же распределили и доставили на огневые позиции артиллерии и полковые пункты боевого питания. Показал записку Попкова. Он эту записку забрал и сказал, что её целесообразно передать через комдива. Так и было сделано. С командного пункта Бугаевка, я переместился в Антоновку. А прибыв во второй эшелон в Софиевку, сразу же начали перемещаться в Макаровку (1,5 км южнее безымянного хутора). Весь день с утра моросит дождь, а когда проезжал мимо Сиваша, то ветер гнал по нему мутные и короткие скучные волны. Окна домов слезились от назойливого дождя.
2 ноября 1943 (вторник) – день 864
По радио сообщили об англо-советско-американском коммюнике, конференции трёх министров в Москве. Наши войска овладели городами Каховка и Скадовск. 87-я СД ведёт наступательные бои. В грязь и в стужу части дивизии совершают наступательные бои. Они торопятся, чтобы успеть не дать закрепиться противнику на новом рубеже. Командный пункт и тылы дивизии сегодня утром соединились и разместились в совхозе Червоный Чабан. Здесь-то мы узнали о трагедии, постигшей одну из гвардейских кавалерийских дивизий 4-го гв. КККК, которая ворвалась на плечах отходящих немцев за Перекоп в район Армянска и была отрезана на Перекопском перешейке, и почти вся уничтожена. Наши части в последующие два дня ещё наблюдали бродивших коней под сёдлами в районе Кулы и Армянска.
3 ноября 1943 (среда) – день 865
Совинформбюро: наши войска ведут бои между рекой Днепр и побережьем Каркинитского залива, и в излучение Днепра юго-западнее Днепропетровска. 87-я СД подошла к Турецкому Валу, завязала ожесточенный бой по прорыву укреплённой обороны противника на Турецком Валу. Все артснабженцы разъехались с группами машин за боеприпасами: кто собирать в пути брошенные боеприпасы, кто в армию. Завскладом рядовой Дорохов привёз с полевого армейского склада № 2221 какие-то необычные 76-миллиметровые выстрелы с иностранной маркировкой. Осматриваю более внимательно. Устанавливаю, что это румынские выстрелы. А как же из них стрелять, ведь артиллеристы от нас сейчас же требуют таблицы стрельбы. С трудом, но дозвонился до артснабжения армии. Александр Николаевич Мусин назвал эти снаряды выстрелами инженера Филиппцева. Пообещал сегодня-завтра выдать таблицы стрельбы, которые вот уже четвёртый день, отрабатываются в 764-м ИПТАП инженер-капитаном и начальником артснабжения этого полка капитаном Гуляевым. К вечеру мы получили директиву командующего артиллерии с приложением к ней таблица стрельбы на применение 76-мм румынских трофейных выстрелов. Из директивы стало ясно, что начальником 3-го отделения управления командующего артиллерией инженер капитаном Филиппцевым было предложено использовать нашей артиллерии более полумиллиона таких снарядов. Это более 250 восемнадцати-тонных вагонов. Обработку таблиц стрельбы на них взял на себя. Вот это по праву инициатива. Этот Филиппцев всегда что-то находит новое, берётся за неизвестное, привлекает к себе внимание людей. Яков Алексеевич до войны окончил институт цветных металлов. Прошёл военную подготовку, специализируется на боеприпасах. С его именем связаны многие усовершенствования в организации подвоза боеприпасов, в снабжении армии. У него ещё больше раскрылся организаторский талант. Его подвижный и вечно ищущий ум, его напористость, позволили возглавить и, по сути, взять в свои руки сложную работу, связанную с обеспечением частей и соединений боеприпасами. Части дивизии к вечеру ведут бои северо-восточнее совхоз Будённого.
4 ноября 1943 (четверг) – день 866
Совинформбюро: наши войска овладели городами Цюрупинск, Голая Пристань. Идут бои под Киевом и Невелем. 87-я СД ведёт ожесточённый бой за Турецкий Вал. В 5:30, после приведения себя в порядок, части Дивизии перешли в решительное наступление за владение Турецким Валом и в 6:00 ворвались на Турецкий Вал и овладели им. Все контратаки противника успешно отбиты. Части дивизии вышли в район северо-восточнее Кула, колхоз имени Будённого. Соседи справа 387-я СД и слева 126-я СД. Ездил на ПААС № 2221 в Новотроицкйй и на его отделение в Перво-Константиновку
5 ноября 1943 (пятница) – день 867
Совинформбюро: идут бои между Днепропетровским лиманом и побережьем Чёрного моря.
6 ноября 1943 (суббота) – день 868
Совинформбюро: наши войска овладели городом Киев. В 5:00 противник перешёл в контратаку на всём фронте дивизии и до 13:00 12 раз контратаковал части дивизии. В результате проведённых боёв дивизия очистила 4 км 400 м Турецкого Вала от противника. Захватила двадцати двух пленных, 5 танков (один исправный), 6 75-мм пушек, 4 автомашины, 20 станковых пулемётов, 100 автоматов, 150 винтовок, 12 минометов, 18 ручных пулемётов, 3 мотоцикла, склад с боеприпасами и много другого имущества. Уничтожено 1.554 человека, 128 лошадей, 710 винтовок, 328 автоматов, 130 лёгких и 50 станковых пулемётов, 24 миномета, 16 пушек, 17 гаубиц, 14 зенитных пушек, 11 грузовых автомобилей, 2 трактора, 5 мотоциклов и многое другое. Путей подвоза с армейских складов практически нет. Дороги до предела разбиты и для автомашин они не пригодны. По ним ползают лишь несколько тягачей на гусеничном ходу. За 2-3 ночи во многих участках железная дорога разобрана, а рельсы и шпалы увезены для сооружения землянок. Но эти участки восстанавливаются железнодорожными войсками. Подвоз боеприпасов практически прекратился, лишь изредка видно движение железнодорожных платформ или дрезин, а то и автомашин на ободах колёс. В местах разобранных участков они перегружаются. Боеприпасы носят на носилках, на плечах, в руках, и вещмешках, цепочками бойцов, вышагивающими по проложенным тропинкам. Сегодня с трудом добрался на «полуторке» до станции Партизаны. Побывал и в Алексеевке. Узнал об очередной инициативе капитана Филиппцева. Теперь его устремления направлены на восполнение пробела с обеспеченностью боеприпасами других видов – 120-миллиметровых мин. Он работает над тем, как использовать около миллиона мин, оставленных противником. Все они были некомплектные: отсутствовали как основные, так и дополнительные заряды, а часть их была без взрывателей. В недалеке от берега Сиваша были организованы эти работы. Вот у кого-то в руках разорвалась мина. Погибло три солдата, ведь эти мины надо было перебрать. Они были размещены и на грунте, и в вагонах. Часть штабелей была заминирована. Здесь же расстреливались сигнальные и осветительные патроны. Из их гильз делались основные вышибные заряды, навешивались мешочки с порохом для дополнительных зарядов, подвозились взрыватели. Мины приводились в окснарвид. Где-то в недалеке начартнабженцем дивизии капитаном Газенко В.Г. проводит отстрел опытной партии мин, внося поправки в таблицы стрельбы. Здесь же открывалась впечатлительная картина: солдаты по пояс в воде, непрерывно, через Сиваш, доставляют на плацдарм боеприпасы. Работа кипит.
7 ноября 1943 (воскресенье) – день 869
Совинформбюро: наши войска овладели городом Фастов. Идут бои на Керченском полуострове и в районе города Невель. По радио передан приказ Верховного Главнокомандования № 309 о 26-й годовщине Октябрьской революции. В частях приступили к изучению этого приказа. Дивизионный артиллерийский склад находится в 2 км южнее Макаровка, но должен переместиться в Червонный Чабан. Готовимся к передислокации. В штабе дивизии сегодня наконец-то встретил начальника особого отдела майора Кудрявцева. Поинтересовался у него о Марии Коваленко. Он делает удивлённое лицо, артистически разводит руками, говорит, что она давным-давно переведена куда-то в часть и работает там телефонисткой. А в какую часть он не знает. В 4-ом отделении узнаю, что Коваленко только вчера переведена стрелковую роту 1379-го СП, единственный полк, который занимал рубеж на переднем крае. С помощью начальника связи дивизии связался с Коваленко по телефону. Её голос я узнал сразу же, узнала она и меня, но трубка тут же зарыдала… Так мы и не поговорили. Обещаю прийти к ней завтра.
8 ноября 1943 (понедельник) – день 870
Совинформбюро: войска 1-го Украинского фронта овладели городами Макаров, Бышев и Обухов. По железной дороге на автомашине доставляем до Червоного Чабана трофейные мины. Внимательно осматриваю их и думаю, как оценят подвиг инженера Филиппцева, который в тяжёлый момент для войск, организовал и подготовил к использованию трофейные боеприпасы. Ведь полмиллиона мин – это 750 вагонов. Их хватит на долгие оборонительные бои, на проводимые артподготовки. Я бы таким людям давал героя – это вполне заслуженно, достойно проявленному героизму. Думаю, Филиппцева командование не оставит обиженным. В полдень Морозова Ася сообщила мне, что в госпиталь поступила тяжело раненная Мария Коваленко. Её готовят к операции. Посоветовала прийти в полночь или завтра утром, когда с ней можно будет разговаривать. По нашему докладу комдив полковник Иванов приказал своему заместителю майору Тэпину принять срочные меры для доставки боеприпасов с армейского склада. Для чего, к 18:00 сформировать дивизионную команду при автороте в составе 100 солдат и 200 лошадей. Конский состав обеспечить вьючными приспособлениями. Срок оказался нереальным. Создать такую команду сегодня не удалось.
9 ноября 1943 (вторник) – день 871
По путям и по насыпям железной дороги всюду, вот уже который день, движутся цепочки солдат, доставляющих боеприпасы к переднему краю, на огневые позиции. Артснабжение дивизии разработало необходимые документы по организации доставки боеприпасов с армейского склада силами личного состава. За прошедшие двое суток таким способом в дивизию доставлено 39 тонн боеприпасов. На доставке был привлечён весь личный состав спецподразделений и часть личного состава стрелковых полков 2-го эшелона, артполка и противотанкового дивизиона. Команды возглавляются офицерами. В составе команд и офицеры артснабженцы. Каждая команда имеет конкретное задание. Рано утром я на попутных направился в артснабжение армии. На минутку завернул в медсанбат. К Марии меня пустили в палатку. Из-под белоснежной простыни выглядывало её совсем обескровленное личико с её большими глазами. Увидев меня глаза её выразили мгновенную, едва уловимую улыбку. А на ее мертвецки бледном лице ни один мускул не пришёл в движение. Отвернувшись, она горько и громко зарыдала. Лишь через некоторое время она смогла произнести: «Альберт, я виновата перед тобой. Извини меня». Через несколько минут, когда я вышел из палатки, узнал, что ей ампутировали ногу. Сегодня её отправят во фронтовой госпиталь.
10 ноября 1943 (среда) – день 872
Совинформбюро: войска 1-го Украинского фронта овладели районным центром Иванков и Гребенки. В создании команды по доставке боеприпасов вьюками на лошадях принимает самое активное участие служба артснабжения дивизии. Помощник начальника артснабжения дивизии по боеприпасам капитан Шевченко назначен заместителем начальника этой команды по технической части. Он несёт ответственность за технику безопасности в обращении с боеприпасами, по их доставке организует их получение. В составе команды пять взводов. Срочно собраны начальники артснабжения частей и несколько арттехников. С ними проведён инструктаж по организации доставки боеприпасов личным составом и на лошадях. Было наглядно показано, как перевозить боеприпасы на вьюках. Каждому вручена выписка из задания по доставке, в которой указывались: вид боеприпасов, количество, кому доставляются, время выхода и маршрут движения команды, время на доставку, обеспечение питанием и другие вопросы. Особое внимание обращено на технику безопасности. Определён максимально возможный вес боеприпасов для переноски одним человеком и на вьюгах, расстояние между бойцами в цепочке, порядок складирования боеприпасов во время привалов и отдыха, а также на случай нападения противника с воздуха. Приказом по дивизии инструктаж личного состава возложили на старших команд и офицеров артснабженцев.
11 ноября 1943 (четверг) – день 873
Совинформбюро: войска 1-го Украинского фронта овладели городами Радомышль, Брусилов, Корнин. На Керченском полуострове наши войска ведут бой по расширению плацдарма. Тоже южнее Речицы, на правом берегу Днепра. Вернулся из поездки в артснабжение, занемог. Подскочила температура. Аппетит пропал давно. Начало знобить. К вечеру улёгся на лежанку, товарищи потом говорили, что долго бредил. Был врач с медсанбата военный врач 3-го ранга Михаил Мирфазиев. Сказал, что у меня самая настоящая желтуха. Все остальные товарищи говорят, что лицо и белки глаз покрылись желтизной. Врач сказал, что меня отправят в госпиталь. Слёзно прошу не отправлять.
12 ноября 1943 (пятница) – день 874
Совинформбюро: войска 1-го Украинского фронта овладели городом Коростышев. Идут бои за расширение Керченского и Речицкого плацдармов. Лежу уже второй день. Почти ничего не ем, и не хочется. Каждый кто видит меня, советует применить свои познания в медицине. Нашёл более приемлемый совет – это больше кушать сахара. Мешочек в 2-3 кг сахарного песка для меня разжились товарищи на продскладе. Постоянно жую песок. Железнодорожная линия от армейского склада до Перекопа уже в 10-15 участках кем-то разобрана. Рельсы и шпалы вывезены. И всё равно, по оставшимся участкам железной дороги бегают автомашины на дисках. На разобранных участках снова перегружаются на автомашины, и по оставшейся железнодорожной насыпи, доставляются к уцелевшему участку пути. Хотя и с большими затратами сил и средств боеприпасы постоянно в движении к переднему краю.
13 ноября 1943 (суббота) – день 875
Совинформбюро: наши войска овладели городами Житомир, Малин, Чернохов, Потиевка. Все артснабженцы дивизии выполняют приказ командира дивизии – проверяют использование в обороне, имеющееся в частях, групповое вооружение. К исходу дня командиру дивизии подготовлена и доложена справка о состоянии дел в частях с использованием оружия. В справке отмечалось, что на складах частей скопилось большое количество группового оружия, использование которого, значительно бы увеличило огневую мощь подразделений. Так на складах частей длительное время находится: в 1378-м СП 47 ручных пулемётов, 3 станковых пулемёта, 12 ружей ПТР, 7 82-мм минометов и 1 120-мм полковой миномёт; в 1379-м СП ручных пулемётов 15, ружей ПТР 2, 120-мм минометов 2; в 1382-м СП ручных пулемётов 10, станковых 2, ружей ПТР 3. Всё вооружение исправное. Не используются из-за отсутствия подготовленных расчётов. Третий день жую сахарный песок. Изредка ем хлеб и пью воду. Всё ещё одолевает слабость. Стал на ноги. Работаю и передвигаюсь. В дивизию прибыло пополнение военнослужащих-девушек. Их 100-120 человек. Шёл сильный, холодный дождь. Распределять пополнение прибыл сам комдив полковник Иванов. С ним же прибыли командиры частей, отдельных подразделений, начальники служб. Девушки выстроены в совхозном сарае. Комдивом объявлена очередность отбора специалистов. Первыми отбирали командиры частей 1378-го, 1379-го и 1382-го СП, 1058-го АП и 448-го ОИПТД. – Связисты, радистки и телефонистки, – вызывает начальник связи майор Князев. Из строя выходит 10 девушек. Он их уводит. – Есть ли делопроизводители и машинистки? – спрашивает начальник 4-го отделения штаба. Выходят из строя двое. Каждому хочется заполучить готовых или почти готовых специалистов. Артснабжению дивизию нужны были делопроизводители и бойцы для несения охраны дивизионного артиллерийского склада. Нам отдали оставшихся 15 девушек.
14 ноября 1943 (воскресенье) – день 876
На совещании командиров частей и подразделений – эта справка мною была доложена. Комдив полковник Иванов потребовал от командиров частей срочно заняться практической подготовкой расчётов и к утру 15 ноября доложить, что всё оружие выдано в подразделения и установлено на огневых позициях. Начальнику артснабжения дивизии приказано проверить выполнение этого указания. Тут же начальник оперативного отдела капитан Коростелёв и начштаба подполковник Янов отдали войскам письменное распоряжение по этому вопросу. Получил первое письмо от Марии Коваленко. Пишет она его и с фронтового госпиталя. Сообщает, что её готовят к отправке на излечение в тыл страны. В письме она поведала о своей трагедии. Она считает, что драматическая жизнь её началась с момента её перевода особо отдел. С первых же дней пребывания там, начальник отдела начал её склонять к сожительству. В конце концов, это свершилось. Но Мария не могла отвечать этому старику любезностью. Она с ним была груба. Он неоднократно обещал отправить её в стрелковый полк. В итоге это свершилось. Её направили в стрелковый полк, с прямым указанием, для использования телефонисткой в ту стрелковую роту, которая была на самом опасном участке обороны и несла самые большие потери в личном составе. Её попытки в первые дни пребывания в особом отделе выйти за забор и пожаловаться в политотдел успеха не имели. Всё время пребывания за забором она чувствовала себя на положении арестованной. Своего обратного адреса Мария не сообщила в письме, сделала приписку: «Альберт, писать я тебе больше не буду. Постараюсь забыть тебя. Сделай это и ты». На этом и закончился несостоявшийся роман. Теперь я освобождён от всех обязанностей, связанных с этим.
15 ноября 1943 (понедельник) – день 877
Совинформбюро: на Коростельском направлении наши войска владели городом Каганович Киевской области и районным центром Базар, южнее и юго-западнее Речицы, сломив сопротивление противника, наши войска начали продвижение вперёд. В частях дивизии изучается Приказ Командующего войсками армии, в котором говорится о необходимости повышения бдительности. В приказе приводится случай, о том что на участке 49-й Гвардейской СД 2-й Гвардейской армии, группа разведки противника, в количестве 12-15 человек, с наступлением темноты свободно перешла передний край, пробралась на командный пункт 5-й батареи 100-го ГАП, обезоружила и пленила комбата, двух младших командиров и двух рядовых. Немцы были пьяные. Сегодня выступила труппа нашего клуба, но теперь уже без Марии Коваленко. Из-за импровизированного занавеса выходят, одна за одной, артистки. А мне всё кажется, вот-вот должна появиться и Мария. Но теперь её уже не будет. Девушки в труппе, как на подбор, со стройным станом, веселым щебетанием и обзорными, красивыми личиками. Сейчас их вызывают по несколько раз восторженными овациями воины, с лицами полного умиления. У некоторых слушателей глаза обволакиваются маслом. Исполняется популярная «Жди меня», «Тёмная ночь».
16 ноября 1943 (вторник) – день 878
Совинформбюро: идут упорные бои на Коростельском направлении, юго-восточнее Житомира и в районах Речицы и Гомеля. 87-я СД имеет прежнюю задачу. Сегодня артснабжение дивизии договорилось с командиром 1058-го АП майором Цебенко об откомандировании к нам одного «Студебеккера» с лебёдкой. Машина предназначена для осуществления более оперативной связи с артснабжением армии. При этом была установлена джентльменская договорённость, что при каждой поездке в армию, на обратном пути, полку будет доставляться машина с артвыстрелами. Поступились мы и тем, что в полк отдали подготовленного писаря артснабжения Марию Зотову. Сделка, считаю, вполне взаимовыгодная. Цебенко слово сдержал. Вечером мы уже имели в своём распоряжении машину высокой проходимости. Теперь не надо каждый день ломать шапку перед начальником тыла и командиром автороты. Мы обрели некоторую независимость.
17 ноября 1943 (среда) – день 879
Совинформбюро: Наши войска освободили город Коростелёв. Возобновились и идут наступательные бои юго-западнее Днепропетровска, в районе Житомира, на Коростельском направлении и в районе Речицы. На седьмой день почувствовал улучшение, болезнь начала отступать. А тут и подоспело распоряжение о моей госпитализации. За 6 дней, в дивизию, вьючными колоннами, командой с армейского склада доставлено 66 тонн различных видов боеприпасов. Сегодня эта команда расформировывается. Она сыграла свою роль. Проходимость на дорогах стала улучшаться. На них постоянно работают дорожные механизмы. Помогают её улучшить и заморозки, наступившие сухая погода и сильные ветры. Обеспеченность боеприпасами неплохая. Имеем запасы на дивизионном складе.
18 ноября 1943 (четверг) – день 880
Части дивизии совершенствуют рубеж обороны в инженерном отношении. Артснабжение дивизии принимает меры к накапливанию запасов боеприпасов. Не нарадуемся наличием «Студебеккера». Уже дважды побывали в артснабжении армии. Связь с армией стала оперативной. Привезли этими двумя рейсами для Артполка 76-мм дивизионные и гаубичные выстрелы и два 76-мм орудия ЗИС-3 вместо, находящихся в ремонте, орудий УСВ. Зав складом старшина Харак сегодня где-то купил полсотни куриных яиц, творог, молоко. Общество решило, что всё эти продукты обратить на поправку моего здоровья, несмотря на мои возражения. А вообще-то, с питанием дела обстоят плохо. Весь рацион базируется на пшённой и овсяной каше.
19 ноября 1943 (пятница) – день 881
Дивизия улучшает свои оборонительные позиции. Части по нескольку часов занимаются и боевой подготовкой. Сегодня мы снова побывали в артснабжении армии. Удаётся получить и боеприпасы сверху установленного лимита, установленного Военным Советом. Кроме того, за каждый рейс подвозим по одной машине самых дефицитных артвыстрелов. Теперь мы наладили хорошую связь с армейской ремонтной мастерской. В любой момент по первому сигналу мы подаём крайне необходимые боеприпасы частям. Повысилась возможность в корректировке планов обеспечения боеприпасами и вооружением. Чаще появилась возможность доставлять боеприпасы армейским транспортом, так как более постоянное личное общение с аппаратом армии создавало получение таких возможностей. Неузнаваемо улучшаются отношения с начальником тыла дивизии майором Тэпиным, командиром автороты. Они уже стали интересоваться, почему мы не обращаемся к ним так назойливо, как это было совсем недавно. Сегодня позвонили и просили прислать в особый отдел специалиста по вооружению. Задача не совсем понятна. Я попросил послать туда капитана Шевченко, но там ему сказали, что у них скопилось много вооружения, а не боеприпасов, явно давая понять, что им нужен вооруженец. С Шевченко поговорили и на этом их аудиенция закончилась. Из контрразведки, в тот же день, в артснабжение дивизии позвонили и просили прислать оружейника. Решил пойти сам, но с собой взял старшего техника лейтенанта Вишнякова начальника ДАС. Особый отдел находился в просторной, в несколько накатов землянке. Здесь тепло уютно. Не хватает хорошего света. Землянка, кстати сказать, одна из лучших в дивизии. Не достаёт только дивана, библиотеки, буфета… Посмотрев на кучу различных образцов оружия, сложенных в одной из ближайших землянок, в которой размещалась отделение охраны, я попросил, чтобы всё это сдали в ближайшую артмастерскую 1378-го СП. Осматривать это оружие необходимости не было, так как всё оно в отделении охраны сверхштатное. Разговор со мной так и не состоялся.
20 ноября 1943 (суббота) – день 882
Совинформбюро: наши войска ведут бои в излучение Днепра, юго-западнее Днепропетровска, на Черкасском направлении, в районе Коростышева и Речицы. Дивизия продолжает совершенствовать систему обороны. С особого отдела не в 1378-й СП, а на дивизионный склад, привезли для сдачи 36 винтовок, 12 автоматов и 6 пистолетов ТТ. Выписали накладные. Приняли оружие. Осмотр показал, что 1/3 из него оказалась негодным. А к вечеру, с предписанием штаба, на дивизионный склад прибыло две пожилых солдата для их временного использования в качестве грузчиков. Побеседовал с ними. Сказали, что проходили службу в сапёрном батальоне. А сегодня же вечером я узнал, что они прибыли не из сапёрного батальона, а из-за отделения охраны особого отдела. Один из них член ВКП(б). Был на Турецком Валу. Где-то совсем недалеко разорвалась немецкая мина. Смертельно ранен офицер. Как беспокойно на сердце, когда видишь, как у тебя на глазах падает воин, сражённый пулей или осколком. И больно, и обидно за то, что ты почти бессилен в помощи, которая бы ему помогла выжить, облегчила бы его страдания. Северо-Кавказский фронт перестал существовать.
21 ноября 1943 (воскресенье) – день 883
Совинформбюро: появилось новое направление, южнее города Кременчуга. Ездил в артснабжение армии. Сейчас мне надо рассказать о самоотверженных подвигах инженера-капитана Филиппцева. Сегодня лично наблюдал, как он, под воздействием огня противника, организовывал и руководил переправой боеприпасов через Сиваш на Крымский плацдарм. Он вместе с бойцами уже не раз переходил трёхкилометровую водную преграду, по пояс в ледяной воде. Под его руководством переправлены сотни тонн боеприпасов, необходимых для удержания плацдарма. С ним вместе работают офицеры артснабжения частей и соединений, которым подаются боеприпасы.
22 ноября 1943 (понедельник) – день 884
После приведенных проверок, сегодня издан и доведён до частей приказ командира дивизии о состоянии вооружения в частях. В приказе отмечается, что некоторые командиры взводов, рот и батальонов ещё не проникли чувством ответственности за уход и сбережение вооружения. В результате чего, по вине личного состава, допускаются случаи поломок, задержек в стрельбе и даже вывод оружия до состояния непригодности. В приказе приведены конкретные примеры. На двух командиров рот и одного командира батальона наложены дисциплинарные взыскания. Двум командирам рот объявлены благодарности. Артснабженцам частей приказано усилить контроль за состоянием вооружения в подразделениях, больше предъявлять требовательности к офицерам, постоянно вести настойчивую, разъяснительную работу, направленную на улучшение состояния оружия, постоянно доводить до личного состава причины вызывающие отказы в стрельбе.
23 ноября 1943 (вторник) – день 885
Совинформбюро: идут бои в излучине Днепра, южнее Кременчуга, в районах Черняхов и Брусилов, нижнего течения реки Припять, Речицы и севернее Гомеля. Рухнули все наши надежды на «Студебеккер». Сегодня командующий артиллерией подполковник Бондарь, увидев у нас машину-тягач, которых не достаёт в артполку, приказал немедленно откомандировать её обратно в полк. Сделал внушение и командиру полка майору Цебенко. Приказание его выполнено – машина откомандирована, но Цебенко, верный своим обещаниям, сказал, что через несколько дней, как улягутся страсти, он снова вернёт машину. Без машины как без рук. Мы потеряли всякую оперативность в работе. Ищем выход. Просим майора Тэпина прикомандировать к нам машину. Категорически возражает, объявление одно, что она у нас будет простаивать. Все наши доводы тщетны. Круг наших поисков оперативности замкнулся на командующем артиллерией и на замкомандира дивизии по тылу. Что делать, кому жаловаться? И на кого, на своего непосредственного начальника, как-то совсем неприлично.
24 ноября 1943 (среда) – день 886
Сегодня состоялся разговор с командиром стрелкового батальона, получившим дисциплинарное взыскание за плохое содержание вооружения в батальоне. Этот командир батальона, облечённый доверием командования, является и любимцем личного состава. Он вынослив, храбр, внимателен к подчинённым. Однако, пожалуй, и сейчас, до него не доходит, что он должен требовать от личного состава хорошего и постоянного ухода за вооружением. Он считает, что для этого есть артснабженцы, мастера. Ему уже несколько раз объяснялось о том, как он далёк от уставных требований. В конце нашего разговора он сказал: «Виноват! Запятнал себя плохим уходом за оружием. Но ведь на нашем дневном светиле тоже есть пятна? Мы же на солнышко не обижаемся. Считаю, что на войне вполне естественно, когда уход за оружием ослабляется. Иногда просто не до чистки». Мне кажется, всё-таки Комбат не понял своих обязанностей и вряд ли поймёт, сколько бы ему не указывали на это. Он считает, что воюет хорошо. Его хвалят, награждают и отличают. А тут ещё какие-то дополнительные обязанности. Ну что же, посмотрим дальше, как он будет себя вести. Не сходится с повестки дня вопрос о прикомандировании к артснабжению дивизии автомашины. С командиром 448-го ОИПТД удалось договориться о прикомандировании мотоцикла с коляской и водителем. И то подмога. Принимаем все свои дипломатические способности. Наконец-то удалось уговорить командующего артиллерией полковника Бондаря о прикомандировании к нам грузовой автомашины Шевроле. Мы снова обретаем силу. Есть потери в проходимости и грузоподъёмности, а оперативность, пожалуй, восстановлена сполна. Если учесть, что проходимость на дорогах к этому времени, значительно улучшилась.
25 ноября 1943 (четверг) – день 887
Совинформбюро: наши войска овладели городом Пропойск и районным центром Корма и Журавличи. На совещании, начальником штаба дивизии, нам офицерам, был зачитан приказ комдива об отстранении от должностей и придания суду военного трибунала начальника продовольственного снабжения 87-й СД майора И.С. Сазонова, за попытку изнасилования рядовой Панариной Ф.Д. Мне подумалось, что такая форма грубой любви несовместима с советской моралью, в армии является редкостью. Это больше имело место в гражданских условиях. Шли месяцы войны, сегодня уже 887 день. Все мы, мужчины, безусловно, ощущали и настоящее увлечение, а иногда просто страстно абстрактное влечение, влечение к женщине. В этом влечении, разумеется, немало места занимает, вообще, жажда женской ласки, желание… И особенно это у тех уже, кто познал женские прелести. На помощь и приходят женщины не совсем строгих правил, не особо обременяющие себя предрассудками. Особенно торопливы те женщины, у которых уже мало остаётся времени, чтобы они могли называться милыми. Теперь, особенно в последний год, всё чаще можно встретить влюблённых. Характерным является то, что это пары имели разрыв по возрасту от 15 до 20, а иногда и более лет. Чаще в связи с женщинами вступают мужчины семейные и имеющие более высокое служебное положение, которое позволяло им отвлекаться от своих обязанностей и находить время на совершение любовных обрядов. Супружницами же, становились девушки, только что призванные в армию и в основном, ещё не получившие никакой военной специальности. Сегодня с дивизионным врачом майором Кузнецовым Константином Ивановичем зашёл разговор о женской проблеме в армии. Он поведал нам, что в частях и управлении дивизии проходит службу 121 женщина. Кроме того, за период после последнего переформирования, из дивизии было отправлено домой по беременности 21 женщина. В настоящее время в фактическом, но неофициальном сожительстве более 59% женщин. Вот и этот продовольственник майор Сазонов изыскал время на любовное занятие. Мы его знали, как типичного представителя классической бюрократии, обладающий непревзойденным искусством создавать впечатления благополучности, постоянно напоминая о сложностях и трудностях своей работы.
26 ноября 1943 (пятница) – день 888
Совинформбюро: наши войска освободили город Гомель. Провели совещание с офицерами артснабжения частей. Речь шла о повышении эффективности нашей работы, о методах и формах преодоления внешних и внутренних трудностей. После моего доклада высказались почти каждый начальник артиллерийского снабжения И большинство техников. Они поделились опытом своей работы. Многие внесли предложения, чтобы части регулярно знакомили с перспективными вопросами снабжения вооружением и боеприпасами, со всем новым, что появляется в ремонтном деле по восстановлению вооружения. Была высказана мысль, о необходимости введения практики манёвра запасами боеприпасов между частями, более жёсткой линии в обеспеченности заявок артснабженцев на потребный транспорт подвозов. Некоторые выступающие обеспокоены наличием некомплекта в запасных частях к оружию, в некоторых видах вооружения, таких как 45-мм орудиям и 76-мм дивизионным пушкам, к гаубичным артвыстрелам. Подняли и такой вопрос, почему редакция дивизионной газеты не освещает самоотверженный труд артснабженцев. Изучили в течение 4-х часов вопросы, связанные с возникновением, часто встречающихся дефектов вооружений и методах их устранения.
27 ноября 1943 (суббота) – день 889
Совинформбюро: наши войска освободили город Чечерск, Уваровичи Гомельской области. Совещание продолжается. На совещание были приглашены начальники артиллерии полков капитаны Добрадский Николай Петрович, Гуд Иван Сергеевич, Курмачёв Яков Парфилович. Перед участниками совещания выступил командующий артиллерией дивизии подполковник Бондарь. От участников совещания потребовано использовать любую возможность, чтобы улучшить уход и сбережение. Начартснаб дивизии капитан Лысенко говорил о том, что надо больше выступать на любых совещаниях, собраниях, где присутствует командиры подразделений. Суть выступления командующего артиллерией и начартснаба заключалась в том, чтобы начальники снабжения и начальники артиллерии больше требовали и рассказывали, воспитывали у офицеров в духе высокого чувства ответственности за состояние вооружения. Сегодня же состоялась встреча командующего артиллерией дивизии с командиром полка подполковником Цебенко и командиром 448-го ОИПТД капитаном Бондаревым, перед которыми Бондарь поставил подобные задачи.
28 ноября 1943 (воскресенье) – день 890
Дивизия совершенствует рубеж обороны. Ночью выпал дождь со снегом. Следую на машине в артснабжение армии. В недалеке от Сиваша начался ураган, постепенно увеличивался диаметр смерча. Нижняя часть этого смерча втянула в себя вместе с водой массу водорослей и живых обитателей Сиваша. Смерч буквально в нескольких метрах от нас пронёсся на большой скорости. Всё больше закручиваясь, словно громадного диаметра, верёвка. Мы увидели в спереди идущей машины, из кузова, смерч выхватил человека и какие-то мешки и ящики. В полукилометре смерч начал освобождаться от больших тяжестей. Первыми оказались выброшенными ящики, мешки, человек, большие комки спрессованных водорослей. Мы поторопились к человеку. Он лежал без движения. Его глаза были открыты. Он как бы осознанно смотрел, пытаясь понять, что с ним сейчас будут делать. В нём теплилась жизнь, пульс прощупывался. Мы его доставили в армейский госпиталь. Удалось в армии заполучить наряды на получение двух 76-мм пушек.
29 ноября 1943 (понедельник) – день 891
Догорает ноябрьский вечер. Осень дымится на горизонте. К домику, где располагаемся всей службой артснабжения, подъехала автомашина и начала тревожно сигналить. Выхожу на улицу. Подбегаю к машине. На переднем сидении, развалившись в машине и полузакрыв глаза, сидел солидного вида человек, делая вид, чтобы его не тревожили. докладываю. Кто-то с заднего сиденья спрашивает, где размещается полевая хлебопекарня. Спрашиваю, – А какой дивизии? Отвечает, – 87 Гвардейской. Отвечаю, сие мне неведомо. – Поехали, – обращаясь к шофёру, подал команду начальник, – этот капитан ничего не знает. Как мне хотелось бы узнать, что же это за такой начальник? И здесь-то, в глазах подчинённых, может быть и не подозревая, показал, как власть-магия способна возвеличить его. Этому человеку, кем бы он ни был, неведомо, что слово, пуля и воробей, не могут быть сопоставимы, как по их лётным качествам, так и по их убойной силе. Если от смертоносной пули, которая способна убить только одного, от неё имеется возможность укрыться, но слово не только не воробей, а особенно несправедливое оно может вызвать…
30 ноября 1943 (вторник) – день 892
Части 4-го Украинского фронта на Перекопском перешейке и на плацдарме Сиваша прочно удерживают оборону, совершенствуют её. 17-я немецкая армия заперта на Крымском полуострове. На Керченском полуострове действуют высаженные десантные, наземные военно-морские части. Войска Северо-Кавказского фронта теперь называются Отдельной Приморской армией. На имя командира дивизии поступило письмо от горвоенкома о том, что в расположении города Мелитополь обнаружен склад боеприпасов, оставленный 87-й СД. На складе имеется более 30 автомашин различных боеприпасов. Склад, по сути, не охраняется. Оставленный для охраны солдат без продуктов и других видов довольствия, в течение длительного времени был вынужден обращаться к местным жителям за помощью. В последнее время он освоил изготовление верёвок, из имеющейся на складе пакли. Верёвки им реализуются местному населению в обмен на продукты питания. А живёт он в своеобразном хранилище, сооружённом из штабелей с боеприпасами. Бывали случаи, когда его посещают местные жители. Военком просит срочно забрать оставленные в Мелитополе боеприпасы. Получив это письмо, комдив немедленно вызвал своего заместителя по тылу майора Тэпина. Вызвал и начартснаба, но вместо Лысенко был я. Лысенко был в армии. – Как могло случиться, что такое большое количество боеприпасов осталось до сих пор не вывезенным и оставшимся без охраны, – спрашивает комдив Иванов. – Товарищ полковник, от капитана Лысенко мне известно, что боеприпасы и солдат переданы на месте фронтовому складу, – отвечает Тэпин и не моргнув глазом. После такого ответа я как бы окаменел и не в состоянии был вымолвить хоть бы слово. Уж настолько наглое заявление такого должностного лица. Собравшись, я попросил командира дивизии передать, только что полученную из Мелитополя бумагу, прокурору дивизии. Артснабжение представит прокуратуре необходимые официальные документы и всё встанет на свои места. Я почему-то считал, что у нас в последнее время с Тэпиным установились вполне нормальные отношения. Оказалось, это до первого случая, когда надо было нести персональную ответственность. Убеждаюсь, для него сказать неправду совершенно ничего не составляет. В связи с этим почему-то подумалось, такому человеку больше подойдёт служить в приёмочном пункте «Торгсина» и принимать золото и драгоценности. Он со своей совестью за месяц стал бы миллионером. Бывают же люди, которые всегда держат по ветру, до тошнотворности предупредительный и расчётливый.
1 декабря 1943 (среда) – день 893
Совинформбюро: идут бои северо-западнее Гомеля, в районе реки Припять и юго-западнее Кременчуга. Освобождён город Наровия (Полесская область). До 2:00 составляю сведения о вооружении, боеприпасах. Выверяю учётные данные. Запыхавшись в дом, где мы расположились, вбежал начартснаб Лысенко. Впечатление такое, что за ним по Червонному Чабану кто-то гнался. Он сел, не может отдышаться. Глядя на тонкую фигуру своего начальника, его хмурый и озабоченный вид, думается, что он во власти глубокого раздумья о волнующих вопросах нелёгкого артснабженческого труда. Не Ася же его доводит до такого состояния. Придя в себя, Лысенко рассказал, что он сейчас был у Тэпина. Придя к нему, тот ему предложил сегодня же отправиться на вывоз боеприпасов из города Мелитополя. Он, Лысенко, обвиняет в том, что он ему нечасто напоминал о их вывозе, и он в суете дел забывал. К 9:00 со всей дивизии собирают автомашины, в числе их будет два «Студебеккера» с лебёдками. Всего в колонне будет 30 автомашин. Лысенко спросил, смогу ли я возглавить колонну? В помощь, со мной поедут капитан Шевченко, старший техник лейтенант Вишняков. Вся колонна перед выходом мною осмотрена. Не нахожу ни одного автомобилиста-офицера с дивизионной автороты, нет ремонтной летучки, шофера не имеют запасов продовольствия, машины заправлены на одну четверть баков. После проверки спрашиваю, кто из автороты возглавит обеспечение технического состояния машин, как решается вопрос с обеспечением заправкой машин и питанием шоферов? Никто не знает. Докладываю в спокойном тоне о положении дел майору Тэпину. – Вы, артснабженцы, всегда хотите жить на готовом, – злобно говорит Тэпин, – Не я же буду за вас работать. – Это обязанности ваших подчинённых. Во-первых, командира автороты Зелинского и начальника оргпланового отделения майора Урванцева, – отвечаю Тэпину, и добавляю, – с такой неорганизованной и не обеспеченной колонной я выехать не могу. – А кто вас назначал возглавлять колонну? – спрашивает Тэпин. – Мой непосредственный начальник, – отвечаю я, – а какое это имеет значение, кто меня назначил. Тогда прошу вас назначить начальником колонны командира автороты, а я поеду в качестве специалиста, обеспечивающего технику безопасности перевозки взрывоопасных грузов. Если вы этого не сделаете, я буду вынужден докладывать командиру дивизии. – Вы, молокосос меня запугиваете? Можете идти, – с фальцетом выкрикнул Тэпин. – Товарищ майор, у Вас быстро в памяти стёрлось прошлое, когда вы были в полку. И за каких-нибудь несколько месяцев, предоставленная вам власть не пошла в пользу, а создала почву для появления грубиянства, высокомерия и неправдивости, – заявил я и вышел. Не знаю, как вёл себя Тэпин после этого моего такого заявления. Но колонну возглавил начальник оргпланового отделения майор Урванцев. С колонной выехали командир автороты и помощник начальника артснабжения дивизии капитан Шевченко
2 декабря 1943 (четверг) – день 894
Совинформбюро: нашими войсками освобождён Нижний Млынок в районе нижнего течения реки Припять. На двух автомашинах 448-го ОИПТД ездил на армейский склад за получением подкалиберных 45-мм выстрелов для дивизиона. Получил и доставил их в дивизион. Только сегодня узнал, что капитан Бондарев дивизион сдал. Его приказом от 26 ноября 1943 года командир дивизии отстранил от занимаемой должности за совершённое им злоупотребление властью, а оно заключалось в обмене военного обмундирования на самогон. А погубила его обыкновение влезать самому во все мелочи. Делал он это не сам, но знал и не принял должных мер. На мой вопрос, как это могло случиться, он ответил: «Мало ли у нас развелось фискалов времён Петра Великого. Те хотя получали половину штрафа, как поощрение, а эти подпевалы зарабатывают себе дешёвую репутацию». Кого он имел в виду я, конечно, не имею понятия. Дивизиону не везёт, за короткое время сменилось два командира. Пока исполняет обязанности командира капитан Бурцев Леонид Николаевич, начальник штаба дивизиона.
3 декабря 1943 (пятница) – день 895
Вчера в артснабжении армии узнал, что в армию, в массовом масштабе, начали поступать пистолеты-пулемёты Судаева. Что ещё в прошлом году началась разработка пистолета-пулемёта, автоматика которого основана на принципе полусвободного затвора. Одновременно разрабатывается промежуточный патрон. На территории СССР начали формироваться югославские части. Удалось выписать только 10 ППС, больше не дали. Из Мелитополя сегодня прибыло всего четыре автомашины из тридцати. Остальные в пути. Дорога труднопроходимая, машины часто выходят из строя. Сегодня приключился большой скандал. Утром, по распоряжению командующего артиллерией, с артполка, в распоряжение артснабжения дивизии выделили пять арттягачей «Студебеккер» для доставки боеприпасов с армейского склада. В это время прибыл командир корпуса, и ему стало известно, что с огневых позиций артполка снято до десятка тягачей, находящихся в пути. С сегодняшнего дня категорически запрещено снимать арттягачи для подвоза боеприпасов.
4 декабря 1943 (суббота) – день 896
Совинформбюро: идут бои севернее и северо-западней Пропойска, северо-западнее Гомеля и в районе Черкассы. Из Мелитополя прибыло 12 автомашин с боеприпасами. В пути остались, в основном из-за технических неисправностей, 12 автомашин и два арттягача. Сегодня вернулся с колонной пяти «Студебеккеров» и доставил боеприпасы, в основном все в артполк, а часть оставил на дивизионном складе. В пути следования мне пришлось много беседовать с каждым водителем. Среди них и молодые и уже прошедшие огонь и воду. Для молодых чувствуется, что первые дни и месяцы службы в армии являются трудными, непосильными. И тот из них вживается в жёсткие уставные порядки быстрее, кто ещё с детства приучен делать не только то, что хочется, а и то что надо, кто вразумил себя, что само слово или существо армии без организованных и обязательных людей невозможно.
5 декабря 1943 (воскресенье) – день 897
Весь день был в 1379-м СП, провёл сверку учётных данных по вооружению и боеприпасам. Проверил содержание вооружения в пулемётной роте, работу артмастерской, состояние полкового пункта боеприпасов. При докладе, ближе познакомился с командиром полка майором Халявицким М.М. Максим Михайлович у личного состава пользуются признанием. Вид решительный, с беспокойным и важным выражением на лице. Ушастый. Работу службы артснабжения полка оценивает положительно. Справедливый. Артснабженцы жалуются, что командир полка иногда не хочет находить действительных виновников и несправедливо обвиняет в чём-либо. Действительно, как необходимо, чтобы командир любого ранга помнил, что ненароком обронённое, несправедливое слово может вывести из строя больше людей, чем выстрелянный патрон противником. Из Мелитополя прибыло 6 автомашин с боеприпасами и 1 арттягач. В пути капитально срослись с дорогой, 6 автомашин. Все они технически неисправные, их транспортировать можно только на прицепе. Их обслуживает, оставшийся с ними, один тягач «Студебеккер». Он их буксирует по очереди, на 3-5 км. Майор Урванцев и старший техник лейтенант Зелинский вернулись. В пути остался капитан Шевченко
6 декабря 1943 (понедельник) – день 898
Совинформбюро: наши войска овладели городом Александрия юго-западнее Кременчуга. По вызову был у командира дивизии полковника Иванова. Не успел я доложиться по всей форме, как Георгий Степанович мне сходу задал вопрос, вывезли ли мы боеприпасы занаряженные дивизии Военным Советом армии. – Ещё нет, – отвечаю, – колонна в составе двадцати машин находится на армейском артиллерийском складе, ожидает прибытия эшелонов с боеприпасами. С колонной находится капитан Лысенко. – За каким же чёртом Вы направили столько машин, когда ещё не прибыли боеприпасы? – Колонну машин направили по телефонограмме из армии. – Вот видите, как вы артснабженцы, работаете бездумно, – укоризненно произнёс комдив. – Никакой нашей войны я в этом не усматриваю, стараемся, как можно оперативнее, выполнять задания по обеспечению боеприпасами, а задержка с прибытием эшелонов могла быть вызвана обстоятельствами военного времени. – А я вижу, Вы очень разговорчивый, учтите, если задержка с подвозом будет по вашей вине, я вас вместе с Лысенко подвешу за …. – Мои-то выдержат, – отвечаю ему. – Что Вы имеете при этом в виду, – уже возбуждённо спрашивает комдив, – ни намек ли на мои? – Нет, этого я не имел в виду. Ведь Вы упомянули и Лысенко. В это время в землянку зашёл командующий артиллерией подполковник Бондарь. – Ну и артснабженцы у тебя, палец в рот не клади, сейчас же отхватят, – обращаясь к Ивану Калистратовичу, говорит комдив – А я доволен их работой, – сказал подполковник Бондарь. Комдив тут же рассказал наш разговор о предмете, за который он обещал повесить артснабженцев. Оба они рассмеялись. О прибытии колонны с боеприпасами с ПААС и остатка семи машин из Мелитополя приказал докладывать немедленно. Сказал, что я свободен. В штабе я узнал, что комдив старше меня всего на 2 года. Он с 1920 года рождения. Мне казалось он намного старше. С авторотой ещё вчера ушла летучка для восстановления вышедших машин в пути из Мелитополя, увезла с собой ремонтников и необходимые запчасти.
7 декабря 1943 (вторник) – день 899
Совинформбюро: идут бои западнее и юго-западнее города Кременчуг. В 1:00 прибыла колонна в 25 машин с армейского склада. Офицеры артснабжения дивизии и дивизионного склада повели машины по полкам. Мне довелось сопровождать восемь автомашин в артполк. После разгрузки я остался в артполку для проверки технического состояния матчасти артиллерии. Сегодня побывал у комполка майора Цебенко. Ещё ближе познакомился с ним. Это крепыш среднего роста, выглядит довольно моложавым. Ему отроду 29 лет. Симпатичен. Артиллерийским полком командует уверенно. Статный и развитой артиллерист. Службой артснабжения интересуется ежедневно. Начальник артснабжения полка у него на хорошем счету. Николай Кондратьевич попросил у меня дать им в полк хотя бы два-три крупнокалиберных пулемётов ДШК. Мол, в полку необходимо. Нередко приходится вести огонь из пушек по бронетранспортёрам, когда можно было бы справиться и 12,7-мм пулемётом, да и неплохо их использовать, как средство ПВО. Обещал удовлетворить его просьбу.
8 декабря 1943 (среда) – день 900
Совинформбюро: Наши войска освободили районный центр в Кировоградской области Елизаветград и Новая Прага. Только сегодня возвратились остальные автомашины из рейса в Мелитополь. Три автомашины привезли на буксире. Вот сколько стоило трудов и затрат технических средств вывоз боеприпасов, технически и организационно не подготовленной колонной машин, а что было бы, если бы я возглавил эту колонну? Непременно мне пришлось бы иметь, теперь уже более тесное, знакомство с прокуратурой. Отныне я зарубил себе не только на носу, но и на других частях тела, что надо быть внимательным к тому, что тебе предстоит серьёзно решать. Боец, возвратившийся с боеприпасами из Мелитополя, рассказал, да, он научился делать из пакли превосходные верёвки. Они среди населения имели большой успех. Этот заработок ему позволил немного питаться. Да только скучновато было, лишь изредка отвлекался от скуки, когда к нему кто-либо приходил из гражданских лиц…
9 декабря 1943 (четверг) – день 901
Совинформбюро: 2-й Украинский фронт освободил город Знаменка. Из офицеров артснабжения дивизии партийным являюсь только я. На учёте я состою в парторганизации тыла дивизии. Сегодня окончательно пришёл к выводу, что наиболее целесообразнее мне состоять в парторганизации управления дивизии, в штате которой и нахожусь. Начальник политотдела полковник Антонов и слушать не желает мои доводы. И только после моих настойчивых просьб, он приказал своему заместителю разобраться с этим делом. Виктор Тимофеевич Клипачёв выслушал меня более внимательно, изучил штатную структуру управления командующего артиллерией и всецело согласился с моим мнением. И после этого лишь, после второго доклада Клипачёва полковник Антонов сказал, пусть Ненашев один будет от артснабженцев представительствовать при управленческой организации, а остальные пусть остаются в тылу. Мы с Клипачёвым умолчали о том, что в артснабжении нет больше коммунистов. Считаю, что это тоже в какой-то мере наша победа. Теперь трудности с транспортом подвоза боеприпасов не будет замыкаться на Тепине. О них будут знать и комдив, и штабные офицеры.
10 декабря 1943 (пятница) – день 902
Сегодня проверил в 1058-м артполку, как идёт устранение отмеченных недочётов, вскрытых мною вчера, в содержании материальной части артиллерии. Побывал во всех трех дивизионах, поговорил с каждым командиром дивизиона: капитанами Васильевым В.В., Алексахиным И. М. и Чорбой Ф.М. Командир 1-го дивизиона Василий Васильевич, статный, смотрит соколом, движения свободные. Сразу видно, очень компанейский. Требования начальника артснабжения полка в вопросах ухода сбережения и эксплуатации выполняет, как и предусмотрено уставом. Командир 2-го дивизиона Иван Максимович спокойный и малословный офицер. В меру требователен. Командирам батарей постоянно предъявляет требования по улучшению ухода и сбережения за вооружением. Командир 3-го дивизиона Филипп Михайлович Чорба. Земляк командира артполка майора Цебенко. Это коренастый, выхоленный, среднего возраста женолюб. Общительный. Немного высокомерен. С начальником артснабжения полка части часто ругается, незаконно защищает командиров батарей в их бездеятельности в вопросах ухода и сбережения за матчастью артиллерии. Частенько обитает во втором эшелоне, в медсанбате, дней по пять-шесть… К концу своего отдыха его вид обычно говорит за бурные дни и ночи, которые он проводит здесь. Щёки становятся дряблыми, нос рыхлеет и приобретает окраску малинового цвета. Вокруг глаз помятая кожа с мешочками.
11 декабря 1943 (суббота) – день 903
Совинформбюро: наступление продолжается на Кировградском направлении. Партийное собрание управления дивизии состоялось утром. Видимо, это было вызвано какими-то обстоятельствами. Прошло оно более оживленно, с каким-то, неизвестными мне до этого, подъёмом. Коммунисты свободно и открыто говорили о недостатках, чего у нас не бывало в тыловой организации. Может быть это первое впечатление, ведь мне всего лишь несколько раз удавалось присутствовать на партсобраниях управления в качестве приглашённого. Здесь в выступлении никому не отказывают, во времени не ограничивают, выступающих не отдёргивают и реплик не бросают. Попросил слово и я. В течение 15 минут я рассказывал о состоянии с обеспеченностью вооружением и боеприпасами, их техническом состоянии, о принимаемых мерах артснабженцами и далее, я высказал о наших постоянных трудностях, о недостатке автотранспортных средств, о положение «пасынка», в котором находится наша служба у начальника тыла дивизии. Начальник политотдела полковник Антонов в своём выступлении выразил удивление по поводу трудности с транспортом. – Здесь что-то не то, – сказал полковник Антонов, – Тэпин постоянно докладывает, что автотранспорт для артснабженцев выделяется сполна и в первую очередь. С этим мы ещё разберёмся.
12 декабря 1943 (воскресенье) – день 904
Совинформбюро: Наши войска освободили город Чичерин в Кировградской области. Сегодня представил начальнику политотдела справку о степени удовлетворения тылом заявок артснабжения дивизии. Всего, с августа по ноябрь, в оргплановое отделение было представлено 67 заявок на выделение 333 автомашин в трёхтонном исчислении. Вывоз проведён: выделенным транспортом с автороты дивизии 209 автомашин или всего лишь 63%; арттягачами, снимаемыми с огневых позиций, 63 автомашины или почти 19%; и остальные 18%, армейским автотранспортом. Все эти грузы в 1000 тонн доставили в части: автотранспортом дивизии на 50%, остальные 500 т транспортом частей и армейским. Резолюции, которые писались Тэпиным на наших заявках, были расплывчатыми, не определёнными. Вот одна из них (приводится дословно): «Выделить, с учётом наличия возможностей присутствия заявленного количества транспорта. Предложить перевозку и вывоз осуществить несколькими рейсами». Прочитав справку Тимофей Николаевич, отдал мне справку, предложил использовать её для своих нужд. Он был именно в это время с головой, затуманенной винными парами, которая не была способна на более трезвое решение вопроса. – В итоге-то все боеприпасы доставлены? – Да, но с каким трудом, с какими следами крови на душе, а с каким опозданием, – заявил я ему. – А вы хотели бы, чтобы вам ваши боеприпасы приходили без вашего участия? – его мозг породил, а уста высказали наставительное изречение.
13 декабря 1943 (понедельник) – день 905
Совинформбюро: продолжается наступление западнее Кременчуга. Ездил по вызову в артснабжение и на полевой армейский склад. Мне вручили 7,62-мм станковый пулемёт системы Горюнова образца 1943 года СГ-43. Поставлена задача: провести интенсивную эксплуатацию этого пулемёта в боевой обстановке, внимательно изучить его поведение, каждый возможный отказ в стрельбе или появляющиеся неисправности. Но мне кажется, это не войсковое испытание, так как этот пулемёт ещё 14 мая 1943 года решением ГКО был принят на вооружение и без войсковых испытаний. Из армии, прямо сходу я направился с пулемётом в 1378-й стрелковый полк и вместе с начальником артснабжения этого полка мы пулемёт передали из рук в руки расчёту, находившемуся на переднем крае обороны. Разъяснили цели и задачи. Из пулемёта надо, как можно больше вести стрельбу. Командир батальона подсказал, что его надо сделать «кочующим» и чаще менять огневые позиции. Так и решили. Познакомился с заместителем командира 1378-го СП капитаном Крупеня Иваном Тихоновичем. Он 1918 года рождения. Очень приятный человек. Он хорошо понимает задачи нашей службы. Его отношение с начальником артснабжения деловое и даже дружественное. Он постоянно заботится об обеспечении их грузов.
14 декабря 1943 (вторник) – день 906
Совинформбюро: после тяжёлых боёв южнее Малина, наши войска оставили Радомышль. Был в 1378-м стрелковом полку с начальником артмастерской старшим техникам лейтенантом Воеводкиным, в роте, где мы были вчера, оставили пулемёт СГ-43. Пулемёт ведёт себя хорошо, отказов не было. Отклонений от технических норм при осмотре не обнаружено. После осмотра были на обеде у зам. по тылу капитана Крупени. На столе стояло шесть железных кружек и одна консервная банка с американской ленд-лизовской колбасой, краюха хлеба. Оказывается, Иван Тихонович отмечал свой день рождения. Но радость и горе на войне всегда рядом. Сегодня прямым попаданием бомбы убито два солдата и разметало продовольственный склад полка. В полку познакомился с копией представления на старшего техника лейтенанта Воеводкина к правительственной награде. Вот что писал 21 марта 1943 командир полка Тюрин Андрей Иванович: «За время боев показал себя храбрым, выдержанным, способным командиром. 23 августа 1943 года вывел с поля боя артмастерскую с личным составом, одновременно, совместно с сержантом Соболезо, Кудрявцевым и красноармейцем Ерёминым, вывел с поля боя одну 76-мм пушку. 14 января под станцией Орловская собрал на поле боя, под сильным огнём противника, винтовок – 50, ручных пулемётов – 2, станковых – 1. 19 января под Манычем вывез с поля боя, под сильным огнём противника, винтовок – 25, ручных пулемётов ДП – 1, миномётов – 1. Товарищ Воеводкин умело организуют ремонт вооружения, с высоким качеством и своевременно. Достоин награждения Орденом «Красная Звезда».».
15 декабря 1943 (среда) – день 907
87-я СД имеет задачу, одним стрелковым полком оборонять совхоз Червоный Чабан, двумя стрелковыми полками оборонять побережье Перекопского залива на участке Малая Коса. На совещании начальников отделов и служб от командира дивизии мы узнали о его приказе, в котором говорится о хищении продуктов должностными лицами дивизии, в частности: командир 357-го ОСБ майор Запруцкий и старший сержант Кузнецов – кладовщик, на протяжении сентября по декабрь похитили со склада хлеб, консервы, сало, варенье и водку на общую сумму 25.677 руб. 50 коп. Кроме того, у гражданских на фураж выменивали гусей, кур, а украденные две лошади проданы жителям села Колончак. Запруцкий от должности отстранён, а кладовщик Кузнецов направлен в штрафную роту сроком на 3 месяца. В 1379-м СП произошла реорганизация, все стрелковые подразделения сведены в два стрелковых батальона трёхротного состава по 50 человек. Во всех частях, в ротах и батальонах второго эшелона проводятся занятия по боевой подготовке. Офицеры артснабжения проводят занятия с командным составом по изучению вооружения. Комдивом приказано разобраться с обстоятельствами потерь вооружения в пульроте 1379-го СП. Я, начальник артснабжения 1379-го СП старший лейтенант Моргуненко Д.Я. и инструктор политотдела майор Орлов направились в эту роту. Вот миновали, подвернувшееся корочкой тонкого льда, озерко. Обогнули плавни с кочками и высокими стеблями бурьяна, веточки которых блестели алмазной кожурой. Неожиданно, одна за другой, в 30-50 м разорвались две мины. Мы залегли. С треском начала рваться целая серия мин. Тяжело ранен осколком инструктор политотдела Орлов. Наспех перевязали рану на животе. Пришлось вернуться, помогая ему добраться до медпункта. Только после этого мы выполнили задание командира дивизии.
16 декабря 1943 (четверг) – день 908
Составлен план проверки в частях организации хранения боеприпасов на полковых пунктах боепитания, ремонта вооружения, занятий с личным составом артмастерских, учёта и отчетности, сбережения вооружения в подразделениях. Короче говоря, мы должны охватить проверкой все три стрелковых полка, артполк и противотанковый дивизион. В основном вся эта проверка возложена на меня. Начальник артснабжения капитан Лысенко и его помощник по боеприпасам капитан Шевченко занимаются вопросами подвоза боеприпасов. Весь день, до темна, работаю в 1378-м стрелковом полку. Недостатков больше, чем достаточно. Требую устранения на месте, при мне. За день в полку, по моему требованию, отрыли аппарели и укрыли все запасы боеприпасов, разбраковали всё наличие вооружения на полковом складе. Всё негодное и подлежащее восстановлению отправлено на дивизионный склад. В конце проверки собрал всех офицеров артснабжения полка, указал на их недоработки и предложил устранить. О результатах проверки поставил в известность командира полка подполковника Быкова Николая Петровича. Начальник артиллерии с начальником артснабжения работают в большом контакте. Капитан Добродский в дебри службы не забирается, да это ему и не надо. Обещался помочь людьми, которые необходимы для сооружения земляных укрытий боеприпасов и артмастерской.
17 декабря 1943 (пятница) – день 909
Совинформбюро: идут бои на Кировградском направлении. Этот день посвятил 1379-му стрелковому полку. Состояние дел по сравнению с 1378-м СП намного лучше во всех вопросах, хотя и здесь недостатков предостаточно. Приятно видеть, как здесь определённые недостатки устраняются оперативно. Очень хорошо отреагировали на мои замечания, можно сказать, даже с благодарностью, командир полка майор Халявицкий М.М. и начальник артиллерии полка капитан Гуд Иван Сергеевич. Начарт – это весёлый, и видимо никогда не унывающий, артиллерист. Артснабженцев, по его словам, он уважает за их большой безропотный и тяжёлый труд, и что они не приносят ему особого беспокойства – работают инициативно, напряжённо. С чувством большого удовлетворения я возвращаюсь из полка. По возвращении, от Лысенко узнал, что с завтрашнего дня все офицеры управления и штаба выходят в части для проверки условий и быта личного состава частей и подразделений, независимо от занимаемой должности. Договорились с Лысенко, что я пойду, как это и было ранее предусмотрено планом, в 1382-й стрелковый полк.
18 декабря 1943 (суббота) – день 910
Совинформбюро: на Кировградском направлении противник контратакует. Находясь в 1382-м СП, стараюсь совмещать проверку своих служебных вопросов с вопросами касающимися бытовых условиями личного состава. В 16:30 все члены комиссии собрались у командира полка майора Ключникова Ивана Николаевича. Каждый доложил о результатах проверки заместителю командира дивизии подполковнику Ковтуну Владимиру Михайловичу. Доклады охватывали и положительные, и отрицательные стороны, но больше последних. За упущения в работе особенно досталось от замкомдива работникам тыла полка. Не обошёл он и командный состав, который не должен забывать о быте солдата. Досталось и некоторым проверяющим, особенно работникам вещевой и продовольственной службы дивизии. Владимир Михайлович настоятельно говорил, что их недостатки – это есть целиком и полностью ваши упущение в работе. Легче всего обнаружить, дать указания, чем подумать, и тут же найти благоразумное решение в оказании помощи. В вопросах ухода и сбережения в полку большие недоработки. На эту тему состоялся отдельный разговор с командиром полка и начальником артиллерии.
19 декабря 1943 (воскресенье) – день 911
Совинформбюро: на днях войска 1-го Прибалтийского фронта перешли в наступление южнее Невеля, освободили город Езерище. Подсоединился к работникам штаба артиллерии, проверяющим быт личного состава. Для меня этот вопрос попутный. Проверяю свои артснабженческие дела. Вместе с начальником артмастерской старшим техником лейтенантом Меледеньковым, артиллерийскими техниками дивизионов, проводим технический осмотр всей материальной части артиллерии. Обнаруженные недостатки тут же устраняются техниками, артмастерами и личным составом. Тут же работает и сварочный агрегат. За день в основном проверены два дивизиона 76-мм пушек. Остался ночевать в полку. Поближе познакомился с начальником артмастерской. Анатолию Александровичу в марте месяце этого года исполнялось 29 лет. Он выше среднего роста. В работе аккуратен. Работает даже с вдохновением. Решения принимает грамотные и смелые. Характер тревожный. Он немногословен. Целыми сутками осматривает, ремонтирует и готовит к стрельбе артиллерию.
20 декабря 1943 (понедельник) – день 912
Совинформбюро: войска 1-го Прибалтийского фронта наступают южнее Невеля. 87-й СД получен приказ командира 55-го СК, в котором отмечается, что войска в местах размещения разрушают линии железных дорог и связей, в частности от Турецкого Вала до совхоза Червонный Чабан. Телефонные столбы, шпалы используются на дрова, а рельсы на перекрытия блиндажей. Он требует навести порядок в этом вопросе. В дивизии отдано категорическое распоряжение по вопросу разрушения дороги. Но это мера принята слишком поздно. Дороги почти нет. Закончили технический осмотр материальной части 3-го дивизиона и к концу нашей проверки все обнаруженные недостатки артмастером рядовым Никулиным Н.П. устранены. Николай Петрович – это безупречный и деловитый воин, хороший специалист. Приземист и широкоплеч. Вечером провели сверку учётных данных. В учётных данных имеются расхождения, но совершенно незначительные. Большая заслуга в этом и делопроизводителя артснабжения полка рядового Полухеева Н. – это грамотный, внимательный и усидчивый человек. Учёт вооружения и боеприпасов, а также отчётность по ним ведёт аккуратно. Лично дисциплинирован. Часто привлекается к подвозу боеприпасов. Его глаза обычно обращены мечтательно вдаль, ни в что. Голос хрипловатый.
21 декабря 1943 (вторник) – день 913
Совинформбюро: наши войска продвигаются южнее Невеля и отбивают атаки юго-западнее Жлобино, в районе Коростеля, юго-восточнее Кировограда. В районе Херсона нашими войсками уничтожено предмостное укрепление немцев на левом берегу Днепра. Из газет узнали о новом Государственном Гимне СССР, который вводится с 15 марта 1944 года (текст Сергея Михалкова и Эль-Регистана, музыка композитора Александрова). В постановлении говорится: «Ввиду того, что нынешний Государственный Гимн Советского Союза «Интернационал» по своему содержанию не отражает коренных изменений, произошедших в нашей стране, в результате Победы Советского Союза и не выражает Социалистической сущности современного государства, СНК СССР решил заменить текст новым, соответствующим по своему содержанию, духу и сущности Советского строя.». Сегодня весь день лазили от одного к другому орудию в противотанковом дивизионе, осматривали выверяли, ремонтировали. Огневые позиции орудий батареи связаны ходами сообщения. Земля и снежные комья, от вспоротого пулемётной очереди бруствера, нет-нет, да летит во все стороны. Огненные струи противника хлестают по траншеям и ходам сообщения.
22 декабря 1943 (среда) – день 914
Наступили дни зимнего солнцестояния. На землю легло снежное покрывало. Дороги позволяют осуществить подвоз боеприпасов, держать оперативную связь с артснабжением армии и с частями. Проверка частей показала, и ещё раз даёт право на утверждение того, что артснабженцы, как и все другие должностные лица частей, не плетутся в хвосте событий. Они не ограничиваются реакцией, вызываемой потребностью её сегодняшнего дня, а работают с перспективой. Ныне задача артснабженцев не в регистрации нарушений, а в их предупреждении. Это нелёгкий вопрос – это достигается не только широкой разветвлённой работой, но и глубоким взаимопониманием между командирами подразделений и офицерами артснабженцами. Чаще всего добивается наилучших результатов тот, кто сумеет своей должности придать высокий авторитет, престиж, которые могут быть достигнуты только технически грамотными людьми, умеющими правильно строить деловые взаимоотношения. Проверка показала, что у всех начальников артснабжения полное взаимопонимание, с командирами подразделений установились деловые отношения. Это уже радует всех нас, ибо в этом заложен успех дела. После обеда провели с начальниками артснабжения частей разбор результатов проверки. Мы говорили не только о состоянии обеспеченности и учёте вооружения и боеприпасов. Речь шла и воспитательной работе с личным составом. Сегодня на совещании речь шла и о том, чтобы начальники всех степеней развивали инициативу своих помощников, ближайших, непосредственных подчинённых, чтобы начальники умели правильно воспринимать замечания, которые им даются в ходе проверок, в повседневной, практической жизни, ибо со стороны грехи другого всегда виднее. Мы рассмотрели перспективу дальнейшего обеспечения, и что в ближайшие дни соберёмся в более расширенном составе, чтобы рассмотреть вопросы ремонта вооружения. Обсудили проект приказа комдива о состоянии вооружения по результатам проверки. Вечером этот проект был подписан комдивом. Заночевал в штабе артиллерии дивизии. Здесь тоже улучшается быть личного состава. В землянке заканчивали выкладывание печки. Солдат, который клал её, называл ее «Грубкой». Мне почему-то показалось, что этот солдат с Тамбовской области. И действительно, он и есть уроженец Кирсановского района.
23 декабря 1943 (четверг) – день 915
Провёл сверку данных о наличии вооружений и боеприпасов в 4-м отделении с оперативным отделом и со штабом артиллерии, ввёл коррективы по нашим данным учёта. Такие сверки стали уже правилом. Мы их производим не реже двух-трёх раз в неделю. Вывез, собранное из частей, всё негодное, ненужное и обременяющее дивизионным транспортом. В их числе вооружение, имущество, боеприпасы. Из армейской свалки лома подыскал четыре 12,7-мм пулемёта ДШК, которые путём комбинации можно восстановить в условиях армейской ремонтной мастерской. Сдал их в ремонт и попросил ускорить его. Помочь мне это сделать обещал начальник отделения ремонта вооружения майор Супрун. Это красивый, смелый мужчина. По характеру добрый, с сильным темпераментом и мужественным голосом. Эрудирован. Обладает выразительными организаторскими способностями. Гордость и строгость придает ему ещё большую мужественность. Он своей властью постоянно вторгается в работу подчинённых. Ему, как рассказывают работники армейской мастерской, чем опаснее и сложнее становится обстановка, тем энергичнее и напористые действует майор Супрун. В армии говорят об окончании постройки моста между северным и южным берегом Сиваша. Теперь по нему, на Крымский плацдарм, движется днём и ночью гусеничный и колёсный транспорт. Ширина моста 3 м, движение одностороннее.
24 декабря 1943 (пятница) – день 916
Совинформбюро: войска 1-го Прибалтийского фронта овладели городом Городок, юго-западнее Жлобина отбивают атаки противника. За ночь в результате интенсивного артиллерийского миномётного обстрела противника в частях дивизии выведены из строя 76-мм пушек ЗИС-3, две 76-мм полковые пушки, один 120-мм миномет, три 82-мм минометов, пять ручных пулемётов ДП, десять станковых пулемётов Максима, четыре винтовок и автоматов свыше сто. Артмастерские частей, в основном, восстановили выведенное количество вооружения, за исключением вооружения, требующего среднего ремонта. На двух автомашинах срочно вывез для ремонта в ААРМ 76-мм пушек ЗИС-3 одну, 76-мм пушку образца 1927 года одну, 120-мм миномёт один, станковых пулемётов Максима четыре. Ожидаю пока отремонтируют или появятся отремонтированные другие. Внезапно зимние сумерки овладели землей. Подхожу к походной кухне, чтобы договориться об ужине для шоферов. Да и сам с утра ничего не ел. На облучке походной кухни стоит красивая, круглолицая, совсем ещё юная повариха. Хотя с моими качествами и нельзя было надеяться на внимание этой красавицы, мне всё же удалось договориться на три порции перловой каши и хлеба. Ночью возвратился в расположение.
25 декабря 1943 (суббота) – день 917
В 1378-м стрелковом полку собраны начальники артмастерских стрелковых полков, артполка, начартснабжения 448-го ОИПТД. Обсуждены случаи отказов вооружения за последнее время. Особенно много разговоров шло о том, что в результате длительной эксплуатации в жёстких условиях боевой обстановки, а также отсутствию должных условий для более качественного ремонта, в вооружении появляется больше неисправностей, увеличивается износ деталей. Допуска сопрягаемых узлов и деталей имеют большее отклонение от номинальных. Всё это, в конечном итоге, ведёт к большому рассеиванию пуль и снарядов, и мин. К потере меткости и точности стрельбы. Рассмотрели наиболее характерные, часто повторяющиеся неисправности почти по каждому виду оружия. Начальники мастерских поделились своими достижениями в проведении, как ремонта, так и профилактических работ. По результатам составлен перечень часто повторяющихся неисправностей, внесены наши предложения по совершенствованию, как методов ремонта, так и конструкции. Перечень представлен в ремонтный отдел снабжения 51-й А.
26 декабря 1943 (воскресенье) – день 918
Совинформбюро: войска 1-го Украинского фронта перешли в наступление южнее Радомышля. Освободили город Радомышль, районный центр Брусилов, Корнин и Попельная. На Витебском направлении наши войска возобновили наступление. Артполк, получив три пулемёта ДШК, попросил оказать ему содействие в подготовке расчётов. Сегодня я провёл занятие по изучению устройства ДШК с расчётами, скомплектованными при батарее управления полка. Пулемёты укомплектовали необходимым количеством боеприпасов. Провёл занятие с личным составом артмастерской полка по изучению устройства и ремонта ДШК, ведь это для полка новый вид вооружения. Командир полка считает, что наличие этих пулемётов ему поможет в критический момент вести борьбу с бронетранспортёрами противника. Мол, ведь очень часто приходится встречаться с пехотой противника и с её тяжёлым оружием.
27 декабря 1943 (понедельник) – день 919
В дивизии подведены итоги снайперского движения. Отмечены лучшие снайперы: Озеров, истребивший 79 солдат и офицеров противника, Мартынов – 54, Снегирёв – 53, Карташов – 29. Предложено провести двадцатидневные сборы снайперов, подчинённых командирам батальонов. Создать снайперские команды в пять человек. Категорически запрещено их использовать, как рядовых бойцов. В последующем снайпера, которые будут иметь на своём счету более 100 убитых немцев, переходят в непосредственное подчинение командиру дивизии. Уже заметны и ощутимые результаты снайперов. Артмастерские частей уделяют исключительное внимание к оружию снайперов. Оно чаще, чем другие виды оружия, проходит технический осмотр, ремонтируются, выверяется оптическая линия прицеливания.
28 декабря 1943 (вторник) – день 920
Совинформбюро: войска 1-го Украинского фронта овладели городом Коростышев и районным центром Потиевка Житомирской области. На Витебском направлении наши войска ведут наступление, а севернее Кировграда отбивают атаки противника. С утра прибыли на двухдневной армейские сборы. На сборы вызваны начальники артснабжения дивизии и отдельных частей, а также помощники начартснабов дивизии по вооружению. Сборы проводятся при армейской артиллерийской мастерской. Программа сборов напряжённая. В ней предусмотрено изучение новых образцов вооружения: 152-мм гаубицы образца 1943 года, 7,62 мм станкового пулемёта СГ-43, автомата ППС и другие вопросы организации ремонта в условиях войсковых частей, вопросы учёта и отчётности, изучение нового табеля донесений, приведение оружие к нормальному бою, подготовка артиллерийских орудий и боеприпасов к стрельбе, выверка прицельных приспособлений, нулевой линии прицеливания, откатных устройств. К проведению занятий привлечены все офицеры армии, АРМ и ПААС.
29 декабря 1943 (среда) – день 921
Совинформбюро: войска 1-го Украинского фронта овладели городами Коростель, Черняхов, Сквира. Западней города Запорожье заняли пригород Запорожья на правом берегу Днепра. Присутствовали с Лысенко на продолжавшихся сборах. В конце сборов перед присутствующими выступили командующий артиллерии армии генерал Н.И. Телегин и начальник артснабжения армии инженер-подполковник Калиниченко Н.Т. Из их выступления мы впервые узнали о том, что на вооружение приняты 76-мм полковые орудия образца 1943 года с выстрелами раздельного заряжания. Возвращались целую ночь. Единственная попутная машина, в которой мы устроились, в пути поломалась. На улице ужасный холод. Мы развели костёр. Шофёр ремонтировал машину. Помочь ему ничем не можем. Стоим у костра. От ветра жаркое пламя костра рвётся на просторы. Над костром, на штыках, двое солдат сушат портянки. Невольно вспоминается, а ведь есть люди, которые сейчас сидят в чистой горнице, с высоким белым потолком, а от печки, натопленной сухими дровами, пышет теплотой и ароматом смолистой сосны. Неожиданно появилась звено немецких самолётов. Один из них, отделившись, обстрелял нас из пулемёта, но всё обошлось благополучно.
30 декабря 1943 (четверг) – день 922
Совинформбюро: наши войска овладели городами Казатин, Червоно-Армейск, Володарск-Волынский. Самолёты противника давно улетели, а мы ещё продолжаем греться у костра. Шофёр время от времени тоже подходит погреть закоченевшие руки от ремонта. Мотор автомашины затарахтел лишь с рассветом. Двинулись в путь. Но в метрах 250 от нашего костра мы обнаруживаем труп бойца и никого вокруг. Видимо работа ночной вылазки самолётов противника. Ищем документы в карманах бойца. Их нет. Нет и капсулы. В вещмешке консервная банка и несколько сухарей и более ничего. В одном из карманов обнаруживаем треугольник, довольно-таки потертого, письма. Вот его содержание: «Дорогие Машенька и деточки, Валя и Серёжа! Это письмо, надеюсь, получите. В бою только что побывали. Приводились в порядок. Теперь полевая почта, наверно, работает лучше. Мне доверили грозное оружие – 82-мм миномет. Я освоил его. Командир говорит, что освоил неплохо, стреляю. Как там наши родные, мать, отец? Что они думают обо мне? Заверяю вас всех, что я останусь жив. Я хочу дождаться и видеть, как немцы будут извиваться и просить милости. Что наступит такой день, верю и я, и мои товарищи. Напишите, как дела идут в колхозе, что говорят обо мне. Не слишком ли я переусердствовал? Ведь председателей всегда ругают. Целую всех вас. Ждите меня. Думаю, этот день недалёк». На конверте нет адресов, он их не успел написать. Труп мы сдали в похоронную команду дивизии.
31 декабря 1943 (пятница) – день 923
Совинформбюро: Наши войска освободили город Житомир.
1944
1 января 1944 (суббота) – день 924
В частях, в том числе и с личным составом артснабжения изучали новогоднюю речь М.И. Калинина. Части 87 СД приводят себя в порядок, чистят оружие и материальную часть артиллерии. Задача дивизии оборонять занятую полосу. Обеспеченность боеприпасами хорошая. Имеется в наличии: артвыстрелов 122-мм – 1,3 б/к, 76-мм ДА – 1,6 б/к, 76-мм ПА – 1,5 б/к, 45-мм – 1,1 б/к, мин 120-мм – 1,2 б/к, 82-мм – 2 б/к, 50-мм – 0,9 б/к, ручных и противотанковых гранат – 1,7 б/к, винтпатронов – 1,2 б/к, к ППШ – 1,8 б/к и 26-мм – 1,8 б/к. Дороги труднопроходимые, сплошная облачность, температура воздуха -1°С. Артснабженцы дивизии контролируют в подразделениях и частях правильность размещения запасов боеприпасов, проверяют техническое состояние всех видов вооружения, организуют ремонт. При изучении речи М.И. Калинина бойцы с оживлением воспринимают успехи нашей армии, которых она добилась за прошедший год. Все воины уверены в перспективу Победы, хотя и знают, что враг еще силен.
2 января 1944 (воскресенье) – день 925
Части дивизии прочно удерживают и совершенствуют занимаемый рубеж обороны. Дороги труднопроходимые. Наружная температура воздуха +6°С. Все мы заняты подвозом дефицитных видов боеприпасов. Трудностей в подвозе много. И больше всего меня возмущает несправедливые, а иногда неумные решения. Примером может служить опять-таки случай с выделением автотранспорта. Оргплановое отделение тыла по нашей заявке ежедневно дает разнарядку автороте. В этой разнарядке указывается марка, номера автомобилей с учетом характера перевозимых грузов. И вот, наступает время для выделения транспорта. Командир автороты техник-лейтенант Зелинский становится в позу всезнайки и начинает переворачивать все с ног на голову. Чувствуется полное отсутствие глубокого понимания дела. Каждый раз сопровождается скандалами. Сегодня начальники служб ватагой направились с жалобами к замкомдиву по тылу капитану Тэпину. Валентин Пантелеймонович не считает необходимым одернуть зарвавшегося подчиненного (самого ближайшего друга). Начальник ОПО майор Урванцев только разводит руками, мол, а что я могу поделать. Ведь Зелинский – избранник Тэпина, который пользуется вседозволенностью. Вместо 3-х ЗИС-5 и двух «полуторок», в рейс за боеприпасами вышли 5 «полуторок». До армейского склада добрались лишь к полуночи.
3 января 1944 (понедельник) – день 926
Совинформбюро: Взят город Нижний Новгород. После загрузки машин сразу же двинулись в обратный путь. В рейс с собой взял с дивизионного склада 4 солдата, не столько для погрузки машин, сколько для их изучения в ходе совершения рейса. В обычных условиях как-то нет времени, чтобы хорошо изучить их характеры, деловые качества… Еще с училища я твердо помню, что без тесного человеческого контакта воспитывать человека невозможно и сложно, так же как и лечить больного заочно. В практике нашей работы часто вызывается необходимость поручать самостоятельное выполнение поручения и солдатам. В первую очередь мне хочется узнать обладает ли солдат творческим огоньком. В моем понятии невозможно решить задачу даже при четком, беспрекословном выполнении приказа, если задача выполняется только как приказано, без творческого задора. По мере представленной возможности сегодня в ходе совершения марша поручал солдатам выполнение задач разного характера. На остановках обменивались мнениями. Все четверо мне понравились.
4 января 1944 (вторник) – день 927
Совинформбюро сообщило о взятии нашими войсками Белой Церкви. Перед артснабженцами стоит задача укрыть запасы боеприпасов на полковых, дивизионных и батальонных пунктах, а также на огневых позициях. Все мы заняты организацией этой важной работы. В условиях равнинной местности, которая почти на всю глубину обороны не имеет естественных укрытий, затрудняет выполнение этой работы. В основном отрываются щели и траншеи вручную. Средств механизации никаких. Маскировочных средств нет. Используется только бурьян и сухая трава. Мне сегодня удалось, с целью проверки вопросов хода укрытия боеприпасов, побывать в 1378 СП и 1058 АП. Работы производятся, но медленно. В основном работы ведутся силами личного состава артснабжения. Договорился с командирами полков, что они выделят личный состав для отрывки траншей, а личный состав мастерских будет строить землянки для своих непосредственных нужд. Присутствовал на партсобрании Управления дивизии, теперь уже как полноправный член этой организации. Мой перевод из парторганизации тыла дивизии оформлен официально. Я получил возможность в любое время высказываться о своих наболевших вопросах, поставить о них в известность командование и штаб дивизии. Ведь до сего времени они мало что знали, как и с какими трудностями вершатся дела по подвозу боеприпасов. Может быть, им и сейчас знать не надо, ведь для них главное, чтобы операция или бой были обеспечены всем необходимым. И все же считаю, что этот круг лиц должен знать, как трудно достается создание запасов боеприпасов и что в их расходовании должен быть определенный лимит и его соблюдение. Присутствуя на собрании, у меня возникло желание сразу же, не откладывая в долгий ящик, выступить и поделиться тем, что наболело у нас в нашей службе. Ведь во время официальных докладов старшему начальнику, как правило, соблюдается строго регламентированный воинский порядок или ритуал безгласности. Теперь совсем другое. Выступить экспертом не рискнул. Надо все же продумать и отточить свое выступление. Оно должно быть безукоризненным, доходчивым и самокритичным.
5 января 1944 (среда) – день 928
Совинформбюро: взят город Бердичев. Идет мокрый снег. Дивизия совершенствует систему обороны и имеет задачу захватить контрольного пленного. Артснабжение частей и дивизии занимается укрытием боеприпасов. В дивизию прибыло пополнение личного состава. Маршевые роты совершили 200-километровый переход. Люди измученные, холодные и голодные. Это те молодые люди, которые совсем недавно осаждали военкоматы и райкомы, а также люди не призывного возраста, которые требовали, чтобы их зачислили в действующую армию после ранения и не совсем еще поправившиеся. И все они настроены патриотически, готовы принять бой хоть сейчас, только бы чуть-чуть отдохнуть, чтобы ноги передвигались посвободнее … сбросить усталость. Для вооружения этого пополнения, частям, сегодня же, выдано необходимое количества вооружения, с учетом имеющегося свободного наличия в частях. В 15:00 собираем начальников артснабжения частей в артмастерскую артполка. Здесь проводим четырехчасовое занятие по изучению материальной части 160-мм миномета образца 1943 года, сегодня поступившего в полк. Миномет дан на 10 дней с тем, чтобы мы могли его изучить сами и провести занятия с определенным контингентом офицерского состава. Первое занятие с нами провел представитель артснабжения армии. Теперь должны проводить занятия мы сами.
6 января 1944 (четверг) – день 929
Сегодня командир дивизии полковник Иванов и начштаба подполковник Янов письмом доложили командиру 55 СК о том, что группа в 30 человек под командованием капитана, по словам бойцов принадлежащего к 666 отдельному саперному батальону 51 А, не взирая на предупреждения часовых, охраняющих железную дорогу в течении ночи, извлекли 350 шпал, из которых 150 было увезено, а 200 сложены в штабель и выставлены свои часовые. Артснабжение частей и дивизии продолжают заниматься укрытием запасов боеприпасов на складах. Работы по укрытию боеприпасов на огневых позициях артбатарей и минометных подразделений закончены. В артиллерийском полку представителем артснабжения армии продолжены занятия по изучению 160-мм миномета с командирами взводов, батарей, дивизионов, а также с управлением полка. По просьбе начальника разведки дивизии провел с личным составом разведроты занятие по изучению немецких автоматов «Шмайсер» и «Эрма», находящиеся на вооружении фашистского рейхсвера. Снег начал идти еще со вчерашнего вечера и за ночь и день запорошил всю равнину, замаскировал резкие очертания выброшенного грунта при поведении инженерных работ. В не далеке от нашего расположения упал и загорелся немецкий самолет. После взрыва мы подошли поинтересоваться, какие трофеи нам преподнесли зенитчики. Сбытым оказался первый в мире цельнометаллический самолет модели «Юнкерс Ф-13». Каждый из нас старался приобрести сувенир. Мне удалось забрать самолетные часы, которые по какой-то причине остались невредимыми и их маятник проявил признаки жизни.
7 января 1944 (пятница) – день 930
Части дивизии совершенствуют систему обороны в инженерном отношении. закончились работы по укрытию запасов боеприпасов на батальонных и полковых пунктах боеприпасов. На дивизионном артскладе работы по укрытию продолжаются. Представителем артснабжения армии проведено четырехчасовое занятие по изучению материальной части 160-мм миномета образца 1943 года с офицерами 1378 СП. Договорились с ним: он же проведет занятие и в 1379 и 1382 СП и с офицерами управления дивизии. Был в 1378 СП. Присутствовал на занятиях, осмотрел размещение полкового и батальонных пунктов боепитания. Боеприпасы укрыты хорошо. Со второй половины дня готовлюсь к проведению завтра совещания с начальниками артснабжения частей.
8 января 1944 (суббота) – день 931
Совинформбюро сообщило, что взят Кировград. Личный состав дивизии ликует по поводу радостных событий на фронтах. Нормально прошли занятия с офицерами 1379 СП по изучению 160-мм миномета. Совещание началось в 11:00 и продолжалось до 17:00. Целью его было обменяться опытом работы, уточнить ряд вопросов по совместному действию. Ведь рост мастерства наших командиров, новые формы тактических приемов с каждым днем все усложняются. Соответственно и усложняются наши задачи по обеспечению войск вооружением и боеприпасами. Здесь от служб все больше требуется согласованности, слаженности, дисциплины – которые более высокой организованности. А задачи перед нами действительно нелегкие. Мы обязаны обеспечить более высокую мобильность и подвижность боеприпасов, быстрее восстанавливать арттехнику, претерпевающую более чем когда-либо интенсивные режимы работы: увеличивается нагрузка на каждое орудие, увеличивается пробег. За счет расширения и внедрения технических средств ремонта и модернизации их, артснабженцы, за последнее время, добились повышения технических возможностей и мощности полковых мастерских в полтора раза, без увеличения численности мастеров. Но и это не предел. Требуется дальнейшая работа в этом направлении. Эти задачи и поставлены перед ними.
9 января 1944 (воскресенье) – день 932
Дивизия, совершенствуя участок обороны в инженерном отношении, одновременно занимается и боевой подготовкой. С офицерами 1382 СП проведено занятие по изучению 160-мм миномета. Командующий артиллерией приказал к завтрашнему занятию по изучению 160-мм миномета добавить хотя бы 10 штук мин, что в завершение показать боевую стрельбу по обороне противника. Я выехал в артснабжение армии. Зная принцип обеспечения: больше просишь, больше и получишь, запросил 40 выстрелов. Дали 25. Доставил выстрелы вовремя, на подготовленную будущую огневую позицию для миномета в расположении огневых позиций артполка. Артиллерийский склад боеприпасов дивизии теперь в основном охраняют девушки. Из них сформирован караул, они обучены владению винтовкой. Каждый день начальник дивизионного склада проводит с ними занятия по изучению Устава караульной службы. Сегодня ночью произошел случай. Часовая рядовая Никулина обходила периметр склада. Ей послышались шаги человека. Она прислушалась и огляделась. Обнаружила на снегу притаившегося человека в белом халате. Она камнем упала на землю. Изготовилась к стрельбе. Не успев окрикнуть, неизвестный в ее сторону произвел автоматную очередь. Никулина не растерялась, прицельным огнем выстрелила в человека… Одним выстрелом она покончила с автоматчиком. Оказалось, это был немецкий разведчик, оторвавшийся от группы и бродившей по нашим тылам. Сегодня же командир дивизии лично вручил Никулиной медаль «За отвагу». Вечером выступил на собрании комсомольского актива, проводимого политотделом дивизии. В своем выступлении остановился на задачах комсомольцев в улучшении содержания вооружения. Актив закончился выступлением самодеятельного ансамбля при дивизионном клубе. Но до конца быть не удалось, нет времени. Когда исполняли песнь «На позицию девушка провожала бойца» я уже находился в пути к своему расположению и лишь отрывки мелодии этой песни ветер доносил до меня.
10 января 1944 (понедельник) – день 933
Аэрофотосъемкой обнаружено, что передний край противника от нашего удален на 700 м. Перед частями дивизии поставлена задача: выдвинуть передний край на минимальное сближение. К этой нелегкой работе приступили уже вчера. Занятия по изучению 160-мм миномета завершились боевой стрельбой. Из миномета по огневой системе противника выпущено 25 мин. Корректировщик – начальник штаба артиллерии майор Новиков доложил по телефону о впечатляющем эффекте стрельбы этого грозного вида оружия. Стрельба прошла нормально. В завершение изучения миномета привели его в порядок и с представителем артснабжения армии отправили на полевой армейский склад.
11 января 1944 (вторник) – день 934
Части дивизии приближают свой передний край к переднему краю противника: отрывают траншеи, хода сообщений, устраивают землянки для обогрева личного состава. Сегодня позвонили из артснабжения армии, просили представить не позднее завтра отзыв и замечания о действии пистолете «ТТ» в боевой обстановке. В своей практике мне много приходилось заниматься с «капризами» пистолета «ТТ». Хотя я и знал его недостатки, но надо было спросить и части; может быть, появились какие-либо новые недостатки. К концу дня я уже готовил донесение. Частыми недостатками пистолета «ТТ» являются: самопроизвольное выскакивание магазина из рукояти, малая живучесть боевой пружины, в связи с ее постоянным высоким напряжением, регулировка потребного усилия на спусковой крючок. Кроме того, этот пистолет не может применяться для экипажей бронемашин, танков и САУ, то есть там, где стрельба ведется через щели.
12 января 1944 (среда) – день 935
Части дивизии продолжают вкапываться, приближался к переднему краю противника. Командир дивизии постоянно требует неослабного проведения этих работ. Начальники служб и офицеры штаба дивизии постоянно контролируют эту работу на местах. Сегодня я посетил подразделения 1379 СП. Проверил состояние вооружения – разъяснял причины, ведущие к отказу оружия в бою. Сегодня на моих глазах был смертельно ранен капитан, инструктор политотдела корпуса. Пуля ему угодила в правый глаз. Может быть, это была работа немецкого снайпера. Когда я подошел, он уже был мертв. Лежал он в ходе сообщения. Сапоги на нем хорошо стачанные сапожником, но их форма мне показалась страшной и явно не гармонировала с его комплекцией. Икры обтянуты голенищем и выглядят как бутылки. Светло-оливковый его кожи на лице начал синеть. Он умер. Жизнь затихла в нем, как отдаленный звон. А ведь совсем недавно он старался поддерживать свой хороший внешний вид, проявлял заботу о бойцах, старался поднять бодрость духа у других… Сегодня меня предупредили что я буду на следующем заседании партбюро заслушан о моей деятельности, как коммуниста. Ведь я молодой коммунист, а вернее кандидат в члены ВКП(б) почти с двухгодичным стажем.
13 января 1944 (четверг) – день 936
Части дивизии постепенно выдвигаются вперед, к переднему краю противника. Сейчас разрыв уже составляет не более 300 м. Задача частей по-прежнему идти на сближение, отрывая траншеи и хода сообщений. Все начальники служб и офицеры штаба ежедневно контролируют ход работ по совершенствованию обороны в инженерном отношении. Сегодня я снова был в полку, занимающим передний край (1382 СП). Кроме хода инженерных работ проверил состояние вооружения. Еще не доходя до переднего края, я заметил, как на заснеженное поле то и дело выкатывались большие шары перекати-поле. Сильным порывистым ветром их гнало к переднему краю противника. Каких-либо препятствий для них в нейтральной полосе нет. Проволочных заграждений ни наша оборона, ни оборона немцев не имеет. Я зашел в землянку к командиру стрелковой роты. Здесь жарко топилась чугунная печка. В землянке находилось несколько человек. Все они заняты какими-то конвертами, листочками бумаги. Среди этих людей я заметил агитаторов политотдела дивизии капитанов Василия Николаевича Кушниренко и Никифор Игнатьевича Трусенева. Когда я входил в землянку, то не обратил внимания, что у входа стоял шар перекати-поле. Выйдя из землянки, я увидел, как солдат приторачивает небольшие конвертики к этому шару. Привязывает он их суровыми нитками. Только тут я понял, что эти шары кто-то додумался использовать как средство доставки пропагандисткой литературы – листовок. Через несколько минут я был свидетелем, как шесть таких шаров один за другим гонимые порывистым ветром, через несколько секунд достиг переднего края противника, а некоторые из них катились дальше в глубину его обороны.
14 января 1944 (пятница) – день 937
Совинформбюро: взят г. Мозырь. наши войска ведут здесь успешные боевые действия. Эти известия ободряют личный состав наших частей, ведущих оборонительные бои. Как видно нам здесь еще долго предстоит сидеть. На одном из совещаний, еще в прошлом месяце, командир дивизии полковник Иванов, одному из присутствующих сделал замечание, что, мол, только бездельникам требуется горой стоять за свой авторитет. Хорошему работнику этого делать не требуется, его и так заметят. Мне очень захотелось тогда убедиться в этом самому. Вот уже несколько дней меня занимает эта мысль. Под контроль я взял 15 офицеров-артснабженцев и 5 строевых командиров, в основном считающимися, как самыми требовательными и умелыми организаторами. При каждой встрече с этим кругом лиц я делаю отметки в блокноте о своих наблюдениях, уточняю их данные по личным делам. А сегодня пришло время подвести итоги. Выявляется такая история. Действительно, самыми ярыми поборниками за свой престиж и авторитет оказались люди с более выпуклыми изъянами: бездеятельные, с недостаточной военной подготовкой и слабым общим развитием, с плохими организаторскими способностями, то есть, по сути, не способные управлять людьми. Таких оказалось двое. Остальные 18 являются действительными поборниками за соблюдение уставных требований, взыскательные люди, постоянно воспитывающие уважительное отношение к старшим. Из двух офицеров с отрицательными характеристиками, особенно один из них, напускает такую завесу, наводит муть, что иногда просто трудно разобрать кто прав, кто виноват. Я окончательно убежден, что сильнее всего пекутся о своем престиже те лица, чьи деловые качества не могут обеспечить им прочный, подлинный авторитет. Убеждаюсь, что к таким людям надо присматриваться более внимательно. Это, пожалуй, самые опасные люди. Они в любой момент могут подвести, зарабатывая на этом дешевый авторитет. Такие люди чаще всего пользуются старым. Затасканным приемом – это кричать громче других «Держи вор!», с тем чтобы отвлекать от себя подозрение, что характерно, оба этих товарища, как сговорившись ругают своих предшественников и жалуются, что они приняли плохое наследство и вот им теперь приходится лично и упорно работать, исправлять положение дел. Этот штрих еще раз подтверждает выводы о «громкоговорящих» людях. В числе двух, один строевой офицер и один артснабженец.
15 января 1944 (суббота) – день 938
Части дивизии продолжают усовершенствовать систему обороны в инженерном отношении. Передний край ежедневно продвигается вперед на сближение с противником. День и ночь стучат кирками и лопатами солдаты передовой линии. Командир дивизии полковник Иванов сегодня лично расследует случай в 1379 СП. Младший лейтенант Циханевич со 2-го СБ 1379 СП, будучи в разведке, тяжело раненным попал в плен к немцам. Как выяснилось, его можно было бы эвакуировать, если бы бывшие с ним солдаты не смалодушничали и не разбежались. Досталось «на орехи» и командиру полка майору Халявицкому за этот безобразный случай. Присутствовал на заседании партбюро управления дивизии. Перед этим я побывал во всех частях дивизии, досконально изучил обеспеченность их боеприпасами, уточнил техническое состояние вооружения, организацию его ремонта. В ходе изучения вопросов службы, я проанализировал накопленный опыт снабженцев в частях, причины наших промахов и неудач, рассмотрел вопрос, достаточно ли мы помогаем частям. Это позволило мне обстоятельно ответить на вопросы, заданные мне бюро и на собеседовании у заместителя начальника политотдела дивизии подполковника Клипачева. На заседании бюро мной написано заявление о приеме меня членом ВКП(б). Тут же были даны письменные рекомендации о приеме в партию начальником политотдела полковником Антоновым, его заместителем подполковником Клипачевым и командующим артиллерией подполковником Бондарем. Заявление и рекомендации были тут же рассмотрены и я, единогласно, принимаюсь в партию. 19 января бюро будет рекомендовать для меня для приема в члены ВКП(б). Это все было так для меня неожиданно, что я как-то был даже удивлен. Мне почему-то подумалось, что если бы я оставался в парторганизации тыла, то этого бы не произошло. Уж очень у нас были напряженные отношения с начальником тыла.
16 января 1944 (воскресенье) – день 939
Части дивизии усиленно ведут работы по отрывке новых траншей нового переднего края. Эту работу затрудняют активные действия снайперов противника. В течение нескольких дней, потери в личном составе резко возросли. Командир дивизии, на совещании, потребовал усилить действия наших снайперов. Перед нами, офицерами артснабжения, он поставил вопрос обеспечить части дополнительным, сверхштатным количеством снайперских винтовок. Он потребовал всех снайперов из частей, находящихся во втором эшелоне, свести в единую дивизионную команду и привлечь их для работы на переднем крае. К исходу дня, имевшийся резерв, 12 снайперских винтовок мы выдали 1379 СП. Ездил в артснабжение 51 А. Привез 21 снайперскую винтовку. Все пока заложили в резерв. Надо полагать, вскоре потребуются.
17 января 1944 (понедельник) – день 940
Всю ночь полковые снайпера устраивали свои огневые позиции. Для этой цели к каждому снайперу прикрепили по два бойца. Штабом дивизии разработан график одновременного действия всех снайперов дивизии в определенные часы и минуты. В штабе считают, что этим самым можно добиться лучших результатов с наименьшими потерями наших снайперов. Может быть, в этом есть смысл. Но пока это для всех является новым и неизведанным, в тактическом действии снайперов. Сегодня снайпера будут вести наблюдение за передним краем противника и огня вести не будут. В частях собирают наручные часы, чтобы ими обеспечить снайперов. Уж штабников тоже «конфисковали» несколько наручных часов. Был на докладе у командира дивизии. Одновременно прибыл на доклад и его заместитель по тылу майор Тэпин. Полковник Иванов долго и внимательно смотрел то на меня, то на него. Похоже он что-то собирался сказать, что касалось нас обоих, но не сказал ни слова. По его виду и его непоколебимому выражению и уверенностью на лице, мне кажется, что он собирался покончить с извечным спорами и жалобами, тех людей, которые перед ним стояли. Но видимо посчитал преждевременным.
18 января 1944 (вторник) – день 941
Дивизия продолжает совершенствовать оборонительный рубеж. Снайпера приступили к активным действиям, и как стало известно штабу дивизии, уже сегодня за день имеют большой успех. Проверял состояние материальной части артиллерии в 1058 артиллерийском полку. Замечаний было много. Но все они были устранены в ходе проверки. О результатах проверки доложил командиру полка майору Цебенко. Во время доклада пом. командира артполка капитан Ярцев пытался несколько раз вклиниться в наш разговор и подчеркнуть то, что мы, дивизия, часто привлекаем их транспорт для подвоза боеприпасов, как им, так и другим частям. Поэтому после доклада я встретился с капитаном Ярцевым. По сути, здесь мы впервые и познакомились с ним. В беседе он надолго и часто прикрывает глаза, словно они за его жизнь сильно устали от постоянного бдения. А может быть и от того, что они за всю свою жизнь так много источили любви преданности, и теперь круг этих надежд смыкался, пришла пора отмаливать грехи с закрытыми глазами, да и подумать о внучатах. В беседе, я объяснил ему положение дел, которое сложилось с автотранспортом дивизии. Со службой артснабжения полка у него хорошие деловые взаимоотношения. Он очень внимателен к их просьбам, и особенно, когда необходимы транспортные средства для доставки боеприпасов. В последние дни я побывал почти во всех частях и подразделениях, раскинутых по фронту и глубине обороны. Как обычно, выхожу на рассвете и бреду, то навстречу, то уходя дальше от восхода тяжелого солнца. Возвращаюсь к исходу дня, когда солнце уже опускается за горизонт. По дороге присоединился к случайным попутчикам. Среди них оказалась, Божье наказание, уже известная артиллериста с 1058 АП, Леля. Она без умолку трещит и трещит. В словах не разборчива, допускает много вольных суждений. Назвать ее противной не назовешь, но за ее легкомыслие, так и хочется плюнуть ей вслед. Это страстная, с влекущей женственностью, бесстыжая натура, вряд ли найдет себе постоянного партнера. Может быть, это и побуждает ее к легкомыслию.
19 января 1944 (среда) – день 942
Дивизия совершенствуют систему обороны, ведет огневой бой и снайперскую войну, а по мере возможности в подразделениях проходят занятия по боевой подготовке. Успехи снайперов множатся. В штабе считают, что активность немецких снайперов резко снизилась. Проверял выполнение приказа командира дивизии о развертывании снайперского движения, в части обеспеченности снайперов вооружением. Выяснилось, что девять снайперских винтовок в полку не освоены. Не нашлось хороших стрелков. Винтовки пока находятся на складе. Доложил об этом начальнику штаба дивизии. Сегодня познакомился, с вновь прибывшим в артмастерские 1379 СП, старшим сержантом Пискуновым Иваном Егоровичем. Прибыл он на должность старшего оружейного мастера из госпиталя, в котором находился на излечении после тяжелого ранения. Ему предлагали остаться во фронтовом тылу, в подвижной артиллерийской ремонтной мастерской, где дел тоже хватает, но он потребовал, чтобы его направили в стрелковый полк, в котором он проходил службу до ранения. Иван Егорович хорошо знает ремонт не только стрелкового оружия и минометов, но и умеет производить технический осмотр и качественно ремонтировать. Начальник артиллерийского снабжения полка старается его использовать на ремонте оружия непосредственно в мастерских, но Пискунов не желает ограничиваться этим. Он постоянно и преимущественно находится в траншее. Складывается такое впечатление, как будто бы Иван Егорович родился оружейным мастером и с присущим ему авторитетом. Сегодня, этот 942 день войны, для меня останется на всю жизнь памятным событием. Меня единогласно приняли членом ВКП(б). Вопросов задавали много: и по Уставу, и программе партии, по знанию международного положения и боевой обстановки на других фронтах, генеалогическое древо моего родства. После этого выступили и охарактеризовали меня со всех сторон те, кто мне давал рекомендации. Мне даже было неудобно, когда говорили обо мне лестные слова. Говорят, что я сильно при этом краснел.
20 января 1944 (четверг) – день 943
Совинформбюро: взят город Новгород. Сегодня снова для меня большое событие. Мне вручили партийный билет № 6284343. Вручая, начальник политического отдела дивизии полковник Антонов сказал: «Коммунисты доверили вам стать коммунистом! Так несите же это высокое имя коммуниста с честью и достоинством! Будьте таким же принципиальным и напористым в достижении нашей общей цели – Победы над врагом. Желаю вам товарищ Ненашев успехов в службе, и надеюсь, что вы будете принимать самое активное участие в работе нашей партийной организации». Поблагодарил я Тимофея Николаевича и дал слово не ронять чести коммуниста никогда. С чувством большой удовлетворенности и высокой гордости я возвращался в свое расположение. В пути пришли в голову мысль, почему же мы никак не находим общего языка с начальником тыла майором Тэпиным? Неужели нет каких-либо других путей, чтобы улучшить наши отношения? Ведь никаких личных побуждений к этому со стороны артснабженцев нет. Вот если бы наши заявки на подвоз удовлетворялись бы точно так же, допустим, как удовлетворяются они другим, ему подчиненным службам, и вопрос этот с нашей стороны был бы немедленно снят с повестки дня. Общие трудности с автотранспортом должны быть и общими для всех. В этом случае, в первую очередь, были бы опущены такие неприятные глаголы, как «помогите», «прикажите», которые ныне одолевают нас. Другие глаголы мы забыли, они редко нами употребляются. И все-таки вопрос взаимоотношений надо решать основательно. И мне думается, чтобы его решить надо продумать много ходов вперед. Ведь товарищ Тэпин личность тонкая на эти дела. Надо думать и думать… Так дальше работать невозможно.
21 января 1944 (пятница) – день 944
На командном пункте дивизии сегодня побывало много больших начальников. Причина их визита на Турецкий Вал неизвестна. Видимо знакомились с передним краем. Здесь побывало командование фронта, армий. Мне показали командиров корпусов, которых я видел впервые: это комкор 1 генерал Миссан Иван Ильич, комкор 10 СК генерал Неверов К.П. и комкор 63 СК генерал Кошевой Петр Кириллович. В связи с приездом начальства, нам сегодня не позволили ходить в полки. Приказано, как можно меньше ходить по району обороны. Сегодня вечером мне удалось побывать на выступлении самодеятельного коллектива при дивизионном клубе. Репертуар его постоянно обновляется. Понравилось выступление, вновь появившегося, скрипача. Когда он исполнял мелодию, все слушатели, как по волшебной указке, оказались во власти всесильной музыки. В грустной мелодии можно было услышать плач и рыдание родных и близких на оккупированной территории, борьбу мужественных партизан в тылу врага, взрывы и скрежет, уходящих под откос, эшелонов врага… А вот, расселись на сцене кружевом, девушки. Они исполнили отрывки из популярных фронтовых песен. Мне стало не по себе, когда я увидел полковника Антонова в сильном опьянении. Как я уже заметил, алкоголь на него действует оглупляюще. У него появляется словоизлияние. А сегодня для многих стал предметом разговоров. Я услышал, что в накладных карманах его гимнастерки всегда имеются две колоды карт. Он постоянно ведет поиск партнеров для игры в карты. Играет только в «дурака». Преферансистов считает людьми, с буржуазными пережитками. Ординарцем у себя он содержит своего близкого родственника. Вот ведь какие разговоры. Виноват в этом он, прежде всего сам.
22 января 1944 (суббота) – день 945
Наступили зимние холода. Подразделения закопались в землю. Кругом снежный покров. Люди из землянок вылезают очень редко, и пожалуй, только по своим потребностям или для несения службы, размещаясь в окопах или щелях. По всему заснеженному полю, белыми струйками, поднимается дымок от многочисленных печных труб, торчащих из землянок. С 9:00 и весь день провожу занятия на сборах артиллерийских техников. Сборы проводим при артмастерской полка. Изучаем часто повторяющиеся дефекты в артиллерийских орудиях и установившуюся наилучшую методику устранения их, а также вырабатываем меры по профилактике и недопущению неисправностей. Такие занятия техникам нравятся. Они просят почаще устраивать им встречи для обмена полезным опытом. Только путем сборов, как они считают, можно выработать, наиболее конкретные меры по дальнейшему совершенствованию и улучшению дел, связанных с ремонтом вооружения.
23 января 1944 (воскресенье) – день 946
В соответствии с указанием артснабжения 51 А, в течение дня занимался осмотром 82-миллиметровых мин, имеющихся в дивизии, на предмет выявления среди них запрещенной партии мин. Обнаружено 411 мин такой партии. Все они из частей изъяты и сосредоточены на дивизионном артиллерийском складе. Помощник начальника снабжения дивизии капитан Шевченко выехал в армию с задачей, получить 82-мм мины взамен изъятых из частей. Каково же было наше удивление, когда мы увидели, что среди доставленных им в дивизию мин, 500 штук оказались той же, запрещенной партии. Это уже ничем не оправданная, служебная халатность помощника по боеприпасам капитана Шевченко. Начальник артснабжения дивизии сегодня ему заявил: «Чтобы постоянно исправлять, допускаемые Вами ошибки, надо срочно вводить еще должность помощника, который бы работал на Вас».
24 января 1944 (понедельник) – день 947
В частях и подразделениях дивизии идут занятия по боевой подготовке. По 4 часа проводятся занятия и с оружейными, и артиллерийскими мастерами. К проведению таких занятий, за время нахождения в обороне, настолько все привыкли, что их считают обязательными и не мыслят без них свою деятельность. Уровень квалификации мастеров с каждым днем повышается. Сегодня закончил разработку необходимой документации и условий для объявления очередного конкурса на изобретение лучших приспособлений для ремонта вооружения. Цель – увеличить производительность мастеров и улучшить качество ремонта. Материалы подписаны командующим артиллерией подполковником Бондарем и разосланы частям. Подводить итоги конкурса будем в конце марта. На совещании у командира дивизии начальник штаба дивизии подполковник Янов объявил приказ по дивизии, в котором начальнику связи дивизии подполковнику Князеву объявлялся выговор, за учиненный им, 21 января дебош в подчиненной ему роте связи и оскорбления подчиненных. До этого, мы все офицеры, с большим уважением относились к Герману Ивановичу. Мы всегда его считали степенным выдержанным и культурным человеком. И все же, видимо основная причина – водка. Она ему абсолютно противопоказана.
25 января 1944 (вторник) – день 948
Части дивизии по-прежнему обороняют свой участок, ведут огневой бой, занимаются боевой подготовкой. На армейский артиллерийский склад отправили запрещенную партию 82-мм мин, в количестве 900 штук. В 2:00 к нашему расположению, в Червонном Чабане, подошла колонна автомашин и остановилась. Из кабины первой машины молодцевато спрыгнул статный лейтенант и быстро направился ко мне. Его интересуют дивизионный артсклад 87 СД, которой он доставил 25 автомашин с боеприпасами. Он подал мне сопроводительные документы. Ознакомившись с номенклатурой боеприпасов и уточнив их количество, я распорядился, часть автомашин с сопровождающими от дивизионного артсклада сразу же направить на огневые позиции артиллерии. После не особенно настойчивого возражения, лейтенант согласился на такую доставку. Но просил машины сосредоточить здесь, не позднее как через час-полтора. За доставленные боеприпасы я расписался и через полтора часа лейтенант, с освобожденными машинами, убыл в автобат. Командующий артиллерией подполковник Бондарь с командиром дивизии полковником Иваном в восторге от такого количества боеприпасов, неожиданно поданных, почему-то не 51 А, а 2-ой Гвардейской. Довольны и мы.
26 января 1944 (среда) – день 949
В 15:00 к командиру 87 СД полковнику Иванову прибыл представитель артснабжения 2-ой Гвардейской армии и сообщил, что боеприпасы разгруженные вчера, предназначенной не 87 СД, а 87 Гвардейской СД, а поэтому их надо немедленно передать по назначению, как ошибочно разгруженные. Командир Дивизии связался по телефону с командующим артиллерией 51 А генералом Телегиным и попросил его договориться со 2-ой Гвардейской армией оставить боеприпасы в дивизии. Мне приказано выехать в артснабжение армии. Когда я прибыл, там уже находился, от артснабжения 2-ой армии, подполковник Печеный. Здесь мне сделали внушение за то, что я принял боеприпасы, предназначавшиеся 87 гвардейской СД, как это и было записано в сопроводительных документах. Единственным моим оправданием было то, что я совершенно не знал, что где-то по соседству с нами, действуют гвардейская дивизия с тем же номером. И тем более, сопровождающий колонну лейтенант, не обратил на это мое внимание. В итоге длительных переговоров нам разрешили боеприпасы оставить. Таким образом мы воспользовались правом гвардейских соединений на первоочередное обеспечение боеприпасами
27 января 1944 (четверг) – день 950
Был в артснабжении армии, в армейских ремонтных мастерских и на подвижном артиллерийском складе 51 А. Решил вопрос с дефицитными запасными частями к вооружению, и особенно к крупнокалиберным пулеметам ДШК. К моему стыду, сегодня из разговоров с Филиппцевым, только что узнал историю происхождения бутылок с горючей жидкостью, хотя и постоянно их видел с самого начала войны и применял для уничтожения боеприпасов под станцией Ольгинской. Оказывается, они появились на вооружении армии с августа 1941 года, именно в тот момент, когда у нас было совершенно недостаточно противотанковых пушек, гранат и ружей. Разработана их конструкция работниками конструкторского бюро наркомата Угольной промышленности Н.В. Кошкиным, совместно с инженером и A.B. Ошриным. Яков Алексеевич утверждает сомнительность их эффективности, считает, что с их применением было не меньше бед и ущерба, причиненного своим войскам.
28 января 1944 (пятница) – день 951
В частях дивизии усиленно развивается снайперское движение. Дороги размокшие, труднопроходимые. Температура воздуха +3°С. Весь день находился в 1379 СП. Ближе познакомился со старшим техником лейтенантом Воеводкиным, теперь уже в его новой роли – на должности начартснабжения полка. Небольшой блиндаж с крышей в один накат. Видимо больше не было материалов. В блиндаже металлическая печка, приспособленная из столитровой бочки, лежанка на четыре человека, стол, а под ним ящик из-под сигнальных ракет, приспособленный для хранения учетной документации артснабжения. На столе лампа-коптилка, сделанная из гильзы 45-мм выстрела. Телефон начальнику артснабжения полка не положен по табелю. Можно было бы договориться с начальником связи, но в полку и так не хватает провода для связи начальника штаба со стрелковыми и артиллерийскими подразделениями. Хорошо, что Геннадий Федорович в блиндаже оказался один. Первые минуты разговор не клеился. Он о себе говорит несмело. Как он считает, его биография обычная, а дела не громкие. Такое бывает у людей, которые нашли свое место в жизни, полюбили свою профессию, всецело отдаваясь работе. После школы он получил первую профессию слесаря, потом школа арттехников. Эта профессия и должна стать его жизнью, потребует ревностного отношения к делу. Но беседовать наедине, долго не пришлось. Через несколько минут я убедился, что уединения больше и не будет. В блиндаж вошел старшина 3-ей СР Сыромятников: – Товарищ старший лейтенант, закончились винтпатроны с тяжелой пулей, и вышли из строя 10 автоматов ППШ, – доложил он хрипловатым, простуженным голосом. Геннадий Федорович тут же дает команду кладовщику, отпустить необходимое количество боеприпасов роте, распорядился, чтобы вечером в роту направили оружейного мастера для восстановления автоматов на месте. От старшины потребовал донесение о наличии и расходе боеприпасов. Вслед за ним вошел в землянку старшина артбатареи Пахомов и просит дать ему камуфляжную краску для орудий и кисти. Тоже просит прислать мастера с запчастями для устранения неисправностей. Удовлетворяются и его просьбы. Арттехнику техник-лейтенанту Фирисанову, товарищ Воеводкин дает указание, в связи с его командированием на дивизионной артсклад за запчастями. Но Анатолий Семенович выражает сомнения, что он может вернуться в полк, так как думает, что его оставят в МСБ или направят для лечения в армейский госпиталь. Пришлось вместе с ним направить и артмастера. Вскоре товарищ Воеводкин собрал весь личный состав службы. Здесь обсуждался поступок кладовщика за то, что он пререкался с офицером, намекая, что служит в армии дольше его. Чувствуется, что товарищ Воеводкин любит и требуют дисциплину. Так и не удалось поговорить с Геннадием Федоровичем наедине. Я еще раз убедился, что товарищ Воеводкин спокойный и выдержанный офицер. Службу знает, хорошо руководит ею, вдумчиво, профессионально. У него никогда не бывает острых случаев с перебоем боеприпасов, он заранее предусмотрителен. На всякий случай он всегда имеет контакт с тем, кто его может выручить в тяжелый момент. Сам же он, в любой момент, приходит на выручку товарищу. Своих подчиненных воспитывает в том же духе. Мы не ошиблись, выдвинув его на эту должность.
29 января 1944 (суббота) – день 952
В 1382 СП проверил вооружение в 1-ом СБ и в артбатарее. Сделал несколько замечаний, указав на плохой уход за вооружением. С командирами взводов 1-го СБ провел беседу, в которой рассказал к чему приводит плохой уход за оружием. Показал на более уязвимые места вооружения, за которыми надо следить. Говорят, что поняли меня, но по опыту своему, думаю вряд ли их надолго хватит выполнять мои рекомендации. Познакомился с начальником тыла полка капитаном Болотным и начартом капитаном Курмачевым. Первый больше смахивает на штатского. Подвоз боеприпасов считает своей первостепенной и важнейшей задачей. К заявкам начальника артснабжения на транспорт относится внимательно. Начарт Я. П. Курмачев энергичный, воспитанный и душевный человек. В работу службы артснабжения почти не вникает и не мешает ей работать. С начальником артснабжения полка находится в дружбе.
30 января 1944 (воскресенье) – день 953
Весь день работал в 1378 СП. Проверял состояние вооружения в 3-ем СБ, в минометной роте и в артбатарее. Выявил много оружия неисправного. Артмастерские полка с объемом ремонта могут справиться только лишь за 5 дней. Привлек мастеров с 1382 СП и часть с 1379 СП. В течение завтрашнего дня все оружие, предположительно, будет отремонтировано. К такой взаимопомощи мы еще не прибегали. Не было в этом необходимости. Здесь я остался ночевать. С вечера поставил задачу. Мастера укомплектовали свои походные сумки и разошлись по подразделениям. Укладываясь на отдых, я заметил, как в землянку вошел начальник артснабжения полка капитан Макаров Ф.M. и остановился у стола с письмом в руках. Видимо только, что получил. Тихо подошел к светильнику, прочитал несколько строк и закрыл глаза. Потом тяжело опустился на лежанку, может быть задремал, а может и в забытьи… К письму, отложенному им на стол, никто не подошел. Через несколько минут он открыл глаза, протянул руку, письмо это двинул в мою сторону, дав понять, чтобы я прочитал его. Быстро пробежав строки женского разборчивого почерка, я понял, что автором письма является соседка их семьи. Она сообщает, что у Федора Михайловича умерла дочь. После этого и я не мог сомкнуть глаз.
31 января 1944 (понедельник) – день 954
Я назначен приказом по дивизии членом комиссии по проверке состояния штрафных рот. Комиссия создана на основании приказа командования 55 СК (генерал Ловягин и НШ полковник Рухленко) № 026/OП, в котором отмечалось массовое дезертирство из 87 СД, и в частности, из 19 АШР. В приказе говорится, что в этой штрафной роте по списку числится 244 человека, а в боевом порядке всего лишь 136. Что с 26 по 28 января 1944 из этой роты дезертировало 19 сержантов и бойцов. Весь день проверяю вооружение в 1378 СП и в штрафной роте. От бессонной ночи разламывается голова. Но работу надо делать. Со мной вместе работает оружейник техник-лейтенант Александр Иванович Воскобойников. Он с 1923 года рождения, уроженец города Севска Смоленской области. Как видно, в плечах литые бицепсы, которыми видимо вызывал зависть ребят. Его юность была прервана войной. Военкомат определил, что юноша годен для службы в тяжелой артиллерии. Вскоре арттехническое училище, которое он заканчивал по ускоренному курсу в 1942 году. С этого времени и началась его нелегкая доля техника действующей армии. С 1942 года он находится в дивизии, части которой несколько месяцев ведут изнурительные бои по перемалыванию превосходящих сил противника. Много дней, которые для Александра Ивановича, были днями равными подвигу. Под покровом ночи, а иногда и днем, под пулеметным и минометным обстрелом, он ползает от одной огневой точки к другой с тем, чтобы снова дать жизнь умолкнувшим пулеметам, минометам и орудиям. За умелые решения технических задач, за смелость, находчивость и мужество, он отмечен правительственной наградой. Теперь он техник высокой квалификации. Любознательный по природе, он постоянно совершенствует свое мастерство. Он немногословен. Он осведомлен о состоянии оружия в подразделениях. Шестым, только понятным ему чутьем, он знает в какое подразделение целесообразнее пойти сегодня. Расставаясь с ним, мне почему-то подумалось, что этот человек рожден для того, чтобы каждодневно и ежечасно ползать по переднему краю и выполнять свои функции, свой долг, и ремонтировать оружие, учить офицеров подразделений правильному уходу и сбережению, сохранности оружия.
1 февраля 1944 (вторник) – день 955
Обеспеченность дивизии составляет: в личном составом 4845 человек (в том числе офицеров – 795, сержантов – 1036, рядовых – 3074), конским составом – 894, винтовок – 1906, ППШ – 979, ДП – 142, Максима – 39, минометов 120-мм – 14, 82-мм – 44, 50-мм – 19 122-мм гаубиц – 12, 76-мм ДА – 29, 76-мм ПА – 11, 45 мм – 30, ружей ПТР – 79, автомашин – 137. Дивизия находится в составе 55 СК 2-ой Гвардейской армии, совершенствуют боевую политическую подготовку, накапливает запасы боеприпасов, ведет разведку боем. Наружная температура +2°C. Изучили приказ № 012 войскам армии. В нем говорится о том, что в стрелковых полках пренебрегают использованием 50-мм ротных минометов, и что в течение длительного времени из них не произведено ни одного выстрела. Требуют свести их группы, обучить наводчиков стрельбе из них. На совещании комдив полковник Иванов приказал командирам частей ежедневно ему докладывать об использовании ротных минометов, о расходе мин и эффективности стрельбы. 1382 и 1379 СП установлен общий ежедневный расход 50-мм мин – не менее 250 штук. В дивизию прибыли две маршевые роты на пополнение. Вооружали непосредственно с дивизионного склада. Обе роты направлены на пополнение 1379 стрелкового полка, как самого малочисленного. Роты прибыли из резерва Уральского и Сибирского округов. Как видно, воины этих рот готовились наспех и являются еще сырым материалом. Здесь в основном юноши, которые чувствуют себя не совсем привычно, расставшись со своими красивыми чубами и косыми челками. Этим молодым воинам еще не пришлось много ползать по-пластунски с гранатами, под огневыми разрывами снарядов. Они еще не обкатаны танками. А пока они атаковали на полигонах пустые высотки, холмики, кусты, лес и овраги. Сегодня в артснабжении 51 А получил аттестаты на вооружение и боеприпасы и сдал их в артснабжение 2-ой Гвардейской армии. Теперь мы должны получить право первоочередного обеспечения боеприпасами.
2 февраля 1944 (среда) – день 956
В дивизии снова ЧП. Из 2-ой стрелковой роты 1-го стрелкового батальона 1378 СП ночью дезертировали старший сержант Лисковый Г.А., находившийся под следствием, и рядовой Проданен А.А. Здесь же, на совещании у комдива, объявлен его приказ об отстранении от занимаемой должности командира 1379 СП майора Халявицкого, за систематическое невыполнение приказа. В дивизии дело на него передано прокурору для расследования. К временному командованию полком допущен замкомандира 1379 СП по строевой части майор Немчинов. В полк направлена в комиссия в составе 12 человек, в том числе, членом комиссии назначен и я. Моя задача – проверить состояние вооружения в полку. За день удалось осмотреть одну треть вооружения полка. Наблюдал интересное зрелище. Подразделения полка продолжают разветвлять инженерную сеть оборонительных сооружений перед передним краем противника. Противник в 12:00 открыл беглый минометный и артиллерийский огонь по нашему переднему краю. В подразделениях этого только и ждали. Бойцы, в это время, зажгли бикфордовы шнуры, и концы их ясно зашипели, выбрасывая искры в виде огненной метелочки. А через несколько секунд последовали, один за другим, взрывы, выбрасывая большие массы грунта. Это саперы производят взрывы с тем, чтобы облегчить солдатам, отрывать траншеи и блиндажи в непосредственной близости от переднего края противника. Сегодня довелось услышать лестный отзыв командира стрелковой роты об артснабженцах. После осмотра, в беседе со старшим лейтенантом Иваном Ильичом Кастомановым. Он сказал: «Что за славные ребята, эти артснабженцы! Всегда в подразделениях, тут как тут. Как будто даже знают, когда должен выйти из строя пулемет. Даже не успеваем на них пожаловаться». И даже отозвался очень тепло об оружейном технике Николая Ивановиче Гудимове, оружейном мастере рядовом Гладыреве Николае Ивановиче.
3 февраля 1944 (четверг) – день 957
Продолжил осматривать вооружение в 1379 стрелковом полку. Почти все неисправности в оружии и замечания по уходу и сбережению устранялись в ходе проверки. Оружейные мастера работали вслед за мной. Старшим, возглавлявшим комиссию, заслушаны доклады всех членов комиссии. Владимир Михайлович Ковтун, замкомдива, посоветовал каждому из нас подготовить свой небольшой раздел для проекта приказа. Это мною сделано. Перед нами выступил замначальника политотдела подполковник Клипачев. Он призвал членов комиссии к объективности в оценке положения дел в полку. И на этот раз, как и всегда, его выступление содержало простые, ясные и сильные истины, которые он своим голосом, да еще и внутренним горением, успел предать максимальное звучание. Он всегда находчив и полон вдохновения. Не доказать правого дела он не может. При докладе председателю комиссии, я в конце заключил, что особых криминалов в содержании оружия в полку не обнаружено, но Виктор Тимофеевич меня поправил. Что, мол, и в артснабженческой работе нельзя не придавать значения, и кажущимся незначительными, делам. Это тоже, что и болезнь людей, которая начинается с легкого недомогания, а потом оказывается, что лечить уже поздно. Все это происходило в землянке подполковника Ковтуна. Землянка устроена в самом Турецком Валу. Как и во многих землянках, здесь построена замаскированная комната, служащая для активного и сугубо не аскетического отдыха ее обладателей. Когда мы вышли из землянки, было уже темно. Прежде чем двинуться в путь, мы остановились с тем, чтобы глаза свыклись с темнотой. Снег шел с утра, не переставая и сейчас. Долго стоять не пришлось. Пушинки снега начали таять, и под воротником шинели образовалась холодная влага. Подняв воротник шинели и вобрав шею, я осторожно шел по железнодорожной насыпи в Червонный Чабан, ориентируясь насыпью и тусклым светом осветительных ракет на переднем крае. Сквозь снегопад казалось, что эти ракеты где-то далеко-далеко, и это сбивало с толку о расположении переднего края. Вдруг моя нога вступила во что-то пустое. Я загремел вниз с насыпи и угодил в воду. Быстро поднимаюсь, но под ногами острые камни не позволяют устойчиво стоять. Выползаю на четвереньках. До расположения оставалось около 400 м. Чтобы не замерзнуть окончательно, я бежал всю дорогу, а одежда на мне настолько замерзла, что не позволяла делать шаги. Но, кажется, обойдется и все будет хорошо.
4-17 февраля 1944 дни 958 – 971
…
18 февраля 1944 (пятница) – день 972
Совинформбюро сообщило о ликвидации немецко-фашистских войск в районе Корсунь-Шевченковский.
19-21 февраля 1944 дни 973 – 975
…
22 февраля 1944 (вторник) – день 976
Совинформбюро: освобожден город Кривой Рог.
23 февраля 1944 (среда) – день 977
87 СД, войдя в состав 2-ой Гвардейской армии, сдала 2/3 своей обороны и заняла новый рубеж в центре своей бывшей обороны. Готовит штурмовые группы. С 6 ноября 1943 года дивизия прочно удерживала рубеж обороны – Турецкий Вал, 300 м юго-западнее отметки 22,6, тропа 1800 м юго-западней отметки 17,0, Распашный Вал, колхоз имени Буденного, создав четыре линии обороны с развитой сетью ходов сообщения общей протяженностью свыше 35 км, землянками укрепленными блиндажами. Хорошо оборудованы КП и НП в Турецком Валу и южнее его.
24 февраля 1944 (четверг) – день 978
Совинформбюро: освобожден город Рогачев.
25 февраля 1944 (пятница) – день 979
Получил личное предписание за подписью начальника штаба 55 СК согласно которому, я должен в течение недели проверить состояние вооружения и боеприпасов в соседней справа стрелковой дивизии. К предписанию приложен перечень вопросов подлежащих проверке, за подписью начальника артнабжения 55 СК.
26 февраля 1944 (суббота) – день 980
С утра и до вечера производил проверку состояния вооружения и боеприпасов в стрелковом полку и на дивизионном складе соседней стрелковой дивизии. Техническое состояние оружия сносное. Видно, что мастерские работают хорошо, постоянно контролируют и поддерживают вооружение в исправном состоянии. Однако состояние учета не соответствует фактическому наличию, и по вооружению, и по боеприпасам. Выявил также недостачу стрелкового оружия в количестве 100 единиц и излишки других видов вооружения более 170 единиц. Есть даже неучтенные две 45-мм пушки, два 82-мм миномета, три станковых пулемета Максима. Это, пожалуй, не простительно артснабженцам, особенно в условиях, когда дивизия длительное время находится в обороне.
27 февраля 1944 (воскресенье) – день 981
Проверил всю матчасть артиллерии в артполку соседний стрелковой дивизии. Обнаружено много мелких неисправностей, несмотря на то, как заявляют командиры батарей, мастера и дивизионный техник постоянно работают над их устранением. Однако в самом безобразном состоянии находятся ручные пулеметы ДП и противотанковые ружья ПТРД. Все оружие заржавело, затворы ПТРД приходилось открывать молотком. Пулеметы ДП, к тому же, и неисправные. Из 100 проверенных карабинов, 32 оказались негодными по причине раздутия ствола. Да, здесь можно сделать вывод, что артиллеристы не признают стрелковое оружие. Надо проверить стрелковое оружие и в артполку своей дивизии. Наверняка там будет то же самое.
28 февраля 1944 (понедельник) – день 982
Проверил состояние материальной части артиллерии в отдельном противотанковом дивизионе и в полковой батарее стрелкового полка соседней дивизии. Недостатки примерно те же, что и в предыдущих частях, проверенных мной до этого. Проверку закончил до обеда. При возвращении, попутно осмотрел содержание стрелкового вооружения в своем 1058 артполку. Мои опасения полностью подтвердились. Здесь примерно такое же состояние и с карабинами, и с пулеметами ДП, и с ружьями ПТР. Видно, эта болезнь не случайная, и она присуща всем артиллеристам. Долго, наверное, придется вести упорную борьбу с этим, укоренившимся, неприязненным отношением артиллеристов к стрелковому оружию. Только в полночь закончил обработку материалов проверки и написание справки-доклада о результатах проверки состояния вооружения и боеприпасов соседней СД.
29 февраля 1944 (вторник) – день 983
В ночь на 29 февраля 1944, согласно распоряжению штаба 55 СК, на участке высота 10,6 и 7,6, полтора километра северо-западнее и юго-западнее Армянска, дивизией проведена силовая разведка с целью установления огневой системы обороны, захвата пленных, а в случае успеха – закрепиться на захваченном рубеже. Для поддержки действия 1 СБ 1379 СП было отпущено и израсходовано 76-мм выстрелов ПА – 400, 76-мм ДА – 300, 122-мм гаубичных – 250, и мин 82-мм – 800. И всего 1750 выстрелов.
1 марта 1944 (среда) – день 984
Дивизия имеет личного состава 5101 человек (в том числе: офицеров – 720, сержантов – 1023, рядовых – 3258), лошадей – 860, автомашин – 128, винтовок – 2117, ППШ – 1383, пулеметов ДП – 168, станковых – 45, минометов 120-мм – 15, 82-мм – 48, 50-мм – 30, 122-мм гаубиц – 12, 76-мм ДА – 32. Перед фронтом дивизии обороняется рота 3-го батальона, 1-й и 2-й и батальон 122 пехотного полка 50-й пехотной дивизии. Поддерживает 122 Пехотный полк, артбатарея 37 артполка 50 пехотной дивизии. В своем составе имеют 1400 человек по национальности: 80% немцев и 20% австрийцев. Дисциплина хорошая, моральное состояние плохое. Это объясняют сами немцы поражением немецкой армии на других фронтах, бомбардировками союзными войсками немецких городов и неопределенностью и немецких войск в Крыму. Обо всем этом рассказал пленный немецкий офицер, захваченный нашими разведчиками. Надолго запомнится мне сегодняшний первый весенний дождь. Я с офицерами артснабженцами 1382 СП находился на переднем крае, проверяли техническое состояние вооружения в подразделениях. До обеда шел обильный дождь. Мы все изрядно вымокли и вымазались в грязи. В обед резко понизилась температура и закружил снег, стояла хмурь. Не попадая зуб на зуб, мы плелись в свое расположение. В своей жизни я не помню, чтобы так резко снижалась температура в это время, когда все же чувствовались изменения времени года, уже пахло просыпающейся землей. Все оживало, пробужденное недавним солнцем.
2-12 марта 1944 дни 985 – 995
…
13 марта 1944 (понедельник) – день 996
Совинформбюро: освобождены города Вязьма и Херсон. По срочному вызову явился на командный пункт дивизии, но командующий артиллерией подполковник Бондарь только что, с командиром дивизии, убыл на наблюдательный пункт. Это означало, что его придется долго ждать. Решил пробраться на НП. Ходить посторонним лицам, коим я являюсь, здесь категорически запрещается. Решил нарушить этот запрет. Через несколько минут мне удалось пробраться на горб высоты в Турецком Валу, возвышающемуся над местностью занятой противником. Здесь был устроен блиндаж с двойным накатом. Ход сообщения от него вел к глубокому, просторному окопу, в котором размещалась стереотруба со стульчиком. Здесь-то я и застал Ивана Калистратовича Бондаря. Немного пожурил он меня за самовольство и приказал срочно выехать в артснабжение армии для уточнения вопросов предстоящего обеспечения нас боеприпасами. – А сумеешь добыть штук 500 гаубичных выстрелов и 120-мм, утвердишь за собой право называться отличным артснабженцем, – заключил наш разговор Иван Калистратович. Тут же на попутных машинах я убыл в артснабжение армии. Добрался лишь в полночь. Уточнить сразу же разнарядку на боеприпасы не мог, так как начальник артснабжения армии еще не прибыл с заседания Военного Совета. Пока ожидал прибытия начальника артснабжения армии, узнал от работников артснабжения, что в январе 1944 года принят на вооружение новый 7,62-мм карабин с неотъемно-откидным штыком конструкции Семина образца 1944 года. Одновременно с принятием этого карабина, снималась с производства винтовка образца 1891/30 года.
14 марта 1944 (вторник) – день 997
С прибытием из армии, сразу же доложил подполковнику Бондарю. Военным советом утверждена разнарядка на отпуск нам боеприпасов из расчета доведения их наличия в дивизии: по Артвыстрелам и минам до 2-х б/к по патронам и гранатам до 1,5 б/к. Вывоз их рассчитан на 5 дней. На командном пункте меня пригласил в землянку судья Военного Трибунала капитан Дубин К.Н. Он вел разговор с майором, которого я не знаю. Разговаривал он с ним цитатами из законодательства и уставов, какой-то мешаниной непонятных мне судебных или юридических выражений. После майора к нему привели, как мне показалось, арестованного – без погонов и без ремня. Этот человек то закрывал, то листал какую-то истрепанную книжку Устава, делал вид, что читает, но вряд ли он осмысленно что-либо воспринимает с ее страниц. Это больше напоминает чтение пациента с очередным приступом малярии в приемной врача. Обращаясь ко мне, капитан Дубин задал мне вопрос, может ли автомат самопроизвольно, без нажатия на спусковой крючок, произвести очередь выстрелов. Пришлось уточнить вопрос и пояснить, что автомат при незафиксированной защелке, при ударе прикладом, может произвести только одиночный выстрел, а не очередь, конечно, если спусковой крючок не отжат пальцем в заднее крайнее положение. Больше вопросов ко мне не было. Видимо опять самострел или несчастный случай.
15 марта 1944 (среда) – день 998
Артснабжение дивизии приступило к вывозу боеприпасов, занаряженных Военным Советом армии. Вместе с колонной машин направился и я в артснабжение армии с задачей, выпросить дополнительное количество 122-миллиметровых гаубичных выстрелов и 120-миллиметровых мин. Это сделать удалось, но не в таком количестве, как это просил командующий артиллерией дивизии. Пришлось поэтому вопросу объясняться с командующим артиллерией. Он выдал из своего личного резерва 122-миллиметровых выстрелов 200 штук и 120-мм 150. Эти боеприпасы мною доставлены в артполк армейским автотранспортом. Иван Калистратович Бондарь объявил мне благодарность и пообещал, что Родина меня не забудет.
16 марта 1944 (четверг) – день 999
На «полуторке» весь день в пути. Дороги в плохом состоянии. До артснабжения 2-ой армии добрался к обеду. Решил все необходимые вопросы, связанные со снабжением вооружением и боеприпасами. По пути побывал в артснабжении 51 армии, побеседовал со знакомыми мне офицерами. У них сегодня радостный день. Они теперь много надежд возлагают, на вчера введенный, второй мост через Сиваш. Считают, что это облегчит их работу по подвозу боеприпасов на Сивашский плацдарм. Во второй половине возвращались домой. На вершинах берез в черных сюртуках суетились грачи, прилетевшие из-за заморских стран. Они сейчас устраивают свои гнездовья. Солнце снова заволокло пеленой облаков. Сразу же стало прохладно, и стал накрапывать дождь. Забарахлил мотор нашей «полуторки». Водитель всецело отдался во власть неисправного мотора. Мы с рядовым Пивоваровым Алексеем решили сходить в весенний лесок и подышать его воздухом. Идем по кустарнику, с веток которого на нас падают брызги. Дождь с каждой минутой наращивает свой темп и как-то неожиданно сменился хлопьями обильного снега. Мы тут же возвратились. Шофер еще копался в полуторке. Решили на обочине дороги развести костер. Алексей Пивоваров предложил, прежде чем разжечь костер, сделать небольшое углубление в земле. Он взял лопату и начал копать. Вдруг лопата наткнулась на металл и тут же обнаружилась противотанковая мина. Эту мину мы расстреляли из карабина. Каково же было наше удивление, когда обнаружили, что наша полуторка задним колесом остановилась прямо по центру такой же мины. Значит, мы находимся на минном поле. Упросил шофера, проезжавшего на машине ЗИС-5, оттянуть нашу машину тросом на несколько метров. Согласился. Оттянули на 300 м. Расстреляли и эту мину, предварительно обкопав ее с одной стороны. С такими происшествиями Мы вернулись в свое расположение только лишь в полночь. Сегодня капитан Лысенко доставил колонну машин с боеприпасами с армейского склада. Вывезено 10 автомашин.
17 марта 1944 (пятница) – день 1000
Провел технический осмотр всего наличия на дивизионном артиллерийском складе вооружения и боеприпасов, артиллерийского имущества. Личный состав ДАС занимался отводом грунтовых вод из земляных укрытий, в которых размещено вооружение и боеприпасы. Неожиданно для нас, к дивизионному складу, приближалась группа гражданских людей с кирками и лопатами. Им на встречу я послал начальника дивизионного склада старшего техника лейтенанта Вишнякова. Оказалось, что это эвакуированные местные жители села Червонный Чабан, прибыли предложить свои услуги для производства земляных работ, а заодно посмотреть свои оставленные хозяйства во фронтовой полосе. От услуг мы отказались. Но от беседы не уклонились. Беседа носила чисто отвлеченный от военных дел характер. Разговор начал старичок с тонкой бородкой. Он больше говорил о наступлении весны, которую возвестили пернатые, прилетевшие в родные места. Что, мол, уже прилетели белая трясогузка и чибисы. Они прилетают независимо от погодных условий. А к 25 Марту прилетит белый аист, а немного позднее и желтая трясогузка. Что касается жаворонков, грачей, лысух, крохалей и полевых голубей, то они уже давно прилетели. Эти крылатые барометры всегда оперативно используют благоприятные погодные условия. Говорили и другие, но весь разговор, как можно было их понять, сводился к тому, что им пора возвращаться в свои гнезда. Но увы, этого пока сделать нельзя. Капитан Шевченко доставил в дивизию 10 машин боеприпасов.
18 марта 1944 (суббота) – день 1001
Командующий 2-ой Гвардейской армией генерал-лейтенант Захаров и член Военного Совета армии генерал-майор Черешнюк поздравили личный состав дивизии с двухлетием со дня формирования дивизии. Вторая поздравительная телеграмма поступила от командира 55 СК Генерала Ловягина. Сегодня окончательно завершили вывоз боеприпасов за наряженных для дивизии. Всего вывезено 47 трехтонных автомашин, в том числе 15 машин армейским автотранспортом. Все офицеры артснабжения дивизии разошлись по частям для контроля размещения и укрытия завезенных боеприпасов и возвратились в полночь.
19-21 марта 1944 дни 1002 – 1004
…
22 марта 1944 (среда) – день 1005
Жизнь в длительной обороне тянется нудно и размеренно. Люди живут, словно в сонном покое, занимаясь привычными и ежедневно повторяющимися делами. Вот здесь то командование, подобно щуке, не дает подчиненным дремать в обороне. Сразу же начинаются усиленные занятия боевой подготовкой, повышается выучка воинов и штабов, приводится в порядок техника и вооружение, накапливаются запасы боеприпасов. Как правило, усиливается партийно-политическая работа. Нагрузка на работников политотдела резко увеличивается. Они постоянно находятся в подразделениях, беседуют, проводят занятия. Когда же по-настоящему развернута учеба, скучать воином не приходится. Они снова основательно загружены и учебой, и постоянной работой по совершенствованию системы обороны. Офицеры артснабжения постоянно ведут занятия как с мастерами, так и с офицерским составом подразделений по изучению вооружения и боеприпасов.
23 марта 1944 (четверг) – день 1006
Возглавил колонну в 10 автомашин. Неимоверные тяжелые дорожные условия не позволяют сохранить определенный темп и скорость движения. Кроме того, очень часто приходится останавливать колонну из-за налетов авиации противника. В результате бомбежки получился затор на дороге. Ожидаем гусеничные тягачи для освобождения дороги от подбитого транспорта. Ждать как видно, придется долго. Свою колонну вывел, к недалеко расположенной от дороги, рощице. Машины рассредоточил. Как могли замаскировали. В березовой роще пахнет приятным свежим весенним воздухом. В небе ни облачка, а свод его синий, высокий и мягкий. У шоферов нашлась дрель со сверлом. Осторожно засверлили несколько отверстий в стволах берез. В подставленные котелки побежали литые, сверкающие капли сладкой, терпкой, немного грубоватой жидкости. Они выступали и бежали одна за другой. Наполнилась привязанные к стволу котелки. До чего же свеж, вкусен этот напиток весны, и особенно он вкусен здесь, в лесу. Вскоре дорогу расчистили от завала, и мы двинулись в путь. Я ехал на машине замыкающий колонну. И вот в низине реки застряла предпоследняя машина. Пытаемся вытащить тросом. Вскоре вышла из строя и наша машина. Поблизости никаких транспортных средств. Оставляем машины шоферами. Мы с рядовым Пивоваровым двинулись пешком. 6 км до нашего расположения невелик путь. Погода располагает к прогулке, ласково пригревает мартовское солнце. Над подсыхающими полями заливаются невидимые в небесные глазури жаворонки. Может быть, это весеннее состояние и подтолкнуло нас к разговорам о том, что деревенская жизнь имеет все-таки свою неповторимую прелесть. Это прежде всего природа, воздух, палисадник, под окном огород, а за огородом речка. Но наши мечты и воспоминания о селе были прерваны налетом авиации противника. В 300-500 м. они безбожном бомбят, а что нам неизвестно. После нам довелось увидеть этот объект. Это был искусно оборудованный ложный аэродром. Молодцы авиаторы! Ввели в расход немцев.
24-25 марта 1944 дни 1007 – 1008
…
26 марта 1944 (воскресенье) – день 1009
В артснабжении дивизии провел совещание с начальниками артиллерийских мастерских и техниками. К этому совещанию мы готовились с 24 января. На совещании подвели итоги смотра конкурса на лучшую универсальную оснастку, применяемую для ремонта различных видов вооружения. Всего на конкурсе от частей поступило около 50 образцов различных видов оснастки. Из них комиссией одобрены и рекомендованы к применению 42 приспособления. Первое место присуждено 1379 СП, второе – 1058 артполку, и третье – 1382 СП. В результате применения вновь разработанных приспособлений в 1379 СП производственные возможности мастерской увеличены на 1/4 их мощности. Совещание пришло к выводу, что применение 42-х разработанных приспособлений повысит производительные возможности каждой мастерской не менее, чем на 50%. Резко улучшится качество ремонта вооружения. По одному экземпляру разработанный оснастки получили каждая часть, то есть творческая мысль отдельных рационализаторов стала достоянием каждой части и дивизии в целом. Таким образом, в дивизии, еще раз был обобщен плодотворный труд всего коллектива дивизии.
27 марта 1944 (понедельник) – день 1010
Давно прилетели скворцы. Эти сильные, энергичные птицы побывали на зимовьях в дальних краях, где не слышны разрывы снарядов и бомб. Сейчас они занимаются гнездовьем, беспокоятся о своем потомстве, о продолжении своего рода. Они, надо полагать, и не подозревают об опасности, которую таит в себе война.
28 марта 1944 (вторник) – день 1011
Совинформбюро сообщило о взятии штурмом города Николаев. Со второй половины дня подул свежий ветер. Наружная температура воздуха -3°C. Вскоре началась обильная снежная метель, продолжающаяся всю ночь.
29 марта 1944 (среда) – день 1012
Метель и снежный буран продолжаются. Завалило все траншеи и землянки. Переднего края, как и не бывало. Лишь изредка видны печные трубы землянок и исходящий из них слабый дымок. Это необычный сюрприз погоды для Таврии в это время. Снегопада никто не ожидал. А его навалило почти метр. Забиты все траншеи, заметены дороги, засыпана техника.
30 марта 1944 (четверг) – день 1013
На нашем переднем крае и на переднем крае немцев начали появляться одиночки солдат, отрывающие входы в землянки и извлекая задыхающихся солдат. Начали поступать тревожные сигналы. По этому вопросу командир дивизии созвал срочное совещание, на котором распорядился ночью вывести личный состав второго эшелона для очистки от снега траншей и землянок. Уже имеют место случаи обморожения со смертельным исходом.
31 марта 1944 (пятница) – день 1014
Совинформбюро: взят город Очаков. 1382 СП в течение всего дня ведет очистку траншей и ходов сообщения от снега. Для ускорения этой работы, от полков второго эшелона, работают на расчистке снега по одному стрелковому батальону от 1378 и 1379 СП. Снег начал быстро таять и в траншеях, с каждым часом, прибывало глинистой жидкости. Ни наши подразделения, ни немецкие, словно уговорившись, огня не ведут, а работают открыто. Офицеры штаба, в том числе и я, с утра и до вечера ходим по окопам, ходам сообщения и траншеям. Я проверяю вооружение. Другие офицеры беседуют с солдатами, проверяют их обеспеченность вещевым имуществом и продовольствием. Ноги уже свыклись с холодом. Сапоги, полные глинистой жижи, стали неподъемными. Их приходится волочить. Ноги будто срастаются с землей, она их втягивает в себя. На переднем крае противника чувствуются кипение разворошенного муравейника. Они тоже очищают свои окопы. На переднем крае появилась группа офицеров штаба 2-ой Гвардейской армии. Вскоре мы узнали, что один из них угодил в открытый колодец и погиб. По их докладу командующему армией стало известно, что якобы, между нашими и фашистскими войсками идет братание. По его приказу, под руководством офицеров армии, из станковых пулеметов наши подразделения начали вести стрельбу. Немцы загнаны в окопы, но пришлось и нашим бойцам забраться в окопы с водой. Через несколько минут по рупору фашисты начали кричать; «Рус, не честно нарушать договор». Вот тоже нашлись «честные». Далее перестрелка нарастала и вскоре превратилась в настоящий огневой бой.
1 апреля 1944 (суббота) – день 1015
Оборона противника состоит из одной сплошной траншеи полного профиля с отрытыми площадками для пулеметов. В 100-150 метрах от передовой траншеи проходит вторая перерывчатая траншея, еще не законченная. В первой траншее имеются «лисьи норы» на 2-3 солдата для отдыха и укрытия. Впереди проволочное заграждение в виде спирали Бруно. Наши подразделения полностью закончили подготовку второго рубежа обороны, представляющего собой сплошную траншею с развитой системой ходов сообщения в тыл. На каждый стрелковый батальон отрыт ход сообщения. Для отдыха личного состава оборудованы под брустверные щели. Имеется и необходимое количество землянок с перекрытием из шпал. КП батальонов выполнены в виде тоннелей, с перекрытием из шпал. КП и НП стрелковых полков оборудованы в северных скатах Турецкого Вала в виде землянок с перекрытием, вкопанных тоннелем в вал. Проволоки на переднем крае нет, мины на 50% протяженности по линии фронтов. Как наши, так и немецкие траншеи выделяются желтыми полосами на темном фоне. Задача частей дивизии: продолжать боевую и политическую подготовку и усилить работы по отрывке «усов» к переднему краю противника. На март температура воздуха не поднималась выше +4°С. 87 СД имеет: личного состава – 5001 человек (в том числе офицеров – 720, сержантов – 1023 и рядовых 3258) лошадей 860, автомашин 128, винтовок 2198, ППШ 1383, пулеметов ДП 168, станковых 48, минометов 120-мм 15, 82-мм 48, 50-мм 30, 122-мм гаубиц 12, 76-мм ДА 32, 76-мм ПА 10, 45-мм 33, ружей ПТР – 86.
2 апреля 1944 (воскресенье) – день 1016
По сообщению Совинформбюро, Красная Армия вышла на реку Пруд (на границу с Румынией). Обеспеченность 87 СД боеприпасами в боекомплектах: 122-мм выстрелов 2, 76-мм ДА 2,3, 76-мм ПА 3,1, 45-мм 2,1, 20-мм мин 3,0, 82-мм мин 3,3, 50-мм мин 0,2, противотанковыми и ручными гранатами 2,0, 14,5 мм ПТР 1,7 и винтпатронами 1,9. Дороги подсохли и стали вполне проходимыми. Температура воздуха доходит до +12°C. Дивизия закончила общую подготовку к наступательной операции, в том числе, в полосе наступления отрыто 14 сапов, которые подведены к переднему краю противника на 100-150 м. Они полного профиля. В конце их, в обе стороны, параллельно траншеям противника, скрыты «усы» длиной по 80-70 м каждый. В «усах» оборудованы стрелковые ячейки и пулеметные площадки. Через каждый 5-7 м в «усах» сделаны ступеньки для одновременного броска в атаку. На совещании объявлен приказ командира дивизии, в котором говорится, что в период снежного бурана 28 и 29 марта в частях дивизии имели место массовые случаи обморожения личного состава. В отдельных случаях со смертельным исходом. Всего случаев 62, из них с обморожением первой и второй степени 34 человека, а со смертельным исходом (замерзших) – 4 человека. Дает оценку командиром частей. В частности, командир 1382 СП подполковник Батаев, где имели место 60 случаев обморожения и ознобления, не только не принял мер, но и не знал число обмороженных в своем полку. Командир 1379 СП майор Халявицкий, в полку которого имели место два случая замерзших, вместо своевременного доклада о случившемся, приказал зарыть трупы замерзших, определяя их, как убитыми. Командиром дивизии наложены различные взыскания на командиров 1382 СП подполковника Батаева, 1379 СП майора Халявицкого, на командира 1-го СБ 1382 СП капитана Литвинова Ф.П. и его заместителя по политчасти лейтенанта Шепелева С.А.
3 апреля 1944 (понедельник) – день 1017
По разнарядке Военного Совета армии дивизии отпущено большое количество боеприпасов. Чтобы их вывести необходимо около 60 автомашин. Составили план подвоза с учетом транспортных возможностей. Согласовали с замкомандира дивизии майором Тэпиным и с командующим артиллерией. Согласно плана, вывоз боеприпасов предусматривается не позднее 6 апреля. В день мы должны вывозить по 15 автомашин трехтонных. Ставим себе задачи ускорить вывоз боеприпасов. С этой целью все офицеры артснабжения дивизии с колонной в 15 автомашин выезжаем в армию. Мне дано задание: пробиться к начальнику тыла армии и попросить автотранспорт для вывоза боеприпасов. С большим трудом мне удалось добиться выделения в мое распоряжение пяти автомашин на 3 дня. С командиром армейского автобатальона договорился на 15 автомашин на сегодня. К исходу дня мы доставили 30 автомашин боеприпасов и преимущественно все их доставили на огневые позиции артиллерии и на полковые пункты боевого питания.
4 апреля 1944 (вторник) – день 1018
Сегодня в рейс смогли выйти всего лишь восемь автомашин. Остальные в автороте неисправны. Когда могут выйти в рейс неизвестно. Вывозим в первую очередь самые ходовые артвыстрелы: 76-мм дивизионные, 122-мм гаубичные и 120-миллиметровые мины. Доставили все их на полковые пункты боеприпасов. В полках уже почувствовали подготовку к наступлению. Догадываются здесь и по усиленному подвозу боеприпасов, по накоплению их на огневых позициях, по прибытию на наш участок обороны частей усиления и поддержки, по появлению в частях множества старших начальников, начальников служб, политработников. Сегодня, к тому же, появились и наши штурмовики. Они пролетели совсем над головами. Послышались их частые хлопки артпушек и пулеметов над окопами противника. Надо полагать, имеют целью еще раз проверить и уточнить систему обороны, огневые средства противника. За последние дни противник часто стал вести огонь по нашим огневым точкам из малокалиберных автоматических пушек «Дарданелл», видимо вновь полученных.
5 апреля 1944 (среда) – день 1019
С большим трудом наскребли в автороте 12 автомашин. К исходу дня доставили боеприпасы на полковые пункты боеприпасов и часть разгрузили на дивизионном артскладе. Колонну возглавлял я. В пути пришлось часто останавливаться, чтобы охладить моторы, долить воду в радиаторы. Уж очень много здесь больших и маленьких болот, которые в Рязанской области называют «мшарами», а в Тамбовской «амшарами». На одной из остановок я удалился в лесок. Хотя снега на полях уже и не было, но еще кругом слышалось течение весенней снеговой воды. А вот и бекасы, оттоковав, обустраивают понравившуюся болотную кочку под жилье для будущего потомства. Маскировке гнезда может позавидовать и бывалый сапер. Обнаружить гнездо мне удалось лишь после засады и длительного наблюдения, как гнезду, осторожно пробиралась птица. В гнезде были оливково-буроватого цвета, с пятнами, четыре яйца. Война войной, а жизнь жизнью. На птиц и на животных война распространяется значительно меньше, чем на человека.
6 апреля 1944 (четверг) – день 1020
Авторота располагает только пятью машинами. Ничего не может поделать и замкомдив по тылу майор Тэпин. Объясняют отсутствием запчастей к автомашинам, без которых восстановить машины невозможно. Мне представилась возможность встретиться и упросить командира армейского автобата выделить еще пять машин. Таким образом, боеприпасы, предназначенные дивизии, вывезены полностью и в срок. Если бы не удалось привлечь для подвоза армейский транспорт, то на сегодня было бы вывезено всего лишь 2/3 всех грузов. Прибыл на КП для доклада о состоянии и наличии вооружения и боеприпасов. Меня поразила скорбная весть. От осколка вражеского снаряда погиб смертью храбрых наш любимый начальник, командующий артиллерией подполковник Бондарь Иван Калистратович. Погиб он находясь на наблюдательном пункте. В результате постоянного общения с ним мы все, кто близко соприкасались с ним, стали добрыми друзьями. При его гибели были вместе с ним его ординарец рядовой Фокин Михаил Иванович, начштаба артиллерии майор Болобонов Аркадий Михайлович. Сегодня же наш нам стало известно, что Иван Калистратович представлен к присвоению ему посмертно звания Героя Советского Союза. Похоронили мы его на Крымской земле, со скромным памятником, изготовленным в артиллерийской мастерской. Но никакой памятник не может сообщить людям большего героя, чем люди, бывшие с ним до конца его жизни. А он часто повторял, что для него пуля еще не отлита…
7 апреля 1944 (пятница) – день 1021
В течение ночи стрелковые полки дивизии заняли исходное положение для наступления. Артиллерия стрелковых полков, 1058 АП и одна батарея 1189 АП БМ представлены для стрельбы прямой наводкой южнее Турецкого Вала. Части заняли ближайшие позиции к переднему краю противника. Расстояние здесь между ними не превышало 100 м. Обеспеченность боеприпасами хорошая. По отдельным видам боеприпасов, по таким как, 76-мм выстрелы, 122-мм выстрелы, она составила свыше 3,5 боекомплекта. К стрелковому оружию 3 боекомплекта. И все же тревожные мысли в ожидании боя, наступления и артподготовки возникают у каждого воина. Чувство волнения охватывает и меня. Ведь в боевой обстановке может возникнуть любая, в том числе и не предусмотренная ситуация. А как при этом может сложиться обеспечение боеприпасами, оружием? Не думать об этом просто невозможно. Так же, как и воин переднего края не может не думать о том, что вероятность быть убитым или раненым очень велика. Мы артснабженцы, разумеется, не могли знать о секретном приказе на наступление, как говорится, до самого последнего. Сегодня мы проверяли готовность артиллерии и боеприпасов к ведению артподготовки. Мы не знаем часа начала, но знаем, что наступление будет не сегодня так завтра.
8 апреля 1944 (суббота) – день 1022
В 10:30 после 2 часов 30 минут артподготовки два полка первого эшелона перешли в наступление. Дивизия входит в состав 55 СК (87 СД, 347 СД и 387 СД). Артподготовка начиналась в 8:00. В первую очередь вели огонь на разрушение ДОТов и ДЗОТов противника. После 80 минутной подготовки огонь, как это и было запланировано, ложно перенесен вглубь обороны. Из передней траншеи нашими солдатами были выставлены чучела в серых шинелях. Немцы незамедлительно открыли бешеный огонь. Наши наблюдатели засекли уцелевшие огневые точки противника и передали на батареи артиллеристам. Артиллерия тут же, прямой наводкой, уничтожила уцелевшие цели. Через 30 минут после начала артподготовки, в течение 2 часов работала тяжелая артиллерия. Она подавляла тяжелую артиллерию противника. В 10:30, после переноса огня вглубь обороны противника, 1378 и 1379 СП, находясь в первом эшелоне, перешли в наступление на заранее подготовленную, сильно укрепленную оборону противника. Противник встретил наши части сильным пулеметным огнем. Все же, наши части ворвались в первую и вторую траншеи врага, где завязался жестокий рукопашный бой. 1382 СП выдвинулся в «усы», в готовности отразить контратаки. Дальнейшее движение было приостановлено, и части к исходу дня, остались на достигнутом рубеже. Потери в 1378 СП: убито 40 и ранено 140 человек; в 1379 СП убито 23 и ранено 89 человек; в 1382 СП убито 15 и ранено 43 человека. Сегодня мы узнали, что войска, наносившие удар с Перекопского перешейка, имели задачу вспомогательного удара, а основной наносился с Сивашского плацдарма. Отсюда, после мощной артподготовки, тысячи солдат и сотни танков ринулись на оборону противника. Противник почувствовал серьезную опасность быть отрезанным на Перекопе с юга, и был вынужден покинуть созданную им систему оборонительных сооружений глубиной в 30 км. Однако не перестает наносить, один за другим, мощные удары авиации по нашим боевым порядкам. 2-я Гвардейская армия овладела Армянском. В прорыв введен 19 танковый корпус.
9 апреля 1944 (воскресенье) – день 1023
Части 87 СД прорвали сильно укрепленную оборону противника, овладев ночью отдаленными третьими траншеями. В результате двухдневных, упорных боев разбито и уничтожено: 11 тяжелых и 9 легких пулеметов, 2 миномета, 7 105-мм пушек, 2 зенитные малокалиберные пушки, захвачено много стрелкового оружия и 12 пушек. Уничтожено 464 солдат и офицеров. В числе захваченного 5000 снарядов, пулеметов 35, винтовок и автоматов 200, гранат 5000. Взято в плен 15 солдат. Наши потери составили 1378 СП: убито 55 и ранено 185 человек; 1379 СП: убито 107 и ранено 146 человек; 1382 СП: убито 35 и ранено 92 человека; 1058 АП убито 2 и ранено 3 человека; 448 ОИПТД: убито 5 человек и разбита одна автомашина. В 7:30 части дивизии прорвав, на всю глубину, укрепленную линию обороны противника на Перекопском перешейке, заняли село Кула, вышли к Перекопскому заливу и заняли оборону. Около 130 дней и ночей с 1 ноября 1943, в сложных условиях, на совершенно открытой местности длилась оборона, на плацдарме по берегу Сиваша, составляющая по фронту 13 км и в глубину 14 км, и за Турецким валом. Удержание плацдармов дало возможность главным силам сосредоточиться, занять исходное положение и перейти в решительное наступление. Глубина главной полосы обороны противника в районе Перекопского перешейка достигала 4 км и имела две линии траншей, сплошные минные поля перед передним краем и между траншеями. Вторая полоса обороны проходила за рекой Чатырлык глубиной 6-8 км и состояла из двух линий траншей, проволочных заграждений и отдельных минных полей. А общая глубина обороны противника на перешейке – 32-35км хорошо развитой системы инженерных сооружений. Здесь оборонялись 50 Пехотная дивизия, четыре отдельных и два инженерных батальона и другие части. Средняя артиллерийская плотность – 22-24 орудия на 1 км фронта. В результате четкого и своевременного осуществления подвоза боеприпасов и проявленные при этом умелые отважные действия артснабженцев, части дивизии перебоев с боепитанием не имели и блестяще выполнили поставленную боевую задачу.
10 апреля 1944 (понедельник) – день 1024
Совинформбюро: Наши войска овладели городом Одесса. В дивизии срочно создается передовой отряд в составе одного стрелкового батальона, 448 ОИПТД и первого дивизиона 1058 АП под руководством заместителя командира дивизии полковника Ковтуна К.Ф. Кроме того, отряду переданы одна батарея самоходных орудий 16-ый Гвардейский минометный полк и одна батарея инженерной бригады. 448 ОИПТД к этому времени уже имел хорошо проходимые американские автомашины «Додж 3/4» в качестве арттягачей. Я назначен приказом по дивизии начальником артиллерийского снабжения передового отряда. В первую очередь подразделение передового отряда обеспечил полным комплектом возимых запасов боеприпасов. Сделав расчет боекомплекта, и загрузив пять выделенных в мое распоряжение, трехтонных автомашин различными видами боеприпасов, я присоединился к отряду, который уже был в готовности выступить для преследования противника
11 апреля 1944 (вторник) – день 1025
Совинформбюро: занят город Керчь. По радио был передан приказ Верховного Главнокомандующего о прорыве позиции противника на Перекопе и взятии города Армянска с объявлением благодарности войскам 2-ой Гвардейской армии. Основные части дивизии прочно удерживают занимаемый рубеж обороны и непосредственного соприкосновения с противником не имеют, укрепляют рубеж обороны. Командир 55 СК генерал Ловягин и командир дивизии провели осмотр боевой подготовки передового отряда к выполнению задания. До нас дошли сведения о том, что взят Джанкой.
12 апреля 1944 (среда) – день 1026
Совинформбюро: наши войска освободили города Феодосия, Евпатория, Симферополь. Штаб 55 СК приказал передовому отряду нашей дивизии выступить по маршруту Кула – Кураевка – Ишунь – Долинка – Ново-Николаевка – Ворошиловка – Айбары – Ново-Михайловка – Чурюк-Чокрак – Сарабуз – Александровка – Альма-Тархан – Аранги – Мамашай, с задачей: вступить в бой с противником и преследовать его. Части дивизии должны следовать вслед за передовым отрядом.
13 апреля 1944 (четверг) – день 1027
Наш передовой отряд завязал бой с арьергардами отходящих частей. На подступах к Сарабузу сбил немецкие отряды и занял аэродром в районе Сарабуз, Старый Кульчуг, Новый Кульчуг, Джабанах, Актай. На аэродроме отряд захватил 5 тонн бензина и 500 кг масла. К исходу суток части 1378, 1379 и 1382 полков достигли Найман и Потман.
14 апреля 1944 (пятница) – день 1028
Передовой отряд 87 СД, в 6:00, сломив огневое сопротивление противника в районе Азикфи, к 10:00 занял Бий-Эли, Черкез-Эли, Кичкар-Эли, Кетчук-Эли. Основные части дивизии продолжают продвигаться, но непосредственного соприкосновения с противником не имеют
15 апреля 1944 (суббота) – день 1029
Совинформбюро: наши войска освободили город Тернополь. На Севастопольском направлении занято более 60 населенных пунктов. Осуществлен массированный налет нашей авиации на порт и железнодорожную станцию Севастополь. Войска 2-ой Гвардейской армии в ходе наступления столкнулись с серьезным препятствием. Это река и балка Бельбек. Освободить сходу Севастополь не удалось – впереди три мощных оборонительных рубежа с несколькими рядами проволочных заграждений, минными полями, малозаметными препятствиями, противотанковыми и танковыми ловушками. Здесь возникла исключительно большая потребность боеприпасах, а для их подвоза требовалось много времени. Передовой отряд 87 СД завязал жестокий бой, в середине дня, в районе высоты 103,9, что севернее Бельбека. За 3 дня боев передовой отряд уничтожил до 250 солдат и офицеров, взял в плен 40 человек, отбит 1 средний танк, 2 самоходных пушки «Фердинанд», 1 105-мм, 1 75-мм орудие, 1 тягач, 5 автомашин, 1 самолет Ю-52, 4 мотоцикла, 10 повозок с боеприпасами и 14 с вещевым имуществом, 3 тяжелых пулемета, 2 орудия ПТО, потоплен один катер и выведены из строя 2 батареи 105-мм пушек. Передовой отряд понес потери: убито 4 и ранено 21, выведено из строя 1 76-мм орудие и 1 автомашина. Вышли: 1378 СП – Бурлык; 1379 СП – Хашинхой; 1382 СП – Джавджурск. Запасы боеприпасов быстро истощаются. Две автомашины, во главе с начальником артснабжения 448 ОИПТД капитаном Завидовым направляю на дивизионный артиллерийский склад. Через 4 часа капитан Завидов возвратился с нужными боеприпасами.
16 апреля 1944 (воскресенье) – день 1030
Совинформбюро: освобождена Ялта. 87 СД, совершив форсированный марш вслед за передовым отрядом дивизии, по маршруту: Кула – Кураевка – Ишунь – Долинка – Ново-Николаевка – Ворошиловка – Айбары – Ново-Михайловка – Чурюк-Чокрак – Сарабуз – Александровка – Альма-Тархан – Аранги – Мамашай, вошла в соприкосновение с противником, а в 14:00 два стрелковых полка перешли в наступление, в результате которого овладели южными скатами высоты 103,9, и к 17:00 вышли к реке Бельбек, 1,5 км южнее высоты 103,9. В 23:00 1378 СП форсировал реку Бельбек. Передовой отряд продолжает бои у высоты 103,9. Артиллерия провела 45 минутную артподготовку. Вместе с командиром 448 ОИПТД выехал на командный пункт 87 СД, в село Аранчи, для доклада обстановки и обеспеченности вооружением и боеприпасами. Не успел я доложить командующему артиллерией, как к нему в землянку влетел начартснаб капитан Лысенко. Он почему-то снял фуражку и небрежно бросил ее в угол землянки. – Сколько такое безобразие может продолжаться, – разводя руками произнес он эти слова. Он произнес их с отчаянием, обреченностью и усталостью на лице. Лицо, как белое полотно, без кровинки, а глаза еще больше выпучены. Наступило молчание. Надо было дать ему остыть. Поэтому никаких вопросов ему никто не задает. Вдруг Александр Никифорович резко повернулся молча махнул рукой и выбежал из землянки. Через 15 минут Лысенко, успокоившись, снова вошел в землянку. Он рассказал о том, что несколько часов назад имел неприятный разговор с заместителем командира дивизии по тылу майором Тэпиным. Последний категорически отказал в выделении караула для охраны дивизионного артиллерийского склада. До этого склад охранялся нештатной командой девушек, но все они по распоряжению штаба дивизии, в разное время, по одной откомандированы в другие части и подразделения. Откомандированы и другие нештатные воины, которые были временно прикомандированы к складу. Тэпин предлагает, чтобы склад охранял личный состав автотранспортной роты, в штате которой значится дивизионный артиллерийский склад, а имеющееся же охранное подразделение, мол, предназначено для охраны продовольственных и интендантских запасов. А если отказывается это делать командир автороты, то организуйте охрану личным составом склада (а их там всего трое). После доклада о состоянии дел в передовом отряде мы с командиром 448 ОИПТД возвратились в отряд.
17 апреля 1944 (понедельник) – день 1031
87 СД ведет ожесточенный бой за овладение Бельбекским рубежом обороны. Противник здесь засел на ранее подготовленную оборону по высотам берега реки Бельбек. В течение суток он выпустил по нашим войскам более 2000 мин и снарядов. Самолеты МЕ-109 осуществляют постоянные разведполеты. В 19:40 10 самолетов противника Ю-87 с ожесточением бомбили расположение 1378 СП. Нашей части, перейдя в 14:00 в атаку, снова отошли на прежние рубежи. Лишь 1378 СП удалось с боем форсировать реку Бельбек и закрепиться на небольшом плацдарме на южном берегу. Вместо убывшего в Академию командира дивизии полковника Иванова Георгия Степановича, прибыл новый комдив полковник Куляко Георгий Петрович. Он назначен к нам с должности начальника штаба 87 Гвардейской Стрелковой Дивизии. На должность начальника штаба дивизии прибыл полковник Балашов Ефим Антонович, а подполковник Янов убыл в распоряжение 2-ой Гвардейской армии. Каков будет наш комдив? Не безразлично и начальник штаба. Некоторые утверждают, что выходцы из штабных работников часто оставляют за собой привычку мелочиться, заниматься вопросами, которыми они занимались по ранее занимаемой должности. А мне кажется, это не совсем правильно. Мы просто иногда внимательного человека, замечающего незначительные ошибки, обвиняем в мелочности. Мне приходилось на практике видеть таких людей, которые с такой же внимательностью и тщательностью рассматривают дела и наиболее масштабного порядка.
18 апреля 1944 (вторник) – день 1032
87 СД продолжает вести ожесточенные бои за владение Бельбекским рубежом обороны. В 2:00 1382 СП сменил 1378 СП. Ночью через реку Бельбек переправлено 32 орудия противотанковой и полковой артиллерии и 3 122-миллиметровые гаубицы. Все орудия установлены на прямую наводку. В 17:00 1382 СП перешел в атаку, но ввиду сильного огня противника, залег. Впервые сегодня был на докладе у нового командира дивизии. Полковник Куляко произвел впечатление строго и взыскательного командира. Замечаний никаких мне не сделал. Его ординарец солдат Патылев рассказал, что у комдива сегодня день рождения. Ему исполняется 41 год. Вместе с командиром размещается и переводчица немецкого языка, но как звать ее, он пока не знает. Моросил едва заметный дождик. Все вокруг покрылось блестящим глянцем. Я устроился писать донесения о наличии и расходе боеприпасов, чтобы направить в артснабжение дивизии. Вот уже третий раз прерывают налеты самолетов противника. Мы на склоне балки Бельбек. Командный пункт как на ладони. Вот появились еще четыре самолета противника, сбросили несколько кассет, на лету они раскрылись и из них рассыпались небольшие, цилиндрической формы, гранаты и накрыли большую площадь в расположении нашего командного пункта. Но ни одна из них не взорвалась. Обнаруживаю одну из них. Обыкновенная ручная, цилиндрическая граната, но без ручки. Вместо ручки топорщатся два проволочных «уса». Это похоже на сюрприз. Взял телефонный провод длиной 100 м, осторожно одел на гранату свободную петлю, а за другую начал подтягивать провод. Граната тут же сработала. Пока рассматривали что к чему, на этих сюрпризах, скрытых в траве, подорвалось несколько человек. Полковник Ковтун приказал всем выйти на поиск этих гранат в районе размещения. Осторожно, цепью мы двинулись на поиск. У каждой обнаруженной гранаты мы ставили высокую палку, после чего расстреливали их из винтовки.
19 апреля 1944 (среда) – день 1033
Передовому отряду дивизии во главе замкомандира дивизии полковником Ковтуном удалось переправиться в район Ханышской, занять Альма-Тархан. Передовой отряд настиг отходящий обоз румын, рассеял его. Дивизия приступила к улучшению своих позиций по южным скатам высоты 103,9, подготавливая плацдарм для решительного наступления и штурма Севастополя. Атакует 1382 СП, в третьем эшелоне находится 1378 СП. От огня противника, части понесли потери: убитых 29, раненых 119. Выведены из строя: 122-мм гаубица и 2 76-мм дивизионных пушки. Командный пункт 87 СД переместился в Альма-Тархан. В бою израсходовано большое количество боеприпасов. Особенно ощущается нехватка в 122-мм гаубичных выстрелов и 120-мм мин. Они крайне необходимы для ведения огня на разрушение ДОТов и ДЗОТов. На мотоцикле быстро добираюсь до армии, прошу необходимые боеприпасы, но наряд получаю только на пять машин 120-мм мин. О 122-мм выстрелах не может быть и речи – их нет в наличии. Возвращаюсь в дивизию, получаю пять «Студебеккеров» и направляюсь за минами на склад армии. На пути недалеко от Альма-Терхана обнаруживаю склад с боеприпасами. Выхожу из машины и направляюсь к группе солдат находящихся недалеко. Они обедают. Чтобы не мешать им, обхожу штабеля с боеприпасами. Один из воинов, видимо самый старший из них, отложив котелок в сторону, подошел ко мне и поинтересовался, как идут дела на передовой. Видимо, признал из-за своего. Я ему рассказал и попросил срочно загрузить пять машин 122-мм гаубичными выстрелами. За 40 минут машины были загружены. Грузил со всеми вместе и я с шоферами. Через 2 часа боеприпасы были доставлены в дивизион. Как мне бы позднее удалось установить, это был склад 19 танкового корпуса, действовавшего в полосе наступления нашей армии. Вторым рейсом я вывез 122-мм мины. Замкомандира дивизии полковник Ковтун Владимир Михайлович поблагодарил меня за оперативное решение задачи.
20 апреля 1944 (четверг) – день 1034
Части дивизии продолжают удерживать занимаемый рубеж и устраивать переправу через реку Бельбек. Встретился с начальником артснабжения 1382 СП старшим техником лейтенантом Клыковым. Его полк находится в первом эшелоне и ведет ожесточенный бой. Иван Георгиевич рассказал мне произошедший случай в полку: начальник артмастерской старшей техник-лейтенант сегодня доставлял в полк дефицитные 82-мм мины. На склоне крутого горного спуска отказали тормоза. Машина быстро начала набирать скорость. Затормозить двигатель не удалось. Водителю и старшему лейтенанту Волкову удалось выброситься из кабины, а машина с минами, с грохотом, покатилась, в несколькосотметровый глубины, ущелье, рассыпав по пути падения мины. От машины ничего не осталось, а именно, навсегда остались на нехоженых склонах горы. Сегодня весь день саперы, комендантский взвод и офицеры штаба расстреливали в балке «сюрпризы»-гранаты. Разрывы следовали один за одним. Уничтожили более 400 этих гранат. А сколько их еще лежит в балке, заросшей густой травой и кустарником, сколько еще будет человеческих жертв.
21 апреля 1944 (пятница) – день 1035
Задача дивизии прежняя. 1382 СП в первом эшелоне. Убито 16 и ранено 30 человек.
22 апреля 1944 (суббота) – день 1036
Противник активности не проявляет. 87 СД с 19 апреля ведет бой с целью выяснения частями обороны и огневых средств противника. Артснабженцы проверили готовность к артподготовке, обошли и проверили все батареи. Здесь работают техники и мастера. Они готовят и проверяют матчасть артиллерии, ремонтируют ее, выверяют прицельные приспособления. Личный состав чистят орудия, протирают боеприпасы. Работа спорится, воины в приподнятом настроении: шутят, смеются, балагурят.
23 апреля 1944 (воскресенье) – день 1037
После 1 часа 40 минут артподготовки части перешли в наступление тремя эшелонами: в первом 1382 СП, во втором 1379 СП и в третьем 1378 СП. Но через 80 метров легли. После повторной артподготовки 1382 СП в 13:30 овладел первой и второй линией траншей и продвигался к третьей. Второй батальон 1379 СП достиг первых траншей. Части дивизии овладели высотой 104,5 и выйдя на ее южные скаты были остановлены.
24 апреля 1944 (понедельник) – день 1038
87 СД переживает большое для нее событие. Приказом Верховного Главнокомандующего товарища Сталина №0102 дивизии присвоено наименование «Перекопской»! Ведя наступательные бои, части дивизии к исходу дня вышли: 1378 СП – южные скаты высоты 104,5; 1379 СП – высота 104,5; 1382 СП – юго-западные скаты высоты 104,5, где и закрепились. Взято в плен 27 солдат противника. Сегодня будучи в 1382 СП, встретил своего земляка, командира пулеметной роты старшего лейтенанта Каргальцева В.И. Он уроженец, из соседнего села, Грамушки. Верно, он постарше меня на 2 года, и я его мог не знать по средней школе. Виктор Иванович, со мной, обошел все пулеметные гнезда. Он очень просил меня научить его моей методике технического осмотра пулемета. Я с ним позанимался 2 часа. Мне показалось, что он меня хорошо понял и методику усвоил. Потом мы с ним поужинали и легли в его землянке отдохнуть. Здесь-то он и поведал тайну своей души. Детство его было безрадостным. Рано началась его сиротская жизнь с больной и беспомощной матерью. Его детство было без радостей, но с большой нуждой. Владимир Иванович пожаловался и на плохой свой служебный рост. А тут еще и с командиром батальона не в ладах. О нем он отозвался примерно так, что, мол, по своей подготовленности, по своему авторитету в батальоне он не выше стоимости сырья, которое пошло на изготовление барашковой подкладки и шерстяного белья, которое он носит сейчас, и что он одного не хочет понять, что война может в любую минуту сравнять их к существенной закономерности перехода из одной материи в другую. Не совсем мне понравились философские рассуждения земляка.
25 апреля 1944 (вторник) – день 1039
В 19:30 после 20 минутной артподготовки части дивизии к 20:30 вышли на 300-500 метров юго-западнее и юго-восточнее высоты 104,5. Дивизия с 23 апреля делает неудачные попытки наступления в направлении Севастополя, и сегодня к вечеру началась короткая артподготовка. Все звуки смешались в единый, сплошной гул. После 20 минутной обработки переднего края огонь был перенесен в глубину обороны противника. Подразделение 1379 СП устремились на штурм вражеских позиций. Через несколько минут этого жаркого боя бойцы миновали передний край траншеи, ДОТы, ДЗОТы, проволочные заграждения. Артиллеристы, сопровождающие огнем и колесами пехоту, увидели плоды своей работы. Сплошные разрушения: подбитые немецкие пулеметы, пушки, автомашины… Всюду валяются трупы немцев. Потери в 1379 СП составили: убитыми 24 и ранеными 89 человек. Полк вышел к основному оборонительному рубежу противника, не имея никаких запасов боеприпасов. Он начал готовиться к штурму. Полку срочно направлено 8 автомашин боеприпасов, но суждено дойти до места назначения всего лишь четырем машинам. Остальные сожжены в результате массированного налета огнем артиллерии противника. Через 4 часа в полк благополучно были доставлены еще 6 машин боеприпасов. Сегодня армейским автотранспортом артснабжением 2-ой Гвардейской армии в дивизию доставлено 32 трехтонных автомашин с боеприпасами. Обеспеченность дивизии по артвыстрелам поддерживается; по минам на уровне одного боекомплекта, по патронам к стрелковому оружию и по гранатам до полутора боекомплектов.
26 апреля 1944 (среда) – день 1040
Части дивизии отбивают контратаки противника. Контратаки следует одна за одной. Массированный и точный огонь артиллерии и танков, а потом автоматический прицельный огонь из стрелкового оружия несколько укротили пыл гитлеровцев, но они упорно еще не отказываются от контратак. Их бронированные машины стали выдвигаться осторожней, стали больше прибегать к маневрированию. Наконец-то пехота залегла и приступила к окапыванию. Во второй половине дня противник выдвигает на участке дивизии 20 танков и пять «Фердинандов». Трудно приходится нашим частям добиться окончательного перелома в развернувшемся бою. Гитлеровцы вводят в бой все новые и новые, и более свежие силы и технику. Обстановка накаляется до предела. Как и всегда бывает в таких случаях, от частей начали поступать тревожные сигналы о выходе из строя материальной части артиллерии, минометов и группового стрелкового оружия, об отсутствии боеприпасов. Находясь в штабе артиллерии и оперативном отделе штаба, я каждый сигнал уточняю, перепроверяю по телефону, через офицеров связи, и немедленно дублирую во второй эшелон. Начальник артснабжения дивизии капитан Лысенко, машину за машиной, с боеприпасами, отправляет в части с дивизионного артсклада, и одновременно шлет гонцов в артснабжение армии за получением недостающих видов боеприпасов. Офицеры, весь личный состав артмастерских, находятся в подразделениях: восстанавливают вышедшее из строя вооружение непосредственно в боевых порядках. Самые большие трудности для нас артснабженцев в таких ситуациях – это своевременно заполучить обстановку, в которой находится подразделение или часть, и их обеспеченность, ведь у нас никаких технических средств связи нет. Единственная связь, более надежно, осуществляют артиллерийские и оружейные мастера. Они челноками курсируют в замкнутом кругу: подразделение – части – подразделения. Сегодня только за день, в ходе боя, частям со склада дивизии подано 32 автомашины с боеприпасами, 10 станковых пулеметов Максим, пять 82-мм минометов и 14 ручных пулеметов ДТП. Вооружение подано взамен вышедшего из строя во время боя и не могущего быть восстановленным на поле боя.
27 апреля 1944 (четверг) – день 1041
Части дивизии отбивают контратаки противника.
28 апреля 1944 (пятница) – день 1042
Части дивизии отбивают контратаки противника.
29 апреля 1944 (суббота) – день 1043
В ночь с 28 на 29 апреля части дивизии сдали свои боевые участки частям 24 Гвардейской Стрелковой Дивизии и отведены во второй эшелон корпуса, приводят в порядок личный состав, оружие и технику. Сегодня мне довелось встретиться и много разговаривать с партизанами, действовавшими в Крыму, в тылу у немцев. Много интересных и замечательных дел на счету многочисленных партизанских групп. Это дела их рук, когда фашисты не смогли подорвать и знаменитые Массандровские подвалы, Симферопольские предприятия и учреждения. Много рассказали и о предателях, действующих в Крыму. Вот уже три с лишним года войны не выходит из головы мысль, на чем же базируется решение людей стать предателями нашей Родины, что их заставило пойти на такую подлость по отношению к своей стране, к своему народу, к своим предкам, положившим начало созданию Российского государства и первой в мире Социалистической страны советов. В какой-то мере еще можно найти объяснение в отношении людей, проживающих на территориях, присоединившихся незадолго до начала Великой Отечественной войны к нашей Родине (Молдавская ССР, Западная Украина, Прибалтика). Этим народам всю жизнь прививали чувство розни и вражды к другим народам. Для них всегда не всегда понятно чувство Родины. Может быть, и не веские доводы, но видимо наша большая и могучая страна не развернула среди этих народов должную воспитательную работу, не сумела показать преимущество социалистического строя и реальные успехи, которых добилась Советская Россия за короткие сроки. Период присоединения этих народов был небольшой и сложный и эти народы не успели почувствовать все реальные преимущества Социалистического строя. Но какие могут быть оправдания в отношении предательства крымских татар, народов Северного Кавказа, Калмыков, Чеченов, Ингушей и других… Ведь эти народы жили в нашей стране чуть ли не привилегированном положении по отношению к другим народам. Им к тому же, постоянно помогали особые климатические условия. Как в том и в другом случае буржуазная пропаганда и отщепенцы воспользовались нашими недоработками в воспитательной работе, и даже в условиях пропаганды, не подтвержденной жизнью, они сумели вбить шатким и неустойчивым людям свои пропагандистские идеи. Как мне представляется, предатели должны получить возмездие сполна А как дети, женщины и старики? Мне кажется, со стариков и женщин надо тоже спросить за воспитание ими зверенышей. А всех, кто держал «Шмайсер» и убивал солдат, и особенно, детей, беззащитных жителей, нужно уничтожать подчистую. Ведь за убийство по нашему законодательству положена в высшая мера наказания. К такой мере наказание надо привести и всех предателей.
30 апреля 1944 (воскресенье) – день 1044
87 СД находится во втором эшелоне и непосредственного соприкосновения с противником не имеет. Личный состав проходит санобработку, осуществляется подвоз боеприпасов.
1 мая 1944 (понедельник) – день 1045
Части 87 СД непосредственного соприкосновения с противником не имеют, находятся во втором эшелоне корпуса и ведут подготовку к предстоящим наступательным действиям. Размещаются: 1379 СП – 1 км северо-восточнее высоты 147,3; 1382 СП – 1,5 км северо-восточнее высоты 147,3; 1378 СП – 1,3 км севернее церкви, что 3 км юго-западнее Бельбека. Обеспеченность боеприпасами в боекомплектах: винтпатроны – 1,9; патроны ППШ – 1,7; ручные и противотанковые гранаты – 0,4; 76-мм ДА – 0,9, 120-мм мины – 2,9; 45-мм выстрелы – 0,6; 120-миллиметровые гаубичные – 0,2. Боевой и численный состав дивизии на 1 Мая 1944 года, личный состав – 3.559 человек, в том числе офицеров – 646, сержантов – 779, рядовых – 2.133, лошадей – 836, винтовок – 2.123, ППШ – 1.295, пулеметов ДП – 37, пулеметов станковых – 47, минометов 120-мм – 12, 82-мм – 47, 122-мм гаубиц – 12, 76-мм ДА – 30, 76-мм ПА – 13, 45-мм – 25, и ружей ПТР – 68, автомашин 124. Праздник 1 мая встретили более чем скромно. Мне довелось его встретить с офицерами штаба артиллерии. Командный пункт размещается 400 м северо-восточнее высоты 147,3, а наблюдательный пункт в районе высоты 175,8. В батарее управления командующего артиллерией приготовлен хороший обед, непременно с водкой. После того как началось действие спиртного, начался авианалет противника. Но никто из нас в укрытие не ушел. После налета командующий артиллерией, только что появившиеся с НП, пожурил нас, мол тоже мне, нашлись храбрецы. Храбрецом быть совершенно недостаточно, надо быть умным храбрецом. Петр Васильевич Шаров наставлял нас и дальше. Он сказал, что жизнь никогда не утрачивает ценности, в любой ситуации человек не может смириться с мыслью, что жизнь может продолжаться без него. Петр Васильевич в ходе разговора сделал упрек и нам артснабженцам, мол, что же это за работа, подвозить боеприпасы через час по чайной ложке. – Товарищ подполковник, ведь и ваш стиль работы ничем не отличается от артснабженцев, – отвечаю ему это. – В чем же? – Вся ставка артиллерийских начальников заключается в том, что артиллерия в любых условиях боя должна подавлять огневые средства и живую силу противника только массированным ударом, а не поодиночке. Вот мы и обеспечиваем боеприпасами массированные удары, накапливая и доставляя их к этому времени. Разговор шел деловой, откровенный и дружеский. Командующий артиллерии обладал выдержкой, волей и хитростью, старался в беседе вселить эти качества и нам.
2 мая 1944 (вторник) – день 1046
87 СД имеет задачу быть в готовности развивать успех наступления 32 Гвардейской СД и 347 СД. Обеспеченность боеприпасами желает много быть лучшей. Принимаем меры к пополнению запасов. В артснабжение армии много не обещают. В ближайшие дни обещают пополнить лишь запасы боеприпасов к стрелковому оружию и гранатами. Артвыстрелов в ближайшие дни не ожидается. На месте помощника начальника артснабжения дивизии капитана Шевченко, надо было бы «сидеть над душой» в арснабжении армии и выбивать выстрел за выстрелом, а он постоянно отсиживается. Он очень тяжелый на подъем. А начальник артснабжения почему-то к нему не предъявляет соответствующих требований. Я возмущен бездеятельностью капитана Шевченко. Да и можно ли с него спросить хорошую работу. Ведь трудно себе представить человека влюбленным в свою специальность, и, в частности, к артснабженческому мышлению, если он не знает и не хочет познать основ этой сложной работы, постоянно требующей технического мышления. Ведь успех в практической деятельности человека, в первую очередь, такие его качества, как сила внутреннего убеждения, природный, высокий темперамент, умственные способности и правильное тактическое использование всего этого. Как раз этих качеств у товарища Шевченко и не достает. Но, пожалуй, что ни на есть опасной, является черта человека, предрасположенного к клеветничеству и оговору другого человека. Это черта преследует Шевченко постоянно. Ведь каждый из нас четко себе представляет, что самым трагическим исходом человеческой судьбы является то, когда человек становится жертвой клеветника или даже несправедливой ошибки. Это оставляет человека раздавленным на долгие годы.
3 мая 1944 (среда) – день 1047
Части дивизии получили небольшое пополнение личного состава, 290 человек, в том числе: 1378 СП – 50, 1379 СП – 70 и 1382 СП 170 человек. Пополнение поступило вооруженное. Нахожусь при штабе артиллерии. Необходимость находиться в передовом отряде дивизии отпала. Постоянно держу связь с частями, уточняю расход и наличие боеприпасов, потери вооружения. Принимаем меры к пополнению, постоянно осуществляем связь со вторым эшелоном дивизии, но часто подводит, как проводная, так и радиосвязь. Приходится попутными добираться туда и обратно. Я уже свыкся с этим и делаю это как должное. И сегодня побывал на дивизионном артиллерийском складе, произвел технический осмотр всего поступившего вооружения от частей, разбраковал на неисправное и на неподлежащее восстановлению. Первое должны отправить в армейские ремонтные мастерские, а второе на армейский склад как негодное. Уточнил наличие боеприпасов и вооружения, подготовил справки для командования и вернулся в штаб артиллерии.
4 мая 1944 (четверг) – день 1048
Части дивизии занимаются боевой подготовкой, находясь во втором эшелоне 55 СК. Сегодня день прошел в напряженной работе. В частях осмотрел материальную часть артиллерии, в 1058 Артполку и 448 ОИПТД. За дни боев матчасть сильно потрепана и требует производства ремонтов в большом объеме. Исключительно много сварочных работ. Почти все орудия требуют профилактического ремонта, так как работали на повышенном режиме ведения огня. К ремонту, помимо артмастеров, привлечен и личный состав огневых взводов. Вечером собрались в штабе артиллерии, обменялись мнениями о положении дел с вооружением. А пока мы разговаривали, хозяйка дома, молодая, статная, лет 26 от роду, приготовила обед и пригласила всех нас к столу. Она приготовила разварную картошку, весеннюю окрошку. Никто, естественно, из нас от обеда не отказался. А пока она собирала на стол, я листал первую, попавшую мне в доме книгу, лежавшую на подоконнике. Между страницей обнаружил справку, выданную гражданке в том, что она прошла два курса лечения по поводу сифилиса. Справка датировалась 20 апреля 1944 года И зачем она мне попалась на глаза? Я вынужден был потихоньку, незамеченным покинуть дом и обед, на который я так рассчитывал.
5 мая 1944 (пятница) – день 1049
В 16:00 части дивизии начали выдвигаться в исходное положение для наступления, и к 20:00 сосредоточились: 1378 СП – 2,1 км западнее высоты 175,8, 1379 СП – 2.5 км западней высоты 175,8 и 1382 СП в резерве командира 55 СК – 1 км северо-западнее Камышлы, на скатах грушевидной высоты. Части 2-ой Гвардейской армии начали атаковать противника. Вскоре наши разведчики заметили, что он начал переброску войск из района Сапун-Горы. Несколько дней назад мне довелось побывать и увидеть возвышающуюся Сапун-Гору. Это здесь, в полосе наступления, крутой восточный склон, отвесные скалы до трех и более метров. На этом естественном препятствии противник создал несколько ярусов оборонительных сооружений, опорных и огневых узлов, долговременных укреплений и четыре линии траншей, от основания до гребня. Вдоль всего склона масса железобетонных укрытий и блиндажей. Вся долина у подножия горы заминирована. Это неприступная крепость. После гибели командующего артиллерией подполковника Бондаря, долгое время исполнял эту должность начальник штаба артиллерии майор Новиков Филипп Павлович. А сегодня на должность командующего артиллерии назначен подполковник Шаров Петр Васильевич, 1896 года рождения. Он уроженец Ивановской области, член ВКП(б) с 1926 года, окончил в 1939 году Грозненский сельхоз институт. Новиков Филипп Павлович очень перспективный артиллерист. Штаб под его руководством работает четко и слажено. Он пользуется заслуженным авторитетом. Постоянно находясь со штабом, осуществляя представительство службы артснабжения, я увидел в этом скромном офицере много положительных качеств. Он грамотный и толковый офицер.
6 мая 1944 (суббота) – день 1050
Утром дивизия переходит в наступление и к 12:00 овладевает рубежом: Поляна, перекресток дорог 1,5 км южнее Камышлы. Наступлению предшествовала двухчасовая артподготовка с участием нескольких залпов гвардейских минометов и обработкой переднего края штурмовой авиацией. Части дивизии упорно вгрызаются в оборону немцев на подступах к Севастополю. К исходу дня части вышли на рубеж: роща Круглая, стык троп 1 км юго-западнее Камышлы: 1379 СП – 3 км юго-западнее высоты 175,8, 1378 СП – 2,8 км юго-западней 175,8, 1382 СП в резерве командира 55 СК. Потери: 1379 СП – убитых 4, ранены 10; 1378 СП – убитых 10 ранено 35; 1382 СП – убито 5 и ранено 7 человек. Получено пополнение 151 человек, в том числе: 1378 СП – 63; 1379 СП – 37, 1382 СП – 37, 1058 АП – 15 человек. Противник продолжает перегруппировать свои войска, наращивая силы на рубеже наступления 2-ой армии. В штабе артиллерии рассматривали творение помощника начальника штаба артиллерии по разведке капитана Волкова Антона Сергеевича и писаря-чертежника сержанта Горева – панораму переднего края противника. Панорама выполнена очень красиво. Перед нами, как в кино, передний край противника, с его пулеметными точками и минными полями, проволочным заграждением в шесть рядов, сюрпризами и ловушками. А вот даже хорошо замаскированное, бетонированное гнездо с нишами, оборонительные дуги с ДОТами и ДЗОТами, бронированные колпаки, зарытые в землю. Как видно здесь крепко и организованная система огня. Все эти точки артиллерии придется тщательно обрабатывать. Убеждаюсь в том, что много надо знать артиллерийскому разведчику. Пожалуй, много больше, чем снайперу. Он должен уметь отличить сучок от ствола оружия, обнаружить малейшее движение предметов, характеризующее присутствие там человека. Эта панорама постоянно пополняется новыми огневыми точками, замеченными наблюдателями-артиллеристами. Сейчас командующий уже четко представляет себе, куда в первую очередь, должен лечь огневой вал, когда и куда он должен переместиться, какой калибр орудия и по каким целям будет вести огонь. Все это будет четко спланировано, с учетом разрешенного к расходу, количества боеприпасов и доведено до исполнителей. Мы же извлечен из этих плановых документов свое. Мы узнаем каких и сколько выстрелов и мин потребуются для уничтожения и подавления этой сложной огневой системы противника, как и где будут использованы орудия прямой наводки… Задача дивизии овладеть Макензиевыми высотами, выйти к Северной бухте, форсировать ее и освободить от гитлеровцев Корабельную сторону.
7 мая 1944 (воскресенье) – день 1051
С утра части дивизии возобновили наступление и к исходу дня овладели рубежом: северные скаты высоты 400 м северо-восточнее отметки 178,2, западные скаты безымянной высоты. Соединение 51-ой и Приморской армии после ожесточенного боя заняли крупной опорный пункт на Сапун-Горе и создали реальную угрозу прорыва к Севастополю. Части дивизии, действуя исключительно штурмовыми группами овладели первой траншеи противника. Стрелковые полки находятся на рубеже: 1-1,5 километра юго-восточные и юго-западнее Камышлы. Потери: 1379 СП – убитых 7 и раненых 28; 1378 СП – 8 и 15 и 1382 СП – 7 и 4. Стало известно, что наши войска штурмуют противника по всему участку фронта, от морского побережья под Балаклавой до Восточного склона Сахарной Головки. В самый разгар ожесточенного боя меня вызвали к командиру дивизии. Прибежал бегом, но ему пока не до меня. Он ведет телефонный разговор с командирами полков. – Это отрадно, что люди, как всегда, дерутся бесстрашно. Я знаю, что мужества и отваги нашим бойцам и командирам не занимать, – говорит в трубку Георгий Петрович Куляко, – вот, было бы совсем хорошо, если бы вы побеспокоились наладить беспрерывное обеспечение их, необходимыми для боя, боеприпасами. Ведь вам предстоит драться за каждый метр земли, за каждое укрепление. Проследите лично, чтобы боеприпасы не оседали в полковых тылах, а своевременно доставлялись в подразделения. Приблизите полковые запасы. Когда командир дивизии закончил телефонный разговор, мне уже была предельно ясна цель моего вызова. Не стал повторяться и Георгий Петрович. Он ограничился лишь вопросом о том, понял ли я все, о чем он говорил с командиром 1379 СП майором Халявицким. Я срочно выехал во второй эшелон, чтобы принять необходимые меры. И не только приблизить запасы боеприпасов к частям, но и пополнению их расходов. Теперь мы работали уже более слаженно во всех звеньях, начиная от ротных и полковых пунктов боепитания, то дивизионного артиллерийского склада. Сегодня еще ближе познакомился с командующим артиллерией подполковником Шаровым. Петр Васильевич работает с большим энтузиазмом, энергией. Он заботлив и требователен. Учтив. Непременно спросит, как чувствует себя подчиненный, посоветуют отдохнуть. Хотя и не кадровый офицер, но в нем чувствуются увлеченность и прирожденность артиллериста. В своих действиях обязательный и последовательный.
8 мая 1944 (понедельник) – день 1052
В 6:40 части дивизии перешли в наступление и сломили сопротивление групп прикрытий противника, начали преследование отходящего противника в направлении: лес на дамбе, высота 144,4, восточная окраина Севастополя. В 12:00 части дивизии вышли на рубеж: 1378 СП – 100 м западнее отметки 144,4 фронтом на запад; 1379 СП – 300 м северо-западнее отметки 144,4; 1382 СП – 1,5 км восточнее мыс Инкерманский. Вызвал командир дивизии полковник Куляко. Еще по первому с ним знакомству Георгий Петрович произвел на меня впечатление человека на редкость обстоятельного, вдумчивого и неторопливого. Сейчас в его землянку поминутно вбегают офицеры, почти не переставая зуммерит полевой телефон. Во всем ощущается напряженность обстановки, которую чувствуют люди перед ответственным, готовящимся большим наступлением, но Георгий Петрович, как будто не подвержен этому настроению. Он уверенно и твердо управляет ходом боевых действий, то одному, то другому задает уточняющие вопросы. Сам же отвечает подчиненным спокойно, четко, убедительно. – Сколько на сейчас имеется у нас гаубичных выстрелов и 120-мм? – спокойно задает мне вопрос комдив. – Гаубичных – полтора боекомплекта. И все они находятся в артполку. На дивизионном артскладе их нет. А 120-мм мин 1 боекомплект, в том числе в 1378 СП – 1,2 боекомплекта, в 1379 СП 1 боекомплект и в 1382 СП – 0,8 боекомплекта. На ДАСе – 0,1 боекомплекта. – Срочно свяжитесь с артснабжением армии и спросите, сколько они могут нам дать в течение суток гаубичных выстрелов и 120-мм. А для чего – Вы знаете обстановку, объясните им, – приказал комдив и добавил, – постарайтесь выделенное количество боеприпасов доставить армейским автотранспортом. О результате доложите мне не позднее утра. По телефону докладываю начальнику артснабжения армии, находящемуся в первом эшелоне армии, что дивизия совершенно не имеет 17-е и 25-е (это кодовое наименование гаубичных выстрелов и 120-миллиметровых мин). – Если хотите получить сразу же, – говорит начартснабжения, – то высылайте транспорт. Если же терпит, то подадим армейским транспортом в течение завтра-послезавтра. Я прикинул, что для вывоза отпускаемого количества боеприпасов потребуется 14 трехтонных автомашин. – Прошу подготовить наряды. А мы, сейчас же, выйдем за получением отпускаемых боеприпасов и вывезем своим транспортом. Но это была уже полночь.
9 мая 1944 (вторник) – день 1053
После короткой артподготовки и гвардейских минзалпов, при поддержке крупных сил штурмовой авиации, части дивизии поднялись на решительный штурм последнего пояса обороны противника, преграждающего путь к Севастополю. Овладели слободой Корабельной и вышли на ее западную окраину и к железной дороге 500 м юго-восточнее Южной Бухты. Оборонявшаяся группировка немцев осталась отрезанной и прижатой к морю.
…
1 сентября 1944 (пятница) – день 1168
Противник продолжает атаки наших боевых порядков стараясь развить наступление вдоль железнодорожного моста Беке. 1382 СП потеснен. Атаки отбиты. Положение наших частей восстановлено. Обеспеченность дивизии: личным составом – 4562 человека, в том числе: офицеров – 642, сержантов – 946, рядовых – 2974. Лошадей – 1008, винтовок – 2458, автоматов – 1081, пулеметов ДП – 41, станковых – 17, зенитных – 17, 120-мм минометов – 15, 82-мм минометов – 34, 122-мм пушек – 36, автомашин – 110. Дивизия заняла оборону на рубеже Дзелони, Лидуми, Славетиняс, Гулбъи, Осиши, Гайли, восточнее Ауце (Литовская ССР). В дивизии совершенно недостаточно батальонной полковой и дивизионной артиллерии. Армия пока не обещает пополнить ими, так как нет в наличии. Объясняют, что примерно такое же положение и в других стрелковых дивизиях. Вызвал командующий артиллерией дивизии. Приказал принять срочные меры к обеспечению артполка боеприпасами из расчета: 122-мм гаубичных выстрелов – 2 б/к и 76-мм выстрелов 2,5 б/к. В мое распоряжение выделен «Виллис» для поездки в артснабжение армии. Заодно приказано завести пакет командующему артиллерией армии генерал-лейтенанту Телегину. Договорились, что если отпустят боеприпасы, то я сразу же позвоню в дивизию и сообщу сколько нужно машин. Генерал-лейтенант Телегин принял меня тепло. Врученный ему пакет он тут же вскрыл и прочитал. Сразу же позвонил начартснабжения армии инженер- подполковнику Калиниченко Н.Т. Здесь-то мне стало известно содержание пакета. Оказалось дело в том, что вчера, около полуночи, в штаб дивизии пришел латышский крестьянин с территории занятой противником. Он рассказал, что противник в одном из лесов, с наступлением темноты, сосредоточил большое количество моторизованных войск. Этот лес буквально забит машинами, пушками, бронетранспортерами и танками. Тут же вернулись дивизионные разведчики и подтвердили то же самое. Командование Дивизии решило завтра провести сосредоточенный массированный огонь по скоплению войск противника. Однако, по всем расчетам, боеприпасов не хватало. Да, еще ведь надо оставить и необходимый запас. Вскоре я получил наряд на необходимые боеприпасы, а инженер-майор Филипцев и подполковник Мусин организовали выделение в мое распоряжение 12 автомашин с армейского автобатальона. К исходу дня боеприпасы доставлены на огневые позиции артполка.
2 сентября 1944 (суббота) – день 1169
Противник возобновил атаки, которые отбиваются частями дивизии с большими потерями для противника. За период с 25 августа, после беспрерывных боев с танками противника, наши части вынуждены потесниться в среднем на 8-10 км. Дивизия свою задачу выполнила и с сегодняшнего дня переходит от наступления к обороне. В боях за Ауце, Вечеряй, Круопяй, частями дивизии подбито и сожжено: 154 танка, 22 бронемашины, 306 автомашин, 2 трактора, 21 орудие, 112 пулеметов, 696 винтовок, 1228 автоматов, сбито 2 самолета, взято в плен 15 немцев, уничтожено 3644 немецких солдат и офицеров. Ценой больших потерь противнику удалось лишь незначительно вклиниться на левом фланге дивизии в направлении Жагаре и правее нас в полосе соседа выйти на Тукумс. Железнодорожных коммуникации, которые бы соединяли северную и Рижскую группировки с Восточной Пруссией у немцев, не остается. Единственный и не совсем безопасный путь – это море. Стало известно геройском подвиге оружейного техника 1379 стрелкового полка техника-лейтенанта В.Б. Лебадина. До сегодняшнего дня мы знаем его, как хорошего офицера-артснабженца. Свою работу он любит и знает. Руководимые им оружейные мастера работают слаженно, со знанием дела. Василий Борисович в совершенстве знает вооружение, много усилий применяет к совершенствованию методов его ремонта. Занятия проводит уверенно, доходчиво. А вчера Василий Борисович, исправив станковые пулеметы в 10-м стрелковом батальоне, возвращался в мастерские. На улице уже стемнело. На фоне горящего дома он отчетливо увидел перебегающих дорогу бойцов и офицеров. Ряды их таяли на глазах. Пробираясь по придорожному кювету, техник-лейтенант Лебадин зашел в тыл немецкого пулеметчика, который сеял смерть среди наших бойцов. Он уничтожил его из автомата, потом вынес с поля боя тяжело раненного командира взвода лейтенанта Шилова. Несмотря на то, что немцы продолжали наседать своими превосходящими силами, техник лейтенант Лебадин перевязал ему рану на шее, из которой хлестала кровь, и потащил его на себе. Вскоре подоспели другие товарищи и помогли доставить пострадавшего в санитарную роту. Вот он каков, наш скромный оружейник! В 23:00 артиллерия дивизии обрушила массированный огонь на фашистское скопление техники и людей.
3 сентября 1944 (воскресенье) – день 1170
Части 87 СД и противостоящие части противника усиленно производят окопные работы. 1378 СП – Дзелони, Славетиняс. 1382 СП – Жабри, Голубин. Обеспеченность дивизии боеприпасами, винтовочными патронами, патронами ПТР и ППШ, ручными и противотанковыми гранатами – 0,8 б/к, минами – 1,2 б/к, 122-мм минами – 0,3 б/к, артвыстрелами до 1,5 б/к. С рядовым Кулиш Иваном направились в 1382 СП. Уже стемнело. В черном сентябрьском небе видны вспышки орудийной стрельбы. Артиллерийская стрельба и разрывы снарядов и мин, по мере приближения к расположению полка, постепенно нарастали багровыми вспышками. Страшно одолевала жажда пить. Именья здесь за несколько сот метров, а то и километров друг от друга. Перед нами обрисовалось именье. Заходим во двор, дверь парадного входа приоткрыта. Поднимаемся по ступенькам порога, открываю дверь настежь. Где-то внутри дома зарычал пес и тут же смолк, видимо его кто-то сдерживает. Беру автомат на изготовку. Пистолеты в готовности. Кричу что есть силы: «Кто есть в доме?». Прошу выйти, молчок. Неожиданно со скрипом раскрывается створка чердачного окна и оттуда, со щелчком, летит ручная граната. Успеваем отскочить от двери, залечь, тут же, за цементным порогом. Граната взрывается. Мы целы и невредимы. Даю очередь из автомата по окнам дома. Никаких признаков жизни. Удаляемся от дома на расстояние, позволяющие наблюдать подходы к дому. Залегли. Ожидаем. Через несколько минут два немца, один за другим выпрыгнув из окна, пытаются бежать к лесу. Автоматными очередями прижимаем их к земле. На наши требования сдаться ответа не последовало. Даем еще несколько очередей. Ответа снова нет. Осторожно, с двух сторон, приближаемся к ним. Для страховки выстреливаю по лежащим из пистолета. Это уже были трупы. Забрав документы и письма, мы продолжили свой путь в расположение 1382 СП. А напиться так и не удалось. Сегодня разведчики дивизии доложили результаты вчерашнего массированного огня нашей артиллерии по скоплению войск противника. От моторизованного полка противника осталось немного. Ему удалось вывести лишь жалкие остатки.
4 сентября 1944 (понедельник) – день 1171
В дивизии ведутся окопные работы. Проверил состояние ручных пулеметов ДП и ружей ПТР в артиллерийском полку. Снова никакого внимания к этим видам оружия. Пришлось крепко разговаривать. Привели в порядок при мне. Много было нареканий на учет вооружения, боеприпасов во время ведения боевых действий. Много было противников, в том числе и среди артснабженцев этой «замшелой канцелярии», «бюрократизма». Тем более об этом говорили люди, для которых строгий учет не говорил в их пользу. Теперь наши требования к учету буквально всеми воспринимаются как должное. Поняли, что без этого нельзя. Это уже отрадно. Наши труды не пропали даром. Сегодня встретил старшину Морозову Асю. Она выглядела еще лучше: молодая, прелестная как видение. Ее тонкие как ниточки, прямые брови красиво жмурятся. Пышные волосы выбиваются из-под беретки. Она постоянно улыбается. Но это улыбка для всех. Другую же, она приберегает на то время, когда встретится с Сашей Лысенко.
5 сентября 1944 (вторник) – день 1172
Части дивизии ведут окопные работы. Артснабжение дивизии разместилось в имении, в котором царила полная тишина. Во дворе, в доме ни души. В стойлах хлева, на привязи, 20 коров мирно и не спеша, по-хозяйски пережевывают заданный им корм. Громыхая и поскрипывая, крутится ветряное колесо. Осматриваем это сооружение. Сейчас ветряк работает над наполнением водонапорной цистерны из артезианской скважины. Густая сеть трубопроводов от цистерны расходится как-то к поилкам, к пожарному крану, на поливочные устройства, в дом для бытовых нужд. Как только цистерна наполнится водой, механическое устройство автоматически переведет рычаг, ветряной насос отключится и в действие вступит динамо-машина, работая на подзарядку аккумуляторов. Неплохое использование дармовой силы ветра. Пока мы осматривали хозяйство, как бы не замечая наше присутствие, ко двору, в развалку, размахивая руками и запрокидывая голову к небу, издавая непонятные звуки, шел высокий человек в рваной одежде. Он тащил за собой корзину со свежей накошенной травой. На наш окрик он не отреагировал. Пока мы осваивались с обстановкой, этот единственный представитель имения продолжил таскать корзины с травой, развешивая ее на сушку. Нам показалось, что этот человек юродивый. Его поведение никаких сомнений в этом не вызывало.
6 сентября 1944 (среда) – день 1173
Перед фронтом дивизии обороняются 2-ой батальон 33 МП 4 ТД на рубеже Дзелзи до железной дороги: 1-й батальон 33 МП 4 ТД на рубеже Чайбъи – Остатки; 391 учебный батальон немцев, 2-ой батальон 25 МП 12 ТД Чайбьи. Немцы снова атакуют наши ряды. Утром мы с командующим артиллерией подполковником Шаровым выехали во второй эшелон. Он изъявил желание ознакомиться с размещением артснабжения дивизии и дивизионного артиллерийского склада. Петр Васильевич посмотрел размещение, поинтересовался положением дел, побеседовал с личным составом. Остался доволен. Мне приказал здесь остаться до вечера, решить ряд вопросов. К вечеру обещался прислать за мной «Виллис». сегодня офицеры получили доппаек, в котором было сливочное масло. Решили, как это делали и обычно, приготовить обед для всего личного состава артснабжения дивизии и ДАСа. Кто-то подал мысль о том, что неплохо было бы нажарить грибов с картошкой. Я высказался за свежую рыбу. Обоюдно решили, что будем стараться сделать и то, и другое. Каждый из нас получил направление в работе по организации обеда. Грибы собирать в лесу в одиночку опасно. К этому времени в них действовали литовские отщепенцы, приверженцы закоренелого врага Литовского народа, епископа Винцентаса Бризгиса, которые сотрудничали с врагом. В самый тяжелый период истории Советской Литвы, в годы гитлеровской оккупации, Бризгис призывал латышскую молодежь вступать в гитлеровскую армию и это ему удалось. Изменники Родины служили и в полиции, и в немецкой армии, и в специально созданных Латышских подразделениях. Теперь они разбрелись по лесам освобожденных районов, принося урон нашей армии, не менее, чем фашистская армия. За грибами отрядили команду из четырех человек с автоматами. За 1 час эта команда справилась со своей задачей – набрали мешок грибов. Теперь их надо в спокойной обстановке, не оглядываясь по сторонам, обработать. Местом для приготовления обеда избрали ближайшие имение, в котором жили латыши: старик со старухой и две их дочери. Старик когда-то служил в царской армии и вполне сносно объяснялся по-русски. Он-то и посоветовал нам отстрелять несколько карпов в соседнем имении, в небольшом ставке. Этим делом руководил я. Отстреляли ведро карпов. Чистить и жарить рыбу взялись хозяйские дочери, а грибы с картошкой рядовой Кулиш. ужин явно затягивался. А тут еще подоспел сигнал боевой тревоги. Мы заняли круговую оборону. Отбой наступил лишь в 23:00. Я позвонил в штаб артиллерии оказывается машина за мной приходила, но водитель, узнав, что все мы находимся в обороне, сразу же выехал обратно. Я остался ночевать во 2-ом эшелоне. Ужин все-таки состоится, но не раньше 24:00.
7 сентября 1944 (четверг) – день 1174
В каждом стрелковом полку созданы вторые эшелоны, ведутся окопные работы. В ночь на 8.09, на участке 1378 СП, в районе ж/д, противник применил четыре танкетки-торпеды, управляемые электричеством при помощи трех проводов, идущих сзади и приводимых в движение электродвигателем. Три танкетки-торпеды были подорваны огнем стрелкового и противотанковых ружей, одна захвачена и обезврежена. Предполагается, что применены они были для разведки наших минных полей. 87 СД с 30 Гвардейской ТТП (10 танков), 765 ИПТАП (13 орудий 57 мм), 1619 ЛАП (12 орудий 57-мм), 247 МП (16 минометов 120-мм) продолжают окопные работы. 1970 и 1970 ИП 1620 ЛАП и 1210 ГАП вышли из подчинения дивизии. Приступили к долгожданному ужину. За стол уселось 15 человек. Здесь были и рядовые, и офицеры. Выпили по стакану вина. Грибы с картошкой ели прямо из ведра, а жареную рыбу брали из большого деревянного блюда. В доме остались я и капитан Шевченко. Рядовой Кулиш ушел за очередной порцией вина. Мы сидели за столом и при керосиновой лампе рассматривали альбом с фотографиями. Несколько молодых людей промелькнули в немецкой форме одежды. Спрашиваю у хозяина: «Кто это?». Засмущавшись и помедлив, он сказал, что он один из них является его родным сыном. Не успел он закончить свой ответ, как под окном дома раздалась длинная автоматная очередь, а вслед за ней несколько коротких. Загасив керосиновую лампу, приказываю всем сесть на пол, к стенке. С Шевченко подготовили пистолеты ТТ. Дверь распахнулась, послышался голос Кулиша. Он просит по одному выбираться из дома и следовать за ним. Выйдя из дома, мы залегли, в готовности вести огонь. Но огонь открывать не пришлось. Что же все-таки случилось? Как сказал Кулиш, события развертывались так… Когда он, с котелком вина подходил к дому, то увидел у окна трех солдат в немецкой форме одежды с автоматами. Бросив котелок с вином, Кулиш открыл по ним огонь из автомата. Они дали несколько ответных коротких очередей и сразу же скрылись. До своего расположения мы добрались благополучно. Как только забрезжил рассвет, рядовые Кулиш, Пивоваров и Дорохов с автоматами посетили имение, в котором мы ужинали. А через час возвратились, конвоируя троих солдат в немецкой одежде. Один из них еле передвигает ноги. Каково же было мое удивление, когда я повстречался взглядом с человеком, которого встречал всего лишь позавчера. Это он кормил коров и выдавал себя за слабоумного. Теперь он нахмурил брови и с ехидным выражением смотрел на меня. А выволокли они из их из подвала сарая, доверху набитого тюкованным сеном. Это Кулиш вчера помешал им расправиться с нами, за нашу доверчивость и притупленную бдительность. Сегодня мы приняли меры к усилению охраны складов с боеприпасами. Такое приказание подписал начальник штаба дивизии.
8 сентября 1944 (пятница) – день 1175
Противник вел огонь из 105-мм орудий из Стрели и 105-мм батареи из северо-восточной окраины Ауце. Наша разведка из тыла доложила, что 6 км северо-западнее Бэне 10 танков и две роты пехоты в районе Калейни, Путэ и Астес. Из района Вечеряй противник вел сильный огонь по нашим самолетам. Дивизия продолжает вести окопные работы. Дивизия ведет огневой бой. В первых рядах сражается и пулеметный расчет Горяева. Выставив свой «Максим» на облюбованную позицию, он непрерывным прицельным огнем уничтожает пулеметные точки противника и поддерживает контрнаступающую группу наших бойцов. Но вдруг пулемет смолк. Как из паровоза парит охлаждающая жидкость. Горяев подумал, что закончились в ленте патроны, заменил ленту, нажал на гашетку. Но пулемет молчал. Второй номер расчета убит. Горяев в отчаянии. В этот момент к нему подполз оружейный техник техник-лейтенант Николай Иванович Гудимов и оружейный мастер сержант Николай Иванович Гладырев. Через 3-5 минут пулемет восстановили. Теперь Горяев действовал уже не один. Смертоносный дождь стал еще ожесточеннее. Он наверстывал упущенное время за гибель товарища в этом бою, огнем своего пулемета уничтожил свыше двух десятков гитлеровцев. Есть ли вклад в этом наших мужественных оружейников Гудимова и Гладырева? Да, это они помогли пулеметчику успешно выполнить боевую задачу.
9 сентября 1944 (суббота) – день 1176
Совинформбюро: в Болгарии заняты города Варна и Бургас. Болгария объявила войну Германии. Противник атакует из Дзелзи на Лидуми. Один танк подбит, один подорвался на мине, 8 вернулось. На стыке дивизиона на правом фланге действует 163 АШР и второй батальон 1378 СП. Общая обеспеченность боеприпасами доведена до одного боекомплекта. Принимаем меры к улучшению обеспеченности. Участились случаи выхода из строя вооружения в ходе боя, как от огня противника, так и от плохого ухода и сбережения. Считаю, что наступило время провести решительное наступление за резкое улучшение ухода и сбережения. Провели совещание офицеров артснабженцев. Потребовали от них ведения постоянной разъяснительной работы, повысить спрос с командиров подразделений. На совещании мы пришли к верному выводу, что к настоящему времени сложилась такая обстановка, что штатное наличие мастеров, работая день и ночь, физически не могут справиться с объемом работ по устранению неисправностей и поломок вооружения. За увеличение штатного количества ремонтных органов в настоящее время не может быть и речи. Следовательно, остается один путь – воспитание высокого чувства ответственности за содержание оружия у личного состава, эксплуатирующего его. Приказов по содержанию вооружения, только за последние 12 месяцев, было издано четыре. Командиры подразделений и частей воспринимают каждый приказ, как слишком высокие требования для военного времени. Они считают, что эти требования надуманные и исходят от артснабженцев, а не диктуются условиями боевой готовности и боевых возможностей подразделений. Что на войне этими требованиями по содержанию вооружения можно пренебречь, а артснабженцам надо почаще бывать в подразделениях и устранять неисправности. Издавать в данной ситуации последующий приказ было бы нецелесообразно. Предлагаю издать обращение командования к личному составу. Подготовил текст обращения. Начальник политотдела дивизии полковник Антонов в принципе одобрил текст и приказал своему заместителю подполковнику Клипачеву заняться со мной. В текст обращения редактором газеты майором Муравьевым были внесены ряд рецензионных правок. Завтра обещают издать.
10 сентября 1944 (воскресенье) – день 1177
Задачи дивизии прежние. В 8:10 в направлении Дзервьи пять танкеток-торпед появились перед фронтом дивизии. Три подорвались на минном поле, две подбиты и сожжены перед передним краем второго батальона 1378 СП огнем из ружей ПТР стрелками 163 АШР. Командующий артиллерией приказал прибыть в 163 АШР и осмотреть захваченные танкетки-торпеды. Мне повезло – с прибытием в роту, немцами была запущена еще одна танкетка. Она ползла с большим визгом и скрежетом по ржаному полю. двое солдат-штрафников, пропустив ее вперед, обрезали сзади разматывающиеся с катушки провода. Ее мотор заглох. Доставили ее в блиндаж. Осторожно разобрал. Танкетка начинена взрывчатым веществом. Обезвредили. Один экземпляр отправили в армию. Выпущено обращение, изданное на отдельном листке небольшого формата. В обращении командования и политорганов говорится, что забота о сбережении артиллерийского вооружения, а значит и поддержание его в постоянной боевой готовности – является священным долгом и обязанностью командиров, политработников и всего личного состава подразделений. В обращении приводятся примеры подлинной бережливости, заботливого отношения к содержанию вооружения подразделений, которыми командует офицер Каргальцев Владимир Иванович. В своей практической работе офицер этого подразделения исходит из того, что обеспечить образцовое содержание техники, а следовательно, ее высокую боевую готовность, возможно лишь при условии, если личный состав обладает глубокими и прочными техническими знаниями, имеет твердые навыки использования вверенного ему вооружения, строго соблюдает требования инструкций и наставлений. Не случайно в этом подразделении при малейшей возможности организуются и проводятся занятия по изучению вооружения, правил его эксплуатации, и как результат, здесь исключены поломки и неисправности. К сожалению, встречаются еще командиры и политработники, которые всеми этими вопросами не занимаются. Так, в подразделении, которым командует Капитан Курников, за последние месяцы неумелого обращения, дважды выходили из строя пять пулеметов и подвергались ремонту. Командование призывает командиров взводов, рот и батарей, а также всех политработников, используя перерывы между боями, организовывать и проводить техническую подготовку, больше уделять внимания постоянному и заботливому уходу за вооружением.
11 сентября 1944 (понедельник) – день 1178
Задачи дивизии прежние. Устанавливаются минные поля и проводится окапывание. Закончили перевооружение 448 ОИПТД на 76-мм дивизионные пушки образца 1942 года ЗИС-3. 45-мм и 57-мм, ранее бывшие у них на вооружении, передали в стрелковые полки. Довольны и полковые, и дивизионные артиллеристы. Передача этих артиллерийских систем потребовала много времени и больших затрат труда. Целую неделю мастера и техники ремонтировали 45 и 57-мм орудия и укомплектовали их всем необходимым. Стрелковые полки упорно не хотели получать неисправные и неукомплектованные орудия ЗИПом. А получилось это потому, что в 448 ОИПТД отсутствует штатная артмастерская. На дивизион положен лишь один артиллерийский мастер, который физически не в состоянии справиться с объемом ремонтных работ. Тем более, что здесь орудия транспортируются скоростными тягачами, что нередко вызывает поломки, преждевременный износ деталей, расстраиваются прицельные приспособления.
12 сентября 1944 (вторник) – день 1179
Передний край противника: Межвиды, Славетиняс, Чайбьи, Гулбьи, Осиши, Гайли. Дивизия продолжает инженерные работы на оборонительной полосе. Сегодня в артснабжение к нам прибыло пополнение. На вновь введенную должность помощника начальника артснабжения дивизии по стреляным гильзам и укупорке, прибыл инженер-капитан Зельдич Яков Владимирович. Введение должности вызвано тем, что в стране, с увеличением выпуска боеприпасов, не стало хватать цветного металла, потребного для гильз. В войсках зачастую пренебрежительно относились к сбору и сдаче стреляных гильз и дорогостоящей спецкупорки. Согласно приказу наркомата обороны, предусматривалась выплата денег за сбор гильз и укупорки личному составу, принимавшему в их сборе участие. Мы сегодня знаем лишь то, что он к нам прибыл из 417 СД. Закончил он Московский институт имени Менделеева, механический факультет. С июня 1941 года находился в составе партизанского отряда. Несколько дней назад в артснабжение дивизии, на должность старшего писаря, прибыл рядовой Друппов Алексей Егорович. По образованию- учитель. Блондин, выше среднего роста, кроткий и практический человек. Все его действия с дальним прицелом. Работу выполняет аккуратно. Небрежности не допускает. Дорожит своей репутацией. Мы все довольны, что нам удалось заполучить такого работника.
13 сентября 1944 (среда) – день 1180
Части дивизии приступили к сдаче своих участков частям 47 СД 23 Гвардейского стрелкового корпуса 6-ой армии. В ночь на 14.9.44 дивизия приступила к сдаче участка на рубеже: Дзелони, Лидуми, Славетиняс, Голубьи, Осиши, Гайли. Прибыл с автоколонной к станции снабжения. Где-то воет сирена, оповещает о воздушной тревоге. Выскакиваю из машины и бегу к землянке, где размещается начальник станции снабжения и представитель артснабжения 51 армии инженер-майор Филипцев. Успел добежать до землянки, как началась бомбежка скопления эшелонов с боеприпасами, поставленных под разгрузку. Через 10-15 минут кругом стало тихо-тихо. Лишь несколько вагонов охвачены пламенем огня. Вот уже начинает разлетаться горящая обшивка. Летит с треском. Наступила серьезная угроза для других эшелонов. Начальник станции майор Щеголев П.П. и начальник отдела боеприпасов артнабжения армии инженер-майор Филипцев, пренебрегая опасностью, организовывали, командовали, напрягая голос, чтобы срочно расцепить вагоны и обезопасить их от горящих. Воины отцепили горящие вагоны, а машинист маневрового паровоза оперативно растаскивает со станции горячие вагоны. Горящие вагоны взорвались уже за станционной границей. Взрывы следуют один за другим. Сгорело четыре вагона. Запыленный и прокопченый Яков Алексеевич, растирая на лбу пот с копотью потом говорит: «На этот раз нам здорово повезло. Просто удача, что отделались потерей всего 4-х вагонов». Как я понял, видно, что Яков Алексеевич считает своим прямым долгом службы рисковать, внушая себе веру в удачу, везение. Но эти удачи и везения, кажется, кроются прежде всего в смелости, отваге, в незаурядных знаниях, огромном опыте человека. Вот таков он, Филипцев. Благополучно доставил колонну из 12 автомашин с дефицитными артвыстрелами.
14 сентября 1944 (четверг) – день 1181
Совинформбюро: войска 1-го Белорусского фронта овладели крепостью Прага (предместье Варшавы). Опубликовано соглашение о перемирии с Румынией. В 6:00 части дивизии сдали участок обороны 41 СД 23 СК 6 А и сосредоточились в Зарини и Бэне и приводятся в порядок. Приводим в порядок вооружение, ремонтируем, укомплектовываем всем необходимым для его ухода и сбережения. Партийное собрание сегодня проходило необычно. По инициативе партбюро управления дивизии оно проходило совместно с парторганизацией тыла. Речь шла на собрании о проведении работ, связанных с приведением личного состава в порядок, получением пополнения и вооружения в кратчайшие сроки. Дивизия все свои усилия должна направить на подготовку к наступательной операции. Собрание прошло бурно. В своем выступлении командир дивизии полковник Куляко говорил и о том, что Победа достигается не только силой оружия, но и боевым духом, политически и чисто человеческой стойкостью, уверенностью в успех. А это, все в свою очередь, достигается напряженным трудом командиров и политработников по сплочению коллективов, воспитанием людей, формированием у них высоких морально-боевых качеств. Много пользы принесло собрание и для нас, артснабженцев. Наконец-то начальнику тыла майору Тэпину пришлось признать свое невнимательное отношение к вопросам подвоза боеприпасов. Но он это выразил в более смягченном виде. – В своей дальнейшей работе я учту критику в мой адрес и заверяю партийное собрание и командование, что нареканий со стороны коммунистов артснабженцев больше не будет, – заявил майор Тэпин, – постараюсь лично разобраться и навести в этом должный порядок.
15 сентября 1944 (пятница) – день 1182
Дивизия приводится в порядок: санобработка личного состава, строевые смотры, и проводится в порядок оружие. К исходу дня выступили на марш: Иннули – станция Кримунас. Мы движемся по прибалтийским полям, хуторам и перелескам. В хуторках ни души. Население куда-то, при отходе гитлеровцев, спешно покинула родные места. Следы панического бегства повсюду: в кюветах валяются самые различные виды техники и предметы домашней утвари, кучи перевязанных и раскрытых чемоданов, всюду перья из выпотрошенных подушек и перин. В хуторах мычат не доенные и голодные коровы, призывая на помощь людей. Людей нет. Они или угнаны немцами, или попросту сбежали с ними. Вот наконец-то из дома кирпичной постройки, под островерхой черепичной крышей, вышел пожилой, смертельно перепуганный латыш. Он долго трет рукой глаза, осваиваясь с дневным светом. Видимо долго сидел в подвале. Он с изумлением смотрит, как бойцы задают коровам сена. Во дворе разбросаны домашние вещи, но никто их не собирает – они никому не нужны.
16 сентября 1944 (суббота) – день 1183
Дивизия совершала 30-ти километровый марш: Индули, Панкуле, Стигас, Ауце, Дегугрокс станция Кримунас, Стаклас и сосредоточилась: город Богени, Тылтыни, Коляс, Кервели, Стеклас, Мамулени. Производилось окапывание и маскировка. Приступили к боевой подготовке, войдя во 2-ой эшелон 63 СК. Дивизия никак не может привести себя в порядок после изнурительного марша. Знойное, не по-осеннему, солнце, нагревало землю. Раскаленный песок с пылью слепили глаза. Но это и в ходе марша не снижало бдительности и быстроту реакции пехотинцев и артиллеристов. Дивизия встретилась с многочисленной группой противника. Почти мгновенно развернулась в боевые порядки и решительно, с хода, вступила в бой. Вдруг с частей начали поступать сигналы о том, что у них не оказалось гранат. Срочно загрузили три машины гранатами и доставили их в батальонные пункты. А как только доставили, то разобрались, что во всех полках и батальонах гранат более чем достаточно. Видимо командиры подразделений не ожидали возможной встречи с противником и не обеспечились гранатами. Нужен глаз да глаз, артснабженцы за это в ответе.
17 сентября 1944 (воскресенье) – день 1184
87 СД во втором эшелоне. В центре – 77 и 417 СД, готовятся к наступлению в направлении Сипеле, Кримунас, Темери, Слока. С выходом на побережье Рижского залива удерживать рубеж: Вигаунь, Цыэмс, Рагациемс. Готовность к наступлению 4:00 18.9.44. Справа наступает 1-ый Гвардейский стрелковый корпус, слева 60 СК. 87СД с 1158 ГАП и 250 МП во втором эшелоне. Противник сильными танковыми группами прорывал фронт 6-ой Гвардейской армии на направлении Муцаниеки и Упинеки (юго-западнее Добеле). В наступлении участвуют до 150 танков и два полка пехоты противника. 87 СД сегодня получила пополнение: 1378 СП – 230 человек, 1379 СП – 263 человека, 1382 СП – 250 человек и рота связи – 6 человек. Все офицеры артснабжения сейчас на подвозе боеприпасов. Сплошная нервозность. Все службы приступили к подготовке к наступлению. За дело взялись дружно, но, как и всегда, в ходе обеспечения готовящегося наступления, появляются то тут, то там узкие места, плохие погодные условия, несвоевременное прибытие транспортов с боеприпасами по ж/д, авиационные налеты противника, а иногда и бывает так, что отдельными лицами допускается халатность, неорганизованность, дорожные спазмы. Разобраться в этой сложной цепи бывает просто невозможно. А в итоге-то, несвоевременный подвоз боеприпасов. И за это в ответе служба артснабжения. Было бы совершенно наивно, если бы начальник артснабжения объяснял, допустим, бездействие арторудий из-за того, что нет запасных частей. Его никто не захотел бы и слушать. Сегодня инженер-капитан Зельдич, доставляя в дивизию боеприпасы, попал в дорожную пробку. Колонну в 8 машин он доставил с опозданием на 8 часов от расчетного времени. Командование предъявило требования к Якову Владимировичу, а прокурору приказано расследовать это. Теперь мы уже ближе познакомились с этим коротконогим и шустрым «торопыгой» со смеющимися глазами. У него большая голова с добрым лицом, всегда подтянут. Любит природу – может быть это и привлекло его в партизаны. Он был начальником отряда и начальником артснабжения Брянских лесов. Владеет тремя языками, в том числе немецким и французским. Он непоседлив, в вечном движении.
18 сентября 1944 (понедельник) – день 1185
В связи со вчерашними событиями, на участке 6-ой Гвардейской армии корпусное наступление задерживается. 87 СД занимает рубеж: Берзимез, Квеши, Смедали, Бравери, Друвас, Сильтес, Погас. 1378 СП во втором эшелоне – Вацперери, Гарбели. Артснабжению дивизии удалось создать повышенную обеспеченность по большинству видов боеприпасов: по винтовочным патронам – 1,5 б/к, по гранатам до 1,7 б/к, по минам до 2 б//к, по артвыстрелам до 2 б/к. Лишь обеспеченность по 122-мм гаубичным выстрелам составляет 0,6 б/к. Довольный успехом, я следую на командный пункт для доклада командованию. Приятно сознавать, когда хорошо поработали и труды не пропали даром. Иду, не спеша по лесной тропинке, замечаю из-за ствола дерева дуло автомата. Словно электрический ток пробежал по телу. Камнем прижимаюсь к земле, переползаю по-пластунски, за более крупный ствол дерева. Соображаю, что делать дальше. Дуло автомата не шевелится. Уползаю в сторону. Вот уже вижу человека в зеленом халате. Человек тоже не подает признаков жизни. От дерева к дереву перебегаю с автоматом в руке. Подбираюсь к человеку сзади. Вот уже 15 шагах от него. По сапогам признаю фрица. Из пистолета произвожу выстрел в сторону. Убеждаюсь, что человек мертв. У него пробоина в каске. Пуля ему угодила немного выше переносицы. Забрал документы. Не успел отойти надпись 50-100 м, как снова начали попадаться трупы. Кто-то здесь поработал и основательно. Обнаружил двух тяжело раненых. Они сидели у ствола сосны. Я поторопился в штаб. Здесь по документам опознали, что солдаты принадлежат латышскому национальному батальону, сотрудничавшему с немцами. Для захоронения трупов штабом выслана трофейная команда.
19 сентября 1944 (вторник) – день 1186
Противник наступает на Добеле. 87 СД соприкосновения с противником не имеет и ведет окопные работы. У меня появилась возможность больше заниматься вооружением дивизии. Сегодня я побывал в арснабжении армии, договорился с начальником ремонтного отделения инженер-майором Супруном и начальником отделения вооружения артснабжения армии майором Заславским И.А. о прикомандировании к дивизии на 5 дней армейской артиллерийской ремонтной мастерской. ААРМ снялся и переместился в расположение нашей дивизии. С нами следует и майор Супрун. За вечер и ночь армейская мастерская развернулась к работе и утром приступила к ремонту вооружения, находящегося на дивизионном складе. В течение ночи составлен график обслуживания ремонтом частей. В первую очередь обслуживаются 1058 артполк и 448 ОИПТД, затем артиллерия стрелковых частей и минометное вооружение. Армейская мастерская будет ремонтировать только вооружение, требующее среднего ремонта. Мелкий войсковой ремонт по-прежнему ремонтируется полковыми мастерскими.
20 сентября 1944 (среда) – день 1187
В печати опубликовано сообщение о перемирии с Финляндией. Задача дивизии прежняя. Мы с майором Супруном направились на доклад командованию дивизии о прибытии для работы в дивизию ААРМ. Бледный рассвет уже пробивался за краем догоревшей ночи. Было уже слишком поздно как для ночных, так и для утренних рейсов машин, поэтому попутных машин нет. Мы идем пешком. Долгий путь дает нам возможность выяснить наше понимание о работе, более близко познакомиться с майором Супруном.
21 сентября 1944 (четверг) – день 1188
87 СД непосредственного соприкосновения с противником не имеет. Ведутся окопные работы и занятия по боевой подготовке, проводится сплошная траншея. Обеспеченность боеприпасами хорошая. Дополнительно завезли 122-мм выстрелы и 76-мм выстрелы. Их обеспеченность составляет 0,9 и 2,6 б/к соответственно. Дивизия готовится к предстоящему наступлению частей 63 СК в направлении: Слока (Западная Рига). Командующий артиллерией подполковник Шаров изъявил желание сегодня побывать на дивизионном артскладе и частях. На «Виллисе», в сопровождении двух бойцов с автоматами, мы выехали из Клести на дивизионной обменный пункт в Лачи. Познакомившись с расположением дивизионного артсклада, Петр Васильевич решил проверить ход подготовки артиллерии к открытию огня планируемой подготовки. Липкая, но ровная грунтовка, с шипением, убегает из-под колес. На дороге длинные тени. Солнце на закате, но воздух под тентом удушающий, жаркий. – Давай заедем на полковой пункт боеприпасов 79-го полка, – обернувшись ко мне, сказал Петр Васильевич, – а знаешь где он расположен? 79 полк мы так сокращенно называли 1379 СП. – Мы его проехали только что, – отвечаю ему. Возвращаемся, смотрю на карте, да должен быть здесь. Но что-то никаких признаков жизни. Петр Васильевич начинает сердиться, мол, как так, не знаешь расположение своих. Я тоже засомневался, неужели произошла ошибка? Вдруг из-за кустов выбегает завскладом артнабжения сержант Куликов и докладывает о том, что здесь расположен склад 1379 СП. У меня отлегло на душе. Осматриваем склад. Действительно, запрятан здорово, никаких признаков. Ни с земли, ни с воздуха их не обнаружить. Они искусно замаскированы. Подполковник Шаров остался очень доволен. Он приказал мне проследить, чтобы ни сержант Куликов, ни начальник артснабжения полка старшей техник-лейтенант не остались без наград. В конце дня я у Петра Васильевича попросился сходить во второй эшелон до завтрашнего утра. – Зачем это тебе? – поинтересовался он. Говорю ему, что у меня сегодня день рождения – мне исполнилось 22 года. Петр Васильевич немного рассердился, почему я ему об этом не сказал еще утром. В штабе артиллерии мы выпили по рюмке, ну и поздравили меня. На «Виллисе» отправили во второй эшелон. Машина оставалась со мной до утра. ААРМ работает круглосуточно. За сутки отремонтировали орудий – 7, минометов – 3, стрелкового оружия – свыше 110 приведенных единиц
22 сентября 1944 (пятница) – день 1189
Сообщение совинформбюро о взятии города Таллин. В дивизии ведутся окопные работы и боевая подготовка. В целях ускорения работ по ремонту вооружения в АAРM договорился орудия для ремонта прибывают с расчетом, который помогает производить разборку и сборку орудий, их смазку. Это почти вдвое увеличивает возможности мастерских. За сутки в мастерской отремонтировано орудий – 8, минометов – 4, стрелкового оружия свыше 80 единиц. Для меня, как помощника начальника артснабжения дивизии по вооружению, заполучить в дивизию ААРМ является большим успехом в работе. Не всякой дивизии это удается. Вечером встретился с офицером, побывавшим в только что освобожденном городе Таллине. О городе рассказывает много хорошего, что в этом средневековом городе, с узкими улицами, очень много исторических памятников и реликвий. Очень хочется побывать в таком городе, но да это сейчас невозможно.
23 сентября 1944 (суббота) – день 1190
В дивизии ведутся окопные работы и боевая подготовка. В ААРМ отремонтировано за сутки орудий – 5, минометов – 1, стрелкового оружия – свыше 120 приведенных единиц. По всему участку фронта категорически запрещено ночью жечь костры. Все леса переполнены техникой и людьми. Мы догадываемся, что скоро предстоит наступление. На сердце щемящее чувство ожидания наступления, хотя это и стало тривиальным. ААРМ работает в лесу. С солнечными лучами появился и дымок от костров, от походных кухонь. Беседую с солдатом из орудийного расчета. Их орудие разобрано и мастера врачуют его, а солдаты расчета смазывают детали. Говорю солдату быстрее накладывать на детали смазку, а то еще много предстоит работы, а он отвечает, что с оружием надо обращаться деликатно. Оно, как всякая баба, больше всего ценит внимание и ласку. Расчеты довольны и тем, что их привлекли к ремонту их же орудий. Говорят, теперь будем знать, что находится внутри орудия, душу его
24 сентября 1944 (воскресенье) – день 1191
Части 87СД совершили ночной марш: Погас, Ауру, Ламае, Авотини, Лачи, Стерзрели и к 5:00 сосредоточились: Лиспеняс, Дауяты, Бегини, Травиэши, Келя-Баяри, Бравели. Сводный батальон рот 82-мм минометов в районе Мейяс, сводный дивизион 120-миллиметровых минометов в районе Суни. Части приступили к боевой подготовке. В ААРМ за сутки отремонтировано: орудий – 9, минометов – 4, стрелкового оружия – свыше 130 приведенных единиц. К работе армейской артиллерийской ремонтной мастерской, кроме орудийных расчетов ремонтируемых орудий, привлечен весь состав дивизионного артиллерийского склада. Офицеры склада работают в роли дефектаторов и приемщиков из ремонта, а все остальные, как рабочая сила, на подсобных работах. Работа здесь спорится. Радостно видеть, как напряженно работают рядовые Пивоваров, Дорохов, Кулиш и Кириллов. Работа у них спорится. Балагур Леша Пивоваров часто донимает спокойного и уравновешенного Ивана Ивановича Дорохова своими остротами, а иногда он даже задевает его за самые чувствительные струны его души. Но Иван Иванович больше молчит, хмурит свои пышные брови, крепится. А бывает и так, когда Дорохов и не выдерживает, заявляет решительный протест. Он обещает обидчику нанести ответный, справедливый, физический урон, поэтому просит оставить его в покое. Но все это происходит в беззлобной и нормальной обстановке, ВЕДЬ они живут в большой дружбе и согласии. Они делятся всем, чем может делиться честный и бескорыстный человек. Оба они работают инициативно, без напоминаний, с высоким чувством ответственности. Кем же они будут после войны?
25 сентября 1944 (понедельник) – день 1192
Части дивизии в прежних районах. Идут занятия по боевой подготовке. Идет дождь. Дороги стали труднопроходимыми. Ночью части дивизии вышли на марш. Сегодня нас покинуло армейская артиллерийская ремонтная мастерская. Цехи мастерской работали круглые сутки. Они выполнили титанический труд, особенно было много сварочных работ. За 5 дней напряженной работы мастерскими отремонтировано: 45-мм орудий – 10, 57-мм орудий – 5, 76-мм полковых – 5, 76-мм дивизионных – 11, 122-мм гаубицы – 3, 82-мм минометов – 11, 120-мм минометов – 3, стрелкового оружия – свыше 550 приведенных единиц и оптических приборов – свыше 50 единиц. За подписью комдива и начполитотдела написано, на имя Военного Совета 51-ой армии письмо, с выражением благодарности личному составу мастерских и руководителю армейской ремонтной товарищу Супруну. От нескольких человек слышу, что скоро ожидается на вступление наших войск. Причем некоторые из них предупреждают, что это только между нами. Мне уже хорошо известно, что если человек сообщает какую-либо тайну и при предупреждает, что это только между нами, это означает, что это, во-первых, не является тайной и во-вторых, это сообщение стало достоянием многих людей. Ведь это больше смахивает на то, чтобы сбить с толку противника. Нам-то артснабженцам известно, что с таким количеством боеприпасов провести подготовку невозможно. А без артподготовки, как правило, не наступают.
26 сентября 1944 (вторник) – день 1193
Совершив ночью марш, с 6:30 сосредоточились в районе: лес юго-восточный Бэне. Личный состав отдыхает, проводится рекогносцировка местности. В 20:00 части дивизии приступили к смене частей 47 Стрелковой Дивизии на участке: Наудытес, Зеды (23 СД 6 А). С начальником штаба артиллерии майором Кучинским объезжаем все преданные и поддерживаемые артиллерийские части, знакомимся с наличием и состоянием вооружения и боеприпасов. Заглянули и в 1058 АП и 448 ОИПТД. В пути времени предостаточно. Андриан Емельянович очень много рассказал о концлагерях, в которых ему довелось побывать в годы войны. От него я услышал, что русские, польские военнопленные имели самые наихудшие условия содержания за проволокой концлагерей, голодная смерть и истязания. Рядом же, размещавшиеся французские и английские военнопленные имеют совершенно другие условия и режим их содержания. Здесь военнопленные постоянно с Родины и от Красного Креста получали посылки, их развлекали самодеятельностью. Времени для размышлений в машине много. Сижу и думаю, каждый, кто побывал в плену, насмотревшись фашистского зверства за эти годы, теперь только и думает за Возмездие, за Кару хищному врагу. Вот и Андриан Емельянович сидит задумчив он идет к цели, чтобы удовлетворить накипевшую ненависть к врагу.
27 сентября 1944 (среда) – день 1194
87 СД, сменившая части 57 СД 23 СК 6 А, к двум часам заняла оборону на рубеже: Лудениеки, Наудытес, Ранти, Анитас,Дзервьи, Зеды, Славетиняс, Чайбьи, Осиши. По моей просьбе в штабе дивизии и штабе артиллерии долго уточняли вопрос, на каком участке ожидается наиболее вероятное танкоопасное направление. Нам, артснабженцам, это необходимо для того, чтобы на этих участках усилить артиллерию подкалиберными и бронепрожигающими снарядами. В связи с этим моим вопросом возникло много споров, как в оперативном отделении, так и в штабе артиллерии о возможных танковых направлениях, которые может принять противник. Разведывательные данные некоторые штабники ставят под сомнение и считают их ошибочными. Споры шли весь день. Прямо на этот вопрос мне так никто и не ответил, а время не терпит. Пришлось запросить от начальника артснабжения, чтобы в мое распоряжение, на КП выделили три автомашины со спецнарядами, чтобы я смог оперативно маневрировать этим резервом. К вечеру такой запас был создан и находился в моем распоряжении.
28 сентября 1944 (четверг) – день 1195
87 СД обороняет прежний участок, несет боевую службу и проводит инженерные работы. Срочно вызвал на НП заместитель командира дивизии полковник Андрей Федорович Андронов. С командного пункта расположенного в Витоли, добираюсь пешком на наблюдательный пункт в Ритули. Прибыв, доложился. Андрей Федорович, оторвавшись от окуляров стереотрубы и повернувшись ко мне спросил, почему в полках мало подкалиберных и бронепрожигающих снарядов. Доложил, что имею их в резерве на КП, так как вчера не решен вопрос о вероятных танкоопасных направлениях. Приказал без его распоряжения резерв противотанковых снарядов не расходовать. Тут же он позвонил командующему артиллерии и попросил его об этом же. Нравится мне этот скромный и молчаливый человек. Он аскет, по натуре мужественный воин, всюду с честью выполняет свой долг, и вся его деятельность не оставляет место для сомнений, но мне кажется, он мало с кем вступает в откровенные разговоры, больше насторожен которую выражает ухмылкой. Он видимо далек от того, чтобы позволить себе земные радости.
29 сентября 1944 (пятница) – день 1196
87 СД с 1970 ИПТАП на прежнем рубеже, устанавливает поля заграждения. Проводятся занятия по боевой подготовке. Только сегодня более четко определились вероятные танкоопасные направления противника. К резерву трех машин с боеприпасами сегодня добавилось одна с противотанковыми гранатами. Начальник штаба дивизии полковник Ефим Антонович Балашов, узнав о резерве подвижных запасов боеприпасов на КП, одобрил это и выразил свою точку зрения о том, что это необходимо делать всегда, и особенно, когда ожидается совершение маневра противотанковыми средствами.
30 сентября 1944 (суббота) – день 1197
Укомплектованность дивизии: личным составом – 5483 человека, в том числе, офицеров – 681, сержантов – 974, и рядовых – 3828 человек. Лошадей – 954, винтовок – 3051, ППШ – 1401, пулеметов – 149, станковых пулеметов – 60, зенитных ПВО – 17, минометов 120-мм – 16, 82-мм – 40, 122-мм гаубиц – 9, 76-мм дивизионных пушек – 25, 76-мм полковых – 8, 45-мм пушек – 20, ружей ПТР – 31, автомашин – 149. При дивизии 16 ОШР численность 196 человек, в том числе 5 офицеров и 11 сержантов и команда по сопровождению военнопленных – 23 человека. На ДАСе имеется: винтовок – 268, пулеметов – 8, 120-мм – 1, 82-миллиметровых – 4, 122-мм гаубиц – 2, 76 мм ПА – 1, 45-мм – 1, ПТР – 1. Дивизия занимает оборону на участке: 1378 СП – Лудениэки, Наудытес, 400 м южнее отметки 96,8, Ранти; 1382 СП на участке: Рудели, исключая 400 м южнее отметки 96,8, км Зеды, Калныни; 1379 СП во втором эшелоне дивизии в районе Бене. За сентябрь дивизия уничтожила 1324 гитлеровца, свыше 100 пулеметов, 4 миномета, 7 орудий. Сожжено и подбито 18 танков, 1 бронемашина, 4 автомашины, 2 мотоцикла, 15 танкеток-торпед. Захвачена торпед 2. 87 СД за сентябрь понесла потери: убито 124, ранено 679. Полковыми артиллерийскими мастерскими за истекший период отремонтировано вооружение требующего войскового ремонта: артиллерийских орудий – 27, стрелкового вооружения – 825 приведенных единиц, минометов – 18 штук.
Из воспоминаний, которые автор не успел включить в книгу:
Записка 093 сентябрь 1944
Командующий артиллерией приказал разобраться, почему не стреляла артбатарея 1382 СП. Выполняя поручение, двинулся в путь. Шел по лесу. Здесь еще все было голо, мокро, кое-где светились лужи, опавшая листва пружинила под ногами. Дятел бесшумно перелетел с дерева на дерево. Видно, что зимой здесь обитали зайцы.
Записка 093 сентябрь 1944
Мы, артснабженцы, теперь уже рефлекторно, без всяких дополнительных указаний, сами прислушивались к грохоту орудий и минометов. Каждый из нас отчетливо ориентируется в каждом периоде начавшего осуществляться огневого поражения. Например, артиллерийская подготовка атаки. Прислушиваемся, четко ли работают орудия и минометы. Хорошо знаем, каких и сколько боеприпасов выложено на ОП, сколько и каких снарядов батареи должны израсходовать по таблице. Второй период – артиллерийская поддержка атаки. Здесь мы уже следим о начале атаки. Это, пожалуй, не менее ответственный момент. Достаточно того, если артиллерия плохо подготовила атаку и возникают неуничтоженные огневые точки противника, заставляют нашу пехоту отказаться от атаки. Здесь мы уже знаем, что боеприпасов будет израсходовано более, чем предусмотрено планом, и какие из них потребуются для подавления огневых точек противника. Никаких указаний мы не ждем, а готовимся в любой момент подать снаряды на ОП. Третий период – артиллерийское сопровождение наступающих частей в глубине обороны противника. Для нас это – постоянная связь с продвигающимися частями, подразделениями и следование вслед наступающих с подвижными запасами боеприпасов, в готовности в любую минуту запитать необходимыми боеприпасами. Поэтому перед каждой артподготовкой начальник АС изучает документы, в частности, ее график проведения. Ведь каждый раз график артподготовки различен и по продолжительности, и по очередности подавления различных целей, и по участию видов артиллерийских систем.
1 октября 1944 (воскресенье) – день 1198
В дивизии готовят к сдаче рубеж обороны: иск. Наудытес, Анитес, Дзервьи, Чайбьи, Вилпери. Частям 100 СК рубеж Вилпери, Зеды. Частям 417 СД. Фронт обороны 9 км. Впереди обороняются 33 МП и 12 МП 4 ТД; 25 МП 12 ТД, поддерживающие: 103 АП 4 ТД и 2 АР 12 ТД. Перед фронтом дивизии имеется до 40 танков 12 и 4 ТД. Офицеры артснабжения дивизии разошлись по частям контролировать подготовку к сдаче рубежа обороны. Нас прежде всего интересуют вопросы, чтобы на прежних занимаемых рубежах не осталось артиллерийского имущества, чтобы на участке было собрано все вооружение, принадлежащее дивизии. Мы побуждали трофейные команды и части еще раз проверить свои участки и собрать все, что на них есть: вооружение, боеприпасы, арт. имущество, технику. Приятно удивлен: сегодня вечером мне вручили из дома посылку. Вскрытый ящик обдал ароматом сушеной антоновки. Я вспомнил родные моему сердцу места, годы детства, своих родных. Все, кто присутствовал, увидев яблоки, присели на корточки и начали жевать, лишь изредка перебрасываясь словами. Видимо, товарищи тоже вспоминали годы, связанные с антоновкой. Мне пришел на память рассказ экскурсовода Мичуринского опытного питомника о том, что антоновка является феноменом. Из нескольких тысяч сортов яблонь, которые вывел в незапамятные времена русский садовод Антон, с этим сортом яблонь сейчас знакомы все жители Северо-Западного, Центрального и Волго-Вятского района, Липецкой области. Особенно много антоновки на Воронежской, Курской и Тамбовской землях. Выращивают антоновские яблоки и садоводы Украины, Белоруссии, Прибалтики, Казахстана и Киргизии. Вообще с этим сортом яблок знакомы все народы Советской России. Это оно прославило себя обильными урожаями, большой выносливостью к морозам, неприхотливостью, большой сохранностью своих свойств. Да, это и есть яблоко российское, которое одинаково любят и понимают граждане нашей страны. Может и достойным основанием будет называть антоновское яблоко символом крепкой дружбы всех советских народов. Ведь в этом яблоке чувствуются все черты национального характера, присущие русскому народу.
2 октября 1944 (понедельник) – день 1199
Дивизия продолжает готовить к сдаче участок обороны. Днем находился в частях, контролировал ход подготовки к сдаче участка обороны. Вечером состоялось заседание партийного бюро и партийное собрание. Предварительно на бюро, а потом и на партсобрании были заслушаны сообщения начальника оперативного отделения штаба подполковника Ващекина и заместителя начальника политотдела дивизии подполковника Клипачева о ходе боевой и политической подготовки, а также о ходе сдачи участков обороны и дальнейших задачах. В их сообщениях, наряду с положительными моментами, отмечены ряд недостатков. Особенно много говорилось о том, что командиры взводов занятия проводят на низком уровне, что их мало готовят командиры рот и батальонов. Начальники служб еще по-настоящему не развернули спецподготовку в подчиненных им подразделениях. Собрание прошло при активном участии в разборе всех коммунистов. Решением собрания – эта активность теперь должна быть направлена и получить практическое решение конкретных задач. Это собрание обязывает и нас, коммунистов артснабжения, срочно проверить и организовать спецподготовку в службах артснабжения частей. После собрания нас, членов бюро, оставил начальник политотдела полковник Антонов. Он сделал замечание, что мы, члены бюро, мало привлекли членов партии к подготовке собраний. Мало членов партии привлечено к работе по выполнению принятого решения. Это назидание нам на будущее. Несколько слов им было сказано и о беззубости партийного бюро. Он призвал всех нас, изо дня в день, воспитывать в себе принципиальность, оберегать себя от категорических навязывании мыслей и советов. – Только в этом случае Вы научитесь практически организовывать дело и беспощадно спрашивать с тех, кто срывает выполнение решения. Я пристально смотрю и внимательно слушаю Тимофей Николаевича. Останавливаюсь на его нагрудных карманах, в которых у него хранится две колоды карт. И мне подумалось, ведь для политработника, и даже позорные слухи о нем, хотя они не имеют под собой почву, ему надо кончать с этой работой. Ведь темное пятно на нем остается навсегда.
3 октября 1944 (вторник) – день 1200
Дивизия приступила к сдаче боевых участков 28 СД 3 Ударной Армии и 417 СД. В частях дивизии начались сборы снайперов. Сбор снайперов проводится при 1382 СП. Мне приказано быть на сборах и организовать занятия со снайперами по изучению их боевого оружия, приведения винтовок к нормальному бою. В помощники ко мне прикомандирован начальник артиллерийской мастерской 1382 СП, старший техник-лейтенант Мусихин М.Г. Ему 1 сентября исполнилось 24 года. Он в 1943 году закончил Тульское оружейное техническое училище. Уроженец он Молотовской области, Больше-Сосновского района. Михаил Гаврилович очень степенный и рассудительный начальник, требовательный и культурный офицер. Часто бывает на переднем крае, организует осмотр и ремонт оружия в подразделениях. Рискованный и смелый. Оружие знает хорошо. Обладает пристрастием к проведению занятий с командирами заводов и рот по изучению оружия. Мне довелось и до этого присутствовать на занятиях, которые проводил Михаил Гаврилович. Теперь я окончательно убедился в его преподавательском совершенстве: четко, грамотно и доходчиво он преподносит материал. Его обычно слушают с большим вниманием. Сегодня мне пришла мысль, и я поделился ей со старшим техником-лейтенантом Мусихиным: неплохо было бы, если бы он разработал для артснабженцев такую лекцию, после прочтения которой, личный состав непременно всегда помнил о том, как это необходимо, своевременно и правильно ухаживать за вооружением. Михаил Гаврилович сказал, что он подумает над этим предложением. Сегодня же провели мы с ним несколько занятий со снайперами. Завтра проведем более тщательный технический осмотр всех снайперских винтовок и начнем регулировку и пристрелку.
4 октября 1944 (среда) – день 1201
Дивизия, сдав боевой участок, к 6:00 сосредоточилась в районе: Б. Ривнеки, Пурвмали, Мажмали Вейтейкос, Яунземьи, Мэдне. Чистили оружие и мылись в бане. В 21:00 дивизия выступила по маршруту: Букайши, Жагаре, Енддрошняй, Янкуны, Левшаки, Ражи, Бугуны, Барткули. Марш проходит под сильным дождем и по труднопроходимым дорогам. В условиях осенних дождей сборы снайперов продолжаются. Дождь дождем, а оружие надо выверять и пристреливать, что мы делаем. Хотя атмосферные условия и оказывают влияние на меткость и точность стрельбы, но ничего не поделаешь – ждать некогда. Дивизия на марше. Нам тоже надо догонять ее. Михаил Гаврилович Мусихин принес и передал мне наброски лекции, о которой мы с ним договорились вчера. Оказывается, он всю ночь работал на тезисами. Прочитал эти наброски несколько раз. Очень понравились. Действительно, если эти тезисы подкрепить конкретными и уже известными в полку примерами, то можно добиться того, что лекция станет исключительно полезной. Прочтение таких лекций поможет добиться максимального воздействия на сознание бойцов и командиров всех степеней. Это поможет довести до их сознания, что оружие требует ухода, и что его надо содержать в постоянной боевой готовности, ни на минуту не забывая, что оно требует постоянного ухода. Эта лекция, в которую Мусихин вложил весь жар своей души изобиловавшая живыми примерами, удалась на славу. В последующем она станет эталоном для артснабженцев всей дивизии.
5 октября 1944 (четверг) – день 1202
Совинформбюро: наши войска соединились с частями Народно-Освободительной Армии Югославии. Совершив 52-километровый марш, дивизия к 10:00 сосредоточилась в районе: Бугуны Барткуны Вайшнере. Перемещаюсь совместно со штабом артиллерии. С командующим артиллерией подполковником Шаровым весь путь марша контролировали перемещение артиллерии, ее размещения в районе сосредоточения. С некоторыми поправками в штабе дивизии удалось отпечатать лекцию по содержанию, уходу и сбережению вооружения в семи экземплярах. Раздадим ее в полки тогда, когда прочитаем ее всем начальникам артснабжения частей. Сегодня же ознакомился с подготовленной лекцией замначальника политотдела дивизии подполковник Клипачев. Ему понравилось. Он попросил один экземпляр оставить ему. Он обещал взять ее на вооружение партполитаппарата, а может быть даже кое-что из нее будет опубликовано в дивизионной газете.
6 октября 1944 (пятница) – день 1203
Противник под нажимом частей 6 Гвардейской армии отходит в Северном направлении. 87 СД занимается боевой подготовкой, в тот же день выступила на 26-километровый марш. В 23:00 сосредоточилась в Кинкляй, Баужи. 51 А возобновила наступление. Об этом мне довелось узнать, будучи в артснабжении армии. Боеприпасы сейчас, в первую очередь, соединениям и частям, ведущим боевые действия. Нам пока не обещают. Если будет известно об отпуске боеприпасов, то не ранее как завтра. Возвращаясь из артснабжения армии, еще в пути, я от местных жителей узнал, что в некоторых местах горят торфяники. Места опасные. Мне довелось увидеть сегодня трагедию, как автомашина «Студебеккер» и находящиеся в ней солдаты и офицеры, несмотря на предупредительные флажки, съехала с дороги и в метрах четырехстах от нее провалилась в огненное пекло. Вверх взлетел небольшой столб огненных искр.
7 октября 1944 (суббота) – день 1204
Противник под ударами частей шестой армии продолжает отходить в Северном направлении. Дивизия непосредственного соприкосновения с противником не имеет. В 12:00 дивизия выступила по маршруту: Кинкляй, Баубляй, Погоне, Жиляй, Райгоне, Швендрай, и совершив 30 км марш, сосредоточилась в Тервидзе. Предстоит перемещение дивизионного артиллерийского склада. С рядовым Пивоваровым провели рекогносцировку, выбрали место для его размещения. Уж очень нам приглянулось местность: косогор на открытой полянке с травой, стелющийся ворсистым ковром, с хорошими подъездными путями, скрытая от проезжих дорог. Даже ливень не страшен, с горы сбежит любой поток воды. В общем это то, что надо. К исходу дня склад передислоцировали, хорошо замаскировали. Охрану несут постоянно прикомандированные к складу три солдата. В 21:30 в районе склада услышали пальбу из автоматов. Начальником тыла по тревоге поднят весь личный состав и выдвинулся в район склада. Завязалась перестрелка. Но совершенно непонятно, какие силы представляют нападающие. Перестрелка стихла лишь в 22:30. Обнаружены трое раненых, а чуть позднее шесть убитых немцев. Как показали раненые, отряд немцев, действовавших в тылу наших войск, состоял из 27 человек. Видимо, они случайно напоролись, на только что разместившийся, артсклад. Если бы это была намеренная операция по уничтожению боеприпасов, то видимо все происходило бы иначе. Им бы, безусловно, удалось уничтожить склад.
8 октября 1944 (воскресенье) – день 1205
Противник продолжает отходить в северном направлении. Непосредственного соприкосновения с противником Дивизия не имеет. В 12:00 дивизия выступила на марш: м. Рудена, Ковнатово, Первойне, Дусейки, Герруле, и к 20:00 сосредоточилась Геркуле, Гинтовце. С начальником штаба артиллерии майором Кучинским направились на «Виллисе» в 448 ОИПТД. Мне ничего неизвестно о моем представительстве. Поездка загадочная. В пути мы натолкнулись на свежую воронку от авиационной бомбы. В недалеке от нее обнаружили забросанных комьями земли двух бойцов, сжимавших в стальных руках автоматы. С майором Кучинским похоронили солдат на обочине дороги. Ни медальонов, ни писем, ни других документов у них не обнаружено. Вот так и появляются без вести пропавшие. Сердце щемит об этом. Ведь ни их дети, ни жена, ни родители, так никогда и не узнают о гибели своих родных. Они всю жизнь будут надеяться на их возвращение. А может быть это и лучше для родных. Мы в 448 ОИПТД. Командир дивизиона майор Швец Владимир Степанович в большой претензии ко мне за то, что плохо работает начальник артиллерийского снабжения дивизиона капитан технической службы Завидов Николай Петрович. Внимательно выслушиваю его, немного позднее выясняю обстоятельства: оказывается, на самом деле происходило так. Капитан Завидов проверил состояние материальной части артиллерии в батареях. Обнаружил, что командиры батарей халатно относятся к содержанию орудий. Что они не умеют производить выборку прицельных приспособлений, в результате чего, орудия не обладают необходимой точностью стрельбы. Обо всем об этом он и доложил командиру дивизиона. Майор Швец вскипел, и во всем этом обвинил капитана Завидова. Пришлось долго убеждать и разъяснять ему, что выверка прицельных приспособлений действительно является прямой обязанностью строевых офицеров, командиров взводов и батарей. Вина капитана Завидова в том, что он не приложил мер к тому, чтобы научить командиров взводов и рот содержать матчасть боевых готовности и не предъявлял к ним должной уставной требовательности. Поддержал меня в этом и майор Кучинский. Я остался в дивизионе, а майор Кучинский уехал с командирами батареи и взводов, провел практические занятия и тут же практически выверили все орудия. Конфликт на этом разрешился. Ужинали мы в дружеской обстановке.
Записка 0104 октябрь 1944
Вечером, 8 октября наши передовые части подошли к р. Варнава. Речушка небольшая, но с болотистыми берегами. Переправить танки с ходу не удалось, поэтому форсировать пришлось пехоте при поддержке огнем артиллерии. Плацдарм – Лукашевич. Артиллерия срочно пристреливает рубежи НЗО (неподвижный заградительный огонь).
9 октября 1944 (понедельник) – день 1206
Во 2:00 дивизия на марше: Тельшай, м. Леплавки, м. Плуняны, Гидейки. В дивизии создан мотоотряд: первый батальон 1378 СП на 16 автомобилях «Шевроле», взвод саперов на «полуторке» и первый дивизион 1058 АП на 8 «Студебеккерах» в составе шести 76-мм пушек и двух 120-миллиметровых гаубиц, под командованием замкомандира дивизии подполковника Андрюкова. К исходу суток отряд в Берни взял 13 пленных из рабочей команды и 28 немцев и достиг м. Сапантай. Дивизия вышла на марш. Уже на марше мы узнали, что войска 51 А достигли Паланги. Командование снова выбор остановило на мне. Я направлен в распоряжение командира передового отряда полковника Андронова А.Ф. начальником артснабжения передового отряда. На дивизионном складе загрузили три автомашины необходимых боеприпасов, которые прибыли в мое распоряжение во главе с рядовым Дороховым Иваном Ивановичем. В м. Салантай со мной переключилась беда. Я не слышал взрыва, помню только, как земля внезапно надвинулась на меня, лес словно сделал прыжок вверх и что-то тяжелое, как будто металлический обруч сдавило мне голову. Мне стало трудно дышать, начало угасать сознание. А вот как наступит мрак мне не довелось почувствовать. Очнулся я в кабине машины. Рядом со мной сидел Рядовой Дорохов. Он мне дал напиться воды. Так с головной болью я и продолжил исполнение своих служебных обязанностей.
10 октября 1944 (вторник) – день 1207
Совершив 50-километровый марш, к 3:00 сосредоточились: Кодийце, Кодели на привале. В 9:30 дивизия выступила: Кодайце, м. Салантай, Жутгале, Юзаупеняй, Нармонты, Меденинкай, м. Ланкишай, Вашти. Передовой отряд подполковника Андронова, передвигаясь, берет пленных. К 15:00 он достиг рубежа: Вашты, сбил передовые отряды немцев в лесу, юго-западнее болота Тыре-Пурве и закрепился на достигнутом рубеже, обеспечивая исходное положение частям дивизии для наступления. Противник, по данным разведки, спешно перебрасывает из-под Риги на наше направление 11 ПД и 44 Саперный батальон. Дороги и подступы к переднему краю противник заминировал. Передовые отряды 51 А, начав наступление с 6 октября, с боями прошли более 180 км и вышли на побережье Балтийского моря.
Записка 0706 октябрь 1944
10 октября мы получили радостную весть, что наши войска вышли к побережью Балтийского моря, отрезав путь отхода к Восточной Пруссии. Остался Курляндский котел. Вся надежда немцев на морской транспорт, но там на страже наша авиация и флот. Начало усиленного совершенствования обороны. Противник закапывается в землю.
11 октября 1944 (среда) – день 1208
Из сообщения по радио стало известно о том, что Болгарское правительство обратилось к трем союзным правительством с просьбой о перемирии. Дивизия, совершив 52-километровый марш сосредоточилась: Рунги, Ланкути, Вашти, Ленкимай, и заняла оборону в полосе 8 км. Сломив сопротивление на рубеже Дытыниэки, Вецвагари с боем продвинулась на глубину 5 км. За день было уничтожено до 150 немцев, захвачено 11 ручных пулеметов, 5 орудий, из них три исправных и 10 ящиков ручных гранат. Дивизия потеряла убитыми 12, ранеными 73. Передовой отряд дивизии, в составе одного стрелкового полка и артдивизиона артполка, действует впереди.
12 октября 1944 (четверг) – день 1209
87 СД выполняет поставленную задачу, к исходу дня выйти на рубеж: м. Круте, Межмуйжа. За день уничтожено до 120 немцев, разбита машина с 20-мм пушкой, 30 винтовок, 8 автоматов, подбит один танк с 75-мм пушкой и 3 зенитных автоматических пушки. Наши потери: убиты 7, ранено 67.
13 октября 1944 (пятница) – день 1210
Сообщение Совинформбюро об освобождении города Рига. Противник трижды переходит в контратаку. Уничтожено до 130 солдат противника, подбито самоходное орудие, уничтожено 3 станковых пулемета, захвачен мотоцикл. Наши потери: убито 15 и ранено 140 человек. Подбито 2 76-мм орудия ПА. Утром правый фланг дивизии (1378 СП) вышел на южный берег реки Барта, овладев лесным массивом севернее болота Тырс-Пурве. Левый фланг Дивизии (1379 СП), встретив упорное сопротивление противника, успеха не имел, так как противник успел подтянуть большие силы пехоты, танков, САУ для нанесения контура наступающим частям дивизии. В армии торжествуют по случаю взятия города Скуодас и Пашенгой и лишили врага сухопутного сообщения с Восточной Пруссией. В передовом отряде у нас сегодня побывали командующий артиллерией 51 А генерал-лейтенант Телегин и начальник политического отдела штаба армии полковник Выборных Иван Семенович. Войска Первого Прибалтийского фронта сегодня закончили начатую ими операцию. 13 октября войска фронта зажали в северо-западной Латвии, в клещи, Прибалтийскую группировку немцев в составе 30 дивизий, освободив при этом большую часть Латвии. Успех этой операции заставил Финляндию выйти из войны и объявить войну Германии. Побывать бы в г. Риге. Слышал, что там более 120 памятников архитектуры ХIII-XVIII столетий. Здесь шедевр Донский собор, в котором самый большой орган в Европе, Церковь Петра, древние жилые дома под названиями «Три образа», обводной канал узких улочек, декоративные фонари, рестораны и кафе с интерьерами в средневековом стиле. А сегодня один офицер рассказал мне, что был в нем до войны. Ригу он называет городом парков и ажурных мостиков через многочисленные каналы, городом лебедей и уток, вывесок и островерхих крыш, маленьких решетчатых окон, локальных крепостей.
14 октября 1944 (суббота) – день 1211
Противник в районе Муниэке четырьмя самоходными орудиями «Фердинанд» атаковал боевые порядки 163 АШР. Атака отбита, противник потеснен. Второй батальон 1379 СП на Южном берегу Барта, вглубь леса, весь день идет непрерывный бой. Убито 50 немцев, сожжено 3 самоходных орудия противника. Во время атаки погибли командиры 1382 СП подполковник Батаев В.В. и командир 1058 артполка подполковник Цебенко Н.К.
Записка 0545 октябрь 1944
Командир батареи старший лейтенант Кузьменков отчетливо видит, как накапливается на исходном рубеже вражеская пехота. На батарее всего 0,4 боекомплекта боеприпасов. Он шлет гонца в артснабжение полка, просит, в связи с чрезвычайной сложившейся обстановкой, подать хотя бы 0,5 боекомплекта. Пока добирался гонец пешком до артиллерийского склада, противник силою 4-х танков и до 2-х рот пехоты перешел в наступление. Батарея выжидала. Вот она заговорила. Подбила танки, а пехоту вынудила к бегству, но снарядов почти не осталось. Командир батареи нервничает. А практически дело выглядит так: начальник артсклада получив записку комбата срочно обратился в артиллерийскую службу дивизии, но и там 76-мм снарядов нет. Их уже давно нет. В армию они почему-то не поступают. Лысенко принял решение – срочно забрать 0,3 БК снарядов в соседнем полку. Боеприпасы прибыли вовремя. Вторая атака немцев была отбита, но уже не первый случай, когда осуществляется маневр наличием боеприпасов в дивизии. А кто думает, что командир батареи охотно, без боя отдал свои запасы боеприпасов? Значит тут тоже должно быть законодательство.
15 октября 1944 (воскресенье) – день 1212
87 СД обороняет 13-километровый участок фронта, из них 9-км лесного массива. Ценой больших потерь противником потеснен 1379 СП к болоту Тырс-Пурве. Все 10 атак противника отбиты. Наши части имеют потери: убитых 76, раненых 270, разбито 2 пулемета ДШК и 4 45-мм пушки, 3 82-мм миномета и 3 ружья ПТР. Выведены из строя 2 автомашины. Потери противника убито и ранено свыше 600 солдат и офицеров, разбито 5 орудий, 22 пулемета, сожжено 3 самоходных орудия. С начальниками артснабжения частей проведены четырехчасовые сборы. Решались практические вопросы. Старшей техник-лейтенант Мусихин прочитал для них полуторачасовую лекцию по сбережению вооружения, разработанную им. Тексты вручил им, потребовали развернуть работ, а вернее борьбу, за резкое улучшение ухода за вооружением.
16 октября 1944 (понедельник) – день 1213
Дивизия ведет упорный бой. Наши потери: убитых 15, раненых 19. Потери противника: 136 солдат, разбито 6 пулеметов, 1 миномет, 3 пушки, захвачено 3 пулемета.
Записка 0511 октябрь 1944
Теперь насыщенность автоматическим оружием позволяла подразделениям наших частей оказывать сильное деморализующее воздействие сосредоточенным огнем на противника. То есть наши части добились того, что имели немцы в начале периода войны. Расход патронов к стрелковому оружию тоже заметно возрос. Возросла и номенклатура патронов. Все это до некоторой степени усложняло снабжение ими подразделений.
17 октября 1944 (вторник) – день 1214
87 СД без 1378 СП, с 76 ГМП, 764 ИПТАП, 2014 ГАП перешла к жесткой обороне на рубеже: Слеки, Цымере, Земели Вамжи. Личный состав несет боевую службу и ведет окопные работы. Противник прекратил атаковать наши боевые порядки.
18 октября 1944 (среда) – день 1215
Части дивизии ведут окопные работы. Обеспеченность дивизией боеприпасами в боекомплектах составляет: винтпатронами и патронами ПТР – 0,7, минами – 1,0, ручными гранатами – 0,4, противотанковыми гранатами – 1,1, выстрелами 45-мм – 0,6, 120-мм гаубичными 0,8.
19 октября 1944 (четверг) – день 1216
Дивизия совершенствует систему обороны в инженерном отношении на рубеже: северо-западный берег болота Тырс-Пурве, Земери, Вомжи. Дивизия встретилась с трудностями в устройстве окопов в болотистой местности.
20 октября 1944 (пятница) – день 1217
Совинформбюро: войска 3-го Украинского Фронта освободили город Белград. Дивизия совершенствует систему обороны.
Записка 0583 октябрь 1944
Надо было срочно побывать на батарее 76-миллиметровых пушек в 1379 СП. Приказано проверить в чем причина, что несколько снарядов, выпущенных батареей, поразили НП полка. К счастью жертв, не было. Мы почти бежали, во рту пересохло. Задыхаюсь от избытка весеннего воздуха. Вот показалась, расположенная на опушке леса, батарея. Не доходя до нее 150 метров, начали рваться немецкие снаряды, видимо засекли батарею. Начался шквальный огонь. Несколько снарядов разорвалось прямо на огневой позиции. Пережидаем налет. Мы прибыли на батарею. Одно из четырех орудий перевернуто, несколько солдат убито и трое ранено. Переговорив с комбатом Кузьменковым, немедленно приступаем к осмотру орудий. Обнаруживаем несколько технических неисправностей, но не влияющих на точность стрельбы. Артмастера начали ремонт, а Павел Афанасьевич тут же рассказал нам, что четыре снаряда было выпущено с орудия, у которого был неправильно поставлен прицел. За это наводчик Зилкин им уже наказан. Разбираясь, мы установили, что Зилкин совершенно неподготовлен быть наводчиком, хотя он и утверждает, что окончил полковую школу.
21 октября 1944 (суббота) – день 1218
Опубликован Указ Президиума Верховного Совета об установлении праздника – День артиллерии. Дивизия продолжает совершенствовать систему обороны.
22 октября 1944 (воскресенье) – день 1219
Дивизия продолжает улучшать участок обороны. Обеспеченность боеприпасами, как и 18 октября 1944 года.
Записка 0548 октябрь 1944
На востоке появились розовые полосы, стали различимы отдельные группы кустов и деревьев, только что выглядевшие сплошной темной массой. Устали и вымокли до нитки, ведь брели всю ночь по сырому низменному месту. Все только и ждали привала, а лучше бы дневки. Надо было отдохнуть, посушиться и удовлетворить потребности желудка. Меня вызвал командующий артиллерией дивизии и сообщил, что весь обоз и автотранспорт отстали в пути из-за непроходимости дорог. Мне приказано связаться с частями и уточнить с каким наличием боеприпасов они прибыли на это место. Практически созвониться с частями не удалось. Пришлось пешим порядком обходить части. Результаты моего похода не важные. Артиллерия стрелковых полков осталась без боеприпасов – они остались далеко в пути. Сносную обеспеченность имеют лишь артполк и ОИПТД. Их скромные запасы находятся в арттягачах – «Студебеккерах» и «Доджах ¾». Полковые и дивизионные артиллерийские склады тоже далеко в пути. Положение критическое. Командир дивизия обратился к комкору с просьбой, отложить марш дивизии до подхода матсредств. Через несколько часов это было санкционировано.
23 октября 1944 (понедельник) – день 1220
До 6:00 дивизия сдает боевой участок частям 204 СД и вышла на марш: Цимери, Рути, Ремеши Скобарниэки, Пуполи. Совершив 15-километровый марш к 8:00 сосредоточилась северо-восточные Ожиляй севернее Вашты. С 19:00 дивизия снова на марше: Вашки, Стриоптай, Малый Полукняй, Кернай, Вербалай. От армейских работников стало известно, что войска 51 армии вышли на железную дорогу Тукумс – Иелгава. Город Прискуне обороняется усиленным гарнизоном противника. Оборона выступом в нашем направлении.
24 октября 1944 (вторник) – день 1221
Совершив 25-километровый марш по, исключительно труднопроходимой дороге, дивизия к 6:00 сосредоточилась в районе: Ужуолоби, Таурагай, Кевели, Будвидзе, Вербалай. После короткого отдыха в 19:00 дивизия снова вышла на марш: Ужулуоби Покальнишкяй, Иванишки, Смишки.
Записка 0516 октябрь 1944
Получил записку со второго эшелона от Лысенко. Просит доложить командующему артиллерия дивизии, что в расположении дивизионного артсклада обнаружено три немецких противотанковых мины. Видимо ДАС расположен на заминированный опушке леса. Принимаем меры. Начхим, начальник инженерной службы выделил отделение саперов. Я с ними выехал на склад. Саперы, вооружившись миноискателями и щупами, приступили к осмотру участка. Монотонный звук в наушниках миноискателя был то еле уловим, то вдруг поднимался до высоких нот. Обозначив контуры опасных участков местности, саперы с большой осторожностью снимают грунт, извлекают одну мину за другой. Посчитали, что уже все. Предлагаю переложить штабеля с боеприпасами на проверенные участки, проверить миноискателями участки, занятые сейчас штабелями. И что же, миноискатели, к нашему удивлению, опять подали сигнал. Под двумя штабелями находилось по две противотанковых мины. Просто случайность что они не взорвались. Это наша наука на будущее – прежде чем выбирать участок для размещения склада, надо консультироваться с дивизионным инженером.
25 октября 1944 (среда) – день 1222
По сообщению Совинформбюро: войска Карельского фронта пересекли границу Норвегии и овладели городом Киркенес. Совершив 27-километровый марш, дивизия к 6:00 сосредоточилась: Эзери, Дыти, Плеез, Смишки, Кирни, Силабунцы и вошла в состав 10 стрелкового корпуса, выйдя из состава 63 СК. С наступлением темноты 1378 СП и 1379 СП сменили 1003 и 1005 стрелковые полки 279 СД, заняв рубеж Мз. Дажграмзда, Калныниэки. Ширина фронта 2 км. Исходное положение частей: 1378 СП юго-западнее 50 м мз. Дажграмзда, Дровнеэки, 700 м западнее отметки 35,8; 1379 СП 700 м западнее отметки 35,8, отдельный дом в квадрате 48346; 1382 СП – первый СБ резерв дивизии в районе Капи, второй батальон резерв корпуса в районе Смикши.
26 октября 1944 (четверг) – день 1223
Дивизия успешно готовится к наступлению.
Записка 0481 октябрь 1944
Сегодня состоялся разговор в штабе артиллерии о том, насколько сложнее с каждым годом становится работать службе артснабжения. В разговоре участвовали командующий артиллерии дивизии полковник Гученко, начальник штаба артиллерии майор Кучинский, помощник начальника штаба артиллерии майор Балабонов Лукашевич Кузьменко. Я привел некоторые примеры: вес одного боекомплекта боеприпасов для вооружения дивизии возрос от начала войны по тоннажу более чем в 2,5 раза и сейчас составляет около 640 тонн. Чтобы поднять их потребуется более 200 3-х тонных автомашин. Номенклатура по видам боеприпасов составит около сотни. С каждым годом расход их на проведение операции постоянно увеличивается. Сейчас артподготовка сопровождается уже, как правило, более 2 часов. Обычно за это время расходуются 0,7-0,8 боекомплекта, а иногда до и одного боекомплекта. Готовя артподготовку количество боеприпасов, выложенное на грунте составляет до одного боекомплекта. Чтобы восполнить расход небольшого боя (0,3-0,4) и то уже требуется подвести 200-250 т. боеприпасов, для чего требуется 70-80 3-х тонных автомобилей. Все присутствующие согласились со мной, что работа артснабжения с каждым днем усложняется. Это только то, что касается вопросов обеспечения боеприпасами, не затрачивая не затрагивая других не менее сложных вопросов деятельности обеспечения боеприпасов. Надо чтобы всюду и всегда выдерживался принцип подвоза сверху вниз артснабжением армии. Дивизии и полка имели свои транспортные подразделения подвоза боеприпасов. Если же это невозможно, тогда разделить службу артснабжения на две части: одну из них назвать службой обеспечения боеприпасами с подчинением службе эксплуатации. Этого никогда не будет, чтобы командующий артиллерией был поставлен в зависимость от начальника тыла. На этом наша беседа закончилась.
27 октября 1944 (пятница) – день 1224
Сообщение Совинформбюро о взятии Ужгорода. 87 СД занимает исходное положение для наступления. Обеспеченность боеприпасами в боекомплектах составляет: по патронам 0,9, по минам 82 и 120 мм 1,6, по артвыстрелам 45 мм 0,76 мм ПA 1,76 мм ДА 1,0, 122 мм 0,4, по гранатам ручным 0,5 и по противотанковым 1,2. В 14:00 87 СД перешла в наступление и сбив боевое хранение противника, достигла рубежа Озолыни, Гейзари. Противник подбросил свежие резервы.
Записка 0482 октябрь 1944
Сегодня как-то непроизвольно снова возобновился разговор с командующим артиллерией полковником Гученко об увеличивающихся трудностях в работе артснабжения. Здесь присутствовал начальник штаба артиллерии майор Кучинский и исполняющий должность командира 1058 АП подполковник Яцук. – Ты мне скажи, а что будет делать твоя вторая половина артснабжения, – обращаясь ко мне, спросил Михаил Аврамович, при этом он имел в виду службу эксплуатации и ремонта вооружения, о которой я говорил в прошлой нашей беседе. Я достал блокнот и доложил ему о проделанной работе техниками и ремонтными мастерскими дивизии за 1944 год. А эти данные говорят за то, что каждый из 100 видов и образцов вооружения, в течение года, от 4 до 10 раз побывали в руках артиллерийских и оружейных техников. Только во время проведения технических осмотров и дефектаций мастерами, каждый образец оружия, в течение года, ремонтировался от 5 до 12 раз. Кроме того, офицеры артснабженцы вместе с мастерами два раза в год организовывали и проводили профилактические работы по переводу вооружения на летние и на зимние условия эксплуатации. Я привел примеры, когда орудия, пулеметы и минометы восстанавливались мастерами прямо в ходе боя, на огневых позициях. Кроме того большой, удельный вес в общем объеме службы занимают вопросы освоение частями новых образцов вооружения, изучение составом устройства, эксплуатации, ухода и сбережения вооружения. – Тебя надо было бы поставить наркомом обороны, – улыбаясь сказал Гученко, – вот уж тогда бы ты там наплодил разных служб. Майор Кучинский робко высказал такую мысль, все что предлагает Ненашев – это похоже на структуру в авиации, где снабжает боеприпасами начальник тыла, а вопросами вооружения занимается инженер по вооружению в полку, в дивизии. – Нам авиационная структура как-то для наземных условий не подходит, – заключил Михаил Аврамович.
28 октября 1944 (суббота) – день 1225
После артподготовки дивизия перешла в наступление. Встретив упорное сопротивление противника из района Янимуйжа. Потери дивизии: убитых 13, раненых 66. Потери противника: 200 солдат и офицеров, 17 пулеметов, 4 миномета и одна 37 мм пушка.
Записка 051 октябрь 1944
Артиллерийская подготовка – это необыкновенное зрелище. Задача ее – обработать передний край противника, подавить его огневые средства и живую силу, а с переносом огня, обеспечить продвижение пехоты вслед за огневым валом. Но всегда ли эти цели достигались? Нет, были случаи, когда оставались и действовали скрытые огневые средства противника. Это не обеспечивало своевременный подъем пехоты. Поднявшись же, упускалось время, противник возобновлял огонь и заставлял снова залечь поднятую пехоту. В данном случае артподготовка шла на смарку. После этого для нас, артснабженцев, начиналась новая напряженная работа по подвозу боеприпасов для возобновления артподготовки, производилась эвакуация стреляных гильз и укупорки, подбитого вооружения.
29 октября 1944 (воскресенье) – день 1226
87 СД имеет задачу решительно наступать в направлении мз. Пурмсаты, Полики и к исходу дня овладеть рекой Вирга, имея передовой отряд в мз. Паплака к исходу дня части овладели Пурмсаты, Бетужи, Авоты, Струиле, Паузери. Потери дивизии: убитых 8, раненых 57. Разбито: 1 станковый и 7 ручных пулеметов. Потери противника: 200 солдаты и офицеров, разбито 15 пулеметов, захвачено 1 81-мм миномет и 1500 мин. Обеспеченность боеприпасами в боекомплектах составляет: патроны 0,9, гранаты ручные 0,6, противотанковые 1,1, 120 мм 0,9, артвыстрелов 45,76 мм ДА 0,6, 76 мм ПА 0,8, 122 мм 0,2.
30 октября 1944 (понедельник) – день 1227
Опубликовано сообщение о подписании соглашения о перемирии с Болгарией. 87 СД одним полком принимает боевой участок левый фланга полка 347 СД. Задача дивизии наступать в северо-западном направлении. Части дивизии в течение дня пополнились боеприпасами из расчета 200 патронов на винтовку, 400 на автомат. Минами и снарядами до 1,5 боекомплектов.
31 октября 1944 (вторник) – день 1228
Дивизия получила задачу к 4:00 сменить части 91 СД на участке Шпури, Мажейки. Во время смены частей противник открыл бешеную стрельбу по нам, выпустив до 800 снарядов и мин. К исходу дня обеспеченность боеприпасами снова упала и составила в боекомплектах: патронами 1,5, патроны ППШ 1,3, гранаты ручные 0,5, противотанковые 1,1, мины 82 мм 1,0, 120 мм 1,2, артвыстрелы 45 мм 0,4, 76 мм ПА 1,2, 76 мм ДА 0,5, 122 мм 0,1. За октябрь месяц части дивизии нанесли противнику следующие потери: уничтожено 2732 солдата и офицера, пленено 21, 12 пулеметов, 1 миномет, 5 орудий и 5 полевых орудий, автомашины 2, разбито и уничтожено 124 легковых и 69 тяжелых пулемета, 9 зенитных орудий, 15 минометов, 28 орудий, 13 зенитных орудий, 4 танка, 9 автомашин, 7 мотоциклов. Наши потери за месяц боев составили: убитых 232, раненых 1014, пропало без вести 93. Фронт обороны дивизии 6.5 км на рубеже: Пурмсаты, Бетужи, Авоты, Шпури, Маяушки, Можейки. В том числе 1378 СП исключая Янюмуйжа, станция Пурмсаты, р. Биркстала; 1382 СП Лейниеки; 1379 СП во втором эшелоне дивизии Силабунцы.
Из воспоминаний, которые автор не успел включить в книгу:
Записка 0401 октябрь 1944
Танки противника вклинились в нашу оборону, и фашистские войска начали теснить подразделения 1382 СП. Обстановка с каждой минутой накалялась. Командование решило организовать противотанковую оборону на наиболее танкоопасном направлении. Для этого привлекалась противотанковая артиллерия двух СП, батарея ОИПТД и батарея 1058 АП. По данным учета, в полках значилось более 0,8 боекомплекта к этой артиллерии и в достаточных пропорциях выстрелов с бронебойными и подкалиберными снарядами. С получением приказа СП и ОИПТД к командиру дивизии сейчас же поступили доклады об отсутствии боеприпасов к этой артиллерии. Приказ командования выполнен не был. С командующим артиллерии прибыл к командиру дивизии для объяснения. Но я мог только доложить, что в этих частях боеприпасов достаточно. По требованию комдива, данным вопросом занялся прокурор, политический отдел, появились несколько корреспондентов армейской газеты. Все уже начали предрешать начальнику АС неминуемый суд Военного Трибунала. К расследованию был привлечен начальник АС 51 А майор Ефимов. Комиссия работала в ходе боя. Артснабжение дивизии не прекратило организацию снабжения боеприпасами в ходе боя.
Записка 0402 октябрь 1944
Положение сторон стабилизировалось. Комиссия по расследованию закончила работу. В итоге оказалось, что 50% боеприпасов, при совершении марша, были оставлены на старых местах дислокации, а начальники тылов не вняли мольбам начальников АС полков и не приняли мер к их своевременному вывозу. И чем же закончилось? Командующему артиллерией приказано подготовить проект приказа о наложении дисциплинарных взысканий на артснабжения 1378 СП и 448 ОИПТД.
Записка 0404 октябрь 1944
Сегодня прокурору дивизии, капитан Лысенко, представил документы об отпуске частям ручных гранат накануне боя за Ауце. Одновременно была приобщена и моя записка к Лысенко о необходимости заранее обеспечить части гранатами.
Записка 0405 октябрь 1944
Прокурор дивизии ознакомил КАД о результатах расследования, которое показало, что и в полку, и в батальоне гранат более чем достаточно. Однако, не удержание Ауце было в результате преступной халатности командира батальона. Личный состав батальона, занявший Ауце увлекся изучением хранилищ и дегустацией находившейся в них продукцией спиртзавода. Личный состав батальона жестоко поплатился за это. Мало кому удалось вернуться из батальона. Командир батальона был предан суду Военного трибунала.
Записка 0589 октябрь 1944
Утро выдалось прохладным. Вышедшему солнцу потребовалось более 2 часов, чтобы справиться с сильной росой сверкающей на листьях высокой травы.
Записка 0670 октябрь 1944
Не обнаружив ни машин, ни пеших попутчиков, рано утром я направился на ДАС. Надо было успеть до отправки машин за боеприпасами на армейский склад и застать начальника АС капитана Лысенко. Сизая темнота уже начала голубеть, на горизонте из-за леса показалась машина, вторая, третья… Это перемещался дивизион «Катюш» БМ-13. Вдруг, неожиданно, вспыхнула факелом одна из них. Что это может быть? Вскоре послышалась перестрелка. Когда стрельба прекратилась, я подошел к дивизиону. Оказалось, банда изменников Родины обстреляла колонну патронами с зажигательной пулей. Пока отделение автоматчиков преследовало предателей, я миновал лес и направился открытой местностью к ДАСу.
Записка 0702 октябрь 1944
На наш фронт прибыл Командующий фронтом Маршал Советского Союза Л.А. Говоров. Ленинградский фронт расформирован. Приказано взять Добеле. Дивизион 1058 АП поддерживает штрафной батальон 700 человек. Артподготовка 30 минут. Кто-то подал команду «вперед» в промежуток между окончанием артподготовки и залпом «Катюш». Нарушение в выполнении графика привело к тому, что почти весь батальон накрыт залпом «Катюш». Осталось 30 человек. Атака продолжалась – ее начали развивать вторые эшелоны. Здесь им пришлось участвовать в рукопашной схватке с «власовцами». Добеле было взято. Местность в Прибалтике болотистая, что затрудняло вести успешные бои. А хуторная система позволила немцам, не без помощи прибалтийских националистов, укрепит каждый хутор, превратить его в опорный пункт. Поэтому бои носили упорный характер.
Записка 089 октябрь 1944
Сегодня наблюдал такую картину: батарея «Катюш» вела огонь. Вдруг загорелась одна из машин, ее объяло пламенем. Но стреляющий не покинул кабину машины, пока не сошли все снаряды с горящей машины.
1 ноября 1944 (среда) – день 1229
87 СД упорно обороняет рубеж: станция Пурмсаты, Бетуржи, Авоты, Шпуры, Брувери, Маяушки, Мажейки и ведет окопные работы. Боевой и численный состав дивизии: личный состав 4368 человек, в том числе, офицеров – 664, сержантов – 827, рядовых – 2877, лошадей – 850, винтовок – 2446, ППШ – 1205, ручных пулеметов – 110, станковых пулеметов – 28, зенитных пулеметов ДШК – 16, минометов 120-мм – 16, 82-мм – 33, гаубиц – 86, дивизионных пушек – 26, 76-мм полковых пушек 4, 45-мм пушек – 20, ружей ПТР – 22, автомашин – 115.
2 ноября 1944 (четверг) – день 1230
Дивизия укрепляет рубеж обороны, ведет окопные работы. Обеспеченность дивизией боеприпасами в боекомплектах: гранат ручных – 0,6, противотанковых – 1,3, 82-мм – 1,3 и 120-мм – 1,1, артвыстрелов 45-мм – 0,4, 76-мм ПА и ДА – 1,4, 122-мм – 0,2, патроны винтовочные 1,5, ППШ – 1,3, ДШК – 0,9, ПТР – 0,8.
Записка 0106 ноябрь 1944
После полуночи все стихает, лишь редкие пулеметные очереди на переднем крае. Пора… Занимаю место напарника в кабине «Катюши». Едем по ночным улицам со скоростью не более 30 км/ч. Впереди и сзади, словно эскорт из многочисленных марок машин. Где начало и где конец этой движущейся колонны – не видно. Двигаться можно только в одну сторону. Знаем, где-то скопилось множество машин, чтобы пропустить нас и завладеть этой дорогой. Пятый час утра, светает. Фронт просыпается. Вот и встречный транспорт появился. Здесь костры, видимо ожидают несколько часов, ведь разъездов-то нет.
3 ноября 1944 (пятница) – день 1231
Дивизия укрепляет рубеж обороны.
4 ноября 1944 (суббота) – день 1232
Дивизия укрепляет оборонительный рубеж. Провели сборы с начальниками артснабжения частей. На сборах заслушали о ходе разъяснительной работы в полках по резкому улучшению ухода за оружием. Все начальники артснабжения доложили, что после начала разъяснительной работы, чтений лекций и бесед в артснабжение полка все чаще стали обращаться бойцы и командиры с рядом непонятных для них вопросов, требовать необходимые для ухода за оружием материалы и принадлежности, просить присылать мастеров. Все начальники артснабжения считают, что уход и сбережение вооружения заметно улучшилось. Такое положение всех нас радовало, а в 1379 и в 1382 СП поместили в дивизионной газете заметки о том, чего добились некоторые подразделения в улучшении ухода за оружием.
6 ноября 1944 (понедельник) – день 1234
Дивизия совершенствует рубеж обороны.
Записка 0422 ноябрь 1944
Завязался непринужденный разговор с хозяином дома. Латыш служил в старой Русской армии. Он показал мне солдатскую книжку. Это многолистовая карманная книжка. Чего только в ней не написано. Родословная Царского двора Романовых, правила поведения солдата, его присяга, родословная солдата, поощрения и взыскания за время службы. Эта книжка солдатам выдавалась пожизненно, то есть после армии она же являлась военным билетом дальше. Далее он рассказал, как плохо жилось в буржуазной Латвии и как они стали поправлять свое хозяйство, когда перед войной влились в большую семью Советов. Потом говорили об изменниках Родины. Он высказался в отношении их далеко недоброжелательно, тут же попросил меня показать ему то по карту их местности. Не успел я открыть планшетку, он быстро сориентировался и пальцем показал мне место, где по его мнению, должно быть запасено большое количество оружия. Это сделали бандиты. Все это он поведал с условием, что его имя нигде не будет фигурировать. После нашего разговора я поблагодарил его и направился в штаб дивизии. Доложил НШ. Тот вызвал по тревоге саперов с миноискателями. Через 3 часа захоронение вооружения было обнаружено и выкопано из ямы. Чего здесь только не было: 82-мм минометов – 6, 50-мм – 12, станковых пулеметов Максима – 7, ручных пулеметов ДП – 28, винтовок – 118, ППШ – 62, пистолетов ТТ и револьверов Наган – 113 штук. Этого, пожалуй, хватило бы вооружить целый полк. Вскоре саперы нашли и склад боеприпасов. Этот склад был размещен в четырех больших блиндажах, заваленных землей, обложенных дерном и обросших травой. Для их вывоза потребовалось четыре автомобиля ЗИС-5.
7 ноября 1944 (вторник) – день 1235
Опубликован доклад И. В. Сталина по случаю 27 годовщины Октября. Дивизия совершенствует рубеж обороны. В частях отметили Октябрьский праздник. Всюду зачитываются слова Верховного Главнокомандующего, в которых говорится о том, что усилиями воинов и Советского народа наша Земля очищена от фашистов и что мы стали накануне полной Победы. В докладе сказано и об обстановке на Курляндском полуострове. Более 30 немецких дивизий оказались отрезанными от Пруссии и зажатыми в клещи в районе между Тукумсом и Либавой, где они теперь доколачиваются нашими войсками.
8 ноября 1944 (среда) – день 1236
Дивизия продолжает совершенствовать рубежи обороны, ведет разведку. Обеспеченность боеприпасами в боекомплектах составляет: гранаты ручные – 0,8, противотанковые – 1,2, 82-мм – 1,2 и 120-мм – 0,8, артвыстрелы 45-мм – 0,4, 76-мм ПА – 1,4, 76-мм ДА – 0,5, 122-мм – 0,1, патроны винтовочные и ППШ – 1,5, ДШК – 0,9.
Записка 0700 ноябрь 1944
Все члены бюро получили определенные задания, чтобы наше следующее собрание прошло более организовано, в атмосфере свободного и делового обмена мнениями, критики и самокритики, а решения его были более четкие, квалифицированные и целенаправленные. Этой подготовкой руководил инструктор политотдела. Мне было поручено подготовить показательное выступление, в котором бы была и критика, и самокритика, чтобы оно побудило и других коммунистов к необходимости выступления, и особенно тех, кто редко выступает. До чего же сложное задача. Текст выступления готовился мучительно долго, несколько раз переделывался, а потом я еще трижды переделал рекомендации инструктора политотдела. Вот и подошла моя очередь для выступления. Говорил я 15 минут, не заглядывая в текст, так как его знал наизусть. В выступлении я привел несколько примеров, в которых увязал вопрос усложнения решения задачи артснабженцев от плохой работы общевойсковых и артиллерийских разведчиков. Чем хуже разведена огневая система обороны противника, тем сложнее обеспечивать войска боеприпасами в ходе борьбы с их своевременно не обнаруженными целями. В этом случае возникает необходимость в больших расходах боеприпасов, трудностей. Коммунистам связистом я поставил в упрек, что несмотря на наши сигналы, в подчиненных им подразделениях связи карабины постоянно выводятся из строя, прицельную планку с колодкой они используют вместо кусачек, прицельные планки погнутые и из карабинов ввести прицельный огонь невозможно. Коснулся и инженерно-саперной службы, которая хотя и квалифицирована, там хотя бы квалифицированными советами помогала укрываться тыловым учреждениям. Затронул выступление и самый больной вопрос – работу автотранспортной роты подвоза. В конце внес по каждому высказанному недостатку свое предложение. Для записи в решении в проект решения они уже записаны. Примерно с таким же подготовленным выступлением вышли и другие коммунисты. Собрание было очень бурным, выступило на нем в четыре раза больше коммунистов, чем на предыдущих. Но это было собрание вроде показательного. Как много времени нужно, чтобы подготовить и проводить собрание в таких же тематиках.
9 ноября 1944 (четверг) – день 1237
Дивизия совершенствует рубеж обороны в инженерном отношении.
Записка 0605 ноябрь 1944
Сегодня я убедился окончательно, если бы зам по тылу подполковник Тэпин со своими подчиненными правильно организовывал эксплуатацию, ремонт и работу автогужевого транспорта, то войска никогда бы не ощущали недостатков в транспортных средствах и всегда был бы подвижный резерв боеприпасов, обеспечивающий увеличенные темпы передвижения войск. Вдвойне досадно, когда несправедливость берет верх. В последнее время дивизия отмечает, как правило, то, что мы почти постоянно жили в достатке, когда соседние дивизии сидели без снарядов, переживали голод с боеприпасами. Запасы постоянно следовали за дивизией.
10 ноября 1944 (пятница) – день 1238
К сегодняшнему дню все три Прибалтийские республики освобождены от немцев, за исключением Курляндского полуострова
11 ноября 1944 (суббота) – день 1239
…
12 ноября 1944 (воскресенье) – день 1240
Член Военного Совета армии генерал-майор Шемлонко вручил Ордена Боевого Красного Знамени и Красного Знамени 87 Дивизии и 1379 СП, Боевое Красное Знамя также вручены 1378 СП, 1382 СП, 448 ОИПТД и 357 ОСБ.
13-16 ноября 1944 дни 1241-1244
…
17 ноября 1944 (пятница) – день 1245
Обеспеченность боеприпасами в боекомплектах составляет: гранаты ручные – 0,8, противотанковые 1,2, 82-мм – 1,1 и 120-мм – 2,0, артвыстрелы 45-мм – 1,1, 76-мм ПА – 2,3, 76-мм ДА – 1,1, 122-мм – 1,3, патронов винтовочных – 1,5, ППШ – 1,4, ДК – 0,9, ПТР – 0,6.
18-22 ноября 1944 дни 1246-1250
…
23 ноября 1944 (четверг) – день 1251
В соответствии с указаниями штаба армии учебные и зенитно-пулеметные роты подлежат расформированию, а их личный состав и матчасть оружия передаче на укомплектование стрелковых полков.
24 ноября 1944 (пятница) – день 1252
Совинформбюро: очищен от противника остров Сарема подступ к Рижскому заливу. Части дивизии занимают ту же полосу обороны. Противник активных действий не проявляет.
25-28 ноября 1944 дни 1253-1256
…
29 ноября 1944 (среда) – день 1257
Сообщение Совинформбюро: войска 3-го Украинского Фронта форсировали Дунай.
30 ноября 1944 (четверг) – день 1258
…
1 декабря 1944 (пятница) – день 1259
Дивизия по-прежнему занимает участок обороны: станция Пурмсаты, Бетужи, Авоты, Шпуры, Брувери, Маяушки, Мажейки. Дивизию поддерживают 125 АМП и 318 ИПТАП резерва Главного Командования. Вот уже, с 31 октября, в течение месяца, в дивизии идет усиленная выучка. Боевой и численный состав дивизии – 4237 человек, в том числе: офицеров – 679, сержантов – 862, рядовых – 2746, лошадей – 876, винтовок – 2153, ППШ – 1150, ручных пулеметов ДП – 97, Максима – 49, зенитных ДШК – 15, минометов 120-мм – 15, 82-мм – 50, 122-мм гаубиц – 11, 76-мм ДА – 29, 76 мм ПА – 10, 45-мм – 20, ружей ПТР – 46 и автомашин – 151.
2 декабря 1944 (суббота) – день 1260
Задача дивизии – прежние рубежи обороны. Обеспеченность боеприпасами в боекомплектах: гранаты ручные – 0,9, противотанковые – 1,5, 82-мм – 2,9, 120-мм – 3,1, выстрелы 45-мм – 1,2, 76-мм ПА – 2,8, 76-мм ДА – 2, 122-мм – 1,6, патроны винтовочные – 0,8, ППШ – 1,3, ПТР и ДШК – 0,9.
3 декабря 1944 (воскресенье) – день 1261
…
Записка 078 декабрь 1944
Чаще всего за боеприпасами мы ездили в темную. Попадая в темный непроходимый лес, мы никогда не знали, что нас ожидает за лесом. Мы могли дожидаться в армии поступления данных для распределения боеприпасов Военным Советом и сутки, и двое… Получив наряды, и если доставка не предполагалась армейским транспортом, спешили в дивизию, чтобы организовать вывоз боеприпасов. Тут-то и начиналась нервозность…
4 декабря 1944 (понедельник) – день 1262
…
Записка 0431 декабрь 1944
Проверили выполнение приказания о сдаче иностранного оружия. Начальники артснабжения частей докладывают, что никто не хочет его сдавать. Объясняют по-разному: одному оно нужно как память о смертельной рукопашной схватке с фашистом, из которой он вышел победителем; второму вручил, как подарок, вышестоящий командир; третий больше надеется на безотказность в стрельбе, нежели пистолет, и так далее и тому подобное. По телефону во все части переданы телепрограммы, в которой начальник штаба дивизии требовал срочного выполнения приказания командира дивизии о сдаче иностранного вооружения.
5 декабря 1944 (вторник) – день 1263
…
Записка 0396 декабрь 1944
Сегодня на сборах начальников мастерских рассмотрели достижения новаторов-ремонтников. Каждый начальник артиллерийской мастерских прибыл с четырьмя комплектами наборов, разработанных ими, инструментами, подсобными приборами для ремонта оружия. Устроили своеобразную выставку: демонстрировали применение этих образцов по очереди, по полкам. Такие сборы проводятся уже несколько раз и каждый раз начальники мастерских увозят с собой, для внедрения, новые образцы инструментов и принадлежностей. Особый, большой вклад вносят в повышение производительности труда оружейные и артиллерийские мастера и техники 1379 и 1382 СП, и 1058 АП. Много приспособлений разработано с целью повышения качества и оперативности ремонта вооружения в полевых и окопных условиях. А всего в артмастерских дивизий за два года разработано свыше 320 видов специнструментов и приспособлений для ремонта различных видов вооружений.
6 декабря 1944 (среда) – день 1264
…
7 декабря 1944 (четверг) – день 1265
В дивизии продолжаются занятия по боевой подготовке и совершенствованию управления войсками.
Записка 058 декабрь 1944
Сегодня, мы все до единого, выполняли приказ командира дивизии, любой ценой пополниться боеприпасами до норм носимых и возимых запасов. Мне довелось ехать на армейский склад. К нашему приезду боеприпасы на склад еще не поступили, они находились в пути. Сколько ждать их подхода неизвестно. Решили добираться до станции снабжения. Там находится представитель артснабжения армии. Может быть, удастся взять боеприпасы прямо из вагонов. Подъехав к станции снабжения и не успев разобраться в обстановке, как началась бомбежка. Последовали один за другим взрывы, загорелись вагоны. Штабеля боеприпасов, выгруженные из вагонов, находились в опасной зоне. Мы приступили к погрузке. Ни один из шоферов и грузчиков не покинул этой зоны, пока не загрузили кузова 12 автомашин тяжелыми снарядными ящиками. Через несколько минут мы покинули станцию снабжения. Когда отъехали от станции на 200-300 м, последовала целая череда взрывов. рвались вагоны с боеприпасами, охваченные пламенем, разбрасывая далеко по сторонам осколки, целые не разорвавшиеся снаряды, половинки снарядов с горящим в них, коптящим пламенем, тротилом.
8 декабря 1944 (пятница) – день 1266
…
Записка 056 декабрь 1944
Командующий артиллерией сегодня распорядился, чтобы офицеры-артснабженцы распределились и побывали на всех огневых позициях артиллерии и минометов, привлекаемых к артподготовке. Это относилось к приданной и к поддерживающей артиллерии. За сутки излазили все огневые точки. Мы приняли необходимые меры к восстановлению неисправной материальной части, к подготовке и укрытию боеприпасов. Мы убедились, что на местах с нетерпением и волнением ждут завтрашнего дня. Все было поставлено на деловую основу. Велась подготовка тщательно, со знанием дела. Артиллерия уже сегодня была готова обрушиться на врага.
9 декабря 1944 (суббота) – день 1267
Совинформбюро: войска 2-го Украинского Фронта вышли к реке Дунай (севернее Будапешта).
10 декабря 1944 (воскресенье) – день 1268
…
Записка 055 декабрь 1944
Идет усиленная подготовка к наступательной операции. Нам поставлена задача: до определенного запаса пополнится боеприпасами, создать подвижные запасы и выложенными на грунт для артподготовки. Проверить лично на огневых позициях состояние материальной части артиллерии, минометов, подготовку боеприпасов. С офицером связи 1379 СП направился к ним в полк для проведения этой работы. По льду сейчас не пройти – хрупкий, не выдерживает. Идти по узким дефиле между озерами тоже опасно. Идем по наезженной дороге. Ходьбы часа полтора-два, но в хорошую погоду пройтись одно удовольствие. Тем более, что попался приятный попутчик. Я, во всяком случае, не жалел, что пошел пешком. Мы углубились в лес. Неожиданно, где-то совсем рядом, затявкали пули, послышались автоматные очереди. Мы залегли в кювет. Осматриваемся, нигде никого не видно. Пригибаясь, мы начали передвигаться по глубокому кювету вперед. Автоматы у меня и у него наготове. Посчитали, что мы уже достаточно удалились от места обстрела. Мы поднялись и снова зашагали по дороге, но теперь автоматная очередь раздалась где-то совсем близко. Мой спутник лейтенант Караваев Володя ранен в руку. Мы снова в кювете. Наблюдаю за тем местом откуда стреляли, а Володя делает перевязку. Свои шапки мы выставили на дорогу, а сами удалились от них метров на 50, залегли. Терпеливо ждем. Володя волнуется, у него пакет с боевым распоряжением дивизии. Наш замысел оправдался. К дороге перебежками подбирались два солдата в немецкой форме. Терпеливо выжидаем. Вот они уже у дороги, поднимаются во весь рост, оглядываются кругом, подходят к шапкам. Вот тут-то мы их и накрыли. Это оказались изменники Родины латышской национальности. Оставив их на дороге, мы двинулись дальше. Нам повезло, шло подразделение саперов. С ними мы и добрались до полка.
11-12 декабря 1944 дни 1269-1270
…
13 декабря 1944 (среда) – день 1271
Дивизией получено боевое распоряжение о смене частей 417 СД на рубеже Мажейки и Виднеги.
Записка 0397 декабрь 1944
Сегодня состоялся очень интересный открытый и откровенный разговор работников артиллерийского снабжения и штаба артиллерии армии, при котором мне довелось присутствовать. До этого я подобных разговоров не слышал, да и откровенно, просто побаивался. С этой же целью не указываю и фамилии. Речь шла о наших неудачах 1941 и 1942 годов. Один из собеседников наши неудачи объяснил тем, что военные деятели периода последних лет, перед войной трех-четырех лет, были малограмотными в военном отношении людьми. Они не сумели в течение трех месяцев осуществить жесткую оборону и дать возможность этот срок перевести нашу промышленность работать на оборону. В итоге, потребовалось больше года, и в результате мы понесли невероятные жертвы. Второй собеседник, дополняя первого, сказал, что пренебрежение подготовкой к войне, а фашизм нам был известен, как самый коварный и подлый враг, нам все же, видимо, затмила вся наша, передавая идеология, во многом преувеличенная популярность отдельных военных деятелей времен Гражданской войны или легендарными сабельными походами, возвеличивание прошлого героизма, все это, в некоторой степени, притупляло бдительность нашей партии, народа. – Безусловно, – сказал третий, – наш народ привык верить правительству и несомненно поверил в иллюзию и «шапкозакидательство», да еще на территории противника. – Смешно вспоминать о Параде 1 Мая 1941 года, – сказал первый, – самым грозным оружием показаны пулеметные тачанки, противопоставленные технике вероятного противника.
14 декабря 1944 (четверг) – день 1272
87 СД осуществляет перегруппировку и к утру занимает оборону на рубеже: исключая Смруияе, Виднери. Поддерживает дивизию 1240 ИПТАП, вместо 318 ИПТАП, который вышел из подчинения дивизии. Дивизия вышла из состава 10 СК и вошла в состав 63 СК. 1378 СП выведен во второй эшелон дивизии, 1379 СП сменил части 417 СД и занял оборону на рубеже: Мазлизики, Капаэты, Виднери. Фронт обороны дивизии – 7 км: Плостниэки, Шпури, Маяушки, Мозкали,Калэты, Виднери.
Записка 0695 декабрь 1944
Посоветовавшись с пиротехником о применении взрыва на службе устройства земляных укрытий боеприпасов, мы обошли с ним все окрестности вокруг расположения дивизионного артсклада. Поиск наш имел задачу выбрать такую местность, где потребовался бы минимум такой работы с учетом взрыва. Такое место отыскали, растрассировали место будущих аппарелей, наметили места для шурфов, определили какой и в каких шурфах использовать заряд для отрывки шурфов. Привлекли весь личный состав, в том числе и офицеров дивизионного склада, артснабжения дивизии. В конце дня мы подорвали заряды одной из восьми аппарелей. Получилось замечательно, объем земляных работ по оформлению аппарелей самый минимальный. Стенки укрытия обложили жердями. К исходу дня во всех восьми будущих укрытиях взрывные работы закончили. На завтра осталось их очистить от земли, обложить стенок жердями и проделать стоки для воды.
15 декабря 1944 (пятница) – день 1273
…
Записка 0696 декабрь 1944
С раннего утра и до поздней ночи работали над укрытием и перемещением боеприпасов в эти укрытия. Хорошо замаскировали. Для более надежной охраны сделали малозаметную охранную сигнализацию, ведь склад охраняет по-прежнему всего три бойца. Предварительный расчет показал, что тем же личным составом работы по укрытию боеприпасов без применения взрывчатых веществ можно было бы выполнить в течение 12-15 дней. Сегодня же я доложил секретарю партийной организации управления о выполнении решения партийного собрания коммунистами артснабжения дивизии, а командующий артиллерии похвалил нас артснабженцев и обещал найти время осмотреть, так оперативно построенные, наши укрытия для боеприпасов. Мол, может быть, вы поможете в устройстве таких укрытий для арттягачей в частях.
16-17 декабря 1944 дни 1274-1275
…
18 декабря 1944 (понедельник) – день 1276
По сообщению печати, состоялось подписание договора о союзе и взаимопомощи между Советским Союзом и Францией.
…
Записка 0575 декабрь 1944
Каждодневно приходится сталкиваться с такими недостатками, как плохо ухоженное оружие. Вот-вот откажет из-за этого в стрельбе. Разбросанность по траншеям магазинов к оружию, штыков, боеприпасов. Какие же потери! Какой промышленный потенциал стран надо иметь, чтобы допускать такую вольность? Артснабженцы в постоянной борьбе, в постоянных конфликтах. Казалось бы, мелочи войны, их каждую в отдельности легко устранить. Но может, именно из-за того, что мелочи, они возникают снова и снова. Для многих этих это начинает казаться чем-то неизбежным и естественным, и бороться с ним вроде бесполезно. Но может ли офицер-артснабженец привыкнуть к этим недостаткам? Нет, ведь это исправимо без каких-либо затрат сил и средств, в этом экономия, бережливость, уважение к затраченному, нелегкому труду рабочего, отдающего фронту все и вся. Здесь только нужна дисциплина и порядок, постоянная требовательность командиров всех степеней. Сегодня я сделал замечание по этому вопросу одному из командиров рот, мол, Вам что, трудно собрать и отправить тыл, а оружие почистить? А ответ его таков: «Почему ты мне говоришь? Это ведь оружие стреляет и пока не отказало. А что касается разбросанного артимущества, то сам, если угодно, можешь собрать и сдать до сотни винтовок». Говорю: «Да, угодно». Это обсуждалось на сборах начальников артснабжений. Был приглашен начальник политотдела. Пришел Клипачев, но мы были довольны им больше, чем Антоновым. Был и Муравьев. Беседа была полезной. Муравьев поместил несколько статей, касаемо бережливости оружия. Издали спецобращение.
19 декабря 1944 (вторник) – день 1277
…
Записка без номера декабрь 1944
Грянули морозы, встали реки. Дороги замело сугробами. По утрам дымятся инеем леса, по ночам протяжно ноют вьюги. Пришла зима. Люди зарылись в домах-землянках, как кроты. Каждый, без надобности, не высовывает нос на мороз. Стали появляться воины на лыжах.
20 декабря 1944 (среда) – день 1278
…
Записка без номера декабрь 1944
Дымка стелется над заснеженными полями. Ожидается солнечное и морозное утро. Едем по бревенчатому насту медленно, оставляя за собой километры пути. Часто приходится вставать на разъездных дорогах, ожидая прохода встречного транспорта.
21 декабря 1944 (четверг) – день 1279
Дивизия ведет разведку. Боевая задача и рубежи прежние.
Записка 013 декабрь 1944
В ремонте пулемета СГ часто приходилось иметь дело с многими неисправностями. Через несколько недель эксплуатации расчеты начинали жаловаться на заклинивание колес на осях пулемета при перемещении на поле боя. Это затрудняет работу расчета. В полках были приняты незамедлительные меры к устранению этого дефекта. Вскоре расчеты стали жаловаться на то, что горячий ствол невозможно быстро отделить от тела пулемета, когда в боевой обстановке возникает необходимость его замены. Нами были сделаны приспособления позволяющие сократить время на замену ствола. А немного позднее начали выявляться и другие неисправности: неудовлетворительное сцепление защелки крышки приемника, выход из строя маховичка точной наводки из-за его удара о станок при освобождении механизма вертикальной наводки, выход из строя деталей по причине их малой живучести. Выяснилось и неудачное крепление ствола ствольной коробки, несовершенство спускового механизма.
22 декабря 1944 (пятница) – день 1280
Обеспеченность дивизией боеприпасами в боекомплектах: гранаты ручные – 1,1 противотанковые – 0,9, 82-мм – 2,6, 120-мм – 2,6, артвыстрелы 45-миллиметровые – 1,3, 76-мм ПА – 2,0, 76-мм ДА – 2,0, 122-мм – 1,6, патроны – 1,4.
Записка без номера декабрь 1944
Кругом пустынно. По ночам поскрипывает снег. Морозно. Подняв короткий воротничок шинели, я двинулся в путь.
Записка 0612 декабрь 1944
Артснабженцы, в конечном счете, как бы это ни было трудно, при каждой полной бесперспективности, приводили к повышению истинного мастерства, к выработке более высокого профессионализма, к привитию чувства безусловного выполнения уставов и наставлений, в части ухода и сбережения вооружения.
Записка 0630 декабрь 1944
Лихой налет и смелый рейд в нашей службе неприемлем. Тут должна быть длительная, упорная и направленная работа по повышению чувства ответственности за состояние вооружения.
23 декабря 1944 (суббота) – день 1281
…
Записка 059 декабрь 1944
После полуторачасовой артподготовки части дивизии начали успешно продвигаться вперед. Перемещался и КП дивизии. На пути всюду сгоревшие, изуродованные, открытые грузовики, расстрелянные автобусы и легковые машины, артиллерийские орудия, прицепы, мешавшие двигаться войскам. Других обходных путей близко нет. Чувствуется артиллерийская и авиационная мощь, которая была обрушена на голову фашистов.
24 декабря 1944 (воскресенье) – день 1282
Совинформбюро: Войска 3-го Украинского Фронта, прорвав оборону юго-западнее Будапешта, за 3 дня, продвинулись на 40 км. Заняты города Сехешфехервар и Бичке.
25-29 декабря 1944 дни 1283-1287
…
30 декабря 1944 (суббота) – день 1288
Наступает конец 1944 года. Этот год называют годом решающих Побед Советской Армии, годом массового изгнания врага из пределов нашей Родины, родной земли, годом почти полного освобождения Советской Прибалтики от фашистских захватчиков.
31 декабря 1944 (воскресенье) – день 1289
Операторы штаба дивизии посчитали, что за прошедший месяц по участку обороны дивизии противником выпущено до 9500 снарядов и мин. В оперсводке они отмечают, что части усиленно производили инженерные работы, ставили сплошную линию минных заграждений. Оборудована вторая линия обороны. Шли усиленные занятия по боевой подготовке, отрабатывалось взаимодействие пехоты и артиллерии и техника атак цепями в составе род и батальонов. Обеспеченность боеприпасами в боекомплектах: гранаты ручные – 1,1, противотанковые – 0,8, 82-мм – 2,4, 120-мм – 2,5, артвыстрелы 45-мм – 1,3, 76-мм ПА – 2,6, 76-мм ДА – 1,9, 122-мм – 1,3, патроны – 1,4. К исходу месяца части дивизии занимают оборону: 1378 СП – Плостниэки, Шкури, Маяушки,Мазкали; 1379 СП – Мазкали, Калэты, Виднери; 1382 СП во втором эшелоне дивизии – Тейзари.
Записка 0243 декабрь 1944
Первый день нового 1944 года был 927 днем войны, а закончился он 1289 днем. В течение этого же года фронт постепенно отодвигался на запад. Начало года радовало не только боевыми успехами на фронте, но и успехами тружеников тыла. К этому времени производство артиллерийских орудий и самолетов на наших заводах превысило германское производство (100.000, а Германия 102.000, а самолеты: мы 35.000, Германия 25.000). За этой линией, образовавшейся пятимиллионной фашистской армией, страдают миллионы советских людей в фашистской неволе. Это прежде всего жители Ленинградской, Псковской, Новгородской, Оршанской, Могилевской областей, а также большей части Белоруссии, Латвии, Эстонии, Литвы, правобережной Украины, Молдавии и Крыма. Призывные пункты и госпиталя наращивают поставку защитников Родины на фронт. Учебные центры готовят их к ведению боя. Ранняя весна 1944 года. К концу января таял снег, на Украине шли дожди, вздулись реки. Аэродромы пришли в негодность. Именно тогда и начали четыре Украинских Фронта громить крупнейшую группировку врага, имея задачу освободить всю правобережную Украину, выйти к государственной границе и выйти на фланг и в тыл группы фашистских армий «Центр». Растянувшиеся фронты сосредотачивали и наращивали свои усилия по раскисшим дорогам, по лежневке, по частям. Увязая в грязи, шли войска и транспорт с необходимыми армейскими запасами. Завершилась Корсунь-Шевченковская операция, которую осуществляли 1 и 2 Украинский фронта. Разгромлено и пленено 10 фашистских дивизий и 1 бригада. Почти вся Правобережная Украина к середине апреля освобождена. За 35 дней разгромлена 200-тысячная группировка противника в Крыму и 9 мая освобожден Севастополь. В июне 1944 года на 1100 км фронте началась Белорусская операция, а к сентябрю фронт стал под Варшавой. Пройдено 600 км. Осталось до Берлина столько же. В августе наступление 3-го Украинского Фронта с Заднепровских плацдармов, 2-ой Украинский Фронт громил группу армии «Южной Украина». Здесь было окружено 18 дивизий из 24. 1944 год начался на Днепре, под Ленинградом, а в конце его был под Будапештом, под Варшавой. Освобожден Белград, вышла из войны Финляндия, освобождены Болгария, Румыния, большая часть Югославии, Венгрии. Открыт Второй фронт. Теперь предстояло освободить Прагу, Вену, взять Берлин. За год мы изгнали врага с Советской земли и почти на всем ее протяжении начали боевой поход в европейские страны.
1945
1 января 1945 (понедельник) – день 1290
По сообщению Совинформбюро: Наши войска ведут бои в районе Будапешта и вступили на территорию Чехословакии. 87 СД обороняет рубеж: Плостниэки, Маяушки, Виднери. Уничтожает пулемётным и артиллерийским огнём живую силу противника, готовится к наступательным боевым действиям. 87 СД имеет собственный состав плюс 163 АШР, 125 АМП и 1240 ИПТАП, и входит в состав 63 СК. Соседи справа 347 СД 10 СК и слева 417 СД 63 СК. Перед фронтом обороны дивизии обороняется 49 мотопехотный полк СС «Нидерланды» и первый батальон 46 пехотного полка 30 ПД немцев. Рубеж обороны имеют систему опорных пунктов с развитой системой траншей и усиленными боевыми охранениями. За последнее время противник активных действий не проявляет. За декабрь дивизия пополнилась вооружением до полной штатной потребности, не достаёт лишь: станковый пулемёт – 1, 45-мм орудие – 1, 76-мм ПА – 1, 76-мм ДА – 4 и ПТР – 3штуки. Пополнится вооружением удалось, в основном за счёт восстановления войсковыми мастерскими, подобранного на поле боя, неисправного вооружения. Личным составом: 4383 человека, в том числе офицеров – 664, сержантов – 962, рядовых – 2757, лошадей – 935, винтовок – 1918, ППШ – 1312, пулемёты ДП – 80, станковые пулемёты – 49, 120-мм миномёты – 18, 82-мм минометы 36, 122-мм гаубиц – 12, 76-мм ДА – 28, 76-мм ПА – 11, 45 мм ПТП – 22, ПТР – 40, автомашин – 151.
2 января 1945 (вторник) – день 1291
Обеспеченность дивизии боеприпасами в боекомплектах: гранаты ручные – 1, противотанковые – 0,8, 82-мм – 2,4, 120-мм – 2,5, артвыстрелы 45-мм – 1,3, 76-мм ПА – 2,6, 76 мм ДА – 1,8, 122-мм – 0,3, патроны винтовочные – 1,6, ППШ – 1,4, ПТР – 0,9.
3 января 1945 (среда) – день 1292
Части дивизии совершенствуют оборону и ведут с противником огневой бой. За сутки потери дивизии до 10 раненых.
4 января 1945 (четверг) – день 1293
…
5 января 1945 (пятница) – день 1294
Фронт на Курляндском полуострове относительно стабилизировался, но немцы, нет-нет да и пытаются наступать, с целью улучшить свои позиции. Вот и сегодня они мощным ударным кулаком предприняли наступление, но атака успешно отбита.
6-8 декабря 1945 дни 1295-1297
…
9 января 1945 (вторник) – день 1298
Дивизия продолжает совершенствовать оборону и вести огневой бой с противником. В среднем дивизии несёт потери ранеными до 10 человек.
10 января 1945 (среда) – день 1299
В оперативное подчинение дивизии вошли 376 ГАП, 831 АП, 151 ПАБр.
11 января 1945 (четверг) – день 1300
Артиллерия противника ежедневно, методично обстреливает наши боевые порядки. Артиллерия Дивизии ведёт огневой бой с артиллерией противника.
12 января 1945 (пятница) – день 1301
Совинформбюро: Войска 1-го Украинского Фронта штурмом овладели сильно укреплённым опорным пунктом Шидлов, Стопница, Хмельник, Висьлица. Сжимается кольцо вокруг Будапешта.
13 января 1945 (суббота) – день 1302
…
14 января 1945 (воскресенье) – день 1303
Совинформбюро: войска 1-го Белорусского Фронта, на Западном берегу Вислы, продвинулись на 60 км, расширив прорыв до 120 км по фронту южнее и юго-западнее города Кельце. Наши войска овладели городом Пинчув.
15 января 1945 (понедельник) – день 1304
Совинформбюро: войска 1-го Украинского Фронта в Польше овладели городом Кельце. Обеспеченность дивизии боеприпасами в боекомплектах: гранаты ручные – 1,1, противотанковые – 0,8, мины – 82 и 120 мм – 3,0, артвыстрелы 45-мм – 1,2, 76-мм ПА – 2,5, 76-мм ДА – 1,5, 122-мм – 1,2, патроны винтовочные – 1,6, ППШ – 1,5 и ПТР – 0,9.
16 января 1945 (вторник) – день 1305
Совинформбюро: войска 1-го Белорусского Фронта в Польше овладели городом Радум. Второй батальон 151 ПАБр вышел, а первый и второй батальон 26 ПАБр вошли в подчинение командованию дивизии.
17 января 1945 (среда) – день 1306
Совинформбюро: войска 1-го Украинского Фронта овладели Ченстахова, а 1-й Белорусский фронт городом Варшавой.
18 января 1945 (четверг) – день 1307
Совинформбюро: войска 1-го Украинского Фронта овладели Пиотркув, 1-го Белорусского Фронта городами Сохачев, Скерневице и Лович, 2-го Белорусского Фронта городами Псашныш и крепостью Модлин. Вышел из оперативного подчинения дивизии 1240 ИП.
19 января 1945 (пятница) – день 1308
Совинформбюро: Войска 4-го Украинского фронта в районе западнее г. Санок за 4 дня продвинулись до 80 км. Войска 1-го Украинского фронта овладели г. Краков, войска 1-го Белорусского фронта гг. Млава, Лодзь, Кутно, Томашув, 2-го Белорусского фронта гг. Млава, Дзялдово и 3-го Белорусского фронта в Восточной Пруссии продвинулись до 45 км. 87 СД по-прежнему занимается боевой подготовкой.
20 января 1945 (суббота) – день 1309
Совинформбюро: 4-й Украинский Фронт в Польше овладел городами Новый Сонг, в Чехии, Прешов Кошице и Бардева, 3-й Белорусский Фронт в Восточной Пруссии городом Тильзит, Жилин, Кауксмен, 1-й Белорусский Фронт городом Влоцавск. Дивизия в результате разведпоиска захватила два языка.
21 января 1945 (воскресенье) – день 1310
В дивизии проведена разведка боем. После 10-минутной артподготовки, налета по району Шпури в 12:00 разведотряд в составе 3-го батальона 1058 АП и 1378 СП, 2 роты 1 СБ и 163 АШР и 125 МП атаковал Шпури, ворвался в первую траншею и после короткого рукопашного боя уничтожил и частично пленил гарнизон. Боевой численный состав дивизии: личный состав – 4339, в том числе офицеров – 652, сержантов – 974, рядовых – 2711, лошадей – 926, винтовок – 1906, ППШ – 1340, пулемётов ДП – 95, станковых пулемётов – 48, 120-мм минометов – 18, 82-мм минометов – 36, 122 мм гаубица – 12, 76 мм ДА – 32, 76 мм ПA – 11, 45-мм ПТП – 22, ружья ПТР – 40, автомашин – 150.
22 января 1945 (понедельник) – день 1311
Обеспеченность боеприпасами в боекомплектах: гранаты ручные – 0,8, противотанковые – 0,7, 82 мм – 2,3, 120-мм – 2,2, артвыстрелы 45мм – 1,2, 76 мм ПА – 2,3, 76 мм ДА – 1,5, 120 мм – 1, патроны винтовочные – 0,1, ППШ – 1,2, ПТР – 0,9. Дивизия произвела перегруппировку и заняла исходное положение для наступления на рубеже Мицлави, Виднери.
23 января 1945 (вторник) – день 1312
…
24 января 1945 (среда) – день 1313
Дивизия с прежними средствами усиления с рубежа Озоли, Рушки, Малинки в 11:45 после 40 минутного огневого налета перешла в решительное наступление. В 15:00 она овладела второй линией траншей противника на рубеже 1379 СП западнее Озоли, 0,5 км 1382 СП исключая Ванаги. Введя второй эшелон, 1378 СП продвинулся ещё. В течение ночи части дивизии пополнялись боеприпасами, подтягивали артиллерию к боевым порядкам, усиленно вели разведку.
25 января 1945 (четверг) – день 1314
Совинформбюро: войска 1-го Украинского Фронта освободили город Глейвиц, Хжанув, Острув, Елье. Ценой больших потерь противника удалось потеснить 1379 СП и овладеть Озолграйкши. Дивизия трижды атакует, но встречает сильное огневое сопротивление и отходит на исходное положение. Потери дивизии: убито – 13, ранено – 39.
26 января 1945 (пятница) – день 1315
…
27 января 1945 (суббота) – день 1316
Совинформбюро: войска 2-го и 3-го Белорусских фронтов в районе Мазурских озёр заняли девять городов, 1-й Украинский Фронт города Сосновец, Бендзин, Домброва, Гурне, Челядзь и Мысловице, 4-й Украинский фронт в полосе Карпат овладел городами Водовище … завершил освобождение Литвы. 87 СД начала преследование противника. За день освободила населённые пункты Пуцее, Вецвагари Плайши, Мазкруте, Сисени, Вецмакужи. Обеспеченность Дивизии боеприпасами в боекомплектах: гранаты ручные – 0,3, противотанковые – 0,8, мины 82-мм – 1,5, 120-мм – 0,7, артвыстрелы 45-мм – 1,0, 76-мм ПА – 1,2, 76-мм ДА – 0,9, 122-мм – 0,2, патроны винтовочные и ППШ – 1,4, ПТР – 0,7.
28 января 1945 (воскресенье) – день 1317
Совинформбюро: Наши войска овладели городами Катовице, Блутен, Клайпеда, Попрад, Шенланке Дризен, освобождена Литва. Всё внимание в дивизии уделено подвозу боеприпасов.
29-30 января 1945 дни 1318-1319
…
31 января 1945 (среда) – день 1320
Совинформбюро сообщило об усиленном продвижении войск 1-го и 3-го Белорусских Фронтов. За январь месяц части дивизии понесли потери: убиты – 189, ранены – 484, разбито винтовок – 47, автоматов – 63, БТР – 4, ручных пулемётов ДП – 45, станковых пулемётов Максим – 45, 82-мм минометов – 1, 120-мм минометов – 2, 45-мм пушек – 9, 76 мм ПА – 1. Потери противника за январь месяц: убито и ранено – 1945 человек, пленено – 44. Разбито винтовок – 238, автоматов – 197, пулемётов – 94, миномётов – 21, орудий различных калибров – 19, сожжено самоходных пушек – 2 и подбито – 2. Трофеи: автоматов – 13, винтовок – 25, пулемётов – 15, миномётов – 4, 20-мм зенитных орудий – 2, полевых орудий – 2, склад с боеприпасами дивизии. В дивизии личного состава 3620, в том числе офицеров – 632, сержанта – 798, и рядовых – 2190, лошадей – 883, винтовок – 1411, ППШ – 994, пулемётов ДП – 24, станковых пулемётов – 9, 120-мм – 16, 82-мм – 31, 122-мм гаубиц – 12, 76-мм – 30, 76-мм – 8, 45-мм пушек – 16, ружей ПТР – 13, автомашин – 150.
Из воспоминаний, которые автор не успел включить в книгу:
Записка 0211 январь 1945
В письмах, как бы не старалась мать скрывать свои переживания и тягости, как бы ни старалась показать свою добрую душу, все же чувствовалось, как ей тяжело быть одной.
Записка 0257 январь 1945
Сегодня, почему-то, пришла в голову мысль: «А кто я на самом деле: хороший работник или плохой?». Сам чувствую, что мог бы работать намного лучше. Но если честно говорить, иногда наступает такое состояние, когда ничего не хочется делать. А иногда же, какие-то причины вызывают подъем, при котором можно выполнить самую трудную работу. У меня есть и другие недостатки. Например, мне очень жалко беспомощных людей, которые являются мишенью для их отчитывания. Мне приходилось слышать, что каждый человек должен быть способен о постоянно критически оценивать себя и свои поступки. Делать это необходимо, но вряд ли каждый человек может дать себе объективную оценку. Мне кажется, что оценка наиболее объективно может быть дана только объективным и внимательным человеком со стороны, изучающим твои поступки, твою жизнь, практическую деятельность на службе, в быту… И то, если человек искренний, мудрый знакомый, немного философ. А лучше всего это может сделать коллектив. Нравственное самовоспитание должно быть в самой теснейшей увязке с нравственным воспитанием в коллективе.
Записка 0304 январь 1945
Проводили сборы. Много говорили о недостатках технического характера 37-мм зенитных пушек образца 1939 г., о дальномерах и другой зенитной техники. Так мне стало не по себе, когда я оказался полным профаном в зенитной артиллерии. На второй день я вооружился руководством службы и руководством по ремонту и явился в зенитный дивизион. Арттехник этого дивизиона замечательный специалист, лейтенант Петров Аркадий Михайлович, пришел мне на помощь. За несколько суток я изучил эту систему и приборы. Теперь уже мог свободно ориентироваться в терминологии, которая часто употреблялась зенитчиками.
Записка 0311 январь 1945
Литва: пологие холмы с полосами желтых хлебов и озера между холмами. А иногда целая цепочка озер с небольшими островками, круглые небольшие леса.
Записка 0321 январь 1945
У нас состоялся разговор с оружейными мастерами _________ и _________. Прошу их рассказать, как они сумели, прямо на передовой, в разгар боя, восстановить отказавшие пулеметы. – Не знаю, сколько длился бой, и насколько он был интенсивен, – рассказывает _________, – помню, что мы с _________ уже за целые сутки сильно умаялись: переползали от одной огневой точки к другой, проверяли пулеметы, ремонтировали из. Я услышал, что пулемет, который я осмотрел только что, перестал работать. Меня словно в сердце кольнуло – неужто отказал? Кинулся туда… Преодолеваю последние метры… Вижу, оба номера расчета, разбросав руки, лежат возле пулемета. А фашисты наседают, вот уже совсем рядом. Я лег за пулемет, дважды передернул рукоятку. В ленте патроны еще есть. Как бы спаявшись с гашеткой пулемета я начал поливать фашистов в упор. Они отступили. – А мне не пришлось ложиться за пулемет вместо расчета, – сказал _________, – когда я приблизился к отказавшему пулемету, то увидел, как расчет копошится у него. Отстранил расчет. Проверяю подвижную систему, сразу же определяю неисправность. Извлекаю экстрактором, оставшуюся в стволе, гильзу. Несколько капель смазки. Пробую… Пулемет заработал. Расчет за ноги оттаскивает меня от пулемета. Мол, это уже теперь наше дело, и показывают мне на соседний умолкнувший пулемет. Короткими перебежками. У пулемета копошится солдат, второй с перебинтованной головой, снаряжает ленту. Заглядываю внутрь ствольной коробки. Вышел из строя замок. За считаные секунды меняю деталь замка. Пулемет снова обрел жизнь.
Записка 0331 январь 1945
Люди, понимающие друг друга на войне, в боевой обстановке – понимают друг друга и вне ее. Сейчас думал каждый свою думку. Бывший оружейник из Тулы знает, о чем думает бывший оружейник из Ижевска. Люди разные по своему характеру. укладу, но они до удивления слажены, дружны.
Записка 0352 январь 1945
Я курил, одну за одной, папироску, и мозг сверлила одна мысль: «Как выйти из положения, обеспечить части боеприпасами до установленных норм?
Записка 0483 январь 1945
На сборах начальников артмастерских рассмотрели вопрос выхода из строя вооружения. Установлено, что за 1944 год выход из строя значительно увеличился по сравнению с 1943 годом. Объяснения этому высказывались самые различные. Один это объясняет тем, что увеличилось общее количество вооружения в частях, другие большим эксплуатационным периодом и изношенностью вооружения. Часть товарищей склонны объяснять это тем, что наши части стали чаще прибегать к наступательным боям, чем к обороне. А в общем-то, видимо в какой-то мере все три фактора и являются причинами увеличения выхода из строя вооружения. Решили, что от нас артснабженцев требуется усиление работ по проведению профилактических мероприятий и улучшению качества ремонта, тем самым увеличив надежность вооружения в бою. Подготовил проект приказа по дивизии об усилении профилактических мероприятий и о повышении ответственности в этом вопросе как артснабженцев, так и командиров взводов, рот. В приказе от командиров частей требовалось усилить артиллерийские мастерские за счет других подразделений. Этот приказ подписан и роздан в части.
Записка 0514 январь 1945
Сегодня два стрелковых полка, после успешно проведённой артподготовки, вступили в бой в глубине обороны противника. Артиллерия участвовала в отражении контратак. Пришлось вести огонь на поражение – очень много вновь обнаруженных целей, и в том числе противотанковых средств и артиллерии. Расчётное количество боеприпасов давно израсходовано, начали расходовать неприкосновенный запас. Исключительную оперативность в своевременном обеспечении боеприпасами здесь проявили начальники артиллерийского снабжения 1058 АП старший лейтенант Меледеньков, 448 ОИПТД капитан Завидов, 1372 СП старший лейтенант Клыков и 1379 СП старший лейтенант Воеводин. Они, ни раньше, ни позже, подали точно, когда нужда. С уверенностью можно сказать, эти офицеры-артснабженцы достигли высоких форм организованности и ответственности и мастерства своего дела.
Записка 0523 январь 1945
Проверяли с ПНШ готовность артиллерии к проведению артподготовки. Обходим все ОП утром. Ходить придется весь день, по всей полосе обороны дивизии. В 5:00 мы с Лукашевичем услышали где-то в тылу, из-за леса, нарастающий гул моторов. Вскоре из-за леса, один за другим, выскакивают и мчатся к переднему краю противника наши «тридцатьчетверки», самоходные орудия СУ-76 и САУ-152. Ни одного выстрела. Правее, метрах в пятистах – такая же группа появилась минут через 5-7, и левее, метрах в семистах, минут через 10-12. Танки и САУ уже в глубине обороны противника. Завязался бой и быстро прекратился. Неожиданно для нас началась артподготовка. Вот уже 25 минут молотят все орудия и минометы по второй полосе обороны. Артподготовка прекратилась. Танки и пехота возобновили свое продвижение. Стали сниматься и выдвигаться вперед артподразделения. Расход боеприпасов был невелик. В результате чего, на старых ОП, боеприпасы остались на грунте. Артснабженцы начали продвигать эти боеприпасы вслед за наступающими войсками. В полдень завязалась жаркая схватка. Между танками и самоходными орудиями обеих сторон шла огневая дуэль. Каждая сторона стремиться захватить инициативу в свои руки. Так продолжалось 30 минут. Артснабженцы танковых частей боеприпасы подают тут же, под огнем, на танковых тягачах, и тот час, на полной скорости уходят с поля боя. Нелегкая эта работа.
Записка 0524 январь 1945
Добираясь до артполка, мы с Кузменковым осмотрели поле вчерашнего сражения броневых средств. на поле боя мы увидели сгоревшие или подбитые «Тигры», «Пантеры», «Фердинанды». Танковые тягачи убирают с поля боя наши подбитые танки и самоходные орудия. Почти в каждой немецкой машине обгоревшие трупы гитлеровцев. Такие же трупы валяются и вокруг некоторых машин, видимо выброшенные взрывом боезапаса. Работают трофейные и похоронные команды. Вот работа… Недалеко от побоища мы обнаружили несколько штабелей с немецкими снарядами. Тут же были и ящики с фаустпатронами. А ведь запасы-то большие. И все-таки не смогли гитлеровцы взять инициативу в свои руки. Значит мало того, что есть боеприпасы. Видимо нужно нечто большее. А это присуще только, и только Советскому воину. Я позвонил о боеприпасах в армию. Инженер-майор Филипцев попросил меня организовать срочно их вывоз на армейский склад для дальнейшей их подготовки к использованию.
Записка 0527 январь 1945
Начальник артснабжения 1379 СП ст. лейтенант Воеводкин пожаловался в артснабжение дивизии, что командир полка приказал ему сдать полученные в АС дивизии полотнища, которыми ему были выданы для укрытия штабелей со снарядами. Я попросил командующего артиллерией вмешаться и прекратить этот произвол. Вскоре меня вызвали к командиру дивизии. Там же был Гученко. – Товарищ Ненашев, где вы взяли эти полотнища, которыми сейчас в полках укрывают боеприпасы? – спросил меня генерал Куляко. – Еще в Севастополе, 9 мая, у ж/д вокзала в одном из пакгаузов с интендантским трофейным имуществом, – отвечаю я. – И сколько таких полотнищ вы взяли? – спрашивает он. – 25 или 30, но мы оставили у себя на ДАСе 10 полотнищ, а остальные раздали полкам, – отвечаю. – А известно Вам, что эти полотнища немцами применяются для обозначения своих наземных войск, чтобы авиация не могла ошибочно отбомбиться по своим? Ими покрываются машины, танки, самоходки или просто расстилаются на земле. – Нет, никто из нас об этом не знал, –ответил я. Георгий Петрович приказал все полотнища собрать и сдать в штаб дивизии, в комендантский взвод. Срок – к исходу завтрашнего дня.
Записка 0528 январь 1945
Все полотнища для обозначения немецких войск были сосредоточены в штаб дивизии. Всего их оказалось только 20 штук. Остальные утрачены.
Записка 0531 январь 1945
Сегодня, на партийном собрании, обсуждался вопрос материально-технического обеспечения предстоящей операции. На собрании присутствовал замначальника политотдела Клипачев и начальник оперативного отдела штаба Урванцев. На собрании первым выступил начальник оперативного отделения. Он рассказал коммунистам о предстоящей перед дивизией боевой задаче, о сроках подготовки, о поставленных задачах перед частями. Вторым выступил Клипачев. Он говорил о необходимости обеспечения авангардной роли коммунистов во всех ответственных делах по подготовке операции, о развертывании в партийной организации постоянной работы с коммунистами, направленной на повышение их чувства ответственности за порученное дело. Выступил начальник тыла Тэпин. Он ознакомил коммунистов с состоянием материально-технического обеспечения и транспортных средств подвоза. Поставил задачи перед коммунистами подчиненных ему служб. Пятым слово предоставили мне. В своем выступлении я просил коммунистов Тэпина и Зелинского более внимательно рассматривать наши заявки на транспорт для обеспечения подвоза боеприпасов. Здесь же поднял вопрос о том, по каким-то причинам, взвода подвоза боеприпасов, выделяемые нам по заявкам, прибывают в наше распоряжение без своих командиров взводов, что это сказывается на дисциплине водителей. В этом меня поддержал выступивший коммунист, начальник оперативного отделения Урванцев.
Записка 0551 январь 1945
Человек часто сбивается с прямой на кривую, а то и делает полный круг, будь это в темноте или в лесу. Таково несовершенство его ориентировочного аппарата.
Записка 0649 январь 1945
По вызову командующего артиллерией прибыл командиру дивизии. Доложился. Здесь находятся все командиры частей и отдельных подразделений дивизии. Полковник Куляко подал мне знак присесть. Слово держит начальник политотдела полковник Антонов. Пока он распекал командира 1378 СП за плохую работу с личным составом, за плохие условия быта, я всё переворошил все в голове, что же за причина моего вызова. Вот назидательная, длинная и путаная речь Антонова закончена. – Капитан Ненашев, – как-то в сердцах, как бы выкрикнул командир дивизии, – доложите, равномерно ли обеспечены стрелковые полки артиллерийскими и миномётными выстрелами? – Нет, неравномерно, – не задумываясь отвечаю командиру дивизии, – арт выстрелы и мины имеются в полках в количествах, в соответствии с характером выполнения предстоящих ими задач, согласованным с оперативным отделом и штабом артиллерии. – А почему же разница в обеспечении артвыстрелами 1378 и 1382 СП, тогда как перед ними стоят одни и те же задачи? – спрашивает меня комдив. – Есть разница в применении артиллерии этих полков, – негромко отвечаю я, – согласно плана проведения артподготовки, артиллерия 1382 СП не принимает участие в её первом периоде, а лишь работают в двух последующих. – Так ли это? – обращается комдив к командующему артиллерией полковнику Гученко. – Ненашев доложил Вам правильно товарищ комдив, – утвердительно заключил Михаил Аврамович. Мне сказали, что я могу быть свободен. Позднее мне стало известно, что причиной вызова стала жалоба командира 1382 СП, что по какой-то причине его полк обходят и не дают боеприпасов, как другим частям.
Записка 0673 январь 1945
Тэпин заболел, находится в медсанбате. Сразу же вопросы выделения в наше распоряжение автотранспорта подвоза осложнились. Третьи сутки не удовлетворены наши заявки. Оставшийся за Тэпина, начальник оргпланового отделения майор Урванцев, ничего не может поделать с командиром автороты Зелинским, который решил сразу все машины поставить под профилактический ремонт. А Урванцев сейчас единственное что может, это просить подождать машины до завтра. А завтра то же самое.
Записка 0738 январь 1945
Я привлечён к написанию листовок-памяток, которые выпускали по дивизии. Их названия были разного содержания: «Средства борьбы с танками врага», «ПТР – оружие против танков», «Грозное оружие» и т.д.
1 февраля 1945 (четверг) – день 1321
Совинформбюро: Войска 2-го Белорусского фронта владели городом Торунь. Частям 87 СД приданы 1013 ГАП, 55 ГАБр и 1226 ГАП, 55 ГБр. 87 СД по-прежнему в составе 63 СК, обороняет, занятый ею, плацдарм на Западном берегу Вартавы на рубеже: Рачи, Колея, Кучиты. Справа 357 СД 1 СК, слева 417 СД 63 СК. Дивизия готовится для дальнейшего наступления. Обеспеченность боеприпасами гранаты – 0,6, 82 мм и 120 мм – 0,8, Артвыстрелы 45 мм 0,5, 76 мм ПА и ДА – 0,4, 122-мм – 0,1, патроны винтовочные – 1,5, ППШ – 0,9, ПТР – 0,6.
2 февраля 1945 (пятница) – день 1322
Совинформбюро: Наши войска в Восточной Пруссии успешно продвигаются в районе Франкфурта-на-Одере. В районе Познани идут бои, в районе Будапешта идут бои по уничтожению окружённых групп. На участке дивизии противник предпринял четыре контратаки, все они успешно отбиты. После 15-минутного огневого налета части дивизии перешли в решительное наступление в направлении на Вецвагари – Пумпури, но безуспешно
3 февраля 1945 (суббота) – день 1323
Совинформбюро: Наши войска с боями продвигаются в Восточной Пруссии, северо-восточней и восточней Франкфурта-на-Одере. Идут бои в Будапеште. Дивизия окапывается и ведёт разведку.
4 февраля 1945 (воскресенье) – день 1324
…
5 февраля 1945 (понедельник) – день 1325
Дивизия сдала участок обороны 613 СП 91 СД и вышла на 25 км марш: Дзирнавкроге, Плеез, Мазкруте, Озолграйкши, и к 9:30 сосредоточилась в районах: Капи, Тренки, Силабунцы, Межмали и приводит себя в порядок.
6 февраля 1945 (вторник) – день 1326
Совинформбюро: Наши войска ведут успешные бои в Восточной Пруссии. Войска 1-го Украинского фронта форсировали Одер юго-восточнее Бреслау и продвинулись на 20 км расширив плацдарм до 80 км по фронту. В Будапеште идут бои за кварталы и улицы. Части 87 СД доукомплектовываются, готовятся к наступлению, проходят санобработку, чистится и ремонтируется вооружение. 12 самолётов противника сбросили на район размещения дивизии кассеты с противотанковыми минами.
7 февраля 1945 (среда) – день 1327
Совинформбюро: Идут бои южнее Кёнигсберга. Войска очищают Восточный берег реки Одер. В Будапеште уличные бои. Части 87 СД приступили к боевой подготовке.
8 февраля 1945 (четверг) – день 1328
…
9 февраля 1945 (пятница) – день 1329
1378 СП сменил 1369 СП 417 СД на рубеже: Плеез, Кнуйпес, Аизпервес. Остальные части занимаются боевой подготовкой. Формировался подвижной отряд в составе: второй батальон 1382 СП, две артбатареи третьего дивизиона 1058 АП, всего 130 человек, орудий 76-мм – 8 и автомашин – 16.
10 февраля 1945 (суббота) – день 1330
Совинформбюро: Войска 2-го Белорусского фронта овладели городом Эльбинг (на правом берегу Вислы), а Третий Белорусский фронт городом Пресиш Айлау в Восточной Пруссии. 87 СД ведёт огневой бой, готовит плацдарм к наступлению.
11 февраля 1945 (воскресенье) – день 1331
…
12 февраля 1945 (понедельник) – день 1332
Совинформбюро: Войска 4-го Украинского фронта овладели городом Бельско, а 1-го Украинского фронта городом Бунилау (в Немецкой Силезии). В сводках Совинформбюро всё чаще стали появляться сообщения об ударах по транспортам, эсминцам и другим кораблям немцев в порту Пилау и в открытом море, на путях из Курляндии в Германию. Немцы перебрасывают отсюда часть наиболее боеспособных дивизий для восстановления положения на других фронтах. Сюда же везут пополнение из Фольксштурма.
13 февраля 1945 (вторник) – день 1333
Совинформбюро: после полуторамесячной осады войска 2-го Украинского фронта и 3-го Украинского фронта овладели городом Будапешт. Зима в Прибалтике выдалась неустойчивой и капризной: то не переставая валит снег, то обрушится морозом, то внезапно наступит оттепель. Но как бы ни была капризна зима, уже начали вырисовываться приметы весны. Повеселее стало и на душе бойцов, но тревоги артснабженцев растут. С наступлением распутицы сильно усложняется подвоз боеприпасов.
14 февраля 1945 (среда) – день 1334
Совинформбюро: Войска 1-го Украинского фронта успешно продвигаются в Немецкой Силезии, заняли семь городов, а 1-го Белорусского фронта овладели городом Шнайдемюлль в Восточной Померании. Сегодня сообщено об историческом решении Крымской конференции. За последние 8 дней вела работу Конференция руководителей 3-х союзных держав. Принята Декларация об освобожденной Европе, которая предусматривает «Согласование политики 3-х держав и совместные их действия в решении политических и экономических проблем освобожденной Европы в соответствии с демократическими принципами».
15 февраля 1945 (четверг) – день 1335
Совинформбюро: Войска 2-го Белорусского фронта овладели городами Хайнице и Тухоля, а 1-го Украинского фронта городами Грюнберг, Зиммерфельд и Зорау.
16 февраля 1945 (пятница) – день 1336
В дивизию прибыло пополнение 400 человек.
17 февраля 1945 (суббота) – день 1337
Совинформбюро сообщило о занятии войсками 3-го Белорусского фронта городов Вормдитт и Мельзак в Восточной Пруссии. В дивизию поступило пополнение в количестве 350 человек
18 февраля 1945 (воскресенье) – день 1338
Совершенствуется исходный рубеж для наступления, пристреливаются цели. Части до обеспечиваются боеприпасами.
19 февраля 1945 (понедельник) – день 1339
В дивизию поступило пополнение в количестве 120 человек. Обеспеченность боеприпасами доведена в боекомплектах: гранаты ручные – 1,5, противотанковые – 0,6, мины 82-мм – 3,3, 120-мм – 2,3, артвыстрелы 45-мм – 1,0, 76-мм ПА – 1,6, 76-мм ДА – 0,7, 122-мм – 0,9, патроны винтовочные – 1,7 и ППШ – 1,4. На улице пасмурно, снегопад. Температура воздуха -5°C.
20 февраля 1945 (вторник) – день 1340
С чувством глубокой скорби услышали, что после тяжёлого ранения, 18 февраля в Восточной Пруссии скончался замечательный полководец – генерал армии Черняховский. Похоронили его в городе Вильнюс. 87 СД с 289 МП, 548 МП, 1489 САП, 48 инженерным батальоном заняла исходное положение для наступления на рубеже Олины. С 9:20 артиллерия обрабатывала передний край. Наши потери за день: убито 87, ранено 305. Ранен командующий артиллерии дивизии, замкомандира дивизии по строевой. Вышли из строя почти все командиры рот и большинство командиров батальонов. Погода пасмурная, сильный снегопад. Температура воздуха -4°С. Потери противника: убито 300 солдат и офицеров, взято в плен 26 немцев, захвачено 6 танков и 2 самоходных орудия, 7 полевых орудий 105 и 75-мм, 4 миномета, 8 пулемётов, 40 автоматов, 2 железнодорожных эшелона и 2 склада с боеприпасами.
21 февраля 1945 (среда) – день 1341
После 40 минутной артиллерийской подготовки дивизия перешла в наступление в направлении Гарни, но успеха не имела. В 14:40 снова возобновила наступление, прорвала третью линию обороны и к исходу дня вышла на рубеж: Межазиэмели, Раудениэки, Яунземьи. Противник понёс потери 400 солдат и офицеров, пленено 6 немцев, разбито 4 пулемёта, 12 минометов 4 орудия и 40 автоматов. Трофеи: 6 орудий, 30 пулемётов и 4 миномёта. Потери дивизии: убито – 69, ранено – 267. Разбито: 82-мм миномета – 3, винтовок – 10, автоматов – 7 и 45 мм орудий – 1. Сегодня в выпущенной дивизионной газете-листовке говорится о совершенном подвиге артмастером рядовым Журуевым Фёдором Матвеевичем. В бою в районе Иогули, в момент напряжённого боя, вышло из строя орудие. Под непрерывным огнём, рискуя жизнью, этот уже немолодой боец, 1890 года рождения в короткий срок произвёл замену вышедшей из строя части, чем обеспечил выполнение расчётом боевой задачи. Командир 448 ОИПТД майор Швец представил его к награждению Орденом «Слава» третьей степени.
22 февраля 1945 (четверг) – день 1342
Дивизия наступательные действия прекратила и готовит плацдарм для нового наступления. Пополняется боеприпасами. Обеспеченность боеприпасами к 18:00 составила гранаты ручные – 1,1, противотанковые – 0,9, мины 82-мм – 1,8 122-мм – 0,3 артвыстрелы 45-мм – 1,5 76-мм ПА – 1,4, ДА – 1, 122 м – 0,2, патроны винтовочные – 1,4, ППШ – 1,2.
23 февраля 1945 (пятница) – день 1343
С большим интересом изучаем приказ Верховного Главнокомандующего № 5, в котором ВГК призывает помнить, что чем ближе наша Победа, тем выше должна быть наша бдительность, тем сильнее должны быть наши удары по врагу. «С именем родного Сталина! Вперёд! К Победе!» призывает лозунг. Совинформбюро сообщило о взятии 1-м Белорусским фронтом города Познань. После 40 минутной артподготовки в 9:30 дивизия атаковала противника и к 18:00 вышла на рубеж Северная опушка леса западней Паузари.
24 февраля 1945 (суббота) – день 1344
87 СД сдала полосу наступления частям 77 и 417 СД, вышла во второй эшелон 63 СК и сосредоточилась Межазиверты, Раудениэки, Яунземьи.
25 февраля 1945 (воскресенье) – день 1345
Дивизия приводит в себя в порядок, пополняется боеприпасами и готовится развивать успех 77 и 417 СД. Дивизия пополнилась личным составом за счёт тыловых подразделений. Боевой численный состав дивизии: личного состава – 3165 человек, в том числе офицеров – 533, сержантов – 767, рядовых – 1864. Лошадей – 803, винтовок – 1232 (+ 743 на ДАСе), ППШ – 651 (+ 699), ручных пулемётов – 11 (+ 121), станковых пулемётов – 10 (+ 31), 122-мм минометов – 12, 82-мм минометов – 21 (+ 9), 122-мм гаубиц – 12, 76-мм дивизионных пушек – 28 (+ 1), 76-мм полковых пушек – 6 (+ 6), 45 мм пушек – 4,(+14), автомашин – 150.
26 февраля 1945 (понедельник) – день 1346
87 СД готовится к развитию успеха 77 и 417 СД.
27 февраля 1945 (вторник) – день 1347
Совинформбюро: войска 2-го Белорусского фронта овладели городом Шлохау, Бальдельберг, Бублиц.
28 февраля 1945 (среда) – день 1348
Войска 2-го Белорусского фронта овладели городом Нойштеттин и Прехлау. 87 СД заняла оборону во втором эшелоне 77 СД на рубеже: Маздрвинш, Кузукрокс, Дрейцмани. Обеспеченность дивизии боеприпасами в штуках и б/к: гранаты ручные – 7270 (1,1), противотанковые – 1710 (1,0), 82-мм – 7970 (2,8), 120 мм – 60 (0,1), артвыстрелы 45-мм – 4004 (1,5), 76 мм ПА – 1665 (1,6), 76 мм ДА – 383 (0,8), 122-мм – 563 (0,3), винтпатроны – 568700 (1,4), патроны к ППШ – 488680 (1,4), патроны ПТР – 2200 (1,0), 26-мм сигнальные – 8150 (0,4). Потери дивизии за февраль месяц: ранено – убито – заболели – Итого офицеров – 82 – 28 – 11 – 121 сержантов – 280 – 40 – 30 – 350 рядовых – 1022 – 199 – 123 – 1344
Из воспоминаний, которые автор не успел включить в книгу:
Записка 0231 февраль 1945
Есть такая хлопотливая должность в армии. А хлопотная она, прежде всего, обязательной компетентностью и ответственностью за состояние оружия, боеприпасов, приборов… Плохо отстреляется подразделение, сразу же начинаются ссылки на плохое техническое состояние оружия. Так бывало в мирное время. В военное время хлопот работникам службы артснабжения намного прибавилось. Работа требовала усиления творчества, располагающая умственными и душевными затратами. Первостепенной обязанностью начальника АС в части является постоянная осведомленность о техническом состоянии вооружения, боеприпасов, о состоянии ухода и сбережения за ними, постоянная выработка и осуществление мер, направленных на содержание их в постоянной боевой готовности. А сколько времени отнимает у начальника АС учет и отчетность. Каждый день, месяц, квартал, год в части скапливаются сотни документов, исписанных трудолюбивой рукой инженера или техника. Сколько лет пытались упростить учет – отчетность. Но с появлением более сложных видов вооружения, их техническая документация усложняется, а соответственно, усложняется и учет. Эта должность, пожалуй, самая парадоксальная и сложная – убеждать в очевидном, разъяснять прописные уставные истины по уходу за вооружением, напоминать, требовать. Казалось бы, кто больше заинтересован в постоянной работоспособности оружия – командир подразделения, которому оно вручено, или АС. Вот и приходится начальнику АС спорить, входить в конфликты: доказывать и требовать, чтобы оружие содержалось в порядке, чтобы командиры всех степеней своевременно следили за его содержанием, как это написано в уставе.
Записка 0733 январь 1945
Нахожусь в ОИПТД. Командир дивизиона только что получил команду изготовиться для отражения танковой атаки. Артиллеристы выдвигают орудия для стрельбы прямой наводкой, изготавливаются. Но долго ждать не пришлось. Вот из лощины вылезают друг за друг 7 немецких танков с десантом автоматчиков. Развернувшись в боевой порядок, они издали сразу же открыли огонь. Снаряды рвутся в расположении батарей. Поступила команда на открытие огня. Все орудия дивизиона дружно заговорили. Подбиты один так, второй, третий. Гитлеровцы всюду получают отпор. Атака отражена с большими потерями для противника: он оставил на поле боя 6 танков из 7 и до 60 человек убитыми.
Записка 0233 февраль 1945
Встретились с _________ мы снова. И опять разговор наш прервался на полуслове. Геннадий спешил в штаб, на склад, в подразделения. В артснабжение дивизии… Такая уж должность начальника АС. Помочь ему можно, заменить нельзя. И все-таки были минуты, когда мы оставались одни, и Геннадий, отчего-то смущаясь, разминая пальцами, рассказывал о своих родителях, о друзьях, о себе. Родился он на _________ в селе _________. Отец работал полеводом в колхозе, с утра уходил в поле. Намечал бригадам дневные задания, подсчитывал выработки, уточнял нормы. Домой возвращался обветренный, усталый. медленно по-крестьянски ел. Расспрашивал о школьных делах. Днем Геннадий купался в речушке, гонял футбольный мяч… Успешно закончил школу, поступил в _________.
Записка 0255 февраль 1945
Многие артснабженцы, вроде бы, не совершали никаких подвигов – просто исполняли солдатский долг. Это самые обычные люди. Они являются воплощением лучших черт: скромности, независимости, мужественности и бескорыстия, обостренной любви к людям. товарищеской выручке.
Записка 0320 февраль 1945
Командир пульроты старший лейтенант Каргальцев рассказал: Полк вел тяжелый бой. Фашисты пошли в контратаку. В этот момент, надо же такому случиться, отказали в работе 3 станковых пулемета. положение критическое. Надо было срочно перебрасывать пулеметы с других участков. Но времени нет. Уже было решился на переброску пулеметов из 2-го взвода. И тут один за другим пулеметы вновь заговорили. В течение часа их огонь сдерживал натиск врага. Позже стало известно, что помог обрести жизнь оружейный мастер _________, оказавшийся тут как тут.
Записка 0379 февраль 1945
Сегодня нам рассказал _________, что в Америке существует законодательство, применяемое при разводе. Если муж приучил жену к определенному образу жизни, то при разводе он должен обеспечить ей такое же существование до конца дней.
Записка 0380 февраль 1945
Фронтовые условия вынудили людей жить шиворот-навыворот: работать больше ночью, чем днем.
Записка 0382 февраль 1945
В жизни не бывает все приглаженным и прямолинейным. В действительности же каждый шаг воина на фронте осуществляется с огромным напряжением моральных и физических сил. Каждый воин постоянно держал под напряжением, в готовности свою творческую энергию, и когда это требовалось, находил наиболее эффективные формы своей служебной деятельности. Так было с воинами, которые находились на передовом рубеже, и с воинами, обеспечивающими их боевую деятельность.
Записка 0493 февраль 1945
Вызвал к себе командир дивизии. Он спросил не возражаю ли я, чтобы меня утвердили в должности начальника артснабжения дивизии. Здесь же присутствовал командующий артиллерией дивизии. Здесь же я впервые услышал, что согласно приказа по 51 А, инженер-капитан Лысенко А.Н. откомандирован в распоряжение армии. – Спасибо за доверие, постараюсь его оправдать, – ответил я. На этом и было решено. Приказом по дивизии я допущен к исполнению должности начальника.
Записка 0494 февраль 1945
Сразу же, как ушатом вылились дополнительные заботы и волнения. Стараюсь не упустить ничего. Но вскоре определил свой круг обязанностей: вопросы организации и контроля за исполнением. Всякие другие вопросы должны решать мои помощники. Стараюсь установить и подчинить работу плановости, хотя бы относительной, насколько это позволяет обстановка. Вызвал командующий артиллерией и познакомил меня с вновь прибывшим на должность АС дивизии майором Кащеевым. До этого он был помощником начальника АС 63 СК. Меня не утвердили в должности, считая, что мне рано и у меня все впереди. Особого огорчения я не ощутил.
Записка 0508 февраль 1945
Всё-таки при всех имеющихся недостатках хороша 122-мм гаубица образца 1938 года. Мне ещё с училища известно, что эта гаубица детище конструкторского бюро Ф.Ф. Петрова. Фёдор Фёдорович Петров, ныне Герой Социалистического труда, доктор технических наук, лауреат Ленинской и четырёх Государственных премий. Более 40 лет на вооружении Советской Армии находятся пушки, гаубицы и самоходные орудия, рождённые в конструкторском бюро Петрова. Многие из них прошли по дорогам Великой Отечественной войны и с честью выдержали этот суровый и трудный экзамен. В послевоенные годы автору этих строк не раз приходилось по службе встречаться с Ф.Ф. Петровым. Этот человек влюблённый в свою работу. О каждом орудии он говорит почти с такой же теплотой, как родители говорят о детях. Вспоминал он на наших сборах артвооруженцев округа, рассказал ряд интересных историй, связанных с созданием чуть ли не каждой системы. Он нам рассказал, что 122-миллиметровая гаубица образца 1938 года была разработана по собственной инициативе в 1937 году в течение 7 месяцев. Задание на его разработку было дано другому заводу, но на конкурсе проектов оказалась лучшей, и она была принята на вооружение. До этого была разработана 152-мм гаубица-пушка, совмещающая свойства, а затем введено 13 переменных зарядов. Это позволяло стрелять под углами возвышения до 65°, и не хуже пушки вела огонь на дальность более 17 км, обеспечивая начальную скорость снаряду 665 м/с. В 1943 году 152-миллиметровая гаубица Д-1 была создана всего за 18 дней. При сохранении всех тактико-технических данных, она почти на тонну стала легче своей предшественницы и маневреннее. 76-мм пушка заменена на 85 и 122-миллиметровые пушки, повысив их огневые возможности вдвое. В середине 1944 года завершили создание мощной 100-миллиметровой самоходной СУ-100 взамен СУ-85.
Записка 0526 февраль 1945
Сегодня мы обсудили с НАС частей некоторые вопросы, касающиеся обеспечения боеприпасами. Мы пришли к выводу, как показала практика, боеприпасы. запланированные к расходованию в ходе артиллерийской подготовки атаки, сопровождения и обеспечения боя в глубине, как правило, в 99 случаях из 100, расходуются полностью, без остатка. Поэтому эти боеприпасы подлежат списанию за день до артподготовки и в расчет обеспеченности частей не включать. Это необходимо чтобы выиграть время для дальнейшего пополнения частей боеприпасами и не ориентироваться на то большое количество, которое будет израсходовано в считанные минуты. Сегодня же пришли к выводу, что время на передачу боеприпасов в каждом звене от армии до подразделения относительно уменьшается за счет повышения скорости транспорта подвоза. Это вызвано тем, что чем ближе к линии соприкосновения, тем меньше на дорогах (путях подвоза) машин и повозок. Это должно учитываться в практической деятельности при расчетах времени на подвоз.
Записка 0530 февраль 1945
Передний край обороны 1379 СП занимает невыгодный рубеж. Подходы к переднему краю противником просматриваются и пристреляны. Подразделения начали отрывать ходы сообщений, но их далеко не достаточно. Подносчики патронов и доставщики пищи страдают больше всего. Жертвы большие. Начальник артснабжения лейтенант Воеводкин предложил доставку боеприпасов в подразделения производить на волокушах с помощью лебедки с тросами. Ему удалось добыть 12 лебедок и несколько сот метров небольшого диаметра троса. На самых опасных участках было установлено 6 точек. В последствии, на этих же волокушах (и прикрепленными к ним для устойчивости лыжам) подавались не только боеприпасы, но и пища, эвакуировались раненые… Проблема была решена… Выход из строя личного состава от огня противника резко сократился. Волокуши использовались еще долго, даже когда сошел снег. Молодец Воеводкин, заслуживает похвалы за инициативу и находчивость.
Записка 0647 февраль 1945
Начальник штаба дивизии выделил с каждого СП по две роты для прочесывания лесов в районе расположения тыловых частей дивизии. Для этой цели привлечен и личный состав тыла. Во время прочесывания произошел такой случай. Прочесывание проводилось цепью, на расстоянии видимости друг друга. – Вдруг, как сквозь землю провалился техник лейтенант Кургак, – рассказывает кладовщик рядовой Пивоваров, – кричу ему, но ответа нет. Подхожу к тому месту, где видел его в последний раз. Слышу глухие звуки. Приближаюсь и окрикиваю Афанасия… Оказывается, он провалился в замаскированную яму. При осмотре оказалось, что здесь кто-то длительное время обитал. Это подтверждали остатки пищи, оставленная рваная гражданская одежда. А когда разобрали сверху покрытие, и в яме стало светло, мы обнаружили замаскированный в стенке лаз. Мы сделали несколько очередей из автоматов. Вскоре к нам присоединилось еще несколько человек из команды прочесывания, разделали лаз. Производим в него несколько автоматных очередей – молчок. Вдруг, вскоре кто-то обнаружил появление в недалеке, одного за другим, немцев. Они выбирались из укрытия. Завязался бой и длился четверть часа. Пять немцев подняли руки вверх, сдались. Трое были убиты и трое ранены. Оказалось, все они находились в хорошо укрытой землянке, входом в которую была яма, в которую угодил Кургак. А вышли они по запасному выходу. К вечеру мне довелось осмотреть это очень хорошо замаскированное сооружение. А какая же красота в лесу. Кругом земляника, черника. Глаза разбегаются. Все, кто были в лесу, только и видно, как каждый из них делает поклоны лесной красавице, осторожно срывая веселую, любящую простор, ягоду. А вкус и аромат непередаваемы…
Записка 0648 февраль 1945
Сегодня мне поведали такую историю, случившуюся на ДАСе. Рассказал мне ее рядовой Дорохов. – Рано утром я решил обойти расположение склада по периметру, – говорит Иван Иванович, – и вдруг, неожиданно, из-под самого носа, вылетела какая-то птица. Попытался проследить за ее полетом. Но она быстро скрылась в кроне большого дерева, чтобы не спугнуть птицу я присел и стал наблюдать из-за другого дерева, не объявится ли она еще раз. Тут то я и обнаружил высоко на дереве что-то неестественное, в виде целого большого кома из листьев. Думаю, может это какое гнездо? Вдруг этот ком спустился ниже на одну ветку. Что же за чудо. Я весь внимание. Обнаруживаю сапог – один, второй… Да это же замаскированный человек. Вскидываю автомат и кричу: «Эй! Кто там на дереве? Слезай, а то стрелять буду!». Молчок. Даю автоматную очередь. Вот посыпались со ствола ветки, листья и человек обнажился. Быстро слезает с дерева. Прыгает на землю. Сразу же поднимает руки вверх. Ну и привел я его в тыл. Говорят, немец наблюдал режим охраны и работы склада, чтобы безопаснее с ним разделаться.
Записка 0722 февраль 1945
Мы остановились в хуторе, затерянном в болотах обширной низменности. На входе оставили табличку «Хозяйство Ненашева». Куда ни глянь, болота в редкой поросли чахлой сосны и ольшаника, мутные бочажки стоячей воды, густые камышовые заросли с комарьем. Об укрытии боеприпасов в землю не могло идти и речи, так как стоит снять дерн на один штык лопаты, как появляется вода. Наоборот, стараемся поднять штабеля боеприпасов ка можно выше от земли. Приняли все меры более тщательной маскировки не только склада, но и всех подъездных путей к нему. Усилили его охрану. За последнее время все чаще практикуем подвоз боеприпасов в части минуя дивизионный склад. В данном неудачном расположении принято решение больше не завозить боеприпасы на ДАС. Принимаем меры к увеличению содержания подвижных запасов непосредственно на машинах. Но на сегодня удалось создать такой запас лишь на 7 «Студебеккерах».
Записка 0740 февраль 1945
Первые артиллерийские залпы. Стрелки часов показывали 4:30. Одновременно загрохотали сотни орудий и минометов. А вот и появились в небе штурмовики, проносясь над верхней кромкой леса и, неторопливо плывут в воздушной синеве неба, бомбардировщики. Земля вздрагивает, в воздухе смрад. Вспоминаю первые годы войны. Нечего было и думать об артподготовке. Бой, как правило, выигрывался любой ценой, не считаясь ни с какими потерями. Всюду были слышны слова – «Любой ценой!». Теперь же, неоправданная потеря даже одного бойца или командира, рассматривается как преступление.
1 и 2 марта 1945 дни 1349-1350
…
3 марта 1945 (суббота) – день 1351
Совинформбюро: войска 2-го Белорусского фронта овладели городами Руммельсбург и Полянов.
4 марта 1945 (воскресенье) – день 1352
…
5 марта 1945 (понедельник) – день 1353
Совинформбюро: войска 1-го Белорусского фронта овладели городами Штаргард, Наугард и Польцин.
6 марта 1945 (вторник) – день 1354
Совинформбюро: войска 1-го Белорусского фронта овладели в Западной Померании шестью городами, а 2-й Белорусский фронт городом Грудзяндз.
7 марта 1945 (среда) – день 1355
Совинформбюро: войска 1-го Белорусского фронта, овладев несколькими городами, находятся на подступах к городу Штеттину, 2-го Белорусского фронта овладели городом Гнев, Старогард на подступах к Данцигу, 2-го Украинского фронта в Чехословакии овладели городом Банска-Штевница. Пометка на полях: «сестра хирургического приёмного отделения Морозова Ася награждена медалью «За боевые заслуги» командир 523 ОМСБ капитан Шкуратенко в реляции от пятого марта 1945 года: «За период пребывания в Прибалтике она обеспечила до 1.500 раненых, а за всю работу в медсанбате до 6.000 человек…».
8 марта 1945 (четверг) – день 1356
Совинформбюро: войска 2-го Белорусского фронта успешно продвигается к Данцигу.
9 марта 1945 (пятница) – день 1357
Совинформбюро: войска 2-го Белорусского фронта овладели городом Штольп в Северной Померании. Штаб 87 СД отдельный дом 500 м юго-восточней Юдейсмужа.
10 марта 1945 (суббота) – день 1358
Совинформбюро: войска 2-го Белорусского фронта на Данцигском направлении успешно продвигаются.
11 марта 1945 (воскресенье) – день 1359
…
12 марта 1945 (понедельник) – день 1360
Совинформбюро: войска 1-го Белорусского фронта овладели городом Кистжинь, а 2-го Белорусского фронта вышли на побережье Данцигской бухты севернее Гдыни, заняв город Пуцк.
13 марта 1945 (вторник) – день 1361
…
14 марта 1945 (среда) – день 1362
Совинформбюро: войска 2-го Украинского фронта овладели городом Зволен в полосе Карпат.
15-17 марта 1945 дни 1363-1365
…
18 марта 1945 (воскресенье) – день 1366
Пометка на полях: «Сегодня награждён Орденом Красного Звезды командир пульроты 1382 СП старший лейтенант Каргальцев Владимир Иванович, 1920 года рождения».
19 марта 1945 (понедельник) – день 1367
…
20 марта 1945 (вторник) – день 1368
Совинформбюро: войска 1-го Белорусского фронта овладели городом Альтдамм, а 3-го Белорусского фронта городом Браунсберг в Восточной Пруссии.
21 марта 1945 (среда) – день 1369
…
22 марта 1945 (четверг) – день 1370
Совинформбюро: войска 1-го Украинского фронта овладели городами Ноиштадт, Козель и другими, разгромив группировку войск юго-западнее Оппельн.
23 марта 1945 (пятница) – день 1371
…
24 марта 1945 (суббота) – день 1372
Совинформбюро: войска 1-го Украинского фронта овладели городом Нейссе и Леобшютц в Силезии, а войска 3-го Украинского фронта юго-западнее Будапешта продвинулись на 70 км на фронте более 100 км.
25 марта 1945 (воскресенье) – день 1373
…
26 марта 1945 (понедельник) – день 1374
Совинформбюро: войска 2-го Украинского фронта овладели в Чехословакии городом Банска Быстрица, а 3-го Украинского фронта городами Папа и Девегер. В недалеко от порта Лиепая наши торпедоносцы и бомбардировщики уничтожили немецкий танкер «Засниц» с пятью тысячами тонн горючего для Курляндской группировки.
27 марта 1945 (вторник) – день 1375
Совинформбюро: войска 1-го Украинского фронта в Силезии овладели городами Штрелен и Рыбник.
28 марта 1945 (среда) – день 1376
Совинформбюро: войска 2-го Белорусского фронта овладели городом Гдыня на Балтийском море, 2-го Украинского фронта по Южному берегу Дуная овладели городами Дьер и Комарол, 3-го Украинского фронта форсировали реку Раба и овладели городами Горно и Шарвар.
28 марта 1945 (среда) – день 1376
Совинформбюро: войска 3-го Белорусского фронта завершили ликвидацию окружённой Восточно-Прусской группировки немецких войск юго-западнее Кёнигсберга. Пленено 50.000 и 80.000 убитых. Захвачено 605 танков и свыше 3.500 полевых орудий. Войска 3-го Украинского фронта овладели городом Кесег.
29 марта 1945 (четверг) – день 1377
…
30 марта 1945 (пятница) – день 1378
Совинформбюро: войска 2-го Украинского фронта овладели пятью городами по западным берегам рек Грон и Нитра. 3-й Украинский фронт к западу от озера Балатон овладел городами Залаэгерсег и Кестень. 2-й Белорусский фронт завершил разгром Данцигской группировки немцев и овладели городом Гданьск.
31 марта – 1 апреля 1945 дни 1379-1380
…
Из воспоминаний, которые автор не успел включить в книгу:
Записка 0330 март 1945
Все трудности, какими бы они ни выглядели, сегодня не должны вставать предметом размышления и сопоставления их с фронтовыми делами. Ведь фронтовикам приходилось, кроме всего прочего, решать такой вопрос: «Отдать жизнь или нет?»
Записка 0228 март 1945
Половодье рек всегда вызывает прилив особых чувств к этому грозному и величественному явлению природы. Весенние воды взламывают ледовый панцирь, наполняют до краев русла рек. Оставшиеся в излишке воды заливают земли, разрушают мосты, затапливают дороги.
Записка 0230 март 1945
За окнами дома (казармы) – старинная дубовая роща. Чернеют под влажным ветром могучие стволы. вдали, на опушке галдят, табунятся в роще стаи ворон. Это март…
Записка 0136 март 1945
В тишине солнечного утра на поляну, окруженную густым кустарником и березами, осматриваясь, осторожно вышел человек. Он постоял, прислушался и пошел дальше. Вслед за ним, из кустов, сразу же потянулась цепочка людей, одетых в рваную гражданскую одежду. Люди торопливо с оглядкой перебегали полянку, снова укрываясь в кустах. Мы насторожились.
Записка 0148 март 1945
Вырываясь из фашистской неволи с оккупированной территории, женщина с двумя малолетними детьми, еще дошкольного возраста, пытались перейти непрочный весенний лед. Вот все трое очутились в полынье, женщина упиралась в дно ногами, пыталась вытолкнуть малышей на лед, но он крошился, а дно, с каждым шагом, уходило у нее из-под ног – становилось все глубже и глубже. Немцы и наши наблюдали эту картину. Стрельбу никто не вел. И вот, наши три бойца поспешили на выручку. Немцы открыли по ним огонь. Заработала вся огневая система и наша, и противника. Завязался небывалый огневой бой. А солдаты Гришкин Тимофей, Козлов Валерий и рядовой оружейный мастер Григорьев Вася, этим временем добрались до реки, разламывая лед, подобрались к обессилевшей женщине с детьми. Фашисты перенесли пулеметный огонь на смельчаков. Но все кончилось хорошо. Матерью оказалась 30-летняя женщина, жена командира Красной армии Незнаева Евдокия Артемьевна со своими детьми Аллой и Володей. Первой 4 годика, второму 6 лет. Вскоре, у железной печурки, Евдокия Артемьевна, Алла и Володя, окруженные вниманием воинов, отогревались и сушились, накрывшись солдатскими шинелями.
Таких подвигов воинами нашего соединения было совершено много. Но сейчас, когда более чем 30 лет спустя я прочел письма товарищей и воскресил в памяти лица молодых, честных и беззаветно отважных ребят. Меня взволновали не только подвиги ими совершенные, но прежде всего источник их отваги и бесстрашия.
Записка 0342 март 1945
Приказано: 1. Хождение военнослужащих только группами, вооруженными автоматами. 2. Во всех кабинах автомашин должны храниться автоматы и карабины, в удобном месте для их применения водителем. 3. Усилить охрану складов с боеприпасами, вооружением, продовольствием и горючим. Заказали и изготовили накидные хомуты с мягкой прокладкой для крепления оружия в кабинах автомашин и спец ящики для хранения запаса боеприпасов. Заняты все артмастерские, делают по единому чертежу, разработанному артснабжением дивизии и одобренному командующим артиллерией и комдивом. Артмастерские в полках получили задание на изготовление приспособлений для крепления оружия в кабинах. После чего их установка возложена на шоферов. Одновременно шла разработка охранной сигнализации складов боеприпасами и вооружением. Используя имеющийся опыт, разработан эскиз простейшего устройства ствола со спусковым механизмом и бойком для выстрела ракет.
Записка 0495 март 1945
Майор Кащеев с помощником по боеприпасам капитаном Шевченко выехали на попутной машине в АС армии для сверки учетных данных по вооружению и боеприпасам. К вечеру капитан Шевченко явился в наше расположение и отдал ординарцу Кулишу две курицы. Он приказал готовить ужин. Сам он скоро вернется. Вернулся он через 2-3 часа, когда курицы были готовы. Все, кто был здесь, не дожидаясь его, приступили к ужину, нахваливая предприимчивого Шевченко. Но вот он и вернулся. За столом он поведал нам, что майор Кащеев, спрыгивая с кузова грузовика был придавлен сзади идущим грузовиком. Он получил тяжелую травму тазобедренной кости и отправлен в госпиталь. На вопрос, где он раздобыл куриц, ответил, что купил и мы с ним должны за них рассчитаться. Никто не возражал.
Записка 0496 март 1945
Сегодня довелось видеться и разговаривать с другим очевидцем аварии, в которой майор Кащеев оказался жертвой. Это шофер автотранспортной роты. Он сообщил подробности, обстоятельства дела. Сразу после получения травмы Кащеев был помещен в кабину его машины, а капитан Шевченко вел какие-то переговоры с шофером машины, которой был совершен наезд. Потом капитан Шевченко принял из рук водителя две курицы и отпустил машину, даже не записав ее номера. Значит, капитан Шевченко совершил сделку с шофером, виновным в аварии, и отпустил его с Богом. Мало того, что разменял свою совесть на две курицы, он еще и превратил в деньги, как удобное содержание средств обогащения. Случайно ли это? Нет, не случайно. Шевченко такие дела присущи. Замечалась за ним нечестность по отношению к товарищам и раньше. Шкурнические вопросы решались им на каждом шагу в первую очередь. Не случайно он под Керчью угодил под суд военного трибунала и получил 10 лет тюрьмы.
Записка 0497 март 1945
Комдив вызвал КАД и меня. Приказал срочно написать представление Военному Совету 51 А с просьбой утвердить меня в должности НАС.
Записка 0498 март 1945
По вызову был в отделе кадров артиллерии армии. Беседовали со мной майор Серегин и Агапов. Сообщили мне, что против моего утверждения возражает командующий артиллерией армии, Член Военного Совета Телегин. Мол, Ненашеву исполнилось только 22 года, а вы уже даете ему такую ответственную работу. Найдите человека постарше.
Записка 0499 март 1945
Командующий артиллерией дивизии мне сообщил, что вчера комдив, будучи вызванным к командующему армией, обращался к командующему Крейзеру Я.Г. о моем назначении. Крейзер, якобы, дал указания Телегину, больше на эту должность никого не направлять, оформить мое назначение приказом.
Записка 054 март 1945
Окруженные немцы и разбредшиеся по лесам, отчаянно пытались вырваться и мелкими группами, и большими. Штаб дивизии постоянно поднимают по тревоге, чтобы занимать круговую оборону. В ряде случаев немцы стараются уклониться от боя. Уходят в чащу леса и пробираются по дебрям. Но вот сегодня особый случай. На опушке показались немцы. Отделилось от опушки около 20 немцев с автоматами в руках. Вот они вышли на открытое место. Из леса появилась вторая группа. Неожиданно на открытую поляну начал приземляться связной самолет ПО-2. Немцы залегли и открыли по нему огонь. Открыли огонь по немцам и мы. Самолет, пробежав, остановился. Немцы перебежками начали приближаться к самолету. Наша небольшая цепочка, ведя огонь из автоматов, бросками приближалась к самолету. Летчик, сориентировавшись в обстановке, начал отстреливаться из пистолета. По команде начальника штаба наша цепочка была поднята и ринулась на немцев. Фашисты не выдержали, побежали в лес. Но наши автоматные очереди и гранаты многим из них не позволили добраться до него. На поляне осталось лежать 18 убитых и раненых немцев. К сожалению, на нашей стороне были 5 тяжело раненых бойцов с комендантского взвода. Самолет поврежден не был.
Записка 0565 март 1945
Уж очень плохо живут между собой Шевченко и Зельдич. Что это? Отсутствие совместимости между ними или невозможность сработаться? По-моему, и то, и другое. Разница лишь в том, что в первом случае ориентация на другого человека, а во втором – на предмет совместной деятельности. Оба они ориентируются только на личные симпатии и антипатии. В совместной же работе сработанность должна преобладать над совместимостью. Но ведь здесь им приходится не только трудиться, но и постоянно находиться вместе, заменять друг друга в работе. Следовательно, должна быть полная совместимость. Большой разницы в возрасте у них нет. Все-таки сказывается у них разный круг интересов: один – инженер-механик, другой – малограмотен.
Записка 0580 март 1945
Кругом господствуют еще не стаявшие снега, а на нейтральной полосе уже начали обнажаться проталины. Они появлялись там, где лежала неизвестно кем, до нашего прибытия, оставленная арт и автомобильная техника. Сегодня ночью подразделения 1382 СП и все артснабженцы полка работали над эвакуацией этой техники. К утру во втором эшелоне полка были сосредоточены: 4 105-мм немецких орудия, 2 45-мм пушки, 2 2 шестиствольных миномета и 2 грузовые немецкие автомашины. Вокруг этой техники, с озабоченными лицами, бегают и стучат молотками техники, артмастера, шофера…
Записка 0582 март 1945
В лощинке блестел и прыгал на солнце свободный ото льда ручеек. Целый взвод устроился вдоль него, стирая носовые платки, портянки… Некоторые уже справившись с этой работой, развесили стираные вещи на ветках кустарников. Спрашиваю, кто здесь старший. Оказалось, взводом командует старший сержант Ушаков. Начали проверку оружия. Обнаружили неисправности и тут же мастер их устранил. Хуже оказалось с носимым запасом боеприпасов. Его просто не оказалось. На каждого солдата в общей сложности было по 15 патронов и 3 ручных гранаты.
Записка 0667 март 1945
В лесу на полянках уже зазеленела трава. Тут как тут скоро появятся кузнечики. По еще не зазеленевшим кустам шныряют дрозды и сойки. Воздух прозрачен и чист. С восходом солнца появляются, обогретые лучами солнца, на деревьях, на стволах сосен, блестки смолы. Седина зимы на вершинах деревьев превращается в капель.
Записка 0668 март 1945
По утрам стало морозить. Уже с вечера умолкают подснежные ручьи и нежный звон капели.
Записка 0669 март 1945
На фронте было принято соблюдать русские обычаи: на погибших ставили тарелки и чарки, будто они где-то задержались и сейчас войдут, но вместо тарелок и чарок были алюминиевые солдатские кружки.
Записка 0712 март 1945
После отчётно-выборного партийного собрания, на первом заседании бюро меня избрали секретарём бюро, но вряд ли я смогу быть настоящим секретарём. Ведь это отвлечёт от работы начальника артснабжения. Где брать свободное время? Членов партии в управлении дивизии более 80 человек, состав бюро – 9 человек.
Записка 0713 март 1945
По вызову был у начальника политотдела полковника Антонова. Получил индивидуальный инструктаж по предстоящей работе секретаря парторганизации управления. Из инструктажа понял, что основной линией, проводимой начальником политотдела – это настойчивое проведение в жизнь указаний политотдела, и обязанность секретаря уметь убедить членов бюро в необходимости проведения мероприятия, рекомендовавшего политотделом. Что-то сомневаюсь в правильности такой постановки вопроса. А почему же не должно быть главным инструментом в постановке и решении вопросов партийное бюро? Ведь это политический орган, которому коммунисты доверили осуществить партийные дела в управлении дивизии. Иду к уважаемому заместителю начальника политотдела Клипачёву откровенно поделился с ним своими сомнениями. – А ты сам поймёшь правильно это или неправильно, – уклонился от прямого ответа Клипачёв, – понимание в этих вопросах приходит с практикой. Из такого ответа я понял, что товарищ Клипачёв не хотел обсуждать действия своего начальника, потому, если бы это было правильно, то он непременно постарался бы меня убедить.
Записка 0714 март 1945
Вызвал начальник политотдела. Состоялся разговор-указание: – Срочно рассмотрите на бюро аморальный поступок начхима подполковника Герасимова, – сказал Антонов, – он вчера находился в нетрезво состоянии и на мои замечания ответил грубостью. – Но ведь прежде, чем рассмотреть на бюро, необходимо провести партийное расследование, а для этого потребуется время, – отвечаю ему. – Какое еще Вам партийное расследование, когда это подтверждает начальник политотдела? – сердито высказывает Антонов, – сейчас же соберите бюро. Я сам поставлю этот вопрос. Открывая заседание бюро, я объявил повестку дня. Однако, члены бюро высказались за то, что нет необходимости рассматривать этот вопрос без предварительного расследования. Под грубым нажимом Антонова все же члены бюро согласились рассмотреть. Выслушали обвинения начальника политотдела в адрес Герасимова. Каково же было наше удивление, когда в представленном слове Герасимову он нам поведал совершенно противоположные обвинения. Вот протокольные слова: «После проведенного мной оперативного дознания в 1372 СП, я со своим помощником, товарищем ______________ возвращался на КП. В районе размещения политотдела мы встретились с полковником Антоновым. Я заметил, что он не твердо стоит на ногах. Поэтому я ему сказал, что мы сейчас его проводим до домика, в котором он размещается. Антонов, заплетающимся языком начал обвинять меня в том, что я, якобы, пьяный. Это вызвало у меня и у моего помощника смех. Чтобы не обострять наш разговор, я ответил Антонову: «Ну хорошо, мы пьяные, только давайте проводим Вас». Он после этого стал на меня браниться нецензурными словами и пригрозил отправить меня в штрафную роту. Вскоре к нам подошел секретарь дивизионной газеты Шифман и, поняв весь разговор, взял под руку полковника Антонова и увел. Мы отправились докладывать результаты дознания начальнику штаба дивизии. Он может вам подтвердить, что я и мой помощник были совершенно трезвы». Пока говорил Герасимов, Антонов пытался несколько раз его прерывать, отпуская в его адрес нецензурщину и оскорбления. Тут же, как только закончил говорить Герасимов, все члены бюро хором заговорили о том, что надо прекратить эту комедию. Заседание было закрыто. Антонов потребовал, чтобы я сейчас же прибыл к нему. Ровно полтора часа я слушал его неуместные внушения и оскорбления. Что он возлагал на меня большие надежды, что он думал, что я твердый человек, а оказался тряпкой и т.д. Теперь-то я понял, о каких моих функциях говорил Антонов при первом инструктаже.
2 апреля 1945 (понедельник) – день 1381
Совинформбюро: войска 3-го Украинского фронта юго-западнее Балатона (Венгрия) заняли город Надьканижа.
3 апреля 1945 (вторник) – день 1382
Совинформбюро: в Австрии заняты города и железнодорожные узлы Винер, Нойштадт, и Эйзенштадт Неункирхен, а в Венгрии Мадьяровар.
4 апреля 1945 (среда) – день 1383
Совинформбюро: в Словакии штурмом взят город Братислава.
5 апреля 1945 (четверг) – день 1384
Совинформбюро: взят город Ружёмберок – опорный пункт немцев на реке Ваг в Чехословакии.
6-8 апреля 1945 дни 1385-1387
…
9 апреля 1945 (понедельник) – день 1388
Совинформбюро: войска 3-го Белорусского фронта овладели крепостью и городом Кёнигсберг.
10-11 апреля 1945 дни 1389-1390
…
12 апреля 1945 (четверг) – день 1391
Совинформбюро сообщило о подписании Договора о дружбе, взаимной помощи и послевоенным сотрудничестве между Советским Союзом и Югославией.
13 апреля 1945 (пятница) – день 1392
Совинформбюро: войска 3-го Украинского фронта, при содействии войск 2-го Украинского фронта, овладели городом Вена. 87 СД ведёт подготовку к активным боевым действиям, производится усиленная разведка. Полковые и дивизионные разведчики группами бродят по тылам противника, передают нужные данные. Эти группы действуют непрерывно: они подбираются к траншеям противника, волокут языков, ходят в разведку даже и днём. Всю эту работу организует и возглавляет наш славный дивизионный разведчик капитан Передерий Борис Ильич. С заступлением его в должность, передний край противника теперь не стал преградой для наших разведчиков. Он разумный и умелый разведчик.
14-16 апреля 1945 дни 1393-1395
…
17 апреля 1945 (вторник) – день 1396
Совинформбюро сообщило о взятии нашими войсками города Цистердорф в Австрии.
18-20 апреля 1945 дни 1397-1399
…
21 апреля 1945 (суббота) – день 1400
Штаб 87 СД проводит командно-штабную игру.
22 апреля 1945 (воскресенье) – день 1401
По радио сообщили, что подписан Договор о дружбе, взаимной помощи и послевоенном сотрудничестве между Советским Союзом и Польской республикой. 87 СД, 417 СД и 77 СД имеют задачу прорвать оборону противника на участке: исключая церковь южнее Бунка и выйти на реку Вартава, сходу форсировать её и к исходу дня овладеть плацдармом: исключая Крюзены, Бруверы. Готовность к наступлению 6.00 25.04 1945. Приданные части: 66 ЛАБр, 27 ГМП, артиллерия и минометы 77 СД и 50 ШИСБ. Кгужи, ось перемещения: Биржумуйжа, Пруса, Гаудыни.
23 апреля 1945 (понедельник) – день 1402
Совинформбюро: войска 1-го Белорусского фронта перейдя в наступление с плацдарма на Западном берегу Одера, овладели городами Франкфурт-на-Одере, Ораниенбург, Панков, Карпсхорст и ворвались в столицу Германии Берлин. Войска 1-го Украинского фронта овладели городами Германии – Котбус, Люббен, Цоссен и ворвались в Берлин с юга.
24 апреля 1945 (вторник) – день 1403
…
25 апреля 1945 (среда) – день 1404
Совинформбюро: войска 1-го Белорусского фронта и 1-го Украинского фронта соединились северо-западней Подсдама, завершив окружение Берлина. Войска 3-го Белорусского фронта овладели последним опорным пунктом обороны немцев на Земландском полуострове – городом Пиллау (Балтийское море). С 9 марта по сей день по Пиллау наша авиации нанесла несколько бомбовых ударов и потопила 24 транспорта и более 30 боевых и вспомогательных кораблей.
26 апреля 1945 (четверг) – день 1405
Совинформбюро: войска 2-го Белорусского фронта овладели городами Померании Гарту, Пенкун, Казеков, а 2-го Украинского фронта крупным промышленным центром Чехословакии, городом Брно.
27 апреля 1945 (пятница) – день 1406
Совинформбюро: войска 1-го Украинского фронта и союзные англо-американские войска 25 апреля соединились в центре Германии, в районе города Торгау. Наши войска овладели городами Ратенов, Шпандау, Потсдам, Пренцлау, Ангермюнде, Виттенберг. 87 СД имеет боевую задачу прорвать оборону противника на рубеже: исключая церковь южнее Бунка, Вижмужайже, имея ближайшую задачу уничтожить противостоящего противника и выйти на рубеж Эргли, Маури, в последующем сходу форсировать реку Вартава и овладеть плацдармом на её западном берегу, на рубеже Грузены – Граверы, в дальнейшем наступать в направлении Тители.
28 апреля 1945 (суббота) – день 1407
Совинформбюро: взяты города Эггезин, Торгелов, Позевальск, Штрассбург, Темплин.
30 апреля 1945 (воскресенье) – день 1408
Совинформбюро: заняты города Грайфсвальд, Трептов, Нойштерлиц, Фюрстенберг, Гранзее. На переднем крае противника за последние дни начали появляться белые флаги, означающие их желание сдаться.
31 апреля 1945 (понедельник) – день 1409
…
Из воспоминаний, которые автор не успел включить в книгу:
Записка 0120 апрель 1945
На днях решил пожениться Кузьменков. С командиром артбатареи был на докладе у комдива Куляко. Снова речь шла об извечном вопросе – об эшелонировании боеприпасов. Полковник Куляко высказал мнение, чтобы полки не были обременены большим запасом – это может повредить их маневренности, да и к тому же артиллеристы часто бросают их и боеприпасы надо собирать по огневым позициям. Надо все излишки сосредоточить в звене дивизии. Попутно Гученко доложил о решении будущей четы Кузьменковых. Георгий Петрович побеседовал, дал добро. Порекомендовал, чтобы организацией этого брачного союза занялись вплотную. Антонов – как непревзойденный агент брачного бюро, у него к этому талант. Георгий Петрович крепко пожал руку Кузьменкову. Надо ли говорить, какой бальзам был впрыснут в душу влюбленного.
Записка 0205 апрель 1945
Справляли свадьбу и у нас в армии. Никто не знал, кто представляет смерть за столом. Об этом не думали. Невесту непременно находили, во что одеть, чтобы она была похожа на невесту, в нашем об этом представлении. Здесь никто не осуждал и жениха за то, что во время войны он не проявлял аскетизм. Мы все понимали, что жизнь требует параллельно с войной своего, никому из нас не были чужды земные блага.
Записка 0318 апрель 1945
На свадьбе он следил за каждым ее движением, как это делает подсолнух, прослеживая движение солнца по небосклону.
Записка 0241 апрель 1945
Весной 1945 года «Правда» опубликовала рапорт Н-ского завода Председателю ГКО СССР о выпуске 100-тысячной пушки. Да, это замечательная Победа. Промышленность же фашистской Германии вместе со всеми оккупированными странами Европы смогла дать за годы войны 102 тысячи орудий. В июле 1942 года завод вместо трех, стал давать по 30-35 пушек в день. В октябре был поставлен вопрос о выпуске 100 пушек в день. В 1943 году создана 152-мм гаубица, 160-мм миномет, 85 и 122-мм полковые пушки, освоено серийное производство 57-мм, а затем и 10-мм противотанковых орудий. (Воспоминания бывшего главного инженера Н-ского завода, лауреата государственной премии М.З. Олевского «Рождение «Бога Победы»», Правда, 1975 г.)
Записка 0328 апрель 1945
Гитлер все хвастается новым оружием. Видимо, просто подбадривает. А вообще-то есть основания к размышлению. Ведь за время войны на вооружении Красной Армии сколько появилось новых видов вооружения… Зенитная батарея теперь работает в паре с радиолокаторами. Ее эффективность резко возросла. А совсем недавно начальника радиомастерской техника лейтенанта Сивкова взяли куда-то в конструкторское бюро. Он будет продолжать работу над самонаводящейся головкой, предложенной им. Что же, может это тоже найдет применение в артиллерии, в ракетной технике. А как же быть нам, техникам? Видимо надо постоянно следить за развитием техники, изучать ее, совершенствовать свои знания на перспективу. а для этого нужна аналогия с опытом и перспективой. Ныне и печники меняют свою профессию. Они переучиваются.
Записка 064 апрель 1945
Эти два существа не могут ужиться в одной землянке: Шевченко и Зельдич. У них взаимная неприязнь, лютая и необъяснимая. Они не «переваривают» друг друга. Что же за причина? Что пробежало между ними? Может у них просто разные характеры? Их объединяет одно – оба хотят сами разговаривать и никого не слушать. Как добиться того, чтобы они поочередно выслушивали друг друга? Это очень тяжелая задача. Тем более один из них (Зельдич) не всегда придерживается правила не проявлять излишнего любопытства. Очень много говорил и убеждал каждого, вместе и по-отдельности. Доказывал им, что каждый имеет свою борозду, которую он должен обрабатывать. Пообещал наказывать, и если не прекратят этого, оставляю за собой право любого из них отправить к новому месту службы. В корне конфликт разрешен не был до тех пор, пока не отправил Зельдича начальником артснабжения артбригады.
Записка 0652 апрель 1945
На ДАС сегодня встретил старичка с бородой. Удивлён – что за воин? Подошёл, спросил кто он такой. Говорит, он в дивизии уже давно. Он пасёт четырёх дивизионных дойных коров. Молоко сдается в распоряжение начальника тыла дивизии. В разговоре уточняю, что он мой земляк, из соседнего села Хмелевое. Ему уже 55 лет. Он был призван по его просьбе, но заболел и его назначили пасти этих коров. В разговоре затронули тему: кто что сделал в жизни. – Вот прожил-то я уже много, – сказал мне Каданцев, – а в жизни-то ничего хорошего и не сделал. Ещё мальчишкой начал пахать землю, потом, как и все сеял хлеб, убирал и снова пахал, и так всю жизнь. А теперь и скоро умирать. На передовой был всего 2 месяца, но в первой же рукопашной вышел из строя, хотя и успел всего двоих фрицев придавить, да ведь это мало. Что же я дома-то скажу своим? – А если бы каждый наш воин убил по два фрица, – говорю ему, – то фашистской армии уже давно бы не существовало. Но он всё-таки своей судьбой недоволен. Я пообещал связаться с 4 отделением, чтобы его уволить из Красной Армии и отправить домой.
Записка 0732 апрель 1945
Вышли на опушку леса. Вдруг над землей разорвался снаряд. Видимо попал в ствол сосны. Верхушка рухнула на дорогу. А вместе с верхушкой – человек. Что за диковина… Пристально всматриваемся. Человек не движется. Подходим ближе с оружием на изготовку. Форма немецкая. Обыскали: карманы пусты – ни документов, никаких предметов. Кто это? Изменник Родины или немец – понять невозможно. Забрали автомат и патроны, бинокль, компас. В пистончике обнаружили несколько пакетиков, видимо мечтал еще встретиться с женщиной… Таким товаром запасаются все немцы, им их даже выдают по норме. Было ясно только одно – это корректировщик артиллерийского огня.
Записка 066 апрель 1945
Лично доволен, что с начала и до конца войны шел ровно по ступенькам служебной лестницы и что большую часть военного времени мне пришлось работать в полковом звене и хлебнуть полковой ухи. Это дало мне возможность глубже понять и осмыслить работу артснабженца в полку, с тем чтобы в последующем более квалифицированно руководить службой артснабжения дивизии.
1 мая 1945 (вторник) – день 1410
В приказе Верховного Главнокомандующего по случаю праздника 1 Мая говорится: «Мировая война, развязанная Германскими империалистами, подходит к концу. Крушение гитлеровской Германии – дело самого ближайшего времени. Смертельно раненый фашистский зверь находится при последнем издыхании. Задача теперь сводится к одному – доконать фашистского зверя!».
2 мая 1945 (среда) – день 1411
…
3 мая 1945 (четверг) – день 1412
В Прибалтике по всему участку фронта, ночью, нашими войсками произведён короткий огневой налёт по вражеским позициям. И сразу же после него, в наступившей тишине было передано сообщение Совинформбюро о падении Берлина.
4 мая 1945 (пятница) – день 1413
…
5 мая 1945 (суббота) – день 1414
Совинформбюро: войска 2-го Белорусского фронта овладели городами Свинемюнде – крупный порт на Балтийском море. Только в течение 4 мая наша авиация провела 135 самолётовылетов. Здесь были потоплены линейный корабль, крейсер, миноносец, четыре транспорта, сторожевой катер и два тральщика. Повреждены 2 миноносца и два транспорта.
6 мая 1945 (воскресенье) – день 1415
…
7 мая 1945 (понедельник) – день 1416
Совинформбюро: войска 1-го Украинского фронта полностью овладели городом и крепостью Бреславль (Бреслау). По радио передан Ультиматум командующего Ленинградским фронтом Маршала Советского Союза Говорова командному составу вражеских войск. В ультиматуме говорится: … Красная Армия зажала вас в стальные клещи. Помощи вам ждать неоткуда. Курляндская группировка обречена и ваши дальнейшее сопротивление приведёт только к гибели офицеров и солдат. Теперь, когда война Германией проиграна, ваша капитуляция и сдача в плен не акт позора, а акт благоразумия…
8 мая 1945 (вторник) – день 1417
Сообщение о подписании Акта о безоговорочной капитуляции Германских Вооруженных сил. В течение дня войска Ленинградского фронта продвинулись до 30 км и освободили 800 населённых пунктов, в том числе железнодорожные станции Тукумс и Сайдус. Командующий войсками Курляндской группировки группы армий генерал пехоты Гильперт принял всеобщую капитуляцию. Весть о безоговорочной капитуляции наши бойцы и офицеры встретили не совсем обычным образом. Поднялась небывалая пальба из всех видов оружия. В небо грохотали орудия, трещали пулемёты и автоматы. В небо взмывали разноцветные ракеты и огненные пулемётные трассы и полосовали ночную мглу. В 23:00 бои с противником прекращаются. 16-я и 18-я армии фашистов капитулировали.
9 мая 1945 (среда) – день 1418
Совинформбюро сообщило об освобождении войсками 1-го Украинского фронта города Прага, а также о том, что между Тукумсом и Либавой Курляндская группировка немецких войск, в составе 16 и 18 немецких армий, под командованием генерала от инфантерии Гильперта, с 23:00 8 мая прекратила сопротивление И начала передавать личный состав и боевую технику войскам Ленинградского фронта. Войска фронта заняли города Либава, Павилоста, Тукумс. К вечеру 9 мая войскам фронта сдались в плен более 45.000 немецких солдат и офицеров. Приём пленных продолжается. Войска 51 А вошли в Либаву. Опубликовано обращение Председателя Совнаркома СССР Иосифа Виссарионовича Сталина к народу, в связи с Победой гитлеровской Германией.
10 мая 1945 года.
В приказе войскам армии командующий 51 А генерал Крейзер обращает внимание командиров 97 и 63 стрелкового корпусов о том, что первый день разоружения немецких войск прошёл не организованно.
11 мая 1945
В соответствии с боевым распоряжением Командарма 63 СК – 87 СД к 10:00 сдаёт оборонительную полосу частям 53 Гвардейской стрелковой дивизии на рубеже: Галониэки и с 12:00 прочесывает полосу дивизии и к 30.05.1945 должна выйти на побережье Балтийского моря. Корпусам приказано всё трофейное оружие сосредоточить на южной окраине Приэкуле. Старшим пункта сбора назначен начальник артснабжения 63 СК подполковник Зайчиков, который с 18:00 11.05.1945 будет находиться там.
16 мая 1945
В соответствии с распоряжением штаба 51 армии 87 СД выходит и сосредотачивается в районе Ечи, Тингуты, Карля, Чапши, Ламберты. Штаб дивизии – в Краля.
17 мая 1945
Штадив 87 2 км севернее Дуналка.
29 мая 1945
В соответствии с распоряжением командира корпуса 87 СД в 7:00 31.05 выступает из района расположения и совершает марш: Медзе, Гробиня, Дубени, Барта и к 20:00 к 22:00 01.06.1945 располагается лагерем в лесу западнее Мазкрутс. Этим же распоряжением предупреждаются командиры в том, чтобы все ездовые имели при себе оружие. Второй вариант распоряжения 87 СД: выступить с занимаемого района по маршруту Гробиня и к 14:00 01.06.1945 сосредоточиться в районе Барта. Командный пункт Мазкрутс.
4 августа 1945 штабом корпуса командир 87 СД предупреждается, что за грибами ходить в лес только с командами, с оружием, так как в лесах действуют банды террористов.
3 июня 1945 приказом 218/н, от имени Президиума Верховного Совета СССР: «За образцовое выполнение боевых заданий командования на фронте, борьбы с немецкими захватчиками и проявленную при этом доблесть, мужество, награждают Орденом Отечественной Войны Второй степени капитана артиллерийско-технической службы Ненашева Михаила Алексеевича – начальника артснабжения дивизии. Крейзер. Уранов. Дашевский.
10 июня 1945 артмастер второй батареи 448 ОИПТД Журуев Фёдор Матвеевич, 1898 года рождения, приказом 51 армии номер 51/н за подвиги совершенные в годы войны и в частности, за подвиг совершённый им 21 февраля 1945 года в бою под Йогули награждён орденом Красная Звезда.
24 июня 1945 Парад Победы на Красной Площади в городе Москве
31 мая 1945 в Курляндии взято в плен 285.000 вражеских солдат и офицеров и 48 генералов.
С 9 мая по 13 мая 1945 года немцев сдалось плен 181.032 солдата и унтер-офицеров, 8.038 офицеров и 42 генерала. Остальные разбежались по лесам. Наши войска прочёсывали местность.
Из воспоминаний, которые автор не успел включить в книгу:
Записка 061 май 1945
Мы появились в доме, где за столом сидели немцы, пышно встречая своё поражение. При нашем входе все они встали на вытяжку. У всех у них на ремнях, в кобурах, были пистолеты. Как видно, алкоголем они изрядно взбодрили себя. Теперь они меньше опасались расплаты. Была подана команда – пистолеты сложить с кобурами вместе, в угол. Распоряжение Андронова было выполнено безоговорочно. Вернувшись к столу, офицеры начали предлагать нам выпить. Мы их желание отклонили, проходя в кабинет командира дивизии. Возле дома, где размещался штаб, стояло несколько автомашин, загружаемых барахлом и продуктами, покрытые брезентами.
Записка 0707 май 1945
Чередование тёплых с холодными и ненастными днями. Но кругом всё бурно цвело. Фронтом командовал Говоров. Войска усиленно начали готовиться к уничтожению Курляндской группировки.
Записка 0709 май 1945
С 3 по 7 мая все почти открыто ходили по переднему краю. Немцы не стреляли.
Записка 0710 май 1945
С капитуляцией все солдаты вышли из повиновения своих командиров, ринувшись вперёд к городу Либава, к складам бывшей немецкой группировки. Это было в 40-50 км. Артиллеристы, оставив свою матчасть на огневых позициях, на машинах устремились в Либаву. На пути, в канавах, под кустами наши воины отводили душу – пьянствовали. Перед ними закуска и в ящиках водка. Много было жертв, когда солдаты напарывались на минные поля. Вскоре на дорогах были выставлены посты. Пропускали машины только с продуктами. Остальное отбиралось. Вооружение свозилось к мз. Бунке (к Церкви).
Записка 0711 май 1945
11 мая 1945 года окончательно дивизия собрала своих разбредшихся людей.
Записка 0721 май 1945
Парламентеры встретились на нейтральной полосе в районе мз. Бунке. Наша группа во главе с заместителем командира дивизии полковником Андроновым ждала возвращения парламентеров, нетерпеливо прохаживаясь у обочины дороги недалеко от грузовой машины, на которой мы приехали. Среднего роста, складный и подвижный, несмотря на возраст, полковник Андронов поражал всех своей динамичной энергией, живостью движений. Он одет явно не для парада. А нам ведь предстоит вести переговоры, хотя и с побежденными, но с иностранными представителями. Однако, его экипировку вполне заменяет хорошо отработанная речь и его проницательный и острый ум, светившийся во взгляде его крупных и открытых глазах. По поводу экипировки можно сказать точно то же самое и за всех представителей, входивших в состав группы. Да было ли время и условия заниматься своим внешним видом? Главное чистые брюки, гимнастерка, сапоги, пилотка. Они ужи стираны и давно потеряли свой первозданный вид. Вернулись парламентеры-разведчики. Подается команда по машинам. Движемся к немецкому переднему краю. В окопах, справа и слева, немецкие солдаты. Машина набирает скорость. Мы движемся вслед за немецким «Опелем», который ведет нас к штабу немецкой дивизии.
Записка 0555 май 1945
Вчера закончилась война, а сегодня меня вызвали в артснабжение армии. Под колеса машины стелется узкое полотно с глубокими кюветами по сторонам, а по сторонам бежит изумрудная, омытая дождями, источающая грубые запахи прибалтийская пуща. Несколько месяцев назад в этих лесах отважно сражались воины нашей дивизии. А сейчас подумал, когда-то казалось, что война навсегда ожесточит сердце, на долю которого столько жестокости, боли и крови. Казалось, все доброе и романтическое навсегда испепелено в горниле войны. Но вот прошло всего несколько дней, как не слышны выстрелы и разрывы, а уже хочется творить простую, прекрасную легенду человеческой жизни, со всеми земными благами. И в усталом от войны человеке все вновь, с новой силой возникает неиссякаемая энергия
Записка 090 май 1945
Сегодня дивизия прочёсывала леса. Теперь немецкий автоматчик не вызывал уже, как 1941 году, ужаса или отчаяния. Фактически каждый Советский солдат сам теперь был автоматчиком. Артснабжению постоянно приходилось приходовать обнаруженные излишки автоматов, бог знает, где взятых или подобранных солдатами. Произошёл случай. Солдаты обнаружили в лесу белку. Она встала столбиком, потёрла лапками мордочку и пронзительно зацокала. Откуда ни возьмись, раздался выстрел, и белка была сражена пулей. Какой же разразился скандал. Стрелявшего солдата, наверное, забили бы, если бы поблизости не оказался офицер. Долго и упорно срамили этого солдата. Ему поставили в вину, что он хуже всякого зверя, фашиста. Другие ему говорили, что его вывели в люди звери, птицы, а он оплачивает им великим злом. Разные мысли в человеке возникали, в связи с этим ведь. Уму не прикажешь. Вот человеческая логика. А если бы солдат застрелил фашистского зверя, то ему была бы похвала. Человек и белка: первый сознательный и страшный зверь, вторая невинный зверёк. Вот и вся логика.
Записка 053 май 1945
Мы остались втроём: я, Зельдич и начальник артвооружения пехотной дивизии. Оберлейтенант выглядел молодо, небольшого роста, с выбритыми до синевы, скулами и конечно, под хмельком. – Спроси у него, где размещены дивизионные и полковые склады боеприпасов и вооружения, артмастерские, – обращаясь к Зельдичу, задаю вопрос, – пусть покажет на карте. Внимательно выслушав вопрос, заданный Зельдичем, обратился ко мне, показывая пальцем на Зельдича спросил: «Юда? их шпрехин нихт» – Переведите ему, что он есть побеждённый и не имеет права не отвечать на вопросы, – говорю Зельдичу, – в противном случае буду вести разговор с его командиром дивизии о том, что он не выполняет его приказы и соглашения парламентёрских групп. Только после этого немец вынул из полевой сумки топокарту, нашёл на ней нужные пункты дислокации, тыча в них пальцем, уточнил, где, какие склады. Я предложил провести нас к местам размещения складов на его машине. Я сел в машину впереди рядом с водителем, а оберлейтенант и Зельдич должны были разместиться сзади, на, до отказа загруженном чем-то, грузовиком, прикрытом брезентом. Но здесь снова возникла конфликтная ситуация. Немец категорически не хотел смириться с тем, что он рядом в одной машине должен ехать с Зельдичем. – Юда, их фар нихт, – пояснил он. Да это было продолжение слепой гордости немцев. Теперь-то, я думаю, они убедились в том, что русский человек, в каких бы тяжёлых условиях не был, его гордо поднятая голова никогда не опустится на колени. Одеты немцы значительно лучше нас. Они выглядят подтянуто, по-военному. И всё это внешнее, пожалуй, их самое дорогое достояние, чем стоят они сами.
Записка 061 май 1945
Зельдич перелез через высокий забор, открыл калитку и впустил меня. Мы зашли в дом. Нас встретил мужчина, Говоривший с Яковом на каком-то дипломатическом языке: … Будьте добры… безотлагательно сообщить… я буду вам обязан… Вскоре на столе появилась сервировка, здесь были расставлены паюсная и зернистая икра, осетрина копченая, севрюжина, индейки, может быть, откормленные грецкими орехами. Коньяк грузинский, армянский, французский и малюсенькие рюмочки, которые не очень-то приглянулись. Разговор шёл на самые отвлечённые темы. Говорили и о героизме: что это прежде всего любовь к Родине, вера в идею, мужская честь. Нельзя забывать и преодоление страха. Позднее, когда коньяк вступил в свои права, начались анекдоты, в основном военного происхождения. Это роман о войне.
Записка 065 май 1945
Завершились военные действия по ликвидации Курляндской группировки, Великой Отечественная война была на закате. Все, кто был скромен и взыскателен к себе, повыходили замуж. Остались самые незначительные единицы. Теперь они торопились подыскать себе верного мужа. Методика отбора упрощалась: забравшись в хату, а летом в кусты, они забавлялись со своими очередными любовниками, которые менялись в порядке селективного отбора, меняясь чуть ли не каждую неделю.
Со дня формирования, в боях под Сталинградом, на Перекопе, под Севастополем и в Прибалтике 87 стрелковая дивизия нанесла потери противнику: взято в плен и захвачено людей – 1.639, лошадей – 481, винтовок и автоматов – 2.897, пулемётов лёгких – 45, станковых – 26, орудий всех видов – 43, танков – 7, бронемашин – 2, легковых автомашин – 12, грузовых – 30, тракторов – 19, мотоциклов – 3, самолётов – 5, минометов – 18. Уничтожено солдат и офицеров противника – 5.5261, лошадей – 1.405, винтовок и автоматов – 11.416, пулемётов лёгких – 1.220, пулемётов танковых – 1.015, орудий всех видов – 355, танков – 534, бронемашин – 96, легковых машин – 39, грузовых – 1196, тракторов – 22, мотоциклов – 157, самолётов – 23, миномётов – 651. За это же время дивизия несла тяжёлые потери: убито – 7.375 человек, пропало без вести – 7.321 человек, попало в плен – 24, ранено – 18.620 человек. Награждено орденами и медалями – 7.236 человек, в том числе присвоено звание Героя Советского Союза: – командующему артиллерией дивизии подполковнику Бондарь Ивану Калистратовичу; – командиру 1378 СП подполковнику Диасамидзе Михаилу Степановичу; – командиру 1379 СП майору Халявицкому Михаилу Максимовичу; – наводчику ПТР 1379 СП ефрейтору Противень Ивану Степановичу. Награждено орденами Ленина – 12, Красного Знамя – 165, Отечественной Войны I степени – 221, Отечественной Войны II степени – 832, Александра Невского – 28, Суворова III степени – 3, Кутузова III степени – 4, Богдана Хмельницкого – 1, Красной Звезды – 1/891, Славы II степени – 93, Славы III степени – 1.649, За Отвагу – 4.270, За боевые заслуги – 3.379 человек. Итого – 12.548 человек Из них по годам: 1942 – 73 человека, 1943 – 2.727, 1944 – 5.803, 1945 – 3.946 человек.
Материал подготовлен Алексеем Владимировичем Ненашевым |
|
Дневник боевых действий 
.png "ПРОЕКТ «ДОРОГА ПАМЯТИ»"){kind=logo}
